Текст книги ""Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Avadhuta

Соавторы: Сергей Баранников,Владимир Кощеев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 324 (всего у книги 357 страниц)

– Заботы? – переспросила Виктория.

Девушка буквально кожей почувствовала, как от Волковой тянет той же вольной силой и достоинством, как и от дежурящих на территории бойцов Медведева. Не скрылся от Виктории и быстрый оценивающий взгляд, которым Василиса Святославовна окинула помещение. Однозначно, боярышне не раз приходилось действовать в наряженной обстановке. В бою.

– Я целитель высшего класса, Виктория Львовна, – с легкой улыбкой ответила гостья, и это не выглядело бахвальством, как могло бы показаться от девушки ее возраста, лишь констатацией факта. – Моей помощью не брезгует и князь Демидов.

Инга Валентиновна улыбнулась в ответ на эти слова.

– Полагаю, и наследника вы лечили, Василиса Святославовна? – спросила она. – Прошу, присаживайтесь, вы наверняка устали после перелета.

– Благодарю, боярыня, – кивнула та, направляясь к свободному креслу. – А касательно вашего вопроса, я могу сказать, что Дмитрий Алексеевич – мой дорогой друг, и для меня честь присматривать за его невестой и вами. Не так часто на Урале появляется новый боярский род.

Инга Валентиновна благосклонно кивнула, глядя на дочь с улыбкой.

– Вам выделят гостевые покои в нашем крыле, Василиса Святославовна, – сказала она и, тряхнув колокольчиком, отдала распоряжение Григорию.

Виктория же в это время мило улыбнулась Волковой.

– Мне кажется, Дмитрий Алексеевич упоминал вашего брата, – произнесла она.

Василиса ответила с вежливым кивком.

– Княжич Романов с моим братом работают в одной лаборатории. Она, конечно, принадлежит Дмитрию Алексеевичу, – пояснила она, заметив, как изменился взгляд Виктории, – но над некоторыми проектами трудятся вместе. Доспехи, которые вы видите на наших людях – это идея Святослава, а Дмитрий Алексеевич улучшил ее. Кстати, князь упоминал, что вы – тоже весьма одаренный ученый, но от подробностей воздержался. Может быть, расскажете, чем именно занимаетесь?

– В данный момент я в числе прочих студентов нашей группы закончила работу над проектом универсальной плазмы, – произнесла Морозова, глядя на сидящую рядом боярышню.

Глаза целительницы чуть расширились, но Василиса Святославовна тут же вернула лицу выражение вежливого внимания.

– Что ж, Виктория Львовна, должна признаться, слушая брата практически с детства, я немного начала и сама разбираться в его делах. Однако как целитель я больше других заинтересована именно в вашем исследовании, – произнесла она, не сводя взгляда с будущей княжны Урала. – И искренне желаю вам успеха, – добавила она, склонив перед Морозовой голову.

Сидящая молча боярыня наблюдала за сценой с довольной улыбкой. От княгини Романовой Инга Валентиновна прекрасно знала, что сидящая с ними за одним столом девушка была одной из претенденток на Дмитрия Алексеевича. И позже, она расскажет об этом дочери. Сейчас же Виктории будет самой полезно посмотреть на ту, что так и не получила княжича Романова.

Посмотреть, послушать. И понять, что именно она, Морозова Виктория Львовна, заслуживает такого мужа, как Дмитрий Алексеевич Романов.

Глава 3

Амурское княжество, резиденция Ефремовых. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич.

В ярко освещенном зале играла ненавязчивая музыка, по помещению бродили благородные люди, переходя от одних гостей к другим. Виновников торжества еще не появилось, но и прием еще официально не начался.

Я подхватил бокал с шампанским и двинулся по залу, раздавая встречным кивки, а с некоторыми перебрасываясь ничего не значащими фразами. Чем дальше я продвигался от выхода, тем гуще становилась толпа аристократов. Помимо княжеских семей, здесь хватало и бояр. Никто, разумеется, не отделял одних от других, хотя зачастую было заметно, как разнится отношение между этими группами.

Под праздник Ефремовы выделили треть особняка. Двери в прилегающие комнаты были сняты, мебель оттуда убрана, чтобы создавалась видимость общего помещения. Мужчины и дамы кружили по всему периметру, расточая улыбки и перебрасываясь репликами.

– Дмитрий Алексеевич, рад вас видеть, – преувеличенно довольным голосом обратился ко мне, возникнув из-за спин других гостей, великий князь Соколов.

Михаил Викторович предстал передо мной с дружеской улыбкой. И хотя ничего особенно неприятного для меня глава Министерства иностранных дел не совершал, я все равно ощутил себя под вражеским прицелом. Было неприятно осознавать, что даже в гостях у друга я не смогу нормально расслабиться.

– Здравствуйте, великий князь, – склонил голову я, нацепив на лицо дежурную улыбку. – Не ожидал вас здесь увидеть, честно признаться.

Соколов кивнул в ответ.

– Мой сын и наследник уже приступил к своим обязанностям министра, а я – вышел на пенсию. И наконец могу себе позволить немного расслабиться.

А у Михаила Викторовича слова с делом не расходятся. Только пару дней назад я слушал разговор Соколова со старшим сыном, и вот он уже освободился от обязанностей. Не иначе для того, чтобы без проволочек приступить к должности губернатора Московского.

– В таком случае? я думаю, вас можно поздравить? – спросил я, приподнимая бокал.

Великий князь Выборгский рассмеялся, лучась довольством. Но глаза его при этом совсем не смеялись.

– Государь прав, Дмитрий Алексеевич, вы умеете напомнить собеседнику о его значимости и величии, – продолжая улыбаться, произнес Михаил Викторович. – В самом деле, Дмитрий Алексеевич, я заслужил отдых от забот и тревог. Но долг великого князя остался со мной. А потому я сопровождаю нашего царя. Он, кстати, как я слышал, очень вами доволен.

Я сдержанно кивнул в ответ.

– Защищать интересы Русского царства – долг каждого подданного нашей страны, – ответил я Соколову. – Надеюсь, ваш наследник и наш новый министр иностранных дел проявит себя достойным своего великого отца и дипломата.

Михаил Викторович хмыкнул.

– Несомненно, – сказал он. – Кстати о моих детях, Иван и Анна прилететь со мной не смогли, но очень интересовались, когда вы посетите наш особняк в Москве?

Я вздохнул, чуть разводя руками.

– Увы, Михаил Викторович, с некоторых пор я не принадлежу себе, – ответил я, не сводя с собеседника взгляда. – Воля глав двух родов решает такие вопросы и распоряжается моим временем. И найти в столь плотном графике время даже для учебы становится все сложнее.

Великий князь Выборгский с пониманием покивал на мои слова.

– Да, долг перед родом, своей семьей для всех нас на первом месте, – произнес Соколов. – Что же, желаю вам хорошо провести время, Дмитрий Алексеевич.

– И вам, Михаил Викторович, – произнес я, склонив голову.

Рюрикович скользнул в сторону, двигаясь плавно между гостями Ефремовых, а я продолжил путь по залу.

Понятно, что государь без свиты и шагу за пределы Кремля не делает. И то, что именно Соколов займет место столичного губернатора, делает его первым претендентом на сопровождение Михаила II.

Погуляв по залу еще несколько минут, я поставил свой бокал на столик и отступил к стене, чтобы никому не мешать. Голос сотрудника Кремля периодически пролетал над помещением, оповещая уже собравшихся в зале гостей о прибытии новых людей.

– Скучаете, Дмитрий Алексеевич?

Я повернулся на голос и улыбнулся.

– В такой компании скучать мне не придется, княжна, – ответил я, подхватывая руку Динары Тагировны Аганиной и целуя воздух около ее пальцев. – Но почему без супруга?

Подруга детства, как и всегда одетая в соответствии с традицией своих корней, отмахнулась. При этом сережки в ушах заблестели в свете горящих ламп, как два маленьких солнца.

– Его захватили дела княжества, так что я отправилась сама, – заявила княжна Аганина. – Не думал же ты, что станешь единственным другом, который прилетит на Амур, чтобы поздравить нашего Семена? Из вас троих он первым повзрослел и нашел себе спутницу жизни. Я обязана поддержать его на этом пути!

Я усмехнулся в ответ.

– Рад тебя видеть, Динара.

– Это взаимно, Дмитрий, – кивнула она. – Как, кстати, твои успехи на этом поприще?

Княжна встала рядом со мной, так что ей пришлось наклонить голову к моему плечу, чтобы задать вопрос.

– Матушка готовит прием по случаю моей помолвки, – ответил я. – Так что будьте уверены, Динара Тагировна, вы в числе первых получите приглашение, как только все формальности будут завершены и мы будем готовы объявить официально.

– И я не пропущу этого зрелища, – довольно произнесла подруга, чуть щуря свои черные глаза. – Не умри здесь со скуки, Романов. Где-то рядом бродит Юсупов, пойду его поищу.

Я проводил ее взглядом и, вооружившись новым бокалом, сам двинулся по залу. Стоять на одном месте считалось проявлением дурного тона, тем более когда сам государь должен появиться на приеме. И даже если я ни с кем на самом деле не заговорю, видимость общения с другими благородными семьями нужно поддерживать. Ведь все должны быть благостны и довольны перед ликом царя.

Мимо меня мелькнул Амурский боярин. Худой и низкорослый, Вениамин Витальевич Кривошеев, всегда отличался подвижностью, хотя при этом и разменял пятый десяток. Вот и сейчас он двигался быстро, но при этом не складывалось впечатления, будто боярин спешит.

Ступая дальше, я краем глаза заметил, как при виде меня несколько девушек в довольно пышных платьях, рассматривают меня внимательными взглядами. Но, естественно, заговорить со мной они не пытались, а я прошел мимо, будто их и не существовало вовсе.

– Он же здесь один, – услышал я перешептывание подружек. – Нужно, чтобы нас представили друг другу!..

– Тебе ничего не светит. Это же Романов, – ответила ей другая. – Он же со своим другом Юсуповым всех казанских девушек перетанцевал. И отдарился бриллиантами. Тебе замуж нужно или украшение на память о прекрасной ночи?

– Прям так и прекрасной? – с сомнением вклинился голос подружки постарше, с кольцом на пальце. – А с виду и не скажешь, – это она произнесла уже с прекрасно уловимым в голосе интересом.

Этот подслушанный разговор изрядно меня повеселил. Слухи всякие бродили, естественно, о нашем с Мишей Юсуповым кутеже. Но вот так, чтобы меня обсуждали в таком ключе на светском приеме – я услышал впервые.

Не прошло и пары минут, как я оказался в кругу наших соседей. Здесь же обретался и Юсупов.

Михаил как раз рассказывал о деловых успехах княжества, и как победа над Хабаровском теперь поможет Юсуповым поднять свое княжество на качественно новый уровень жизни.

– Господа, – произнес жених моей сестры, – я предлагал уже неоднократно объединить усилия, предлагаю снова. Государь все равно всех нас объединит, так почему бы не начать взаимную интеграцию сразу, не откладывая на потом?

– Вы так рассуждаете, потому что Романовы отдают за вас свою дочь, Михаил Эдуардович, – покачал головой башкирский князь. – Но никто не может знать, как будут разделены княжества. Я не думаю, что государь позволит нам сохранить тесную связь, он обязательно постарается разбавить наш регион за счет перевода под юрисдикцию разных губернаторов. На его месте я бы сам так поступил. Мы же все, – он обвел соседей рукой с бокалом, – представляем единый регион, крепко стоим на ногах и держимся друг друга. Тоже, можно сказать, маленький клан тюркских корней. И если над нами еще и губернатор будет один, мы ведь вполне можем дойти до создания анклава. А кто нам это позволит? Давайте не будем спешить.

Я кивнул в ответ на эти слова.

– Все верно, Габдешшакур Булатович, – произнес я. – С важными вопросами спешить нельзя. Но и общие дела прерывать не следует. Вы вложились в Иннополис, и уже через него можно многое делать для своих земель. Это нейтральный город, за которым приглядывают люди самого царя. А это не только контроль, но и защита в некотором роде.

Башкирский князь кивнул мне, довольный тем, что я его поддержал. Но я еще не закончил речь.

– Обстановка меняется слишком стремительно, – продолжил я. – И предложение Романовых такое: сохраняем имеющееся и ждем прояснения. Мы с вами о многом уже договорились, давайте будем спокойно ждать развития ситуации. Спешка будет только во вред, а мы же не хотим разрушить все, что так долго строили совместными усилиями?

Юсупов хмыкнул в ответ на мои слова, но возражать не стал.

– Отойдем на минутку, Дмитрий Алексеевич? – предложил друг детства.

Я кивнул, и мы отделились от остальной группы. Отойдя на приличное расстояние, Михаил обернулся ко мне.

– Ты как?

Я лишь плечами пожал в ответ.

– Я вот, честно говоря, вообще забыл, когда мне удавалось нормально выспаться в последнее время, – негромко признался Юсупов, стоя в паре шагов от меня. – И как тебе удается сохранять такой свежий вид после твоих-то приключений?

– Все приходит с опытом, – ответил я другу. – Так что со временем привыкнешь и сам замечать не будешь напряжения.

– Скорее бы, – чуть нервно усмехнулся наследник рода. – Ксения к нам в гости прилетела, так я едва пару часов на общение с собственной невестой успеваю выделить. Смотри, Дмитрий, не угоди в ту же ловушку, в которую засосало меня. Власть – дело хлопотное.

– Поэтому я от нее так старался избавляться, – улыбнулся я в ответ. – Семена не видел?

Друг покачал головой, после чего сделал большой глоток из бокала.

– Заметил великого князя среди гостей? – спросил он, глядя на меня.

– Уже даже пообщаться успел, – ответил я с улыбкой.

– И тебя не беспокоит, что это происходит на празднике у Семена? – бросив на меня взгляд поверх края бокала, уточнил Юсупов. – Камерное мероприятие превращается в какое-то эпохальное политическое событие. Как бы чего дурного не вышло.

Михаил в несколько глотков допил свое шампанское и подал находящемуся поблизости официанту знак. Пока прислуга Ефремовых подавала княжичу новый бокал, я успел обдумать слова друга.

– Вряд ли кто-то всерьез может рассчитывать навредить Семену сегодня, – ответил я, когда мы вновь оказались наедине. – Мы только что разметали великое княжество Хабаровское, к тому же сейчас сюда приедет делегация Поднебесной. Устраивать международный скандал? Таких дураков в Русском царстве, по-моему, уже всех извели.

Юсупов кивнул, давая понять, что услышал меня. Но все равно поглядывал по сторонам с тревогой.

– Ефремов не такой, как мы с тобой, Дмитрий. Он всегда был слабее в интригах. Так что просто присмотри за ним, хорошо? Я тоже постараюсь приглядывать.

Я склонил голову в ответ.

– Разумеется. Кстати, тебя Динара искала.

Михаил улыбнулся уже нормально, без беспокойства на лице.

– Значит, обязательно найдет.

Распрощавшись с другом детства, я отправился дальше кружить по залу. Головой, само собой, не крутил, но усиленный слух и так помогал слышать большинство разговоров, идущих поблизости от меня. «Оракул», с которым я не расставался, к тому же дополнительно отслеживал беседы. И пополнял наши жесткие диски записями новых диалогов.

Свет на входе приглушили, и я обернулся в конец зала. Слуги Ефремовых сдвинули панель на стене, открывая взорам собравшихся гостей царский трон.

Разумеется, это был только походный вариант. Но и без того украшен он был не в пример шикарнее, чем стоявшие на всеобщем обозрении места княжеской семьи.

Распорядитель, не так давно извещавший о новых прибывших, теперь стоял у боковой двери.

Музыка затихла, сменившись начальным фрагментом государственного гимна, и слуга объявил выход Михаила II.

Двери распахнулись, и государь вошел в помещение, не глядя на гостей. Спокойно достигнув своего трона, царь опустился на сидение и сложил руки на подлокотниках. Обведя зал взглядом, Михаил II величественно кивнул, позволяя подданным распрямиться.

– Я рад видеть так много верных людей на этом празднике жизни, – произнес он торжественным тоном. – Вы прекратили мятеж и не дали врагам Русского царства разорить нашу страну. Я горд тем, что стал свидетелем подобного единства и силы. Ваша верность, достоинство, честь и отвага войдут в историю.

Он замолчал, давая людям насладиться моментом.

– Но вы пришли сюда не ради меня, – продолжил Михаил II с улыбкой. – Сегодня я здесь, чтобы показать, как дороги мне мои верные князья и бояре, не побоявшиеся с оружием в руках отстаивать не только свои права и свободы, но и защищать подданных Русского царства. Княжич Ефремов Семен Константинович!

Из дверей напротив тех, откуда вышел государь, показался мой друг. Семен был облачен в униформу Амурского княжества, надел медаль за Речь Посполитую. И, казалось, вообще не на праздник явился, а на очередное награждение.

– За участие в подавлении мятежа великих княжеств и проявленное мужество, – заговорил царь, поднявшись на ноги, – я, государь Русского царства, дарую тебе титул князя Пермского! Владей им так же достойно, как воевал за его благополучие!

Семен медленно склонил голову перед царем. Великий князь Выборгский, успевший подойти с документами в руках и символикой справа от государя, передал монарху свою ношу.

Михаил II повесил моему другу на шею отлитый из золота герб Пермска. Затем приколол на грудь Семена такой же знак и вручил княжеский перстень.

– Слава князю Ефремову Семену Константиновичу! – взяв поданный Соколовым бокал, объявил царь.

Гости обрадованно повторили за ним. Такого давно не бывало в Русском царстве, и моментом действительно прониклись. Воодушевление на лицах было неподдельным – это прекрасно было заметно. И, кажется, даже воздух стал свежее от этой радостной вести.

– Прошу ввести невесту князя Пермского, – повернулся в сторону своих дверей Михаил II.

Слуги раскрыли двери, впуская в зал Мэйлин. Девушка вплыла в помещение, и из-за подола платья казалось, будто она парит над землёй. За ее спиной, удерживая символы Поднебесной, шагал принц Канси. Парень совсем не был похож на сестру, что, в принципе, учитывая количество детей императора, было неудивительно. Но оба они двигались с таким достоинством, что присутствующие мгновенно ощущали себя значительно меньше.

Сопровождающие взмахнули флагами с драконами и уперли их в пол с громким слитным стуком. Государь взглянул на мою одногруппницу и улыбнулся. Протянув руку, он дождался, когда принц Поднебесной вложит ему ладонь сестры.

– Как государь Русского царства я вправе провести обряд венчания, – произнес Михаил II, подводя девушку к застывшему Семену.

И новая волна восторга прокатилась по приглашенным.

Царь лично проводит церемонию! Да за такое многие были бы готовы убивать. Настолько явного благоволения не удостаивались простые князья, даже не все великие могли рассчитывать на подобную милость. Более статусного бракосочетания в Русском царстве и представить нельзя.

– Как принц Поднебесной, – произнес Канси, следуя за сестрой в шаге позади, – я вправе провести обряд венчания.

Это было уже более понятно и привычно. Как ближайший представитель династии принц наделен правом решать многие вопросы. Кроме того, он точно так же представлял бы сестру, если бы все прошло, как прежде было задумано.

– Семен Константинович, – повернувшись к Ефремову, проговорил государь. – Согласен ли ты взять в жены эту девушку, беречь и защищать ее, почитать как свою супругу?

– Согласен, государь, – негромко ответил новоиспеченный князь, глядя исключительно на Мэйлин.

Невеста же не сводила взгляда со своего жениха. И когда принц Канси заговорил, практически полностью повторяя слова Михаила II, кажется, даже не моргала.

– Принцесса Мэйлин, – произнес сын императора, – согласна ли ты стать женой этого мужчины, войти в его род, заботиться о нем и почитать, как собственный, хранить ему верность и беречь его?

– Согласна, принц, – ответила Мэйлин, все так же не глядя на брата.

Михаил II улыбнулся шире, соединяя две ладони – Семена и Мэйлин.

– Властью государя Русского царства я, Михаил II, объявляю вас мужем и женой!

– Властью, данной мне императором Поднебесной, я, принц Канси, объявляю вас мужем и женой!

Царь выпустил руки молодоженов, отступил на шаг, Канси сделал так же. Осветители перенаправили свет так, чтобы в круге белого сияния остались только князь и княгиня Пермские.

– Слава князю и княгине Ефремовым! – провозгласил государь, оставаясь в тени.

И зал, воодушевленный событиями, громогласно поддержал его слова.

Глава 4

Когда государь с принцем исчезли, никто не заметил. Слишком все были увлечены происходящим. А потом настал черед первого танца новообразованной пары, и зал наводнили мужчины и женщины, кружащиеся под музыку.

– Так и знал, что что-то случится, – проворчал Юсупов, стоящий рядом со мной. – Семена бросать нельзя. Он же не потянет княжество.

Я взглянул на друга с улыбкой.

– Он теперь женат на принцессе, – ответил я, – уж поверь, Пермск будет в хороших руках.

Но Михаил лишь головой покачал между очередными глотками шампанского.

Я его тревоги не разделял. Пускай Семен и не был воспитан, как наследник рода, однако имел управленческий опыт в армии. Да и Мэйлин точно не станет жить в разрушенном городе. С этого момента она не часть императорской семьи, у нее не осталось прав на престол Поднебесной.

Однако это не значит, что нет доступа на китайский рынок. Труд там дешевый, как и материалы. Но из-за громадного числа подданных конкуренция настолько высока, что стоит княгине Пермской только намекнуть, что у нее есть крупные заказы, от исполнителей отбоя не будет.

И это не говоря о том, что государь тоже не останется в стороне. Пермск – стратегически важный город для Русского царства, такими не разбрасываются.

– Как же им повезло, – промокнув уголок глаза платочком, вздохнула Динара, подойдя к нам. – Михаил Эдуардович, какой это по счету бокал?

Юсупов улыбнулся ей в ответ.

– Настоящие мужчины не считают бокалы, дорогая княжна, – преувеличенно гордо заявил он. – Потанцуем?

Динара бросила на меня вопросительный взгляд, и я ощутил, будто вернулся в прошлое, когда точно так же присматривал за наследником Юсуповых.

– Он в порядке, – подтвердил я. – По крайней мере, пока что.

Михаил не стал на нас обижаться, предложил княжне Аганиной руку и повел в центр зала.

Я оказался предоставлен самому себе и уже собирался отойти в сторону, когда ко мне подошел Кривошеев.

– Дмитрий Алексеевич, – склонил он голову согласно этикету, – вас ждет государь для частной беседы.

– Благодарю, Вениамин Витальевич, – ответил я и пошел с ним, по пути поставив нетронутый бокал на поднос официанта. – Как поживает ваша супруга?

Амурский боярин улыбнулся.

– Спасибо, Дмитрий Алексеевич, с ней все хорошо. Ее благотворительный фонд взял на себя часть обязанностей по гуманитарному обеспечению пострадавших людей на нашей земле.

Я кивнул в ответ, продолжая следовать за боярином. Дорога была недолгой, вскоре мы вышли в зимний сад, где в одной из беседок сидели четверо мужчин.

Слева от входа разместились Михаил II и Соколов, а напротив них принц Канси и посол Поднебесной.

– Спасибо, Вениамин Витальевич, – с улыбкой кивнул боярину государь, и тот тут же поспешил нас покинуть. – Господа, позвольте представить, Дмитрий Алексеевич Романов, княжич Казанский, наследник Урала. Здесь он выступит в качестве эксперта.

Китайцы сдержанно кивнули. Посол, которого протокол обязывал назвать принца, уже открыл было рот, но Канси прервал его не терпящим возражений жестом.

– Мы знакомы с Дмитрием Алексеевичем, – как и прежде, говорил сын императора без намека на акцент. – Присаживайтесь, княжич, у Поднебесной есть вопросы к вашим товарам.

Заняв свободное сидение между ними, я замер на месте.

– Итак, господа, – взял слово Михаил Викторович, активируя защиту от прослушивания, – речь пойдет о модернизации доспехов, которыми обладает Русское царство и которые так хорошо показали себя в великом княжестве Хабаровском.

Соколов сделал паузу, и посол подхватил его речь:

– Императору интересно, как много комплектов вы можете поставлять в год, – сказал он. – Мы готовы обсуждать поставки для гвардии императора Поднебесной. И потому нам очень важно знать, какова вероятность, что комплекты могут быть быстро модернизированы под нужды Поднебесной.

Что ж, закономерный вопрос. Китайцы видели, как возросла успешность действий русских солдат, защищенных нашей броней. И при первой же возможности пожелали узнать, где такую же приобрести.

– Полагаю, вам уже известны ее текущие характеристики, – сказал я, чуть склонив голову. – Но прежде чем ответить на ваш вопрос, я должен знать, что конкретно вы хотели бы изменить.

Присутствие царя на разговоре тоже было понятно. Под его приглядом проводить переговоры с правящей династией чужой страны – это нормально. А не поставить государя в известность о них, уже противозаконно. Мы ведь не микроволновки продаем, а изделия военной промышленности, от которой зависит обороноспособность Русского царства.

Посол подал принцу бумагу, и Канси вручил ее мне.

– Здесь все расписано, – объявил китаец.

Я поглядел на список изменений, но отвечать не спешил. Во-первых, у нас сейчас и так заказов полно, во-вторых, одно дело снабжать аристократов своей страны, и совсем иное – продавать чужой.

– Я не вижу ничего, что не могло бы быть невыполнимым, – произнес я. – Однако мне потребуется консультация с инженерами, чтобы говорить предметно.

Принц едва заметно наклонил голову.

– В таком случае, княжич Романов, я буду ждать от вас новостей.

Поднявшись вместе с послом, принц раскланялся, как положено, после чего делегация Поднебесной скрылась в стенах особняка.

– Миша, покинь нас, – велел Михаил II, не глядя на великого князя Выборгского.

Когда мы остались вдвоем, государь сел свободнее и посмотрел на меня внимательным взглядом.

– Хорошо отдыхается, Дмитрий Алексеевич? – с усмешкой спросил Михаил II.

Я накрыл беседку куполом и, отсев от собеседника на другую сторону, вздохнул.

– Пока что хорошо, государь. У тебя ко мне какое-то новое дело?

Он помолчал несколько секунд, внимательно рассматривая меня, после чего произнес:

– Я бы хотел, чтобы ты перестал играть с Рюриковичами за моей спиной, Дмитрий, – объявил царь, строго глядя мне в лицо. – Время Невских подошло к концу, и мне не нравится, как ты сближаешься с их родом. Не хотелось бы, чтобы один из моих самых выдающихся княжичей пошел ко дну вместе с великим князем Московским. Потому что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Мы поняли друг друга?

Я медленно склонил голову.

– И запомни, Дмитрий, – увидев, что я не стал возражать, царь продолжил наставительную беседу. – Что бы тебе ни обещал Емельян Сергеевич, он уже не в силах это исполнить. А когда ты в следующий раз прилетишь в Москву, столицей уже будет руководить Михаил Викторович Соколов.

– Я запомню твои слова, государь, – вновь поклонился я.

– Тогда на этом все, – кивнул мне в сторону выхода Михаил II. – И над предложениями Поднебесной подумай, как следует. Я бы хотел развить сотрудничество между нашими странами. Но прежде чем делать им какие-либо предложения – сперва покажешь их мне. Это ясно?

– Да, государь.

– Тогда иди, веселись. Князь Пермский будет рад твоей поддержке.

В том, что Михаил II пожелает лично держать на контроле, какие именно доспехи Урал продает китайским союзникам, я изначально не сомневался. Любой здравомыслящий правитель бы обеспокоился этим вопросом. Тем более в свете прошедшего мятежа, вскрывшего сотрудничество Рюриковичей с заграничными врагами. Одни газы Измайлова чего стоят.

Сняв купол с беседки, я направился обратно в особняк.

Можно было бы, конечно, спросить царя про список, но не сегодня. Я все еще сам не решил, что мне делать с этими документами. И точно не Михаил II станет первым, кто узнает, что у меня есть эти бумаги. Отцом он мне не стал, как и близким человеком. Нас даже союзниками не назовешь. И доверия между нами – ни на грош.

Вернувшись в зал, я был тут же подхвачен под руку Юсуповым. Михаил Эдуардович перепоручил мне княжну Аганину, и мы вместе с Динарой закружились в новом танце.

– Когда собираешься в Москву? – после очередного разворота под музыку спросила она.

– Послезавтра нужно быть в Университете, – ответил я и предположил с улыбкой. – Манит в столицу?

Княжна едва слышно фыркнула.

– Еще чего?! Я из дома-то выбралась только ради Семена, и в белокаменной появляться не собираюсь до Нового года.

Я кивнул, принимая ее ответ. Мы еще несколько секунд молча танцевали, прежде чем княжна заговорила вновь:

– Ты ведь не прикажешь Морозовой разорвать наш контракт? – с максимально не заинтересованным лицом спросила она.

– Конечно, нет, – ответил я, продолжая танец. – Это ваша договоренность, и не мне ее разрывать. Тем более что я уверен, друг с другом вы нашли общий язык и неплохо на этом заработаете.

Динара чуть дернула уголками губ.

– Больше, чем мы сами думали, – призналась она. – Наш князь уже закладывает новый завод. Заказов в Османской империи больше, чем мы успеваем исполнить.

– В таком случае поздравляю, – совершенно искренне порадовался я за подругу. – Ты давно это заслужила.

Музыка стихла, и Динара чуть ближе подошла ко мне.

– Спасибо, Дмитрий, я тебе очень благодарна.

Я улыбнулся в ответ и отпустил ее руку. Княжна тут же растворилась в толпе, а я, наконец, направился к паре молодоженов, принимающих поздравления.

Чтобы добраться до новоиспеченного князя, пришлось побродить по залу, ожидая, когда другие отойдут. Стоять в очереди даже для ненаследного княжича неприемлемо, а уж для наследника – и вовсе не хорошо.

Но мой черед наступил, и я улыбнулся обоим молодым людям.

– Князь, княгиня, – поклонился я им. – Позвольте от лица родов Романовых и Демидовых поздравить вас с этим чудесным днем.

Мэйлин улыбнулась, глядя на меня из-под приспущенных ресниц. Семен же был менее сдержан и протянул мне руку.

– Спасибо, Дмитрий, – ответил он с чувством, пожимая мои пальцы.

– Спасибо, что разделили с нами этот праздник, княжич, – ответила одногруппница. – Надеюсь, вы не забудете своих друзей и будете частым гостем в наших владениях.

– Непременно, княгиня, – ответил я. – В свою очередь прошу обращаться за помощью, если она вам понадобится.

– Дмитрий, мы не забудем, – заверил Семен. – И правда, заглядывай почаще. Мы будем рады.

Раскланявшись с ними, я уступил место другим желающим поздравить чету Ефремовых.

Праздник продолжался, и в какой-то момент я смог по-настоящему расслабиться. В конце концов, окончание мятежа действительно отличный повод отдохнуть.

– Дмитрий Алексеевич, сыграете с нами? – предложил Константин Евгеньевич, увлекая меня из зала.

Отец Семена лучился довольством. И несмотря на то, что обычно я не участвую в азартных играх, на этот раз отказываться не стал.

– Разве что всего партию, Константин Евгеньевич, – произнес я.

И был практически тут же усажен за стол с картами.

– Господа, добрый вечер, – поздоровался я с тремя другими игроками.

Все они были князьями, так что за столом я оказался самым младшим.

– Княжич Романов играет, – хмыкнул владетель Уфы. – Константин Евгеньевич, я уж думал, после того, как царь лично женил вашего сына, меня сегодня больше удивить не получится!