Текст книги "Клоун (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 101 страниц)

Глава 78
Психологическая травма

Эл Хассен поддакнул:

– И впрямь, трудно представить, что продолжением «Провидца» станет «Клоун». Следуя нормальной логике, никто бы не связал их воедино.

– Разве это так странно? Насколько я помню, во многих путях зелья Последовательностей лишены очевидной связи между собой, – черноволосая Лоротта прикрыла рот рукой и зевнула. Было видно, что ее раны весьма серьезны, и даже «Взгляд Богини» не мог надолго поддержать в ней бодрость.

– Нет, Лоротта, это совершенно другое. Как бы ни были лишены связи другие зелья, мы всегда можем найти определенные точки соприкосновения в иных аспектах. Но «Провидец» и «Клоун»… Я просто отказываюсь это понимать, – покачав головой, со вздохом произнес Эл.

Слушая их рассуждения, Клейн усмехнулся и сказал:

– Нет, общая черта у них все же есть.

– И какая же? – с любопытством спросил Эл, а движения Данна, сгибающего и разгибающего руку, заметно замедлились.

Клейн с абсолютно серьезным видом ответил:

– Будь то «Провидец» или «Клоун» – и того, и другого можно встретить в бродячем цирке.

– … – Эл, Данн и Лоротта разом остолбенели.

– Пф… А ведь отличный ответ. Обожаю таких молодых людей, как ты! – первой придя в себя, рассмеялась Лоротта.

Эл тоже улыбнулся и, покачав головой, добавил:

– В наше время джентльменов, способных на самоиронию, становится все меньше. Какое счастье, что сегодня нам довелось встретить одного из них.

«Думаете, мне доставляет удовольствие насмехаться над собой? Я ведь просто тоже не смог придумать ничего другого…» – мысленно проворчал Клейн и с легкой горечью в улыбке ответил:

– Я лишь надеюсь, что в этом пути больше не всплывут зелья с названиями вроде «Укротитель», «Акробат» или «Фокусник». Иначе это будет уже самая настоящая цирковая труппа.

«Причем труппа, состоящая из одного-единственного человека…»

– Ха-ха! – Данн и остальные не выдержали и рассмеялись. Салон кареты наполнился весельем.

Карета продолжила свой путь и вскоре добралась до Зотланд-стрит. Почти не пострадавший в бою Клейн первым вошел в охранное предприятие «Черный Терн».

– О Богиня! Что с тобой стряслось? Почему ты в таком виде? – бросив на него случайный взгляд, ошеломленно воскликнула Розанна.

Клейн опустил голову, оглядел свой перепачканный в грязи и изодранный строгий костюм и, все еще чувствуя боль в сердце от такой утраты, ответил:

– На заданиях вечно случаются всякие непредвиденные ситуации. К счастью, по милости Богини, всё закончилось благополучно.

– Хвала Богине! – Розанна набожно начертила на груди знак багровой луны.

Не дав Клейну и слова вставить, она тут же спросила:

– Нам нужно снова подняться на третий этаж и спрятаться? Этот Запечатанный артефакт и впрямь настолько опасен?

– Поверь, он куда опаснее, чем ты можешь себе представить, – с содроганием вспомнил пережитое Клейн.

«Если бы не мой таинственный „ритуал на удачу“, сегодня я бы сложил голову прямо там, рядом с „2–049“!»

– О Богиня… – губы Розанны задрожали. Казалось, ей до смерти хотелось расспросить его поподробнее, но, вспомнив, что капитан ждет внизу, она подавила этот порыв. Девушка позвала миссис Орианну и остальных, и они направились на третий этаж. Стоит отметить, что все соседние помещения охранного предприятия «Черный Терн» – что слева и справа, что сверху и снизу – либо принадлежали самой Церкви, либо сдавались набожным священнослужителям, имеющим смутное представление об истинном положении дел.

Дождавшись, пока гражданские сотрудники покинут помещение, Клейн не стал бежать в комнату отдыха, чтобы предупредить остальных Ночных Ястребов. Вместо этого он немедленно вернулся и помог капитану Данну и его спутникам поднять Запечатанный артефакт «2–049», останки монстра Бибера и дневник семьи Антигон на второй этаж.

Миновав перегородку, Данн толкнул дверь комнаты отдыха и обратился к двоим Ночным Ястребам, играющим в гвент:

– Фрай, Лойо, немедленно отправляйтесь в Портовый район, на склад Тириэля, и помогите Леонарду устранить последствия.

– Слушаюсь, – первой поднялась черноволосая Лойо с неизменно бесстрастным лицом.

Следом за ней встал и бледнолицый «Сборщик трупов» Фрай – черноволосый мужчина с ледяными голубыми глазами.

Они отложили карты и вышли из комнаты отдыха. Минуя перегородку, оба на мгновение замедлили шаг.

– Стойте, – крикнул им вслед Данн, не обманув всеобщих ожиданий.

– Что-то еще? – не изменившись в лице, обернулась «Бессонная» Лойо.

– Не забудьте предупредить полицию, чтобы те оцепили улицу. До тех пор, пока вы не приберетесь на месте побоища и не увезете тела, никого туда не пускайте, – Данн легонько хлопнул себя по лбу.

– Поняла, – Лойо развернулась, сделала пару шагов и снова замерла.

Обернувшись, она моргнула и с холодным безразличием уточнила:

– Капитан, больше никаких поручений?

– Нет, – категорично отрезал Данн.

Лойо едва заметно кивнула и первой направилась к выходу.

За ней, не ускоряя и не замедляя шага, последовал Фрай – «Сборщик трупов», чья аура веяла ледяным мраком.

В этот самый момент Данн снова подал голос:

– И не забудьте… не забудьте сказать Розанне и миссис Орианне, что они могут спускаться.

– Сделаем, – ответил Фрай настолько ровным тоном, что в нем не проскользнуло ни единой эмоции.

Проводив взглядом двоих Ночных Ястребов, которые покинули помещение и направились на третий этаж, Клейн с облегчением выдохнул. Он последовал за капитаном, Элом и остальными в подземелье. Миновав длинный коридор, они остановились перед массивными двустворчатыми вратами Чаниса.

– Сходи в Хранилище оружия и приведи старого Нила. Нам нужно его исцеление с помощью ритуальной магии, – приказал Данн Клейну, одновременно кивком веля дежурившему здесь «Бессонному» Кенли открыть врата Чаниса.

Действие стимулирующего зелья стремительно сходило на нет, и капитан выглядел все более изможденным.

– Хорошо, – ответил Клейн и, не дожидаясь, пока капитан добавит что-то еще, выпалил: – Я подменю старого Нила на посту у Хранилища оружия, а заодно подам заявку как минимум на двадцать пуль для охоты на демонов. И буду покорно ждать вердикта Священного Собора, подавляя в себе любопытство к дневнику семьи Антигон.

– … – Данн на мгновение лишился дара речи, не зная, что и ответить.

– Капитан, больше никаких поручений? – с улыбкой спросил Клейн, сыграв на опережение.

Данн покачал головой, так и не вымолвив ни слова.

Клейн взял свою трость, развернулся и, пройдя немного по коридору, свернул к Хранилищу оружия. Внутри он в общих чертах пересказал произошедшее пьющему воду старому Нилу.

– Превратился в обезумевшего монстра… А ты прикончил Потустороннего? – старый Нил торопливо прибрался на столе. – Звучит так, словно я слушаю сценарий какой-то театральной пьесы.

Бормоча себе под нос, он обогнул стол и устремился к выходу в коридор, даже не дожидаясь ответа Клейна.

Клейн же с нескрываемым любопытством бросил ему вслед:

– Мистер Нил, неужели у Церкви нет нормальных исцеляющих зелий? Зачем прибегать к помощи ритуальной магии?

– Зелья, сваренные из обычных ингредиентов, не способны надолго удерживать целительный эффект, дарованный ритуалом. А материалы, обладающие потусторонней силой, слишком редки, да и большинство из них попросту не годится для подобных целей, – небрежно бросил старый Нил. – Ты ведь уже видел «Взгляд Богини»? Так вот, когда это зелье только-только создают с помощью ритуала, оно является самым что ни на есть настоящим исцеляющим лекарством. Но с каждой последующей минутой его целебная сила испаряется, пока не остается лишь жалкая капля.

– Вот оно как… – с легким разочарованием кивнул Клейн.

Будучи в прошлом заядлым «клавиатурным искателем приключений» – проще говоря, геймером – он по привычке жаждал увидеть в этом мире классические исцеляющие зелья.

Проводив взглядом удаляющегося старого Нила, Клейн опустился на стул и ощутил давно забытое чувство покоя.

И в этой звенящей тишине перед его глазами вновь замелькали образы: предсмертная агония клоуна во фраке, его собственные хладнокровные выстрелы, зияющие раны и густая алая кровь.

Тело Клейна пробила мелкая дрожь, а к горлу подступил тошнотворный ком. Он вскочил на ноги, затем снова сел. Раз за разом повторяя эти бессмысленные движения, он принялся мерить шагами комнату.

– Фух… – выдохнув, он решил найти себе занятие, чтобы отвлечься и прогнать эти жуткие картины из головы.

Клейн снял цилиндр и пиджак, достал носовой платок с щеточкой и принялся скрупулезно, сантиметр за сантиметром, счищать с одежды налипшую грязь и пыль.

Неизвестно, сколько прошло времени, как вдруг он услышал до боли знакомые шаги старого Нила – старик всегда ступал с пятки на носок, создавая весьма специфический звук.

– Как же я вымотался… – ворча себе под нос, старый Нил вошел в комнату.

– Передай остальным, чтобы в ближайший час сюда никто не совался. Мне нужно как следует отдохнуть, – скользнув взглядом по Клейну, добавил он.

– Может, вам лучше подняться наверх? А я покараулю здесь, – из лучших побуждений предложил Клейн.

Старый Нил покачал головой:

– Наверху слишком шумно. Розанна – та еще трещотка, у нее рот вообще не закрывается.

– Хорошо, – не стал настаивать Клейн. Он надел пиджак, нахлобучил шляпу, взял трость и, выйдя в коридор, прикрыл за собой дверь Хранилища оружия, оставив лишь небольшую щель.

Цок, цок, цок. Неспешно шагая по пустующему туннелю, юноша вдруг заметил сбоку открытую дверь комнаты, которой раньше здесь точно не было.

«Ого, а тут, оказывается, потайная дверь…» – Клейн остановился неподалеку от поворота и заглянул внутрь.

Он увидел, что «Сборщик трупов» Фрай уже вернулся. Прямо сейчас он проводил тщательный осмотр полностью обнаженного трупа.

Труп? Сердце Клейна екнуло. Собрав волю в кулак, он подошел ближе и трижды легонько постучал по открытой двери.

Тук, тук, тук.

Фрай прервал свое занятие, повернулся и окинул его взглядом своих ледяных голубых глаз.

– Прошу прощения за вторжение. Мне просто любопытно: это тело того самого Потустороннего? – тщательно подбирая слова, спросил Клейн.

– Да, – тонкие губы Фрая разомкнулись, но он выдавил из себя лишь одно слово.

Клейн заглянул ему за спину и действительно обнаружил на лбу мертвеца знакомую жуткую рану.

«Тот самый клоун во фраке…» – Клейн незаметно выдохнул и поинтересовался:

– Нашли что-нибудь интересное?

– Нет, – предельно лаконично ответил Фрай.

В воздухе повисла неловкая пауза. Клейн уже собирался откланяться, как Фрай вдруг заговорил первым:

– Если чувствуешь себя не в своей тарелке, можешь зайти и посмотреть поближе. И тогда ты поймешь, что это всего лишь кусок мертвого мяса.

«Боится, что у меня останется психологическая травма?» – Клейн задумчиво кивнул:

– Хорошо.

Он переступил порог, подошел к накрытому белой простыней длинному столу и уставился на труп.

Красно-желто-белый грим с лица клоуна был полностью смыт, обнажив совершенно неприметное, незнакомое лицо: черные волосы, высокий нос с легкой горбинкой, на вид около тридцати лет.

В этот момент Фрай подошел к квадратному столику в углу и взял оттуда карандаш с чистым листом бумаги.

Вернувшись к трупу, он пристроил бумагу на твердой поверхности и принялся быстро орудовать карандашом – вжик, вжик, вжик.

Клейн с любопытством скользнул взглядом по его работе и с удивлением обнаружил, что Фрай рисует портрет клоуна во фраке.

Вскоре Фрай отложил карандаш. На бумаге красовался невероятно реалистичный портрет. От мертвого оригинала его отличало лишь отсутствие смертельной раны на лбу и живой блеск голубых глаз.

«А он, оказывается, талант…» – Клейн с искренним восхищением произнес:

– Я и подумать не мог, что ты так великолепно рисуешь.

– До того как стать Ночным Ястребом, я мечтал стать художником, – ответил Фрай абсолютно бесстрастным тоном.

– И почему же ты не исполнил свою мечту? – с недоумением спросил юноша.

Фрай убрал карандаш и, держа в руке портрет клоуна во фраке, ответил:

– Мой отец был священником Богини. И он очень хотел, чтобы я пошел по его стопам, считая это весьма достойной и уважаемой профессией.

– Так ты был священником? – опешил Клейн.

Ему было невероятно трудно представить Фрая с его ледяным, отстраненным характером в роли проповедника.

– Да, и справлялся весьма недурно, – Фрай сохранял ледяное спокойствие, но уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии улыбки. – А потом я кое с чем столкнулся, кое через что прошел… и в итоге оказался в рядах Ночных Ястребов.

Клейн не стал лезть в чужую душу и выспрашивать подробности, а лишь перевел тему:

– Если ты был священником Богини, почему не выбрал путь «Бессонного»?

– Из личных соображений, – прямолинейно ответил Фрай. – К тому же перед глазами был отличный пример – мадам Дейли.

Клейн кивнул и уже собирался сменить тему, как вдруг Фрай произнес:

– Покарауль здесь. Я должен срочно передать портрет капитану… А возиться с потайной дверью слишком долго.

– Хорошо, – хоть Клейну и было жутковато оставаться наедине с трупом, он все же заставил себя согласиться.

Как только Фрай вышел, в комнате повисла тяжелая, гнетущая тишина. Лежащее на столе мертвое тело словно давило Клейну на психику невидимым грузом.

Он глубоко вдохнул и, желая перебороть свой страх, шагнул ближе к длинному столу.

Клоун во фраке лежал неподвижно. С мертвенно-бледным лицом и плотно сомкнутыми веками, лишенный даже намека на дыхание. Помимо жуткой зияющей раны, от него исходил тот самый ни с чем не сравнимый могильный холод.

Клейн смотрел на него несколько минут, и его сердцебиение постепенно пришло в норму, а буря эмоций улеглась.

Скользнув взглядом по телу, он вдруг заметил на запястье убитого странное клеймо. Осмелев, юноша протянул руку, желая повернуть кисть мертвеца, чтобы разглядеть узор получше.

Едва ледяной холод коснулся пальцев Клейна и передался в мозг, как эта бледная, лишенная малейших признаков жизни рука внезапно дернулась вверх и мертвой хваткой вцепилась в его запястье.

Вцепилась так, что не вырваться!

Глава 79
Очередной шепот

Почувствовав, как ледяные, причиняющие острую боль пальцы с побелевшими костяшками мертвой хваткой впились в запястье, Клейн мгновенно покрылся мурашками. Инстинктивно он попытался выдернуть руку, отчаянно желая отскочить назад.

Хватка налилась свинцовой тяжестью, и юноша потянул предплечье на себя, вкладывая в это движение все свои силы.

Шмяк!

Бледное обнаженное тело неловко дернулось и с глухим стуком свалилось с длинного стола на каменный пол.

Однако мертвенно-холодные пальцы по-прежнему намертво сжимали запястье Клейна.

На мгновение его разум погрузился в ступор. В голове билась лишь одна мысль: выхватить револьвер и разрядить барабан в эту тварь.

Но поскольку ведущая рука оказалась в плену, он отбросил черную трость и несколько раз попытался выхватить оружие левой. Увы, достать револьвер из подмышечной кобуры нерабочей рукой так и не вышло.

В этот самый миг веки трупа резко распахнулись, обнажив пару безжизненных, расфокусированных голубых глаз.

Губы мертвеца дрогнули, и с них сорвался тихий шепот:

– Хорнакис… Хорнакис… Хорнакис…

После третьего повторения охваченный паникой Клейн почувствовал, как железные путы на запястье начали ослабевать. Вскоре бледные пальцы безвольно разжались.

Глаза клоуна во фраке снова плотно закрылись. Казалось, ничего сверхъестественного только что не произошло.

Если бы не лежащий на каменном полу труп, юноша вполне мог бы решить, что стал жертвой жуткой галлюцинации.

Пошатываясь, он отступил на несколько шагов. Все тело била крупная дрожь от пережитого леденящего ужаса.

Шумно, со свистом хватая ртом воздух, Клейн постепенно обрел способность мыслить. С нескрываемой настороженностью и страхом он уставился на распростертого мертвеца.

Выудив наконец револьвер, он начал осторожно, шаг за шагом пятиться к выходу. Лишь окончательно убедившись, что труп больше не подает признаков жизни, он бросил взгляд на свое запястье, которым сжимал оружие.

Там отчетливо виднелись пять глубоких темно-красных вмятин, безмолвно свидетельствующих о реальности только что произошедшего кошмара.

Клейн немного успокоился, но внутри то и дело эхом отдавалась одна-единственная фраза:

«Твою ж мать, я чуть не поседел от страха!»

Подышав еще с десяток секунд, он переключился на визуализацию предметов, чтобы окончательно взять эмоции под контроль.

Собравшись с мыслями, Клейн принялся кадр за кадром «прокручивать» недавнее происшествие.

И пусть он совершенно не понимал причин этого внезапного «оживления», ему удалось безошибочно выцепить главное: мертвец раз за разом повторял слово «Хорнакис»!

«Снова Хорнакис…» – нахмурившись, подумал юноша.

«В дневнике семьи Антигон упоминалась Страна Ночи, расположенная именно в горном хребте Хорнакис. Когда во время медитации и использования Духовного зрения я услышал те жуткие голоса, там тоже фигурировало это название. А теперь этот мертвец столь извращенным образом вновь прошептал мне его прямо в ухо… Неужели ответы на многие вопросы сокрыты именно в тех горах… А может, там таится грандиозная угроза? Например, какой-нибудь запечатанный злой бог, который с помощью подобных „наваждений“ пытается вырваться на свободу».

Пока эти мысли метались в его голове, Клейн на цыпочках вернулся в комнату. Он пару раз ткнул труп, окончательно убедившись, что тот мертв.

Решив, что нельзя позволить «Сборщику трупов» Фраю увидеть устроенный погром, Клейн собрал волю в кулак. Кряхтя и надрываясь, он кое-как затащил бледное тело обратно на длинный стол.

На протяжении всего этого процесса юноша находился на грани нервного срыва. Он вздрагивал от малейшего шороха, а ледяное прикосновение мертвой плоти к коже вызывало у него жуткие приступы тошноты.

Лишь с огромным трудом завершив эту пренеприятнейшую задачу, он наконец вспомнил, зачем вообще подходил к мертвецу в первый раз. Его взгляд вновь сфокусировался на запястье клоуна во фраке, где раньше красовалось то самое странное клеймо.

Оказалось, метка неведомо когда успела отвалиться, превратившись в сгусток крови с едва уловимым синеватым отливом.

Этот сгусток размером не больше большого пальца безмятежно парил в воздухе, напрочь игнорируя все законы физики.

– Что это такое? – прошептал Клейн, не решаясь прикоснуться к аномалии.

У него даже в мыслях не было прикарманить этот жуткий кровавый шарик. Во-первых, он понятия не имел, несет ли тот угрозу. Во-вторых, он был абсолютно уверен: Фрай, так тщательно осматривавший труп, наверняка уже заметил клеймо и даже мог знать о природе этой аномалии.

«А если Фрай не в курсе, то лучше передать эту штуку капитану. Пусть весь отряд Ночных Ястребов ломает голову и исследует ее. Всяко безопаснее, чем мне ставить на себе опыты вслепую…» – рассудил Клейн.

Находясь в организации, нужно уметь выжимать максимум пользы из ее ресурсов и возможностей.

Простояв в напряжении несколько минут, он наконец увидел возвращающегося Фрая – мужчину с черными волосами, ледяными голубыми глазами и тонкими губами.

Взгляд «Сборщика трупов» тут же прикипел к зависшему в воздухе кровавому сгустку. Он задал тот же самый вопрос, что недавно крутился в голове Клейна:

– Это что такое?

– Понятия не имею.

Честно покачав головой, Клейн без малейшей утайки пересказал ему все, что здесь произошло.

– Клеймо отвалилось и превратилось в сгусток крови…

Фрай задумчиво кивнул и добавил:

– Тела Потусторонних частенько выкидывают подобные фокусы…

Подняв взгляд на Клейна, он попросил:

– Сходи за капитаном. И не забудь рассказать ему о том, что именно шептал мертвец.

– Хорошо.

Клейн и сам мечтал поскорее убраться отсюда.

– И тебе не обязательно возвращаться вместе с ним, – бросил ему вслед Фрай. – Сомневаюсь, что тебе захочется наблюдать за тем, что будет дальше.

С этими словами он взял в руки лежащий поблизости серебристо-белый скальпель.

Все еще содрогаясь от пережитого, юноша торопливо закивал:

– Именно на это я и надеялся.

Подхватив трость и поправив шляпу, он направился к вратам Чаниса. Войдя в караульное помещение, он увидел Данна, к которому уже вернулась былая бодрость.

Капитан спокойно выслушал его рассказ и едва заметно кивнул:

– Я доложу об этом наверх. Пусть Священный Собор решает. Возможно, они отправят отряд к главной вершине хребта Хорнакис, чтобы все проверить.

Клейн утвердительно хмыкнул. Заметив, что в комнате находятся лишь капитан и «Бессонный» Кенли, он как бы невзначай поинтересовался:

– Мистер Эл и остальные отправились отдыхать?

Данн ответил кивком:

– Эл и Борджиа пошли в собор Святой Селены, а Лоротта, скорее всего, отправилась на поиски кофейни.

– Кофейни? Но ведь мадам Лоротта еще не до конца оправилась от ран? – с искренним удивлением переспросил юноша.

Потерев надбровные дуги, Данн усмехнулся:

– У Лоротты есть три страсти: кофе, сладости и горничные. По ее словам, лишь наличие всех трех компонентов способно ускорить ее выздоровление.

– Горничные? – опешил Клейн.

«Неужели у мадам Лоротты какие-то… весьма специфические наклонности?»

Данн бессильно покачал головой:

– Да, она обожает горничных. И, если быть точным, она обожает горничных с пышным бюстом.

– … Какая неординарная личность.

Клейн даже не нашелся с подходящей эмоцией для ответа.

Не став больше задерживаться, Данн направился к выходу из караульного помещения. Юноша смотрел ему вслед, терпеливо дожидаясь неизбежного.

Краем глаза он заметил, как дежуривший Кенли достал карманные часы и со щелчком откинул крышку.

«Три, два, один…» – мысленно отсчитал Клейн. И ровно в этот момент капитан остановился. Обернувшись вполоборота, он произнес:

– Забыл еще кое-что. Клейн, на тебя сегодня много чего навалилось. Когда адреналин спадет, ты наверняка почувствуешь себя выжатым как лимон. Так что на вторую половину дня ты свободен, иди домой и как следует отдохни. А завтра… завтра составь подробный список всех своих убытков и подай заявление на возмещение.

И да, не терзай себя мыслями об убийстве Потустороннего. Лишив его жизни, ты спас куда больше невинных людей.

Клейн беззвучно выдохнул с облегчением и ответил:

– На самом деле, мне уже гораздо лучше.

Данн едва заметно кивнул и уже собирался уйти, как вдруг хлопнул себя по лбу:

– И еще. Я передал портрет этого Потустороннего Леонарду, чтобы он вместе с полицией занялся расследованием. Думаю, этот тип наверняка передвигался по Тингену на экипажах, заходил в рестораны и снимал где-то жилье.

– Как мудро подметил император Россель: «Каждый шаг оставляет след».

С деревянным лицом отозвался Клейн:

– … Истинная правда.

Дождавшись, пока капитан скроется из виду, юноша тоже покинул караульное помещение и неспешным шагом побрел на второй этаж.

По пути ему в голову пришла одна мысль, заставившая сердце тревожно сжаться:

«Клоун во фраке хвастался, что Тайный Орден владеет цепочкой Последовательностей, ведущей от „Провидца“… Даже если он приукрасил, и формул высоких уровней у них нет, то уж начальными они располагают наверняка».

«А значит, в их рядах полно тех самых Провидцев».

«Что, если они с помощью гадания вычислят, кто убил их клоуна, и решат отомстить?»

«Даже если им не по зубам Ночные Ястребы, то уж со мной-то, безобидным Провидцем без боевых навыков, они расправятся в два счета…»

Клейн замер на ступенях, всерьез обдумывая эту пугающую перспективу. Впрочем, вскоре он понял, что накручивает себя на пустом месте:

«Во-первых, Тайный Орден знать не знает поименный состав Ночных Ястребов Тингена».

«Во-вторых, даже если они в курсе пары-тройки оперативников, меня, простого гражданского сотрудника, в этом списке точно нет».

«В-третьих, в подобных обстоятельствах вычислить убийцу под силу разве что какому-нибудь „Пророку“».

С облегчением выдохнув, он вышел из охранного предприятия и сел на общественный экипаж до улицы Нарциссов.

Несмотря на то что он пропустил обед, аппетита не было ни в одном глазу.

Зайдя в спальню, Клейн первым делом стянул с себя безнадежно испорченный строгий костюм и полуцилиндр, после чего рухнул на кровать, желая просто уснуть.

Его мозг продолжал работать на повышенных оборотах, не давая расслабиться. Вот только теперь перед глазами мелькали не сцены убийства клоуна, а процесс перетаскивания его трупа и то самое омерзительное, леденящее душу прикосновение.

Психологический барьер от первого в жизни убийства заметно ослаб, зато на его место пришла тошнота, вызывающая табуны мурашек при одном лишь воспоминании о мертвой плоти.

«Видимо, этого Фрай и добивался. Хотел, чтобы я поборол один страх, столкнувшись с трупом напрямую… И план сработал, старой травмы как не бывало. Жаль только, что появилась новая…»

Юноша самоиронично усмехнулся, и напряжение постепенно начало отпускать.

Он сам не заметил, как провалился в сон. Разбудило его лишь настойчивое урчание в желудке.

– Кажется, я бы сейчас слона съел! – пробормотал Клейн.

Выглянув в окно, он увидел, что солнце уже клонится к закату, раскрашивая горизонт огненными красками.

Переодевшись в старую, но уютную домашнюю одежду, он поспешил на первый этаж. Не успел он подумать о том, что приготовить на ужин, как в замке лязгнул ключ.

«Мелисса…» – уголки его губ поползли вверх.

С тех пор как сестра начала ездить на общественном экипаже, она больше не задерживалась допоздна.

Дверь распахнулась, и Мелисса, семеня мелкими шажками, вошла внутрь. В руках она держала сумку с учебниками и канцелярскими принадлежностями.

Заметив Клейна на кухне, она сообщила:

– Клейн, тебе письмо! От твоего наставника.

«Письмо от мистера Коэна? Ах да, я же отправлял ему запрос об истории главной вершины Хорнакиса…» – Клейн на миг замер, но тут же все вспомнил.