Текст книги ""Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

И мы быстрым шагом, но не бегом двинулись по коридору. Я впереди, Кайто в середине, Магнус – замыкающим.

Здесь, под поверхностью планетоида, не чувствовалось даже слабой вибрации, но, судя по тревожно помаргивающим по углам красным лампочкам, «Алый один» не прекращал свою развлекательную программу и всё так же поливал поверхность «Тартара» плазменными залпами.

Я заранее попросил, чтобы канониры не стремились уничтожать пушки системы обороны тюрьмы, хотя у них были к этому все возможности. Просто если вся система обороны окажется моментально сломлена, то у персонала не останется занятий, на которых они могли бы быть сосредоточены.

А нам сейчас ой как нужно было, чтобы они были сосредоточены на каком-то одном занятии. И желательно, чтобы они при этом собрались в одном месте, и чтобы по коридорам их шаталось как можно меньше.

И наш план работал. Не идеально, конечно, но работал – по пути к серверному центру, куда и лежал наш путь, мы встретили только двух человек. Один неожиданно вынырнул из-за угла, практически уперевшись грудью в ствол бластера, так что пришлось срочно дёргать приклад вперёд, совмещая его с челюстью противника. Стрелять на таком расстоянии просто невозможно было – взрыв плазменного заряда и оружие бы повредил, и меня, возможно, тоже. И это всё не говоря о том, что о скрытности после такого вообще можно позабыть.

Впрочем, приклад тоже отработал на ура, и человек, судя по форме являющийся кем-то из персонала «Тартара» закатил глаза и рухнул на пол без чувств. Мы запихали его за первую же попавшуюся дверь, за которой скрывалась какая-то кладовая, и двинулись дальше.

Второй человек тоже показался из-за угла, но не стал сворачивать нам навстречу, а пронёсся перпендикулярным курсом на полной скорости. Не замечая нас. В руках он сжимал какую-то бумажку трёхметровой длины, раскрутившийся хвост которой едва поспевал за носителем.

Я проводил взглядом и стволом этого «гонца», и махнул рукой, показывая, что можно двигаться дальше.

Больше до самой серверной мы никого не встретили.

Дверь в святая святых, конечно же, была заперта, но для Кайто это не было проблемой, и в этот раз ему даже чудо-дрон не был нужен. Он просто вычленил из своего карманного набора проводов-переходников нужный, подключил терминал и за минуту взломал электронный замок.

Мы с Магнусом быстро осмотрели всё помещение, заставленное огромными блоками серверных шкафов, и удостоверились, что тут тоже никого нет. Как и атмосферный процессор, серверы не нуждались в постоянном наблюдении и этот факт играл нам на руку.

– Чисто! – я опустил оружие и повернулся к Кайто. – Ну, что скажешь? Отсюда сможешь подключиться или придётся к главному пробиваться?

– Сейчас посмотрим… – пробормотал Кайто, уже взявшийся за клавиатуру главного сервера. – Сейчас узнаем…

Несколько минут возни с сервером, уже ставшее привычным подключение терминала, а потом – неожиданно! – даже дрона!

Когда количество устройств, с которыми Кайто одновременно взаимодействовал, превысило все разумные пределы, он с удовольствием доложил:

– Есть контакт! Системы у меня! Могу сделать всё, что угодно!

Я бросил короткий взгляд на экран, где Кайто как раз перещелкивал каналы системы видеонаблюдения один за другим, демонстрируя то коридор, то отсек гравитационного генератора, то погрузочный док, заставленный разноцветными контейнерами, и велел:

– Тогда выясни, где сейчас всё руководство тюрьмы.

– В командном центре, конечно! – улыбнулся Кайто, выводя нужную камеру. – И, судя по всему, там не просто командование, там вообще почти вся станция собралась! На постах только охрана, и то, кажется, не вся!

– Отлично! – я хлопнул Магнуса по плечу. – Тогда по моей команде отрубаешь им связь. Чтобы они не смогли по ней передавать указания.

– Ага, не вопрос! – Кайто просиял, но тут же нахмурился. – Погоди, а ты? Ты-то куда собрался?

Я ухмыльнулся:

– А я сделаю так, чтобы они не смогли передать указания лично.

Глава 27

Кайто, конечно же, пытался отговорить меня идти обратно в коридоры тюрьмы, и пытался убедить, что может справиться с дверями командного центра и отсюда, но делал всё это он без огонька. Чисто для проформы он это делал, если быть до конца честным. Потому что он, как и я, прекрасно понимал, что это всё – полумеры.

Разумеется, азиат действительно мог перекрыть выход из командного центра и даже заблокировать в нём двери, отключив при этом внутренние коммуникации и вроде бы как лишив персонал тюрьмы какой-либо связи и возможности отдавать и получать приказы.

Но ключевое слово здесь – «вроде бы как». Потому что в командном центре, кроме непосредственно персонала находился ещё и командующий тюрьмой, о чём сам же Кайто мне и сообщил после того, как подключился к системе видеонаблюдения. А это, в свою очередь, означало, что при помощи своей карты доступа командующий тюрьмой способен открыть любые двери, даже те, что заблокированы, ведь она обладает высшим приоритетом в тюрьме.

Даже то, что Кайто взломал некоторые системы, не позволяло ему обойти этот факт, максимум что он мог – это сравняться в допусках с картой командующего. А то, что один раз полномочиями командующего было закрыто, может быть этими же полномочиями и открыто. И наоборот.

Поэтому оставался только один способ полностью лишить персонал тюрьмы связи – это отключить внутреннюю коммуникацию, которую без доступа в серверные помещения заново не включить, и запереть в командном центре всё руководство тюрьмы, причём запереть так, чтобы выбраться оттуда они уже не смогли, или по крайней мере не смогли это сделать быстро.

И у меня как раз был отличный инструмент для того, чтобы это провернуть.

Вот только, увы, удалённо, в отличие от методов Кайто, он работать не умел.

Поэтому, велев Магнусу приглядывать за техником, и ждать моего сигнала, я выскользнул из серверной, и, сверяясь с картой тюрьмы, двинулся вперёд по коридорам к командному центру.

Я шёл быстрым шагом, но не бежал, чтобы прицел бластера не прыгал и не гулял. Шанс встретить кого-то в коридорах был всё ещё не велик, но надеяться на авось не в моих правилах. Лучше уж я потеряю лишнюю минуту времени, которое всё равно никто нам не ограничивал, нежели внезапно наткнусь на вооружённого противника и не буду к этому готов.

С момента, когда мы проникли в тюрьму, освещение в ней изменилось – лампы снизили яркость как минимум вполовину, благодаря чему размеренные вспышки аварийных проблесковых маяков по углам и на стыках стен и потолка стали ещё заметнее.

Судя по всему, тюрьма перешла с минимального уровня опасности на средний, и, вероятнее всего, это было связано с тем, что они уже потеряли почти все пушки своей системы защиты.

Было бы неплохо связаться с «Алым» и попросить их снизить интенсивность обстрела до совсем уж смешных величин, но, увы, нельзя. С самого момента отсоединения от основных наших сил мы находились в режиме полного радиомолчания, чтобы никак не выдать своё присутствие. Только комлинки можно было использовать, потому что они работали на своих собственных защищённых протоколах, ну оно и понятно – вся эта технология только для того и создавалась.

И сейчас это оказалось как нельзя кстати.

– Кар, – внезапно в ухе раздался голос Кайто. – За углом два человека. Идут быстрым шагом, катят какую-то тележку перпендикулярным тебе курсом.

– Кар да, – тихо, почти одними губами, ответил я, и прижался к стене.

Спустя секунду раздались отчётливые щелчки колёс на стыках металлических плит пола, ещё через секунду они приблизились, а потом мимо меня действительно прокатилась тележка, доверху набитая какими-то инструментами – я успел рассмотреть только разводной ключ и горелку газового плазмореза. Тележка была загружена так плотно и тяжело, что толкающие её два молодых парня чуть ли не грудью налегали на ручки, лишь бы она продолжала двигаться дальше. Они даже по сторонам не смотрели – им было не до того, так что и меня они не заметили тоже.

И всё равно хорошо, что Кайто мне сообщил про них. Это означает, что он следит за мной по камерам видеонаблюдения и как минимум может мешать следить за мной всем остальным, кому тоже сейчас придёт в голову посмотреть туда, куда смотреть не надо. Просто отключит видеосигнал, и непрошенный вуайерист ничего не увидит, кроме помех.

Проводив взглядом толкачей, я отклеился от стены и продолжил свой путь, не опуская ствола бластера и продолжая просеивать через прицельную марку полутьму коридора.

Больше никого по пути к командному центру я не встретил. Оно и понятно – сейчас, в самый разгар атаки силами аж целого эсминца, весь персонал должен находиться на своих боевых постах и делать то, что им предписано делать в подобных ситуациях. Даже у уборщиков на такие случаи наверняка имелись должностные инструкции, а уж у всякого рода офицеров – тем более.

Но офицеры меня интересовали мало, как и уборщики. Больше всего меня интересовала охрана, где она сейчас находится и как вооружена.

Когда мы разом откроем все камеры «Тартара», выпуская одновременно всех заключённых на волю, я, конечно, попытаюсь им помочь справиться с охранниками, как получится… Но в то же время я прекрасно понимаю, что спасти всех может не выйти. И не только на этапе непосредственного освобождения, но и потом – когда будем выбираться в пространство купола, и когда будем грузиться на корабли «Шестой луны», и даже когда эти корабли уже будут покидать «Тартар». На любом этапе возможны потери. И я даже говорил об этом на собрании с руководством «Шестой луны», но они сказали, что это приемлемо.

– Любой из них согласился бы пойти на оправданный риск ради одного лишь шанса вернуться на свободу! – прокомментировала своё решение Эрин, и Франс с Виктором поддержали её молчаливыми кивками. – Особенно те, кто сидит там уже не первый год.

Поэтому сейчас я не думал о том, что кто-то не доживёт до сегодняшнего вечера, а лишь о том, как побыстрее провернуть план и сделать так, чтобы доживших было максимально много.

До самого командного центра я больше никого не встретил. Добравшись до двустворчатых дверей, по краю проёма которых тянулась ярко-жёлтая полоса, намекающая, что вход только для избранных, я связался с Кайто:

– Ты как, готов?

– На все девяноста девять! – серьёзно ответил он.

Я даже хотел было спросить, почему не сто, но потом вспомнил байку о том, что программисты начинают счёт не с единицы, а с нуля и даже слегка улыбнулся – это действительно было забавно.

– Ну раз готов, тогда следи по камерам, чтобы ко мне никто не подошёл. – велел я, убрал бластер за спину и достал лазерный резак.

Просто удивительно, сколько раз уже меня, да и всех нас, весь экипаж «Затерянных звёзд» выручало это пусть специализированное, но гражданское по своей сути снаряжение. Оно ведь не является оружием, и даже при всём желании нельзя классифицировать его таким образом, даже мины! Ведь они взрываются без осколков, да ещё и вся энергия от их взрыва сосредотачивается в одной плоскости и в довольно малом радиусе.

А всё равно – сколько уже раз я использовал врекерское снаряжение для военных и околовоенных дел? Сколько уже раз мы спасались лишь потому, что я попал на корабль именно в сбруе производства «Линкс», а не, скажем, в одном лишь голом рыжем скафандре. Да что там – вся история закончилась бы сразу же в тот момент, когда Кирсана Блок велела нам сдаться. Закончилась бы, даже не начавшись.

Но, коль скоро она уже началась, надо приложить все усилия к тому, чтобы она и дальше продолжалась.

По крайней мере, до тех пор, пока мы сами не решим, что её пора заканчивать.

И, если снаряжение, подаренное мне корпорацией «Линкс» столь же любезно, сколь любезно они простили мне мой долг, поможет в этом… То так тому и быть!

Конечно же, двери в командный центр просто не могли быть не укреплёнными, и стен вокруг дверей это касалось тоже. Поэтому мне пришлось потратить почти девяносто секунд на то, чтобы прорезать их лазерным лучом в нужных местах – по сути, почти вечность.

В реальной боевой обстановке мне бы никто не позволил этого сделать, конечно, но сейчас Кайто молчал и не спешил «обрадовать» меня новостью о том, что кто-то приближается ко мне либо с той стороны дверей, либо с этой. Все были слишком заняты внешним врагом для того, чтобы предположить ещё и врага внутри.

Наконец лазерный луч с шипением пережёг кабели, питающие сервоприводы двери, и обрывки неистово заискрили.

– Готово! – доложил я в комлинк, меняя резак обратно на бластер. – Двери заблокированы!

– Принято! Отключаю связь! – ответил Кайто. – Готово!

Жаль, но у меня нет никакой возможности убедиться в том, что он действительно отключил связь между персоналом тюрьмы. У них, конечно, тоже есть комлинки, как у любого уважающего себя современного человека, но до тех пор, пока они додумаются перейти на них, пройдёт добрых полторы-две минуты. А этого времени вполне достаточно для того, чтобы реализовать оставшиеся пункты нашего плана.

– Переключаюсь на тюремный блок! – продолжал докладывать Кайто. – Открываю камеры, и… Есть!

Всё это я слушал уже на бегу. Ноги несли меня прочь от командного центра, к лестнице, ведущей на уровень ниже, где и располагался тюремный блок. Или, вернее, блоки, потому что это было целых три этажа, на каждом из которых содержалось от десяти до двадцати заключённых. По какому принципу их делили, мы так и не поняли, лишь знали, что каждый этаж охраняют по два охранника и оставалось надеяться, что десять заключённых с ними справятся.

Я ссыпался вниз по лестнице на первый этаж тюремного блока и практически упёрся носом в спину, обтянутую черной униформой. Охранник перегораживал собой проход, и в вытянутых перед собой руках сжимал иглострел, неистово вопя при этом:

– Назад! Назад, твари, а то всех сейчас положу прямо тут!

Перед ним, как я видел из-за его плеча, стоял чернокожий худой мужчина, держа второго охранника в удушающем захвате и прикрываясь им как щитом. В отсутствие брони иглострел легко пробил бы их обоих, но первый охранник всё не решался стрелять.

И ему не было суждено выстрелить. Потому что я подошёл сзади, поднял бластер и врезал прикладом ему по затылку, отправляя в глубокий нокаут.

Негр при виде этого сильнее сжал руки, дождался, когда второй охранник перестанет царапать его шею пальцами, и отпустил безвольное тело.

– Свои! – заявил я, делая шаг вперёд, но бластер на всякий случай не опуская.

– Своих здесь нет, – мудро изрёк негр, глядя не на меня, а куда-то будто бы сквозь меня.

– Теперь есть! – ответил я, краем глаза подмечая движение сбоку. – Я от Франса, Эрин и Виктора. Знаешь таких, может быть?

– Первый раз слышу! – заявил негр.

Но зато сразу же прекратилось движение сбоку.

– Я знаю! – раздался усталый женский голос оттуда, и, повернув голову, я рассмотрел женщину лет тридцати, сжимающую в руке острую железку, явно откуда-то выломанную. – Это правда? Вы… Вы пришли спасти нас?

– Вроде того! – улыбнулся я. – Считайте, что сегодня ваш счастливый день. Раненые есть?

– У нас нет! – ответил мужчина. – Но ниже на уровнях, вроде бы, слышалась стрельба.

– Тогда ждите тут, а я сейчас! – велел я, и снова ступил на лестницу, спускаясь ещё на этаж ниже.

На втором этаже держали тоже двадцать заключённых, и они тоже успели справиться со своими охранниками. Сами успели справиться, вообще без моей помощи. Я уже знакомым образом коротко назвал им имена руководства «Шестой луны» и одного только этого оказалось достаточно, чтобы откровенное недоверие в их взглядах сменилось умиротворением и надеждой.

А вот на третьем этаже всё было не очень хорошо. Здесь держали всего десять заключённых, и на них приходились всё те же два охранника, так что нет ничего удивительного, что здесь восстание заглохло. Заключённые просто не смогли выйти из своих камер, потому что прижавшиеся к лестнице охранники на каждое движение отвечали короткой очередью из игл.

– Не вздумайте вылезать, твари! – вопил один из них, поливая стены яростно рикошетящими иглами. – Я вас всех тут положу и ничего мне не будет!

– Забавно! – произнёс я, появляясь у них за спинами. – Я как раз хотел сказать то же самое.

Охранники резко начали разворачиваться в мою сторону, но, конечно, не успели. Ещё на подходе я пнул тяжёлым ботинком скафандра одного под колено и с размаху ударил прикладом по затылку фирменным, никогда не подводящим, ударом.

Второй охранник успел развернуться и даже вскинуть свой иглострел, но движением на противоходе я ударил стволом бластера по его оружию, отводя его в сторону, и очередь прошла мимо.

Я «обмотал» руку с иглострелом своим бластером и шагнул вперёд, прижимая ствол снизу к подбородку охранника.

– Бросай! – велел я, глядя ему прямо в глаза, и по полу тут же загрохотал брошенный иглострел. – Умно! – похвалил я охранника, чуть отодвинул ствол от его головы и резко дёрнул вверх, заставляя приклад встретиться с его челюстью.

Второе бездыханное тело рухнуло на пол, а я повернулся к камерам, стены которых были избиты многочисленными иглами, и прокричал:

– Эй, вы! Выходите! У вас сегодня свидание с тремя замечательными людьми – Эрин, Виктором и Франсом, а я – ваше такси! И учтите – я долго ждать не буду!

Долго ждать и не пришлось. Через минуту я уже стоял на первом этаже в окружении сорока девяти мужчин и женщин разных возрастов. Ещё один, пятидесятый, увы, в первые же секунды тюремного бунта получил длинную очередь из иглострела, и спасти его не смогло бы даже чудо.

– Все вопросы потом! – сразу заявил я, понимая, что сейчас они меня ими просто завалят. – Двигаться за мной, не зевать, смотреть по сторонам и предупреждать только по делу! Сделаем всё как надо – и все вернёмся домой живыми! Кайто, Магнус! Выдвигайтесь к точке эвакуации!

Нет, в моей практике, конечно, были миссии по спасению заложников, и даже были миссии по-тихому выкрадыванию этих самых заложников… Но обычно на одного заложника приходилось пятнадцать бойцов…

А сейчас на полсотни заложников приходился всего один… И это всё при условии того, что с минуты на минуту персонал базы додумается воспользоваться комлинками, опросить всех, кто на связи и понять, что охрана тюремного блока не отзывается. После этого понять, где мы находимся, сколько нас, и кто вообще «мы» такие – лишь дело времени. Очень короткого, причём.

– Мы на точке! – раздался в комлинке голос Магнуса. – Встретили сопротивление, но справились без проблем!

– Отлично, мы на подходе! – ответил я, быстрым шагом двигаясь по коридорам «Тартара». – Держите позицию!

К счастью, за те две минуты, что понадобились, чтобы добраться обратно к атмосферному процессору, мы больше никого не встретили. Магнус, торчащий в дверях нужного помещения, махнул рукой, и чуть отошёл, чтобы мы все просочились внутрь, и только после этого вошёл сам и закрыл за собой дверь.

Сказать, что в помещении стало тесно – ничего не сказать. Комната атмосферника была рассчитана от силы на пятерых, поэтому полсотни тут стояли практически на ногах друг у друга, но, как ни странно, это не вызвало ни у кого недовольства.

Ничего, сейчас они узнают, что надо лезть под самый потолок в технический люк и ползти по техническим коридорам почти сотню метров – и вот тогда они взвоют…

– Шрап! – вырвалось у меня, когда я заметил, что люк, через который мы сюда проникли, закрыт. – Вы нахера люк закрыли⁈

– Люк закрыли? – Кайто удивлённо моргнул, поднял глаза и моргнул опять. – Мы не закрывали. Это не мы.

– А кто тогда? – вздохнул я. – Сквозняком захлопнуло?

– Сквозняком… – Кайто как-то странно посмотрел на меня, а потом внезапно засуетился, захлопал себя по карманам и достал из одного из них свой терминал.

Раскрыв его, он уставился на дисплей, поползал по нему пальцами, и снова поднял на меня взгляд.

На сей раз – испуганный.

– Сквозняком… – тихо и как-то отстранённо повторил он. – Ты был прав. Его закрыло сквозняком.

– Каким таким сквозняком? – нарочито спокойно спросил я, хотя в сознании уже начало формироваться понимание того, что техник хочет мне сказать.

– Таким… Который выдул наружу весь воздух. – Кайто покачал головой. – Кар, это не мы закрыли люк! Это люк сам закрылся, автоматически, потому что там, за ним – вакуум! Там вакуум, Кар! Мы там не пройдём больше, понимаешь⁈

Антон Кун, Эл. Лекс
Тайны затерянных звезд. Том 5

Глава 1

За люком – вакуум.

А это означает только одно – просроченная пена всё же не оправдала ожиданий. Экзокупол вырвало атмосферным давлением с того места, которое мы для него определили, причём произошло это довольно давно. По крайней мере, достаточно давно для того, чтобы давление упало до такой степени, чтобы сработала автоматика, блокирующая зону утечки.

– Точно причина в этом? – на всякий случай спросил я, и Кайто помотал головой:

– Точнее некуда. Я оставил вики у сервера, поэтому у меня всё ещё сохраняется подключение к нему.

– Кого оставил? – не понял я.

– Ви… Ну, дрон мой. – Кайто взмахнул руками. – Он остался подключённым к серверу, как терминал удалённого доступа. Я решил, что это не будет лишним, и вот…

– Правильно решил! – похвалил я Кайто и снова поднял взгляд на люк, который из пути отхода внезапно превратился в громко захлопнувшуюся ловушку.

Итак, за люком вакуум. Это означает, что воспользоваться техническим коридором как путём отхода, как мы и планировали изначально, не выйдет.

Вернее, выйдет, вскрыть-то люк тем же лазерным резаком не проблема, но выйдет только у нас троих. Единственных, у кого есть скафандры. А вот всем остальным этот путь заказан.

А значит, он нам не подходит. Если мы вернёмся без спасённых заключённых – зачем вообще нужна была вся эта операция? С точно тем же успехом можно было просто ничего не делать…

И ведь, по сути-то, всё, что нам нужно – это всего лишь какой-то герметичный объём, в котором заключённые смогли бы дождаться момента, когда за ними прилетят корабли «Шестой луны».

В теории, этим объёмом даже могла бы быть сама тюрьма, её внутренние помещения, но лишь в теории. Прямо сейчас руководство тюрьмы вытаскивают из заблокированного командного центра, и этот факт уже не поставить под сомнение при всём желании. Не теперь, когда проникновение чужаков стало таким очевидным.

А это значит, что буквально через минуту коридоры тюрьмы заполнят люди при оружии, уже знающие, что где-то притаился противник и желающие этого противника уничтожить.

У нас, конечно, есть какое-то оружие – три бластера у меня, Кайто и Магнуса, плюс заключённые забрали иглострелы поверженных охранников, – но это ничто против нескольких десятков человек с аналогичным, а то и более мощным вооружением.

А оно тут точно есть, это самое более мощное вооружение, можно даже не сомневаться на этот счёт. Кроме того, на стороне персонала хорошее знание внутренней планировки, которую они изучали своими собственными глазами, а не в виде безликой трёхмерной голограммы, терпеть их не могу…

То, что нас найдут – это факт, даже если Кайто прямо сейчас лишит их доступа ко всем камерам. А когда найдут – прямого противостояния мы не выдержим и очень быстро закончимся. Это тоже факт.

И, по закону подлости, произойдёт это задолго до того, как «Алый» полностью зачистит всю поверхность «Тартара» и корабли «лунатиков» смогут сесть. Но даже и в таком случае всё равно остаётся вопрос, как переправить лишённых скафандров людей в эти самые корабли.

Так что нет, в тюрьме мы не сможем укрыться. Тюрьма для нас сейчас это одна огромная ловушка, стены которой с каждой секундой сжимаются всё теснее.

Тем более, это только кажется, что у нас есть всё время всего мира, а на самом деле это ни хрена не так. Потому что в первую же минуту операции «Тартар» запросил подкрепление с базы Администрации, не забыв, конечно же, упомянуть, что атакует их тот самый потерянный эсминец. И сейчас сюда на всех парах спешат все свободные военные корабли системы, надеясь перехватить «Алый» и хотя бы уничтожить его, а лучше – вернуть. Представляю, какой разнос устроили Дарту за потерю такого ценного актива, так что сейчас он будет из кожи вон лезть, чтобы исправить эту ошибку.

Поэтому через время «Алый» будет скован превосходящими силами противника и ему, как и нам, из этого боя не суждено будет выйти. Половины боезапаса нет и не было, щит частично разряжен выстрелами «Тартара», а сдаваться команда, конечно же, не станет. Поэтому эсминец будет уничтожен тоже, и в этом случае мы лишимся вообще всего, что получили нелёгким трудом за последние дни.

Меня это не устраивает!

Поэтому мои мозги изо всех сил ворочались в черепной коробке, пытаясь придумать какой-то альтернативный план, какой-то очередной хитрый выверт, который поможет нам удивить противника и через это – наполовину победить.

Казалось, я вот-вот ухвачу за хвост какую-то важную мысль, что-то, что поможет мне решить эту проблему прямо сейчас, но она всё ускользала и ускользала от меня, как я ни напрягался…

Надо подойти с другого бока. Экзокупол это же просто герметичный объём, позволяющий людям находиться за пределами помещений «Тартара».

Значит, и сейчас нам тоже нужен герметичный объём, позволяющий людям находиться за пределами астероида.

Вот оно! Я видел этот самый герметичный объём! Я знаю, где он есть!

Я повернулся к Кайто, взял его за плечи, тряхнул и взглянул в его глаза:

– Погрузочный док тюрьмы! Когда ты листал изображения с камер, была картинка с погрузочного дока тюрьмы!

– А, да… – промямлил Кайто, испуганно глядя мне в глаза.

– Открыть можешь? Показать прямо сейчас?

– А… Да, – Кайто пощёлкал кнопками терминала и развернул его дисплеем ко мне. – Вот…

Я присмотрелся к крошечному экранчику, приблизил пальцами картинку и, не сдержав эмоций, щёлкнул пальцами:

– Вот оно! Светло-зелёный контейнер видите?

– Где? – Магнус вытянул шею, пытаясь через моё плечо заглянуть в дисплей. – Ага… И что?

– Это контейнер корпорации «Романофф», которая занимается поставками продуктов на космические станции, вот что! – ответил я. – Они всегда красят свои контейнеры в фирменные цвета, чтобы с ними аккуратнее обращались! А так как продукты зачастую доставляются довольно нежные, то их контейнеры тоже специфические – они на сто процентов герметичны, и оснащены собственным климат-контролем, который поддерживает в них заданную температуру!

– Ага, и что ты хочешь этим сказать? – явно не понял меня Магнус. – Как нам это поможет?

Игнорируя его вопрос, я развернулся к заключённым, которые всё это время молчаливо ждали, пока мы наговоримся, и обратился к ним:

– Короче, есть плохая новость и хорошая! Плохая – наш план отступления пошёл по звезде. Хорошая – я придумал план, который поможет нам покинуть тюрьму несмотря ни на что… Но это будет небезопасно, предупреждаю сразу. Если вы согласитесь на этот план, то исключительно на свой страх и риск. Никого заставлять идти с нами я не стану, решайте сами.

– А что за план-то? – подал голос тот, с кем я разговаривал на первом этаже тюрьмы. – Мы же не можем согласиться на то, чего не знаем.

Я быстро обрисовал им свой план, и они тихонько загудели, обсуждая сказанное. Правда длилось это недолго – уже через минуту чернокожий «переговорщик» снова обратился ко мне:

– Мы согласны. Уж лучше рискнуть и сдохнуть, чем не рисковать вовсе и гнить в этой клоаке ещё два десятка лет.

Что ж, примерно об этом мне и говорили Франс, Виктор и Эрин. Этим людям настолько поперёк глотки эта тюрьма, что они готовы даже покончить с жизнью самым нелепым из всех способов, лишь бы больше здесь не оставаться.

– Ладно, значит, решили! – я кивнул. – В таком случае пробиваемся к погрузочному доку! Без моей команды никто не стреляет! Постараемся проскочить мимо них, и обойтись без массового побоища! Кайто, глаза на камеры! Магнус – замыкающий! Всё, вперёд бегом марш!

И, распахнув пинком дверь, я первым вырвался из комнаты атмосферного процессора, обшаривая стволом углы. Лево-право, никого!

– Чисто, двинулись!

Вот теперь уже мы бежали. Теперь уже скорость передвижения стала приоритетным фактором, поэтому я даже пожертвовал возможностью держать в прицеле коридор ради того, чтобы быстрее двигаться.

И, судя по топоту множества ног у меня за спиной – заключённые тоже отлично поняли, что нужно делать.

Главное, чтобы они ещё понимали, чего делать не нужно.

Кайто бежал рядом со мной, прямо на ходу умудряясь глядеть в экран терминала, который он держал перед лицом. Как он при этом умудрялся осознавать, куда именно он бежит и что перед ним находится – непонятно, но он явно не испытывал никаких затруднений.

– Кар, впереди в помещении! – выкрикнул он на ходу, тыкая вперёд пальцем. – Пять человек с оружием!

– Внимание, противники по фронту! – громко объявил я. – Огонь разрешён, только не пристрелите друг друга! Кайто, дверь!

Техник понял меня с полуслова, на бегу ткнул пальцем в экран терминала, и дверь, за которой находились противники, открылась, когда до неё оставался всего лишь метр.

Я ворвался в помещение первым, держа бластер уже наизготовку. Помещение оказалось небольшой, буквально на десять человек, столовой, оформленной в очень аскетичном столе – стойка раздачи в дальнем углу и два длинных пластиковых стола вдоль стен.

В противоположной от нас стене виднелась ещё одна дверь, в которую нам и нужно было, но путь к ней преграждала пятёрка одетых в броню среднего класса противников. Кроме брони, при них было и оружие, но они явно не ожидали, что встретят нас так скоро, поэтому их стволы были опущены в пол.

В отличие от моего.

Я сразу же кинулся в сторону от входа, одновременно ловя ближайшую фигуру в прицел и выжимая спуск два раза. Сдвоенный заряд ударил в броню, отбрасывая врага назад и в сторону, а остальные резко кинулись врассыпную. Один перепрыгнул через стойку раздачи, ещё трое попытались перевернуть один из столов и укрыться за ним, но успели только двое. Третьего настиг рой вылетевших из дверного проёма игл, которые моментально нафаршировали его даже несмотря на броню.

Несколько заключённых, воспользовавшись секундой затишья, тоже втянулись в комнату, и по одному из них тут же попытался выстрелить тот, кто укрылся за раздачей. Но с моей позиции его было отлично видно, и я уже держал предполагаемое место появления на прицеле.

Заряд ударил незадачливому вояке прямо в ухо, и взорвался, отбрасывая его ещё дальше за стойку, и в этот же момент по мне начали стрелять из-за перевёрнутого стола.

Я нырнул под второй стол и ударом ноги снизу вверх перевернул и его тоже, заслоняясь от противников. Не теряя ни секунды, подтянул ноги, и вовремя – там, где они только что были, тут же тонкий пластик начали дырявить плазменные заряды!