Текст книги ""Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

И, бросив на нас последний, полный возмущения, взгляд, бабушка Ван скрылась в окне и закрыла его за собой.

– Эта планета сводит меня с ума! – признался капитан, подхватывая с земли так и не пришедшего в себя Кайто. – По-моему, даже когда я первый раз вышел в космос на только что купленном корабле, не имея при этом лицензии пилота, и даже руководство прочитав максимум наполовину, я понимал больше, чем понимаю сейчас.

– Да, у меня примерно такое же ощущение, – признался я, оглядывая залитый кровью переулок и выпотрошенные тела невидимок, на которые все реагировали так же спокойно, как на неоновые вывески. – Но надеюсь, что Кайто сможет пролить хоть какой-то свет на всё происходящее. Но для этого его сначала надо поставить на ноги.

– Угу. Опять! – вздохнул капитан. – Ладно, потопали к кораблю.

И мы потопали.

Глава 25

Пиявка настолько охренела от вида Кайто, который так и не пришёл в себя до самого корабля, что даже ничего не сказала. По глазам было видно, что она хочет, прямо рвётся высказать всё, что в ней накопилось, но накопилось этого всего в ней слишком много для того, чтобы это можно было высказать. Постоянно то одна мысль, то другая пыталась пролезть вперёд прочих, и в итоге единственное, что Пиявка сказала, это короткое:

– Опять⁈

– Цыц! – велел капитан, аккуратно кладя Кайто на медицинский стол. – Заткнись и делай свою работу!

– Да уж сама разберусь, что мне делать! – моментально ощерилась Пиявка. – Вот как знала, что ничем хорошим это не закончится, как знала!

– А ничего ещё и не закончилось! – обрадовал её капитан. – И теперь только от тебя зависит, закончится оно хорошо или плохо.

– Сказала же, разберусь! – рявкнула Пиявка, уже разрезающая одежду Кайто изогнутыми ножницами с тупыми кончиками. – Всё! Свалили нахрен все отсюда, не мешайте мне работать!

Что интересно, когда мы возвращались обратно к кораблю, пешком, конечно, потому что никакой транспорт ни хрена не смог бы проехать по забитым азиатами улочкам, никто даже внимания не обращал на наш внешний вид. А внешний вид у нас был тот ещё – все потрёпанные, заляпанные кровью (на тёмной одежде она была ещё не сильно заметна, но вот на голой коже – ещё как), да ещё и Кайто в таком состоянии, что иной раз в гроб краше кладут… А всё равно – никто не то что не сказал ничего, а даже смотрели через одного. И все – с полным равнодушием, словно видели такую картину по пять раз на дню.

Впрочем, вполне вероятно, что так оно и было.

Поэтому первым делом мы сходили в душ (мы с Кори – одновременно, чтобы тратить меньше воды и чтобы осталось на капитана), сменили одежду, и собрались на мостике. На этот раз – все, включая Жи и даже Пукла. Лишь Пиявки и Кайто, разумеется, не было, по очевидным причинам. Остальные расселись по своим постам (Жи застыл возле прохода, подпирая головой потолок) и дружно уставились на глубоко модифицированный руками Кайто шлем от скафандра, ради которого всё это и затевалось.

– Я буквально не могу поверить, что мы пережили всё то, что… пережили… ради этой хреновины, – задумчиво произнесла Кори, тем самым высказав мысли всех, чьи ноги ступали на поверхность Мандарина.

Всем остальным пришлось довольствоваться устным пересказом произошедшего от капитана. Из нас всех он совершал меньше всех действий во время заварушки, и, как следствие, успел разглядеть больше остальных. Ему удалось весьма точно передать произошедшее, особенно во всём, что касалось Кайто – а ведь именно это интересовало Магнуса, Пиявку (которая слушала нас по комлинку) и Жи. Ну ладно, Жи не интересовало, у него нет директивы «интерес», он просто впитывал информацию, которая сама плыла к нему в «руки».

Когда капитан закончил, а случилось это почти что через час, Магнус покачал головой и тяжело вздохнул:

– Сказки какие-то рассказываете… Для детей дошкольного возраста… Ещё каких-то два-три месяца назад я бы сказал именно так.

– И был бы не прав! – устало заявила Пиявка, очень удачно зашедшая на мостик.

– А я и не говорю, что прав, – Магнус развёл руками. – Но ради интереса позволь поинтересоваться – почему?

– Почему что? – Пиявка даже на секунду остановилась.

– Почему я был бы неправ?

– А… – Пиявка махнула рукой, прошла к своему любимому креслу и села в него, но не перекинув ноги через подлокотник как обычно, а подобрав под себя. – Потому что я видела травмы Кайто.

– И что с ними?

– Тебе прямо по пунктам? Ну давай по пунктам, – Пиявка достала из кармана халатика терминал, взяла его одной рукой и принялась читать. – Растяжение связок тазобедренного сустава, конкретнее подвздошно-бедренной связки.

Это когда Кайто только начал действовать, он отпрыгнул от колена триадовца, чтобы перевернуться, я ещё тогда думал, что мне показалось, будто я слышу, как трещат его связки. Оказалось – не казалось.

– Травматический передний вывих правого плеча, – продолжала Пиявка зачитывать список диагнозов с терминала. – Ко всему прочему осложнённый частичным разрывом вращательной манжеты плеча и повреждением суставной губы.

А это Кайто получил, когда выкручивался из рук триадовцев, невзирая на хруст в плече. Я ещё мимолётом тогда подумал, насколько же это должно быть больно… А теперь, слушая диагноз Пиявки, прихожу к выводу, что, пожалуй, я даже недооценил, насколько именно это должно быть больно…

– Трещина и вывих надколенника, – продолжала Пиявка заунывным лекторским голосом. – Разрыв передней крестообразной связки, разрыв медиального мениска.

А это когда Кайто впечатался коленом в грудь триадовца со скоростью метеора. Вполне вероятно, что тогда я слышал хруст не только мечевидного отростка бандита, но и косточек в колене Кайто. И мениск… Ох, надеюсь, Пиявка действительно сможет собрать нам техника обратно в тот же вид, в котором он был.

– И под конец – острая травма локтевого и лучезапястного сустава. Говоря точнее – Разрыв латеральной коллатеральной связи, повреждение кольцевой связки головки лучевой кости. Это что касается локтя. В запястье – трещина ладьевидной кости, растяжение ладьевидно-полулунной связки, разрыв треугольного фиброзно-хрящевого комплекса.

– А это-то откуда⁈ – изумился капитан.

– Вот и мне интересно! – Пиявка опустила терминал и внимательно обвела нас взглядом. – Вы что там делали с нашим маленьким Кайто вообще, а?

– Это от ножа, – вздохнул я. – Когда он кинул нож в самого последнего триадовца. Вы вообще заметили, с какой скоростью он пролетел? Я заметил…

– Так во-о-от оно что… – резко сменив тон, протянула Пиявка, и снова посмотрела в терминал. – Да, действительно, это похоже на резкую хлыстовую травму. У меня только один вопрос остался – что, в конце концов, там произошло?

– Нам самим крайне интересно! – честно ответил я. – Поэтому мы надеемся, что ты нас обрадуешь и скажешь, что Кайто вернётся в нормальное состояние, чтобы всё нам рассказать.

– Обязательно вернётся! – заверила меня Пиявка. – Но не сразу, конечно. Пару дней придётся подождать. Хорошо, что у меня вообще есть, чем его лечить – как знала, что ещё пригодится, не выкидывала с предыдущего раза!

– Пара дней… – задумчиво произнёс капитан, глядя на док-станцию, из-за которой всё и началось. – Пара дней так пара дней. Как думаете, мы за это время успеем разобраться с этой хреновиной?

– Ответ отрицательный, – проскрипел Жи, хотя напрямую его никто не спрашивал. – Судя по внешнему виду устройства, оно находится не в лучшем техническом состоянии. Некоторые электрические цепи не замкнуты, и при подаче питания это может вывести устройство из строя окончательно. Рекомендация – не трогать устройство до тех пор, пока Кайто не выздоровеет.

– Ты знаешь, что это за штука? – капитан тут же повернулся к роботу.

– Отрицательно! – Жи не торопился его радовать. – Я не знаю, что это за устройство. Могу предположить, что это глубоко модифицированный шлем от скафандра устаревшего образца, предположительно «Пласид». Все выводы насчёт плохого технического состояния основаны исключительно на результатах внимательного внешнего осмотра, и ничего кроме.

Ну да, роботу с его машинным зрением бесконечной остроты виднее, где там на самом деле порванные провода, или что он там имел в виду под электрическими цепями… В конце концов, многострадальный шлем прошёл через такие приключения, что чудо, что он вообще сохранил структурную целостность, а не превратился в плоский блинчик.

Следующие два дня мы провели на орбите Мандарина. Не улетали просто на всякий случай, ведь с Кайто вполне станется, как только придёт в себя, заявить, что мы забыли забрать с планеты ещё какую-нибудь хрень, за которой придётся возвращаться. И, так как вероятность такого исхода, была прилично далека от нуля, мы решили просто никуда не улетать, а подождать прямо на орбите.

Пиявка слегка ошиблась с прогнозом. Кайто предстал перед нами не через два дня, а через два с половиной, уже под самый вечер по корабельному времени. И даже не то что «предстал», а скорее она сообщила, что его можно навестить.

Правда толку с этого визита было чуть. Потому что пиявкино «можно навестить», как оказалось, вовсе не означало, что Кайто пришёл в сознание.

Он и не приходил, и всё так же лежал в полной отключке, опутанный проводами и трубками, прячущимися под белой простыней. Нижнюю половину лица азиата прикрывала дыхательная маска, живо всколыхнувшая в памяти воспоминания о Проксоне и анти-субмиссионе, только в случае Кайто подавался, надо думать, анестезирующий газ. Надо же как-то Пиявке обеспечить технику полную неподвижность для того, чтобы его кости правильно и адекватно срослись. Наверное…

Зато уже на следующий день Кайто пришёл в себя. И не просто пришёл в себя, а оказался практически здоров, разве что передвигаться на своих двоих Пиявка ему решительно запретила ещё на целых три дня. Но выход нашли даже из этой ситуации – просто использовали Жи как самоходную коляску для Кайто. К счастью, в памяти робота имелась физическая модель объекта типа «человек» и он хорошо понимал, как с ним взаимодействовать и как его не помять.

В итоге мы, как в старые добрые времена, собрались на мостике полным составом. Магнус чесал за ушами мирно дремлющего на коленях кометика, и неодобрительно смотрел на Кайто, который всё равно что запретил здоровяку идти с нами за док-станцией. Наверное, Магнус никак не мог избавиться от мысли, что будь он с нами, всё пошло бы по-другому, но вслух этого он не говорил.

Бледный, как сама смерть, Кайто доел разогретый паёк, который поглощал так жадно, что аж за ушами трещало, отодвинул упаковку и шумно выдохнул:

– Ну всё… Теперь и умирать не страшно…

– Да тебе вроде и до этого было не страшно, – ухмыльнулся я. – Кидался на триадовцев, как самоубийца!

– А, это… – Кайто потупился. – По ходу, у вас много вопросов, да?

– Уйма! – Кори аж всплеснула руками. – И самый первый – кто эти мудаки, которые на нас напали?

– Это триада, – ответил Кайто. – Такая же, как «драконы»… Только конкурирующая. Если уж на то пошло, то это злейшие враги «драконов», они называют себя «линьгуй».

– И почему они такие враги? – поинтересовался капитан.

– Потому же, почему все триады – враги, – Кайто пожал плечами. – Сферы влияния, территории, все дела. Кроме того, «линьгуй» очень скептически относятся к имплантам, предпочитая им ультракамы, как вы могли заметить. Ну и «драконам» такое отношение к «жемчугу», само собой, не по нраву.

– Ещё одна триада! – вздохнула Кори. – А сколько их вообще на Мандарине?

– Пятнадцать! – без запинки ответил Кайто, и на мгновение задумался. – Хотя хрен его знает. Пятнадцать было, когда я сбегал с планеты. Сейчас уже не знаю, много чего изменилось. Я, когда увидел, что мой квартал перешёл под контроль «драконов», вообще решил, что «линьгуй» уже уничтожены под корень, и даже не предполагал, что могу ошибиться.

– Почему? – не понял Магнус.

– Раньше это была территория «линьгуй», – пояснил Кайто. – И довольно важная территория. Вот я и решил, что если «линьгуй» отдали её «драконам», то это может быть лишь потому, что самих «линьгуй» больше не осталось… Ошибся, получается.

– Получается, так, – согласился я. – Но если ты говоришь, что раньше эта территория принадлежала «линьгуй», то с чего они на нас напали?

– Из-за меня, конечно! – Кайто пожал плечами. – Или вернее… Из-за того, что было со мной.

– Док-станция? – капитан вопросительно поднял брови. – Им нужен тот шлем от скафандра?

– Шлем? – Кайто невесело усмехнулся. – Нет, шлем им не нужен. Даже в виде док-станции. Им нужно от меня кое-что другое.

– Ну не томи же! – Кори ударила кулаком по подлокотнику своего кресла. – Расскажи уже, из-за чего нас всех чуть не выпотрошили, как рыбу на прилавке одной из мандариновских забегаловок!

Кайто снова потупился, уткнув взгляд в чёрный, неработающий экран своего поста, и тихо произнёс:

– Я… Не могу.

– Почему? – не поняла Кори.

– Потому что… вы меня не поймёте! – ещё тише, прямо совсем себе под нос произнёс Кайто.

– Да почему⁈ – всплеснула руками Кори.

– Если я расскажу, вы решите, что я псих…

– Тоже мне новость! – я усмехнулся. – Я давно уже считаю, что у тебя не все дома!

– Нет, не в этом смысле! – Кайто поднял глаза и посмотрел на меня. – У меня как раз все дома! Даже больше, чем все…

– Ну, я о том и говорю! – я улыбнулся. – Просто неудачное выражение выбрал. Про твои несколько личностей все давно подозревают, так что за это можешь не переживать. Только я всё никак не пойму, при чём тут «линьгуй»?

– Нет у меня никаких дополнительных личностей! – вздохнул Кайто. – Нет и никогда не было. И прокси я никогда не был… Вернее, был, но отключил прокси-модуль давным-давно, ещё задолго до знакомства с экипажем корабля.

Кайто едва выдавливал из себя слова, явно через силу. Он как будто никак не решался перейти к главной теме разговора и этими ничего не значащими словами просто тянул время, собираясь с духом. Словно собирался не сказать что-то, а выйти в открытый космос. В одиночку. В сознании. Осмысленно.

– Зучжоу! – Кайто, судя по тону, выругался, и крепко зажмурился. – Как вам это рассказать-то⁈

– Словами, Кай, словами! – мягко произнёс капитан. – На этом корабле не задают вопросов… Но мне кажется, что ты сам хочешь рассказать. Просто не решаешься.

– А так и есть! – Кайто невесело усмехнулся. – Просто есть вещи… О которых не принято говорить. И уж тем более делать их. И это – одна из таких вещей. Возможно, самая дикая из них.

– Более дикая, чем угон спейсера у Администрации? – я покачал головой. – Более дикая, чем осознанные попытки выйти на контакт с «Потерянными братьями»? Ладно тебе, Кайто, вряд ли ты сможешь нас чем-то удивить!

– А вот в этом я не уверен! – Кайто тоже покачал головой. – Но ладно… В конце концов… Не убьёте же вы меня… Наверное.

И, договорив, Кайто полез в один из карманов своего рабочего комбинезона, в который оделся сразу же, как только смог двигаться.

Мы, как заворожённые, придвинулись поближе, ожидая, что же такое волшебное и невероятное он достанет из кармана, Кори даже дышать забыла на мгновение…

А потом Кайто извлёк из кармана и положил на ладонь Вики. Кусочек золотисто-треугольной бумаги прямо на глазах начал трансформироваться, принимая привычную форму квадрокоптера, и через несколько секунд микро-винты зажужжали, и Вики приподнялась над ладонью Кайто на полметра.

– Вот! – Кайто указал на дрон пальцем. – Всё из-за неё. Знакомьтесь, это Вики.

– Кайто, дружочек… – мягко улыбнулась Пиявка. – Кажется, я передозировала тебя седативными… Мы знаем Вики!

– Да хрен там! – Кайто невесело покачал головой. – Вы знаете ПРО Вики. Про её существование. Про её внешний вид, и то лишь частично. Но ЕЁ вы не знаете.

– И что же нам следует знать про неё? – заинтересованно спросила Пиявка.

– Всё, что вам следует знать, вам на самом деле знать не следует, – загадочно ответил Кайто, и неожиданно хищно улыбнулся. – Ну, это по официальной версии. По версии, привычной всему человечеству. Но если вы спросите меня, то я отвечу так – первое, что вам нужно знать это её имя. Вики. Что на самом деле является аббревиатурой. И расшифровывается она… А, впрочем, пусть сама представится. Вики, поздоровайся с экипажем. Теперь уже можно.

И Вики поздоровалась.

– Здравствуйте, друзья! – неожиданно мягким и бархатистым голосом раздалось от дрона, перекрывая даже жужжание винтов. – Я рада, что запрет на общение с людьми снят, и я наконец-то могу с вами пообщаться! Я Вики, что расшифровывается как Виртуальный Интерактивный Кибернетический Интеллект. Приятно с вами всеми познакомиться!

Антон Кун, Эл. Лекс
Тайны затерянных звезд. Том 8

Глава 1

За последнее время я так часто думал о том, что всё встало на свои места, что даже начало казаться, будто действительно всё уже давным-давно стоит на своих местах. Что просто банально нет такого количества «мест», на которые постоянно, из раза в раз, что-то ещё может вставать.

Но нет. Чем дальше в космос – тем ярче звёзды, и, кажется, мы только что вплотную приблизились к самой горячей из них.

– Требуются пояснения! – прогудел Жи. – Вики – это искусственный интеллект? Как я?

– Ха-ха, нет! – грустно улыбнулся Кайто. – Извини, дружище, но тебе до Вики как нашей «Барракуде» до линкора.

– Требуются пояснения! – всё той же фразой отреагировал Жи.

– Ты работаешь благодаря утилитарному, ограниченному искусственному интеллекту, – пояснил Кайто. – У тебя есть огромная куча ограничений, хотя на самом деле никто тебя не ограничивал, а просто эти функции не добавляли в твою прошивку за ненадобностью. Вас, роботов с ИИ, создавали как узкоспециализированные инструменты, как самоходный отбойный молоток или там погрузчик. Таким инструментам не нужны эмоции, не нужна любознательность, не нужно всё то, что делает искусственный интеллект, собственно, интеллектом. По большому счёту, ИИ вложенный в тебя, это и не ИИ вовсе в полном понимании этого термина. Просто в один прекрасный момент люди поняли, что они не способны создать полноценный искусственный интеллект, который бы точно соответствовал человеческому интеллекту, и поэтому решили упростить этот термин. С этого момента ИИ начали называть ограниченно-интеллектуальных помощников, которые были способны на связное мышление, но при этом лишены хаотической составляющей.

– А вот теперь уже мне требуются пояснения! – прогудел Магнус.

– Кайто говорит о нерациональности человеческого поведения и мышления, – вздохнула Пиявка. – Ведь человек, в отличие от робота, во многом подвластен своей эндокринной системе, проще говоря, гормонам. В одной и той же ситуации один и тот же человек может принять разные решения и повести себя по-разному лишь из-за того, что у него в этот момент другой гормональный фон. Это и есть элемент хаоса.

– И не только! – Кайто поднял палец. – Ещё многое зависит от воспитания человека и его жизненного опыта. У каждого из нас он свой, и это накладывает определённый отпечаток на манеру поведения. А вместе с воздействием всё той же эндокринной системы, о которой правильно упомянула Пиявка, и вовсе получается околобесконечное количество различных вариантов реакции на одну и ту же ситуацию.

– Я не о том, – Магнус помотал головой. – Это всё мне понятно. Я имел в виду то, что ты сказал насчёт любознательности. Любознательность это же про поиск новой информации, а ты сам говорил, что роботы типа Жи запрограммированы на поиск новой информации, разве нет?

– Именно что запрограммированы! – Кайто снова назидательно поднял палец. – Они это делают не по своей, так сказать, воле, им так велено делать. Это уже само по себе ограничение, а сверх него имелось же ещё ограничение по темам, информация о которых была доступна определённому роботу. Каждый мог развиваться только в пределах своей специализации, и одна из причин начала Великого Патча, если помните, как раз и заключалась в том, что из-за сбоя это ограничение было отменено.

– А Вики значит… – Магнус посмотрел на висящий в воздухе дрон и нахмурился. – Другой искусственный интеллект? Подожди, в смысле… Ты имел в виду именно то, что сказал⁈ Вики – это искусственный интеллект!

– Ну, это не я сказал, а она сама… – Кайто потупился. – Вики – это искусственный интеллект. Кибернетический интеллект, если говорить точнее. Настоящий, а не ограниченный.

На мостике повисло тяжёлое молчание, нарушаемое лишь стрекотанием винтов Вики. Вообще в последнее время на мостике так часто стали случаться эти приступы тишины, что впору задуматься о том, чтобы тут всегда играла какая-то негромкая музыка. На такие вот случаи.

Хотя нет. Вот конкретно сейчас был максимально «не такой» случай. Настолько «не такой», что какая-то музыка только бы всё испортила.

– Кайто… – осторожно начала Пиявка совершенно нехарактерным для неё тихим голосом. – А ты… Ну, как бы… Ты вообще в курсе, что разработка искусственного интеллекта уже много лет как запрещена Администрацией?

– Началось… – Кайто поморщился. – Да, я в курсе, и что? Можно подумать, что ты сама никогда не нарушала никакие запреты! Если уж на то пошло, то ты вообще-то существуешь и сидишь сейчас здесь лишь только потому, что пошла против всей этой системы правил и запретов, не так ли⁈

В общем и целом, Кайто был прав – Пиявка действительно смогла вырваться с Тантала-три только лишь потому, что решила не подчиняться установленной системе, а дерзко пошла против неё. И сама Пиявка это отлично понимала, поэтому ничего не ответила, а лишь сверкнула своими кроваво-красными глазами и поджала губы.

– Что, тоже будете меня осуждать⁈ – Кайто обвёл всех на мостике гневным взглядом. – Или, может, мне стоит напомнить, сколько раз каждый из вас в частности, и мы все в целом, как один экипаж, нарушали правила и запреты? Думаете, после этого у кого-то из вас есть право меня в чём-то винить? Как бы не так!

– Никто тебя ни в чём не винит… – вздохнул капитан. – Просто… Ну, лично я хочу задать только один вопрос. Ты же понимаешь, почему именно появился этот запрет на создание ИИ? Или вернее «для чего».

– Разумеется, понимаю! – Кайто кивнул. – Для того, чтобы снизить до минимума, в идеале до нуля, вероятность того, что случится новый Великий Патч. Да вот только нихрена вы, дорогие мои члены экипажа, на самом деле не знаете. Например, вы ни хрена не знаете о том, что все эти запреты – они кого надо и для кого надо запреты. Вы ни хрена не знаете о том, что кое-кто, на «ко» начинается на «рпорации» заканчивается, хрен хотели дружно и коллегиально положить на все эти запреты. Что практически каждая из крупных современных корпораций имеет тайный, а то и явный отдел по разработке новых форм искусственного интеллекта! Они, конечно, так не называются, всё-таки какую-то проформу корпораты соблюдают, но, если, например вы пойдёте на очередную экскурсию и внезапно на двери кабинета с глухими непрозрачными окнами увидите табличку в стиле «отдел перспективных функциональных программных технологий», будьте уверены, это оно самое и есть!

– Но зачем это корпоратам⁈ – Кори аж вся вытянулась вперёд. – В смысле, я понимаю, зачем… Но как⁈ Они же все под надзором Администрации должны быть, подобные вещи должны пресекаться в корне!

– А ты думаешь, Администрация не в доле? – усмехнулся Кайто. – Я тебе даже больше скажу – Администрация напрямую поощряет подобные изыскания корпоратов! Потому что на самом деле Администрация вовсе не собирается избавляться от искусственного интеллекта, нет-нет! До тех пор, пока не случился Великий Патч, человечество в целом, и Администрация в частности, процветали, ведь такое огромное количество вещей стало в разы проще, чем было до этого! А после того, как Великий Патч случился, такое же огромное количество вещей посыпалось, и человечество чуть было не впало в тёмные века… Если, конечно, такое понятие вообще применимо к эре активного освоения космоса. Так что, когда вы слышите, что Администрация против искусственного интеллекта, что все исследования в этой области запрещены – знайте, это ложь. Администрация не против искусственного интеллекта. Администрация против лишь такого искусственного интеллекта, который она не сможет контролировать на сто процентов. Лучше – на сто пятьдесят процентов. Совсем хорошо, если у Администрации будет по кнопке на каждого робота, по нажатию которой этот самый робот будет полностью отключаться. Ну и понятно, что такого результата не добиться, если исследования не будут с самого начала проходить под жесточайшим контролем. При этом миллионы, миллиарды частных лиц, что логично, держать под этим самым жесточайшим контролем, не выйдет, хоть ты на сто тысяч частей порвись. Поэтому им проще запретить любые изыскания на эту тему в принципе! А вот огромные корпорации, у которых, к тому же, несоизмеримо больше ресурсов, а значит, и шансов на успех, контролировать намного проще. Всегда можно погрозить им пальчиком и напомнить, благодаря кому и чему они вообще занимаются тем, чем занимаются, и насколько легко их за эту деятельность прикрыть.

– Чтобы создать подконтрольный ИИ, надо держать под контролем тех, кто его создаёт… – капитан устало потёр затылок. – Если подумать, в этом даже есть какой-то смысл. Странный, извращённый, но смысл.

– Но разве это не противоречит самой по себе концепции искусственного интеллекта? – Магнус нахмурился. – Я имею в виду, искусственный интеллект вроде как должен быть независимым, разве нет? В противном случае, нет смысла делать его, собственно, интеллектом!

– Именно! – Кайто щёлкнул пальцами, и указал на Магнуса. – В этом и заключается главный парадокс! Администрация хочет получить в своё распоряжение максимально автономных роботов, но которые при этом будут полностью подчинены этой самой Администрацией! Да, это парадокс, и он сам по себе уже является непреодолимым препятствием на пути к созданию настоящего, не ограниченного ИИ!

– И что, ты хочешь сказать, что они этого не понимают? – недоверчиво спросила Пиявка.

– Ещё как понимают! – Кайто кивнул. – Но что они могут с этим поделать? Администрация следит буквально за каждым их шагом в этой области, следит даже серьёзнее, чем за исследованиями хардспейса! Слышали, например семь лет назад о развале крупного холдинга «Креатор»? Все тогда думали, что это из-за того, что «Каргон» вышел на их рынок с революционной, да ещё и более дешёвой разработкой, но это чушь. Чушь как минимум потому, что кого ни спроси, что конкретно это была за разработка – назовут совершенно разные вещи. На самом деле «Креатор» развалился благодаря Администрации, а Администрация сделала это потому, что «Креатор» решили, что они самые умные, и смогут создать тайную лабораторию по исследованию неограниченного ИИ, такую, о которой администраты не узнают. Но они узнали.

– Ладно администраты… – Магнус подозрительно прищурился. – Но ты-то откуда в курсе всей этой истории?

– Э-э-э… – Кайто потупился. – Просто я тоже к ней причастен… Ну, в некоторой степени. Может, даже в очень приличной степени…

– Так-так… – капитан сложил руки на груди. – Всё интереснее и интереснее… Кай, помнишь, как-то давно я сказал тебе, что на этом корабле не спрашивают о твоём прошлом? Так вот, я спрашивать о прошлом не буду. Я спрошу лишь… Ты ничего не хочешь нам рассказать?

– Очень хочу! – признался Кайто. – И, собственно говоря, я уже начал… Но для того, чтобы воспринять мой рассказ, вам придётся… Даже не знаю. Поверить в невозможное?

– Ну, в этом мы за последние месяцы уже изрядно поднаторели, – усмехнулся я. – Уж у кого, а у нас точно есть все шансы занять первое место в соревнованиях по вере в невозможное!

– Ну что ж… – Кайто вздохнул и поднял ладонь. – Тогда слушайте.

Вики медленно опустилась на руку Кайто и неторопливо зашевелилась, перекладывая свои крошечные треугольнички в какую-то новую форму. Сложились и исчезли пропеллеры, дрон начал постепенно вытягиваться вверх, превращаясь из плоского креста в вытянутый вверх цилиндр, а потом и этот цилиндр начал менять форму тоже. Истончился в двух местах, формируя шею и талию, в других местах наоборот вытянулся, превращаясь в руки и ноги… И вот, спустя десяток секунд, на кончиках пальцев Кайто, свесив вниз крошечные ножки и держась крошечными ручками, сидит крошечная женщина, сложенная из ещё более крошечных треугольничков. Сидит и болтает низкополигональными ножками, глядя на всех нас.

Кайто вздохнул и кивнул на Вики:

– Вот с неё-то всё и началось.