Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

13, и последняя
День девятый, окончательный

– Не вздумай из дома высунуться, – скомандовала Ирка, накладывая на запястья и под коленками полетную мазь. – Толк с тебя только завтра будет, а до завтра еще дожить надо.

Ирка вскочила на найденную в кладовке облезлую половую щетку. Поморщилась – корявая занозистая ручка драла многострадальные ладони. Понурая Танька протянула ей два свернутых в трубочку бумажных листа.

– Никуда! – еще раз безапелляционно повторила Ирка. – Что бы там ни происходило. Помни, ты еще не ведьма. – Ирка пригнулась к ручке щетки и вылетела сквозь пустой дверной проем.

Танька бросилась к окну. Богдан явно изнемогал. Он все еще успевал метаться между песчаным и земляным велетом, но вращение его меча замедлилось. И летал здухач тяжело, мучительно, рывками.

Танька с тревогой покосилась в зеркало. Там корчился от боли спящий мальчишка. Плечо Богдана было неестественно вывернуто – только что в Иркином дворе его двойника велеты шарахнули об дерево.

А за забором уже вставало, распрямлялось третье чудовище – из ветвей и листьев. Поднимающие его ведьмы торжествующе завопили…

Вдруг золотоволосая красавица Вика замахала руками и вскрикнула:

– Удирают! Глядите, удирают!

Ро€бленные запрокинули головы. Действительно, прямо над ними в воздухе висела старая половая щетка с восседающей на ней Иркой. А за спиной у Ирки… была Танька!

Даже сама Танька, твердо знавшая, что там, у Ирки за спиной, – всего лишь морок, а она – настоящая – здесь, стоит у окна, почувствовала себя неуютно. Зато ро€бленные возликовали.

– Хортица подружку увозит! – заверещала Алла. – Ловите их!

– Куда? – страшно рявкнула Оксана Тарасовна. – Дуры, вас обманывают! Девчонка в доме! Поднимайте велета, поднимайте!

Но ро€бленные не слушали. Их дар, их вожделенный шанс ускользал из-под носа. Ведьмы кинулись к метлам. Деревянный великан рухнул, осыпался бессмысленной кучей листьев и веток.

По крутой дуге Ирка мчалась вокруг дома. Ро€бленные летели за ней.

Стелла и Оксана Тарасовна, неожиданно брошенные всеми своими подручными, растерялись. Они попытались двинуть обоих велетов к дому. Но в одиночку не могли держать их как следует. Големы шатались, бестолково тыкались в разные стороны. Воспрянувший здухач налетел на них с удвоенной силой.

Ро€жденные решили переключиться на одного великана. Песчаный голем рассыпался, завалив песком картофельные грядки. Зато его земляной собрат рванул к крыльцу. Вскинув меч, здухач полетел навстречу. Вращающийся клинок врубился в толстую шею велета! Срубленная голова рухнула с плеч! Безголовое туловище застыло…

Лицо спящего Богдана вспыхнуло торжеством! И в этот миг земляная рука вскинулась, и громадная ладонь безголового велета вбила здухача в землю.

Мальчишка в зеркале страшно закричал.

Ирка, на полной скорости несшаяся вокруг дома, услышала этот крик. Она притормозила всего на секунду, всего на мгновение – но этого оказалось достаточно! Стая ро€бленных налетела, окружила. Девчонки на метлах, старухи на вениках – Ирка заметалась, пытаясь вырваться из окружения. Но ведьм было много, они были везде – сверху, снизу, с боков. Их кольцо сжималось вокруг Ирки, заставляя опуститься на землю.

Танька поняла, что их блистательный план провален. Сейчас ро€бленные ссадят Ирку со щетки и поймут, что их обманули, что Таньки там нет, перед ними лишь фантом, морок! Сейчас земляной велет поднимется на крыльцо, по дороге стоптав беспомощного здухача. Сейчас они погибнут – и единственная подруга Ирка, и придурок этот толкиенутый. А следом придет черед и самой Таньки!

Девчонка тихонько застонала. Друзья вот-вот погибнут из-за нее, а она стоит тут, как всегда беспомощная, неспособная хоть что-то сделать! Но ведь она ведьма! В ее крови – дар! Так где же он?

Танька почувствовала, как ее трясет: от бешенства и безнадежности, от злости на саму себя, от страха за ребят… А потом страшный, испепеляющий огненный шар поднялся откуда-то изнутри. Дикой болью охватил сердце – и Танька узнала, что чувствуешь, когда кровь кипит по-настоящему. Поднялся к голове – словно язык пламени облизал мозг. Танька закричала…

Рой изумрудных искр заплясал на ее пальцах, плечах, волосах… Боль отхлынула… Танька схватила Иркину баночку полетной мази. Бросилась в коридор. Подняла сбитую велетом длинную стальную вешалку. Вскочила на нее, оттолкнулась пятками… и вылетела во двор.

Направив рогульки вешалки прямо в грудь земляному велету, Танька пошла на таран.

– Банзай!!! – заорала она в лучших традициях японских камикадзе.

Сталь вспорола грудь голема. Земля рванула во все стороны. Великан замер. Огромная дырища зияла точно в середине его туловища! Танька пролетела земляного велета насквозь! Тот пошатнулся, отступая от здухача.

Танька погнала вешалку к окружившим Ирку ведьмам. Налетела сзади, волчком крутанулась в воздухе.

– И-э-х! – стальные рогульки с одного конца вешалки, распорки – с другого, с размаху колотили по подвернувшимся ведьмам. Раздались крики боли, кольцо ведьм распалось. Ирка мгновенно выскользнула в образовавшуюся щель.

– Ты как летаешь? – изумленно прокричала она.

– Пока еще плохо, – честно призналась Танька, с трудом выравнивая тяжелую вешалку.

Они летели плечом к плечу. Ветер хлестал в лицо. Ро€бленные отстали, но не бросали погони.

– Приготовься!

Девчонки повернули. Угол дома всего на пару мгновений скрыл их от погони. Но этих мгновений хватило. Ирка зависла над головами у Оксаны Тарасовны и Стеллы и швырнула в ведьм… двумя скомканными листками бумаги. Беленькие бумажные комочки вспыхнули колдовским зеленым огнем. Распрямились, растянулись, стали больше, больше… и накрыли Оксану и Стеллу целиком. Лица, фигуры ведьм-хозяек поплыли, начали размываться…

Не теряя времени, Ирка и Танька на полной скорости ринулись к дому. Сталкиваясь друг с другом, влетели в кухонное окно.

– С ума сойти можно, – честно призналась Ирка, глядя, как парочка ро€жденных – толстуха Стелла и элегантная Оксана Тарасовна – преображаются в двух девчонок. В них, Ирку и Таньку!

И тут из-за дома вылетела приотставшая погоня. Первое, что увидели ро€бленные, – своих врагов, свою добычу, Ирку и Таньку. Не в воздухе – на земле. Беспомощных.

Ведьмы не раздумывали.

Алла дико заорала:

– Бей их!

– Остановитесь! – кричали две девчонки. – Вы ошиблись! – кричали они. Хриплым басом Стеллы. Высоким голосом Оксаны Тарасовны.

Но их никто не слушал. Разъяренные ро€бленные атаковали!

Молодые и старые, все пятнадцать ведьм ударили разом. Кто чем мог. Шарики из разрыв-травы, баночки с зельями, слова заклятий – все пошло в ход!

Их жертвы неуклюже бросились прочь! Но воздух задрожал, едва заметное прозрачное марево заколебалось вокруг них, и они встали как вкопанные, словно что-то сковало их движения. Чары пятнадцати ведьм разом ударили в одно место, туда, где они так четко, так ясно видели Ирку и Таньку.

Вихрь силы крутанулся вокруг двух фигур, взвился, опал… И ошеломленные ро€бленные увидели перед собой… собственных хозяек.

Словно гром прокатился над двором. Все пятнадцать ро€бленных вспыхнули, как гирлянда электрических лампочек. Вспыхнули – и вмиг погасли. Еще мгновение ведьмы висели в воздухе… и дружно рухнули на землю.

– Ду-уры! – раздался страшный крик Оксаны Тарасовны. – На морок попались! Обыкновенный морок! Теперь вы не ведьмы!

И грохот развалившегося на куски земляного велета эхом отозвался на ее слова. Рассвирепевший здухач продолжал вколачивать останки голема в породившую его землю.

Ирка с Танькой неторопливо перелезли через подоконник. Прошли через калитку и остановились напротив обеих ро€жденных.

– Ну вот, а теперь уже можем и потягаться, – предложила Ирка. – Двое на двое.

Позади едва заметно колыхнулся воздух. Ирка оглянулась. Окончательно разметав земляного голема, здухач плыл к ним. Глаза его были все так же плотно закрыты, губы сонно плямкали, зато обнаженный меч зловеще поблескивал в лунном свете. Здухач завис у девчонок за спиной. Ирка виновато пожала плечами:

– Двое на трое.

Стелла внимательно поглядела на девчонок, на здухача, оценила засыпанный останками велетов огород. Потом перевела взгляд на своих ро€бленных. Бывших ро€бленных. Старухи сидели на земле. Востроносая тихо плакала, кутаясь в шерстяной платок. «Училка» держала на руках свой веник и баюкала его, будто ребенка. Лицо Стеллы вдруг жалостно дрогнуло:

– И як воны теперь на одну пенсию проживуть? Эх, диты, диты, все б вам разрушать! – Толстуха вскарабкалась на свою швабру и взмыла в ночное небо.

– Столько лет работы… Собирала их, учила… А теперь все сначала. – Оксана Тарасовна покачала головой и вскочила на кочергу.

– Оксана Тарасовна, куда вы? А как же мы? Хозяйка-а! – отчаянно завопила Алла.

И уже сверху, из поднебесья, донесся холодный ответ:

– Я вам больше не хозяйка! Сколько я вас учила: думать надо, на кого заговор кладешь! – Оксана Тарасовна покосилась на Ирку. – А с вами, барышни, мы еще встретимся. – Кочерга понесла всадницу прочь.

Вслед ей неслись рыдания. Плакала толстенькая некрасивая девчонка лет пятнадцати. Плакала, утирая блеклое личико хвостом реденьких белесых волос. Ирка с изумлением уставилась на нее: откуда взялась, не было такой среди ро€бленных Оксаны Тарасовны. И только яркий, вычурный маникюр показался Ирке знакомым.

– Вика? Вика, это ты? – не веря глазам, сказала Ирка.

Но девчонка все рыдала, прикрываясь пухлыми, красными руками.

Ирка с Танькой неуверенно покосились друг на друга.

– Но они же нас вообще убить хотели! Что ж нам, поддаваться? Мы только защищались.

– А чего ж на душе так паршиво? – возразила Танька. – Может, не надо было нам все-таки на шабаш лететь? И дар у той умирающей ведьмы, Ольги Вадимовны, тоже брать не надо было. Пусть бы уж кому-то из них досталось. – Танька кивнула на медленно поднимающихся с земли ро€бленных.

– Можешь не волноваться, деточка. Никому из них мой дар ни за что бы не достался. – Воздух задрожал, сгустилось полупрозрачное марево, и из него выступила стройная старая женщина в длинной юбке и строгой блузе.

– Здравствуйте, Ольга Вадимовна. – Ирка равнодушно кивнула старой ведьме. Почему-то она была совершенно не удивлена. – С самого начала это все была ваша затея?

Старая ведьма с достоинством наклонила голову.

– А я все думала: ну не могли эти дурочки. – Ирка кивнула на растерянно топчущихся девчонок. – Не могли они вот так взять и выследить настоящую ро€жденную. И поймать не могли. Если, конечно, ро€жденная сама того не хотела.

Танька растерянно поглядела на подругу.

– Ольга Вадимовна? Сама позволила ро€бленным себя поймать? – девчонка во все глаза уставилась на старую ведьму. На ее лице мелькнуло понимание пополам с недоумением. – Значит, приглашение на шабаш написали вы? – недоверчиво спросила она. – Покутника подняли, и Белого Байкера, и сумку колдовских причиндалов прислали – тоже вы? И в доме нам помогали, и только что – это ведь вы не дали Стелле с Оксаной Тарасовной удрать? Но зачем? Вам что, нужно было истребить всех ро€бленных?

Ольга Вадимовна сухо усмехнулась:

– Да уж, последнее время в этом городе развелось слишком много ведьм. Проредить не мешало. Но главное, Танечка, я хотела отдать свой дар. Тебе. И только тебе.

– Но вы же меня совсем не знаете… – удивилась Танька.

– Теперь знаю. Ты будешь хорошей ведьмой. Может, даже лучшей, чем была я. И уж во всяком случае, гораздо лучшей, чем любая из этих барышень. – Ольга Вадимовна небрежно махнула в сторону бывших ро€бленных.

Потом старуха перевела взгляд на Ирку и печально вздохнула.

– Покойная Елизавета, твоя бабушка, была невероятно упрямой, – пожаловалась она Ирке. – Ей было невозможно отказать. Умудрилась-таки перед смертью взять с меня клятву. Что ж, я все сделала. Я устроила настоящую проверку твоим способностям. В условиях, приближенных к боевым.

Ирку передернуло. Если девять дней кошмара – условия, всего лишь приближенные к боевым, какие же тогда боевые?

– Я снабдила тебя спутниками – твоя подруга Таня стала настоящей ведьмой, а ваш молодой друг теперь знает, что он здухач. К тому же они любят тебя и готовы защищать, не щадя своих жизней. Разве могут быть спутники лучше? Теперь ты совершенно готова воплотить в жизнь планы твоей бабушки. Моя клятва выполнена. И вот что я скажу тебе, Ирочка. – Старая ведьма гордо выпрямилась. – Откажись! Когда придет для тебя срок выполнять эту страшную, безумную миссию – пошли их всех! Лучше всего – к черту! Дети не должны рисковать своими жизнями ради глупых выдумок взрослых. Не стоят они того. Ни взрослые, ни их выдумки. – Ольга Вадимовна отступила назад, воздух вокруг нее задрожал, и старая ведьма начала таять в зыбком прозрачном мареве.

– Стойте! Погодите! – спотыкаясь, к старухе бежала Алла. Лицо залито потом, рыжие волосы разметались. Она рухнула на колени у дрожащего марева, протянула к Ольге Вадимовне руки. – Возьмите меня к себе в ро€бленные!

– Не могу, милочка. – Ольга Вадимовна на мгновение замерла, перестав растворяться. – Второй раз в ро€бленные не берут, и дара у меня больше нет, да и вообще – умерла я! Не без твоей, кстати, помощи, дорогая. В моем возрасте ночи в сыром сарае очень, очень вредны. Теперь уж ты к Тане с Ирочкой обращайся. – Воздух дрогнул, и старая ведьма исчезла.

– К Тане с Ирочкой? К Тане с Ирочкой! – вскричала Алла и со всей силы пнула валяющиеся на траве скомканные листы бумаги. Те самые, что Ирка швырнула в ведьм-хозяек. Листы вспорхнули в воздух, перевернулись, демонстрируя простенькие карандашные наброски – портреты Ирки и Таньки. Основы для морока, заставившего разъяренных ро€бленных так страшно обмануться. Беснующаяся Алла подхватила наброски и разодрала их в мелкие клочки. – Вот вам, вот, вот! Паршивые рисунки, ясно? Отвратительные!

– Ну ты-то без чужой силы и так не сможешь, верно? – усмехнулась Ирка. Лицо ее просветлело. – Ха, так ты ж теперь вообще ничего не можешь! И никуда не поедешь…

– А вот фиг вам! – взвизгнула Алла. – Результаты конкурсов обратно не переигрываются! Поеду! И в Канаду, и в Англию, и в Германию! А там посмотрим! – Алла круто развернулась и зашагала прочь. – Я до вас еще доберусь!

– Что, правда поедет? – покосилась на Таньку Ирка.

– Поедет, – вздохнула Танька. – Так что раньше следующего года нам с тобой не светит. Но зато мы ведьмы, – с гордостью заявила Танька. – Самые настоящие.

– А Богдан – здухач. Воин сновидений, круто!

– Вот обязательно нужно удовольствие испортить, – фыркнула Танька.

Здухач проводил взглядом плотно закрытых глаз потянувшихся вслед за Аллой бывших ведьмочек. Поплыл по воздуху к дому, скользнул в комнату и скрылся в глубинах зеркала. Видно было, как он медленно опускается поверх спящего Богдана, сливается с ним, вновь становясь единым целым. Зеркало погасло.

– Господи, неужели все кончилось! – почти простонала Танька и тут же хлопнула себя по лбу. – Родители! Они же там… – Танька рванула к телефону. Девочка наскоро набрала номер и закричала: – Мама! Мамочка, я… Со мной все в порядке! – и вдруг смолкла. Долго слушала, кивнула: – Да, мамочка, да, хорошо! – Танька положила трубку и ошалело уставилась на Ирку. – Я, значит, тут вся трясусь, с ума схожу… А им еще девять дней назад позвонила наша классная и сказала, что мы все уехали на срочную практику. Они и не волнуются.

– Ольга Вадимовна, – сообразила Ирка. – Ну молодец старуха! Если б она еще соизволила объяснить, от какой такой миссии я должна отказаться… М-да, одни загадки разъясняются, а другие появляются. Вот, например, как ты, Танечка, умудрилась по отключенному телефону позвонить?

Танька растерянно поглядела на аппарат:

– А ты знаешь, я просто забыла, что его отключили. Совсем из головы вон…

– Забыла она! Слушай, ты, ведьма, так мне теперь за него платить или так работать будет?

Телефон, похоже, решил поработать так, потому что немедленно залился трелью звонка.

– Ирка, это ты, Ирка? – ввинтился в ухо возбужденный голос Богдана. – Мне тут такая жуть приснилась! Будто я сквозь зеркало к тебе в дом прошел, а там чудики какие-то из земли и песка. Я летаю, их мечом рублю, а они по мне лупят. Морду подряпали, руку вывихнули и вообще чуть на фиг не раздавили! Просыпаюсь, морда и вправду в крови, и рука на сторону, отец еле вправил… Но знаешь, в чем самый кошмар? Там твоя подружка толстая была! И мне снилось, вроде бы она теперь тоже ведьма и мне жизнь спасла! Вешалкой!

– Богдан… – перебила его Ирка. – Это не совсем сон. То есть сон, конечно, но и правда тоже. Понимаешь, ты здухач, воин сновидений…

Богдан помолчал.

– А Танька, выходит, и вправду ведьма? Кошмар! Нет, хуже – кошмар наяву! – И Богдан кинул трубку.

– Ладно, ладно, – процедила сквозь зубы все слышавшая Танька. – Я ему покажу толстую! Кстати, Ирка, – Танька вдруг оживилась, – а весы у тебя есть? Не может быть, чтоб я за эти дни не похудела!

И тут со стороны двора раздался дикий вопль. Орала Иркина бабка.

– Проснулась и поломанный забор увидела, – предположила Танька.

– Или огород. Его ж велеты напрочь вытоптали.

– Что мы стоим, побежали!

Они выскочили во двор, забежали под навес. И увидели бабку, склонившуюся над квашеной капустой.

– О! – тихонько застонала Ирка. – Таки испортилась! Я же говорила тебе, нельзя квашеную капусту перекладывать! Тем более в корпус из-под телевизора!

– Ты же его в ступу превратила! – защищалась Танька.

– Но я же раньше такого не делала! Неизвестно, что там получилось и как оно для капусты! – прошипела Ирка и заискивающе улыбнулась бабке. – С капусточкой что-то не так? Испортилась?

– Та я не знаю, Яринка. – Бабка подняла на Ирку перепуганные глаза. – Я ее теперь пробовать-то боюсь. – Бабка выволокла из миски две длинные капустины.

Те сперва висели неподвижно, потом одна из них дрогнула, завертелась, будто антенна, ловящая радиоволны. Во дворе раздался громкий голос известного телевизионного диктора:

– С новостями спорта вас познакомит наш спортивный комментатор…

– Состоялся отборочный матч между… – бойко откликнулась вторая капустина.

Краткий колдовской словарь

Блуд – мистическое существо, заставляющее человека заблудиться, заманивающее его в опасные места (трясину, чащу леса, овраги). Предстает в обликах прохожего, подсказывающего дорогу, летящей впереди птички, мерцающего вдали огонька. Блуд может «водить» человека и в малом пространстве – вокруг стога, по родному селу, и даже… на собственной печи, не давая узнать хорошо знакомые места. Для спасения от Блуда есть несколько способов: 1) знать день и час своего рождения и крещения, 2) припомнить, на какой день недели пришелся Свят Вечер, что елось на Риздвяну Вечерю и своего соседа справа во время церковного причастия, 3) для не слишком соблюдающих обряды – нагнуться, поглядев себе между ног, – прячущие дорогу чары Блуда ничего не смогут поделать с такой «точкой зрения». На мальчиков, родившихся в семье первыми (первенцев), чары Блуда не действуют.

Ведьма – женщина, реже – мужчина (ведьмак), – с колдовскими (чаклунскими) способностями. Наднепрянские ведьмы , издавна живущие на землях вдоль р. Днепр, отличаются своеобразными методами колдовства, позволяющими управлять людьми, нелюдью, нежитью, а также животными и явлениями природы. Среди ведьм встречаются рожденные и робленные. Рожденная ведьма может 1) унаследовать дар (обычно по женской линии), 2) перенять его от ведьмы, не имеющей собственных детей, 3) родиться в семье, где есть 7 дочерей и нет ни одного сына, – тогда одна из сестер обязательно становится ведьмой. Робленные ведьмы не имеют природного дара, а получают способность к колдовству, пойдя в учение к рожденной ведьме, ведьмаку или самому черту. Рожденные могут по желанию творить добро или зло, а также взять свои чары обратно. Робленные ведьмы творят только зло, даже если их не заставляет рожденная учительница. Поэтому у не желающих зла рожденных ведьм нет учениц.

Велет – 1) человек гигантского роста, который «по лесу шел как по траве, переступал горы и долины, а головой подпирал черные тучи» (Галицкие легенды). Земля не могла прокормить велетов, а потому они вымерли, как динозавры; 2) иногда велетами называют големов.

Вовкулак (вовкулака) – он же вовкун или вовколаба. Волк-оборотень. См. также Оборотень .

Вырица – старая ведьма. Не следует представлять ее себе сморщенной старой каргой, для наднепрянских ведьм считалось неприличным плохо выглядеть. Обычно вырица – симпатичная полная румяная тетка средних лет.

Голем – человекоподобное существо, искусственно созданное из глины, металла, дерева и т. д. и оживленное специальными заклятьями. Первый голем (в переводе с иврита – «бесформенная мертвая глыба») создан в Испании Шльомой Бен Юда Габиролем (1021—1055) для выполнения домашней работы. Известны также пражский голем (Чехия) и холмский голем (Украина). Истории про големов всегда заканчивались одинаково – чудовище переставало повиноваться и начинало уничтожать все вокруг, после чего хозяин снимал с него чары оживления, снова превращая в мертвую глыбу. Единственный описанный случай превращения итальянского деревянного голема в настоящего мальчика (Пиноккио, он же Буратино) представляется сомнительным.

Домовые (домовики) – помогают хозяевам в работе, стерегут имущество, дают советы, сохраняют мир в семье и следят за соблюдением обычаев. Если домовик недоволен хозяевами, то может во сне защипать до синяков и даже слегка придушить. Любят молоко и сахар, не выносят соли.

Здухач – человек, способный во сне выходить из своего тела, вступая в бой с нечистью. Стороннему наблюдателю сражающийся здухач кажется вертящимся смерчем. Если покинутое здухачем тело переместить с того места, где оно было оставлено, здухач не сможет вернуться. Потерявший тело здухач истаивает, а лишенное души тело остается в вечном сне.

Кот ведьмы – помощник, партнер, возможно, дополнительный источник силы. Он не обязательно черный – у разных ведьм могут быть разные коты. В течение жизни ведьма заводит всего одного кота, все ведьмовские коты – долгожители. Как ведьмы используют котов – неизвестно. Возможно, это коты используют ведьм. Хотите знать точно – спросите у ведьм. Или у котов.

Мавки – живут в лесах и горных пещерах. Когда сходит снег, бегают по лесам и долинам, сажая полевые и горные цветы. Любят слушать, как пастухи играют на свирелях, иногда просят парней танцевать с ними, но всегда отпускают, не причинив вреда. Одна беда: отличить безобидную мавку от совсем иного существа – нявки – удается только после того, как нявка вопьется жертве в горло мгновенно выросшими клыками.

Оборотень – человек, наделенный способностью превращаться в животное. В наднепрянских землях наиболее распространено превращение в волков и птиц (во€ронов, соколов и т. д.). Оборотни бывают врожденные , когда способность к оборотничеству передается по наследству или возникает при рождении (если женщина во время беременности увидит волка или съест мясо разорванного волком животного); и зачарованные , когда ведьма превращает человека в волка или птицу, завязав ему на шее заклятый шнурок. В отличие от западноевропейских «коллег» ни врожденные, ни зачарованные наднепрянские оборотни не теряют человеческого разума. От укуса/клевка оборотня человек в оборотня не превращается.

Опыряки (опыри) – люди, имеющие две души, из которых одна после смерти остается на земле, превращаясь в опыря, и может ходить целых семь лет, губя людей.

Песиглавцы (псоглавцы, песиголовцы) – существа с человеческим телом и собачьей головой, с одним глазом посередине лба. Людоеды. Ловили людей и откармливали их орехами. Когда хотели проверить, достаточно ли человек откормлен, кусали его в мизинец левой руки. Если кровь не текла, значит, человек уже вполне в их вкусе и его пора есть.

Покутник – мертвец, получивший возможность после смерти добрым делом искупить совершенный при жизни грех.

Риздвяна Вечеря – праздничный, освященный церковью ужин в Свят Вечер (вечер перед Рождеством). Блюда Риздвяной Вечери приносят счастье в дом, а также защищают от всякого зла. Используются для выявления и разрушения враждебных чар.

Робленная ведьма – см. Ведьма.

Рожденная ведьма – см. Ведьма.

Русалки – утонувшие или утопленные девочки. Могут принимать облик маленькой девочки, взрослой девушки, выдры, жабы и крысы. Подманивают людей песнями, парней щекочут до смерти, девушек топят, тоже превращая в русалок. Делятся на именных , успевших при жизни получить от матери имя, и безыменных, утонувших без имени. Безыменные русалки не имеют волос и считаются русалками «второго сорта». Наибольшей силой русалки обладают на Ивана Купалу и в мае – до первого майского грома.

Рушник – полотенце с вышивкой. Вышитые по краю рушника символы (солнца, земли, воды и т. д.) могут защитить дом от зла, отвратить болезни, принести достаток. Специальные рушники вышиваются на значимые события – рождение, свадьбы или просто на здоровье и удачу. Бывают рушники с черной вышивкой – в память об угнанных в татарскую неволю. Рушники вешаются в «красный угол» над иконами. Для защиты от зла самого человека соответствующими символами вышивают нательные сорочки-вышиванки. Рушники используются в различных видах колдовства – обычно довольно безобидного. А вот завладев вышитой сорочкой человека, ему можно причинить очень серьезный вред.

Терлич-зелье – пока терлич-зелье кипит на огне, ведьма заставит любого человек летать, даже против его воли. Опуститься на землю такой человек сможет только по приказу самой ведьмы, или когда зелье полностью выкипит. В старину жителям наднепрянских деревень случалось провожать глазами жалобно причитающих мужиков, неторопливо пролетающих над соломенными стрехами хат. А нечего было злить местную ведьму!

Хладное железо – т. е. вещи, созданные из железа, желательно – кованые. Обладают собственной магической силой, поскольку вбирают в себя все четыре стихии (огонь, воду, землю и воздух) и пятую – частицу души человека, их создавшего. Не подвержены чарам, кроме тех, что построены на крови. Вероятно, потому, что в крови тоже содержится железо.

Хорт – крупный чистопородный борзой пес, способный охотиться на матерого зверя, в том числе на волка.

Чаклун – колдун, соответственно, чаклувать – колдовать.

Ярчук (пес-ярчук) – пес, способный почуять, отыскать ведьму и с ней сразиться. Не надо думать, что все ярчуки – злобные чудовища. В старину пес-ярчук не раз становился спасением для целых деревень, вынюхав прячущуюся среди людей злую ведьму. Ярчуком рождается только девятый щенок в помете у собаки, которая сама была девятым щенком в помете своей матери. Поэтому ярчуки – огромная редкость.

Ярытница – молодая ведьма. Обычно выглядела значительно привлекательнее остальных деревенских девушек (ведьмы еще в давние времена умели делать макияж и пользовались косметическими процедурами).