Текст книги "Клоун (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 101 страниц)

Глава 176
Догадки

Ланевус? Тот самый преступник, обманывающий женщин и выманивающий у них деньги? И он оказался как-то связан с Худом Юджином из Алхимиков Психологии… Клейн на мгновение опешил, а затем вспомнил, что именно кроется за именем Ланевуса.

Это же тот самый мошенник, сбежавший с более чем десятью тысячами золотых фунтов!

Это ходячий сейф, за одну лишь зацепку о котором обещано десять фунтов, а за поимку – целая сотня!

Это подонок, обманувший тело и чувства невинной девушки!

И этот человек знал Худа Юджина. Мало того, он трижды навещал его в сумасшедшем доме. Неужели это означает, что он соприкоснулся с миром Потусторонних? Или он и сам является одним из них? При этой мысли в памяти Клейна внезапно всплыло название одного магического зелья:-я Последовательность пути «Мародера» – «Мошенник»!

Такие Потусторонние зачастую находят истинное удовольствие в обмане окружающих!

«Весьма вероятно!» – Клейн задумчиво кивнул. Взяв под контроль мимику и жесты, он с напускным безразличием спросил:

– А когда именно этот мистер Ланевус навещал Худа Юджина в последний раз?

– В начале июля. Чтобы назвать точную дату, мне нужно вернуться в лечебницу и полистать журнал посещений, – после нескольких секунд раздумий ответил Даст Гудериан.

«В начале июля… В то время финансовая пирамида Ланевуса еще не рухнула, и он не успел сбежать из Тингена…» – мысленно прикинул Клейн, после чего задал новый вопрос:

– Худ Юджин когда-нибудь упоминал об этом джентльмене в разговорах?

– Нет. Сами понимаете, «Психиатр» 7-й Последовательности просто не способен случайно выболтать лишнего. Каждое слово, слетающее с их губ, тщательно взвешивается и обдумывается. Если у них нет скрытых мотивов, вытянуть из них чужой секрет практически невозможно. Мне и самому удалось раздобыть рецепт «Телепата» лишь благодаря тому, что Худ Юджин спятил. Кстати, вам удалось подтвердить подлинность этой формулы? – Даст блестяще скрыл гордость за свою Последовательность.

Клейн ответил с легкой улыбкой:

– Она подлинная. Когда придет время для продвижения, можете смело по ней готовить зелье. А если Алхимики Психологии не смогут обеспечить вас нужными материалами, мы готовы прийти на помощь. И… как ваше самочувствие в последнее время?

– Весьма недурно. Если не брать в расчет беспокойство из-за Худа Юджина, я чувствую себя абсолютно расслабленным. Признаки раздвоения личности исчезли без следа. Признаться честно, в этом деле вы мне несказанно помогли, – с искренней благодарностью произнес Даст.

Клейн напустил на себя скромный вид:

– Это мой долг.

– Но вернемся к нашей прежней теме. Раз уж вы утверждаете, что «Психиатр» взвешивает каждое слово и не болтает понапрасну, тогда зачем Худ Юджин раскрыл вам, что Эл – это Ланевус? Быть может, он пытался на что-то намекнуть? Или предупредить вас о чем-то?

Даст на мгновение остолбенел. Лишь спустя долгое время он нахмурился и ответил:

– А ведь это и впрямь до жути странно. Как я вообще мог упустить это из виду… Но кроме этого Худ Юджин не обронил ни слова… Неужели он рассчитывал, что если с ним что-то случится, я передам имя Ланевуса верхушке нашей организации?

* * *

– Шесть фунтов⁈ – выпалила Мелисса. В ее голосе сквозили искреннее изумление и шок.

– Мне определенно пора подыскивать новую работу, – Бансон машинально потрогал свою отступающую линию роста волос.

Заручившись инсайдерской информацией от Клейна, он в последнее время корпел над учебниками с невероятным усердием.

Не дав Клейну и рта раскрыть, Мелисса просияла от радости:

– Если так, то, за вычетом наших обычных расходов, всего за два-три года ты сможешь сколотить сумму, достаточную для свадьбы по минимальным стандартам настоящего джентльмена! Да, Элизабет как раз недавно рассказывала мне об этих стандартах.

«…» – Клейн лишь беспомощно рассмеялся.

– До этого еще жить и жить. Разве сейчас нам не стоит просто отпраздновать? Торжественно объявляю: с сегодняшнего дня нашим главным блюдом становится белый хлеб! А как только я разгребусь с делами на работе, мы начнем ходить по разным ресторанам и пробовать тамошние деликатесы.

Мелисса бросила на него строгий взгляд и, пропустив его слова мимо ушей, произнесла:

– Мы с Бансоном собираемся на мессу в собор Святой Селены. Пойдешь с нами?

«Да я и так каждый божий день возношу хвалу Богине…» – мысленно хмыкнул Клейн, а вслух с улыбкой ответил:

– Увы, но мне просто жизненно необходимо отоспаться.

Этот сон продлился до самой половины первого. Пообедав в компании Бансона и Мелиссы, юноша вновь отправился на поиски того самого дома с красным дымоходом.

Дождавшись глубокой ночи, когда весь дом погрузился в тишину, он надежно запечатал спальню Духовностью, намереваясь опробовать ритуал призыва посланника, переданный ему «Наставником Смерти» Дейли.

Глава 177
Письмо

Для нынешнего Клейна простые магические ритуалы стали таким же привычным и обыденным делом, как еда или питье. Вскоре он закончил подготовку материалов и зажег свечу, символизирующую его самого.

Глядя на мерцающее, тускло-желтое пламя на письменном столе, Клейн внезапно поймал себя на весьма забавной мысли:

«А это не считается тем, что я сам по себе ставлю свечку?»[140]140
  为自己点蜡 (wèi zìjǐ diǎn là) – Ставить себе свечку / Зажигать по себе свечу. Китайский интернет-сленг, означающий предчувствие собственной гибели, неудачи или выражение сочувствия к самому себе в безнадежной ситуации.


[Закрыть]

«Черт возьми, о чем я вообще думаю!»

* * *

Обуздав свои мысли, он взял щепотку порошка из черного гнилоцвета, относящегося к сфере Смерти, и легонько посыпал им пламя свечи. Воздух мгновенно наполнился резким запахом, до боли напоминающим формалин из его прошлой жизни.

Следом он капнул туда же «экстракт полной луны» – атрибут, тесно связанный с Богиней Вечной Ночи.

Под тихое шипение пространство вокруг погрузилось в абсолютную тишину, наполнившись незримой, едва уловимой пульсацией.

Клейн сделал шаг назад и низким голосом зачитал на древнем гермесе:

– Я!

Затем он перешел на обычный гермес:

– Я призываю своим именем;

– Дух, блуждающий в пустоте; существо высших сфер, покорное чужой воле; посланник, принадлежащий исключительно Дейли Симон.

У-у-у!

Внезапно поднявшийся ветер завыл, словно кто-то горько зарыдал, а тускло-желтое пламя свечи мгновенно окрасилось в призрачный, темно-синий цвет.

В его свете стена за письменным столом пошла едва заметной, прозрачной рябью. И прямо из нее проступило жуткое, гротескное лицо – лишенное бровей, глаз и носа, с одним лишь огромным ртом.

Рот широко распахнулся, исторгнув длинный, кроваво-красный язык, сплошь усеянный кривыми, острыми клыками. А на самом кончике этого языка топорщились пять тонких, костлявых пальцев. Они то сжимались, то разжимались, явно дожидаясь письма.

«И это посланник мадам Дейли? По сравнению с тем, что призывал мистер Азик, это просто детские игрушки… Нет, даже это сравнение не передает всей пропасти между ними. Один – исполинский взрослый гигант, а другой – крошечный человеческий младенец… Интересно, это заслуга того самого медного свистка, или дело в личной мощи самого мистера Азика? Пожалуй, мне стоит кардинально пересмотреть свое отношение к нему. Вполне вероятно, что он – эксперт высокой Последовательности…»

«Ой, совсем вылетело из головы! Нужно было расспросить мадам Дейли о названиях 4-й и 3-й Последовательностей пути „Сборщика трупов“. Раз уж мистер Азик с огромной долей вероятности принадлежит именно к этой цепочке. Впрочем, далеко не факт, что он продвигался с помощью магических зелий… Возможно, всё дело в наследственности… Ладно, спрошу в следующий раз. Посланник уже заждался…»

Внимательно разглядев жуткое создание еще пару секунд, Клейн вложил заранее сложенное письмо прямо в «руку» на языке посланника, убедившись, что пальцы крепко его сжали.

Вшух!

Посланник молниеносно втянул язык, проглотив письмо. Призрачное, гротескное, непрерывно извивающееся лицо тут же вжалось обратно в стену и бесследно исчезло.

«Надо признать, магические методы – это чертовски круто и удобно. Жаль только, что их нельзя внедрить в массы…» – Клейн, глядя на вернувшее свой привычный цвет пламя свечи, покачал головой и завершил ритуал.

* * *

Утро понедельника. Баклунд, Район Императрицы.

В укромном, скрытом от посторонних глаз уголке муниципального сада, построенного на пожертвования герцога Нигена, Сью Дилча с вечно растрепанными светлыми волосами и источающая ауру лени Форс Уолл остолбенело пялились на своего связного. Они напрочь лишились дара речи, не зная, как с «этим» поздороваться.

Едва перешагнувшая отметку в полтора метра, миниатюрная и хрупкая Сью во все глаза смотрела на огромного золотистого ретривера, который радостно вилял хвостом и высовывал язык. Поправив на себе костюм рыцаря-ученика, девушка, тщательно подбирая слова, произнесла:

– Ты и есть тот самый посланник, которого прислала мисс Одри?

«О Богиня, и зачем я на полном серьезе разговариваю с собакой…»

Форс, зажав тонкими пальцами сигарету, усмехнулась:

– А вдруг это какое-нибудь магическое существо?

– Что-то я не припомню магических существ, которые были бы настолько похожи на обычную собаку… – на полном серьезе парировала Сью.

Сьюзи тут же чинно уселась, закрыла пасть и указала лапой на свой живот.

Там, в густой длинной шерсти, был надежно закреплен небольшой кожаный кошелек.

Сью воровато огляделась по сторонам. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, она торопливо шагнула вперед, наклонилась и отстегнула сумочку.

Форс с любопытством бросила взгляд на находку, и выражение ее лица внезапно стало крайне странным:

– Крокодиловая кожа… Причем чувствуется стиль именитого дизайнера Седеса… Подумать только, она использует такую сумочку для банальной курьерской доставки…

– … Иными словами, она жутко дорогая? – Сью слегка приподняла кожаный кошелек.

Форс плотно сжала губы и предельно серьезно кивнула.

Движения Сью мгновенно замедлились до комичного предела. Она с замиранием сердца, едва дыша, потянула за молнию и извлекла сложенный листок бумаги, словно держала в руках бесценную антикварную вазу.

Бегло прочитав послание, она передала его Форс.

Писательница внимательно изучила текст, после чего поднесла бумагу к сигарете. Она молча наблюдала, как пламя пожирает лист, превращая его в черный пепел, осыпающийся прямо на землю.

– Никаких дополнительных сведений, – Сью машинально надула губы и выудила из кармана своего костюма стопку сложенных листов.

Напустив на себя строгий, начальственный вид, она посмотрела на Сьюзи и на инстинктах строго-настрого наказала:

– Это наши отчеты о расследовании за последние несколько дней. Ты обязана передать их лично в руки мисс Одри Холл.

Сьюзи вздрогнула от испуга, поспешно выпрямила спину и принялась лихорадочно вилять хвостом, всем своим видом выражая послушание.

Сью удовлетворенно кивнула, затолкала отчеты в кожаный кошелек и аккуратно закрепила его обратно на теле собаки.

Сьюзи радостно тявкнула и пулей сорвалась с места, растворившись среди деревьев парка.

* * *

Роскошный особняк семьи Холл.

Одри сидела на диване в своей гостиной. Вооружившись ножом для вскрытия писем, она как раз собиралась вскрыть конверт.

Послание прибыло прямиком с Южного континента, из Империи Балам, от ее второго по старшинству брата. К письму прилагалась еще и внушительная посылка.

В этот самый момент дверь приоткрылась, и в комнату мелкими, частыми шажками вбежала Сьюзи.

Золотистая ретриверша чинно уселась на ковер перед Одри и выразительно похлопала лапой по кожаной сумочке.

– Ты просто самый лучший на свете курьер! – Одри совершенно не скупилась на похвалу.

Сьюзи оглянулась на дверь и, заставив воздух вибрировать, тихонько произнесла:

– Твоя подруга такая строгая… Когда я на нее смотрю, мне сразу вспоминается прошлое. Те времена, когда нас муштровали настоящие, суровые охотники.

Она досталась графу Холлу совершенно бесплатно – как подарок при покупке элитных охотничьих собак.

«Сьюзи, твой лоэнский с каждым днем становится всё лучше и лучше… Вот только с логикой построения фраз пока еще есть крошечные проблемы…» – с улыбкой подумала Одри, наблюдая за тем, как собака ловко отстегивает кошелек и привычным движением тянет застежку-молнию.

Девушка многозначительно подмигнула. Ретриверша мгновенно всё поняла: вскочив на лапы, она бросилась к двери и щелкнула замком, заперев ее изнутри.

* * *

«…Я не стал заваливать тебя подарками. Выбрал лишь парочку безделушек с истинно баламским колоритом. Например, отрез их знаменитого желтого шелка или украшения, пропитанные мотивами поклонения Смерти».

«Я помню, ты всегда питала слабость к мистицизму. Буду держать ухо востро и поищу что-нибудь интересное. Здешний фольклор и поверья насквозь пропитаны магией и тайнами…»

…

Дочитав послание, Одри взяла планшет, чистый лист и ручку. Откинувшись на спинку дивана и слегка поджав губы, она принялась старательно выводить ответ:

«Мой самый дорогой и любимый Альфред!»

«Хоть с твоего отъезда и прошло меньше года, та маленькая, наивная девочка из твоих воспоминаний уже успела повзрослеть. Я больше не увлекаюсь мистикой, так что тебе совершенно не нужно тратить время на поиски подобных вещей».

«Потому что это до смерти опасно…» – мысленно добавила Одри, слегка надув щеки.

За последнее время, побывав на собраниях Потусторонних и вдоволь наслушавшись историй от Сью и Форс, она узнала о стольких пугающих, кровавых трагедиях, связанных с мистикой, что у нее волосы вставали дыбом.

Немного подумав, она с воодушевлением вывела новую строчку:

«Теперь все мои интересы лежат в плоскости биологии! В последнее время я просто без ума от семицветных драконов-ящериц и прочих полудраконов. Не мог бы ты навести справки и разузнать, где можно отыскать подобных созданий или хотя бы их безупречно сохранившиеся останки?»

Глава 178
Внезапность

Поделившись забавными случаями и светскими сплетнями аристократов, Одри отложила ручку и напустила на себя вид глубоко задумавшегося человека.

Опираясь на свою превосходную память «Зрителя», она кропотливо, крупица за крупицей, восстановила в уме обрывки фраз и редкие наставления своего отца, графа Холла, а также новости, услышанные на банкетах, балах и в салонах, выстраивая их в связный текст.

Лишь окончательно сформулировав мысли, Одри вновь коснулась пером бумаги:

«Что же касается твоего вопроса о политической ситуации в Баклунде, то это совершенно вне сферы моих интересов. Я могу лишь поделиться теми крохами, что случайно осели в моей памяти».

«Буквально на днях отец рассказал мне, что после отмены „Хлебного закона“ цены на зерно стремительно рухнули, а вслед за ними катастрофически обвалились и ставки на аренду пахотных земель и пастбищ. Я не в силах назвать точные цифры, но приведу один наглядный пример».

«Как тебе известно, герцог Ниген – крупнейший землевладелец среди аристократии, уступающий лишь королевской семье. Поговаривают, стоимость его угодий, пастбищ и лесов превышает двенадцать миллионов фунтов. В прошлом году доход с аренды достиг исторического максимума – миллиона трехсот тысяч фунтов. А в этом году, по самым оптимистичным прогнозам, он составит от силы восемьсот пятьдесят тысяч. Потери составили целых четыреста пятьдесят тысяч золотых фунтов! Эта сумма превышает всё мое будущее наследство!»

«Не думаю, что нужны дальнейшие пояснения. Мой дорогой брат, ты и сам прекрасно знаешь повадки подавляющего большинства аристократов старой закалки. Для них владение землей – предмет величайшей гордости, а рента – главный источник дохода. При этом поддержание лица и статуса для них превыше всего. Даже по уши в долгах они продолжат вести образ жизни, подобающий их положению. Ремонт замков, обходящийся в десятки тысяч фунтов ежегодно, траты на наряды и драгоценности, исчисляемые тысячами, а то и десятками тысяч фунтов, не говоря уже о регулярных охотах, светских приемах, редких, но помпезных свадьбах, роскошных похоронах и тому подобном».

* * *

Белоснежные кости, дочиста обглоданные и лишенные малейших следов плоти, в беспорядке громоздились прямо напротив входа.

А в самом центре этой костяной кучи покоилась голова с широко распахнутыми, пустыми глазами. Это был Даркхолм.

На его пухлом лице всё еще застыла добродушная улыбка, словно ничего страшного не произошло. И, что самое жуткое, в доме не чувствовалось ни малейшего запаха крови. Абсолютно никакого.

Будучи в прошлом врачом в клинике, а ныне автором бестселлеров и Потусторонней 9-й Последовательности, Форс доводилось видеть и куда более омерзительные картины смерти. Похлопав по плечу напряженную как струна и едва сдерживающую рвотный позыв Сью, она окинула комнату взглядом и произнесла низким голосом:

– Цилангос? Вице-адмирал Ураган Цилангос?

– Он заметил, что Даркхолм вынюхивает информацию о пропавших бродягах, выследил его и заявился прямо к нему домой?

– Или Даркхолм сам наткнулся на его след, но был раскрыт?

Сью, изо всех сил подавляя приступы тошноты, с предельно серьезным видом кивнула:

– Чего еще ожидать от пиратского адмирала, прославившегося своей жестокостью и коварством… Да и вся эта чертовщина идеально вписывается в слухи о его магическом артефакте.

– Коварство… – Форс внезапно вздрогнула и выпалила: – А что, если он всё еще ошивается поблизости? Вдруг он устроил засаду, чтобы подкараулить тех, кто стоит за этим расследованием?

Сью на мгновение опешила, а затем с явной паникой в голосе ответила:

– Это весьма вероятно!

Перед ними маячила перспектива столкнуться с «Благословенным Ветром» 6-й Последовательности, могущественным пиратом, владеющим магическим артефактом! В то время как они обе находились всего лишь на 9-й Последовательности!

Разница в силах была до смешного очевидной!

* * *

В доме напротив жилища Даркхолма, у самого окна стоял мужчина лет тридцати с весьма характерным широким подбородком и темно-зелеными глазами. Он с ледяным хладнокровием наблюдал за тем, как Сью и Форс открывают двери и неспешно заходят внутрь.

Это был тот самый вице-адмирал Ураган Цилангос!

Черная перчатка на его левой руке внезапно зашевелилась, словно обретя собственную жизнь. На ее поверхности проступил слой мелких, плотных темно-золотых чешуек.

Лицо Цилангоса исказила гримаса жестокого предвкушения и восторга, а темно-зеленые глаза в тот же миг превратились в безжалостные, тускло-золотые вертикальные зрачки.

* * *

Форс, чьи мысли лихорадочно метались, поспешно схватила Сью за руку и оттащила ее в сторону, уводя с линии прямой видимости от входной двери.

Следом она до скрипа стиснула белоснежные зубы и стянула браслет, надежно спрятанный под кружевными оборками рукава.

На серебряной цепочке красовались три шершавых темно-синих камня. Их поверхность была сплошь испещрена буграми и подпалинами, словно они побывали в огне.

С громким хрустом Форс оторвала один из камней и негромко выкрикнула слово на древнем гермесе:

– Дверь!

Мертвой хваткой вцепившись в Сью Дилчу, она наблюдала, как камень вспыхивает призрачным, бледно-голубым светом.

Силуэты обеих девушек тут же размылись, став почти невидимыми.

Перед их взором предстали не поддающиеся описанию, искаженные формы и сущности, настолько прозрачные, что казались миражами. Они увидели мириады сияющих потоков света самых разных оттенков, каждый из которых таил в себе бесконечные знания. Они шагнули прямиком в таинственный Духовный мир.

В этом причудливом, возвышающемся над реальностью пространстве Форс, не выпуская руку Сью, сделала уверенный шаг в определенном направлении.

Спустя три удара сердца они вырвались из прозрачного, иллюзорного состояния, вернувшись в реальность, в Баклунд.

Вот только теперь они находились вовсе не в доме Даркхолма, а посреди безлюдного кладбища.

* * *

Тем временем Цилангос, чья рука была затянута в покрытую мелкой чешуей перчатку, бесшумной тенью возник на пороге дома Даркхолма. Его ледяной взгляд скользнул внутрь.

Пират на секунду опешил. Слегка нахмурив брови, он пробормотал себе под нос:

– «Путешественник»?

* * *

Кладбище.

– И что теперь делать? – тяжело дыша, спросила Форс. В ее голосе смешались жуткий страх и горечь от потери ценного артефакта.

Этот браслет достался ей в ходе того самого невероятного приключения, когда она раздобыла рецепт и материалы для зелья «Ученика». Помимо того, что каждое полнолуние он заставлял ее слышать невнятный, жутковатый шепот, других изъянов у него не было.

Изначально на цепочке красовались пять камней, и каждый из них позволял ей совершать переходы сквозь Духовный мир, осуществляя нечто сродни телепортации. Но теперь их осталось всего два.

Сью, изо всех сил стараясь взять себя в руки и успокоить дыхание, решительно кивнула:

– Первым делом нужно предупредить мисс Одри. А затем… затем мы обратимся в полицию!