Текст книги ""Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Avadhuta

– Ты совсем спятил? Хоть понимаешь кого ты сюда притащил?

Гвидеон поднялся вместе с остальными. Он помрачнел, но не потерял духа, в отличие от остальных.

– Ваша светлость, госпожа Корда была схвачена за использование магии. Она обвиняется в колдовстве.

– Что ты несешь, пёс? Тебе мало понижения до десятника? Сейчас же освободи ее и извинись, иначе я вообще вышвырну тебя из стражи.

Теперь я понял, почему Корда так вела себя. Гвидеон больше не начальник стражи. Не мог поверить, что теперь он всего лишь десятник. Впрочем, это объясняет как он оказался ночью на улице в компании стражей. Теперь он патрулировал улицы Вельсара. Но кто этот тип, и как ей получилось охмурить нового командира стражи?

– У нас есть доказательства ее виновности.

– Какие ваши доказательства? – Рендал посмотрел на меня. – Этот бродяга – твой свидетель, да, Гвидеон? В таком случае, завтра я повешу его на главной площади Вельсара за клевету и тебе в следующий раз советую быть осмотрительнее в выводах.

– Да какие к гоблину доказательства? – я не выдержал и подскочил. Такое впечатление, что гормоны напрочь затмили разум этого идиота. – Просто коснитесь ее запястья и считайте.

Рендал посмотрел на меня и замешкался.

– Меня, как благородную женщину, обижает подобная необходимость, – вмешалась Корда. – Я отказываюсь участвовать в этом безобразии.

– Корда, милая, так нужно, – Рендал подошел ближе к колдунье и перешел на шёпот. – Это всего лишь маленькая процедура, одна минутка... Ну, что тебе стоит?

Рендал протянул руку и без спроса коснулся запястья. Девушка попыталась отдернуть руку, но его пальцы крепко сжались на ее руке. Несколько секунд ничего не происходило, а потом глаза начальника стражи полезли на лоб. Он покраснел еще сильнее и принялся хватать ртом воздух. Если бы не серебряные браслеты на руках колдуньи, я бы решил, что она пытается удушить его с помощью магии.

– Не может... быть...

– Уведите ее! – голос Гвидеона был твердым, как сталь.

Корда не стала дожидаться, когда ее схватят, выхватила из ножен, висевших на поясе Рендала, кинжал и полоснула по горлу начальника стражи. Одним движением ноги отбросила в сторону его обмякшее тело и бросилась к выходу. Все это происходило настолько быстро, что я едва успевал следить за происходящим.

Следующей целью девушка выбрала стража, стоящего неподалеку. Именно у него были отмычки от кандалов. Парень успел лишь повернуться к колдунье и широко раскрыть от удивления рот, когда кинжал оборвал его жизнь. Ну, нет! Я не позволю ей так легко сбежать!

Призываю барьер и бросаюсь на Корду, она тут же толкает тело стража в меня и срывает отмычки с его пояса. Арбалетный болт скользит по ее нагруднику, но аригалку он ни по чем. Даже с пяти метров не удалось причинить колдунье вреда. Еще немного, и она освободится от кандалов, и тогда всем нам будет не до шуток. Я поднялся и попытался схватить ее за ногу, но Корда оказалась быстрее.

Когда она оказалась у двери, я решил, что ей все же удастся сбежать, но в этот момент крепкая рука Гвидеона в стальной перчатке ударила ей в лицо. Колдунья потеряла сознание и распласталась на полу.

– Да, без своей магии и острого язычка она не так сильна, – произнес воин и посмотрел на меня, а затем повернулся к остальным. – Окажите помощь начальнику стражи и проверьте что с Летосом, сходите за лекарями, в конце концов.

Гвидеон отдал приказы и подошел ко мне, и я решил, что нужно использовать момент и поговорить с глазу на глаз.

– В прошлый раз я отказался от предложения прикончить колдуна, но в этот раз совсем не против, если это сделаешь ты.

– Не торопи события, Ричи! Корда – слишком влиятельная личность в Вельсаре, чтобы прикончить ее по своей воле. Тем более, теперь у меня нет на это никаких прав.

– Ты хочешь сказать, что ее отпустят?

– Нет, даже Рендал открыл для себя ее истинное лицо. Ее ждет смерть.

– Откуда они вообще знакомы?

Я сам не заметил как мы выбрались из казармы на улицу, залитую утренними лучами солнца. Гвидеон присел на бревне, стоящем неподалеку от входа и жестом пригласил устроиться рядом.

– Корда частенько бывала в Вельсаре. Собственно, она родом отсюда, из благородных кровей. Она была многообещающей волшебницей, что неудивительно при возможностях ее семьи, но потом семья Корды были изгнана из города, ее деда и вовсе казнили на главной площади. Город покинули все, кроме одного человека, который не дал повода усомниться в его верности.

– Их изгнали из-за Лабиринта?

– Нет, это произошло лет пятнадцать назад, Корда тогда была еще юной девчонкой, но уже тогда затаила обиду на Вельсар. Не удивительно, что Корда Тар не изменилась и осталась с колдунами. Она принесла клятву Лабиринту и стала Правым крылом. Правда, я узнал об этом гораздо позже.

– Погоди, Тар? Ты сказал Тар?

– Да-да, она сестра Варена Тара. Тот всегда стыдился этого родства и ненавидел колдунов за падение своей семьи. Ричи, не стоит сомневаться в его верности, он выследил и истребил множество последователей Лабиринта.

Я невольно вспомнил как Варен Тар отреагировал на наше появление там, в Лабиринте. Не удивлюсь, если среди его жертв были и невинные люди, которым не удалось доказать свою невиновность. Гвидеон продолжил, и я снова принялся его слушать.

– Интересно было бы узнать что с ним случилось.

– Вообще, это мне известно... – я глубоко вздохнул, вспоминая осаду Тор’Баррадана. – Его превратили в одержимого. Мы встретились с ним в бою на крепостной стене гномьего Тор’Баррадана, и я его убил.

Не знаю как отреагирует на эту новость Гвидеон, но я чувствовал, что должен это рассказать. Бывший начальник стражи кивнул, будто бы одобряя мое действие.

– Спасибо, Ричард. Приди Варен хоть на мгновение в себя, он бы поблагодарил тебя за избавление от этой участи.

Повисла неловка тишина. Каждый был погружен в свои мысли и не решался продолжить разговор. Мимо прошел отряд стражников, которые возвращались с дежурства. Мы оба провели их взглядами, пока те не исчезли в стенах казармы, а потом я все же спросил:

– А как Корда появилась в Вельсаре, если ей запретили возвращаться в город?

– Мы не узнали ее. Прошло ведь столько лет, а она и не афишировала свое происхождение. Изначально она стала появляться в городе в сопровождении Рендала. Не знаю где он ее подцепил, но подступиться к ней было невозможно. Новоиспеченный начальник стражи взял ее под свою защиту и не подпускал никого. Даже стражи у ворот Вельсара не осмелились потребовать Корду протянуть запястье. Она появлялась в городе всего несколько раз и всегда неожиданно...

– А как ты вообще лишился командования стражей?

– О, это вообще неудивительно. В Коральде не понравились наши успехи в борьбе с Лабиринтом, вот нас с наместником и сменили. Теперь наместник Вельсара – человек короля, как и начальник стражи.

– Судя по Рендалу, замена явно неудачная...

– Да, такие болваны долго не продержатся. Если не убьют, то выгонят, но это уже не мне судить. – Гвидеон посмотрел на солнце, которое уже показалось из-за крыш домов. – Останешься на казнь? Думаю, это случится уже сегодня. Рендал придет в себя и поторопится скорее избавиться от своего позора.

– Знаешь, я не любитель подобных событий, но в этот раз останусь. Боюсь, как бы ей не удалось в очередной раз улизнуть.

Глава 14. Казнь

Все оставшееся время до полудня я провел в размышлениях. Мне нужно как-то вернуться в Дор’Далин. Была идея попытаться использовать портал, но оказалось, что Корда забрала камень-близнец с собой. Теперь оба камня были вместе, и перемещаться от одного к другому можно было и без магии, достаточно было просто сделать крошечный шаг в сторону.

Оставался старый проверенный способ – пешком, вот только одна проблема не давала покоя. Вход в Лабиринт был завален. Плевать, если нет другого пути, пробью себе проход через завалы, но пройду. Там, на четвертом ярусе, остались мои друзья, Тея и отец! Я доберусь до них, чего бы это мне не стоило.

На площади оказалось много народа. Посмотреть на казнь Корды Тар собралось около тысячи человек. Никогда не понимал что забавного и любопытного может быть в зрелище, как кого-то лишают головы. Первое время в Лабиринте при виде такой смерти меня откровенно подташнивало и стоило большого труда, чтобы удержать в себе содержимое желудка.

Кстати, у Корды здесь все еще могли быть сообщники! Я вспомнил о Лаго и поторопился рассказать об этом Гвидеону, но воин лишь улыбнулся.

– Этот пройдоха, как чувствовал, что пахнет жареным – покинул город еще неделю назад. За один день распродал все имущество и не сказал куда направится. Думаю, заметает следы, чтобы колдуны не могли его найти.

Рендал тоже явился на казнь. Его шея все еще была перебинтована, хоть целители и провели пару часов, пытаясь скорее залатать рану. Похоже, досталось ему неплохо, вообще удивительно, что он выжил. Видимо, ранг у выкормыша из столицы был немаленький. Впрочем, надеюсь, мне никогда не придется проверять это. Новоиспеченный начальник стражи хмурился и почти все время молчал, лишь изредка отдавая короткие приказы.

Корду вывели на площадь почти к полудню. Колдунья была бледная после того, как потеряла много крови и с трудом держалась на ногах. Целители не стали приводить ее в порядок до конца, лишь поверхностно залечили раны на боку, чтобы девушка смогла идти сама, и привели в порядок лицо после встречи с кулаком Гвидеона. Что ни говори, а все-таки она была из благородной семьи, и даже на казнь ее вывели в пристойном виде.

Не было церемоний и длинных речей. Похоже, торопились поскорее покончить с этим. Голову Корды замкнули в колоде, при этом от меня не ускользнуло, что серебряные кандалы не снимали с запястий. Я смотрел на лицо колдуньи и не видел на нем ни страха, ни раскаяния. Просто маска обреченности. Посмотрел по сторонам, пытаясь рассмотреть в толпе колдунов. Не удивлюсь, если они придут на помощь Правому крылу, но ни одного подозрительного лица не рассмотрел.

Лишь на мгновение глаза выделили из толпы статную фигуру госпожи Диль, но она тут же растворилась в толкучке. Нет, она уж точно не станет мешать казни. Теперь, когда многие знатные люди убиты или казнены, она стала едва ли не самой богатой женщиной во всем Вельсаре.

Ко мне пробился Гвидеон. Вид у него был довольный.

– Знаешь, люблю смотреть как головы моих врагов слетают с плеч, – довольно произнес он.

– Помню-помню, – что-то подобное он говорил перед казнью Беккера.

– Казнь решили провести немного раньше, торопятся. Всё боятся, что колдуны вмешаются, – Гвидеон сплюнул себе под ноги и поймал на себе неодобрительный взгляд какого-то крестьянина, которому эта выходка не понравилась. – Даже в родном городе не могут обеспечить безопасность.

Я не стал поддерживать тему, которая была явно больным местом бывшего начальника стражи, а следил за происходящим в центре. Палач забрался на эшафот и разогревал толпу. Здоровяк подошел к колдунье и схватился за топор.

– А разве ее не будут сжигать?

– Должны, – Гвидеон пожал плечами. – Видимо, выбрали менее болезненную казнь. Уверен, Рендал хлопотал об этом.

Начальник стражи подошел ближе и положил один единственный красный цветок возле колдуньи. Рендал не поднимал головы и смотрел себе под ноги. Завершив свой ритуал, он поспешил убраться обратно. По его поведению было заметно, что он стесняется своей связи с колдуньей. Да, за такое его вполне могут разжаловать в десятники, как Гвидеона.

– Твое последнее слово, Корда! – палач взял в руки топор и подошел к колдунье.

Девушка слабо улыбнулась, а потом посмотрела на Рендела.

– Род Таров будет отмщен, а Вельсар сгорит в огне. За Лабиринт!

Короткий взмах топора, и голова Корды упала прямиком в корзину. Я не отводил глаз, чтобы быть уверенным, что Правое крыло больше никогда не причинит вреда. Удивительно, но все прошло слишком легко. Неужели конец?

Палач вынул голову и под ликующие крики толпы поднял ее над собой. Я отвернулся и не смотрел что было дальше. Кто-то последовал моему примеру или устремился прочь, но на площади хватало и тех, кого вид мертвой колдуньи забавлял. Странные люди. Я достаточно видел смерти, чтобы уважать ее и знать что это такое.

– Куда теперь? – Гвидеон догнал меня и шел рядом.

– В Горстейн.

– Еще не надумал бросить борьбу с чудовищами? Когда Правое крыло мертва, они надолго затихнут.

Я посмотрел на Гвидеона и покачал головой.

– Они не успокоятся, пока бьется Сердце Лабиринта. И я тоже не буду жить спокойно, пока не уничтожу его.

– А ты безумнее, чем я думал, – Гвидеон похлопал меня по плечу. – Только выбрался из огня и лезешь обратно.

– Ты ведь тоже не оставил службу, хоть и вынужден ходить десятником...

Знаю, что надавил на больное, но это как нельзя точно объясняло мои мотивы.

– Верно, потому что толковые люди нужны Вельсару. Если не я, то кто надоумит этих болванов?

– То же самое могу сказать о Лабиринте.

Гвидеон замолчал, погрузившись в свои мысли. За эти сутки произошло достаточно такого, о чем стоило поразмышлять.

– Можно просьбу?

Воин тут же нахмурился, ожидая, что сейчас я попрошу его помощи в путешествии или еще чего похлеще, но у меня были совсем другие планы.

– Учти, сейчас мои возможности ограничены...

– Мне много не нужно. Убедись, что тело Корды будет предано огню и присматривай за ним, чтобы до сожжения никто не подобрался.

– Боишься, что ее вернут к жизни?

– Почти уверен, что попытаются.

– Ну, знаешь, без головы это сделать не так-то и легко, но можешь не переживать. У меня остались свои люди, на которых можно рассчитывать. Тебе больше не придется встречаться с Кордой в бою.

Мы еще немного поболтали с Гвидеоном, как старые друзья, а потом он ушел отдыхать после ночного дозора, а я направился на рыночек. Хотелось заглянуть на постоялый двор и к старому искателю, навестить Эрола, отца Арны, но солнце поднялось уже высоко, а мне предстояло проделать большой путь. Не стоит терять время зря. Если друзья еще живы, им может понадобиться моя помощь.

На деньги, что остались от победы на турнире, купил себе лошадь, новые доспехи и немного еды. Скакун поможет на пару дней быстрее добраться до Горстейна, а там продам – в деревне лошадь заберут с радостью.

Примеряя новые доспехи, вспомнил о броне из чешуи дракона, которую обещал мне Дар’Кор. Ничего, бородатый коротышка, мы еще встретимся, и я напомню тебе о твоем обещании.

Вельсар покинул ближе к вечеру. Двигаться даже ночью по дороге опасно, но выбора нет – нужно спешить, чтобы скорее вернуться в Лабиринт. Теперь я понял зачем Корда пыталась заманить меня за собой – девушка рассчитывала прикончить меня чужими руками, и привести себя в порядок. Вот только как она собиралась вернуться, учитывая, что оба камня у нее? Других камней найти не удалось. Может, Лаго забрал их с собой?

– Удачного пути, странник!

Голос стража у ворот отвлек меня от мыслей. Я кивнул и поблагодарил его. Да, удача мне точно пригодится. Ворота города оказались позади, и я пришпорил коня – через пару часов стемнеет, и я не смогу быстро ехать даже по дороге. Ночью лошадь может оступиться и получить травму. В таком случае я точно в седле не смогу удержаться.

Ночь застала меня в пути, посреди леса. Пришлось спешиться, свернуть в сторону гор и вести лошадь следом за собой. Зато через час я добрался до основания горы, где можно было устроиться на ночлег. Приготовил все для костра, но не стал его разжигать. Пусть будет на случай, если запах привлечет волков.

Глаза слипались, но я не ложился. Натаскал листвы и устроился в небольшой ложбинке, укутавшись плащом. Спать пришлось сидя, чтобы быстрее проснуться в случае необходимости, но моя осторожность оказалась излишней – за ночь никто нас не побеспокоил. Подкрепившись остатками еды с Вельсара и найденными по дороге ягодами, продолжил путь.

Вот только добраться до Горстейна без проблем не дали. На дорогу выскочили трое людей, выставив вперед оружие. Один из них был вооружен коротким мечом и маленьким круглым щитом, второй сжимал в руках кинжал, а третий стоял немного позади, сжимая дубину с железным навершием. Похоже, им что-то понадобилось от бедняги Ричи.

– Хорошая у тебя лошадь, – заметил мечник, рассматривая лошадь.

– Хочешь себе такую?

Я спрыгнул на землю и встал между лошадью и своими собеседниками. В моих руках появился меч, что заставило их занервничать.

– Ты это... бросай глупости. Отдай лошадь и свою ковырялку, можешь уходить спокойно.

– Ага, может, еще и помочь лавки Вельсара обнести?

Разбойники заржали и жадными взглядами проскользили по сумкам, прикрепленным к седлу.

– Ладно, хватит болтовни, или отдай добровольно, или заберем сами.

Разбойник с булавой сместился в сторону, пытаясь зайти мне за спину, остальные двое направились прямо ко мне. Нет, ребята, вы явно не поняли с кем имеете дело. За время путешествия энергия у меня восстановилась до максимума, так что я был почти во всеоружии. Стоило им подойти на расстояние пару шагов, я призвал барьер и сам набросился на них.

Меч в моих руках засиял, повергнув горе-разбойников в шок. Их переговорщик попытался пырнуть клинком мою защиту, но барьер справился идеально. Одним ударом снес ему руку по локоть, а второму наотмашь разрубил ключицу. Оба упали на землю и завыли от боли. Если остановить кровотечение, жить будут. Детина бросил свою дубину и попятился назад, когда я повернулся к нему.

– Помоги своим товарищам, и найдите себе полезное занятие, иначе в следующий раз может повести куда меньше.

Разбойник закивал и потянулся к другу, спешно пытаясь намотать на культю бинты. Я устроился в седле и окинул взглядом поле боя. Никто не собирался бить в спину. Барьер рассеял, чтобы не тратить энергию зря, мало ли что ждет меня впереди. Призвать его обратно – дело секунды.

За ночь лошадка отлично отдохнула и набралась сил, поэтому мчалась легко. Чудесный скакун мне все-таки достался, даже жалко продавать, но в подземелье он мне точно ни к чему. К вечеру домики Горстейна показались вдалеке.

Стоило мне приблизиться к деревне, стражи преградили путь. Пришлось протянуть запястье для считывания – уже обычная процедура. Стражи были все те же, из Вельсара. Пройдет еще много времени, прежде чем местные станут воспринимать их как своих. Конечно, если чудовища снвоа не нагрянут.

Дом, где я раньше жил, оказался занял другими людьми. От Рика я узнал, что мать отправилась в Коральд – ей пришло письмо от деда, что тот совсем слег и нуждается в помощи. Было немного обидно оставаться на постоялом дворе. Конечно, Рик предлагал пожить у него, но я отказался – не хочу стеснять старика. Но некоторыми его услугами все же воспользовался. В закромах старика нашелся удобный каплевидный щит, который я сразу же купил. На щите был изображен огненный грифон на красном фоне. Смотрелось симпатично.

Но помощь старого искателя мне понадобилась еще для одного деликатного дела. Я не хотел напрямую закупать нужные вещи для похода, поэтому решил использовать Рика для прикрытия.

– Непростую задачку ты мне задал, – пожаловался старик. – Видишь ли, после гибели господина Сандера его лавка оказалась в запустении, да и кроме Герара мало кто разбирается в таких редких травах, так что заплутница – редкий гость на прилавках Горстейна. И потом, в последнее время мало кто решается далеко уходить от деревни – боятся то волков, то чудовищ. Непростые времена...

Выдал Рику вдвое больше монет чем требуется и принялся ждать. Уверен, если достать нужные ингредиенты так сложно, продавцы будут ломить цену. Старик вернулся только к закату, но все необходимое принес, даже один золотой остался. Если быть откровенным, это было все, что у меня осталось. Рик был так доволен, что аж светился от счастья.

– Все нашел, а на постоялом дворе сказал, что ты ко мне перебрался, чтобы не искали после захода солнца. Кстати, на лошадку твою покупатель нашелся, за семь золотых продал.

– Как за семь? Я же за шесть ее в Вельсаре купил?

– А вот так! Торговец я все-таки, или как? Ну, таким людям и за семь не стыдно отдать.

– Ты кому ее продал? – внутри все сжалось. Скакун был очень хорошим и нравился мне. Не хотелось, чтобы он попал к дурным людям.

– Старосте Анико, ему как раз нужен был хороший скакун для посыльных в Вельсар. Так что не переживай, за лошадкой будут хорошо ухаживать и разъезжать на ней доверят умелым всадником.

На душе сразу полегчало. Ну, Рик! Сразу видно опыт – все сам провернул, даже просить не пришлось. Старик не сводил с меня глаз.

– Выходит, решил-таки сегодня идти?

Я кивнул, улыбка тут же исчезла с моего лица. Мысли о Лабиринте сразу вернули меня к реальности. Друзья там в беде, а я тут пропадаю.

– Расскажи что тебя беспокоит? Вижу, что волнуешься...

Посмотрел на Рика. Ему можно доверять. Подошел к окну, задернул занавески на окнах и придвинул стул поближе к потертой столешнице. За пару часов успел рассказать о своих приключениях. Старый искатель довольно цокал языком, радуясь каждому нашему успеху, его глаза горели, будто он сам помолодел лет на десять и лично прошел до четвертого яруса.

– Да, ты многое узнал, даже то, что было неизвестно нам. Ну, а что на счет твоих дел, так и вовсе за пояс задвинул. Что ни говори, есть в тебе что-то от Тристана, – Рик спохватился и подскочил к окну, отодвинул занавеску и вгляделся в ночное небо. – Тебе пора, Ричи, уже скоро полночь!

Лавку Рика я покинул, как только тучи затянули небо, и луна со всем скопищем звезд скрылась за ними. Осенняя прохлада встретила меня непривычно холодно. За время путешествия по подземелью уже отвык от холодных ветров и совсем забыл, что осень в самом разгаре. Накинул на голову капюшон и глубже закутался в плащ. Ничего, это все ерунда. После того, как горел заживо в драконьем пламени можно и померзнуть.

В ушах все еще звенели напутственные слова Рика, а за спиной уместилась кирка – я всерьез собрался пробивать себе путь в Лабиринт через толщу скал. Плевать, что шум будет слышен на всю округу – ночью они вряд ли сунутся проверять, а на утро я буду уже далеко в Лабиринте.

Стоило подойти ближе, из-за камней появились две фигуры и стремительно помчались в мою сторону. Я успел выхватить оружие, но тут же сверху обрушилась охотничья сеть. Меня поймали, как какого-то кабанчика. Надеюсь, не зажарят на ужин.

– Зажгите факелы! – скомандовал до боли знакомый голос.

Воины, которые стали рядом, высекли искры, и вскоре рядом загорелись два факела. Услышав голоса людей, я успокоился. Значит, это просто недоразумение. Сейчас я им все объясню, и меня отпустят. Действительно, нелепо было думать, что вход в Лабиринт не будут проверять.

– Ричи, так я и думал!

Голос старейшины раздался раньше, чем я увидел его в темноте. Через пару мгновений в свете факелов появился и он сам.

– Мне стоило сразу понять, как только ты появился в Горстейне, что ты пришел не зря. Тебя привлекла не деревня, а Лабиринт. Скажи, мальчик мой, как давно ты перешел на сторону колдунов?

– Что за вздор? – я попытался подняться, но стражи крепко держали меня и не дали даже пошевелиться. – Я не одержимый и не отказник, вы отлично это видите. Можете коснуться запястья, чтобы проверить мой класс.

– Ты не состоишь в их числе, но служишь им. Разрушать печать запрещено под страхом смертной казни, – произнес Анико. – Никому из нас не велено приближаться к Лабиринту.

– Вы шутите? Это же просто груда камня! Неужели вы думаете, что этот завал остановит чудовищ? Кто вообще отдал этот приказ?

– Начальник стражи Вельсара, Рендал Карт, рекомендовал наместнику принять такое решение, и он согласился. Почти месяц прошел с тех пор, и мы ни разу не видели чудовищ.

Ага, кажется, я понимаю откуда ветер дует. Молодец, Корда! Охмурила Рендала, получила дорогу в Вельсар и обезопасила себя от нападения с поверхности. Да, почему бы не копить силы в таких условиях? Странно, что Сайлас собирался разрушить ее старания и выйти наружу. Неужели у них не было взаимопонимания?

– Уведите его!– произнес Анико, и двое стражей потащили меня в сторону деревни.

Кирка так и осталась небрежно валяться у входа в подземелье. Впрочем, сейчас мне нужно было думать о себе, а не об инструменте. Мои доводы не приносили никакого эффекта, казалось,будто меня просто не слышат.

Теперь понятно на что рассчитывала Корда. Она не собиралась возвращатьсяв Лабиринт в ближайшее время. Колдунья ждала свое воинство здесь, на поверхности, чтобы соединиться с ними и уничтожить Вельсар.

– Снимите с меня эту дурацкую сетку и дайте мне идти нормально! – ситуация уже выводила из себя.

Услышав мои требования, воин, идущий рядом только ухмыльнулся, а второй тыкнул в бок острием копья, подгоняя вперед.

– Иди давай, колдовское отродье, завтра увидим как ты запоешь на костре.

– Анико, о чём это он?

Старейшина обернулся на мой голос и уставился непонимающим взглядом.

– Ты разве не знал? Все, кто помогает Лабиринту, приравниваются к колдунам и сжигаются на костре.