Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

– Ты сказал, что тот! – возмутилась Танька.

– Я предположил. Меня в чертовой кузнице не было, его только Ирка видела. – пожал плечами Богдан. – И да. – он поднял стремянку и пошел дальше.

– Что – да? – догнала его Танька.

– Мне хочется помахать мечом. – Богдан раскрыл стремянку под фонарным столбом и направился к рулону с полотнищами, украшенными причудливыми геральдическими зверями.

– Нашел время! – Танька сперва протопала за ним, а потом вместе с ним обратно, когда Богдан поволок рулон к фонарю.

– Нашел. – с полотнищем в руке Богдан полез на стремянку. Пару раз хряпнул здоровенный степлер и на легком ветерке затрепетал флаг с грифоном. – На турнире по историческому фехтованию самое время помахать мечом.

– Богдан! Ты соображаешь? – Танька уставилась на него с искренним возмущением. – У Ирки ее ведьмовское совершеннолетие вот-вот! От ритуала на русалиях, может быть, судьба всего мира зависит, а уж наднепрянских земель так точно – а ты собрался ерундой заниматься?[295]295
  О предстоящих героям русалиях и связанных с ними событиях см. И. Волынская, К. Кащеев «День рожденья ведьмы»


[Закрыть]

– Обидно слышать сие, о юная дева! – пробегающий мимо князь-воитель, со сковородкой подмышкой и мотком веревки на шее, остановился и воззрился на Таньку укоризненно. – Знайте, что призом победителю турнира станет не только право избрать королеву любви и красоты, но и Великий Артефакт, чья сила поможет сотворить любой ритуал! А вы говорите – ерунда! Богдан, скажи отцу, что приз, в смысле, Артефакт, мы все-таки забыли, если он по-быстрому не сотворит какую-нибудь Великую Фиговину, вручать победителю будет нечего. А вы уже отыгрываете, что ли? Гейм-мастер же еще не приехал… С игрой в этот раз сильно заморочиваться не стали. – доверительно поделился он с Богданом и на вопросительный взгляд пояснил. – Считай, с «Однажды в сказке» идею стырили: персонажи сказок и мифов покидают свои миры и попадают на Вселенский Перекресток. Сценария, в сущности, нет, свободное взаимодействие в соответствии с легендой. Персонажа тянешь по жребию, разве что пол выбрать можно, а то окажешься еще Красной Шапочкой с мечом. Зато кто без костюмов тоже играть смогут. – он пошагал дальше, небрежно помахивая сковородкой.

Богдан ухмыльнулся:

– Здесь единственное место, где можно спокойно говорить хоть о чертях, хоть о ритуалах. – и понес стремянку дальше.

– Тебе не кажется, что ты путаешь выдумку и реальность?

– Ага, выдуманный турнир с реальными русалиями. – меланхолично прокомментировал Богдан.

– Вот как бы это выглядело, если б я, вместо того чтоб помогать Ирке, пошла бы… здешние виды рисовать? – еще больше возмутилась Танька.

– Озеро там, мрачняк прям как на васнецовской «Аленушке». – Богдан показал в одну сторону. – В лесу развалины старой часовни. Бери планшет – иди рисуй, кто тебе не дает? Уймись, Тань! Ирка сейчас в городе носится как в попу укушенная, подгоняет школьные «хвосты», чтоб быть свободной на русалии…

– Вот именно!

– Ты за нее ее проблемы не решишь: так хочешь тут побегать? Толку никакого, зато сразу видно, что вся при деле? Кузнецы еще не съехались! Вот когда они приедут, надо будет выявить того кузнеца, который нам нужен. А когда выявим, с ним еще надо поговорить, все объяснить и доказать, что мы не врем.

– Что там доказывать, если человек видел чертей?

– …И не сошел с ума, то сейчас он уже убедил себя, что был пьян или его разыграли. – подхватил Богдан. – Но даже если все нормально, кузнец найдется и нам поверит: ты правда думаешь, что он бросит все и на низком старте рванет ковать нарукавья для наднепрянской ведьмы-хозяйки? У него тут договоренности, заказы, клиенты, ярмарка. Пока конвент не закончится, никуда он не поедет!

Танька растерялась: она была уверена, что так и будет – бросит и рванет.

– Так что я могу спокойно участвовать в турнире, а то и правда, скоро год без соревнований – совсем можно форму потерять. – подвел итог Богдан.

– Бои с нечистью не считаются? Возвращаемся к тому, с чего начали – тебе просто хочется поразвлечься. – продолжала гнуть свое Танька. Ну правда: она будет нервничать, дергаться… а Богдан заниматься своими игрушками?

– Ашшшш! – Богдан шумно выпустил воздух сквозь зубы. – Знаешь, Тань… я вообще-то не разрешения у тебя спрашивал, и что-то тебе объяснять и доказывать не обязан! – забрал стремянку, мешок с флагами и просто-напросто ушел.

Танька ошеломленно смотрела ему вслед. Как он… может? Ведь они всегда вместе: она, он и Ирка, а ведьмовство – самое главное в их жизни, разве можно от него отвлекаться ради… Она огляделась по сторонам: ради вот этого?

База стремительно менялась. Футбольное поле окончательно превратилось в турнирное, сколоченный из досок трон накрыли ковром и обвили гирляндами, вокруг развесили флаги. Под окрики Богдановой мамы на краю поля устанавливали мишени и кто-то уже дергал тетиву ростового лука – лук не сгибался, стрела срывалась, падая на песок. Сторож с ведром и шваброй понуро проследовал в туалет под охраной вооруженных топорами Одноглазого и Ыргыха, возле «Трактира» разбитные служаночки уже разожгли мангал: от туалета резко потянуло хлоркой, а от мангала – жаренной рыбой. Манекены с причудливыми нарядами – от средневековых до стимпанковских – помогали поверить, что рассохшийся домик и в самом деле «Салон для Золушек», а пестрая афиша на стене приглашала на мастер-класс «Как соорудить наряд для игры или касплея, если у вас ни туфелек, ни крысы, ни тыквы». Танька невольно опустила взгляд на свои джинсы: она, наверное, скоро останется единственной в обычной одежде, вон, даже те, кто особо с костюмом не заморочивались то плащ набросят, то тюрбан какой-нибудь накрутят.

Раздался резкий сигнал клаксона и в ворота въехало зеленое вольво. По лагерю снова прокатился восторженный вопль. Правда, от приветствий в адрес королевского инженера нынешняя встреча отличалась хотя бы тем, что толпа разделилась: кто-то побежал навстречу, зато оставшиеся продолжали заниматься своими делами с каким-то даже остервенением. Словно демонстративно пытались показать как заняты и ничего вокруг не видят и не замечают.

– Кузнецы? – сама себя спросила Танька. Скорее всего: навстречу приехавшей машине спешили, в основном, парни, а старательно отворачивались девушки. Наверное, девушкам оружие не интересно, хотя вот мама Богдана… Мама Богдана изучала свой лук с таким вниманием, будто стрелять в приехавших собралась. А сам Богдан… Танька поискала взглядом и обнаружила его на очередном фонаре, невозмутимо вывешивающим очередной флаг. Это он так показывает, что обиделся, и больше кузнецами не интересуется? Нет, этот конвент – будто отравляющий газ, ни одной здравой мысли в голове не оставляет, а если там и раньше здравых мыслей было немного… Танька заторопилась к «вольво».

Водительская дверца распахнулась… и оттуда выбрался молодой парень, пухлый, как купидон со старинных полотен.

– Приветствуйте вашу королеву, люди! – вскидывая руки над головой, проорал он.

Задняя дверца медленно открылась… первым показался сапожок, сплошь покрытый вышивкой и завязанный на кокетливые бантики, потом край отделанного кружевом подола… и наконец наружу выбралась высокая шатенка лет двадцати трех, уже наряженная в стилизованное под средневековье платье с зашнурованным лифом и широченными рукавами и в черненом серебряном венце на зачесанных в высокую придворную прическу волосах.

– Ва-а-а! – сбежавшиеся со всех сторон парни заголосили, вскидывая кто обнаженные мечи, кто сжатые кулаки. Князь-воитель салютовал сковородкой.

Вновь прибывшая окинула собравшихся смеющимся взглядом и звонко отчеканила:

– Приветствую вас, мой добрый народ!

– Приперлась… королева… – вздохнули сзади. – А я так надеялась… Ну да, в каждой бочке меда должна быть своя ложка дегтя, чтоб жизнь малиной не казалась.

– Туалет с дыркой вы «ложкой дегтя» не считаете? – не отводя глаз от принимающей поклонения девицы, поинтересовалась Танька.

Сзади хмыкнули:

– Большей проблемой, чем королева, мог бы стать разве что туалет совсем без дырки. А ты, похоже, из тех кому она нравится, вон, глаз с нее не сводишь?

– Мне нравится ее венец. – Танька наконец обернулась к собеседнице. Это оказалась девушка постарше Таньки, но моложе этой самой королевы. Точный возраст определить было сложно из-за геометрической росписи вокруг глаз. И да, туалет для нее большой проблемой не был: вместо шлейфа и кринолина на девушке были облегающие бриджи и бархатный колет.

– Венец ей Влад ковал. Королеве всегда подавай все самое лучшее. – ехидно добавила девушка.

Влад… Жалко, что они не знают имени… чертова кузнеца. Не представился он Ирке, такое вот упущение. Хотя им все равно нужен не самый лучший кузнец, а тот, которого уже выбрали черти. Тот, кто умеет видеть. Хотя часто именно они оказываются самыми лучшими мастерами. И не менее часто – самыми худшими. Танька снова задумчиво уставилась на скованный неведомым Владом венец.

Королева вдруг выдернула у князя-воителя протянутую для поцелуя руку, и растерянно потерла лоб.

– Царственность зачесалась, что ли? – снова захихикала Танькина соседка.

– Здравствуйте-здравствуйте, мои верные подданные! – королева кивала направо и налево, одаривая милостью не только толпящихся вокруг фанов, но дотягиваясь и до тех, кто явно ее сторонился. Например, у Богдановой мамы выражение лица было… скажем так, интересным.

– Если она так многим не нравится, почему ее не выживут? – спросила Танька.

– Выживешь ее, как же! – фыркнула девушка. – Видала, сколько поклонников? Я приезжаю когда время есть и деньги, и когда недалеко – работать-то надо. – она словно извинялась. – А она всегда и во всем участвует: и в играх, и в конвентах, и в турнирах, даже в Прагу и в Венгрию с командой по историческому фехтованию ездила, их прекрасную даму там изображала. Ну они с тех пор и стараются. Кто б турнир не выиграл – ее королевой любви и красоты избирают уже лет пять подряд!

– Если дальше так продолжится, придется Богданову отцу пандус к трону пристраивать. – кивнула Танька.

– Зачем?

– Чтоб она в старости на инвалидной коляске смогла туда въехать.

Девушка сперва сделала большие глаза – а потом захохотала:

– Ну, ты даешь! – и протянула Таньке руку. – Я Света aka Бриенна, дева-воительница.

– Таня.

– А на игре?

– Пусть будет ведьма Танька.

– Я-асно, новенькая. – усмехнулась Света-Бриенна. – Я тоже сперва просто смотрела, потом уже и костюм пошила и легенду проработала. Правда, на нынешней игре моя легенда ни к чему, приедет гейм-мастер, привезет…

– А кого я вам привезла! – вскричала королева. – Пухлик, ну что ты встал, помоги. – скомандовала она своему пухлощекому рыцарю. Тот на мгновение растерялся, потом покраснел… и кинулся к машине, открывать заднюю дверь. – Что ж вы, мастер? – подождав с минуту, укоризненно протянула королева. – Выходите, все вас ждут! – и только тогда наружу полез человек.

Танька невольно кивнула: этого самого мастера она понимала, сама бы попыталась отсидеться, чтоб не участвовать в шоу одной актрисы.

– Ну вот, королева гейм-мастера привезла! – хмыкнула Бриенна, кивая на выбравшегося из машины крупного, даже скорее толстого, немолодого мужика. – Со всеми организаторами она вроде как дружит, у кузнецов постоянно украшения заказывает, у Феи-Крестной… – она кивнула на «Салон для Золушки». – …платья. Ее даже родители Богдана… ты ж его знаешь, да? – и в ответ на Танькин кивок продолжила. – Даже они терпят: в стрелковый клуб Богдановой мамы через нее неплохие заказы попадают – корпоративы, детские дни рождения. Так что она сама кого угодно при желании выживет.

– Связи и знакомства – великая сила. – пожала плечами Танька. Надо же, и в игре – старый добрый блат, он же кумовство, он же протекция. Не слишком ли жизненно играют?

Королева царственно плыла сквозь раздвигающуюся при ее приближении толпу, не переставая благосклонно кивать во все стороны:

– Леди Илэйн, счастлива видеть… Фея-Крестная, я к вам обязательно загляну, у меня через месяц бал в стиле ретро! Ой! Вождь Ыргых! Вот не ожидала… В турнире участвовать будете? Но мы же можем обсудить пару заказов на будущее?

Полуголый орк равнодушно пожал плечами: ему явно было все равно – обсуждать, не обсуждать. Но королева уже переключилась на Одноглазого:

– Эй, трактирщик! Готовь завтрак и побыстрее, не то не сносить тебе головы!

– Воля вашего величества – закон!

– Не могу видеть… это величество. Ее ж даже еще не выбрали… хотя выберут, конечно. – скривилась Бриенна. – Пойду к гейм-мастеру, возьму себе роль – хотя спорю на что угодно, пока ехали, королева все самое интересное для своих растаскала. Ты со мной?

Танька в ответ только покачала головой.

– Бриенна! – похоже, у королевы были глаза на затылке. – Ты не меняешься: этот камзол я видела и два… и три года назад. Мало кому удается хранить верность одному образу. – и с милой улыбочкой пай-девочки склонила головку к плечу. Бриенна налилась краской, что-то пробормотала в ответ и поспешно ретировалась. Королева отчетливо хмыкнула ей вслед, огляделась, явно выискивая новую мишень. И вдруг взвизгнула и со всех ног кинулась к фонарному столбу, на котором Богдан расправлял только что вывешенный флаг.

– Богданчик! Ну наконец-то! А я уже думала ты меня совсем бросил и забыл!

Богдан поглядел вниз, на стоящую под стремянкой королеву… и торопливо забрался ступенькой выше.

– Слезай сейчас же, противный мальчишка! – королева потрясла стремянку, так что Богдан обеими руками ухватился за фонарь. – Я хочу с тобой поздороваться!

Богдан опасливо посмотрел в запрокинутое к нему лицо королевы: кажется, он подозревал, что простым «здравствуй» дело не ограничится.

Танька шагнула вперед и остановилась. Он выступал, что ничего ей не обязан? Ну, и она не обязана. Тем более, защищать от его же собственных старых друзей… и подруг, в компанию которых он так рвется! Рвался – нарвался.

– Богдаа-а-н! – королева снова потрясла стремянку. – В конце концов, ты ведешь себя невежливо!

Богдан с тяжким вздохом полез вниз.

– Вот он, мой верный юный паж! – с хищным блеском в глазах королева протянула к Богдану наманикюренные когти… ухватила его за уши, как кастрюлю за ручки, и поворачивая его голову туда-сюда, звучно расцеловала в обе щеки. – Мне по-настоящему не хватало тебя все это время! – она отстранилась, глядя на Богдана очень серьезно и искренне.

– Хорошо быть ребенком! – вздохнул князь-воитель. – Везет тебе, Богдан, нам она такого не скажет.

– Потому что вы не заслуживаете! А он умный и серьезный мальчик, главное, честный! – королева обняла Богдана за плечи и прижала к себе. – Когда он говорит, что я красавица, значит, так и есть! Потому что ему от меня ничего не надо. Будешь со мной на игре, Богдан! Подберем тебе роль поинтереснее.

– Извините… – промямлил красный, как рак, Богдан. – Я собирался в турнире участвовать.

– Что за глупости! – снисходительно обронила королева. – Как можно заниматься такой ерундой, когда я приглашаю тебя в свою свиту?

– Вы что… сговорились? – Богдан резким движением вырвал свое плечо из-под пальцев королевы и пошел прочь, резко отмахивая рукой и что-то гневно бормоча себе под нос.

Что значит – сговорились? – Танька возмущенно уставилась ему вслед. Он хочет сказать, что она ведет себя также как эта противная девица? Но она же не такая и… Да между ними вообще ничего общего! Она глянула на королеву… увидела возмущенную физиономию той и резко отвернулась. Ничего общего.

– Правда? Можно? И-и-хуу! – от машины донесся восторженный вопль Бриенны, она выдернула у гейм-мастера папку из-под мышки, шлепнула ее на капот и принялась лихорадочно рыться, перебирая какие-то листочки.

– Что у вас тут? – вокруг засуетился народ.

– Гейм-мастер разрешил самим выбирать себе роли! Какие понравятся! – Бриенна выхватила что-то из папки. – Маленькая Разбойница, чур, моя! К костюму подходит.

– Мастер, ну что ж вы? – королева заторопилась обратно к машине. – Вы не должны раздавать роли какую кому хочется! Мы же еще до конвента договаривались распределять по жребию!

– Я думал, мы… передумали. – голос гейм-мастера звучал хрипло и невнятно, будто тому было тяжело ворочать языком, а взгляд запавших, как бывает при простуде, глаз вильнул в сторону. Зато лицо сохраняло полнейшую, просто каменную невозмутимость – ни один мускул не дрогнул. – Когда в машине вы начали отбирать понравившиеся роли для себя и приятелей.

Бриенна на миг застыла с приоткрытым ртом – и расхохоталась. Танька одобрительно усмехнулась: похоже, организаторы все-таки не готовы спустить королеве что угодно. Или она этого конкретного организатора за дорогу так достала?

Гейм-мастер вдруг как-то неловко повел шеей – точно ворот свитера ему тер – и уставился прямо на Таньку.

– Что вы такое говорите, мастер? – королева подхватила под руку князя-воителя и торопливо пробормотала. – Пойдем мой трон посмотрим. – тесная группка ее смущенных поклонников двинулась следом, разделяя Таньку и гейм-мастера, а когда они прошли, тот уже шел прочь раскачивающейся, «деревянной» походкой.

– Дзооонг! Дзонг! – тонкий звук проплыл в воздухе… Танька замерла на полушаге… – Дзонг-даги-донг-даги-данг!

Это же… стук молоточков по переносной наковальне, такой Танька слышала на фольклорных ярмарках. Пока она тут разглядывала Богданову «королеву» – кузнецы уже приехали! Танька вихрем пронеслась мимо Богдановой мамы, мимо турнирного поля, выглядящего будто на нем взорвалась машина времени, выбросив воителей всех времен и народов: от вооруженных тонкими блестящими мечами темных эльфов до варяжских дружинников. Разношерстая воинственная толпа дисциплинированно выстроилась перед столом, за которым сидел Богданов отец, и дожидалась, пока их внесут в списки. Шагнувший было из середины очереди Богдан проводил Таньку тревожным взглядом, потом пожал плечами… и вернулся обратно. Танька оббежал кухню-трактир…

На закатанном асфальтом пятачке разгорался переносной горн и выставлялись наковальни, прилавки с подковами, амулетами, украшениями и прочей мелочевкой… и отдельно выкладывались клинки и развешивались детали доспехов. Кузнецы действительно приехали и было их трое. То есть, на самом деле шестеро, но одному оказалось хорошо за шестьдесят, другой был горбоносым кавказцем с темными кудрями и под Иркино описание никак не подходил, а третий вообще не кузнец, а кузнечиха: невысокая, мускулистая женщина, наряженная под гномку. Зато остальные трое – не старые, высокие, русоволосые, без особых примет, кроме разве что накачанных плеч, так тут у всех такие, включая гномку, то есть, кузнечиху. Ну и как узнать, кто из них чертов кузнец? Подойти, поздороваться – и спросить, кто знаком с чертями? М-м-мда… Хотя первые два пункта можно попробовать.

– Здравствуйте…

– Привет! – первый из «подозреваемых» широко ей улыбнулся и продолжил курсировать между набитым коробками грузовым минивэном и прилавками. Быстро и привычно прилавок заполнялся всякой кованной мелочевкой. – Хочешь чего? Амулет или подкову? Только, умоляю, не говори: что я, лошадь? У меня от этого прикола уже зубы сводит. Подкова не на лошадь, а на счастье. – строго объявил кузнец.

– Чтоб счастье было подкованное? – слабо улыбнулась Танька.

Кузнец поглядел на нее с печальной укоризной и высыпал из коробки на прилавок… целую горку кованных чертей! Танька сдавленно охнула и протянула к ним чуть задрожавшие пальцы. Черт! Черт! Черт! Вот этот, с мягким отвисшим пузиком и выщербленными рогами – таки чертовски похож на патриарха наднепрянских чертей, чертова дедушку. А этот, в плаще и широкополой шляпе с дырками для рогов – на мамуна-соблазнителя. А вот этот… Танька нервно передернула плечами: не то чтоб один в один, но определенно смахивал на Тео, Иркиного отчима, спроваженного наднепрянской ведьмой в Пекло. Танька напряженно покосилась на кузнеца – тот улыбался. А Богдан еще говорил, что кузнец будет в шоке, убедит себя, что все ему привиделось – а он с чертей скульптурные портреты делает!

– Нравится? – продолжая улыбаться, спросил кузнец.

– Очень… реалистично. – шумно сглотнула Танька, отдергивая руку от рогов миниатюрного чертового дедушки. – А вы знаете, что по древним поверьям мельники и кузнецы связаны с чертями? Говорят, даже кузнечному ремеслу вы учитесь у черта.

А если и этот – тоже? В смысле, связан с чертями добровольно? Тогда, во-первых, он не годится в кузнецы наднепрянской ведьме-хозяйке – кто ж допустит к тайнам приближающихся русалий чертова помощника? А во-вторых, чертям такое преимущество как свой кузнец тоже оставлять нельзя… и что же делать?

– Интересуешься, не с натуры ли я их ковал? – кузнец поднял фигурку – рогатая голова чертова дедушки торчала у него из кулака. – А зачем тебе? Ищешь силы тьмы?

– Я ищу кузнеца, способного подковать черта. – Танька ответила ему пристальным взглядом. Сейчас все станет ясно.

– Так ты обратилась по адресу, искательница! – подавшись через прилавок, кузнец понизил голос. – Однажды, в страшную грозовую ночь, я ковал вон тот кинжал – и тут из моего горна… Вылетел демон! Он был огромного роста, его глаза вращались…

– Какой еще демон? – Танька отпрянула, тяжело дыша и не отрывая глаз от загадочно-многозначительной физиономии кузнеца. – Демонов не бывает! То есть, бывают, конечно – но не у нас!

– Чё, серьезно? – удивился кузнец… вытащил из заднего кармана брезентовых штанов уже слегка засаленную распечатку, и уставился в нее, торопливо бормоча под нос. – «На Вселенском Перекрестке Миров турнир в честь королевы эльфов. Туда съехались рыцари из орочьих степей, эльфийских лесов, королевств людей и зловещих княжеств некромантов. Турнир перерастает в полномасштабное противостояние Тьмы и Света, в котором у каждого своя роль…» Не сказано, что демонов нельзя! – вскинул на Таньку глаза кузнец. – Что ты мне голову морочишь?

– А… вы это по игре… – пробормотала Танька.

– Девушка, я даже боюсь спросить, от чего в вашем возрасте можно видеть чертей по жизни! – очень серьезно сообщил кузнец.

– Да… Конечно… – Танька попятилась. – Извините… – и торопливо пошла прочь.

– Девушка! Так кинжал с демоном брать будете? На все время игры он считается артефактом! – прокричал ей вслед кузнец, но Танька только юркнула за кухню и скрывшись от глаз кузнеца, устало привалилась к стене.

Мимо, держась за руки, пробежали парень, судя по кимоно и катане, изображающий японского демона, и девушка в облике хорошенькой чертовки с кокетливым хвостиком – сдвинутые на лоб рогатые-клыкастые маски у них были почти одинаковыми. Танька тихо взвыла и рванула за ворота: надо хоть чуть-чуть передохнуть от этого места, где не только разговоры о чертях и демонах, но даже их появление никого не удивляет! Только вот непонятно как тут искать настоящего чертового кузнеца?

Лесок был обычный, как все лески вокруг турбаз – высокие стройные сосны, сквозь которые просвечивались домики соседней турбазы. Узкая тропинка вывела к маленькому озерцу, о котором говорил Богдан. Озерцо действительно напоминало пейзаж с картины Васнецова: непроницаемо-черная вода, стена зелени вокруг и валуны у берега. Хоть примеряй на себя роль Аленушки. А на Богдана, соответственно, козла.

Задерживаться у озерка Танька не стала: попахивало от него, будто весь предыдущий конвент ролевиков утонул тут в полном составе. К часовне Танька вышла через пять минут: неизвестно, насколько та была древней, но остались от нее две полуосыпавшиеся стены и кусок свода. А вот про притулившееся рядом кладбище Богдан упомянуть не удосужился.

Кладбища Танька не любила. Настолько, что на мамины предложения съездить на могилу к бабушке всегда слегка бледнела и отшатывалась, заставляя маму гадать, как ее ребенок заполучил такую ярко-выраженную фобию. Ну не рассказывать же, в самом деле, маме о поднятых мертвецах, чуть меньше года назад пытавшихся затолкать ее в могилу живьем[296]296
  И. Волынская, К. Кащеев Фан-клуб колдовства


[Закрыть]. Хорошо, Ирка тогда ее отбила. Но с тех пор Танька глядела на любое кладбище подозрительно, как участковый на пивнушки: если прямо сейчас там и не происходит ничего противозаконного, это не значит, что и завтра все останется тихо и спокойно.

А здешнее кладбище выглядит… скажем так, рискованно. Ограда развалилась: Танька неприязненно оглядела полурассыпавшиеся кирпичные столбики, отмечающие место, где некогда были ворота. Преодолевая собственное нежелание (давай, иди, лучше знать точно, чем гадать!) она ступила на едва просматривающуюся под слоем молодой травы дорожку. Трава и вьюнки захлестнули старое кладбище полностью, лишь между золотыми звездочками одуванчиков и белыми шариками «кашки» проглядывали навершия серых каменных крестов, да виднелись прямоугольные островки, отмечая провалившиеся могилы.

– Много. – Танька невольно облизнула враз пересохшие губы. Провалившиеся могилы – самые простые, и самые опасные ворота из мира живых в мир мертвых: ступивший в такую могилу рискует очень быстро покинуть этот свет. А для некоторых, особых мертвецов провалившаяся могила – путь обратно. Хотя если кладбище достаточно старое, и никто «с той стороны» не караулит жертву у открывшихся проходов, чтоб напитаться жизненной силой – то ничего. Она просто обязана проверить! Танька напряженно прикусила губу, и протянула руку над ближайшей могилой.

Ощущение устремленного ей в затылок взгляда было таким сильным, словно булавку с размаху вогнали. Танька стремительно обернулась. Между осыпавшимися столбиками давно исчезнувших ворот стоял гейм-мастер. Его грузная фигура занимала весь проем целиком, а длинная-длинная, будто растянутая тень падала на заросшую травой тропинку. Танька попятилась – почему–то сама мысль, что эта тень коснется ее, была отвратительной. Гейм-мастер шагнул следом – и тень снова потянулась к Таньке.

– Э… здравствуйте. – пробормотала та.

Гейм-мастер молчал и только смотрел на Таньку. Выглядел он хуже, чем по приезде: глаза, обведенные темными кругами, запали еще глубже, щетина, кажется, выросла и стала неопрятной, а щеки обвисли.

– Я… могу чем-то помочь? – заставила себя улыбнуться Танька и… снова попятилась.

И снова гейм-мастер шагнул вперед, не отрывая от Таньки темных, точно утонувших в глазницах, зрачков. Танька шагнула в сторону, пытаясь обойти тянущуюся к ней тень. Гейм-мастер тоже ступил вбок – и его тень метнулась вслед за Танькой.

– Что вам нужно?

Он не ответил, и на его лице, точно на неподвижной резиновой маске, не шевельнулся ни один мускул. Тень все вытягивалась, вытягивалась, подползая к Танькиным ногам… Танька прыгнула. Она перескочила через растянувшуюся на траве тень, замерла, балансируя на самом краешке тропинки. Подошва заскользила по мокрой траве… Танька судорожно отдернула ногу, пошатнулась и припала на одно колено – она чуть не ступила в просевшую могилу!

Отчаянно огляделась. Могилы вокруг: сзади и по бокам. Можно бы пробежать по надгробным плитам… только вот плит тут нет, лишь трава вокруг, и сколько провалившихся могил прячется под ней, неизвестно! Рвануть вперед? День на дворе, база в двух шагах… только гейм-мастер перекрывает выход и схватит ее, если она попытается проскочить мимо. Танька посмотрела на его руки: они были крупные, мясистые, словно бы припухшие, с коротко обрезанными ногтями – один сильно потемнел, будто его когда-то ушибли… и ее вдруг резко и сильно затошнило от одной мысли, что эти руки могут к ней прикоснуться.

Гейм-мастер снова шагнул… и тень опять надвинулась на замершую на краю тропинки Таньку. Та сунула руки в карманы ветровки, стискивая в кулаке шарики разрыв-травы…

Топот и голоса раздались из-за спины гейм-мастера и на тропинке… появилась королева. Во всем блеске: венец, трепещущий на ветру плащ, скипетр. Почетной стражей вышагивали чертовка и японский демон с катаной наголо, за ними – пухлый кавалер королевы, упакованный в помесь кирасы и доспеха – круглые щеки торчали из шлема. Следом шествовала шеренга разноплеменных и разновременных придворных дам и такая же шеренга рыцарей. В самом конце мыкалась Света-Бриенна, пытаясь сообразить к какой же шеренге примкнуть.

– Я говорила, ритуал надо здесь проводить – вот же гейм-мастер! – радостно объявила королева и тут же сменила тон на отстраненно-величественный. – А она что здесь делает? – и указала скипетром на Таньку.

Гейм-мастер медленно и странно – точно упражнение на скручивание выполнял – повернулся к ней всем корпусом.

Мелко дрожащая Танька обхватила себя руками за плечи и часто, с всхлипом задышала: чего бы ни хотел этот странный человек – он ничего не станет делать на глазах целой толпы. Она поглядела на королеву даже с невольной благодарностью… и наткнулась на брезгливую гримаску.

– Я поняла задумку, мастер! – вдруг обрадовалась королева. – Девушка, одетая по-мужски!

Застигнутая на очередной перебежке Бриенна замерла на одной ноге.

– Одна… На кладбище… – королева хищно уставилась на Таньку и вдруг пронзительно вскричала. – Ведьма!

– Как только догадалась? – пробормотала Танька.

– О доблестные воители, прекрасные дамы, и могущественные маги, уж не явилась ли она потревожить покой великих предков, в тот самый час, когда мы пред Храмом Древних призываем благословение на предстоящий турнир? И не обернется ли бедой ее ворожба? – продолжала распинаться королева, то и дело искоса поглядывая на гейм-мастера. – Хватайте ее, мои верные рыцари, и не бойтесь ее чар – моя благая Сила защитит вас! – и королева застыла, нацелив скипетр на Таньку, точно клинок.

Гейм-мастер вдруг повернулся и зашагал прочь.

– Мастер, куда же вы? – жалобно воззвала ему вслед королева. – Мы же только начали! А вы чего встали? Сказано же – хватайте! Долго я так стоять буду?

Чертовка и японский демон переглянулись – демон ухмыльнулся и шагнул к Таньке, примериваясь цапнуть ее за плечо. Танька болезненно прикусила губу. Из ситуации непонятно-опасной во вполне понятную… но тоже опасную. Вреда не причинят, но… судя по улыбочке королевы, она позаботится, чтобы свое участие в игре новенькая никогда не забыла. У Таньки уже были такие одноклассницы, даром что моложе королевы лет на десять. То ли у королевы синдром «вечной девочки», то ли страсть забавляться живыми игрушками с возрастом не проходит. А жертвам приходится терпеть. Стоит показать обиду и жди новых издевательств: мы же шутим, ты что, дурочка, шуток не понимаешь?

Только жизнь сложилась так, что Танька давно не чувствовала себя ребенком. К сожалению. А уж жертвой она точно не будет, никогда!

– Не играю! – отрезала она.

– Да ладно, все играют…

– Мне больно. – она выразительно поглядела на сомкнувшиеся на ее предплечье пальцы демона. – Очень больно.

Демон торопливо разжал руку, и Танька высвободилась.

– Детский сад, штаны на лямках! – она укоризненно покачала головой. – Вы еще меня погремушкой стукните, чтоб играть заставить.