Текст книги ""Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Avadhuta

В одночасье Страна восходящего солнца оказалась без зубов. Страшное дело, но раз это сделал Михаил II, тем более следует всегда помнить, насколько далеко простираются руки государя. И не предавать его даже в мыслях.

А Демидов и Романовы – это всего лишь невинные интриги. Ведь Соколовы верны династии Милославских и стараются на благо Русского царства, не только для себя лично.

– Хорошо, Алексей, – кивнул великий князь. – Я тобой доволен. А что касается губернаторства – помни, что терпение это одна из самых важных добродетелей. Тебе представился идеальный шанс построить головокружительную карьеру, и ты Уральскому полозу должен быть благодарен. Ты ведь его руками весь жар загребаешь, а сам при этом уже покажешь себя перед государем, как идеального подданного.

Сын молча склонил голову, не оспаривая слов отца. И хотя согласен наследник с великим князем не был, но предпочел своими глазами увидеть, как Михаил Викторович в очередной раз окажется прав. А если нет, то так даже будет лучше.

Если великий князь начнет допускать промахи, появится возможность занять его место. Маленькая, крохотная, но такая приятная, греющая душу возможность.

Ведь в отличие от всех остальных, Рюриковичи определенно будут получать должности губернаторов от отца к сыну, как это было заведено на протяжении поколений. И в таком случае Алексей Михайлович, губернатор Московский, звучит куда лучше, чем Сибирский.

Глава 22

Московский особняк князей Романовых. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич.

Мое утро началось не с кофе.

Едва только забрезжил рассвет за окном, ко мне в покои вошел, опираясь на трость, главный целитель рода Романовых.

Николай Петрович был старше князя лет на двадцать, служить начал еще отцу Алексея Александровича, при нем же и возглавил корпус целителей. Так что, несмотря на то, что сохранился Николай Петрович прекрасно, годков ему было уже за восемьдесят. Впрочем, трость, с которой целитель не расставался, была лишь аксессуаром – по моде почти столетней давности, когда главный целитель Романовых еще был молод.

– Доброе утро, Дмитрий Алексеевич, – поприветствовал меня старик, раздвигая шторы в спальне. – Князь Романов велел навестить вас для консультаций.

Я откинул одеяло и, кивнув целителю, накинул на плечи халат. Вместе мы вышли в гостиную, где я предложил посетителю присесть, а сам направился приводить себя в порядок.

«Оракул» вчера передал мне разговор Соколова с наследником. Так что теперь я был уверен в трех вещах.

Я лично могу полагаться на Михаила Викторовича, так как у великого князя Выборгского на меня большие планы. Помимо этого, Соколовы поддержат Руслана Александровича, а это можно использовать. И третье: программа наноботов должна быть начата как можно скорее. Дед должен жить.

К моменту, когда я вернулся в гостиную, Николай Петрович уже разложил на столике мою медицинскую карту.

По понятным причинам княжеские семьи не хранили сведения о своем здоровье в цифровом виде. Ответственность за сохранность данных лежала целиком и полностью на главе корпуса целителей.

– Итак, молодой человек, – старчески покряхтев, Николай Петрович поднялся на ноги. – Давайте начнем с вашего осмотра. Не знаю, что там делали с вами коновалы Демидовых, но ваше здоровье – все еще моя обязанность.

Я усмехнулся, наблюдая за привычной картиной. Сколько себя помню в этой жизни, целитель строил из себя умирающего. Что, разумеется, совершенно не соответствовало правде.

Раздеваться не требовалось. Николай Петрович надел монокль, в котором точно так же не нуждался, как и в трости. Затем старик простер надо мной руки и, внимательно глядя одним глазом, запустил свою технику сканирования.

Я ощутил, как под ее действием по моему телу идет волна разогретого воздуха. Кровь потекла по венам быстрее, и я практически наяву видел, как магия Николая Петровича прощупывает каждый миллиметр моего организма, спускаясь от головы к кончикам пальцев ног.

Процедура не заняла много времени. Сложив монокль, целитель указал мне на диван, а сам по-хозяйски разместился в кресле и принялся быстро писать в моем личном деле, заполняя бланки.

– Насколько я вижу, вы сильно переутомляетесь, – заговорил он, не переставая водить ручкой по бумаге. – Нервную систему сильно потрепало. В вашем возрасте это чревато последствиями, – продолжил он. – Вмешательства с моей стороны не требуется, если вы будете хотя бы спать по восемь часов.

Я хмыкнул в ответ.

– Я бы с радостью, но дел слишком много.

Николай Петрович взглянул на меня остро и улыбнулся так, будто разговаривал с пятилетним мальчишкой, а не младшим сыном князя.

– Дмитрий Алексеевич, – произнес целитель, – вы хотите прожить долгую жизнь?

Вы даже не представляете насколько, подумал я, но вслух, разумеется, говорить этого не стал. Обошелся одним кивком.

– В вашем возрасте такое напряжение может привести к тяжелым последствиям. И ваш семейный дар здесь защитой вам не будет, – произнес Николай Петрович. – Ваш организм еще развивается, и потому нужно тщательно следить за своим здоровьем. Если вы не хотите получить какое-нибудь редкое заболевание одаренных. Ваш дар, конечно, развит очень сильно, и вы способный молодой человек. Однако магия не делает вас неуязвимым. Постоянное нервное напряжение в конце концов приведет вас к выгоранию. Мне нужно объяснять, что это значит?

– Нет, я вполне осведомлен, что это такое, – ответил я совершенно серьезно. – И кроме того, меня поддерживают целители Демидовых.

Старик усмехнулся.

– Да будет вам известно, Дмитрий Алексеевич, что чем чаще вы прибегаете к помощи одаренных, тем сильнее изнашивается ваш организм, – произнес он. – Каждый раз, когда целитель воздействует на вас своим даром, ваш собственный покров временно приходит в возмущение. Возмущение дара провоцирует реакции организма, нагружая метаболизм. Это не опасно, если обращаться за помощью раз в месяц, как это делают все, то вы успеете восстановиться между сеансами. Однако при вашем образе жизни вы рискуете выработать ресурсы своего организма и дара раньше срока.

– Никогда об этом не задумывался, – признался я.

– Вы никогда до этого так часто и не жили в таком режиме, – пояснил Николай Петрович. – Я настоятельно рекомендую вам отдыхать чаще и больше, Дмитрий Алексеевич. Пока что ваше тело выдерживает нагрузку, но если продолжите в том же духе, годам к сорока вы будете выглядеть, как я. А я ведь уже без малого век прожил. Понимаю, что в вашем возрасте может казаться, будто сорок лет – это очень долгий срок, но на самом деле вы и оглянуться не успеете, как этот возраст наступит.

Я потер подбородок, обдумывая его слова.

– А если дар целителя позволяет откатывать само время? – решил уточнить я, прекрасно помня способность Ерофеева.

Вообще, кстати, удивительно, что государев целитель позволяет Михаилу II стареть. Ведь технически тело государя должно целиком откатываться в прошлое. Это ведь практически вечная молодость. Или я чего-то не понимаю.

– Уникальные дары всегда сложнее устроены, – произнес старик. – И если я правильно понял, о ком идет речь, то дар Константина Владимировича ничего общего с исцелением не имеет. Излечение, к которому он приводит пациентов, это всего лишь побочный эффект. И чтобы я мог точно сказать, какой будет прогноз при частом применении этого дара к человеку, нужна статистика. Доступа к которой, разумеется, у меня нет.

Я кивнул, принимая его ответ.

– Хорошо, значит, все, что мне нужно, это меньше напрягать собственное тело, – подвел я черту под разговором. – Постараюсь следовать вашей рекомендации. Но у меня есть несколько и других вопросов.

– Спрашивайте, Дмитрий Алексеевич, отвечу, если знаю, – благосклонно кивнул целитель.

– Кристина обратилась к вам за помощью в искусственном оплодотворении. В первый раз не получилось, потому что биоматериал оказался слабым.

– Именно так, – кивнул мой собеседник. – Это как раз тот случай, который прекрасно иллюстрирует, к чему вы придете, если станете превышать разумные нормы целительского воздействия. Вся разница лишь в том, что у вас есть некая фора, а у того зародыша ее не было изначально. Если бы Кристина выносила это дитя, вероятность дожить до совершеннолетия у него была бы крайне низкой. Пороки развития, в том числе умственного, сердечная недостаточность, малокровие, прочие серьезные осложнения. Все это могло проявиться как по отдельности, так и всем набором. Обычно сама природа не дает таким детям рождаться, заставляя матерей скидывать оплодотворенную яйцеклетку. В нашем случае удалось не допустить беды.

Я кивнул, принимая его ответ.

– А вторая попытка?

– Здесь проблема иная, – ответил он, чуть помедлив. – Но тоже схожа с вашей ситуацией. Кристине следует меньше напрягаться. И я бы посоветовал вам временно отправить ее в отпуск. Кристине я то же самое сказал, но она не захотела меня слушать. Организм женщины, готовящейся стать матерью – как невероятно чувствительный прибор. И обращаться с ним нужно очень бережно. Отдых, правильный режим дня, питание. Многое может сделать дар целителя, но когда мы работаем, по сути, с минимальным набором клеток, каждая мелочь важна. Лишнее воздействие на неодаренный зародыш, и случится выкидыш. Это тонкая и сложная задача – не навредить, но и проконтролировать весь процесс.

И мне Кристина ведь даже не сказала ничего. Зато я сейчас почувствовал себя извергом, который заставляет девушку страдать. Так дело не пойдет, нужно вмешиваться, пока эта верность не обернулась ненавистью. Ведь это она мне служит, и я обязан обеспечить ее здоровье и безопасность. А вместо этого, выходит, загоняю до полусмерти.

– Вижу, что зародил в вас сомнения, Дмитрий Алексеевич, – проговорил Николай Петрович. – Но это не ваша вина, я поставил вашу помощницу в известность, но она самостоятельно принимает решение.

– Я поговорю с ней, – кивнул я.

Целитель мягко улыбнулся.

– Если бы Кристина изначально была одаренной, то, прими она титул боярыни, все сложилось бы иначе. Защищенный даром ребенок с момента зачатия лучше переносит чужое воздействие. А кроме того, имеет больше шансов на нормальное развитие. Считается, что ранг Е0 не дает обладателю никаких преимуществ, но это не совсем верно. Сознательно защищаться плод не может, но сама магия его оберегает. Поэтому у всех без исключения одаренных немного иначе проходит восстановление после травм или сильного напряжения.

Я кивнул, признавая его правоту.

– Так что все, что требуется для нормальной беременности вашей Слуги – смена образа жизни. И, разумеется, нужен перерыв в попытках зачать ребенка. Организм должен восстановиться после неудачной попытки.

– Благодарю, Николай Петрович, – кивнул я. – Но это не все вопросы, которые у меня к вам были.

Старик кивнул, закрывая мое личное дело.

– Спрашивайте, Дмитрий Алексеевич.

Я дождался, когда он перевяжет папку шнурком.

– Меня интересует продление жизни, – объявил я. – Поясню. Я знаю, как с помощью технологий повысить продолжительность жизни организма, но я не слишком хорошо представляю, как это будет сочетаться с даром самого человека и с воздействием целителя.

Он хмыкнул.

– Речь о какого-то рода имплантации, я верно понимаю? – уточнил Николай Петрович.

– Можно и так сказать, – кивнул я. – С точки зрения биологии бактерии и вирусы тоже являются своего рода имплантатами. В человеческом теле постоянно живет микрофлора самых разных видов. Но она никак не мешает дарам. При этом целитель может воздействовать на эти бактерии и вирусы напрямую и отличать полезные формы от вредных.

Николай Петрович кивнул.

– Для этого настоящий целитель получает образование, Дмитрий Алексеевич, – сказал он. – Любой дурак с даром огня может разогреть пациенту кровь, чтобы вирус сварился и утратил жизнеспособность. Но если речь идет о настоящем целителе, он найдет причину болезни и воздействует на нее прицельно, не затрагивая того, что трогать не требуется.

– А как быть с технологией?

– Насколько я знаю, – улыбнулся целитель, – дар будет отрезан только в том случае, если имплантаты заменяют собой оригинальные клетки тела. Скажем, вы можете пользоваться линзами, но стоит вам заменить протезом глаз, и магия сразу же поведет себя иначе.

Он помолчал несколько секунд, обдумывая мой вопрос.

– Я не сомневаюсь в вашей гениальности, Дмитрий Алексеевич, – заговорил он негромко и медленно. – И если я не ошибаюсь, все, что вам потребуется для обхода этого правила, это добавление нового биологического вида микроорганизмов в тело пациента. Как это сделать, мне неведомо, да и, насколько мне известно, в современной медицине подобного еще никто не достиг.

Он снова замолчал, после чего вздохнул.

– Есть и иная проблема, Дмитрий Алексеевич, – сказал Николай Петрович. – Если ваша имплантация может быть обнаружена даром, на нее станет возможно повлиять точно так же, как и на другие объекты. Заставьте человека проглотить кусок металла, и любой огневик сможет его расплавить прямо в теле жертвы. Когда мы говорим о целителях, то не так уж сложно принудить конкретные клетки к мутации и разрастанию. Если не исправить такого воздействия вовремя, позже это будет нечто вроде раковой опухоли магического происхождения, но совершенно естественной формы. Достоверно известно о нескольких случаях, когда таким образом убивали высокопоставленных чиновников в Римской империи – выглядит, как смерть от вполне естественных причин. Рядовая болезнь, не более. А тот факт, что ее вызвал целитель очень грамотным и очень осторожным воздействием, никто и не узнает, пока виновника не подвергнут допросу. Собственно, так об этих случаях и стало известно. Но это было почти двести лет назад, теперь у каждого уважающего себя рода есть целители и постоянные осмотры. Так что вовремя определить заболевание и справиться с ним в сегодняшних реалиях очень просто.

Как много нового я узнал за наш короткий разговор! Впрочем, досконально магию я не изучал, так что наверняка найдется еще немало подводных камней. Впрочем, Николай Петрович уже сказал то, что меня интересовало.

– Благодарю, Николай Петрович, – склонил голову я. – На этом у меня закончились вопросы. Не останетесь на завтрак?

Но старик лишь головой покачал.

– Если вам интересна теория и история, молодой человек, – сказал он, поднимаясь на ноги, – я рекомендую вам поискать в библиотеке вашего Университета. Там будет много интересного, и, если ничего не поменялось за последние годы, в Царском Государственном Университете самая сильная исследовательская группа по вопросам даров.

– Еще раз спасибо, – улыбнулся я. – Этим советом я обязательно воспользуюсь.

Прихватив с собой папку, Николай Петрович покинул мои комнаты, а я дернул колокольчиком, призывая прислугу. Время было еще раннее, но я уже проголодался.

Отдав распоряжения о завтраке на двоих, я отправил Кристине приглашение заглянуть в мой кабинет, а сам отправился переодеваться. Разговор с главным целителем рода только подтвердил мои догадки.

Если правильно подготовиться, наноботы могут быть внедрены в тело пациента без отсечения магии. Вопрос лишь в том, как это правильно организовать, чтобы дар не видел в них вмешательства. Но на это у меня есть голова на плечах и знания технической стороны вопроса.

Кристина пришла как раз в тот момент, когда служанка доставила завтрак. Помощница выгнала девушку и сама принялась обслуживать своего княжича. Я не возражал, и первое время мы действительно потратили исключительно на то, чтобы поесть.

– Тебе придется выйти в оплачиваемый отпуск, – объявил я, отставляя пустую тарелку.

Кристина вскинула брови.

– Я в чем-то провинилась?

– Нет, – покачал я головой. – И у меня будет для тебя несколько задач, которые ты должна будешь обязана выполнить. Во-первых, сегодня вечером ты летишь в мой личный особняк под Казанью. Чуть позднее Степан Витольдович передаст тебе документы на соседнее поместье. Это – твое будущее жилье, и ты должна привести его в порядок до того, как окажешься в положении.

Помощница хмуро склонила голову.

– Во-вторых, я запрещаю тебе напрягаться, – продолжил я. – Так что не спеши, не нужно делать все дела за один день. За тобой будет присматривать целитель – на всякий случай. Когда он решит, что ты готова к новой попытке зачатия, тебя вернут в Москву. И Николай Петрович все сделает, как полагается.

Кристина подняла на меня взгляд. Ей было неловко, она прекрасно поняла, почему я все это говорю и почему именно приказываю.

– Прости, княжич, я не хотела, чтобы ты беспокоился обо мне, – призналась она.

– Все гораздо серьезнее, Кристина, – покачал я головой в ответ. – Я уже убедил отца сделать тебя боярыней. И это – твоя первостепенная задача. Так что сегодня я отправляю тебя в отпуск. За тобой останется как должность, так и жалованье. Но ты обязана зачать ребенка, Кристина. Иначе ты подставишь меня перед князем, ведь получится, что это я занял чье-то место, а сам им не пользуюсь. Кто-то другой мог за это время стать боярином, но я настоял, чтобы титул получила именно ты.

Она кивнула, отворачиваясь, чтобы смахнуть слезу.

– Я понимаю, Дмитрий Алексеевич, – сказала моя помощница.

Не то чтобы я или отец стали бы гневаться за задержку. Никакой спешки в этом вопросе не было. Но мне нужно было вмешаться, иначе ничего путного из ситуации бы не вышло.

– И пока ты будешь приводить свое будущее поместье в порядок, подумай, Кристина: ты ведь станешь главой боярского рода. А это значит, что о своих интересах тебе придется беспокоиться самой. Я, конечно, всегда помогу тебе, как моей верной стороннице. Но ты создаешь не простую семью, а вассальный род, который обязан быть готов служить княжеству. А для этого тебе будет необходимо твердо стоять на ногах самостоятельно.

– Я так и поступлю, княжич, – заверила она, уже взяв себя в руки.

Я вздохнул и взял ее за руку.

– У тебя все получится, Кристина, я в тебя верю. А теперь мне пора.

Выпустив ее пальцы, я поднялся из-за стола и, чмокнув девушку в макушку, направился к выходу из покоев. Пришло время собираться на учебу.

Пора проверить, как там идут дела у проекта Виктории, и навестить библиотеку.

Глава 23

Стоило «Монстру» выехать за ворота особняка, как зазвонил телефон. Создав вокруг себя поле, я поднял трубку. Конечно, Виталя вряд ли бы стал докладывать отцу содержание моего разговора с главой другого рода, однако и права обсуждать дела Урала с Романовыми у меня нет.

– Доброе утро, Руслан Александрович, – поздоровался я, приняв вызов.

Часовые пояса хоть и разные, но и на Урале пока что еще не обед. Князь Демидов давно бодрствует, он вообще рано вставать привык. Хорошо, что он дал выспаться мне и не позвонил часа в четыре утра по Москве. Пока я был на Урале, дед мог спокойно поднять меня в шесть.

– Утро доброе, Дмитрий. Ты слышал разговор Соколовых? – спросил Руслан Александрович.

– Про старого полоза? – уточнил я. – Слышал.

– И, подозреваю, поверил в искренность великого князя, – полувопросительно сказал князь Демидов.

– Он знает, что его прослушивают Милославские, – спокойным голосом ответил я. – И раз завел тот разговор, должен понимать, что царь с него спросит при необходимости. Вряд ли, конечно, за ним наблюдают двадцать четыре часа в сутки, так как «Оракул 0.2» опирается на операторов, и государю просто не хватит для столь плотного контроля людей. Однако запись наверняка ведут из особняков всех великих князей.

И, вероятнее всего, все Рюриковичи теперь имеют место, куда «Оракул» царя не дотянется, ведь можно насильно обрубить связь с сетью, а можно просто спуститься в отрезанный от внешнего мира подвал, оставив все сетевые устройства снаружи.

– Это, конечно, так, – ответил князь Демидов, едва слышно хмыкнув. – Вот только ты не учел того факта, что Соколовы открыто обсуждают свое назначение на Московский престол. Значит, этот вопрос – дело решенное и уже одобренное Михаилом II. А Алексей Михайлович неспроста заговорил про Урал, Дмитрий. Рюриковичи готовят новый ход, и ты станешь в их интриге ключом к победе.

Его уверенность мне не понравилась. Однако я достаточно хорошо знал Руслана Александровича, чтобы понимать – попусту он болтать не станет. Да, с цесаревичем он промахнулся немного, но ведь, насколько я знаю, круг информированных людей в этом деле очень узок.

– Не представляю, каким образом они могли бы меня включить в свои дела, – честно признался я.

– Зато представляю я, – ответил дед. – Ты теперь мой наследник, а великая княжна нацелена стать твоей супругой. Ты действительно думаешь, будто она не знает, что ты намерен сделать предложение Морозовой, оставив Анну Михайловну ни с чем?

Подобный поворот мне не нравился. И хотя Соколова проявляла свой интерес ко мне, я не хотел бы считать ее своим врагом. Великие князья Выборгские казались мне адекватными аристократами, и я бы предпочел спокойно вести с ними дела, а не воевать.

– Значит, пойдут через Викторию Львовну, – вздохнул я, потирая переносицу.

Ненавижу интриги!

– Да, – подтвердил Руслан Александрович, – в текущей ситуации можно многое сделать для бывших изгоев общества. И став губернатором столицы, Михаил Викторович легко изменит положение Морозовых, по щелчку пальца. В обмен на то, что боярышня откажет одному княжичу. Если же девочка начнет артачиться, ее ведь можно и убрать с доски. Того рода всего пара слуг, девчонка, едва перешагнувшая порог совершеннолетия, и мать с младенцем на руках. Особняк у них старый, может всякое случиться. Например, утечка газа ночью, когда все спят.

Я медленно вздохнул, прикрыв глаза.

– Хорошо, – сказал я князю Демидову через пару секунд. – Что ты предлагаешь сделать в таком случае?

Руслан Александрович негромко посмеялся в трубку.

– Все очень просто, внучок. Тебе нужно, пока Соколовы не стали править Москвой, перехватить бояр Морозовых и вывезти их на Урал. Здесь о твоей будущей невесте и ее семье позаботятся. Или ты думаешь, Алексей Александрович сможет обеспечить безопасность Морозовых? Романовы в столице – такие же гости, как и Демидовы, и реальной власти у нас там ни капли. Но Емельян Сергеевич Невский, насколько я помню, тебе задолжал за сохранение чести младшего сына. Пора взыскать с него долг, Дмитрий.

– Спасибо за совет, дедушка, – искренне поблагодарил я.

Об услуге со стороны великого князя Московского я не забывал. Несколько раз уже думал о том, что можно потребовать с Невских. И время ведь уходило – после окончания мятежа, когда Рюриковичи перестанут быть привилегированным сословием, а станут подчиненными государя, власть Емельяна Сергеевича превратится в пыль.

– Есть и другой вариант, Дмитрий, – вновь заговорил Руслан Александрович. – Демидовы могут себе позволить любую твою невесту. Анна Михайловна хорошо обучена, воспитана и уже ведет дела великокняжеской семьи. Сам понимаешь, это серьезный козырь в переговорах о женитьбе.

– Ты же не любишь Рюриковичей, – хмыкнул я.

– Ваши дети будут Демидовыми, Дмитрий. Уж об этом я позабочусь, можешь не волноваться. Но, само собой, настаивать не буду.

Я хмыкнул и улыбнулся.

– Я свой выбор уже сделал, – сообщил я ему.

– Тогда навести великого князя Московского, внучок. Потом может быть уже поздно. Сам подумай, если ты отбудешь на Дальний Восток, кто тогда будет иметь право оберегать твою невесту в Москве?

– С этим не поспоришь, – согласился я. – Благодарю за совет.

– Ты мой наследник и член моего рода. А для семьи я сделаю все, что потребуется, – ответил князь Демидов. – Пока что на этом все. Хорошего тебе дня, Дмитрий.

И прежде чем я успел ответить, дед уже положил трубку.

Убрав поле, я повертел телефон в руках, после чего написал Ирине Руслановне в Казань.

Романов Д. А.: Доброе утро, матушка. Хочу попросить тебя присмотреть за Кристиной. Она сегодня прилетает в мой особняк. Надеюсь, ты окажешь ей необходимую помощь и поддержку.

Ответа долго ждать не пришлось. В отличие от отца, княгиня Романова всегда принимала решения быстро.

Романова И. Р.: Конечно, сынок. Можешь не волноваться, она будет в надежных руках.

Убрав телефон в карман, я выглянул в окно. «Монстр» подъезжал к территории ЦГУ.

От первых двух занятий я был освобожден, так что сразу же направился в библиотеку.

Не самый большой трехэтажный корпус Университета был кладезем знаний и документов. При общей сети, протянутой в каждый кабинет, здесь хватало и бумажных носителей. Что-то морально устарело, что-то считалось достаточно важным, чтобы не доверять данные компьютерным сетям. А кое-что и вовсе не полагалось знать студентам, но профессура имела к данным доступ.

Мой допуск позволял мне рыться во всех бумагах, кроме тех, которые требовали личного подтверждения ректора. Но вопрос меня интересовал достаточно тривиальный, так что бежать за подписью я не видел смысла.

Сидящая за стойкой дородная женщина в цветастой косынке выслушала мой запрос и, указав направление в нужную секцию, потеряла ко мне всякий интерес.

В графе, где записывались посетители секции, я видел практически всех сотрудников лаборатории ЦГУ, включая Телегина. Так что мой визит для библиотекаря не был примечательным.

Над нужной мне секцией висела табличка «Теория даров». На четырех высоких стеллажах разместились горы книг, диссертаций, отчетов научных исследований. При этом было заметно, что секция действительно пользовалась спросом – потрепанная бумага явно прочувствовала на себе пальцы не одной сотни человек.

Только на то, чтобы прочесть все заголовки и названия документов, пришлось бы потратить несколько часов. Но я знал, что конкретно меня интересует, а потому выбрал шкаф «Маго-техника», и взял первый, самый толстый фолиант в руки.

Открыв титульный лист, я хмыкнул. Дата издания, пропечатанная на страницах, была уже затерта, сами буквы едва различались глазом. Древний труд неизвестного автора – его имя тоже кануло в Лету за давностью лет – оказался практически на сто процентов философским измышлением.

Но в том, что это было именно то, что мне нужно, я не сомневался, так как в оглавлении – сразу после пятидесяти страниц вступления, заполненных самовосхвалениями автора – значился вопрос, как же на самом деле работает дар.

Но и вступление я не поленился просмотреть.

Труд описывал тяжелый быт исследователя, какие несправедливости на него сыпались со всех сторон, и как неблагодарно оказалось научное сообщество, открыто высмеивающее автора данной работы. Мне даже стало его немного жаль – ведь, судя по тому, что окружает меня в этом мире, его работа действительно легла в основу всех технологий, совмещенных с магией. А вот про указанные во вступлении имена я даже не слышал, и понятия не имел, о каком веке шла речь в книге.

Усилив глаза, я пролистывал страницу за страницей, бегло просматривая содержание. Неизвестный испытатель приводил не только свою философию, но и каждый вывод подкреплял примерами.

Среди опрошенных им одаренных хватало покалеченных во время войны. И именно они стали отправной точкой исследования. О каком конфликте шла речь, тоже не было сказано, но это было, по сути, и не так важно. Деревянные ноги и крюки вместо потерянных кистей – все это выглядело примитивно, однако никак не мешало опрошенным магам оставить свои способности при себе.

С маленькой оговоркой – в момент, когда калеки попадали на стол хирурга, их дар был истрачен до дна. Те же, у кого оставался запас сил, неизбежно теряли либо свой максимум, либо полностью способности к дару. Какой отсюда можно сделать вывод?

Система магии каждый раз, когда одаренный обнуляет свою магию, подключает его заново. Звучит странно, но вся здешняя традиция волшебства основывается на не совсем привычных законах.

И еще один крайне важный момент. Сохранение способностей работало с потерянными ногами и руками, но во всей книге ни разу не был упомянут хотя бы стеклянный глаз или еще что-то в этом духе.

Вернув книгу на полку, я взял следующий том. На этот раз это был журнал военного хирурга. Судя по тому, что записывал добрый доктор, речь шла о том же временном периоде. Пролистав записи, я нашел только подтверждение уже прочитанного.

Линза на левом глазу вела запись, «Оракул» обрабатывал текст, создавая для меня цифровую копию. Так что если я сейчас что-то и пропущу, искусственный интеллект все равно все запомнит и обработает.

К наступлению большого перерыва я не прошел даже первую полку. Впрочем, кое-что интересное все же удалось узнать, так что я не считал время потерянным зря.

Покинув библиотеку, я сразу же направился в столовую, в которой традиционно должна была собраться моя группа.

По пути обдумывал прочитанное и не мог не поразиться наплевательскому отношению к этим исследованиям. Впрочем, из ветхих книг и восстановленных документов было ясно, что тогда и сам мир был совсем другим. Ну кто мог всерьез предположить, что человек сможет летать по небу, пока не изобрели первые летательные аппараты? Так и здесь – да, подмечали странности, когда одни остаются одаренными, а другие теряют способности. Но копать вопрос всерьез никто не пытался.

Кроме того, сейчас уже не разберешь, может быть, те, у кого дар после протезирования исчезал, вероятно, просто перегорали. И ампутация тут совершенно ни при чем. Ни датчиков, ни статистики – ничего еще не имелось.

А сегодня практически у каждого рода есть целители, которые либо вырастят новую конечность, либо приживят старую. И сама необходимость в исследованиях отпала за ненадобностью. А учитывая тот факт, что в сознании людей плотно укрепилось мнение, что внедрение любых чужеродных объектов либо снижает дар, либо вовсе его уничтожает, никто и не рассматривает подобные возможности всерьез.

Я прекрасно помню, как надо мной смеялась моя группа, когда я объявил, что создам суперсолдат. Это ведь не оттого, что я замахнулся на невозможное, а оттого, что все на этой Земле уже приучены к соответствующему мнению.

То есть собирать артефакты, технические изделия, работающие на магии, вполне можно и приветствуется всем сообществом, а вот ставить эксперименты на одаренных уже за гранью. Разумеется, есть здесь и тонкий моральный аспект.

Ведь каждый одаренный – это привилегированный член общества. Его нельзя просто взять на улице и подвернуть насильственной ампутации, а после смотреть, как он справляется с протезом. Физически это, разумеется, не так уж сложно, но последствия… Работу, основанную на таких исследованиях, опубликует только самоубийца. Потому что родня испытуемых обязательно захочет поквитаться. А добровольцев пойти на эксперимент, кроме меня, и нет вовсе в природе – по тем же причинам.

Войдя в столовую, я набрал поднос с едой и направился к нашему столу. Пока что мои одногруппники еще не пришли, но с минуты на минуту должны появиться.