Текст книги ""Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Avadhuta

Выйдя из покоев, я прошел по коридору второго этажа и, остановившись на лестнице, обвел взглядом гостиную. Матушка и сестра украсили весь московский особняк, превратив хоть и роскошное, но все же довольно строго оформленное жилье в подобие светского салона. Мне это не особенно нравилось, но такова уж современная мода.

Спустившись по лестнице, я кивнул брату. Сергей уже стоял возле дверей, готовый встречать гостей на правах главного члена семьи. Одет он был точно так же, как и я, с той лишь разницей, что вместо перстня на руке он носил герб Романовых на лацкане пиджака, выложенный драгоценными камнями.

По другую сторону в ожидании замерла Ксения, одетая в роскошное вечернее платье. Сестра сегодня воспользовалась очень дорогими, но при этом неброскими украшениями. Выглядеть так дорого, как княжна Романова, могли позволить себе очень не многие. И это было правильно, все же она у нас сегодня звезда приема.

Матушка пока что заканчивала прихорашиваться, и появиться позднее, когда гости уже соберутся.

– Ну что, все готовы? – спросил я у обоих разом.

– Открывай, – кивнул Сергей.

Я толкнул входные двери как раз в тот момент, когда в ворота особняка въехал первый автомобиль с гостями.

Прием начался.

Владимир Кощеев
Романов-3

Глава 1

Если царский прием и был светским мероприятием, но все еще оставался собрание благородных людей пред очами монарха, то все последующие мероприятия проходили по гораздо более мягким правилам. И хотя аристократы все еще соблюдали этикет, но уже не придерживались его столь строго, как в Кремле.

Сергей здоровался с гостями на правах наследника, после чего перепоручил публику мне. Я же провожал их в бальную залу, уже подготовленную к празднику. Ксения в это время играла роль хозяйки приема, расточая улыбки и комплименты проходящим внутрь особняка людей. У нас был анонсирован камерный прием, пусть и с длинным списком гостей, иначе роль гида мы бы перепоручили слугам. А так – и встретили, и проводили, развлекая краткой экскурсией по дому через коридор, увешанный портретами предков, то есть выказали уважение Романовых к каждому гостю.

Уже через пятнадцать минут после начала я почувствовал, что дежурная улыбка на моем лице застыла маской, а лица гостей сливаются в одно пятно. К тому же подавляющее большинство было мне не знакомо, но я старался слушать, как к кому обращается Сергей.

Брат с сестрой были здесь в своей стихии. И пока наследник рода Романовых развлекал краткой беседой прибывших мужчин, Ксения брала под свое крыло женщин, умудряясь и найти за что похвалить, и даже предложить наиболее подходящее именно этой даме угощение.

Слуги подкармливали прибывающих аристократов легкими закусками и выпивкой. Естественно, напиваться никто на таком мероприятии не станет, общество не поймет, но ожидать начала без бокала в руке – моветон. А удержаться и не попробовать изысканно выглядящие угощения на шпажке – просто невозможно. Ну а если съел что-нибудь, грех не запить бокалом дорогого шампанского или коллекционным вином на выбор.

Так что атмосфера в бальной зале, куда я раз за разом возвращался с очередным гостем, быстро теплела, и если первые благородные еще сохраняли чопорные лица, то к исходу отведенного на приезд бояр времени уже слышались разговоры, шуршание женских платьев и негромкий смех представителей молодежи.

Вслед за боярами показались машины княжеств. И первым на территорию особняка вкатился кабриолет Юсупова. Наследник рода вышел из машины, поправил пиджак, из кармана которого выглядывал бутон белой розы, и решительно шагом направился к нам.

– Княжичи, княжна, – с улыбкой поприветствовал он нас.

Сергей тут же кивнул в ответ.

– Рад приветствовать, Михаил Эдуардович, – произнес брат. – Наша семья всегда вам рада, – сказал он, приложив руку к груди.

– Это взаимно, Сергей Алексеевич, – зеркальным жестом ответил Юсупов.

И еще не успев убрать руку, подцепил бутон и с ним сразу же повернулся к моей сестре.

– Ксения Алексеевна, вы сегодня как никогда прекрасны, – заявил мой бывший одноклассник. – Позвольте выразить вам свое восхищение, вручив эту розу.

Сестра с улыбкой приняла подарок и, держа короткий стебель в руке, попросила меня:

– Дмитрий, проводи Михаила Эдуардовича, пожалуйста.

– Разумеется, Ксения, – ответил я, увлекая за собой наследника Юсуповых.

Мы отошли всего на пару метров, когда Михаил обернулся ко мне и с усмешкой сказал:

– Ты ведь уже знаешь, что я – один из тех счастливчиков, кому повезло бороться за руку твоей сестры? – спросил он, глядя на меня со смехом в глазах.

– И если тебе суждено будет победить, – точно также улыбаясь, ответил я, – обещаю, что долго ты не проживешь, если обидишь Ксению.

Юсупов фыркнул, шагая по коридору.

– Разве я могу обидеть такую красотку?! – с наигранным возмущением спросил он. – Романов, ты меня с кем-то путаешь.

– Паяц, – покачал я головой, прежде чем толкнуть двери в бальный зал.

Михаил тут же увидел каких-то своих знакомых и, подхватив с подноса официанта бокал с шампанским, направился к ним.

Не самый худший выбор, если судить не по человеческим качествам будущего супруга сестры, а смотреть на выгоду для Романовых. Выдать дочь замуж за наследника деловых партнеров, с которыми у нас долгая история взаимного сотрудничества – разумный шаг. Но, конечно, Михаилу тут вряд ли что светило – его репутация неутомимого ловеласа перечеркивала любые достоинства.

Сергей уже встречал новых гостей. Быстро поприветствовав чету башкирских князей, я сопроводил их в бальную залу. И на этот раз заметил, что среди гостей уже ходит матушка, закончившая свои приготовления. Княгиня заметила нас и, вежливо попрощавшись с собеседниками, тут же подошла к нашим соседям.

Я же вернулся к дверям, и продолжил курсировать между входом и бальной залой, пока на крыльцо не ступили сразу трое гостей.

– Руслан Александрович, Мария Евгеньевна, – склонил голову Сергей. – Рады видеть вас на нашем приеме.

– Это взаимно, внучек, – отозвалась Демидова, и тут же повернулась к третьей гостье. – Позволь представить тебе нашу красавицу – Волкову Василису Святославовну.

– Рада встрече, – склонила та голову, приветствуя моих брата и сестру. – Княжич, княжна.

Сегодня на ней было простое вечернее платье, но на груди сияло подаренное мной колье, а в косу была вплетена зеленая лента в цвет глаз. При том, что одежда на боярышне вполне соответствовала нормам приличия, подобрана она была так, чтобы всем было видно, какая красота под ней скрывается.

– Ну, мы пойдем сами, а Дмитрий может пока что проводить Василису, – хитро подмигнув мне, заявил патриарх Демидовых. – У нас же с ним позже будет серьезный разговор. Кстати, Сергей, появится ли на приеме сам князь?

– Прошу, – предложил я руку гостье.

– Благодарю, княжич, – отозвалась она, позволяя себя увести.

– Да, князь прибудет немного позже начала, Руслан Александрович, – ответил брат, прежде чем мы с Волковой отошли.

Я отвел ее в коридор с портретами, и Волкова практически останавилась, разглядывая картины. Я сперва даже не поверил, что ей действительно интересно, но внимательный взгляд боярышни изменился, и она на самом деле изучала полотна.

– У вас длинная родословная, Дмитрий Алексеевич, – произнесла Волкова. – Вы собираетесь основать младшую ветвь или останетесь в семье?

Я бросил взгляд на своих предков.

– Я – Романов, Василиса Святославовна, – произнес я, глядя на галерею. – Им родился, им и умру.

– Хорошо сказано, княжич, – улыбнулась она. – Надеюсь, вы сможете уделить мне немного времени для танцев?

– Разумеется, Василиса Святославовна, – ответил я.

– Просто Василиса, княжич, – легко разрешила она. – В конце концов, мой род служит вашему деду.

– Как пожелаете, Василиса, – кивнул я. – В таком случае можете обращаться ко мне по имени.

– Естественно, только наедине, – заявила она, и мы подошли к дверям бального зала. – Надеюсь, мне удастся произвести должное впечатление не только на вас, но и на вашу матушку.

– Ваш род служит моему деду, – произнес я с улыбкой. – И матушка об этом помнит.

Проводив Волкову, я уже в коридоре столкнулся с Демидовыми.

– Не провожай нас, – велел Руслан Александрович, махнув рукой. – Уж не заблудимся.

Я кивнул им обоим и пошел к входу, чтобы тут же сопроводить новых гостей. Поток людей все не иссякал, и я уже начал всерьез раздумывать, не слишком ли много приглашений мы раздали, когда на территорию особняка вкатил кортеж великих князей Красноярских.

Этикет позволял Рюриковичам заявляться в гости с собственной охраной. И не столько по причине того, что желали унизить хозяев, сколько ради демонстрации своего особого положения.

Я слышал, как скрипнула зубами Ксения, увидев Татьяну Игоревну, выходящую из машины. Сергей оставался внешне совершенно спокойным, но я брата знал, потому заметил, что наследник напрягся.

Погрузившись в легкий транс, я успел просмотреть людей великой княжны, но они явно не думали развязать бой. Бойцы Измайловых исполняли свой долг по охране, и оружия на виду не держали. Впрочем, иного и быть не могло – иначе выглядело бы провокацией конфликта. И хотя для начала схватки им потребуется пара секунд, нападать на Романовых у них дома, когда рядом есть я – очень опасная глупость.

– Татьяна Игоревна, – с улыбкой произнес брат. – Рады видеть вас на нашем приеме.

– Это взаимно, Сергей Алексеевич, – ответила Измайлова. – Ксения Алексеевна, вы выглядите просто потрясающе. Мне следует взять у вас пару уроков.

Сестра улыбнулась в ответ, чуть склоняя голову.

– Благодарю, Татьяна Игоревна. Дмитрий, проводи, пожалуйста, великую княжну в бальный зал.

И, предложив Измайловой руку, я похвалил себя за то, что додумался воспользоваться трансом. Так у меня было и время отреагировать на любую ее провокацию, и при этом сохранять невозмутимость на лице.

Шагая по коридору, гостья лишь раз бросила взгляд на портреты Романовых и прошептала:

– Вам действительно не больно от того, что такое величие вашей семьи осталось в прошлом? – спросила она, глядя на меня из-под приспущенных век. – Неужели вы настолько не амбициозны, Дмитрий Алексеевич?

Наверное, если бы не транс, я бы не сдержал выражения лица. Но так мне удалось сохранить вежливую улыбку на губах, и ответить не менее вежливым тоном:

– Я считаю, что не всем дано руководить, Татьяна Игоревна, – сказал ей в ответ. – И совершенно точно знаю, что для меня это будет очень плохой выбор.

– Но вы получили допуск в лабораторию ЦГУ! – заметила та.

– Вы полагаете, что править и совершать научные открытия – одно и то же?

– Разумеется, нет, княжич, – усмехнулась Татьяна Игоревна. – Но я полагаю, что познавать тайны мироздания – куда сложнее. Благородных родов на Земле много, а действительно нужных нам открытий – исчезающе мало.

Я не стал спрашивать, какие именно открытия великая княжна Красноярская считает наиболее значимыми. И хотя я пребывал в легком трансе, чувство брезгливости, вызванное ее первым появлением в моей жизни, стало еще сильнее.

Нет, я понимал, что Измайлова не глупая девчонка, и наверняка в своей области достойный специалист. Но мудрости в ней ни на грош, а это приведет любое дело, которое великая княжна Красноярская получит в управление, к смерти.

– Прошу, – толкнув двери в бальный зал, пригласил я ее входить.

– Благодарю, княжич.

И она прошла с таким видом, будто ей принадлежит не только особняк, в котором проходит прием, но и все находящиеся в нем сейчас люди.

Отправившись в очередной раз к входу, я встретил по дороге брата с сестрой. За беготней с сопровождением я упустил, что на рукаве Ксении теперь красовались пять маленьких бутонов – по числу претендентов на ее руку и сердце. Каждый был своего цвета, и княжна будет возвращать их мужчинам, которым не повезет сегодня.

– Все в порядке? – спросил Сергей, мгновенно поняв по моему лицу, что я все еще в трансе.

– В полном, – заверил я. – Идем?

– Да, – ответила сестра, давая знак шагающей вслед за ними прислуге.

Двери в бальный зал в очередной раз открылись, и слуга объявил:

– Княжич Романов Сергей Алексеевич! Княжич Романов Дмитрий Алексеевич! Княжна Романова Ксения Алексеевна!

Гости замолчали, выдерживая положенную этикетом паузу. Мы за это время прошли к матушке, попутно улыбаясь собравшимся в зале людям, не выделяя никого – одинаково вежливые ко всем, кто явился на этот праздничный вечер.

Княгиня уже стояла посреди зала с бокалом в руке и подняла его повыше, привлекая к себе внимание.

– Уважаемые гости, род Романовых рад, что вы прибыли на наш прием в честь помолвки моей дочери, Ксении Алексеевны! – объявила Ирина Руслановна. – Наслаждайтесь этим вечером вместе с нами!..

Сестра слегка покраснела, взгляд опустился в пол. Княжна сейчас смотрелась очень трогательно и мило, так что по залу потек одобрительный шепоток. Кто-то из дам даже всплакнул. Я находился в трансе, и мог это заметить, но остальные не обратили бы внимания.

Вверх поднимались бокалы, аристократы не слишком дружно, зато охотно отозвались на призыв нашей матушке. Особый энтузиазм звучал от молодежи, собравшейся в дальнем углу.

Зазвучала музыка, в зале появился князь Романов, тут же подхвативший супругу в танце. К ним присоединились старшие князья и княгини, Сергей быстро сориентировался и, направившись к Измайловой, избавил меня от необходимости выбора. После отца, который просто не имел права на первом танце приглашать кого-то кроме супруги, наследник – самый важный член семьи, и именно ему положено приглашать великую княжну.

Василиса ждала меня чуть в сторонке, и стоило мне приблизиться, Волкова очаровательно улыбнулась, слегка приподняв бровь. Я склонился перед ней, предлагая руку, и она без слов вложила свою кисть в мои пальцы.

Первый танец был медленным и степенным, здесь не было места для фривольности и разнузданности современной музыки, популярной у царских людей. Конечно, это не значило, что аристократы ее совсем не слушали, наоборот – любой клуб в крупных городах нет-нет да видел среди своих посетителей несколько благородных дам и мужчин. Но на мероприятиях старались ставить что-то более традиционное.

Волкова легко двигалась, позволяя мне вести. Когда мне было положено приобнять партнершу за талию, я ощущал гибкие мышцы под платьем. Тренированное тело целительницы, успевшей покататься по горячим точкам вместе с семейным отрядом, приятно ощущалось ладонями.

Василиса улыбалась естественно, было видно, что происходящее доставляет ей удовольствие, и я на некоторое время позволил себе просто насладиться моментом, выбросив из головы мысли о работе, Измайловой и прочих проблемах. В конце концов, зачем еще испытывать эмоции, если не получать удовольствие, когда тебе действительно хорошо?

– Благодарю за танец, Василиса Святославовна, – склонился я перед девушкой, когда музыка прекратила играть, и мы вновь оказались в той части зала, где я приглашал Волкову.

– Для меня было в радость танцевать с вами, Дмитрий Алексеевич, – ответила она с довольной улыбкой. – Надеюсь, мы еще повторим сегодня?

– Непременно, – заверил я с улыбкой, чувствуя себя расслабленным и отдохнувшим.

При этом я точно знал, что никакого воздействия на меня Василиса Святославовна не оказывала. Просто проведенное в танце время действительно мне понравилось и позволило немного перезагрузиться.

Старшее поколение, покинув танцпол, тут же уступило его людям помоложе, а кто-то и вовсе перебрался в игровые комнаты. Я нашел взглядом отца, и тот, кивнув мне, повел матушку на обход гостей. В отличие от нас князю Романову еще только предстояло поприветствовать людей и, возможно, на ходу начать какие-то переговоры.

Я не оказался предоставлен сам себе, разумеется, и тоже кружил по залу, рассыпая комплименты женщинам и перебрасываясь со сверстниками и знакомыми дежурными фразами.

Долго, правда, бродить в одиночестве мне не дали. Стоило мне оказаться между двумя группами гостей, как рядом возникла великая княжна Красноярская. Татьяна Игоревна просто пошла рядом со мной, ничего не говоря, и ничего не требуя. Однако намек я понял и направился в сторону напитков.

– Желаете ли выпить чего-нибудь, великая княжна? – предложил я гостье, и та величественно кивнула в ответ.

– Я бы предпочла розовое вино, Дмитрий Алексеевич, – сделала выбор она.

– Желание дамы для меня закон, – ответил я, и тут же указал прислуге на нужный напиток.

Официант быстро наполнил бокал и передал его мне, а я уже протянул великой княжне.

– Прошу, Татьяна Игоревна.

– Благодарю, княжич, – улыбнулась она, принимая вино и тут же, не прекращая улыбаться, спросила: – Вы уже готовы дать мне свое согласие, Дмитрий?

Я взял в руки бокал с шампанским и с улыбкой спросил, игнорируя вопрос:

– Не желаете ли для начала потанцевать, Татьяна Игоревна?

Она немного подумала, чуть нахмурив брови, после чего отставила бокал, из которого так и не отпила.

– Вы правы, не подходящее место для разговора, – кивнув, великая княжна Красноярская протянула мне свою руку, и я повел Измайлову в центр зала. – Вернемся к этой теме позже. Вы уже знаете, кто станет супругом вашей сестры?

Я натянул на лицо улыбку и закружил девушку в танце. И, несмотря на то, что благодаря легкому трансу я знал, что опасности она не представляет, ощущение приближающейся беды все сильнее затягивало меня.

Что-то случится на приеме, и мне нужно быть готовым.

Глава 2

С Измайловой мы так и не поговорили во время танца, впрочем, она вела себя безукоризненно и мне не к чему было придраться. Так что я выпустил ее из рук и с поклоном поблагодарил за танец. Великая княжна Красноярская мгновенно оказалась окружена молодыми людьми – даже раньше, чем успела мне ответить, как того требовала традиция.

Юсупов, незаметно отделившийся от этой толпы желающих покружиться с Татьяной Игоревной, тут же подхватил меня под руку. И пользуясь тем, что великую княжну приглашают практически все неженатые кавалеры приема, вывел меня из бального зала в игровую комнату.

Здесь пока еще не было никого, кроме прислуги, готовой исполнить желание гостей развлечься за карточным столом или покатать шары с кием в руках. Еще нетронутый бар для господ был закрыт и полон, а бокалы рядом с ним стояли ровными рядами, как солдаты на смотре.

– Михаил, ты как раз вовремя, – заметил я, не скрывая вздоха облегчения, и друг усмехнулся в ответ.

– Будешь должен, – заявил он в ответ. – Партию?

Он широким жестом обвел стол для покера, за которым стояла в ожидании крупье в форме рода Романовых. Девушка была симпатичная, с выдающимися формами, и я совершенно не удивился, что именно ее и заметил наследник Юсуповых. Притом что ее место было третьим от нас.

– Ты же знаешь, я не слишком азартен, – покачал головой я.

– Это я в тебе и ценю, Дмитрий, – заявил Михаил, говоря совершенно серьезным тоном, но при этом так улыбаясь, что было ясно – княжич шутит. – Танец уже начался, можем возвращаться. Или? – он снова бросил взгляд в сторону стола, но смотрел при этом исключительно на девушку.

Я посмеялся и, подхватив друга под руку, повел его обратно. Задерживаться без веской причины мне не стоило.

– Ты неисправим, Юсупов, – заявил я другу, когда мы переступили порог бального зала.

Измайлова действительно кружилась на танцполе, и, судя по раскрасневшемуся лицу, ей происходящее очень нравилось. Именно это, похоже, ей и требовалось: чтобы ради возможности танцевать с ней выстраивались толпы благородных молодых людей, чтобы все видели, как она блистает.

– Не нравится она тебе, как я погляжу, – с легкой улыбкой заявил друг.

– Ты слишком хорошо меня знаешь, – ответил я, осматривая зал.

Василиса танцевала с Сергеем, и оба держались подчеркнуто вежливо друг с другом. Не похоже было, что Волкова собирается налаживать отношения с наследником. Но и отказывать не стала.

– Открою тебе секрет, Дмитрий, – почти шепотом произнес Юсупов, подводя меня к столику с фужерами.

– Я весь внимание, – поддержал я игру друга.

– Чем легче женщина увлекается светскими развлечениями, тем проще ей овладеть, – заявил Михаил. – Вопрос лишь в том, что делать после того, как она окажется в твоих объятиях, Дмитрий. И я скажу тебе, как на духу: если бы я захотел, она бы ела у меня с рук уже к концу приема.

А это интересная мысль. Заодно можно будет проверить, насколько великая княжна Красноярская искренне рассчитывает отделаться от отца и брата.

– А вот твоя сестра, например… – продолжил речь Юсупов и обернулся к прислуге. – Два игристого, любезный!

Официант тут же исполнил заказ, и Михаил всучил мне бокал.

– Ты подходишь к очень опасной черте, – подметил я, но Юсупов лишь отмахнулся.

– Наоборот, Дмитрий, совсем наоборот! – заявил он. – В том-то все и дело, что девушки, подобные Ксении – это не просто Гран-при, недосягаемый и закрытый. Такие женщины бывают в жизни настоящего мужчины только раз, и я был бы идиотом, если бы упустил этот шанс.

Он посмотрел на меня, и я заметил по его глазам, что говорит наш вечный балагур и весельчак предельно серьезно.

– Ты сказал мне, Дмитрий, что если что, то пощады мне не будет, – произнес он негромко. – Но если я добьюсь руки твоей сестры, я скорее пущу себе пулю в голову, чем взгляну на другую.

Я повернулся к залу, следуя за взглядом друга. И ожидаемо увидел Ксению. Сестра танцевала с мужчиной около тридцати лет в униформе лейтенанта. И на ее рукаве уже было только четыре бутона.

Один претендент выбыл.

– Ты как-то подозрительно серьезен, – заметил я, слыша, что музыка подходит к концу.

– Потому что, возможно, впервые в жизни ты видишь меня без маски? – грустно улыбнулся Михаил.

А после залпом выпил весь бокал и, поставив его на стол, хлопнул меня по плечу.

Я проводил его взглядом, подмечая, как медленно ломается его уверенная походка. Может быть, немногим было дано заметить разительную перемену, но я Михаила знал так же хорошо, как себя, и обратил внимание. Мой одноклассник волновался настолько, приближаясь к Ксении, что я практически наяву слышал, как шуршит во рту его пересохший от нервов язык. Видел подрагивающие кончики пальцев, которые княжич старательно пытался взять под контроль.

В голове будто щелкнуло, и я увидел события давно минувших лет. День, когда Юсупов приехал в наш Казанский дом и впервые увидел Ксению, как раз вернувшуюся из своего пансионата.

– А хорошо живется младшему княжичу! – заметил тогда Михаил.

Мы провели практически весь день без особой цели, выбирая занятия для себя по сиюминутному желанию. Я еще придерживался осторожности и не выставлял напоказ свои тренировки.

– Наследником быть сложнее, – поддержал его я.

Двери гостиной, в которой мы распивали чай, открылись, и к нам вошла Ксения.

Она готовилась к своей первой встрече с будущим женихом, была взволнована и то ли не знала, что у меня гость, то ли позабыла из-за нервов.

Сестра застыла на пороге, растрепанная после целого дня подготовки с примеркой одежды, сменой причесок. Совсем не тот вид, в котором нужно впервые представляться парню. Пусть нам и было тогда всего по шестнадцать.

Михаил открыл и закрыл рот. Ксения отступила на шаг, собираясь сбежать, но наследник Юсуповых оказался быстрее.

– Прошу прощения, вы, должно быть, Ксения Алексеевна? – спросил он, не сводя взгляда с ее лица и поднявшись на ноги.

– Сестра, позволь представить тебе – Юсупов Михаил Эдуардович, – встав так, чтобы перегородить вид на Ксению, произнес я.

– Дмитрий, я зайду позже, – пунцовая от смущения, сестра отступила за порог. – Рада знакомству, Михаил Эдуардович.

Двери за ней закрыл я, а Юсупов стоял до тех пор, пока я не потянул его за рукав.

– Кажется, я женюсь, Дмитрий, – сказал он.

– Это вряд ли.

– Почему? Наши отцы ведут дела, я договорюсь. Я наследник.

– Она выходит замуж, – сказал я, прерывая его.

Прошло больше двух лет с тех пор. И я никогда не задумывался о том, что Михаил пустился во все тяжкие именно после этого события, воспринимая это просто как попытку отвести душу прежде, чем на плечи ляжет тяжкая доля главы рода.

Михаил подошел к Ксении и, предложив руку, повел мою сестру на танец. Я отвернулся, чтобы проверить, где там Измайлова, но Татьяну Игоревну больше занимали другие кавалеры. И это было хорошо, так что я с легким сердцем направился в сторону Сергея, стоящего рядом с Волковой, и также внимательно следящего за нашей сестрой.

Но подойти к ним мне не дали. Слуга рода остановил меня на середине пути.

– Княжич, Алексей Александрович ждет вас в кабинете, – сказал он мне, и я, кивнув, последовал за ним.

Стоило покинуть бальный зал, как я позволил себе расслабиться. Уж в этой части особняка мне точно ничего не угрожает.

Пройдя к лестнице, я кивнул двум охранникам, дежурящим возле ступенек.

– Княжич, – поприветствовали они меня синхронными движениями голов.

По пути до кабинета отца я успел передохнуть после напряжения на приеме и, войдя к князю, был уже собран и готов к диалогу.

Стоило двери открыться, отец кивнул мне, указывая на свободное кресло. В другом разместился с комфортом седой мужчина лет пятидесяти. Подтянутый и серьезный. Чувствовалось, что это каменное лицо крайне редко улыбается.

– Дмитрий, – заговорил князь, когда я прошел к предназначенному мне креслу. – Это генерал военной разведки, Марков Василий Павлович.

Мужчина встал и протянул мне ладонь. Ответив на рукопожатие, я кивнул человеку, подарившему нашей семье внедорожник, с которого Виталя до сих пор едва пылинки не сдувал от счастья.

– Рад нашей встрече, Василий Павлович, – сказал я, прежде чем мы оба опустились в кресла.

– Итак, господа, – произнес Алексей Александрович, – времени у нас немного, так что сразу перейдем к делу. Военной разведке требуется неофициальный ликвидатор.

Генерал кивнул с таким видом, будто ему зачитывали принятый в ресторане заказ. Мне это понравилось, люблю, когда люди говорят прямо, что им нужно, а не юлят, стараясь избежать неприятных формулировок.

– Мы уже договорились, что твое дело ляжет на стол самого государя, – сообщил князь, переводя взгляд на меня. – И будет на его личном контроле. Никто, кроме нашего рода, царя и генерала не будет знать об этой договоренности, – продолжил он. – Это значит, никаких званий, наград, пенсии. И, разумеется, твое вмешательство, Дмитрий, будет осуществляться только после личного приказа государя Михаила II.

Я кивнул в ответ. Это был приятный ход. Тем более что и государь наверняка хочет убедиться, что я гожусь для защиты наследника, кем бы тот ни оказался. А это лучший способ из всех возможных, чтобы сделать это не просто с пользой для страны, но и не поднимая шума.

– Теперь дело за малым, – вновь глядя на меня, сказал отец. – Твое согласие и подпись, Дмитрий.

Он придвинул мне уже заполненную форму с подпиской о неразглашении и следом договор. Я не стал сразу подмахивать документы и прочел их внимательно.

Эта бумага присваивала мне один из высших статусов сотрудника силовых структур Русского царства. После всех подписаний единственный, кто мог с меня требовать отчета – сам Михаил II. Уровень секретности для любого сотрудника ЦСБ, кроме разве что государыни, становился недоступным. И это означает, что никто больше не вправе вызывать меня на допросы.

Абсолютная защита и личная ответственность перед царем. А генерал здесь всего лишь куратор, который будет наблюдать, обеспечивать поддержку и передавать информацию. У Маркова нет никаких прав мне приказывать, по сути, он всего лишь связной.

– Я согласен, – сказал я, поставив подпись на документе.

Василий Павлович кивнул мне с легким намеком на улыбку. Возможно, так он выражал искреннюю радость, но выглядело, будто скала вдруг решила улыбнуться.

– Будем сотрудничать, Дмитрий Алексеевич, – кивнул он мне. – И пока есть время, какой позывной у вас будет, чтобы нам не пришлось пользоваться ни настоящим именем, ни, само собой, титулом.

– Полагаю, у вас уже есть вариант? – предположил я, уже предчувствуя, что Марков пришел подготовленным настолько, насколько это вообще возможно.

– Зверь, – ответил тот, глядя на меня с неким ожиданием в глазах.

– Пусть так и будет, – кивнул я, легко соглашаясь.

Для меня это ничего не значило, главное, чтобы ни с кем другим потом не перепутали. А в остальном – если мерить даже местными мерками, я действительно порой крайне жесток.

– Хорошо, – ответил он, протягивая мне руку. – До связи, княжич.

Я кивнул, отвечая на рукопожатие, и после знака отца покинул кабинет, чтобы вернуться на прием. Никаких особых чувств по поводу своего назначения я не испытывал, хотя, оглядываясь на взаимоотношения с государем, мог признать, что роль ликвидатора доказывает, что признан цесаревичем буду не я. Иначе бы Михаил II не стал так рисковать, посылая меня на смертельно опасные задания.

Ну что же, по крайней мере, еще одно дело можно считать закрытым. Теперь следовало разобраться с оставшимися проблемами, и жизнь младшего княжича Романова вновь засияет красками.

Слуги распахнули передо мной двери, и я прошел в бальный зал, сразу же погружаясь в полумрак. Прожектора светили в центр, где кружились в вальсе пары, и я машинально наткнулся взглядом на три.

Великая княжна Красноярская слева от меня в паре с молодым человеком, одетым ничуть не менее броско, чем сама Измайлова. Справа же, сохраняя прежний настрой, танцевали Сергей и Василиса. А в центре до сих пор двигались Михаил и Ксения. Я повел глазами по сторонам, прекрасно улавливая, что внимание всех присутствующих приковано именно к сестре с моим другом.

Я сделал шаг вперед, и Ксения, исполняя очередное движение, обернулась ко мне. Я заметил, что она о чем-то говорит с Юсуповым, но пара находилась слишком далеко, говорили негромко, да и музыка серьезно мешала. Однако по лицу Михаила было заметно, что он, несмотря на подходящую моменту улыбку, говорит совершенно серьезно.

В какой-то момент я даже решил, что их пара сейчас распадется, Ксения вручит Михаилу его белую розу, и друга придется ловить по всей Москве, чтобы он не наделал очередных глупостей, которые порой устраивал в Казани.

Но музыка звучала, и танец продолжался. Я отступил в сторону напитков, ступая между гостями, пока едва не столкнулся нос к носу с матушкой. Княгиня Романова смотрела в центр зала, и ее глаза слегка блестели.

– Дмитрий, – обратилась Ирина Руслановна, заметив меня и быстро промокнув края глаз платочком, – ты знал?

Я обернулся на пару Ксении и Михаила. Музыка еще играла, но они прекратили танец. Наследник Юсуповых стоял перед моей сестрой на колене, держа раскрытый футляр с кольцом.

Замерла великая княжна, заметившая происходящее и просто переставшая двигаться, отчего ее партнер сбился с ритма и по знаку Измайловой споро ретировался. Не иначе прогнала его, чтобы не мешал смотреть. Замер Сергей, все еще держа Волкову за руку. Казалось, замер весь зал.