Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

Глава 35
Такая плохая ведьмочка

Почему-то Ирка была уверена, что музыка тоже будет человеческой. Фильмы же человеческие змеи смотрят? Человеческой модой интересуются – и пары лет не пройдет, как джинсы, короткие юбки и лабутены наверняка потеснят платья и кожаные костюмы дракониц. «И гибель рода людского этому не помешает, бутики-то останутся, – мелькнула мысль. – Разве что папуля решит сразу города сковырнуть, чтоб не загрязняли землю самим своим присутствием». Ладно, не о том сейчас… А вот музыка отличалась также сильно, как хищные ирийские цветы от безобидных тюльпанчиков на весенних клумбах. В ней была жесткость, как в броне драконов, и хищность, как в стремительно проносящихся в небесах крылатых силуэтах, и завораживающий, дикий ритм – и при этом безукоризненная гармония. В музыке были и печаль, и радость, и необузданная жажда битвы – да и музыка ли это была? Ирке казалось, она слышит голоса, только никакое человеческое горло не способно издавать такие звуки.

– Кажется, я такое уже слышала, – напряженно произнесла Танька.

– Я тоже. – Богдан невольно сделал шаг назад, глядя в проход, из которого доносилась музыка, словно там затаился страшнейший из врагов. – Знаете, я, может, лучше пойду…

Ирка остановилась у выхода из тоннеля. В открывшейся перед ней пещере с потолка свисали громадные прозрачные люстры, причудливые, как намерзшие по весне сосульки. На их острых светло-голубых гранях бабочками трепетали огоньки. Меж люстр нависал резной каменный балкончик.

– Маэстро Алконост, божественная птица радости! – торжественно провозгласил скрипучий голос птаха-глашатая, и сидящая на перилах балкончика громадная белая птица с человеческой, женской, головой на птичьих плечах раскланялась, прижимая крыло к сердцу. – Маэстро Сирин, божественная птица печали! – Такая же, только черная дева-пташка уныло кивнула и сумрачно нахохлилась, будто пытаясь скрыться от обрушившихся аплодисментов. Судя по звуку, не только хлопали в ладоши, но еще и стучали бронированными хвостами.

– …пока снова не разделился, – закончил фразу Богдан.

– В чем дело? Сейчас вас объявят! Вы почетные гости Владычицы! – возмутилась Криза.

– В том, что песнь Алконоста вредна для здоровья людей, – столь же напряженно ответила Ирка, мучительно думая, а не ловушка ли это: накроет их разделяющим душу и тело пением – и привет, бери тепленькими и сдавай папочке. Кровь ведь можно и из бездушного тела выкачать.

– Сирин и Алконост давно научились следить за своим пением! – фыркнула Криза. – Иначе кто б их сюда пустил – пол пещеры человечек!

– Где? – изумилась Ирка, снова поворачиваясь к бальной пещере. Сливаясь с узорами пестрой яшмы, по гладко отполированному полу медленно струились змеи-ямм, звучно цокали когтями двуногие ящеры-сэв и торжественно шествовали крылатые змеи. Только в естественном виде – при броне и чешуе – явились немногие. Основная масса змеев и змеиц, что с достоинством фланировали по бальной пещере, красовались в человеческом облике – и роскошных нарядах. Стройный змей в черном камзоле, с волосами рыжими настолько, что не узнать в нем огненного было просто невозможно, прошествовал совсем близко от прохода. Его спутница, кругленькая блондиночка в пышном бальном платье, делавшем ее похожей на сдобную булочку, рассеянным взглядом скользнула по прячущему Ирку тоннелю… зрачок в ее глазах был темный и круглый, совсем как у человека… До Ирки дошло! Пышки и худышки, блондинки, брюнетки, шатенки в роскошных бальных платьях… были вовсе не змеицами! Змеицы собирались маленькими, чисто «девчоночьими» группками и увлеченно щебетали (судя по тому, как одна из них отмеряла на ноге длину юбки, – обсуждали Иркин наряд на представлении Владычице). А парочки в зале – это змеи и… человеческие женщины! Иногда следом, стараясь соблюдать чинность, но все равно жадно поглядывая на плотные компании змейской молодежи, тащились дочки и сыновья.

– Великолепно! Божественно! Ах, какой дуэт! – прокатилось по залу, улыбающаяся Алконост выдернула перо из собственного хвоста и швырнула в толпу. Возникло что-то вроде небольшой драчки – дамы в бальных платьях выхватывали перо друг у друга, пока одна не завладела практически ободранным стержнем и горделиво не воткнула его себе в прическу. Сирин на балконе горестно вздохнула.

– Они обе невероятны, правда? А вы их уже где-то слышали? – поинтересовалась Криза. – Хотя чему я удивляюсь, если вы в Мертвом лесу побывали…

– Это что, я в Порт-Авентуре[226]226
  Парк развлечений под Барселоной, Испания.


[Закрыть] на американских горках каталась, вот где страх, – пробормотала Танька, не желая углубляться в то, что в Лесу была только Ирка, а Алконоста по-настоящему слушал только Богдан и ничем хорошим это не кончилось. И вдруг нервно поправила юбки… будто под ними было что-то спрятано. Ирка поглядела на нее подозрительно – что она там приволокла? При Кризе и не спросишь.

– Браво, маэстро, брависсимо, вы как всегда неподражаемы! Владычица просила передать свое личное восхищение! – проорал птах-глашатай, закладывая петлю между люстрами – от взмаха его крыльев огоньки подлетали и опускались как пылающие бабочки, брызгами пламени дробясь в прозрачных гранях. – Одного божественного дуэта достаточно, чтобы ежегодный бал драконов имел грандиозный успех. – Птах присел на балкончик и лукаво склонил голову к перепончатому крылу. – Но нет, друзья мои! Это не все, что мы приготовили! Для развлечения и любопытствования могучих крылатых и достопочтенных бескрылых обитателей Пещер! Самые необычные и поразительные гости! Существа из иного мира!

– Похоже, Владычица из нас аттракцион решила устроить? – Ирка гневно воззрилась на Кризу.

– А на тебе Ирий клином не сошелся, ведьма! – негромко рыкнули рядом, Ирка обернулась и увидела Дину. Струился шлейф платья цвета мрака, золотые волосы венчала диадема молний, ярко светящаяся в полумраке, меч-молния был небрежно обернут вокруг талии как поясок, так что на первый взгляд и не заподозришь грозное оружие, способное вскрыть драконью чешую. За спиной, словно охрана, плечом к плечу стояли Белая Змея и Мраченка, туго затянутые в такие же темные облегающие наряды, а шелест во мраке давал понять, что там мыкается Лаума.

– Она так и не изменилась? Даже перед балом? – Ирка почувствовала себя неловко под обвиняющим взглядом Дины.

– Облик Лаумы – не самая большая беда Воды, – отрезала Дина, и в ее взгляде на Ирку были и боль, тоска, и острая неприязнь, и сожаление, и кто знает, что еще. Мраченка и Белая Змея выглядели смущенными.

Боль вцепилась когтями в душу – и тут же утонула в поднимающейся злости. Почему-то от Дины она такого не ожидала. Хотя откуда взялась дурацкая мысль, что именно Повелительница Грозы может понять и помочь? Для драконов она теперь одновременно и дочь их злейшего врага, и представительница рода человеческого, из-за которого этот враг терзает Ирий, и заодно уж и та, кто может остановить эту войну для их мира, но не хочет! А что нельзя одновременно быть и за Прикованного и защищать свой мир от него, они сейчас думать не способны. Зато способны накинуться на Ирку и ребят всей толпой. Вслушиваясь в вопли глашатая, Ирка судорожно стиснула кулаки…

– Наделенные неведомыми силами и преследующие неясные цели! – птах интригующе примолк и швырнул в толпу: – Личные гости Владычицы… человеко-туристы!

Ирка разжала сведенные от напряжения пальцы и растерянно уставилась на вдруг открывшийся в соседней стене проход.

– Говорю же, дикари – ну вылетела у них птица из клетки, так лови же… – не переставая говорить, из тоннеля вихрем вымелась пестрая горластая тетка в развевающемся платье-балахоне, настолько цветастом, что казалось, в Пещеры залетел аспид. Толстенький и скандальный. – А она ж орет… да противно так! А не приведи господи, еще сверху нагадит!

Птах нервно забил крыльями.

– Вон мужиков сколько, и ни один человек не пошевелится! – с явным удовлетворением заключила тетка.

– Где вы тут видите человеков? – обернулся к ней проходивший мимо рыжий парень, и с молодого человеческого лица на тетку глянули непроницаемые глаза древней рептилии, а между губами мелькнул раздвоенный язык.

Тетка задумчиво взялась сперва за правую грудь, потом за левую, точно вспоминала, где ж у нее сердце.

Кружащий меж гигантских люстр глашатай частил, как вошедший в раж продавец:

– Человеко-туристы не соизволили назвать свои имена, но приняли приглашение Владычицы – все, кто уцелел после долгого и кровавого пути через Ирий…

– Еще и фамилию мою им скажи! А потом паспорт отдать, чтоб кредит на меня повесили? – немедленно воспрянула духом пестрая тетка.

– Дорогая, оставьте местных в покое! – дама-менеджер в строгом вечернем костюме нервно подхватила тетку под руку. – Тогда, может быть, они оставят в покое вас.

Следом за ними, чуть не наступая на пятки, тащилась молодая пара из неброского парня и блеклой девушки. Танька проводила их подозрительным взглядом. В автобусе оказывались то режиссеры, то наемники, то нечисть – тихая парочка на их фоне должна бы радовать. Но девушка, умудряющаяся даже голубое бальное платье все равно подобрать в стиле «серая мышь», – есть в этом нечто неправильное. Да и парень ее – чужой мир, бал драконов, а по нему не видно ни малейшей нервозности, и улыбка на лице. Любезная и искусственная – будто нарисованная на маске.

– И сопровождающие… – Птах уже оправился от слов тетки, теперь в его воплях слышалась откровенная издевка. – Богатырь Василий из личного отряда Вольха Ярого Тура и… ведьма из человеческого мира!

Из прохода появился хмурый, как поздняя осень, запорожский богатырь под руку с трепещущей ведьмочкой Машей в хорошеньком платьице цвета увядшей розы. По толпе змеев и змеевых жен прокатилось волнение. Ирка аккуратно выпустила собачьи уши сквозь парадную прическу – не забыть их убрать перед выходом…

– Это она, дорогой? Та самая? Хортицкая ведьма? Убийца? Такая… простенькая?

– Ну что ты, я был на представлении посольства Владычице – это совершенно не она!

– Позвольте, драгоценный мой, как же не она – сколько ж тут этих ведьм?

– А вот представьте себе, понаехали! – Между ногами и лапами змея, плеща крылышками и двумя хвостами, заскакал маэстро Кокатрикс. – Спасаются у нас от Прикованного!

– Здесь? – средних лет крылатый змей шумно расхохотался. – Спасаться от Прикованного здесь, где Мертвый лес… скоро весь Ирий захватит? – Змей скривился как от невыносимой зубной боли. – Воля ваша, маэстро, у вас… слишком живое воображение.

– У меня воображение? Вы на Совете Владычицы не были, а я был… совсем-совсем рядом! – вскричал маэстро.

Ну да, в соседнем коридоре.

– Это все потому, что мы воюем за них! Грудью встречаем опасность, пока эти человечки отсиживаются за нашими хвостами! – Маэстро выпятил грудь и гордо вздыбил оба хвоста.

Опля! А слухи до этого самого соседнего коридора уже добежали. Пусть не совсем точные – но опасно близкие к истине.

– Кто они такие, чтоб нам за них воевать! – возмутилась драконья супруга.

– Драгоценная моя, неловко тебе напоминать… но ты в некотором роде, рр-ш-мм, тоже человечка…

– Почему ты всегда, даже на балу, говоришь мне гадости?! – Голос драконьей супруги задрожал. – Пригрела змея на своей груди – какие-то человечки из мира людей ему дороже родной жены!

– Почему ж дороже… – начал оправдываться змей, и парочка удалилась.

– Пещерное общественное мнение готово? – повернулась к Дине Ирка, губы ее кривились. – Люди – трусы и негодяи, прячутся в своем мире, пока змеи воюют, а я – злобная человечка, собирающаяся погубить Ирий. Можно не стесняться и выдать меня папочке… для блага Ирия, разумеется. И надеяться, что после освобождения ваш враг займется людьми, а гордые воители небес смогут отсидеться уже за нашими спинами. Может, даже присоединитесь к нему – право остаться в живых надо отрабатывать.

Мгновение казалось, что Повелительница Грозы сейчас бросится на Ирку.

– Интересно, где будешь ты, когда богатырская застава встанет на пути врага? – бестрепетно отчеканила та. – Слетаешь попрощаться с Андреем или ну его?

– В-ведьма! – яростно выдохнула Дина. И ринулась прочь, распугивая змеев, на свою беду оказавшихся на ее пути. За ней, растерянно глянув на Ирку, поспешили Мраченка с Белой Змеей. Только Лаума неожиданно ободряюще похлопала Ирку по плечу и, что-то глухо бормоча и повизгивая, пошаркала за подругами, оставляя за собой полосу темного сора на сверкающем яшмовом полу.

– Фу, что делает здесь грязная старуха?! – отпрянула с ее пути пухлая драконья женушка.

– Тише, маменька! – таскающуюся за толстушкой юную змеечку, видно воздушную, аж прозрачную в своем изяществе, ощутимо передернуло. – Думайте что говорите! Это же Лаума, да еще в худшей своей ипостаси – Смертного Мора!

– А ты не дерзи матери! – шикнула на нее смущенная толстушка. – Надо же, Лаума! Что ее могло так… расстроить?

– Говорят, влюбилась безответно, – хихикнули в толпе. – В человека! В драконоборца!

– Дочь ливня и крови – в человека?! Невозможно! – прогудел почтенный пожилой змей.

– Чего ж невозможного, когда сам Великий Водный подает пример? – У ног змея снова возник маэстро Кокатрикс. – Вы знаете, что он влюблен… в эту самую наднепрянскую ведьму, о которой тут все говорят? Я, кстати, рисовал ее портрет! – Двухвостый ящерок гордо выпятил грудь. – Осмелюсь заметить – это был мой шедевр! Мне удалось полностью отразить ее гнусную человеческую натуру. И что бы вы думали? Этот портрет исчез!

– Великому Водному хороших ирийских девочек мало, что он в другом мире себе этих… ведьм ищет? – возмущенно взмахнула пухлой ручкой драконья женушка, зато на личике ее дочери возникло мечтательно-восторженное выражение.

– Ирка, давай сразу договоримся – ты не будешь реагировать на всякие змейские подначки, – хватая Ирку за локоть на случай, если той захочется быстренько доказать хоть маэстро, хоть драконьей супруге, что ведьмы и впрямь плохие девочки, предложил Богдан.

– Особенно учитывая, сколько их тут, этих змеев! – нервно добавила Танька. Ирка только хотела ответить, что и не собиралась – что они, вовсе за припадочную ее держат?

– Ты ж ба, хто б подумав, шо цей дурнуватый Панас правду казав! Мы с него смеялыся, а ты, выходыть, мертволесская тварюка и есть?

Раздосадованная Ирка обернулась – уж слишком она увлеклась собственными невеселыми мыслями – подкрадываются к ней кому не лень!

Кризы рядом не было, и когда и куда змейская докторша испарилась, Ирка тоже не заметила. Зато в полумраке прохода, скрестив руки на груди, стояла Галька. Переброшенная через плечо коса темной змеей выделялась на белизне обычной ее рубахи. Только присмотревшись, можно было понять, что рубаха Гальке велика, не иначе как одежду для беженцев собирали по всем Пещерам. Прицельно прищуренные глаза не отрывались от Ирки, а выражение лица у дочери Горпыны и Гната было как в тот момент, когда она жала на гашетку своего пулемета.

– Хотив же батько тебя до змеев сдать, а я на волю пустила та до Великого Водного добраться допомогла. – Алые губы Гальки кривились в горькой улыбке. – Ты ж за ним сюда приползла, тварюка? Деревню нашу та мамку мою, то, мабуть, так, походу сничтожила?

– Галь, я… Ты все неправильно поняла! – Ирка метнулась к девушке. Она думает, что Ирка виновата в смерти Горпыны, а значит, сама Галька виновата в смерти матери, раз помогла «мертволесской тварюке», и… она не должна так думать, не должна мучиться!

Галькин кулак ринулся Ирке навстречу, только обостренная реакция оборотня позволила отдернуть голову.

– Мря-а-а! – кот метнулся к Гальке, теперь уже она увернулась, хлестнув косой, рванула к Ирке… И так и замерла с занесенным кулаком. Шумно сглотнула, скосила глаза на прильнувшее к шее лезвие меча.

– У меня, конечно, графское прошлое из другой реальности, но я не помню, чтоб на императорских балах барышни вот так регулярно в рукопашную кидались[227]227
  И. Волынская, К. Кащеев. «Магия без правил». – Эксмо, 2010.


[Закрыть]. Максимум локтем под ребро или подножку… – придерживая Ирку за плечо, бормотала Танька.

Губы Гальки кривила злая усмешка:

– Ото жалко! А я так хотела, щоб ты у цьому платьичку богатому до всех цих гордовитых змеюк да зрасквашенным носом вышла!

– А шевельнешься – ко всем этим змеюкам твоя голова выкатится! – почти в ухо Гальке прошептал Богдан.

– Богдан, не надо! Она просто ничего не знает, у нее мама погибла…

– Ирка, мне плевать на сложные чувства твоих ирийских подружек! А вот ты скоро от большого сочувствия наш мир подставишь – к тому идет! Сперва жаба, потом Криза, потом Дина, теперь эта пострадавшая – думаешь, она бродила по пещерам и выбрела к бальной зале по чистой случайности и никто ей не подсказал, где тебя искать? Кто следующим припрется – твой змей? Может, Табити и правда не собирается сдавать тебя твоему папаш… Симарглу, зато на мозги тебе капают со всей змейской изобретательностью. А ты подумала, что будет, если ты папаню освободишь – и он со всех лап ринется реализовывать план тринадцатилетней давности? Змеи радостно помашут ему вслед хвостами… а людям придется встречать разъяренного Пса без наднепрянской ведьмы! Потому что, если ты даже выживешь на том алтаре, обратно к людям тебя никто не отпустит. Так что быстро забила на Ирий и занялась своим делом, ведьма-хозяйка! – рявкнул на нее Богдан.

– И наконец, самая важная гостья сегодняшнего праздника! – в бальной пещере пронзительно орал птах. – Та, которую мы все ждали! Посланница мира людей! Убийца дракона…

Хотя это они и так знали, но все равно по толпе змеев прокатилось неприязненное шипение…

– Победительница Дикой Охоты и Смерть Отца Дубов, очаровательная подруга Айтвараса Жалтиса Чанг Тун Ми Луна, Великого Дракона Вод…

Неприязненное шипение усилилось – похоже, к нему присоединились человеческие жены, хотя им так мастерски шипеть вроде не положено.

Глашатай взял долгую напряженную паузу, заставив всю пещеру обратиться в слух, и наконец швырнул как перчатку в лицо:

– Дочь и кровь Прикованного и наследница Мертвого леса! Наднепрянская ведьма-хозяйка… Ирка Хортица!

– В общем, девушка – термоядерный взрыв, – убирая меч от горла Гальки, печально хмыкнул Богдан. – Мне одному кажется, что нас подставляют?

В бальной пещере маэстро Кокатрикс с размаху хлестнул хвостами об пол:

– А вы спрашиваете, как Великий Водный мог допустить нашествие Мертвого леса! А все из-за этой ведьмы! Драконоубийцы!

– Что?! – выдохнула Ирка. Предсказание Кризы стремительно начинало сбываться.

– Не время думать об Айте! О людях думай! Вперед! – выпалила Танька, толкая Ирку в спину. Богдан подхватил Таньку под руку – и шагнул следом.

Глава 36
Танцы с огнем

После полумрака свет слепил, но Ирка только широко распахнула глаза – появиться из тоннеля с перекошенной физиономией патологической убийцы она себе не позволит! Стараясь не моргать как разбуженная сова, Ирка шагнула в ослепительный свет, и нагретый бесчисленными огоньками воздух обнял ее со всех сторон, взвихрив подол платья. Перед глазами огненные колеса, не видно ничего, куда идти – непонятно, в душу словно кошки вцепились – Айт! Они не смеют так про него думать! И… кошки!

Мягкий пушистый хвост едва заметно стукнул ее по коленке. Ирка вслепую шагнула следом. Хвост коснулся с другой стороны… и, следуя этим касаниям, ослепшая Ирка двинулась за важно шествующими перед ней котами. На губах застыла приветственная улыбка, круги перед глазами начали потихоньку затухать, сквозь них проступил похожий на гору смутный силуэт, и… Ирка кивнула оказавшемуся у нее на дороге громадному водному змею. Змей вдруг смутился как подросток, на которого обратила внимание взрослая красивая девушка, и отступил с ее пути, неловко скалясь в ответ.

Если ее подставляют, если ее выставили врагом, убийцей – это не повод такое мнение подтверждать! Обойдутся! Ирка еще раз, уже от всей души улыбнулась змею: ой, вы такой милый! И вокруг такое все красивое, ну да и я ничего, верно? Не стоит слушать про меня всякие ужасы – нет, я, конечно, убить могу… но мы же здесь все друзья, правда? И снова улыбка и по-детски доверчивый взгляд в глаза высокому бородатому земляному…

– Что Айтварас Жалтис в ней нашел? – в буквальном смысле капая ядом на пол, прошипела какая-то ямм.

– Ох, да оставьте вы! – огрызнулся земляной дракон, удивленно глядя вслед плавно скользящей по пестрой яшме девичьей фигурке. Вызывающе хрупкая, вызывающе маленькая, вызывающе юная – она сразу вызывала… подозрения. Никто, будучи таким маленьким и беспомощным, не явится нахально в пещеры к самым грозным и коварным существам на Мировом Древе. Ни одна убийца, шпионка, враг не будет держать себя так спокойно среди разъяренных змеев. И наконец, это платье! Сколько змеиц могли похвастаться нарядом от босоркань-паучих? Если не считать самой Владычицы, да будут ее туалеты всегда достойны ее красы и силы, так раз-два – и обчелся! А среди человечек вовсе ни одной – ни за какое золото: босоркани капризны и переборчивы и в средствах не нуждаются, а потому сами отбирают клиенток. Так что такое платье… на человечке… этой ведьме из мира людей… что-нибудь да значит!

Воля Владычицы, на белокурой девице из свиты тоже платье от босоркань! И рубашка на парне… на воине! И меч в старых заслуженных ножнах выглядит серьезно. А котов видите? Впереди, с явным пренебрежением к условностям и традициям, вышагивал нижайший из низших, пестрый кот… а бок о бок с ним грациозно скользила представительница высшей кошачьей аристократии! Да они ж пестрых за взгляд убивают, а тут… Донесшийся из толпы гневный кошачий вопль канул в гуле голосов: а еще говорят, черные и вправду могут убивать змеев – как в детских страшилках! Кошка-убийца на службе у Хортицы-убийцы? Жутко… Любопытно и… жутко любопытно!

Богатырь Василий отдал Ирке короткий воинский поклон, ведьмочка Маша присела в реверансе и, словно так и надо, встали за Танькой с Богданом. За ними шустрой пробежкой двинулись обе уцелевшие туристки.

– Будете скандалить и позорить Ирку – голоса лишу. Не права, а просто голоса, – процедила Танька проходящей мимо «гавайской» тетке.

– Девушка, вам что, уши позакладывало? – с достоинством парировала тетка. – Вы разве не видите, что я молчу?

– Насколько может, – пояснила дама-менеджер, утаскивая тетку дальше.

Последними, все так же кукольно улыбаясь, пристроились парень с девушкой – парочка незаметных.

Неожиданно разросшаяся процессия двинулась дальше по залу: коты, туристы, здухач, богатырь с заставы, парочка ведьм… Ходящие об Ирке слухи на глазах у змеев обрастали подробностями, а ее юность и хрупкость выглядели изощренной ловушкой, капканом для безголовых, и… это вызывало уважение. Слабыми и наивными следует править, сильных и коварных – убивать… или договариваться?

– Музыка! – пронзительно заорал птах-глашатай.

Алконост, восседающая на насесте над залом с серебряным стаканчиком в одном крыле и пирожком в другом, наскоро закинула содержимое стаканчика в рот. Торопливо втягивая свисающего изо рта червячка, спланировала Сирин, и девы-птицы дружно вдохнули…

– Вы позволите? – Перед Иркой изящно склонился змей. Ирка подала руку:

– Если вы не забудете, что я не знаю ирийских танцев.

Богдан был не совсем прав – уговаривать Ирку явился змей. Да не тот.

– Кого-то ищете? – тонко улыбнулся Вереселень Рориг, глядя, как Ирка бросает быстрые взгляды по сторонам.

– Кого я могу искать? – почти равнодушно откликнулась она. – Красиво. Необычно. Интересно. Любуюсь.

– А я так надеялся, что вы будете смотреть только на меня! – Великий Огненный обнял Ирку за талию.

Она подняла голову и посмотрела на него – скептически.

– Этот танец совсем простой. – Его физиономия была наивно-простодушной, будто он и не понял ее взгляда. – Повторяйте за мной – два шага влево, раз-два, два шага вправо, поворот… Айтварас Жалтис никогда с вами не танцевал? Что ж он так?

– Танцевал… – И этот танец был самым прекрасным в мире. И, судя по всему, единственным. – Только у нас другие танцы.

– Да, я видел, вы танцуете быстро. Зато под наши танцы удобно разговаривать. И слушать, – многозначительно посмотрел на нее Вереселень Рориг.

Прикрытые волосами чуткие собачьи уши у Ирки на макушке и без того шевелились от напряжения – прическу бы не растрепать…

– Недолго длилась любовь – появился Великий Огненный, и Великий Водный получил отставку? – где-то у сталактитовых колонн интересовалась очередная змейская женушка.

– Будет знать, как ради дочки Прикованного предавать Ирий! Кто так говорит? Да все говорят! Он даже на бал не осмелился явиться, потому что все уже знают!

– Великий Дракон Ирия не может предать Ирий! Думайте, что шипите, любезнейший ямм! – жестко оборвал сплетников какой-то земляной. – Великого Земляного тоже нет! По-вашему, и он предатель?

– Со всем уважением к Великим драконам – разве это Великий Грэйл Глаурунг постоянно летает на границу с Мертвым лесом? Он ходит в мир людей к дочке Прикованного?

– Великий Водный летает на границу с Мертвым лесом, чтобы сражаться с этим самым Лесом!

– Это же и есть главная тайна Великого Водного! – Проскочивший между ног и лап маэстро Кокатрикс повертел петушиной башкой, настороженно оглядываясь по сторонам, и заговорщицки прошептал: – Татльзвум Ка Рийо!

– Что… Татльзвум?

– Татльзвум Ка Рийо изображал Айтвараса Жалтиса! Об этом и на Совете говорили, спросите хоть кого, кто там был!

– То есть… всеми битвами с Прикованным командовал вовсе не Великий Водный, а его брат? – спросил жадно прислушивающийся к разговору змей-ямм.

– Они ж похожи! – энергично закивал маэстро. – А Водный просто присваивал себе славу!

– Но… они же в драконьем облике совершенно непохожи, и… кто спутает огненного и водного? Разве что человеки, а человеки при «Айтовом мочилове» или ночной битве не сражались! – еще пытался возражать земляной.

– А вы сами-то там были? Земляные ведь не сражаются, – подпрыгнул маэстро.

– Мы больше по укреплениям… – покраснев, пробурчал земляной, и маэстро тут же с торжеством выпалил:

– Вам-то откуда знать, что там было? А другие видели! И слышали! Зря, по-вашему, Айтварас Жалтис своих же драконов убивать начал? Чен-Тан Лун хотел его разоблачить! А Татльзвум Ка Рийо, говорят, схвачен и… Что сделает с несчастным благородным огненным его всевластный водный брат?

Две юные змеечки жалостливо вздохнули и переглянулись.

– А ведь достаточно было взглянуть на мою картину, чтобы понять – эта человеческая ведьма принесет Ирию только горе! Не вняли, а теперь поздно – картина похищена, и все мы догадываемся, кто за этим стоит! – патетично задирая хвосты, возгласил Кокатрикс.

– Если я оторву ему хвост, догадки перерастут в уверенность, – печально сказала Ирка и почувствовала, как руки Великого Огненного на ее талии чуть не окаменели. – Получится, что великий художник сплетничал по балам чистую правду. – Ирка криво усмехнулась. – А ему за это злая ведьма, подружка предателя, хвост оторвала.

– Они напуганы. – Вереселень Рориг так закружил ее в пируэте, что юбка взвихрилась, приоткрывая тончайшие паутинные чулочки, и тут же послышалось возмущенное аханье драконьих жен. – Змеи привыкли побеждать – а тут раз за разом проигрывают, привыкли быть сильнее всех – а тут кто-то оказался сильнее их. Им приходится прятаться от своего врага за… забором! Впервые за всю историю Ирия! – В голосе Великого Огненного прозвучало возмущение – подавленное, но оттого не менее явное. – Они ненавидят сами себя за это и хотят, чтоб все случившееся получило простое и понятное объяснение. Которое снова позволит им себя уважать. Например, предательство.

– А в предатели выбрали Айтвараса Жалтиса, Великого Водного, – кивнула Ирка.

– Ну ведь это же он построил тот самый забор, – невинно напомнил Вереселень Рориг. – Не считая прочих обстоятельств…

А прочие обстоятельства – это даже не Ирка. Точнее, для всех – Ирка, а для Вереселень Рорига то, что в промежутке между гибелью старого Водного и собственным пленением величайшим полководцем Ирия был он и теперь не прочь вернуть позиции. Грэйл Глаурунг ему в этом не мешает, а вот Айт мешает, и еще как! Но если Великого Водного ославить предателем, власть в драконьем войске вернется к Вереселень Роригу. А что Айт его спас… так даже еще обидней – будто Великий Огненный вовсе и не дракон, а какая-нибудь принцесса! Ирка усмехнулась – кажется, она научилась понимать, как мыслят змеи.

– Вашему любимому дракону ничего не угрожает! – раздраженно пробурчал Великий Огненный.

А змеи учатся понимать, как мыслят ведьмы.

– Мы все слишком хорошо помним, что бывает после смерти Великого.

– Айту… Айтварасу Жалтису будет проще, – перелетая с руки на руку партнера, кивнула Ирка. Хороший танец, лучший танец, чтобы продемонстрировать юбку. В глубине души Ирка очень надеялась, что на нее все же не только ревнивые змеиные женушки смотрят. – Когда Симаргл… Прикованный… вас убьет, именно Водному придется сдерживать ярость Огня, пока не появится ваш преемник. Снова станет героем, даже интриговать не понадобится самому. Достаточно всего лишь не мешать другим.

– А не слишком ли владетельная ведьма переоценивает своего блохастого батюшку?! – рявкнул Вереселень Рориг, стискивая руку Ирки так, что дернуло болью до сгиба локтя. Со всех сторон на них были устремлены взгляды: недоумевающие, любопытные, злорадные…

– Не надо так… горячиться, – с милой улыбкой попросила Ирка. Великий Огненный оглянулся по сторонам, гневно рыкнул и… ринулся в танец как в пожар. Поворот, поворот, поднять Ирку на вытянутых руках, в очередной раз плеснув ее зеленой юбкой…

– Если вас еще беспокоят такие мелочи… – снова обхватывая Ирку за талию, прорычал Огненный. – О том, чтобы отдать вас Прикованному, не может быть и рыка. Тут я согласен с Айтварасом Жалтисом – после всего случившегося на свободе он для нас опасней, чем в заточении. А вот Маменькина мысль вас убить начинает казаться все более привлекательной.

– Мне кричать «помогите, убивают!» или… все-таки вам? – Ирка улыбнулась опешившему змею. – Представляете чувства отца… Прикованного, если со мной что случится? Быть так близко от свободы – и все потерять. Он ведь и живет все последние годы… девять последних лет… надеждой на Хортову кровь. Ради этого он воюет со змеями, ищет меня… и вдруг раз – нет Хортовой крови! Надежды тоже нет, и терять больше нечего!

Ирка сама на миг представила прущий на созданную Айтом преграду Мертвый лес, армии не живых, не мертвых, марширующих по землям Ирия, – и ее передернуло.

– Представляете, как он будет вас… любить? Жалеть и беречь жизнь он разучился. Залижет насмерть! – добавила Ирка.

– Вы специально призвали сюда посланника Прикованного! – процедил Великий Огненный. – Это был расчет, а не… легкомысленная выходка наивной девочки!