Текст книги ""Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

Хех! Администрация охраняет подступы к планете? К нейтральной планете! Что ж, мы были готовы и к такому повороту событий!

– Корабль «Затерянные звёзды», говорит капитан! – ответил капитан, спешно влезая в кадр и оттесняя Кайто в сторону. – Простите, замешкался немного. Что случилось, капитан Блант?

– Мы просчитали, что вы движетесь курсом на Даллаксию, – кивнув, продолжил Блант. – Скажите, это так?

– Да, всё верно, – улыбнулся капитан. – А что-то случилось?

– Скажите, с какой целью вы туда движетесь?

– А это имеет значение? – притворно удивился капитан.

– Отвечайте! – в голосе Бланта звякнула сталь.

Вот теперь я совершенно точно уверен, что не всё тут так просто, как казалось изначально. Не просто так Макоди совершили свой переворот на Даллаксии, ой не просто так! Если там не было договорённостей с Администрацией о помощи, то как минимум договорённость о том, что они закроют глаза на происходящее, была точно! И, возможно, о прикрытии планеты до тех пор, пока они там всё не закончат. В свою, разумеется, пользу.

Вот только мы изначально предполагали, что такое может быть, поэтому придумали план действий и на такой случай тоже.

– Починиться нам надо! – с досадой в голосе ответил капитан. – Блок двигателей что-то сбоит, один постоянно отключается, и крутить начинает, что в твоей карусели! Проклятое древнее корыто!

Услышав кодовое слово, Кайто потыкал в свой технической пост, отключая один из двигателей, как это и было обговорено. Вектор гравитации ощутимо изменился, и всех на мостике потянуло в сторону.

– Ну вот, опять! – ругнулся капитан, на мой взгляд чуть переигрывая. – Да сколько ж можно! Пятое отключение за этот день!

– Да, мы фиксируем отключение одного из двигателей, – глядя куда-то в сторону, произнёс Блант. – Хорошо, «Затерянные звёзды», проследуйте на планету. Но мы должны вас предупредить, на поверхности сейчас неспокойно. Рекомендуем вам не покидать космопорт, а в идеале – и корабль, до тех пор, пока не будет завершён ремонт. Напоминаю вам, что вы входите в атмосферу нейтральной планеты, а значит, законы и правила Администрации там не действуют.

– Ох, если бы у нас был выбор, мы бы его сделали! – капитан развёл руками. – Так мы можем лететь?

– Да, конечно. «Индиго-семь», конец связи.

Видеоканал закрылся, и Кори вопросительно взглянула на капитана.

– Ты его слышала, – улыбнулся тот. – Полный ход! Хотя нет, не надо полный, а то нас так закрутит, что все кишки выблюем. Давай не торопясь.

– Не торопясь да! – с некоторым разочарованием подтвердила Кори и подала рычаги вперёд.

А Пиявка едва слышно прошептала:

– Держись, Кетрин… Мы уже рядом.

Глава 6

К планете мы подлетели не с той стороны, чтобы быстро провернуть всё задуманное, поэтому нам предстояло ещё два часа полёта в атмосфере. В ней, понятное дело, нормально не разогнаться, потому мы и не планировали этого манёвра. Изначально мы планировали нарезать кружок вокруг планеты ещё в космосе и камнем упасть сразу в нужную точку на пределе скорости, какую позволит наше боевое ведро. Ну, просто чтобы как можно меньше времени светиться на радарах и не давать поводов нас остановить и начать задавать неудобные вопросы… Но появление корабля Администрации смешало нам все планы, и пришлось срочно переходить к запасному. Ведь теперь, если бы мы, после заявлений о поломке двигателя, продолжили движение в космосе вместо того, чтобы как можно быстрее сесть на планету, это выглядело бы подозрительно и как пить дать вызвало бы у администратов ненужные вопросы.

Хотя, конечно, обойтись совсем без вопросов не получилось бы. Ни с Администрацией, ни даже без неё.

Это понимали все, поэтому, когда сигнал вызова снова дал о себе знать, никто и не удивился особенно – все и так этого ждали.

– Внимание, корабль «Затерянные звезды»! – раздалось в динамиках, когда Кори ответила на вызов. – Говорит диспетчер военной администрации нейтральной планеты Даллаксия. На поверхности объявлено чрезвычайное военное положение, все полёты проходят строго по согласованиям. Вас нет в списках допущенных к движению в нашем воздушном пространстве. Немедленно лягте на обратный курс, в противном случае мы будем вынуждены применить против вас силу!

Видеоканала не было, что живо напомнило мне ситуацию, когда мы разговаривали с Андерсом Макоди, который тоже пытался играть в анонимность. Единственная разница – сейчас с нами явно разговаривал какой-то рядовой диспетчер, который даже не пытался скрывать свой голос. Но то, что он принадлежал к роду Макоди (или работал на них, что, в общем-то, одно и то же) – не вызывало сомнений. Объявить на планете военное положение способны только те, кто наделён соответствующими полномочиями, и на Даллаксии все эти люди носят либо фамилию Макоди, либо фамилию Винтерс.

Но единственная Винтерс сейчас явно не в том положении, чтобы делать такие громкие заявления. Значит, остаются лишь Макоди. Тем более, что у них есть и мотив – та самая блокада, о которой вела речь Кори. Чтобы никто не смог вывезти с планеты потерянную принцессу, которую им кровь из носа надо найти.

А вот садиться на планету эта блокада, по идее, не запрещает, по крайней мере, не запрещает явно – у них же есть какие-то списки тех, кому разрешено летать по небу. И это давало нам шанс.

Поэтому капитан тихонько, так чтобы микрофоны не уловили, прочистил горло, и заговорил, снова мастерски придав своему голосу слегка заискивающих ноток:

– Приветствую вас, диспетчер, говорит капитан корабля «Затерянные звёзды». Да, нас предупредили, что у вас неспокойно, не переживайте, мы сознательно идём на риск.

Сказанное капитаном настолько по смыслу не вязалось с его тоном, что я даже восхитился тем, как он увязывает неувязываемое. Вот серьёзно, уж кто-кто, а капитан – это последний человек на борту «Затерянных звёзд», от которого я ожидал бы талантов к переговорам и перевоплощениям, пусть даже одним только голосом.

– Э-э-э… – протянул диспетчер, моментально забыв про официоз. – Я не это имел в виду! В смысле… У нас небо закрыто, немедленно покиньте нашу территорию, а не то мы откроем огонь!

– Ах, вон вы о чём! – капитан натянуто засмеялся. – Дело в том, что мы не можем! Вас что, не предупредили с корабля Администрации на орбите?

– Нет, не предупредили… Что значит «не можете»?

– Дело в том, что у нас накрылся один из двигателей, и необходим срочный ремонт! – ответил капитан. – Лететь дальше в таком состоянии мы не способны, потому что тогда весь блок может разбалансироваться, и двигатели просто раскидает в разные стороны, а это, сами понимаете, недопустимо.

– Ах вот оно что… – непонятным тоном протянул диспетчер. – Всё прямо настолько плохо?

– Более чем! Конечно, не ситуация «спасите наши души», но очень недалеко от неё! – капитан продолжал валять дурака. – Но вы не переживайте, мы не задержимся на поверхности! Как только нас починят там, куда мы записались на ремонт, мы тут же покинем вашу планету!

– А куда вы записались на ремонт? – в голосе диспетчера снова прорезалось подозрение.

– Космодром города Эфин! – бодро отрапортовал капитан, и вопросительно посмотрел на Кайто.

А азиат как раз закончил набирать последнюю команду, торжественно занёс над клавиатурой палец, взглянул на капитана, и, сделав морду кирпичом, манерно опустил его на кнопку ввода.

Блокада Даллаксии оказалась не только физической, в виде боевого корабля Администрации и закрытого неба, но и информационной тоже – все подходящие спутники на орбите перешли в режим глушения, фактически отрезав планету от остального мира. Поэтому Кайто даже в теории не мог подготовить для нас правдоподобное алиби, находясь на орбите, но зато, как только мы вошли в атмосферу и попали в зону действия сетей Даллаксии, он тут же взялся за дело и взломал систему ближайшего к координатам Кетрин космодрома. Взломал – и внёс в неё информацию о нашем прибытии с целью ремонта. Причём внёс её так, что создавалось впечатление, будто ей уже шесть часов, а не только сейчас появилась.

– Одну секунду, запрашиваю информацию, – диспетчер снова вернулся к официальному тону.

А мы и не против. Хоть секунду, хоть минуту, хоть полчаса. Чем дольше молчит диспетчер, тем ближе мы к Кетрин и тем выше шансы, что всё получится провернуть без жертв и даже без шумихи.

Хотя, конечно, о таком исходе можно лишь мечтать…

– «Затерянные звезды», вам выдано временное разрешение на нахождение в воздушном пространстве Даллаксии, – наконец, спустя пять секунд, произнёс диспетчер. – В связи с положением на территории планеты мы вышлем к вам самолёт, который будет сопровождать вас до точки приземления.

– Ой, да не надо, что вы! – натужно засмеялся капитан. – Мы уж найдём дорогу как-нибудь, навигатор-то работает!

От такой наглости диспетчер замолчал аж на целых долгих три секунды, а потом недоверчиво спросил:

– Вы сейчас серьёзно?

– Да, конечно! – жарко ответил капитан. – Мы правда благодарны за заботу, но мы сами найдём дорогу!

– Самолёт сопровождения выслан не для того, чтобы показать вам дорогу. – процедил диспетчер. – Он выслан для того, чтобы проследить, что вы от этой дороги не отклоняетесь. Двигайтесь прежним курсом, вскоре вас догонят. Военная администрация Даллаксии, конец связи.

Канал закрылся, и Кори, которая давилась смехом последние пятнадцать секунд, наконец-то засмеялась в голос.

– Ты правда думал, что это сработает? – тоже с улыбкой спросила Пиявка.

– Ну на Рунтерре сработало же! – капитан пожал плечами и тоже с улыбкой, словно давая понять, что не особо-то и старался.

– Сравнил! – фыркнул Магнус. – На Рунтерре были полоумные бандиты, окончательно поехавшие крышей от глэйпа!

– Ну так, а в чём отличие? – продолжал улыбаться капитан. – Здесь же тоже полоумные бандиты, которые решили захватить всю власть на планете. И они явно на этой почве поехали крышей, раз без зазрения совести вырезали весь конкурирующий род. А вот причина, по которой они ею поехали – это уже другой вопрос. Да и не особенно интересный при этом.

Тут он был прав. Никак иначе, кроме как «бандитами» род Макоди назвать язык не поворачивался. Они и раньше, ещё в момент штурма «Альбедо» из кожи вон лезли, чтобы продемонстрировать свою настоящую, глубинную, суть, а теперь в этом и вовсе не осталось даже тени сомнений. Бандиты они и есть бандиты. Пусть и замаскированные под аристократов. Такие же, как Ватрос, как Гаргос… Даже хуже. Те хотя бы ни под кого не маскируются, а в открытую гордятся тем, что они ублюдки.

– Отличие в том, что здесь это не прокатило… – задумчиво пробормотал Кайто, аккуратно пинцетом ковыряясь в своей Вики, лежащей на его техническом посту.

И он тоже был прав.

В общем, не знаю, что там было на Рунтерре, и почему тогда там что-то прокатило, но сейчас явно было не так. И лучшим подтверждением этого стал самолёт в цветах Макоди, пролетевший мимо нашего лобовика, точно поперёк курса, через десять минут.

Тонкий, стремительный, с крыльями обратной стреловидности, он залихватски развернулся, демонстрируя нам металлическое пузо и нижние плоскости, под которыми крепились ракеты воздух-воздух и стволы автоматических пушек. Старые и даже в какой-то степени архаичные образцы вооружения, но в атмосфере, да на тех дистанциях контакта, на которые рассчитан самолёт, большего и не нужно.

Нам на самом деле хватит и двух, а то и одной такой ракеты, чтобы плоскости наших атмосферных крыльев, пригодных только для черепашьего полёта блинчиком, без резких манёвров, сначала полностью утратили профиль, продырявленные тысячами поражающих элементов, а потом и вовсе разлетелись на фрагменты, разорванные потоками встречного воздуха.

Короче говоря, архаичное это оружие или нет, но его вполне хватит на то, чтобы обрушить наш корабль с высоты нескольких километров на землю, где безжалостная гравитация превратит его вместе с нами в тонкий металлический блинчик. Так что ссориться с самолётом нам было никак не с руки, и поэтому, когда зуммер вызова снова замерцал, Кори вопросительно взглянула на капитана, не торопясь открывать канал.

– Открывай! – кивнул он, и мостик наполнил тихий треск помех, характерный для ближней системы связи в диапазоне ультра-коротких волн.

– Корабль «Затерянные звёзды», говорит самолёт сопровождения! – раздалось в динамиках. – Подтвердите, что слышите меня.

– Говорит корабль «Затерянные звезды», слышим вас чётко и ясно! – ответил капитан.

– Прекрасно. Следуйте за мной к космодрому Эфина, держите скорость четыре сотни. Отклонение от траектории более чем на пять градусов будет считаться актом агрессии и будет пресечено силовым методом. Вам всё понятно?

– Да, нам всё понятно, – ответил капитан. – Указания приняты к исполнению!

– Если что-то изменится, я дам знать. Конец связи.

Канал связи закрылся, и капитан обратился к Кори:

– Ну, ты всё поняла, девочка моя?

– Да, конечно! – ангельским голоском пропела Кори, слегка увеличивая скорость. – Четыре сотни, и никаких отклонений! Сделаем в лучшем виде!

На самом деле, конечно, мы не собирались в Эфин. Мы собирались свернуть, не долетая до него буквально две сотни километров, и через десять минут уже подбирать с поверхности Кетрин Винтерс и её сына. Но пилоту самолёта, а уж тем более остальным Макоди этого знать совершенно не обязательно.

Поэтому, когда перехватчик занял место ведущего, держась перед нами и чуть выше, так, чтобы мы постоянно его видели, Кори послушно повела корабль согласно его указаниям. Нарушать их пока что не было никакого смысла… Да и возможности тоже, если уж на то пошло.

– Кай? – будто прочитав мои мысли, коротко спросил капитан.

– Делаю, делаю! – огрызнулся техник, лихорадочно копошась в своём дроне. – Успею я, успею!

Чем больше я думаю о Кайто и о Вики, тем больше мне кажется, что они – какие-то две половины одной сущности. Как будто одного человека разделили надвое, и одну из половинок каким-то образом запихнули в крошечный дрон. И, так как это не самостоятельные личности, а одна, разорванная надвое, друг без друга эти двое будто и вовсе не могут.

Но почему Вики не может без Кайто – это хотя бы понятно… А вот почему Кайто не может без Вики – это вопрос. И вопрос, действительно ли не может, или только притворяется, сам себя обманывает?

Найти ответ на этот вопрос можно только одним способом – навсегда разлучить техника с дроном. Естественным образом или искусственным – не столь важно, главное, сделать так, чтобы они больше никогда не могли воссоединиться.

Делать этого я, конечно же, не буду.

Не только и не столько потому, что Вики (опосредованно, конечно, через то, что ею управлял Кайто) уже много раз вытаскивала нас из глубоких задниц. Не только и не столько потому, что её наличие в экипаже позволяло реализовать такие планы, которые в любой другой ситуации я первый бы назвал безумными и невозможными. И даже не потому, что тогда расстроится Кайто.

Скорее потому – и я это, пожалуй, осознал только сейчас, – что я и сам начал относиться к этому маленькому беспилотнику… Скажем так – «не так, как раньше». Хочется выразиться «нет так, как он этого заслуживает», но это будет неправда, потому что заслуживает он действительно много большего. Даже то, как к нему относится Кайто, нельзя назвать в полной мере достойным отношением, если уж на то пошло. Максимально близким – да, но никак не идеальным.

Пиявка была права. Этот экипаж все поголовно сумасшедшие. А новость заключается в том, что я, кажется, тоже начал потихоньку сходить с ума, раз теперь задумываюсь про достойное или недостойное отношение к неодушевлённому предмету, инструменту по сути!

Вот только я не уверен, хорошая это новость или плохая…

Час полёта прошёл в полном молчании. Истребитель Макоди не выходил на связь, либо иногда кренился туда-сюда, покачивая крыльями, словно напоминал о своём существовании и намекал, чтобы мы не дурили.

А мы и не дурили.

У нас ещё не всё было готово для того, чтобы дурить.

Кайто как заведённый ковырялся с Вики, словно участвовал в чемпионате по скоростной сборке единственных в своём роде дронов. Покончив с пинцетом, он взялся за аккумуляторный паяльник с таким тонким жалом, что им, казалось, только волосы и можно паять, и принялся тыкать им в Вики, словно пытался наколоть её и превратить в диковинный экземпляр в коллекции энтомолога. Длилось это правда недолго – через минуту он отложил паяльник, достал свою любимую вязанку проводов, подключил Вики к терминалу и принялся что-то программировать, как обычно, бормоча себе под нос одному ему понятные программистские заклинания.

Город все приближался и приближался, а вместе с ним приближалась и точка, в которой нам надо было оставить истребитель в гордом одиночестве и разойтись курсами.

В теории, конечно, ничего нам не мешало пролететь чуть дальше этой точки, но это были бы лишние движения, которых хотелось избежать.

– Ка-а-ай! – неуверенно протянула Кори, когда до точки разделения осталось всего пять километров.

– Есть! – торжествующе завопил Кайто, выдёргивая провод из Вики и поднимая её на вытянутой руке, как какой-то диковинный приз. – Я сделал!

– Отлично! – с явным облегчением выдохнул капитан. – Тогда можно начинать. Кори?

– Начинать да! – азартно ответила Кори, и медленно потянула на себя рычаг тяги, сбрасывая скорость.

Сильно сбросить её не получится при всем желании – «Барракуда» всё же не предназначена в полной мере для атмосферных полётов и сваливается на трех сотнях, если мне не изменяет память. Истребитель Макоди наверняка тоже умел держать такую маленькую скорость, но это было неважно.

Мы тормозили не ради него. И даже не из-за него.

На панели приборов замерцал зуммер вызова.

– «Затерянные звёзды», вы снижаете скорость, – безучастно произнёс пилот самолёта, когда Кори по кивку капитана открыла канал. – Немедленно увеличьте скорость.

– Простите, говорю же – двигатель барахлит! – отозвался капитан. – Сейчас попробуем добавить тяги. «Затерянные звёзды», конец связи.

И Кори закрыла канал даже раньше, чем пилот успел что-то ответить. Зуммер заморгал снова, но капитан жестом велел игнорировать его, и посмотрел на Кори.

– Три сотни, – доложила она. – Можно начинать.

– Ну, Кайто, давай! – капитан посмотрел на азиата и кивнул.

– Кайто давай да! – отстранённо ответил тот, берясь за терминал.

Вики вспорхнула со своего места и вылетела прочь с капитанского мостика!

Глава 7

Триста километров в час – это минимальная скорость, на которой мы могли лететь, прямо на самой границе сваливания. Воздух не мог нормально обтекать плоскости крыльев, срывался с них и вместо правильного ламинарного потока стремился превратиться в рваный турбулентный. Из-за этого корабль моментально затрясло, как будто какой-то великан-бармен использовал его вместо шейкера для приготовления коктейля, и всему экипажу пришлось ухватиться за подлокотники своих кресел.

Неприятное ощущение, хочу я сказать. Но сейчас без этого никак.

Мы могли лететь быстрее.

Перехватчик Макоди – тоже.

А вот Вики, да тем более с грузом – нет. Кайто и так что-то там переделывал в ней, чтобы она смогла выжать из себя хотя бы такую скорость, так что хорошо, что это вообще стало реально! А всякие мелочи типа тряски можно и потерпеть.

– Ка-а-ай… – сквозь зубы простонала Пиявка. – Из м-меня сейча-а-ас вс-сю д-душу в-вытрясет! Д-давай с-скорее!

– Даю, даю! – зло огрызнулся азиат, держа свой терминал двумя руками и лихорадочно елозя по нему пальцами, словно пытался выдавить попавшие под экран капельки воды.

На самом деле, конечно же, никакой воды там не было. Просто сейчас техник изо всех сил пытался удержать крошечный дрон в бешеных воздушных потоках, создаваемых сразу двумя огромными летательными аппаратами.

Если Кайто гениален настолько, что смог запихать в Вики ещё и какие-то «умные» системы электронной стабилизации, помогающие в полёте, то сейчас все они должны были работать на пределе своих электронных мозгов, и всё равно, судя по лицу азиата, этого было мало. И только виртуозное умение управлять дроном спасало сейчас ситуацию.

Ну, и ещё, может, немножко чуда…

Снова закряхтел зуммер вызова, Кори вопросительно глянула на капитана. Он поднял было руку, чтобы снова отмахнуться, но я остановил его.

– С-стоп! – чуть не прикусив язык из-за вибрации, крикнул я. – Н-надо ответить! Иначе он сооб-бщит на б-базу о неподчинении и з-запросит открытие огня!

Капитан понял меня сразу же. Пока самолёт ведёт цель, ему нечего докладывать на базу, кроме разве что дежурных выходов на связь раз в двадцать-тридцать минут для проверки статуса. А вот если что-то изменится, например, если мы перестанем подавать признаки желания сотрудничать, пилот моментально об этом доложит, и на базе насторожатся.

А нам это не нужно.

– Кайто, сколько? – сквозь зубы спросил капитан, глядя на техника.

– Минута! – ответил тот. – Не больше! Надо тянуть время!

Капитан кивнул Кайто, показывая, что понял, перевёл взгляд на Кори и кивнул и ей тоже.

– «Затерянные звёзды», доложите статус! – разнёсся по мостику нервный голос пилота самолёта, едва только открылся канал связи.

– В-всё хорошо! – ответил капитан, на мой взгляд, опять слегка перебарщивая с наигранной весёлостью. – М-мы уже ч-чинимся! Ч-через две минуты с-снова разгонимся!

– Вам может потребоваться экстренная посадка⁈

– Не-е-ет, что вы! – рассмеялся капитан. – Всё х-хорошо! Мы уже вот почти…

– Должен вам напомнить, что на территории Даллаксии введено военное положение, и значит…

Договорить пилот не успел.

Брюхо летящего перед нами самолёта внезапно раскрылось, как консервная банка, выпуская наружу сноп яркого огня! Он развернул алюминий обшивки, как простую фольгу, и потоки набегающего воздуха моментально вцепились в него. Потянули дальше, заставляя металл рваться всё сильнее и отлетать целыми кусками!

Обломки забарабанили по нашему лобовику, но ему это было как крейсеру – заряд из ручного бластера, он рассчитан на попадание куда более тяжёлых и массивных объектов.

Что ж… Теперь в копилку моих знаний добавилось ещё одно – знание о том, как себя ведёт попавшая в турбореактивный двигатель обычная, практически бытовая, батарея. «Практически» – потому что это всё же батарея от плазменного меча Кори, самая высокотоковая среди всех, что нашлись на борту, а значит потенциально – самая взрывоопасная. Именно её тащила Вики, которая под управлением Кайто вылетела через шлюз с корабля, обогнала перехватчик Макоди, и закинула батарею точно в воздухозаборник двигателя.

Не очень хорошо себе представляю, как именно работают самолётные двигатели, но то, что в них что-то очень быстро крутится – это помню хорошо. И именно это крутящееся и пересеклось с батареей, моментально разрушив её корпус, нарушив целостность элементов питания и через это вызвав настоящий взрыв с моментной температурой до двух тысяч градусов.

Само собой, двигатель не был рассчитан на подобные нагрузки, вот и прикурил. Да что там! Даже в расчётном режиме работы достаточно всего лишь одной крошечной дырочки, не предусмотренной конструкцией, чтобы всё пошло вразнос!

Оно, собственно, и пошло.

Изначально я предлагал закинуть в воздухозаборник гранату. Ту самую плазменно-кумулятивную, что однажды уже так здорово нам помогла в штурме администратской станции. Но Кайто справедливо заметил, что практически невозможно инициировать её так, чтобы она взорвалась в нужный нам момент. А если её не инициировать, то она и не взорвётся, и в лучшем случае её просто перемелет двигателем, вызвав там какие-то повреждения, совершенно не обязательно критические.

А вот обычная батарея, которые на самом деле тоже та ещё взрывчатка, сработала именно так, как нам надо.

Раскалённое сопло реактивного двигателя резко потускнело – остыло под потоками набегающего воздуха, и самолёт, моментально потеряв скорость, по крутой дуге рухнул вниз. Кори рефлекторно приподнялась в кресле и вытянула шею, будто пыталась разглядеть, что с ним будет дальше, но, конечно же, у неё ничего не получилось.

Пилот, конечно же, выживет. Если он не катапультируется сам, то его вышвырнет из кабины автоматика, когда барометр покажет критическое снижение высоты. Так что на этом вопросе особенно внимание заострять не стоит. Нам намного важнее другое – всё то время, что пилот будет оставаться в кабине, он будет пытаться сообщить своему командованию (если, конечно, после такого взрыва у него уцелели антенны), что его самолёт по неизвестной причине резко потерял управление, накрылся медным тазом и вообще умер, и сейчас он терпит крушение в таком-то квадрате на такой-то высоте. Он будет запрашивать помощь и эвакуацию, а до всего остального ему дела не будет. Банально из-за инстинкта самосохранения.

Так что к тому моменту, когда про нас вспомнят, мы будем уже далеко. Далеко отсюда, а если повезёт, то и от Даллаксии в целом.

– К-катапультировался! – довольно доложил Кайто через минуту. – Возвращаю Вики.

– Да уж, п-пожалуйста! – взмолилась Пиявка, которая в кои-то веки сидела в своём кресле не боком, а нормально, как положено, да ещё и за подлокотники держалась. – Из м-меня сейчас в-всю душу в-вытрясет!

– С-секунду! – в тон ей ответил Кайто. – Ещё с-секунду! Всё, Вики на борту!

– Кори! Ты знаешь, что делать! – капитан подмигнул дочери, та широко улыбнулась и резко дёрнула рычаги в разные стороны. Тягу – на максимум, тангаж – на минимум.

Человечество вышло в космос, освоило и колонизировало множество планет и даже систем… Но во всём, что касается радарных систем осталось практически на том же уровне развития, что и сто лет назад, и двести, и даже пятьсот. Радары по-прежнему плохо распознавали (а то и вовсе не распознавали) цели, находящиеся в радиотени, и мы уже неоднократно это использовали.

Вот и сейчас тоже Кори уронила «Барракуду» практически к самой земле, остановив падение только в десяти метрах от поверхности, и повела корабль на бреющем.

Стационарные наземные радары имели исчезающе мало шансов найти нас на такой высоте, а единственный летающий радар, о котором мы знали, мы только что собственноручно сбросили с неба. Это, в совокупности с тем, что сейчас военная администрация должна быть занята спасением лётчика, давало нам неплохое окно возможностей и немаленькие шансы на то, что мы успешно выполним задуманное.

«Барракуда» скользила над рельефом на пределе своих возможностей, иногда чуть не задевая вершины особенно крутых холмов. Кори вела корабль ровно, как по струночке, и даже бровью не вела, когда очередное дерево проносилось в опасной близости от фюзеляжа, заставляя системы обнаружения препятствий тревожно помаргивать огоньками. Кори знала, что любое, даже минимальное изменение курса или высоты приведёт к потере времени – крошечной, но всё равно потере. А нам время терять ой как не с руки.

Нам ещё принцессу искать надо.

Кайто уже обнаружил на спутниковых снимках планеты место, в котором нас ждала Кетрин. Судя по фотографиям, это был то ли недостроенный, то ли наоборот – уже разрушенный город в практически голой пустыне. Буквально три десятка домов разной этажности и разной степени разрушенности, полузасыпанные песком дороги, и всё, больше ничего там не было. Даже фонарных столбов не торчало из асфальта.

На один из домов, который выглядел самым разрушенным, и указывала геометка Кетрин.

И сейчас, при взгляде на него, даже не вживую, а всего лишь с фотографий, у меня возникал вопрос. Даже два вопроса. Первый – какого хрена принцесса забыла в такой дыре и как сюда добралась?

И второй, более важный – как нам, мать его, посадить туда корабль? Кетрин явно не задумывалась об этом, когда выбирала такое место для игры в прятки!

Кори тоже это знала, но до последнего искала место, куда можно притулить «Барракуду», поглядывая на снимки в моменты, когда кораблю не грозило зацепить брюхом очередную высоту. Однако, судя по всему, она тоже ничего не добилась, потому что уже на подлёте к заброшенному городу печально вздохнула и заговорила:

– Беда. Не вижу, куда можно сесть. Придётся садиться за крайними домами, а там уже пешком пойдём.

– Нет! – тут же возразил я. – Это плохая идея.

– Почему? – Кори удивлённо повернулась ко мне.

– Можете называть меня перестраховщиком, но я предполагаю, что Макоди тоже не дураки и каким-то образом могли выяснить, что Кетрин скрывается здесь. И, если это так, то их силы уже в этом скелете города, заняты тем же, чем собираемся заняться мы. И, если они услышат подлетающий корабль, который потом затих, то сразу поймут, что он сел где-то неподалёку. А раз сел где-то неподалёку, то с высокой, почти стопроцентной вероятностью, он тут за тем же, за чем и они. Проще говоря, мы просто предупредим их о своих планах.

– Так что ты предлагаешь? С парашютами десантироваться? – хмыкнула Кори.

– Идея интересная, но нет, – улыбнулся я. – Парашютов у нас нет. Просто не сажай корабль, а держи его в паре метров над землёй, я спрыгну и пойду искать Кетрин.

– Мы пойдём! – поправил меня Магнус. – С чего ты взял, что ты туда пойдёшь один?

– Ладно, мы пойдём, – улыбнулся я. – А корабль надо будет снова поднять в воздух и держать его над городом, осматривая окрестности на предмет опасности.

– Осматривать окрестности можно и с помощью Вики! – возразил Кайто.

– Нет, с помощью Вики мы будем разведывать ближайшее окружение. – я тут же остудил его пыл. – А сверху будет наблюдать именно корабль, ему сподручнее.

– Но ты же сам сказал, что наличие корабля предупредит силы Макоди о нашем появлении? – прищурилась Пиявка. – Разве то, что он висит прямо над головой, не сделает то же самое?

– Это не одно и то же, – я покачал головой. – Если корабль садится и глушит двигатели, это отлично слышно, а если корабль заглушил двигатели – значит, он не собирается никуда лететь, по крайней мере, сразу. Из этого легко можно сделать вывод, что те, кто на этом корабле прилетел, двигаются в город. А вот если корабль не садится, а завис над городом, это значит неизвестно что. То ли он ведёт разведку перед высадкой, то ли он собирается обстрелять город, то ли вообще выбрал именно это место для повисеть чисто случайно! Поди разбери.

– Но ведь возможен и вариант «Корабль высадил десант и теперь наблюдает за городом сверху», разве нет? – не отставала Пиявка. – И силы Макоди наверняка подумают и об этом варианте тоже.

– Возможен, да, – не стал спорить я. – Подумают, да. Но кроме этого варианта у них есть ещё несколько других, и они не знают, на каком из них остановиться. Корабль превратится в ещё один отвлекающий фактор, на который необходимо распылять внимание. Это снижает боеготовность, а значит – это нам на руку. Даже если силы Макоди отрядят всего одного, а скорее даже двух человек наблюдать за кораблём и сообщать о всех его действиях, это уже на один-два человека меньше, чем изначальное количество тех, кто может нас заметить. И, если их группа невелика, а они вряд ли больше десяти человек, это уже минус целых двадцать процентов.