Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

– Если мы отменим бал, перед яростью драконьих жен и дочек даже Мертвый лес покажется… милым, – с принужденной усмешкой пояснила Дина.

Ирка покосилась на нее задумчиво. Объяснение звучало логично, но она чувствовала: змеицы что-то недоговаривают.

– Вынужден вас огорчить, Хранительница Сокровищ, – Айт уважительно кивнул Пан Лун, – но ничего не закончилось. Прошлой ночью из тюрьмы Воды несколько раз пытались вывести… вынести заключенных. – Он усмехнулся, вспомнив паломничество с чанами. – А указания заговорщикам и сведения в Мертвый лес продолжают поступать. – Он развел руками, словно извиняясь за навязчивость неведомого главы заговора. – Так что если мы не хотим, чтобы бал был сорван…

– Сорвать бал?! – теперь уже змеицы выкрикнули в один голос таким слаженным хором, будто долго тренировались.

– Никто и никогда не посмеет помешать танцу драконов, – гулко, как упавший камень, бухнул Грэйл Глаурунг.

– Так же, как никто не собирался тебя похищать, старший братец Земляной? – без привычной усмешки процедил Великий Огненный.

– Ну что ж, если разбирательства не избежать… – Табити неприязненно поморщилась, отставляя чашку. – Все лишние – вон. Змеицам – остаться. Где там эти ваши молодые драконы, старые ямм и агенты Прикованного?

Пара случайных едоков на дальнем конце длинного стола рванула прочь, будто за ними гнались. Только Галька, уходя, обернулась и окинула Ирку долгим внимательным взглядом.

Глава 28
Беспощадный суд Владычицы

Двери распахнулись, и в опустевший зал ворвался зубастый птах-глашатай.

– Жаждущие суда Владычицы да приблизятся к трону! – хрипло проорал он.

В зал ввалились Шен и Елеафам. Судя по потрепанному виду молодых змеев, ночевка в тюрьме Воды стала не самым приятным впечатлением в их извилистой жизни. А следом стражники-драконы принялись втаскивать чаны и казаны… За чанами, жалобно мяукая, бежала белая кошка.

– У нас тут суд или продолжение завтрака намечается? – поинтересовался Грэйл Глаурунг.

– А это, брат земляной, наши водные братья и сестры ввели новую систему содержания подозреваемых – они их по чанам расфасовывают! – Сайрус Хуракан ехидно ухмыльнулся.

Сверху свалили упакованных в паутину наемников – те явно очнулись и теперь судорожно дергались в своих коконах.

– Я хоть и против всяких нововведений, а это мне нравится! Удобно и места много не занимают, можно заключенных просто одного на другого в кладовке складывать. Главное – с вареньем их не перепутать, да, Пань? – Грэйл Глаурунг с новым интересом уставился на чаны.

– Аррр, Гивр-ямм забыли! – вскинулся Айт и кивнул глашатаю, приказывая, чтоб привели. – Я его перед вылетом в архивный сейф сунул!

В зале воцарилась тишина, змеи дико косились на Айта.

– А вот это чересчур, – серьезно сказал Грэйл Глаурунг. – Да и что такого мог учинить младший архивариус Владычицы? Архивные бумажки для… грязного дела использовал? – и сам засмеялся собственной шутке. Пан Лун укоризненно вздохнула.

– Как точно вы угадали, Великий! – делано восхитилась Дина. – Именно что использовал, и именно что для грязного!

Стражники отчаянно пытались отодрать прикипевшие к чанам крышки. Ирка тихонько щелкнула пальцами… Стражник с крышкой в руках плюхнулся на хвост, а из грохнувшего об пол чана выпал клубок из двух плотно сплетенных змеев и одной полуобморочной жабы и хлынул поток растаявшего мороженого!

– А я согласен с Воздушным. Заключенных так хранить нельзя, – бросил Великий Огненный. – Они скисают!

– Владычица! Я старалась, ква! – оседая на пол, слабо квакнула царевна-лягушка, и из пасти у нее выдулся и гулко лопнул здоровенный бело-молочный пузырь. Сэрвару и Муравьиный Гад лежали неподвижно. Помятый Гивр-ямм, которого как раз впихнули в приоткрытую дверь, захлопнул открытую было для возмущенного вопля пасть и только сдавленно пробормотал:

– В сейфе хоть сухо. Выходит, мне еще повезло.

– Пушистик! – белая кошка бросилась к выкатившемуся из соседнего чана черному коту. – Ты нашелся!

– Я… я и не терялся, – заплетающимся языком пробормотал Адельсод Эбони. – Ничтожный пестророжденный! Он осмелился дотронуться до меня своими нечистыми лапами! Мяурзавец запихал меня в чан! – И на подгибающихся лапах оскорбленный Бритиш кинулся к Иркиному коту. – Это все он!

– Это все он! – Из следующего чана вывалился Тат – страшный, встрепанный, со здоровенным синяком во всю челюсть. Увидел Айта… Дина швырнула между ним и своим Великим щит льда, мгновенно истаявший в потоке пламени из пасти обезумевшего огненного. Налетевшие сзади Шен и Елеафам ухватили Тата и потащили назад. – Тыыыы! Правильно Чен-Тан говорил, что тебя надо убить, как предыдущего Водного! И плевать, что там с Водой станется! Ничего, я тебя сейчас сам убью! И Мертвому лесу скормлю!

Сверху упала тугая и тяжелая, как дубинка, струя воды. Раздался пронзительный кошачий вопль, Елеафам и Шен предусмотрительно метнулись в разные стороны, посредине пещеры в растекающейся луже остался облепленный мокрой шерстью несчастный Адельсод Эбони и лежащий без сознания Тат.

– Могу обсушить, – радостно оскалился Вереселень Рориг.

– Б-благодарю Огненного Господина, – отряхивая лапы, пролепетал мелко дрожащий черный кот. – Об-б-бойдусь!

Тат застонал и обеими руками взялся за голову.

– Думаю, ни у кого не осталось сомнений в существовании заговора и связи заговорщиков с Мертвым лесом, – откидываясь на спинку кресла, вздохнула Табити.

– Что он сказал? Что старого Великого Водного убили? – вдруг заговорил Грэйл Глаурунг, и голос его скрипел, как скрипит и потрескивает камень, прежде чем рухнуть вниз по склону, увлекая за собой смертоносный сель. – Но ведь он… погиб во время разведки! Это была случайность!

– Великий Земляной всегда критично относился к иным стихиям. – Айт не глядел на Земляного. – Но говорить о случайной смерти Великого… Не знаю, к кому здесь больше неуважения – к Силе Воды или к врагу, с которым мы сражаемся девять лет… и которому проигрываем.

– Что ты понимаешь, змееныш! Твой предшественник был моим братом и другом – вот это был Великий так Великий, не чета прочим! – вскинулся Грэйл Глаурунг и тут же поник. – Прям уж проигрываем… – пряча глаза, пробурчал он. – Месяц едва прошел, как битву выиграли – ты ж сам там был! – и уж совсем тихо добавил: – Ты ж ее и выиграл, чего там…

– Мертвый лес забирает нашу землю, а я прячу уцелевших за водным заслоном – какая уж тут победа? – криво усмехнулся Айт. – Мы выигрываем битвы и уничтожаем армии… чтобы тут же столкнуться с новым войском не мертвых и не живых созданий, которые гонит против нас Прикованный. Или правильней все же сказать – Великий Пес Симаргл-Симуран, Повелитель животных и растений?

– Мя! – сдавленно вякнула беленькая кошечка. – А я и не знала!

– Твое счастье, мокрохвостая, – выглядывая из-за Танькиных ног, процедила черная Дару.

– Сама такая! Пушистик, эта подружка пестрого меня оскорбляет! – мяукнула Бланш.

– Тихо, кошаки! – оскаливая собачьи клыки, рыкнула на них Ирка. Коты дружно надулись, причем Иркин тоже.

– Чувствую себя белой кошечкой – потому что я тоже долго не знал, – зло усмехнулся Айт.

– Я как-то не подумал… Я сам-то никогда не сменялся… не то что некоторые однодневки… А туда же, Великими себя мнят! Ну и не сообразил, что ты можешь и не знать… чего твой предшественник знал… – непонятно было, то ли Великий Земляной извиняется, то ли упрекает. – Я думал, Вода знает все! – определился, кажется – все-таки упрекает. – Со старым Великим Вода говорила!

– А Вода, вытекающая из Мертвого леса, не говорит ни с кем. Поэтому у Прикованного… у Пса Симаргла есть сведения о нас, которые он получает от заговорщиков, а мы… ах да, как выяснилось, один я… не знаем о нем ничего!

– Я всегда слушал ветер над Лесом! – запротестовал Сайрус Хуракан. – Обычно мне удавалось предупредить о новом наступлении мертвых деревьев. А что их ни разу не смогли загнать обратно – это уже вопросы к братцу Огню!

– Не смогли, потому что, если уж Лес двинулся, сколько его ни жги, мертвые деревья на мертвой золе только лучше растут! – взорвался Вереселень Рориг. – Вот мертвые – а растут! Хоть три раза сожги – и на четвертый вырастут!

– Никто не отрицает заслуг Воздуха, – склонил голову Айт. – Именно поэтому последние лет девять Прикованный, в отличие от гордых драконов, не пренебрегал человеческим миром и главные свои приготовления, похоже, проводил там. А когда решил, что готов схватиться с нами всерьез, Великий Воздушный был похищен. Наш лучший полководец исчез… – В голосе Айта проскользнула даже не тень насмешки, а скорее тень этой тени. – Пришлось мне как-то самому справляться. Главный разведчик тоже пропал, а пока я пытаюсь остановить Мертвый лес и понять, кто такой Прикованный и что ему надо, Матушка и старший брат Земляной даже не удосуживаются так, между делом намекнуть: «Наш враг на самом деле – Великий Пес Симаргл, он нас всех ненавидит, потому что мы его заперли!»

– Чен-Тан – тот насчет Прикованного… насчет Пса знал… – угрюмо пробурчал Вереселень Рориг.

– Всеобщий любимец Чен-Тан Лун, второй по силе водный Ирия! – усмешка Айта стала откровенно издевательской. – Он считал, что место Великого принадлежит ему. Поэтому вступил в союз с Прикованным и убил моего предшественника – и Вода тому ничего не подсказала. Наверное, он просто не сообразил спросить, что будет, если дорогу перейдет черная кошка!

– Опять эта чешуйня! – вдруг заорал Грэйл Глаурунг. – Наткнуться на мертволесский арьергард и погибнуть в случайной стычке Великий значит, не мог, а черная кошка за ним пришла! Ты у нас, конечно, молодой, но я думал, детские страшилки хотя бы перерос! Когда погиб старый Водный, этой кошки еще и на свете не было!

– Была, – шепнула вдруг Дару и нервно забила по полу хвостом. – Я была совсем маленьким котенком, но… была.

– Хочешь сказать, что это ты его убила? – прошипел старик земляной. Глазищи его полыхали, а челюсть выпячивалась будто из-под нее перли драконьи клыки. Ясно было, что еще миг – и он разорвет кошку в клочья. – Мой брат Великий Водный, с которым мы еще с богами сражались… убит котенком?!

– Я… нет… не я… – снова ныряя за Танькины ноги, испуганно мяукнула кошка.

– Тебе лучше все рассказать. – Танька погладила ее между ушами. – Видишь же, тут все гораздо серьезнее ваших кошачьих дел.

– А я и не скрываю, я… я их очень любила! – выпалила Дару. – Они были старшими, мои братья! Сильные, взрослые коты, истинные Корат… Они… они с нами играли! Не только с другими моими братьями, но и со мной, хоть я и кошка. Учили охотиться…

– На драконов? – едко процедил Грэйл Глаурунг.

– Для начала – просто на змей, – жестко отбрила кошка. – А потом они ушли… и не вернулись.

Айт мягким, текучим движением выскользнул из кресла, стремительно, как набегающая на берег волна, оказался рядом с Танькой… и ухватил кошку за шкирку.

– Будет больно, – предупредил он.

– Что?! Зачем?! – кошка забила лапами в воздухе, Танька вскочила…

– Это только человеки говорят, что кровь не вода! – прошептал Айт, прижимая коготь кошке к шее. – На самом доле очень даже вода… И родственной крови должно хватить…

Алая капля кошачьей крови зависла в воздухе как в замедленной съемке. И гулко шлепнулась на развернувшийся под ней водный экран.

* * *

Плотные зеленые тростники потянулись перед глазами. Мягкие черные лапы ступали бесшумно, черные хвостатые тени неслышно скользили вдоль тростников. Просвет между толстыми мясистыми стеблями возник неожиданно. Котам не нужно было переглядываться, чтоб знать, что делать. Один так же бесшумно лег у просвета в прибрежную воду – даже не фыркнув, когда намокла его роскошная черная шерсть. Остальные двинулись дальше, окружая крохотную заводь у берега.

В небе послышался шум крыльев – на заводь опускались крылатые змеи. Первым летел громадный водный – его чешуя цвета морской волны была испещрена старыми шрамами и пятнами, но летел он уверенно и сильно, а растопыренные перед посадкой когти напоминали сабельные лезвия. Следовавший за ним дракон цвета глинистого речного дна лишь немногим уступал ему в размерах. Они сделали круг над заводью и начали опускаться на воду. Но на скользкие валуны у воды уже ступили два человека – изящный и гибкий, как мальчишка, старик с волосами настолько седыми, что они аж отливали голубым, и высокий благообразный мужчина с красноватой кожей.

Подошвы старика разъехались на мокрых валунах, но он легко и быстро выправился, удержав равновесие. Замер, глядя вдаль, похожий сейчас на статуэтку седого мальчишки, и наконец неохотно глянул через плечо на своего спутника:

– Слушаю тебя, Чен-Тан.

– Ты – меня? – речной дракон Чен-Тан Лун вскинул брови. – Мне казалось, это ты хочешь со мной поговорить наедине. Я всего лишь дал тебе такую возможность!

– Прямо сейчас я хочу посмотреть, где нам лучше перехватить всадников Прикованного, пока они не добрались до Симураны, – старый дракон поморщился. – Но поговорить о беде из Мертвого леса нам действительно нужно… Наедине, чтоб не смущать молодежь.

– Кого ты боишься смутить – этого наглеца Айтвараса Жалтиса? – хмыкнул Чен-Тан.

– Очень многообещающий молодой дракон, не понимаю, почему он тебя так раздражает, – шевельнул седыми бровями старый Водный змей.

– Что же он такого необыкновенного обещает – натаскать в Ирий побольше бессмысленных человеческих игрушек? Чего хорошего можно ожидать от змея, ездившего в мир человеков… учиться? Этой, как ее… физике! – В голосе красного речного дракона звучало такое искреннее недоверие, словно он сомневался в самом существовании «этой, как ее… физики». – Чешуйня какая!

– Человеки – интересные существа, – задумчиво сказал старый Водный. – Не те человеки, что перебрались в наш мир, а те, что остались в своем. Противоречивые. Странные. Но безусловно… интересные! – повторил он. – Их, как ты выражаешься, игрушки, далеко не бесполезны – хотя бы Кризины медицинские приборы, – в голосе старого Водного прозвучали почти восторженные нотки. – Сколько жизней Лун они спасли! А ведь наш род, род детей Владычицы, когда-нибудь просто закончится. Когда на лавовом плато вылупится последний истинный Лун. Да и новые Мин тоже не появятся на свет без драконьих жен.

– Если мы начнем нарушать традиции, то исчезнем гораздо раньше, чем треснет последнее яйцо! – Чен-Тан резко взмахнул рукой, давая понять, что Кризины приборы и драконьи жены слишком ничтожны, чтоб их обсуждать.

– Ты будто старше меня! – запрокидывая седую голову, совсем по-мальчишески расхохотался старый Великий Водный. И вдруг посерьезнел: – Мы слишком… мудрые. Опытные, все повидавшие, всезнающие… возможно, поэтому и не способные справиться с новой угрозой. Против не живых и не мертвых солдат Прикованного нужно что-то… особенное. Нам нужны необычно мыслящие драконы, даже если их необычность придет из человеческого мира!

– А может, это только ты недостаточно мудр, старший брат мой? – стоящий за спиной у Великого Водного речной змей вдруг жутко ощерился. – А то и попросту пережил свой разум, вот и не способен защитить Ирий… вот и ищешь помощи у бессильных и безмозглых змеенышей?

Брови старого Водного снова изумленно поползли вверх, он начал оборачиваться…

Речной дракон Чен-Тан резко взмахнул рукой, тростники вокруг распались, и сразу пять черных молний пронзили пространство. Громадные коты обрушились старому змею на плечи, один повис на груди, яростно шипя и вспарывая когтями кожу, двое вцепились в ноги… Старый Великий Водный рванул вцепившегося ему в грудь кота за лапы. Раздался пронзительный душераздирающий вопль, все вокруг окатило горячей алой кровью, и разорванное почти пополам кошачье тело плюхнулось в воду. Второго кота старый змей подбросил ударом ноги… драконьи когти с чвяком вышли у кота из спины, пушистый воин содрогнулся и обвис бессильно всеми четырьмя лапами. Его собрат гибким, как извивающаяся черная лента, движением взметнулся на плечи Водному – и зубы сомкнулись на еще человеческом горле! Старый змей пронзительно вскрикнул и обеими руками стиснул кота так, что послышался хруст раздавленных ребер. Другой кот мгновенно сиганул вверх, раскраивая ему запястье когтями и зубами. Змей уже стремительно обрастал броней чешуи поверх тонкой человеческой кожи, чешуйки цвета морской волны побежали вдоль щеки… Он не успел. Почти раздавленный в его хватке кот последним усилием вгрызся ему в горло! Струей брызнула черная кровь… Змей замахал руками, точно рассчитывая взлететь как на крыльях, но жутко – не рычащие, нет – ревущие коты не отпускали ни на миг! Черные струйки, похожие на траурные ленты, бежали по груди, по рукам, по шее старого змея. Он еще раз, уже слабо и беспомощно, взмахнул руками и… рухнул в воду у прибрежных тростников. Длинные седые волосы намокли, став темными. Взгляд Водного на миг вспыхнул надеждой и торжеством, его пальцы судорожно сжались, надеясь поймать родную, спасительную стихию…

– Напрасно! – прошипел Чен-Тан, наступая на грудь поверженному Повелителю. Вода залила лицо старого Водного, точно отделяя его от мира живых топким прозрачным стеклом, водные струи бессильно выскользнули из стиснутых рук, а наклонившийся над заводью Чен-Тан Лун с наслаждением наблюдал, как ужас и недоумение вспыхивают в глазах старика.

Старый Великий Водный забился во вдруг отказавшейся слушаться воде. Фырчащие и завывающие коты рухнули в воду вместе с ним, яростно кромсая так и оставшуюся человеческой кожу крючьями когтей. Струи черной крови расползались лужицами, пока еще не смешиваясь с водой, как густое масло.

– Мертвый лес – не беда и не угроза. Это возможность. Не для всех. Для по-настоящему мудрых и знающих. – Чен-Тан самодовольно улыбнулся, не оставляя сомнений, кого единственного он считает мудрым и знающим. – Я уничтожу Прикованного, как только он перестанет быть мне полезен, а пока что именно он велел коту Ирусану отдать мне черных убийц и помог забрать у тебя Силу Воды, старый водяной червь! – проорал Чен-Тан в лицо погружающемуся все глубже Великому.

Коты ответили жутким протяжным мявом, вода вскипела, точно проваливаясь в открывшуюся посреди заводи ямину, в глубине что-то ухнуло… и фонтан черной крови ударил в потемневшие небеса. Густое и плотное одеяло туч, обложившее только что ясные небеса, разрезал зигзаг молнии. В воздухе отчетливо запахло озоном… и кровью.

Чен-Тан повернулся спиной к бьющимся на дне заливчика темным силуэтам – будто коты там крупную рыбину ловили. Снова выплеснулась струя крови – осела на заводи темной лужей и на сей раз начала медленно, капля за каплей, растворяться, смешиваясь с водой. Окончательно потемневшее небо громыхнуло громовым раскатом, молнии теперь били часто и густо, сотнями сверкающих булавок вонзаясь в закипающую темную воду. Раздалось пронзительное, мерзкое и в то же время жалобное «мяа-а-а», и двое уцелевших котов выползли на прибрежные валуны – струйки алой крови тянулись за ними.

– Мы выполнили… приказ… – судорожно разевая полуразорванную пасть, прохрипел один.

– Старший Кот Ирусан и старейшины рода Корат узнают об этом, – через плечо бросил Чен-Тан. – Жаль, при выполнении задания никто из вас не выжил. – Он обернулся и поманил пальцем. Коты недоуменно глянули на этот кивающий палец… Волна позади них поднялась, как поднимается на хвост атакующая змея. Откатилась, точно примериваясь… и ринулась на котов, в один миг слизнув их с гладких камней заводи. Водоворот завертелся, в белой пене на черной воде мелькнули безумно вытаращенные глаза, отчаянно бьющие по воде лапы, бессмысленно и бессильно раззявленная пасть – и все исчезло. Чен-Тан Лун стоял на берегу и торжествующе улыбался… ровно до того момента, пока поглотившая котов вода не вскипела снова, взламывая берег, как абордажный тесак консервную банку, не поднялась над горизонтом сплошной прозрачной стеной и хищно не ринулась на того, кто уже считал себя ее хозяином. Чен-Тан Лун закричал и кричал все время, пока созданный на воде и «родственной крови» экран сворачивался и растекался лужицей по судебной пещере Владычицы Табити-Змееногой.

Глава 29
Заговор с кем? И против кого?

Эхо вопля из прошлого еще металось между каменных стен. Воцарившееся молчание прерывалось только тихими всхлипываниями зажатой у Айта под мышкой черной кошки. Плачущая кошка – это было так невероятно и странно, и при этом так душераздирающе, что хотелось немедленно убить ее обидчика.

– Ах ты ж… гад! – заорала Танька, бросаясь к Айту.

– Прозрела! – хладнокровно хмыкнул Богдан, похоже, не слишком впечатленный кошачьими страданиями. – Я еще когда говорил – не слушала!

– Отдай немедленно! – вопила Танька, выдирая кошку из рук Айта с такой силой, что Ирка была уверена – ту разорвет, как и погибшего кошачьего братца. – Ты просто зверь какой-то! – Танька прижала дрожащую кошку к себе, а та, тихо постанывая, обхватила ее лапами и уткнулась головой в светлые Танькины волосы.

– Давайте остановимся на гаде, – чуть брезгливо отряхивая кончики пальцев, холодно бросил Айт. – И учтите на будущее, госпожа ведьма-графиня: меня не слишком волнует тонкая душевная организация черной убийцы, семья которой уничтожила моего предшественника, а она покушалась на меня и мою сестру.

– Она тебе сама про старших братьев сказала! – гневно выпалила Танька, зажимая ладонью рану под черной шерстью кошки.

– Преуууудательница рода! – тихонько муркнул Адельсод Бритиш. Все взгляды устремились на него, кот занервничал, забил хвостом, переступил с лапы на лапу и наконец проворчал: – А я чтоууу? Я просто говорю, что старейшины Корат скажут. Черные убийцы всегда верно служили Старшему Коту Ирусану.

– У старейшин рода Корат будут иные проблемы, – сквозь зубы процедил Айт.

Он был, пожалуй, единственным из драконов, кто не выглядел потрясенным – об убийстве старого Великого он догадался давно и успел сжиться с этой безумной, не умещающейся в драконьей голове мыслью. Зато остальные змеи выглядели ужасно. Табити словно утонула в своем кресле, превратившись в безмолвную тень. Дина и ее свита сбились в кучку и обнимали друг друга, будто пытаясь защитить. Только Лаума скалила желтые старческие клыки на черную Дару, явно готовая разорвать ее при первой же возможности. Сайрус Хуракан застыл в невозможной для юркого воздушного неподвижности – так замирает воздух перед самой страшной грозой, Вереселень Рориг сыпал искрами. Но хуже всех выглядел Грэйл Глаурунг: руки его обвисли, как сломанные крылья, седые волосы потемнели, приобретя болезненный грязно-коричневый оттенок, глаза погасли, а морщины стали глубже.

– Как же так… Ведь мы же… Он… Брат, друг… – шептал Великий Земляной и качал головой как оглушенный. Пан Лун утешающе поглаживала его по плечу. – Я тебе говорил еще тогда – убей его! Убей Чен-Тана, а ты… – стряхивая ее ладонь, взревел Грэйл Глаурунг.

– И что бы это изменило для Ирия? – дернул плечом Айт. – Чен-Тан был самовлюбленной креветкой. Он готов был уничтожить половину Ирия, лишь бы воцариться на уцелевшей половине, но ему не хватало ни ума, ни терпения, ни отваги, даже убийц для Великих ему предоставил Старший Кот Ирусан по воле Великого Пса.

Грэйл Глаурунг снова уставился в пол.

– Брат Воздух, ты ведь поговорил с воеводами Василием и Зитироном. Что заставило их бросить Торжище и Источники и отправиться в Пещеры? – вкрадчиво поинтересовался Айт.

– Едва успел! – фыркнул Сайрус Хуракан. – Ты так торопился снова выгнать их из Пещер.

– Идет война, а у меня два города без защиты, – невозмутимо подтвердил Айт. – Но ведь для разговора много времени не нужно.

– Им просто велели убираться: Чен-Тан на Источниках, а этот вот Муравьиный Гад… – Великий Воздушный кивнул на измазанного в мороженом змея, – на Торжище!

– Не знаю, как на ваших землях, а все мои воеводы подчинены мне, а не управляющим или начальникам погрузки, – укоризненно покачал головой Айт.

Муравьиный Гад издал длинное злое шипение, будто упоминание о работе на Торжище его оскорбляло.

– То-то они на входе в Пещеры на тебя напали! – хмыкнул Вереселень Рориг.

– Об этом нападении и воздействии свитских жаб Матушки на моих воинов мы еще поговорим. Наедине, – одаривая недобрым многозначительным взглядом сперва сжавшуюся в комок царевну-лягушку, а потом и невозмутимую Табити, пообещал Айт.

– Тоже мне тайна – братец Тат твою морду… то есть наоборот, не морду, а лицо… предъявил, вот твои вояки и подумали, что это ты их в Пещеры отправляешь! – вернулся к прежней теме Вереселень Рориг.

– Я бы не впустила их в Пещеры, – вдруг вмешалась Табити. – Человеки и рыболюды могли принять Татльзвума за Великого Водного, но чтобы войти в Пещеры, они должны были подтвердить его приказ.

– А у них, надо полагать, все было в порядке. У каждого – моя чешуйка, – устало прикрывая глаза, вздохнул Айт. – У меня ее взять не могли – в плен я попал в человеческом облике, а потом долго не мог принять обличье змея.

– Тяжело. – Вереселень Рориг покосился на младшего брата с сочувствием. Айт в ответ благодарно кивнул:

– Прошлой ночью в тюрьму Воды состоялось целое паломничество – и все с чешуйками. Я верю, что Криза и царевна-лягушка, явившиеся за Сэрвару-ямм, и впрямь выполняли волю Матери-Владычицы. – Он пристально поглядел на Табити, та бросила быстрый настороженный взгляд на Ирку и отвернулась. – Но зачем бы вам вдруг понадобилась черная кошка Дару? Да еще эти приказы, отпечатанные на машинке – точно как те, что раньше получал Татльзвум Ка Рийо.

– Мне никто не приказывает! – простонал с пола Тат.

– А может… – вдруг очень тихо начал Сайрус Хуракан, – может, мы просто надоели вам, Матушка?

– Что?! – разом потрясенно выдохнули и Айт, и Грэйл Глаурунг, и Вереселень Рориг, и Ирка, и, кажется, все, кто был в пещере, – в первую очередь сама Табити.

– Зачем бы я стала затевать заговор против себя? – прорычала она.

– Заговорщики не покушались на Владычицу – только на Великих драконов, – возразил Сайрус Хуракан и криво, болезненно улыбнулся. – Совет Великих… не всегда согласен с мнением Владычицы. Чем порой вызывает… гнев Владычицы. И возможно… Владычице захотелось… скажем так, изолировать… чересчур самостоятельных Великих, заменив их молодыми и полностью зависимыми от любого взмаха ее крыла драконами.

– А что? Все сходится! – усмехнулся Вереселень Рориг, и было неясно, всерьез он говорит или шутит. – У кого больше всего Матушкиных чешуек, кроме самой Матушки, да не оскудеет она этими самыми чешуйками, после такого-то разбазаривания? И это… стаю молодых драконов в Пещерах собрать не фокус…

– Общество… – поправила Дина.

– Общество, – кивнул Огненный. – Вон сколько бездельников, что крылатых, что ползучих, тут шатается, не знают, куда себя деть! А уж наши города в свою сокровищницу подгрести – кусочек лакомый. Я вот связался со своим Торжищем на караванных путях – и что ж там делает ваш управитель, Мать-Владычица?

– Правит! Тебя год не было, а дела стоят! – как брошенный на плите чайник зашипела Табити.

– А вы, чем нас искать, взялись эти дела двигать, – покивал Огненный. – Подставили материнское крыло… И лягушка тоже ваша, и Сэрвару, и Гивр-ямм – ваш архивариус, и наемников из человечьего мира нанять труд невелик. Учитывая вашу всем известную любовь к человекам, – продолжал он.

Ирка воззрилась па Великого Огненного недоуменно: это Табити людей любит? Разве что к обеду!

На полу, в луже мороженого вдруг хрипло и страшно расхохотался Муравьиный Гад:

– И эти существа… эти склочные, безумные, жадные существа правят Ирием! Лишь потому, что умеют летать и открывать тайные змеиные тропы!

– А ты, муравьишка, справишься лучше? – хмыкнул Вереселень Рориг.

– Змеиные тропы могут открыть и ямм: для этого надо провести специальный обряд… – вдруг пробормотал Гивр-ямм. – Я в архиве нашел. Так что разница всего лишь в полетах. – И мечтательно вздохнул: – Хотя надо признать – это существенная разница.

Хвост Сэрвару с маху запечатал ему пасть.

– Простите моего брата, Владычица! – Сэрвару-ямм аж штопором скрутился от неловкости. – Он всегда был… немного приулитковат! Живет в своем архиве… Прошу вас, продолжайте, мы будем тихо-тихо!

– А еще мы повелеваем стихиями, у нас накопленный тысячелетиями опыт, мы сильнее и намного красивее, – проворчала Табити, одаривая рогатых братцев недобрым взглядом. И снова повернулась к сыновьям. – Я посылала Сэрвару-ямм и царевну-лягушку уничтожить наднепрянскую ведьму, – сквозь зубы процедила Табити и в упор уставилась на Ирку. – Не буду извиняться, я и впрямь считаю, что без тебя все было бы гораздо проще и надежнее. Но ко всему остальному я не имею отношения! И… я умею пользоваться компьютером – зачем мне печатать на машинке?

– Да будет ваш гнев на нас, Матушка, столь же велик, как весомо это доказательство! – почтительно-насмешливо склонил голову Огненный.

– Не сходится, – вздохнул Айт. – Занятная идея – и впрямь: кто лучше Матери нашей и Владычицы мог расправиться с нами, Великими? Даже не так стыдно, что попались. Я могу поверить, что Матушка решила избавиться от нас… – Он одарил Табити долгим взглядом. – Но что она готова отдать Прикованному власть над Ирием… нет, не поверю. Кроме наемников, из человеческого мира было еще завезено ракетное вооружение. И отправилось оно в Мертвый лес, – пояснил он. – Благодаря неоценимой помощи ведьмы-хозяйки и ее свиты… – официальный поклон в сторону Ирки. – Значительная его часть выведена из строя, но и того, что успело попасть к Прикованному, хватит, чтобы подорвать Пещеры.

– Новая страшилка вроде черных кошек? Неужто ты и впрямь хочешь убедить нас… меня убедить, что очередная человечья игрушка может навредить не то что самим Пещерам, а хотя бы одному змею? – недоверчиво оскалился Грэйл Глаурунг. – Повстречалась мне недавно… лет сто назад, тут у нас в Ирии компания одна – как раз из их человечьего мира. Тоже палили в меня из своих… пулеметов! Разозлился я тогда – щекотки с детства не люблю, – серьезно закончил он.

Пан Лун выдавила кривую, как серп, улыбку. Табити равнодушно смотрела в сторону, Сайрус Хуракан – в другую, и только Вереселень Рориг не отводил от старшего брата багрового, как угли в золе, мрачного взгляда.

– Какой у нас недоверчивый старший брат! – ни к кому не обращаясь, в пространство бросил Айт. – Ни в черную кошку ты не веришь, ни в то, что тебя тоже похитить собирались, ни в человечье оружие. Сто лет малый срок для Земли, но большой для человеков. Мне на своей шкуре довелось убедиться, как сильно может нам навредить это их новое оружие.

– Тот серокожий сшиб тебя парой выстрелов! – прохрипел Тат. – Ты валялся на земле как… как какой-нибудь низкоползающий!

– Замолкни, выродок трехголовый! – от рыка Грэйла Глаурунга содрогнулась пещера.