Текст книги "Клоун (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 101 страниц)

Глава 49
Искусство гадания

Как «Провидец», лишь недавно переступивший порог в мир мистицизма, Клейн не смел утверждать, что знает многое. Но он определенно знал больше обывателей и прекрасно понимал, что все многообразие гадательных искусств можно разделить на три большие категории по одному конкретному критерию.

И этим критерием был источник «откровения»!

К первой категории относились карты Таро, обычные игральные карты, маятник, лозоходство, толкование сновидений и тому подобное. Они опирались на «откровение», полученное через связь Духовности самого «вопрошающего» с Духовным миром, чтобы истолковать результат гадания. Вот только гадание на маятнике и поиск с лозой предъявляли крайне высокие требования к Духовности, Духовному и Астральному телам. Обычный человек, не будучи Потусторонним, просто не мог получить точное и ясное «откровение». А вот гадание на картах, благодаря заранее заданным символам, позволяло проявиться даже тем смутным «откровениям», которые бессознательно улавливали обычные люди. Толкование снов находилось где-то посередине.

Ко второй категории относились нумерология, астрология и все их производные. Предсказатель использовал объективную информацию, полученную от вопрошающего или из природных изменений, чтобы путем вычислений и умозаключений вывести и истолковать соответствующий результат. Здесь инициатива принадлежала не вопрошающему, а самому предсказателю.

Третья категория опиралась на вмешательство третьей силы, помимо предсказателя и вопрошающего. К ней относились известные Клейну по прошлой жизни вызовы духов с помощью блюдечка или карандаша.[70]70
  Вызов духов с помощью блюдечка или карандаша (碟仙 и 笔仙) – популярные в Азии спиритические сеансы, аналогичные доске Уиджи.


[Закрыть] Через определенные ритуалы человек взывал к неведомым, таинственным сущностям с просьбой дать прямой ответ. И хотя у обычных людей это редко получалось, в случае успеха – особенно если удавалось связаться с кем-то полным злобы или сводящим с ума одним лишь своим присутствием, – всё обычно заканчивалось трагедией.

Упомянутое Хайнасом Винсентом «гадание на волшебном зеркале» относилось как раз к этой категории. В мистицизме зеркало считалось вратами в неизведанное, в царство непостижимого, дверью в Духовный мир. Именно поэтому Клейн и остановился у дверей переговорной, желая послушать, что именно будет рассказывать этот именитый предсказатель. А заодно решить, не стоит ли доложить обо всем капитану, чтобы тот посреди ночи нагрянул к Хайнасу с «проверкой газового счетчика».

Разумеется, существовал и безопасный способ «гадания на волшебном зеркале» – взывать за ответом к семи ортодоксальным божествам. И пусть обычным людям было невероятно сложно получить истинное «откровение», это хотя бы не грозило им смертельной опасностью или жуткими последствиями.

А вот тот вид «гадания на волшебном зеркале», за которым строго следили Ночные Ястребы, Каратели и прочие организации, подразумевал обращение за помощью к злым богам или таинственным сущностям, почитаемым тайными культами. Выдумывать заклинания из головы тоже строго запрещалось: кто знает, вдруг какое-нибудь случайное слово или характеристика привлечет внимание неведомого зла.

В этом мире, пропитанном потусторонними силами, подобные гадания почти всегда заканчивались крайне плачевно. Клейн даже подозревал, что прежний владелец тела вместе с Уэлчем и Наей, опираясь на дневник семьи Антигон, провели нечто подобное – эдакое «черное гадание».

Тем временем Хайнас закончил объяснять пятерым членам клуба теорию гадания на волшебном зеркале и перешел к описанию самого процесса:

– Во-первых, вы должны выбрать подходящую дату и время, опираясь на то, какому божеству поклоняетесь. В этом вам поможет «Астрологический справочник». Например, все мы знаем, что воскресенье – это символ Богини Вечной Ночи, воплощение покоя. А часы с двух до трех ночи, с девяти до десяти утра, с четырех до пяти дня и с одиннадцати вечера до полуночи – это часы луны, подвластные Богине Вечной Ночи. Следовательно, предсказатель, поклоняющийся Богине, может проводить «гадание на волшебном зеркале» в эти промежутки времени по воскресеньям.

«А у него весьма прочная база знаний…» – Клейн, скрываясь за полуоткрытой дверью переговорной, едва заметно кивнул.

Нельзя было не признать, что в условиях взаимного сдерживания семи великих Церквей некоторые мистические знания все же просачивались в массы. Например, тот же «Астрологический справочник» содержал множество истинных символических значений. Вот только без зелий и потусторонних сил обычные люди вряд ли могли добиться от них желаемого эффекта.

– Во-вторых, необходимо тщательно протереть зеркало. Оно обязательно должно быть посеребренным. Затем вы ставите его в той части дома, которая символизирует луну… – Хайнас демонстрировал свои слова на реквизите, который держал в руках.

«Ошибаешься. На этом этапе следует использовать гадание на маятнике. Сначала выбираешь место, затем мысленно семь раз повторяешь: „Здесь подходящее место для гадания на волшебном зеркале“, а после смотришь на вращение кулона. По часовой стрелке – правильно, против – ошибка… Конечно, если ты взываешь к злонамеренным, неведомым сущностям, место уже не играет роли. Главное – вызовешь ли ты у Них интерес…» – мысленно поправил его Клейн.

В этот момент он почувствовал себя инспектором, присутствующим на открытом уроке…

Хайнас Винсент, разумеется, не мог прочесть его мысли и ровным тоном продолжил в деталях описывать предварительную подготовку.

Дождавшись, пока члены клуба закончат делать записи, он продолжил:

– Окончив омовение, убедитесь, что все шторы плотно задернуты, а дверь заперта на ключ. Затем зажгите свечу и поставьте ее перед зеркалом. Благоговейно вознесите молитву божеству, в которое верите. Вопрос должен быть предельно простым, избегайте сложных формулировок… Повторив молитву семь раз, возьмите зеркало и легонько бросьте его на пол. Именно легонько… Запомните узор, образованный осколками – это и есть откровение, дарованное божеством… А теперь я подробно расскажу о нескольких основных символах.

«Фух, это ортодоксальное гадание на волшебном зеркале», – Клейн с облегчением выдохнул. Медленно войдя в переговорную, он вернулся на свое прежнее место и одним глотком допил остатки кофе «Саутвилл».

Под «ортодоксальным» подразумевалось то, что ты действительно мог получить откровение, но истолковать его было практически невозможно.

А вот если на этом этапе ответ получал Потусторонний, то он мог напрямую увидеть в зеркале определенные образы и почерпнуть вполне ясную информацию!

Поскольку вариантов символов из осколков было великое множество, лекция Хайнаса затянулась. Даже когда Эдвард Стив закончил сеанс гадания для клиента и вернулся в переговорную, лектор все еще не закончил.

Клейн не стал расспрашивать Эдварда о том, на что тот гадал и какой метод использовал. Это было негласным правилом среди предсказателей. Отыгрывая роль «Провидца», юноша, разумеется, был обязан строго его соблюдать – если только собеседник сам не заговорит об этом.

– Я заметил, что зачастую наши толкования выходят слишком уж расплывчатыми. Словно мы пытаемся угодить всем подряд, чтобы каждый мог найти в них описание своей ситуации, – Эдвард сделал глоток сиборнского черного чая и тихо вздохнул. – Например: «На вашем пути будет много препятствий и невзгод, но в конце вы увидите свет в конце тоннеля». Хе-хе, вот только никто не знает, когда именно этот свет появится. Или вот: «Ваше путешествие пройдет не совсем гладко, но вы точно доберетесь живым». И правда, мертвецы ведь не придут ко мне с претензиями.

Поскольку Эдвард не застал начало лекции Хайнаса о «гадании на волшебном зеркале», он попросту пропустил её мимо ушей.

– Ошибка выжившего, – с улыбкой добавил Клейн.

Суть «ошибки выжившего» сводилась к тому, что выводы часто строятся на данных, полученных только от живых, «выживших» людей, игнорируя мертвых, из-за чего результаты получаются искаженными.

– В точку! Император Россель и впрямь был великим философом, – восхищенно воскликнул Эдвард.

«…» – Клейн поднес к губам пустую кофейную чашку и сделал вид, что отпил глоток.

Весь остаток дня члены клуба увлеченно обсуждали астролябии и волшебные зеркала, лишь изредка подходя к Клейну и Эдварду, чтобы вовлечь их в беседу.

И каждый раз Клейн, добросовестно выполняя свой долг неофициального сотрудника Ночных Ястребов, старательно уводил их мысли подальше от всего, что могло быть связано с потусторонним или таить в себе опасность.

Однако то, ради чего он сюда пришел, так и не увенчалось успехом: в клуб заглянуло несколько клиентов, но ни один из них не выбрал его в качестве предсказателя.

«Может, в следующий раз стоит самому предлагать услуги? Выдавать что-нибудь в духе: „Вас преследует злой рок“, „Вскоре вас постигнет несчастье“, „Вам ни в чем не будет сопутствовать удача“? Нет, это уже не „Провидец“, а какой-то балаганный шарлатан…» – предаваясь этим мыслям, Клейн невольно покачал головой и горько усмехнулся.

Взяв трость и поднявшись, он попрощался и покинул клуб.

* * *

В половине шестого вечера Эдвард Стив, надев пальто и уже собираясь выйти из Клуба гадателей, вдруг заметил знакомую фигуру.

– Добрый вечер, Глейсис. Давно не виделись, – с улыбкой поприветствовал он товарища по увлечению. Тот, как обычно, был облачен в строгий костюм с черным галстуком-бабочкой, а из нагрудного кармана на цепочке свисал монокль.

Однако Эдвард тут же обратил внимание на то, что Глейсис выглядит просто ужасно: лицо осунулось, а его мягкие светло-русые волосы казались сухими и безжизненными.

– Добрый вечер, Эдвард… кхе-кхе. – Глейсис, держа в руке шляпу, внезапно прикрыл рот кулаком и надсадно закашлялся.

Эдвард обеспокоенно спросил:

– Ты выглядишь так, будто перенес тяжелую болезнь.

– Очень тяжелую. Дело дошло до двустороннего воспаления легких. Если бы моей жене не посчастливилось наткнуться на одного искусного аптекаря, который дал мне чудесное лекарство, боюсь, в следующий раз мы встретились бы уже на кладбище, – в голосе Глейсиса сквозил пережитый ужас пополам с облегчением.

– О Боже, поверить не могу! Ты же всегда пылал здоровьем! А посмотри на себя сейчас – краше в гроб кладут! Я ведь гадал тебе на прошлой неделе, и не было ни малейшего намека на серьезную хворь, – Эдвард удивленно взмахнул тростью.

– Мои собственные гадания показывали то же самое. Видимо, мы с тобой еще не стали настоящими предсказателями. К тому же… к тому же… – Глейсис внезапно вспомнил о событиях минувшего понедельника, и его лицо мгновенно стало предельно серьезным.

В этот момент к ним подошла красавица Анжелика и с вежливой улыбкой поклонилась.

Обменявшись приветствиями, она сначала поинтересовалась здоровьем Глейсиса, дала пару советов, а затем как бы невзначай обмолвилась:

– Мистер Глейсис, тот самый мистер Моретти, который в прошлый раз обращался к вам за гаданием, сегодня вступил в наш клуб.

– Тот самый, что гадал у меня? – глаза Глейсиса тут же вспыхнули. – О Боже! Где он?

– Он уже ушел, – Анжелика и Эдвард в недоумении переглянулись, не понимая причин столь бурной реакции.

Глейсис взволнованно зашагал взад-вперед:

– Если он появится снова, а меня не будет в клубе, умоляю, обязательно узнайте, когда он придет в следующий раз!

– Глейсис, да в чем дело? Этот Клейн Моретти что-то с тобой сделал? – озадаченно спросил Эдвард.

Глейсис вскинул руки и, встретив пытливые взгляды Эдварда и Анжелики, с жаром ответил:

– Он потрясающий, невероятный, просто феноменальный…

Резко опустив руки и сделав акцент на трех эпитетах подряд, Глейсис во все горло выпалил:

– Врач!

Глава 50
Способ старого Нила вернуть долг

Половина восьмого вечера. За обеденным столом семьи Моретти.

– Клейн, почему тебе, будучи консультантом, тоже приходится приходить так рано? Разве эти срочные дела охранной компании не таят в себе опасность? – Бансон наколол на вилку кусочек картофеля из тушеной с картошкой говядины, с затаенным беспокойством упомянув утренний инцидент.

Клейн осторожно выплюнул косточку жареной рыбы и, будучи готовым к подобным вопросам, ответил:

– Нужно было срочно переправить в Баклунд партию исторических документов. Мне пришлось присутствовать при описи, чтобы убедиться, что ничего не пропало. Сам понимаешь, эти любители махать кулаками ни черта не смыслят в древнем фейсакском языке.

Выслушав его ответ и прожевав еду, Бансон невольно вздохнул:

– Знания и впрямь невероятно важны.

Воспользовавшись моментом, Клейн достал оставшуюся пятифунтовую банкноту и протянул ее брату:

– Это премия, которую я сегодня получил. Тебе как раз давно пора купить приличный костюм.

– Пять фунтов⁈ – в один голос воскликнули Бансон и Мелисса.

Бансон взял купюру, осмотрел ее со всех сторон и, наполовину удивленно, наполовину недоверчиво, протянул:

– А эта охранная компания и впрямь на редкость щедрая…

Его собственное жалованье составляло всего один фунт и десять сулов в неделю. За четыре недели набегало ровно шесть фунтов – всего на фунт больше этой премии! И на эти деньги он умудрялся содержать младших брата и сестру, оплачивать вполне сносное жилье, кормить их мясом два-три раза в неделю и каждый год покупать по несколько новых вещей!

– И вы даже не сомневаетесь в моих словах? – нарочито поинтересовался Клейн.

Бансон усмехнулся:

– Думаю, у тебя не хватит ни способностей, ни смелости, чтобы ограбить банк.

– Ты не из тех, кто умеет лгать, – серьезно ответила Мелисса, отложив нож и вилку.

«Вообще-то, теперь ложь вошла у меня в привычку…» – Клейну вдруг стало немного стыдно. И пусть его вынуждали обстоятельства, безоговорочная вера сестры вызывала легкую грусть.

– Сегодняшнее дело было крайне срочным и важным, и я сыграл в нем ключевую роль… В этом и кроется причина такой щедрой премии, – вкратце пояснил Клейн. В каком-то смысле все его слова были чистой правдой.

Что же касалось тех пяти фунтов из бюджета – изначально предназначенных для вступления в Клуб гадателей – их он решил утаить. Во-первых, если он принесет домой еще пять фунтов, это до смерти напугает брата и сестру: они точно решат, что он связался с криминалом. А во-вторых, ему и самому нужно было скопить немного денег на материалы для изучения пути «Провидца» и постижения мистических знаний.

Бансон с удовольствием откусил кусок овсяного хлеба и, поразмыслив с десяток секунд, произнес:

– Для моей нынешней работы слишком приличная одежда не требуется. Вернее сказать, не нужны костюмы из дорогих тканей. Того, что у меня есть, вполне достаточно.

Не дожидаясь возражений Клейна, он добавил:

– Благодаря этому дополнительному доходу у нас наконец-то появились настоящие сбережения. Я планирую купить еще несколько книг по бухгалтерскому учету для более глубокого изучения. Клейн, Мелисса, я не хочу, чтобы через пять лет мое жалованье все еще было меньше двух фунтов в неделю. Хех, вы же знаете: у моего босса и менеджера вместо мозгов дерьмо, и стоит им открыть рот, как оттуда разит нестерпимой вонью.

– Отличная идея, – горячо поддержал его Клейн, заодно направив мысли в нужное русло: – А почему бы тебе заодно не полистать мои книги по грамматике? Если хочешь стать по-настоящему уважаемым человеком и получать достойную зарплату, это ключевой фактор.

«Возможно, уже в ближайшем будущем в Королевстве Лоэн введут экзамены на госслужбу. Заблаговременная подготовка даст огромное преимущество…»

Глаза Бансона загорелись:

– А ведь я совсем об этом забыл. Ну, давайте выпьем за прекрасное будущее!

Он не стал открывать темное пиво, а просто разлил по трем стаканам устричный суп, и они втроем легонько чокнулись.

Выпив бульон, Клейн посмотрел на сестру, все еще воюющую с жареной рыбой, и тихо усмехнулся:

– Помимо книг для Бансона, думаю, Мелиссе тоже не помешает новое платье.

Девушка вскинула голову и замахала руками:

– Нет, я считаю, что лучше всего…

– Отложить, – закончил за нее Клейн.

– Угу, – Мелисса энергично закивала.

– На самом деле, если не гнаться за дорогими тканями и последним писком моды, оно обойдется не так уж дорого. А оставшиеся деньги мы отложим, – тоном, не терпящим возражений, отрезал Клейн.

Бансон тут же поддержал брата:

– Мелисса, неужели ты собираешься пойти на шестнадцатилетие Селены в старом платье?

Селена Вуд была одноклассницей и близкой подругой Мелиссы. Ее семья жила в достатке: старший брат работал солиситором, а отец был старшим клерком в тингенском отделении Банка Баклунда. Впрочем, так называемый «званый ужин» на деле был просто посиделками с друзьями: они вместе ужинали, болтали и играли в карты.

– Ладно, – опустив голову, пробормотала Мелисса и свирепо наколола на вилку кусок тушеной говядины.

Помолчав немного, она вдруг кое-что вспомнила и торопливо подняла голову:

– Миссис Шод по соседству прислала служанку с визитной карточкой. Она хочет нанести нам полуформальный визит в воскресенье во второй половине дня, то есть завтра в четыре часа, чтобы познакомиться с новыми соседями.

– Миссис Шод? – Клейн в полном недоумении уставился на брата с сестрой.

Бансон постучал пальцами по краю стола, словно пытаясь что-то вспомнить:

– Миссис Шод из дома номер четыре по улице Нарциссов? Я видел ее мужа, он весьма опытный солиситор.

– Опытный солиситор… возможно, он знаком со старшим братом Селены, – с легкой радостью заметила Мелисса.

«Наш дом – номер два…» Клейн едва заметно кивнул:

– Знакомство с соседями – дело нужное. Но, как вы знаете, по воскресеньям я все так же хожу в охранную компанию, выходной у меня только в понедельник. Так что извинитесь перед миссис Шод от моего имени.

Сказав это, он вдруг вспомнил соседей из своего детства в прошлой жизни, соседей по квартире на улице Железного Креста, и с усмешкой вздохнул:

– Полуформальный визит… Разве соседи не должны знакомиться и общаться просто, в естественной обстановке?

– Ха-ха, Клейн, ты просто не понимаешь. В последнее время ты читаешь много газет, но совсем не заглядываешь в женские и семейные журналы. А ведь они называют семьи с годовым доходом от ста до тысячи фунтов средним классом, провозглашая их опорой всего Королевства! Они восхваляют средний класс за то, что в нем нет высокомерия аристократов и богачей, но и нет грубости бедняков.

Бансон с легкостью и удовольствием пустился в объяснения:

– Эти журналы упростили множество аристократических ритуалов, сделав их отличительными чертами среднего класса. Отсюда и пошло разделение на дружеские, полуформальные и официальные визиты.

Покачав головой, он со смешком добавил:

– Как правило, джентльмены, леди и мисс, причисляющие себя к этому классу, придают огромное значение подобным деталям. Визиты к соседям и друзьям с двух до шести часов дня они называют «утренними визитами».

– Утренними? – в один голос недоуменно переспросили Клейн и Мелисса.

Какие же это утренние визиты, если они проходят во второй половине дня?

Бансон отложил приборы и с улыбкой развел руками:

– Я и сам не знаю почему. Просто полистал пару журналов, которые принесли коллеги-женщины. Хм, возможно, дело в том, что для таких визитов принято надевать утренний костюм…

Изначально утренний костюм предназначался для посещения месс и собраний, но позже стал синонимом повседневной дневной одежды, в противовес вечерним нарядам.

– Ясно. Тогда не забудьте завтра с утра купить хорошего кофе и чая, а еще захватите у миссис Слин немного кексов и лимонных пирожных. Мы не должны ударить в грязь лицом перед соседями, – усмехнулся Клейн, обмакивая остатки хлеба в мясной соус, добавив картошку и отправляя все это в рот.

* * *

На следующий день, ранним воскресным утром.

Допив последнюю каплю дешевого чая и отложив газету, Клейн водрузил на голову шелковый полуцилиндр, взял свою черную трость с серебряной инкрустацией и неспешно вышел из дома. На общественном омнибусе он добрался до Зотланд-стрит.

Поздоровавшись с Розанной, которая только что закончила ночную смену и собиралась пойти в комнату отдыха поспать, он спустился в подземелье.

За углом он столкнулся с еще одной оперативницей отряда Ночных Ястребов – «Бессонной» Лойо Райдинг.

На вид это была весьма холодная и отстраненная леди с тонкими длинными бровями, большими глазами и черными волосами, гладкими как шелк.

– Доброе утро, леди Райдинг, – с улыбкой поприветствовал ее Клейн.

Лойо окинула его взглядом своих темно-синих глаз и едва заметно кивнула.

Они уже почти разошлись, как вдруг она остановилась и, глядя прямо перед собой, произнесла:

– Ритуальная магия – крайне опасная вещь.

«А?..» – Клейн на секунду опешил. Но когда он обернулся, то увидел лишь удаляющуюся фигуру леди.

– Спасибо, – нахмурившись, негромко бросил он вслед Лойо Райдинг.

Свернув налево, он вскоре добрался до комнаты охраны арсенала. Внутри находился старый Нил, а вместе с ним – Брет, которого здесь вообще быть не должно.

– Идем ко мне домой. Я уже взял нужные материалы, а Брет согласился подменить меня на посту, – добродушно рассмеялся старик.

Клейн искренне удивился:

– Разве мы не будем заниматься здесь?

Подхватив небольшой серебряный чемоданчик, старый Нил цокнул языком:

– Здесь нет места для практики ритуальной магии.

Юноша не стал больше задавать вопросов и проследовал за наставником обратно на поверхность. Сев на общественный омнибус, они доехали до самого пригорода в Северном районе.

Старик жил в отдельном доме, перед которым раскинулся сад. Здесь росли розы, золотая мята и прочие «материалы».

За входной дверью оказалась устланная ковром прихожая, где стояли два стула с высокими спинками и подставка для зонтов.

Прихожая вела в просторную гостиную со светлыми обоями и темно-коричневым полом. В центре на небольшом коврике с цветочным узором стоял массивный круглый стол, окруженный удобными стульями и диванчиком. В углу приютилось пианино.

– Моя покойная жена обожала музыку, – как бы невзначай бросил старый Нил, указывая на инструмент. – Диван и чайный столик стоят в гостиной… Но сегодня мы займемся ритуальной магией прямо здесь.

– Хорошо, – немного скованно ответил Клейн.

Опустив серебряный чемоданчик на пол, старый Нил улыбнулся:

– Сначала я покажу тебе один ритуал. Внимательно смотри и запоминай.

С этими словами он достал из чемоданчика лист пергамента и специально подготовленными черными чернилами с успокаивающим ароматом принялся выводить на нем странные узоры.

Клейн присмотрелся и вдруг осознал, что старый Нил, кажется, возможно… да он же рисует счет на оплату!

Когда старик вписал в нужную графу цифру «30» и значок «фунта», Клейн больше не мог сдерживаться. С недоумением и полным непониманием он выпалил:

– Мистер Нил, а что именно это за ритуал?

Старый Нил дважды кашлянул и на полном серьезе заявил:

– Сегодня я с помощью магии расплачусь со своим долгом в тридцать фунтов!

«А что, так можно было⁈» – глаза Клейна расширились от изумления, а челюсть отвисла.