Текст книги ""Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

Как только мы зашли в те катакомбы, за которыми уже формально никто не следил, и в которые спускались только лишь тогда, когда что-то в очередной раз сломается, мы сразу это поняли. Здесь даже освещения почти не было, а о чистоте и говорить-то не приходилось. По всем стенам и даже по потолку узкого коридора, по которому можно было идти только гуськом, тянулись местами протекающие трубы, местами искрящие провода и местами облепленные плесенью вентиляционные каналы. То и дело попадались уходящие вертикально вверх технические шахты, в которые убегали коммуникации, но они были ещё уже, чем коридоры – даже Кайто туда не пролез бы, даже если б захотел.

Подсвечивая себе терминалами, мы шли по этим кишкам гигантского города, иначе и не назвать, и даже сказать что-то не решались. Казалось, стоит только одному слову нарушить эту мёртвую тишину, и зверь-город проснётся, и его утроба поглотит и переварит нас.

А когда нам попался первый обвал, оказалось – не казалось.

Да, выяснилось, что в некоторых местах коммуникации были такими старыми, что своды тоннелей не выдержали, бетон выкрошился и сдался под напором почвы, которая засыпала боковое ответвление. Судя по следам, завал пытались разобрать, но скорее всего плюнули и просто стали ходить другим путём.

У нас другого пути не было, но нам и завалы были не страшны. С нами как-никак целый геологический робот.

Впрочем, он даже не пригодился – завалов на нашем пути больше не обнаружилось, и мы без приключений дошли до той самой стены, за которой, если верить карте, должна была располагаться серверная «Кракена».

– Эй, Жи! – почему-то шёпотом позвал Кайто, приподнимая крышку тележки. – Настало твоё время!

Жи выполз из телеги как механический паук, которого природа почему-то обделила половиной лап, и принялся за дело. Сначала он прижал к стене одну растопыренную пятерню и долго водил ею, потом – другую, которая трансформировалась в геологический лазер. И начал бурение.

Резко запахло жжёным, когда лазер выжег плесень, поселившуюся на стене, и только после этого вгрызся в бетон – достаточно свежий, ну, если сравнивать с возрастом всего остального в этом тоннеле.

– Ещё чуть-чуть… – азартно шептал Кайто, глядя за тем, как увеличивается в диаметре отверстие с красными от температуры краями. – Ещё миллиметр… Ещё один… Всё, должно хватить!

Жи тут же выключил лазер, оставив в бетоне отверстие диаметром всего-то миллиметра так в четыре на вид. Его края светились красным и едва заметно дымили, но Кайто без опаски сунул в него Вики, которая уже успела перестроить свои треугольные сегменты в одну линию, став похожей вовсе не на змею, как я предполагал, а на какую-то диковинную золотистую паутинку, вроде тех, на которых пауки по ветру мигрируют в межсезонье.

– Отлично! – прошептал Кайто спустя несколько секунд, глядя в свой терминал. – Мы угадали! Серверная! Температура семнадцать градусов, влажность двадцать процентов, постоянное кондиционирование воздуха…

– Она у тебя ещё и метеостанция? – хмыкнул я. – Давай скорее сливай данные и валим отсюда!

– Поддерживаю! – прогудел Жи. – Чем дольше мы здесь находимся, тем больше шанс, что какие-то люди меня увидят.

– А ты влезь обратно в тележку и сныкайся там! – беззлобно ответил Кайто. – Думаете, это так просто? Возьмите и сами сделайте тогда! Нет? Ну тогда и не мешайте!

Все благоразумно заткнулись, предоставляя Кайто возможность делать свою работу, и буквально через минуту он задумчиво протянул:

– Так-так-та-а-а-к…

– Что такое? – тут же заинтересовался капитан. – Что-то выяснил?

– Ну как вам сказать… – Кайто поднял на капитана неожиданно серьёзный взгляд. – У меня есть две новости.

– Начинай с хорошей, – вздохнул капитан.

– С хорошей? – Кайто удивлённо моргнул.

– Ну ты сказал две новости. Хорошая и плохая. Начинай с хорошей.

– А, в этом смысле. Не, вы меня неправильно поняли. Я сказал, что у меня две новости. Я не говорил, что среди них есть хорошие.

Глава 20

– Ладно, – вздохнул я. – Раз хороших новостей нет, тогда начинай с плохой.

Как не крути, а Кайто всё же своеобразный парень, и его понятия о плохом и хорошем могут отличаться от… да хоть даже от моего. Вполне вероятно, что из его «плохих» новостей я всё же смогу добыть какую-то информацию, на которую он просто не обратил внимания в силу своего склада ума.

– Ну, первая новость – я обшарил всё, что только можно, – авторитетно заявил Кайто. – Не только сервер, а вообще все терминалы внутри этого здания, включая личные терминалы тех, кто сейчас находится на ночной смене.

– Ты серьёзно? – я скептически поднял бровь. – С момента, когда ты сказал, что Вики подключилась к серверу, прошло всего пять минут, и ты хочешь сказать, что за эти пять минут ты обшарил все виртуальные уголки здешней сети? Как это возможно?

– Ты сомневаешься в моих словах? Или, может, в моих умениях? – искоса глянул на меня Кайто. – Я же не спрашиваю, как ты сбиваешь антиматериальные торпеды из ручного оружия. Или откуда ты вообще умеешь с ним обращаться, будучи простым врекером.

Кстати, да, торпеда… Не та, которую сбил я, а та, которую сбил он, из пушки «Затерянных звёзд», пользуясь только ручным наведением. Это тоже момент, который было бы неплохо прояснить. Но, конечно, не сейчас.

Сейчас вообще не время что-то прояснять. И Кайто прав – ставить его слова под сомнение тоже не время. До этого момента он ни разу не обманывал, насколько я могу судить, так что и сейчас, если он говорит, что информации тут нет – значит, её нет. А уж как конкретно он это выяснил – это можно узнать и потом. В конце концов, он же компьютерный гений, наверняка у него есть какие-то секретные методики.

– Ладно, но разве это плохая новость? – я поднял бровь.

– Это вообще не новость, – Кайто покачал головой. – Новость дальше. Новость в том, что нужной нам информации я не нашёл. Нигде. Ни на сервере, ни за его пределами. Её тут нет.

Вот сейчас на то, чтобы осмыслить сказанное, ушло целых три секунды, две из которых я просто не мог поверить словам Кайто.

– Как нет⁈ – в унисон моим мыслям ахнул капитан. – Ты в этом уверен⁈

– Как в своей любви к острой лапше с соевым мясом, – кивнул Кайто. – В штаб-квартире «Кракена» нет ни единого файла, связанного с «потерянными братьями». Клянусь своей… Да хоть даже Вики.

Ну, если Кайто делает такие громкие заявления, значит, он действительно всё проверил и перепроверил два раза. Получается, мы зря сюда летели и всё это делали? Зря тратили время на «Талосе», обрабатывая Густава, и в итоге сами себя направили по ложному следу?

Да уж, новость действительно хуже не придумать.

Хотя стоп! Кайто же говорил, что у него две новости.

– А вторая какая? – словно подслушав мои мысли, спросил капитан. – Ты сказал, две новости.

– А вторая… – Кайто чуть помедлил. – Нужная нам информация у «Кракена» всё же есть.

– Ну вот, а ты говорил, хороших новостей нет! – обрадовался капитан.

– Но я не знаю, где она, – закончил Кайто и вопросительно посмотрел на капитана. – Это считается за хорошую новость или за плохую?

– Погоди, это как? – вмешался я раньше, чем капитан успел ответить. – Давай конкретнее – что ты нашёл? Ты же хоть что-то нашёл, раз утверждаешь, что информация где-то есть?

– Я много чего нашёл! – в своей манере ответил Кайто. – Но ничего такого, что касалось бы «потерянных братьев»… И, что самое интересное, даже не нашёл ничего такого, что можно было бы использовать как компромат на корпорацию… А ведь так не бывает, чтобы у корпорации такого размера не было личного кладбища всяких неприглядных секретов, которые они хотели бы скрыть от общественности… Так я подумал и начал шерстить глубже, проверяя не файлы, но саму файловую систему… И обратил внимание на одну тенденцию – нашлось немало цифровых следов файлов, которые были перемещены или удалены. И среди тех, что были перемещены, очень часто мелькало одно и тоже обозначение – «носитель объект ноль восемь». То есть, приличное количество файлов было перекинуто на какой-то «носитель объект ноль восемь», что бы это ни значило, двойку мне в код.

Накопитель объект ноль восемь… хм… Как-то знакомо звучит, я будто уже сталкивался раньше с этим словосочетанием.

– И ты думаешь, что это могут быть те самые файлы, которые нас интересуют? – спросил капитан, которого явно посетили те же мысли, что и меня.

– Я думаю, что это те самые файлы, которые заинтересуют вообще всех! – Кайто шмыгнул носом. – И именно поэтому их убрали отсюда. Подозревали, что защита не абсолютна, и кто-то может проникнуть в их цифровую крепость… Собственно, правильно подозревали. Параноики.

Ну, насколько «Кракен» параноики я мог убедиться лично, ещё во время экскурсии, так что это не новость. Корпорации таких размеров и такой направленности просто невозможно существовать без здравой толики паранойи.

– А что за носитель ноль восемь? – спросил капитан.

– А вот этого уже не знаю, – Кайто снова развёл руками. – Судя по всему, какой-то накопитель данных, на который скидывают секретные файлы. Причём накопитель, что характерно, физический… Я имею в виду, что никто не пользовался сетью для того, чтобы слить файлы – в цифровых следах нет ни единого признака её использования. Его просто принесли, физически подключили, перекачали файлы, отключили и унесли.

– И что это значит? Он где-то в здании? Может, в кабинете какого-нибудь начальника? – задумался капитан. – Можно как-то узнать?

– Я не думаю, что это действительно носитель данных, – Кайто покачал головой. – По крайней мере, такого размера, который мог бы поместиться в чьём-то кабинете. Судя по количеству перенесённых файлов и их гипотетическому размеру, нужен огромный массив накопителей, чтобы все их вместить. Я полагаю, что «накопитель объект ноль восемь» это просто промежуточный этап переноса информации. Грубо говоря, такси для файлика от одного терминала до другого… И вот в этом другом терминале, присоединённом к большому рейд-массиву, файлик и остаётся на постоянное жительство.

– Но зачем такие сложности? – изумился капитан.

– Чтобы ничего нельзя было отследить, вот зачем, – вместо Кайто ответил я. – Физический перенос файла возможно перехватить, только если перехватить курьера, который этот файл доставляет. А этого довольно просто избежать.

– Совершенно верно! – кивнул Кайто, и снова взялся за терминал, явно что-то набивая на виртуальной экранной клавиатуре. – Достаточно послать несколько курьеров, и с каждым новым сложность перехвата удваивается. Добавить к этому ещё несколько мер предосторожности – и шанс перехвата становится статистической погрешностью. Так, момент!

Кайто оторвал одну руку от клавиатуры и поднял вытянутый указательный палец, словно пытался остановить нас, хотя последним, кто разговаривал, был он сам.

– Так-так… Что-то есть! – пробубнил Кайто, продолжая одной рукой лазать по терминалу. – Есть зацепка!

– Что там? – сразу же заинтересовался капитан.

– Расчётные ведомости десятилетней давности! – ответил Кайто. – Заархивированные, конечно, но это не является большой проблемой.

– И что в них? Ну не томи!

– Да сейчас! – огрызнулся Кайто. – Да, вот… Всё, теперь точно! Короче, десять лет назад в годовых расходах корпорации проскользнула такая строчка как «закупка оборудования для накопителя объект ноль восемь»… И, надо сказать, сумма там указывалась немаленькая… Ну как, для «Кракена», конечно, это гроши, это для нас сумма приличная – почти двадцать миллионов юнитов.

– Так, и что? – хором спросили мы с капитаном.

– А то, что у «Кракена» к тому моменту уже была целая куча подразделений по всему миру, корпорации-то сколько уж лет! – Кайто поднял глаза и посмотрел на нас, как сварливый препод на двух студентов-лоботрясов. – И поэтому в отчётных документах, помимо всего прочего, указывается так же и сектор, на который потрачена та или иная сумма денег. Ну, то есть на самом деле, на сектор, в котором располагается филиал компании, на который потратили деньги. И строчка насчёт объекта ноль восемь подписана как «сектор Навь».

– Навь? – капитан нахмурился. – Подожди. Навь… Это же какая-то задница космографии, я его, кажется, помню. Там даже спейсера нет! Там нет обитаемых планет, нет станций, там вообще ничего нет! Даже промышленных миров!

– Наоборот, – возразил я. – Навь – это сектор чуть ли не в самом центре обитаемого космоса, один из первых колонизированных… Но то, что там ничего интересного нет – это действительно правда.

– И уж тем более там нет подразделения «Кракена», – кивнул Кайто. – И это не догадки, а совершенно точная информация, поскольку я уже давно вытащил список всех структур и кораблей «Кракена», включая и те, которые особенно не афишируются. И в секторе Навь у корпорации, представьте себе, ничего не числится!

– Может, какой-то космический корабль? – с ходу высказал предположение капитан. – Который на тот момент находился в секторе Навь? Или может вообще был произведён в секторе Навь? Хотя, где его там произвести-то, там же нет ни хрена…

– Вот именно! – кивнул Кайто. – К тому же, расходы по кораблям отмечены названиями этих кораблей, таких полно, я их тоже все просмотрел. Независимо от того, где корабли находились в этот момент, даже стояли где-то в доке, расходы на них маркировались названиями этих кораблей. Так что идея с кораблём, конечно, интересная, но увы, не соответствует действительности.

– Так, ладно! – я принял решение, над которым размышлял последние полминуты. – Гадать можно до бесконечности, а у нас такой роскоши нет! Надо отсюда сваливать и поскорее, так что, Кайто, сливай все данные, до которых дотянешься, и уходим! Дома будем прикидывать хер к носу и разбираться, почему не прикидывается!

«Дома»?

Нормально так вырвалось, я даже сам не заметил. Получается, я уже считаю «Затерянные звёзды» своим домом. Это забавно, особенно, если учесть, что я уже и не вспомню, когда вообще употреблял слово «дом» по отношению хотя бы к чему-то. Ни «Спектр», ни тем более военные базы и боевые корабли, на которых мы временно квартировались, ни даже врекерский буй уже позже – ничего никогда я не называл домом. Потому что не считал домом. Не считал, что у меня вообще может быть дом.

– Да тут и сливать особо нечего, я ж сказал, – Кайто кисло пожал плечами. – Впрочем, ладно, инфа лишней не будет. Может, найдём потом кого-то, кто будет достаточно глуп, чтобы заплатить за эти бесполезные сведения.

Он несколько раз ткнул пальцами в дисплей терминала и снова пожал плечами:

– Готово.

– Так быстро? – изумился капитан. – Ты же сказал, там огромная куча файлов.

– Ну так я же их уже просмотрел, – усмехнулся Кайто. – То есть, загрузил. Осталось только их сохранить непосредственно на мой терминал и готово. Так что можно сваливать.

– Отлично! – похвалил я, и прижал пальцем комлинк, открывая адресный канал. – Кори, мы скоро вернёмся. Надо будет сразу же взлетать, так что готовь корабль.

– Кори да, – коротко уронила девушка и отключилась.

– Всё, сворачиваемся! – велел я, и мы «свернулись».

Упаковали Жи, который за всё это время не проронил ни слова, назад в тележку, и двинулись в обратный путь. От греха подальше, пока кто-нибудь не увидел оставленную нами в стене дыру.

Единственная заминка возникла на поверхности, когда на нас, выходящих из лифта, внезапно наткнулся один из тех, кто пропускал нас внутрь. Он смерил нас взглядом и недоверчиво хмыкнул:

– Что-то вы быстро!

– Да там работы-то! – Кайто махнул рукой, изо всех сил делая непринуждённое выражение лица. – Чик-чик проблемный конец, сваркой два раза мазнул и готово. Можно подумать, мы туда на сутки спускались, мы ж ни диггеры какие-нибудь.

Недоверчивому работнику этого хватило, он моментально потерял к нам всякий интерес и зашёл в лифт, на котором мы только приехали.

– Вот же докопался… – облегчённо вздохнул Кайто, когда дверь за ним закрылась. – Ладно, идём.

С того момента, как я вышел на связь в последний раз, Кори уже успела обратиться к диспетчерам Калисты и запросить коридор на взлёт, поэтому, как только мы поднялись на борт, корабль взлетел и на максимально разрешённой тяге покинул пределы Калисты.

– Куда держим путь? – спросил Магнус, уже готовый прокладывать курс.

– Сектор Навь, – отстранённо ответил Кайто, который всё ещё продолжал ковыряться в своём терминале, пытаясь вытащить хоть крупицу новой информации из данных «Кракена».

– Навь? – эхом отозвалась Кори. – А зачем нам туда? Там же сплошная пустота, и нет ни хрена!

– Ага, значит, я правильно помню! – досадливо крякнул капитан.

– Мы пока не знаем, – проигнорировав его, ответил девушке Кайто.

– Это ещё как? – поинтересовалась Пиявка, которая сидела в своём любимом кресле, вытянув вверх ногу и рассматривая кроваво-красные ногти на ноге. – А если не знаем, то зачем летим?

Кайто вздохнул, отложил терминал и коротко, но на удивление точно объяснил всё, что мы узнали.

– Прикол! – хмыкнул Магнус. – Лети туда не знаю куда, ищи то не знаю что.

– Ну, куда лететь-то мы знаем, – возразил Кайто. – А вот найти то не знаю что, это действительно загадка та ещё. Сектор-то небольшой, конечно, – три планеты, десять планетоидов и один астероидный пояс, – но это только в космических масштабах. На деле это миллиарды квадратных километров поверхностей, на которых где-то затерян таинственный объект ноль восемь.

– Или не поверхностей, – возразил Магнус. – Если объект, например закопан в глубину.

Объект ноль восемь, объект ноль восемь… Сука, да почему же это звучит так знакомо⁈

– То есть нам надо узнать, что именно в «Кракене» решили наградить кодовым названием «Объект ноль восемь»? – уточнила Пиявка. – Но ведь ты сделал вывод о том, что объект находится в секторе Навь на основании информации, которая от времени уже плесенью покрылась.

– Что ты имеешь в виду? – Кайто поднял на неё удивлённый взгляд.

– Я имею в виду, что этот объект буквально может носить официальное название «объект ноль восемь», – Пиявка пожала плечами. – Просто он больше не находится в секторе Навь. Его оттуда… Ну, например, переместили.

Стоп.

Вот сейчас стоп.

Она права. «Объект ноль восемь» это могло быть не название структуры сугубо для внутреннего пользования внутри «Кракена», это очень даже могло быть настоящее название структуры, под которым его знают все, весь космос. Или, вернее сказать, знали. Когда-то давно. Так давно, что с тех пор даже информация уже от времени плесенью покрылась.

– Это интересная теория… – Кайто задумался. – Но тогда у нас вообще нет шансов, потому что в более поздних отчётах объект ноль восемь вообще не упоминается ни в каком секторе.

Не слушая их разговор, я достал терминал, вылез в сеть и начал шариться по ней в поисках нужной мне информации. Я, конечно, не Кайто, но к счастью, и информацию мне нужно было добыть не со сверхзащищённых серверов «Кракена», а всего лишь из сети, причём с её первого, так сказать, слоя. Ведь неожиданно оказалось, что существует целая бесконечность порталов, администраторы которых посвятили свою жизнь примерно тому же, чем сейчас занимался я.

И, когда я нашёл то, что искал, то с удовлетворением и без удивления прочитал то, что и ожидал прочитать.

Сектор Навь.

– Эй, ребята и девчата! – позвал я экипаж, помахивая терминалом как веером. – Можете прекращать свои дебаты.

– Почему? – Кайто удивлённо поднял взгляд.

– Потому что я нашёл объект ноль восемь! – улыбнулся я. – Хотя, наверное, вы мне не поверите.

Глава 21

– Ну не-е-ет… – недоверчиво протянула Кори, глядя на экран терминала. – Это просто совпадение! Случайное совпадение, только и всего!

– Случайности не случайны… – философски заметил капитан, глядя туда же, куда и дочь. – Сколько уже таких совпадений было на нашем пути? Кометики, которых мы должны были доставить и которые оказались единственным логичным выходом из ситуации, о которой мы просто не знали. Василиск, ситуация с которым казалась какой-то глупой и неуместной шуткой мироздания, а в итоге оказалась вполне логичным продолжением наших с вами действий… Продолжением, которого мы сами избежали лишь каким-то чудом. А удачная кража спейсера которая стала возможна во многом потому, что мы нашли на Вите базу роботов? Все самые невероятные совпадения раз за разом получают объяснения, и в итоге оказывается, что всё произошедшее – лишь логичный и чуть ли не единственно возможный вариант развития событий… А невероятными совпадениями всё это кажется лишь из-за того, что при беглом взгляде не видно общей картины. Так что в этом путешествии лично я уже перестал удивляться каким-то невероятным совпадением. Я просто жду, когда откроются новые подробности, что превратят совпадение в логичную последовательность.

– Ну у всего же должны быть пределы! – присоединилась к Кори Пиявка. – Ладно, я согласна, все странности из раза в раз получали своё объяснение, но это!..

– А что именно тебя удивляет? – я развёл руками. – Почему этот случай должен отличаться от всех остальных? Потому что всему должны быть пределы, да? А кто эти пределы определил, скажи мне? Кто и для кого? Какие-то нормисы, для таких же нормисов? Обычные стандартные люди для обычных стандартных людей? Прекрасно, я даже спорить с этим не буду, вот только скажи мне, да-да, ты, беглая танталка-девиант, со склонностью не к подчинению, а к медицине, – скажи мне, каким образом все эти нормы относятся к нам?

Я сделал короткую паузу, обвёл экипаж взглядом и ткнул пальцем в Магнуса:

– Единокровный, хоть и не родной, сын создателя спейс-технологии, который скрывает это тщательнее, чем Администрация скрывает информацию о хардспейсе!

Следующим я указал на капитана:

– Муж джи-ай, работавшей на Администрацию, который послал эту Администрацию ко всем чертям.

Далее настала очередь Кори.

– Дочь той самой джи-ай, которая всю жизнь грезила найти хардспейс, и прямо сейчас, непосредственно в этот момент последовательно, поэтапно, исполняет свою мечту детства! А по пути умудрилась ещё и отомстить за свою маму!

Я перевёл взгляд на Кайто.

– Гениальный компьютерщик и инженер, за которого главы корпораций будут устраивать дуэли, лишь бы он работал на них, да ещё и шизик, у которого в башке живёт две личности – без обид, я любя.

– Да какие уж тут обиды, – пробормотал Кайто. – Оно ведь так и есть.

– Беглая танталка-девиант, возможно, вообще единственная танталка-девиант во всем космосе, что избежала уничтожения в инсенераторе! И наконец разумный, мать его в чёрную дыру, робот, уцелевший ещё со времён Великого Патча! Скажите мне на милость, кто в этом экипаже вообще попадает под категорию «нормальные люди»? Ну рискните, ткните пальцем!

– А почему ты ничего не сказал про себя? – спросила Кори, глядя на меня из-под красной чёлки.

– А вы и так про меня знаете всё, что нужно, – я развёл руками. – Врекер, который умеет разбирать и собирать корабли так же хорошо, как стрелять, отдавать приказы и ориентироваться в тактической обстановке. Да, это всё я, привет. И меня, как понимаете, при таких характеристиках тоже трудновато назвать нормальным.

– Ладно-ладно, мы поняли! – вздохнула Пиявка. – Только я не вполне понимаю, к чему ты это.

– Да всё к тому же! – я снова кивнул на экран терминала. – К тому что когда уникальные люди, как мы, начинают тянуть за уникальные ниточки, за которые тянем мы, нечего удивляться, что это приводит к уникальным результатам!

– Как у нас… – слегка улыбаясь, закончила за меня Кори.

– Именно! – я указал на неё пальцем. – Я не знаю, чем вы занимались до тех пор, пока я с вами не познакомился, но могу сказать точно – после того, как это произошло, мы все занимались именно тем, что даётся нам лучше всего. Каждый из нас занимался тем, что даётся лучше всего именно ему. Все были на своих местах, все делали то, что умеют делать. А когда профессионалы своего дела берутся за это самое «своё дело» нет смысла удивляться тому, что это дело спорится.

И нет, это всё были не пустые слова, не попытка доказать, что моя теория насчёт объекта ноль восемь – правда. Это была абсолютная правда на самом деле. Экипаж «Затерянных звёзд» в самом деле был таким же уникальным и неповторимым, как и задачи, которые перед ним вставали, и именно поэтому эти задачи из раза в раз оказывались разрешёнными.

Я уже видел такое. Мало того, я в этом принимал непосредственное участие. Ведь отряд «Мёртвое эхо» в каком-то смысле был схож с нашим экипажем. Не дотягивал по разносторонности – это да, но нам это и не нужно было. Мы были инструментом узкой специализации, и нам было важнее, чтобы все умели делать одно и то же, но на высшем уровне, нежели распыляться на множество задач. Конечно, у нас были свои специалисты и по взрывчатке, и по электронике, и по медицине, но по сути они были такими же бойцами, как и все остальные, просто с дополнительным снаряжением на себе.

«Мёртвое эхо» был уникальным отрядом. И его посылали только на уникальные задачи, с которыми у других подразделений, по мнению командования, могли возникнуть непреодолимые трудности. И поначалу про нас даже говорили, что мы совершаем невозможное… А потом ничего, привыкли. Стали воспринимать это как должное. Да и мы сами – тоже…

А вот экипаж «Затерянных звёзд» явно не готов принимать это как должное. Возможно, виновата их «семейность», если можно так выразиться, в которой каждый вынужден считаться с остальными. Возможно, виновата их скрытность, ведь они не то чтобы с радостью делятся информацией о себе, так что о некоторых я до сих пор не знаю ничего. Ничего, кроме того, что узнал сам теми или иными путями. А когда очень долго скрываешь от других самого себя, постепенно это входит в привычку, и можно, даже не заметив этого, начать скрывать себя от себя самого…

Но теперь экипаж «Затерянных звёзд» буквально развернулся на всю катушку. Сейчас, именно сейчас, все их навыки, все их сильные стороны личностей, получили полную свободу реализации. Перед ними начали вставать проблемы, для решения которых нужно мобилизовать все свои возможности. Перед ними начали вставать проблемы, для решения которых необходимо объединяться и действовать сообща. И они все это начали делать! Они ожили, они снова достали из пыльных чуланов разума свою уникальность и снова натянули её на себя, как вышедший в отставку супергерой – свои супергеройские лосины, когда узнал, что в городе снова свирепствует беззаконие.

Вот только за прошедшие годы супергерой отвык носить свой костюм. Он ссутулился, обзавёлся пузиком, которое вываливается из-под обтягивающей ткани, да и борода клоками торчит из-под маски. Это всё ещё тот же самый супергерой, у него всё ещё те же самые суперсилы, и он всё ещё может навалять любому обычному человеку, если тот встанет у него на пути. И плевать, что в своих собственных глазах он выглядит полным ничтожеством, пара-тройка новых подвигов, хороший портной, который подгонит костюм по фигуре – и звезда супергероя снова засияет в зените славы, как в старые добрые времена.

Вот и команда пока что находится в переходном состоянии между «ничтожеством» и «зенитом славы». Они уже получают удовольствие от того, что решают непростые проблемы с помощью своей уникальности… Но пока ещё не готовы это признать.

– Мама всегда мне говорила, что я не такой как все, – уныло протянул Кайто. – Только я никогда ей не верил.

– Но это так и есть, – я кивнул ему. – На этом корабле, если спросите меня, вообще зашкаливающая концентрация уникальности. Да и сам корабль в каком-то роде уникальный, если уж на то пошло. Уникальный корабль с уникальным экипажем летит по маршруту, проложенному исходя из уникальных подсказок и догадок, чтобы в итоге разгадать самую уникальную тайну космоса. Нет, серьёзно, что вас смущает в этой цепочке?

Я широко улыбнулся, и Кори несмело улыбнулась в ответ:

– А ведь и правда! В таком виде это звучит даже… логично, что ли?

– А всё и есть логично! – я потыкал пальцем в экран терминала. – Когда мы разговаривали про заводы спейсеров, ещё тогда удивились, почему в реестре космических структур пропущен объект под номером восемь?

– Ага, ты ещё тогда сказал, что это может быть какая-то структура, построенная раньше, чем построили завод спейсеров под номером девять, – Кайто тряхнул головой. – Думаешь, это и есть та станция?

– Совершенно точно! Это она и есть! – я кивнул. – Покопавшись в сети, я нашёл несколько занятных фактов. Факт первый – оказывается, при уничтожении какой-то структуры Администрация вычёркивает её номер из реестра и вторично не назначает никакому другому объекту для сохранения хронологии, и чтобы не возникало путаницы, ведь сейчас счёт структурам идёт уже на сотни тысяч.

– Скорее миллионы, – перебил меня Кайто. – Второй факт?

– Второй факт – в сети, оказывается, есть порталы, которые ведут свою, фанатскую, хронологию освоения космоса. И некоторые из них существуют уже так давно, что сменилось несколько поколений администраторов.

– Но не так давно, как существует объект ноль восемь? – уточнила Кори.

– Не так, да, – согласился я. – Но это и не нужно. Потому что, как я выяснил, объект ноль восемь был вычеркнут из списка Администрации одиннадцать лет назад. А теперь вспомните, как давно была составлена смета «Кракена», которая подсказала нам в каком направлении копать?

– Десять лет назад… – пробормотал Кайто. – То есть…

Он замолчал и принялся бегать глазами по членам экипажа, словно просил, чтобы кто-то высказал рискованный вывод за него.

– То есть, объект ноль восемь, он же станция «Гефест-1», как назвали её при постройке, был выведен из эксплуатации и уничтожен одиннадцать лет назад, – я решил взять на себя эту тяжёлую ношу. – Через год после этого «Кракен» узнает об объекте и… Каким-то образом делает из него своё хранилище данных.

– Каким? – усмехнулся Магнус.

– Да если б я знал! – я развёл руками. – Возможно, пригнали туда и зачалили какой-то астероид, где разместили накопители, возможно… Да всё, что угодно возможно! Мы же не знаем, что мы увидим на месте объекта ноль восемь! Может, они вообще что-то своё построили на этом месте!

– И не заверили это у Администрации… – задумчиво продолжил за мной капитан. – По сути, создав собственную серую структуру, нигде не зарегистрированную… Пользуясь тем, что никто не станет проверять когда-то списанную и уничтоженную станцию.

– Именно! – я кивнул. – Кому может прийти в голову лететь в один из самых пустынных секторов космоса для того, чтобы убедиться, не отросла ли там станция заново?

– Ну так известно кому, – усмехнулся Магнус. – Тем же, кому пришла в голову идея красть спейсер! Осталось только понять, почему эта же идея пришла в голову парням из «Кракена» десять лет назад.

– Это не обязательно, – я покачал головой. – Если мы найдём там объект ноль восемь, чем бы он ни являлся, и если мы найдём на нём нужную нам информацию, всё остальное уже будет неважно. Даже если это останется тайной, пусть себе остаётся. Главное – мы решим очередную загадку, отделяющую нас от нашей цели.