Текст книги "Клоун (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 73 (всего у книги 101 страниц)

Глава 147
Ползучий Голод

– А в чем именно кроется особенность того магического артефакта Цилангоса? – с изрядной долей уверенности поинтересовалась Одри.

Тщательно всё обдумав, она вдруг пришла к выводу, что обладает весьма недурными возможностями для поиска людей в Баклунде.

Во-первых, ее отец входил в число богатейших аристократов столицы, пользовался безупречной репутацией и обладал колоссальными связями. Сама же Одри была всеобщей любимицей среди молодого поколения. Поэтому в высших и средних слоях общества она могла, даже не привлекая к себе лишнего внимания, задействовать поистине огромные ресурсы.

Во-вторых, у обеих ее знакомых Потусторонних имелись собственные, обширные круги общения. «Ученик» Форс в прошлом работала врачом в клинике, а ныне стала восходящей звездой литературы. Она обросла связями в писательских и издательских кругах, а также среди врачей, представляющих средний класс.

«Арбитр» Сью Дилча, напротив, долгое время помогала улаживать конфликты среди простого люда. В Восточном районе Баклунда, в среде рабочих и даже внутри многих криминальных банд ее имя было на слуху. У нее имелась масса скрытых, теневых каналов информации.

Если прибавить к этому других Потусторонних, с которыми они пересекались, и их собственные сети контактов, то поисковый потенциал этой троицы было просто невозможно недооценивать.

Столкнувшись с вопросом «Справедливости», «Повешенный» Элджер ответил без малейших колебаний, словно этот факт давно намертво отпечатался в его памяти:

– Подлинное имя этого магического артефакта никому не известно. Однако все те, кто хоть что-то о нем знает, называют его «Ползучим Голодом». Каждые два дня Цилангос обязан скармливать ему душу и плоть живого человека, чтобы утолить его аппетит. В противном случае артефакт пожрет своего собственного хозяина.

– Это невероятно важная зацепка для поиска Цилангоса, – Одри слегка нахмурила брови.

При мысли об этом зловещем артефакте, жаждущем человеческой крови и душ, ее нутро сводило от жгучего отвращения и дискомфорта.

– Верно. Однако в мегаполисе с населением как минимум в пять миллионов человек пропажа пары-тройки бродяг останется абсолютно незамеченной, – остудил ее пыл Элджер и сменил тему: – Заполучив «Ползучий Голод», Цилангос превратился в невероятно опасного противника.

– Изначально он был лишь «Благословенным Ветром» и обладал весьма недурными потусторонними навыками в сфере контроля воды, ветра и погоды. Но со временем люди начали замечать, что он способен ввергать врагов в пучину безумия, проникать в чужие сны, призывать свет для очищения нежити, усиливать себя песнопениями и даже менять свою внешность, принимая облик других людей… Казалось, он всемогущ, – Элджер пустился в предельно детальные описания. – Мы подозреваем, что все эти силы даровал ему именно магический артефакт «Ползучий Голод»…

Он не успел договорить, как тихо слушавший их «Солнце» Деррик Берг внезапно ошеломленно выпалил:

– «Пастырь»!

«„Пастырь“? 5-я Последовательность пути „Тайного просителя“ и „Слушателя“? Хм, в Городе Серебра в Совет Шести как раз недавно вошла старейшина-„Пастырь“. Говорят, ее мощь такова, что она способна тягаться с экспертами 4-й Последовательности… точнее, со злыми духами соответствующего ранга…» – лицо Клейна слегка изменилось, но густой серо-белый туман надежно скрыл эти эмоции от посторонних глаз. Да и сам «Зритель» в этот момент был поглощен совершенно иными мыслями.

– «Пастырь»?

– «Пастырь»?

Голоса «Справедливости» и «Повешенного» прозвучали абсолютно синхронно. В тоне первой сквозило полнейшее непонимание, тогда как во втором слышалась нотка удивления – словно он уже где-то сталкивался с названием «Пастырь» и имел о нем общее представление, но совершенно не знал деталей.

Почувствовав на себе пристальные взгляды, Деррик мгновенно растерялся. Каким бы молчаливым, замкнутым и раздавленным горем он ни был, в глубине души он всё еще оставался неопытным подростком.

Слегка заикаясь, он поспешил объясниться:

– Я имел в виду, что те особенности, которые перечислил «Повешенный», поразительно похожи на потусторонние способности класса «Пастырь». Каждый «Пастырь» способен поглощать чужие души, включая мстительных духов и злых призраков, запечатывая их внутри себя. А затем они используют уникальные методы, чтобы управлять этими душами и черпать часть их прижизненных сил. Это похоже на то, как пастух пасет агнцев Господних.

– Именно поэтому никто не может сказать наверняка, сколькими именно способностями владеет «Пастырь». Всё зависит лишь от того, сколько сверхъестественных душ он поглотил. И это делает их поистине ужасающими противниками, по своей мощи почти равными экспертам высоких Последовательностей.

– Впрочем, ходят слухи, что количество поглощаемых и «выпасаемых» душ строго ограничено, но при этом «Пастыри» могут их заменять.

«Так вот в чем кроется истинный смысл названия „Пастырь“… Цепочка Последовательностей Ордена Авроры всё так же источает дикую, извращенную жуть… Неудивительно, что они поклоняются Истинному Творцу… или, вернее, Падшему Творцу…» – на Клейна внезапно снизошло озарение. Однако он не стал кивать, сохранив непроницаемый вид человека, которому всё это уже давно известно.

В то же время юноша с тяжелым вздохом мысленно сокрушался:

«Ох, Солнце, ты и впрямь еще совсем ребенок… Это же критически важные сведения, бесценная информация, которую можно было выгодно обменять на что-то стоящее! А ты просто взял и выложил всё как на духу! Выложил бесплатно!»

«Хм, способности того нуждающегося в запечатывании артефакта „Ползучий Голод“ поразительно напоминают 5-ю Последовательность „Пастыря“… Неужели многие Запечатанные артефакты – это и есть эквиваленты определенных Последовательностей? Причем находящиеся в состоянии потери контроля… Интересно, на какой класс тогда похожа та марионетка семьи Антигон, Запечатанный артефакт „2–049“…»

Выслушав пояснения «Солнце», «Повешенный» Элджер, казалось, наконец-то сложил в голове пазл. Едва заметно кивнув, он погрузился в долгое молчание.

А вот «Справедливость» Одри с еще большим любопытством поинтересовалась:

– К какому пути Последовательностей принадлежит «Пастырь»? И какая это ступень?

– 5-я Последовательность пути «Тайного просителя», – Клейн мгновенно ухватился за шанс и как бы невзначай вставил эту фразу, всем своим видом демонстрируя всезнание.

«„Тайный проситель“… Это же Орден Авроры…» – Одри тут же вспомнила о том самом мистере А, который, судя по всему, был Оракулом этого культа. На ее сердце внезапно навалилась свинцовая тяжесть.

Девушка принялась всерьез обдумывать, какую бы цену предложить господину Шуту, чтобы Тот вмешался и одним щелчком пальцев стер этого мерзкого типа с лица земли. Увы, как она ни ломала голову, ей так и не удалось придумать ничего, что могло бы заинтересовать столь великую сущность.

«Как и следовало ожидать, могущественных существ, равных богам, не так-то просто впечатлить… Вещей и событий, способных вызвать их интерес, в этом мире ничтожно мало…» – с грустью вздохнула про себя Одри.

Временно отложив этот импульсивный порыв, она благодарно кивнула Деррику. Она была искренне признательна юноше за то, что тот пролил свет на истинную природу «Ползучего Голода», позволив им выстроить более логичную и эффективную тактику.

– Господин Повешенный, я принимаю ваше поручение. Однако я не могу дать стопроцентной гарантии, что мне удастся отыскать вице-адмирала Урагана Цилангоса, – Одри перевела взгляд на сидящего напротив Элджера.

– О большем я и просить не смею. Независимо от того, увенчаются ли ваши поиски успехом, за саму попытку я выплачу вам достойное вознаграждение. Например, поделюсь некими тайными знаниями и информацией. А если всё пройдет удачно, я, возможно, смогу предоставить вам основные ингредиенты для зелья «Телепата». Разумеется, при условии, что мы будем знать, что именно нужно искать, – пообещал Элджер с нетипичной для него щедростью.

– Договорились, – Одри поджала губы и ответила легкой улыбкой.

Следом Элджер, заручившись позволением и помощью Клейна, материализовал над столом портрет Цилангоса.

Один из семи пиратских адмиралов обладал весьма характерным, широким подбородком. Его каштановые волосы были стянуты на затылке в пучок, на манер древних воинов. В темно-зеленых глазах, казалось, плясали смешинки, но взгляд оставался чудовищно ледяным.

Обсудив все насущные вопросы и обменявшись нужной информацией, восседающий во главе стола «Шут» Клейн с улыбкой объявил о завершении сегодняшнего собрания. Он наблюдал, как «Справедливость» и «Повешенный» проворно поднимаются и отвешивают прощальный поклон, а «Солнце» с секундной заминкой неуклюже их копирует.

Плавным движением правой руки Клейн разорвал связь, но сам не спешил покидать таинственное пространство.

* * *

Город Серебра, дом семьи Берг.

Деррик окинул взглядом до боли знакомую обстановку комнаты и темное небо за окном, которое то и дело прорезали вспышки молний. На мгновение он впал в легкий транс.

Но юноша быстро пришел в себя. Отыскав кусок подобия пергамента и перьевую ручку, он торопливо, с бешеной скоростью, перенес на бумагу намертво впечатавшийся в память рецепт «Барда».

Перечитав записи несколько раз кряду, он наконец убедился, что не допустил ни единой ошибки.

Деррик совершенно не боялся, что наличие у него формулы «Барда» и превращение в нестандартного Потустороннего вызовет подозрения у верхушки Города Серебра. В конце концов, во время прежних экспедиций во мрак члены элитных отрядов частенько снимали с трупов монстров и находили в разрушенных городах обрывки рецептов, диковинные материалы и странные артефакты.

И в этом процессе утаить часть добычи считалось в порядке вещей. До тех пор, пока речь не шла о чем-то критически важном, капитаны и старейшины закрывали на это глаза.

Шли годы, и некоторые формулы начали курсировать по неофициальным каналам Города Серебра. Иные же рецепты становились фундаментом, на котором целые семьи выстраивали свое могущество из поколения в поколение. Природа порождений тьмы, обитающих в окрестностях города, была относительно стабильной: одни ингредиенты добывались без труда, а за другими приходилось углубляться в проклятые пустоши.

Надежно спрятав пергамент, Деррик вспомнил о наставлениях таинственного Шута. Стоя в своей убогой спальне, он покорно опустил голову и зашептал молитву:

– Шут, что не принадлежит этой эпохе.

– Таинственный Владыка над серым туманом.

– Король Желтого и Черного, повелевающий удачей.

…

Язык гигантов был невероятно древним. Он изначально таил в себе мистическую силу, необходимую для жертвоприношений, молитв и сотворения заклинаний. Поэтому Деррику даже не требовалось переводить свои слова на древний гермес.

* * *

– Шут, что не принадлежит этой эпохе.

…

Безмолвно восседающий во главе древнего бронзового стола Клейн услышал эхо молитвы, раздавшееся прямо у него в ушах. Он увидел, как темно-красная звезда, символизирующая «Солнце», начала ритмично пульсировать.

Однако он не стал к ней прикасаться. Юноша планировал ответить на зов лишь за десять-пятнадцать минут до начала следующего собрания, чтобы дать подростку из Города Серебра время подыскать безлюдное место.

А самое главное – этот трюк позволял ему изящно уйти от необходимости высчитывать разницу во времени и датах между их мирами, тем самым исключив риск разрушения образа всемогущего Шута.

Уладив этот вопрос, Клейн окутал себя Духовностью и сымитировал стремительное падение вниз.

Вернувшись в свою комнату, Клейн снял духовную стену. Немного переведя дух, он снова собрался выходить на улицу.

Теперь, когда нужда в активном отыгрыше «Провидца» отпала, у него больше не было необходимости делать походы в Клуб гадателей частью своей ежедневной рутины. Достаточно было лишь изредка наведываться туда, чтобы подзаработать лишнюю копейку и заодно выполнить надзорные обязанности Ночного Ястреба.

Изначально Клейн планировал провести остаток дня в блаженном безделье. Но, вспомнив об одном незавершенном дельце, он был вынужден заставить себя взбодриться. Согласно договоренности, сегодня ему предстояло встретиться с детективом Генри, чтобы получить окончательный отчет по делу о красных дымоходах.

«Эх, не зря говорят: у великих людей нет ни минуты покоя… А ведь потом еще придется выкраивать время, чтобы сходить с Бансоном и Мелиссой в Ассоциацию помощи домашней прислуге Тингена и подыскать толковых горничных для черной работы…» – Клейн со вздохом переодел рубашку. Накинув черный фрак, подхватив шелковый полуцилиндр и черную трость с серебряным набалдашником, он покинул дом с видом истинного джентльмена.

Улица Бесик, у входа в частное детективное агентство Генри. Клейн нацепил марлевую маску, надвинул шляпу на самые глаза и, быстрым шагом пересекая улицу, юркнул в подъезд.

Глава 148
Ночной визитер

Внутри частного детективного агентства.

– Сэр, ваше поручение выполнено, – с облегчением выдохнул детектив Генри своим прокуренным голосом, глядя на джентльмена в черном фраке, наполовину скрытого под шелковым цилиндром и темной маской. – Это оказалось поистине непростым делом. Не то чтобы оно было сложным, но отняло у нас массу сил и времени. Признаться честно, я безумно жалею, что запросил за него столь смехотворную цену.

«Да говори ты что угодно, я всё равно не накину сверху ни единого пенса!» – мысленно отрезал Клейн. Указав на пухлую стопку бумаг на кофейном столике, он спросил:

– Это и есть отчет о расследовании?

– Именно, – детектив Генри положил руку на отчет, в котором насчитывалось не менее шестидесяти страниц, и тяжело вздохнул: – Это было самое муторное дело из всех, за которые я когда-либо брался…

Он не успел договорить, как Клейн протянул ему четыре банкноты по одному фунту. Внимание сыщика тут же переключилось на проверку их подлинности.

– Это оставшаяся часть суммы, – Клейн потянулся к пухлой стопке бумаг.

Генри дважды кашлянул:

– Вы поистине честный и надежный джентльмен. Эх, знал бы я с самого начала, что на этот отчет уйдет столько бумаги… Это совершенно не вписывалось в мой бюджет.

В этот самый момент Клейн, подхватив увесистый отчет, рывком поднялся на ноги.

Слегка поклонившись, он взял трость и решительным шагом направился к двери.

Остаток жалобной тирады так и застрял у детектива Генри в горле.

«Ну конечно, так я и стал оплачивать вам расходы на бумагу! Это уже включено в общую стоимость услуг!» – мысленно проворчал Клейн, пощупав свою стремительно тающую заначку, в которой осталось всего пять фунтов и восемь сулов. Выйдя из агентства, он быстрым шагом зашагал по улице Бесик.

Осмотревшись и убедившись, что за ним никто не следит, юноша проворно юркнул в неприметный переулок и стянул с лица маску.

Клейн не собирался возвращаться домой прямо сейчас. Он планировал подыскать поблизости какую-нибудь кофейню, чтобы на скорую руку отфильтровать данные из отчета. Ему нужно было выделить те дома с красными дымоходами, где арендаторы сменились уже после того, как он провел свое гадание. А затем, до ужина, успеть прочесать хотя бы часть из них.

Кофеен в окрестных кварталах хватало с избытком, но ни одна из них не отвечала его требованиям. С тех пор как пар и машины стали символами новой эпохи, всё больше заведений подобного рода теряли свой былой лоск, превращаясь в подобие дешевых забегаловок. Они кормили вечно спешащих работяг чаем, кофе, хлебом, тостами и тушеной бараниной с молодым горошком. Уважающие себя джентльмены и леди перестали назначать там деловые встречи и использовать посиделки в кофейнях как символ своего статуса. На смену им пришли всевозможные клубы, переняв на себя львиную долю светского общения.

Поплутав довольно долго, Клейн всё же наткнулся на кофейню с вполне приличной обстановкой.

Устроившись в укромном углу кабинки, он сделал глоток кофе «Саутвилл», обошедшегося ему всего в три с половиной пенса, и сосредоточенно открыл отчет.

«…В Северном, Восточном, Западном, Южном районах, а также в районах Золотого Платана, Портовом и Университетском насчитывается в общей сложности тысяча сто семьдесят девять домов с темно-красными дымоходами… В пригородах Тингена находится пятьсот сорок шесть зданий, соответствующих описанию заказчика… И это без учета отдаленных поселений и деревень, формально относящихся к юрисдикции Тингена».

«Ниже прилагаются адреса всех зданий с подробной информацией о домовладельцах и арендаторах. Согласно требованиям заказчика, данные за последние три месяца собраны с особой тщательностью».

* * *

Клейн пролистывал страницу за страницей, то и дело делая пометки перьевой ручкой в своем блокноте.

В конечном итоге он отсеял двадцать пять домов, в которых жильцы сменились уже после того, как он нагадал себе тот самый «красный дымоход».

«Не так уж и много. Постараюсь обойти все за пару дней. Во время „гадания по снам“ я видел этот дымоход и часть самого дома. Стоит мне лишь наткнуться на него в реальности, как моя Духовность тут же отреагирует чувством узнавания. Грубо говоря, я работаю как живой металлоискатель…» – беззвучно кивнул Клейн. Рассортировав адреса по районам, он выделил пятнадцать точек, которые планировал прочесать уже сегодня.

Что же касалось безопасности подобной вылазки, то здесь ему даже не требовалось прибегать к гаданию.

Раз уж в домах сменились арендаторы, это означало лишь одно: тот самый кукловод, сеющий дисгармонию в его судьбе и подстраивающий череду «случайностей», уже давно покинул свое логово!

«Остается лишь надеяться, что домовладельцы смогут описать внешность своих прежних жильцов… Впрочем, если этот кукловод способен так виртуозно, без малейших следов дергать за ниточки моей судьбы, выдавая всё за естественные совпадения, он наверняка нашел способ подчистить за собой все хвосты… Эх, уповаю лишь на милость Богини, вдруг он всё же допустил оплошность…» – Клейн тяжело выдохнул. Заставив себя взбодриться, он надел цилиндр, взял трость, прихватил отчет и вышел из кофейни.

Затем он потратил два сула на наем легкого двухколесного экипажа. Промчавшись по пятнадцати адресам, юноша успел завершить обход еще до ужина. Увы, ни один из осмотренных домов так и не вызвал в нем того самого чувства узнавания из сна.

«Если и завтрашние поиски не дадут результатов, дело примет скверный оборот. Это будет означать, что он до сих пор прячется в том самом доме с красным дымоходом… Либо этот тип настолько в себе уверен, что в грош не ставит ни мои попытки выследить его, ни даже облаву отряда Ночных Ястребов… Либо он вообще не подозревает о том, что его раскрыли, а та сила, что блокировала мои недавние гадания, принадлежит вовсе не ему…» – стоя у дверей дома номер 2 по улице Нарциссов, Клейн лихорадочно перебирал в уме все возможные сценарии.

Постояв на крыльце еще несколько минут, он отряхнул пыль с черного фрака, поправил шелковый полуцилиндр и, достав бронзовый ключ, с легкой улыбкой вошел в дом.

Этим вечером он планировал приготовить для Бансона и Мелиссы тушеную баранину и запеченное мясо в медовом соусе.

* * *

К одиннадцати часам вечера, пожелав друг другу спокойной ночи, братья и сестра разошлись по своим спальням.

Клейн закрыл за собой дверь и подошел к письменному столу. В тусклом свете газовой лампы он бросил взгляд сквозь эркерное окно на улицу. Окрестные кварталы уже погрузились в глубокий мрак, лишь редкие уличные фонари служили тусклыми маяками во тьме. Высоко в небе, на фоне черного бархата, мерцали блеклые, размытые россыпи звезд.

«Интересно, как выглядит тот самый Баклунд – „Земля надежды“ и „Столица всех столиц“…» – беззвучно прошептал Клейн, потянувшись к шторам, чтобы задернуть их.

Вшуух!

В этот самый миг спальню без всякого предупреждения прошил ледяной, пробирающий до костей сквозняк. Свет газовой лампы внезапно окрасился в зловещий, темно-зеленый оттенок.

Инстинкт самосохранения сработал безотказно. Клейн резко отпрыгнул назад, одновременно дважды легонько сомкнув левые зубы, чтобы активировать Духовное зрение. В тот же момент он спиной вперед бросился к кровати, намереваясь выхватить спрятанный под подушкой револьвер.

В его поле зрения, прямо на стене над письменным столом, в зеленоватом свете лампы внезапно проступило лицо. Это был полупрозрачный лик, лишенный глаз и носа – на нем зиял лишь один-единственный рот!

– Не стреляй, – произнес рот, синхронно шевеля губами.

«С ним можно общаться?» – Клейн, уже успевший сжать в руке револьвер, взял цель на мушку.

– Что тебе нужно? – спросил он низким голосом.

Призрачное лицо издало тихий смешок:

– Это я, Дейли.

Дейли? «Медиум» Дейли? Та самая «Медиум» Дейли, которую перевели в епархию Баклунда? Клейн недоуменно нахмурился:

– Мадам Дейли?

– Я прекрасно понимаю, что подобный визит выглядит излишне грубо. Мне стоило предупредить тебя заранее, чтобы ты успел подготовиться. Однако сейчас я не могу встретиться с тобой лично, поэтому мне приходится использовать этого малыша для связи, – безглазое и безносое полупрозрачное лицо снова усмехнулось.

Пусть голос и звучал искаженно, отдавая призрачным, потусторонним эхом, но интонации и манера речи определенно принадлежали мадам Дейли… «А способности „Медиумов“ и впрямь чертовски хороши…» – про себя восхитился Клейн. Так и не опустив револьвер, он спросил:

– Мадам, и о чем же вы хотели поговорить?

– Будь я на твоем месте, я бы для начала запечатала спальню духовной стеной. Иначе твои родные решат, что ты повредился рассудком и разговариваешь сам с собой, – пошутило жутковатое полупрозрачное лицо. – Расслабься, тебе не нужно так нервничать. Я тайно вернулась в Тинген из-за письма, которое прислал Данн. Сам понимаешь, Ночным Ястребам строжайше запрещено покидать свою юрисдикцию без веской причины.

– Письмо от капитана? – Клейн не стал подходить к письменному столу. Вместо этого он потянулся к висящему на вешалке черному плащу и выудил из потайного кармашка «порошок святой ночи».

– Мы с Данном оба выросли как Потусторонние именно в тингенском отряде Ночных Ястребов. Между нами всегда сохранялись весьма теплые отношения. В прошлый четверг… да, в четверг, он прислал мне письмо. В нем он упомянул тебя. Рассказал, что ты, вдохновившись девизом «Тайнозрителей», вывел на основе гаданий свой собственный «Кодекс Провидца». И что это, по твоим словам, невероятно помогло тебе в усвоении зелья, избавив от жутких голосов и пугающих видений. Данн заметил, что твой подход поразительно напоминает мои методы.

– Хех, ты и впрямь не собираешься запечатывать комнату? Лично я совершенно не против, если твой брат и сестра решат, что ты спятил, – с размеренной, неторопливой интонацией пояснило полупрозрачное лицо.

«Так вот в чем дело… Значит, это действительно мадам Дейли…» – Клейн мысленно выдохнул с облегчением. Засунув «порошок святой ночи» обратно в карман, он в несколько шагов приблизился к письменному столу и достал из ящика ритуальный серебряный кинжал.

Быстро воздвигнув невидимую духовную стену, он повернулся к выпуклому жуткому лицу на стене и спросил:

– Мадам Дейли, и что еще капитан написал в своем письме?

– Он лишь поделился своими сомнениями. Написал, что, кажется, нащупал какую-то важную истину, но так и не смог осознать ее до конца. Просил моего совета, – ответила Дейли сквозь безглазое и безносое лицо. – А я, как только дочитала это письмо сегодня утром, сразу всё поняла. Ты далеко не так наивен и несведущ, каким пытаешься казаться. Хех, мистер Моретти, полагаю, вы уже давно докопались до сути «метода отыгрыша»!

– И ради этого вы ко мне явились? – ответил Клейн вопросом на вопрос, ни подтверждая, ни опровергая ее слова.

«Значит, Дейли совершенно точно знает о „методе отыгрыша“…» – хладнокровно констатировал он про себя.

Дейли заставила полупрозрачное лицо исказиться в подобии улыбки:

– Именно.

– Я считаю, что мы должны быть предельно откровенны друг с другом в этом вопросе. Я знаю, что ты вывел формулу отыгрыша, а ты наверняка догадываешься, что ею владею я. Эх, как же это обидно… Мне потребовалось почти два года, чтобы ясно всё осознать. А ты докопался до истины спустя каких-то полтора месяца после того, как стал Потусторонним.

Услышав слова Дейли, Клейн на мгновение задумался, а затем с искренней улыбкой ответил:

– Всё потому, что передо мной был ваш блестящий пример.

Изначально он порывался сказать: «Я лишь стоял на плечах гигантов», но в итоге решил не давать имени императора Росселя лишний повод звучать в своих ушах.