Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

Глава 26
Стена воды и ледяная сковородка

Над тыном, будто в ритмичном завораживающем танце, менялись местами огненные с водными: то швыряясь огнем, то рубя ледяными лезвиями наползающий Лес. Только уже было видно, что ритм этого боевого танца начинает сбоить. Ирка спикировала вниз, туда, где бросающий отрывистые указания Гнат уже поднимал скрытый под мостовой люк самого натурального схрона. Ирка аж в воздухе подвисла – люк был сделан из разноцветных драконьих чешуек. Ну запасливый мужик!

– Ни, дядьку, ни! – Вдоль улицы, размахивая руками, бежал Панас. – Не кажить ей, де наши, бо вона ж их чудовыськам скормит!

Ирка поглядела на Панаса даже с некоторым восхищением – офигительно упорный парень! Когда все закончится, простой крапивницей он не отделается.

– Где чудища?! – высунувшаяся из люка всклокоченная голова какой-то старушонки завертелась туда-сюда, словно вынюхивая обещанных чудовищ. – A-а, чудище! – пронзительно заорала старушка, видя пикирующего на крышу хаты огненного, и нырнула обратно в люк.

– Та куды ж вы, бабцю, то ж змий прилетел, на спину вас посадит, та и увезет звидси! – пытаясь отловить старушонку в люке как моченое яблоко в бочке, увещевал Гнат.

– Что удумали, охальники! – пронзительно завопила старушка. – Эти ж змеи – они ж в парней превращаются, а ты меня на него верхом? Чтоб он мне под юбку заглядывал, морда бесстыжая чешуйчатая?!

Дракон чуть не кувыркнулся с крыши. Ирка с рычанием спланировала в люк… и вынырнула оттуда, держа старушонку на вытянутой руке.

– А вот это вы, бабуля, видели? – Ирка ткнула в ползущие через тын корни. – Такое не то что под юбку – за пазуху залезет, а у вас там самое дорогое… гроши в узелочке! Спасайте ценности, пока не поздно! – И она закинула старушонку змею на спину. И гулко проорала в люк: – Бабулечки, кому есть что терять – быстро по драконам!

– Ну ты даешь, дивка! – криво усмехнулся Гнат.

– Ведьмы бабок не боятся! – гордо ответила Ирка. – У самой дома такая… ваши по сравнению с ней еще цветочки… хищные…

– Скорее, Лес прет, как сорняки у вас на грядках! – прокричала Танька, проносясь мимо на метле.

Над головами плясали тени – черные корни, раскачивающиеся ветки мертвых деревьев и кружащие драконы. Осколки льда сыпались морозным крошевом на крыши, языки пламени вспыхивали один за другим, но Ирка все острее чувствовала в этом круговороте надлом. Она швырнула в воздух последнюю старушку. Огненный клацнул зубами, ловя бабульку за шиворот, как собака ворону.

– А ты нас, случаем, не уронишь, касатик? – прошамкала бабка.

– Случаем – нет! – забрасывая ее на спину, рыкнул змей. – Специально – могу! – И под неумолчный старушечий визг взмыл в воздух.

– Все, поихалы! – Гнат загнал на драконью спину последнюю мамашу с ребенком в одной руке и топором в другой и прыгнул сам. – Догоняй!

Мимо шустро, как стрижи, мелькали улепетывающие воздушные, прикрывающие тяжелогруженых огненных. С высоты за отступлением наблюдал серебристо-стальной дракон – даже отсюда он казался громадным. Пора догонять. За спиной у Ирки распахнулись черные крылья, она с шумом хлопнула ими, поднимаясь в воздух…

И рухнула на землю под навалившейся на плечи тяжестью.

– Бачив я тэбэ вже такою, тварюко, когда ты з свого Мертвого лесу вылезла! – в ухо ей пропыхтел Панас. – Не полетишь ты за нашими, и Лес свой за собою не потащишь, я тоби тут крыла поганые повидкручую! – Но почему-то вместо крыльев сомкнул пальцы у Ирки на горле. И тут же пронзительно заорал – громадная черная борзая оскалилась ему в лицо, клыки щелкнули у самого Панасова носа.

Может, Панас и был злобным дураком, но трусом точно не был! За страхом на физиономии мелькнул кровожадный азарт – и, вместо того чтобы отскочить от Хортицы, он выхватил из-за пояса нож.

– Помню я, як ты на мэнэ зубом… Бильше ты никого… – Панас бросился в атаку… Хортица отпрыгнула – не убивать же этого придурка! Кончик ножа даже не чиркнул – уколол шкуру. Проступила крохотная капелька крови. Разогнавшийся Панас рухнул наземь… скользнувший поверх тына корень стремительно несся к нему… Хортица ринулась на помощь…

– Не возьмешь! – заорал Панас, шарахаясь назад… Корень обвился вокруг его ног и вздернул парня в воздух. Клыки Хортицы щелкнули в паре миллиметров, не успев ухватить его за ворот.

– Тварюка-а-а-а! Спаси-и-и-и! – раскачиваясь в воздухе, орал Панас.

Хортица прыгнула. Пучок корней метнулся ей навстречу. Она отчаянно извернулась в воздухе, уворачиваясь.

Мертвый лес ревел. Скрип мерно покачивающихся деревьев сливался в сплошной ввинчивающийся в уши вой, тын трещал… и начал медленно заваливаться, давя ближайшие дома. Следом неотвратимо, как танк на собачью конуру, перла сплошная масса черных деревьев.

– Ненави-и-ижу тебя, тварюка!

Черное щупальце поволокло парня прочь.

Чудовищный валун на горизонте вырастал, топя во мраке выглядывающее из-за горизонта солнце. Мертвый лес расстилался вокруг него чудовищной мантией, корни тянулись как бесчисленные руки. То пропадающая в огне, то возникающая из намерзшего льда, морда Пса нависла над брошенной деревней. Неподвижные ледяные глаза тупо смотрели перед собой, но пасть с громадными, как айсберги, ледяными зубами распахнулась – и в этой пасти исчез Панас. Только пронзительный вопль донесся с горячим, пахнущим псиной ветром:

– Ненави-и-ижу!

Хортица метнулась следом… и остановилась, яростно работая крыльями. Взвыла… повернулась и кинулась вдогонку драконьим клиньям, что на полной скорости уходили к висящим в воздухе порталам.

– Аррррр! – И гигантская ледяная пасть ринулась следом. Тьма охватывала борзую сверху и снизу, только сверкали в этом сумраке ледяные зубы Пса. Молотя крыльями, Хортица ринулась к все уменьшающемуся просвету меж этими зубами…

Бабах! – Осколки ледяных зубов брызнули во все стороны… и, словно оседлав вихрь сверкающего льда, из уже сомкнувшейся пасти вылетела крылатая борзая.

– Ирка-а-а-а! – пронзительный вопль разнесся под небесами, и пара сверкающих серебром чешуи водных змеев лихо завалилась на крыло, вклинясь между летящей со всех крыльев Хортицей и чудовищным валуном.

Хортица почувствовала, как будто крепостной стеной закрывают ее от опасности крылья Айта… и помчалась к порталу еще быстрее. Драконы один за другим ныряли в пылающее «окно». Под неумолчный вопль старушек исчез знакомый огненный – вопль как отрезало.

– Арррр! – со скрежетом громадного механизма пасть Великого Пса начала открываться вновь…

Летящая крылом к крылу с Айтом Дина выпустила длинную извилистую молнию – не в Пса. В светящиеся прозрачные цилиндры посреди деревни. Пляска искр внутри цилиндров стала совершенно безумной, цилиндры вспучились, точно раздулись огромные мыльные пузыри… и рванули прямо в морду врагу.

Шар искристого пламени, огромный, как выброс вулкана, накрыл деревню. Извилистые разряды с треском разлетелись во все стороны, замешкавшаяся Хортица увидела, как ломаные клинки молний вонзились в нависающий над деревней чудовищный валун и тот скрылся в вихре огня и поднятой земли. Громыхнуло, будто небо обрушилось на землю, а потом и звук и пламя ринулись за ней. Хортица рванула прочь… трескучий искристый свет охватил ее со всех сторон, она оказалась будто в самом центре фейерверка, тело пронзили дрожь и боль, словно шкуру обдирали скребком…

– Аа-а-а-а-а! – вылетевшую из облика Хортицы Ирку перевернуло в воздухе, ее вертел и трепал горячий ветер.

– Аа-а-а-а! – мимо, тяжеловесно и беспомощно, просвистела Дина, тоже в человеческом облике – только копна золотых волос флагом взмыла над ней. На чистых рефлексах Ирка схватила ее за волосы и попыталась снова выпустить крылья. Ать! Жуткий рывок, пронзительная боль в запястье, не менее пронзительный вопль снизу… Ирку точно сдернуло с небес. Не выпуская Дининых волос, она, кувыркаясь, полетела вниз…

– Держи-и-ись! – Сверху ее догонял Айт – тоже в человеческом облике. Его руки плотно обхватили Иркины плечи – распахнулись крылья, и серебром сверкнула чешуя. Драконьи когти уцепили Ирку поперек талии, Айт забросил обеих девушек на спину и рванул к порталу.

Бушующий на месте деревни огонь сложился в гигантскую, на полнеба, собачью пасть, из которой черными горящими, источающими гной языками выметнулись корни! И ринулись следом! Неистовый жар обжигал припавшую к чешуе Ирку. Горячий ветер яростно трепал черные волосы ведьмы и золотые – змеицы. С разгону Айт ворвался в портал… черные корни вломились следом. Пространство лопнуло и вывернулось наизнанку. Ирка увидела совершенно незнакомую местность – поля какие-то, сады, лес, – забитую драконами. Огненные, водные и воздушные, еще здоровые или уже раненые, до отказа груженные людьми или сами цепляющиеся за других змеев, несущиеся стремительно или еле ковыляющие в воздухе, – змеи продолжали удирать, явно стремясь убраться как можно дальше. А в развороченный портал с неостановимым ревом перла мгла.

– Где вы были? Что случилось? – с одной стороны от Айта всплыла Танька на метле, с другой возник здухач.

– Я Панаса не удержала, – буркнула Ирка.

У Таньки лицо сочувственно дрогнуло. Понятно, Панас Ирке не друг, а может, даже враг (хотя какой из него враг, это несерьезно!). Но… Ирка же не для того его тащила, чтоб НЕ вытащить, а совсем даже наоборот. И чесался он… до самого конца. И ненавидел ее. Вот ведь глупость какая – и не поговоришь с ним теперь, и не доругаешься, и не помиришься… Все! Навсегда, насовсем – все! Ничего не изменить.

– Не надо так огорчаться – мы сейчас запросто можем к нему присоединиться, – оглядываясь на валящую из провала тьму, с привычным Богдановым ехидством буркнул здухач.

– Почему?! – заорал возникший рядом Вереселень Рориг. – Откуда у Прикованного такая сила?! Что тут творилось весь год, что меня не было?!

– Тут и раньше… творилось. Спокойнее, брат, – прогудел серебристо-стальной дракон. – Главное – убрать отсюда раненых и приграничников!

– Пора! – оглядываясь на ломящийся сквозь искореженный портал Мертвый лес, напряженно бросила Дина. – Слышишь, Айт? Пора!

– Криза! – взревел Великий Водный.

Яркое дневное небо раскрылось как голубой занавес, и над горизонтом вознеслась… драконица! Такая огромная, что сама Табити-Змееногая в сравнении с ней уже не казалась гигантской. Шкура драконицы сверкала снежно-белой чешуей, расчерченной узорами алого.

– Криза! – катилось над толпой драконов. – Криза-а-а!

Ударили снежно-белые крылья – и все изменилось в один миг. Бело-алая драконица налетела вихрем, ее свита неслась следом… и впереди всех летели Мраченка с Белой Змеей! Раненых драконов начали подхватывать сильные когти, в один миг унося прочь в мгновенно открывающиеся и схлопывающиеся порталы. Сидящих на спинах драконов людей словно смело взмахом бело-алого крыла – и вот они уже на спине гигантской драконицы и с неистовой скоростью уносятся прочь. Следом со всех крыльев припустили освобожденные драконы. Только дракон цвета пламени завис в воздухе, с отчаянием и яростью глядя назад, туда, где подступающая тьма рвала портал, как ураган – целлофановый пакет. Деревья Мертвого леса метр за метром пожирали луг и поле. Черные корни вспарывали землю, обезображивая ее сухими, точно горелыми, канавами, тянулись за улетающими драконами. А за ними мрачной тушей неотвратимо пер гигантский валун, увенчанный выплавленной во льду и сотканной черным дымом жуткой собачьей мордой.

– Давай, брат! – бросила Дина, прямо в воздухе скатываясь со спины Айта. Ирка кувыркнулась в другую сторону. Она не знала, что эти двое задумали, но не сомневалась – задумали!

Черная волна, в которой уже нельзя было различить ни деревьев, ни корней-щупальцев, ни существ, то ли живых, то ли мертвых, катилась по живой земле, захлестывая поля, сады, лес, рассыпая в прах траву, ломая живые деревья будто прутики.

– В сторону! – Пара сверкающих серебром драконов взвилась в небо.

Дина зависла в небе, ее чешуя засверкала в лучах солнца… и во все стороны от нее брызнули электрические разряды. На земле вспыхнули огни. Одна за другой, как опоясывающая Ирий гирлянда, загорались ледяные башни, и искристые короны плясали на их вершинах. Небеса содрогнулись от рева Великого Водного дракона… черная мертвая мгла подкатилась к самым башням… и с размаху врезалась во взметнувшуюся навстречу стену воды! Стену воды, соединяющую электрические башни и насквозь пронизанную электрическими разрядами!

Чудовищный, полный лютой боли и злобы вой прокатился над Ирием. Черные деревья рассыпались хлопьями липкой золы. Электрическое пламя пронеслось по Мертвому лесу, выжигая его до самой земли и оставляя на пепелище то ли кучки горелых ветвей, толи рассыпающиеся черными хлопьями тела воинов Прикованного. Бескрайнее горелое поле протянулось от водной стены и до самого горизонта. Вой раздался снова, и теперь в нем были ярость и приказ. И волна извивающихся черных корней прихлынула опять, бешено вгрызаясь во вставшую на пути водную преграду. Стена воды прогнулась и… устояла. Но черная волна ударила снова, и снова, и снова. И одна из ледяных башен пошатнулась!

– Вроде ж папочка – Хорт, а упорство у него бульдожье! – Ирка летела к водяной стене. – За мной давайте! – проорала она, но Танька и здухач уже мчались следом. Вся троица зависла над водяной стеной.

Рев черной волны взвился неистовым торжеством, и тысячи щупальцев рванулись к Ирке. Отчаянно метнулся наперерез серебристо-стальной дракон. Но прежде чем хоть кто-то успел до нее дотянуться, Ирка выдернула из-за пояса покрытую кровью и гарью сковородку. И бросила ее вниз.

Пылающая водяная стена взмыла ввысь, а ледяные башни начали плавиться… перетекая в человеческие фигуры. Молодая женщина простерла ладони над ребенком. Громадный кузнец закинул на плечо молот. И крепкая дородная тетка многообещающе похлопывала по ладони… сковородкой. А потом ледяная сковородка, искрящая электрическими разрядами, медленно пошла на замах…

– Клянусь Владычицей! – ошеломленно прогудел кто-то из зависших неподалеку драконов. – А наши человеки… тоже такое умеют?

Пылающая водная стена ринулась навстречу тьме.

Они сшиблись… Удар! Удар и еще удар! Электрические искры пронзили тьму. Тучи золы взмыли во все стороны. Пронзительный жалобный скулеж заставил содрогнуться небеса.

И эхом ответил ему победный рев драконов.

Тьма уползала. Мертвый лес отступал. Корни стремительно втягивались, оставляя за собой безобразные шрамы в земле. Деревья Мертвого леса пятились, прикрывая собой гигантский валун. Сквозь сплетение искореженных ветвей Ирка успела увидеть неподвижный взгляд ледяной собачьей морды… и содрогнулась. Пес глядел на нее.

– Мы победили? – настороженно спросила Танька.

– Да, – мрачно ответила Ирка. – Пока. Потому что он вернется.

Она повернулась и понеслась в сторону Драконовых Пещер, не дожидаясь никого и не отвечая на окрики.

* * *

Вечер неторопливо опускался на Змеевы Пещеры, но не было сна в запутанных, как клубок разварившихся спагетти, скальных коридорах. Голоса, крики, рык драконов. Бело-алая драконица стремительно двигалась по тоннелям, быстро и отрывисто отдавая распоряжения, – и там, где появлялась она, закрывались раны, живая вода бежала по трубкам вполне современных капельниц под чешую змеев, заковывались в лубки громадные когтистые лапы и людские руки-ноги.

– Криза! Доктор Иппокризия! Доктор Криза!

– Тихо-тихо, я здесь, все будет хорошо! Артерию зажимай! Крепче! Не ори, ты же дракон! Следующего на стол! Какой отдых, змеечки, еще пара часов – и ночь, тогда я вас, громадин, ворочать уже не смогу!

Скользила по коридорам женщина в длинном, в пол, платье – и воцарялась почтительная тишина, а перед беженцами возникали плошки с горячей едой, уставшие дети переставали плакать и по знаку ее пальцев отправлялись спать в «змеиный садок», и даже старушки почтительно затихали под строгим взором Табити-Змееногой.

Среди этой шумной круговерти лишь одна тень кралась неслышно и тайно, ни шорохом, ни звуком не выдавая своего присутствия. Вжималась в стену, когда мимо, шурша чешуей и подолами платьев, проносились помощницы доктора Кризы и ласково воркующие земляные змеицы уносили на руках хнычущих человеческих малышей. И снова на цыпочках пробиралась дальше. Следом за волокущими простыни бинтов молодыми драконицами тень неслышно скользнула в дверь и замерла, всматриваясь во мглу. Вокруг было пусто, темно и тихо. Сквозь мрак медленно проступали прямоугольники картин. Тень примерилась… Потянула… Раздался дикий грохот. Куски выломанного камня посыпались на пол.

– Кто здесь?! – Факелы стражи озарили тьму, выхватывая из мрака яростные морды погибающих драконов и искаженные злобой лица драконоборцев на полотнах. Прижимая к себе сорванную со стены картину, тень метнулась прочь. – А ну стой!

Тень пронеслась через галерею, выскочила на пятачок пещерного «перекрестка» и заметалась – с другой стороны тоже слышался топот и мелькали факелы. Тень кинулась к расписанной веселыми толстенькими дракончиками двери, створка приоткрылась – едва протиснуться – и тут же бесшумно захлопнулась.

– Кто это был? Видели, нет? – Два драконьих патруля сошлись на опустевшем пятачке, змеи оглядывались в поисках бесследно исчезнувшего беглеца.

– А еще кроме черных кошек есть Хортица – убийца драконов… – за дверью напевно вещал ломкий мальчишеский голос.

Все тот же юный водный Лун сидел на полу перед туалетами, все так же горел кристалл с молнией в его ладони, разве что теперь его слушали не двое, а пятеро мелких Мин, а позади, нервно дыша, притаились несколько человеческих ребятишек.

– У нее клыки – во! Когти – во! – зловеще шептал Лун. – Глазищи огнем горят, волосы дыбом, сама вся в меху… Придет ночью, встанет над кроватью, лапу… руку протянет… и вырвет тебе сердце!

Тонкие девичьи пальцы, увенчанные черными когтями, легли на плечо рассказчика.

Сбившиеся в кучу малыши заорали и ринулись обратно в спальню – только чешуйчатые хвосты и подолы ночных рубашек мелькнули. Юный Лун замер на миг и наконец обернулся. Позади него, неловко зажав под мышкой картину с облаченной в шкуры всклокоченной Хортицей, терзающей когтями дракона… стояла облаченная в шкуры всклокоченная, измазанная золой Хортица. Из-под верхней губы выглядывали клыки, горящие зеленью глаза пристально всматривались в змееныша.

– Прошлый раз – черная кошка, теперь еще и Хортица-убийца! – восторженно выдохнул юный Лун. – Это лучшие ночи в моей жизни!

Глава 27
Бал состоится при любых обстоятельствах

– Что, тоже выгнали? – прикрывая ладонью зевок, пробормотала Ирка. После бессонной ночи по сокровищницам и тюрьмам и дневного боя над деревней она как упала на каменное ложе, так и отрубилась, и никакие впивающиеся в бок алмазы ее потревожить не могли. Но спать все равно хотелось, точно как после долгого пути через Ирий.

– Ага. – Танька, делающая вид, что ей зевать не хочется – аж уши шевелились! – плюхнулась на соседний стул. – Доктор Криза сказала, что предпочитает традиционные кровоостанавливающие средства вроде кровавника или викасола[224]224
   Кровавник – деревий, тысячелистник, естественное кровоостанавливающее, викасол – синтетический кровоостанавливающий препарат.


[Закрыть]… а не «шепчущих девочек». Цитата.

– Что может быть традиционней ведьмы? – болтая ложкой в чашке, приподнял брови Богдан. – Разве что старая ведьма… Стелла бы им подошла?

– Рада Сергеевна, – намазывая булку полосатым сине-розово-оранжевым джемом, буркнула Ирка. – Вот кто был фанаткой традиционного ведьмовства! К тому же она из Ирия…

– Не напоминай! – тоже берясь за джем, поморщилась Танька.

– Не понимаю, что вас удивляет! – Табити-Змееногая с поистине царственным изяществом поднесла к губам тончайшую чашечку. Ее ноздри дрогнули, вбирая аромат кофе. – Ирий, в отличие от человеческого мира, никогда не приветствовал убогое знахарство. Мы всегда пользовались новейшими достижениями медицины.

– Особенно учитывая, что это наши новейшие достижения, – кивнула Ирка, успевшая побывать в госпитале доктора Кризы, дочери Гиппократа, и оценить многочисленные медицинские приборы как обычных человеческих, так и явно сделанных на заказ драконьих размеров.

– А в основе их когда-то, сотни лет назад, как раз и лежало убогое знахарство, – подхватила Танька и мстительно добавила: – Традиционное. Лепестки передай, пожалуйста.

Деликатно завтракающие рыбкой Иркин кот и черная кошка посторонились, позволяя Айту отодвинуть пустые чашки и дотянуться до блюда с лепестками. Завтрак напоминал безумное чаепитие из «Алисы» Кэрролла, разве что с котами вместо Кролика и Сони. Стол, длинный как шоссе, со множеством брошенных грязных чашек – участвовавшие в бою драконы, помощницы Кризы, даже вывезенные из деревни приграничники (Ирка уже успела помахать Гальке, робко пристроившейся на другом конце стола) забегали в зал, жадно и быстро ели, не обращая ни малейшего внимания на высокопоставленных особ, и убегали снова. Змеевы Пещеры перестали походить на сложный и запутанный замок-дворец, словно по мановению крыла превратившись в помесь военного лагеря, лазарета и Генерального штаба. Холеную невозмутимость сохраняла лишь Табити-Змееногая, восседавшая во главе стола в длинном, безупречно белом кружевном платье. Да еще, наверное, сама Ирка: после уделанной золой и гноем Мертвого леса безрукавки и портянок из мехового одеяла чистые джинсы, кроссовки и даже джинсовый жакетик вместо футболки – это уже почти безупречность! Во всяком случае, змеечки (кто не засыпал от усталости на ходу и на лету) поглядывали на их с Танькой наряды с интересом.

Отношение вообще изменилось со вчерашнего дня. Знатные и простые, крылатые и бескрылые обитатели Пещер больше не шептались за спиной, зато кивали ей, Таньке, Богдану, походя пристраивали к делу – придержать, переложить, отнести – и мчались дальше, похоже, признав Ирку с компанией за своих. Результат их участия в ночном бою? Ирка задумчиво ткнула вилкой в тарелку.

– Эти самые новейшие достижения Кризе приходится изучать исключительно по книгам! – передавая Таньке блюдо, продолжал Айт. – Никоим образом не преуменьшаю ее таланты и способности, но может, хоть после сегодняшнего мы наконец отправим ее в человеческий мир нормально учиться?

– Как ты себе это представляешь? – сворачивая лепесток тонкими пальцами с острыми ногтями, поинтересовалась Табити. Если человек она только ночью, а от рассвета до заката исключительно дракон?

Ирка представила себе аудиторию мединститута: в задних рядах с ручкой в лапе – громадная драконица цвета «Скорой помощи». И хихикнула. Потолок все равно придется ломать – а то гребень не влезет! Айт зыркнул неодобрительно:

– Крайний Север людского мира, полярная ночь. Вечернее обучение. В хвосте хвостов, Змеевы Пещеры не разорятся, даже если наймут Кризе профессоров для специальных ночных занятий!

Про себя Ирка взмолилась, чтоб они остановились на Крайнем Севере! Потому что она догадывалась, кому придется присматривать за Кризой, если драконьей докторше решат купить личный институт повышения квалификации! Ну и куда ее днем девать? Картинка «Драконица на лекции» сменилась видением драконицы на Иркином дворе, солидно раскланивающейся с соседями поверх забора. Если даже соседи и выдержат, то клубнике точно конец. Что уцелело после ведьминого огня, драконьей задницы не переживет!

– Драконице учиться у человеков? Тысячи лет без этих ваших университетов Ирий жил и еще тысячу проживет! – пробурчал кряжистый старикан в расшитой по вороту домотканой рубахе и холщовых портках – к общему завтраку Грэйл Глаурунг изволил принять человеческий облик, но наряжаться не посчитал нужным. Сидящая рядом с ним Пан Лун в нарядном шелковом сарафане смущенно покосилась на Ирку, будто извиняясь за старшего брата. В человеческом облике Хранительница Сокровищ оказалась тоже кругленькой, уютной и курносой, и еще – невероятно похожей на самого Грэйла Глаурунга, разве что каменная грубость черт Великого Земляного смягчалась женственностью облика.

«Интересно, они тоже… из одной лужи?» – то и дело косилась на них Ирка.

– Ну Криза-то человечка! – хмыкнул Вереселень Рориг, любовно выкладывая ломтики жгучего перца поверх лепешки с мясом и с явным удовольствием отправляя все это в рот. У Ирки аж скулы свело.

– Вот и не ходи к ней на перевязку, если это унижает твое драконье достоинство! – злобно процедила Дина. Вереселень Рориг схватился за голову – под Дининым взглядом в его пестрых волосах всех оттенков пламени начали проскакивать электрические искры. – Сегодняшняя ночь оч-чень убедительно доказала, как сильно, вот совсем-совсем нам не нужны человеческие изобретения! Как новейшие, так и традиционные, – она коротко кивнула Ирке.

Ну да, занятно вышло – драконы построили электроводный заслон от Мертвого леса, а Ирка усилила его… сковородкой. Вселив вместе с ней в ледяные башни души погибших в бою приграничников. Ирка была уверена, что Горпына с Лютом точно не против подождать с уходом – не такие они были люди, чтоб запросто простить свою смерть Иркиному отцу. Под прикрытием стола она стиснула кулак так сильно, что ногти впились в ладонь.

– Вот что бывает, когда водные изображают из себя великих воинов! Вместо честной битвы человеческий балаган устроили! – немедленно фыркнул Великий Огненный, накладывая из кипящего прямо посреди стола казанка что-то вроде густого супа со всплывающими со дна разноцветными стручками перца.

Айт повел глазами в его сторону – булькающее варево в тарелке мгновенно подернулось льдом.

– А ведь водные немало времени потратили на создание этой защитной стены, не правда ли, Айтварас Жалтис? – гоняя по тарелке один-единственный лепесток, негромко спросил Великий Воздушный. – Только почему втайне? Я сперва думал, что я один не знаю – в связи с долгим отсутствием. Потом поговорил, поспрашивал… Решение отгородиться от Мертвого леса защитной стеной безусловно спасло нас сегодня, но скрытность и то, что контроль за стеной полностью принадлежит Великому Водному, несколько настораживает. Особенно в свете вашего близкого знакомства с… дочерью врага, – он демонстративно понизил голос до шепота – такого звучного, что слышно его, наверное, было по всем Пещерам.

На другом конце стола Галька прекратила есть и вскинула голову, испытующе всматриваясь в тесный кружок у кресла Владычицы Ирия. Взгляд ее метался по лицам змеев и людей…

– Все, хана тебе, Ирка! Ты теперь дочь врага Ирия! – внимательно разглядывая содержимое своей тарелки, буркнул Богдан. – А Водный твой и того хуже – близкий знакомый дочери врага…

Послышался тихий смешок – Ирка не была уверена, но, кажется, хихикала сама Табити. Айт улыбнулся воздушному брату так, что стало понятно: драконы тоже змеи ядовитые. От такой ухмылочки должны дохнуть птицы на три метра над Пещерами и червяки на три метра под!

– Решили вернуться к работе, Сайрус Хуракан? – ласково поинтересовался он. – Надеюсь, с большим успехом, чем раньше. Потому что, как верно высказалась… ее высокопревосходительство наднепрянская ведьма, у нас тут проходной двор. И каждое слово, сказанное в Змеевых Пещерах, становится известно в Мертвом лесу.

Грэйл Глаурунг надулся – ведь это в его тайные покои влезла… какая-то человечья нечисть! Сайрус Хуракан тоже надулся:

– Меня полгода не было – распустились!

– Брат мой Великий Воздушный, – жестко усмехнулся Айт, – вас похитили именно потому, что в Змеевых Пещерах уже лет пять существует разветвленный заговор так называемого ТОМД.

«А может, и больше, – подумала Ирка. – Девять лет назад бабке пришлось бросить обеспеченную жизнь, потому что нас нашла не только Рада Сергеевна, которая вроде бы работала на Табити, но и первый из серокожих. А вот отыскал он нас сам или ему слили информацию из Пещер – кто ж знает? И кто знает – кто именно слил? Кто этот неизвестный глава заговора, прикрывавшийся покойным Чен-Таном?» – Она окинула змеев задумчивым взглядом.

– Что такое ТОМД? – возвращая замороженный Айтом суп в прежнее булькающее состояние, спросил Вереселень Рориг.

– Тайное Общество Молодых Драконов! – дружно проскандировали до сих пор молчавшие Мраченка и Белая Змея, а Лаума утвердительно оскалила желтые старческие клыки.

– Хотя старые ямм там тоже есть, – добавила Дина.

– А хотят чего? – азартно наворачивая свой суп, поинтересовался Вереселень Рориг.

– Как всегда… – пожал плечами Айт. – Власти. Они бы правили Ирием, а Великих держали в заключении, чтоб не иметь неприятностей со стихиями.

– Всех, кроме братца Грэйла Глаурунга. – Великий Воздушный подозрительно уставился на земляного.

– Даже молодым драконам… – Грэйл Глаурунг презрительно выделил последние слова, – умом не превосходящим улиток, не могло прийти в голову, что они могут править вместо меня! Поэтому они и не собирались меня похищать.

– Собирались, – болтая ложечкой в чашке с ирийским напитком, напоминающим глинтвейн на вишневом соке, буркнула Ирка. – В Башне, где вас держали, были… ну вроде как клетки. Для водного – огненная, для огненного – соответственно водная. Воздушного держали землей… а в последнем, четвертом углу был еще один, пустой… квадрат. Скорее всего, он предназначался для Грэйла Глаурунга, просто до него не успели добраться. Или после побега Айта… Айтвараса Жалтиса… не решились.

– Клянусь Владычицей, выходит, не только мы, ты тоже обязан свободой нашему младшему брату, а, старший братец Грэйл Глаурунг? – захохотал Вереселень Рориг.

Пан Лун тревожно поглядела на своего Великого.

– Этого просто не может быть, – уверенно объявил Великий Земляной.

– Не может так не может, разве я спорю? – покладисто согласилась Ирка. – А здоровенная вентиляционная решетка в полу там была исключительно для проветривания.

Выражение лица Грэйла Глаурунга стало неописуемым: тут было и неверие, и ярость, и снова неверие, и еще что-то, не поддающееся пониманию.

– Так это… – тревожно и сочувственно поглядывая на Грэйла Глаурунга, вдруг вмешалась Пан Лун, – Чен-Тана, который все это затеял, Великий Водный убить изволил, а подручных его, что крылатых, что ползучих, что котов всяческих, уже всех переловили.

Черная кошка Дару соскользнула со своего места у стола и как бы случайно укрылась за Танькиными ногами.

– Может, пока вы им кару выбирать будете, мы с девоньками пойдем украшения к балу подберем? – продолжала Пан Лун. – А то ведь стыд Земле и позор – гостьи наши на прием к Владычице без единого камешка вышли – неужто и на бал ничего не наденете? А какие у меня есть диадемы! – она искушающе закатила глаза.

– Бал?! – в один голос вскричали Ирка и Танька. – После всего, что вчера было?!

– А что вчера такое было? – как обычно, захохотал Вереселень Рориг. – Думаешь, Мертвый лес первый враг в истории Ирия?

– Ничто не может отменить ежегодный бал драконов, – сухо сказала Табити. – Хотя бы потому, что в Пещеры уже съезжаются крылатые змеи с семействами со всего Ирия.