Текст книги ""Фантастика 2024-62". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Avadhuta

– Не в том ты положении, князь, чтобы диктовать условия. Я пришлю тебе счет, перечислишь на него два миллиона, и я дам вам две минуты.

Звонок оборвался, и лежащий на столе телефон отца завибрировал. Письмо по электронной почте.

– Ты его услышал, – произнес отец, обращаясь ко мне. – Это тот же, кто был тогда с тобой?

– Похож, но я не уверен до конца, – ответил я. – Да и я подозреваю, что это одни и те же люди.

– ЦСБ тоже так решило, – сказал князь, открывая письмо. – Я пересылаю деньги.

Я не стал спорить, лишь кивнул. Семен Витольдович молчал.

Отец положил свой телефон на стол, и он тут же зазвонил.

– Князь Романов.

– Князь, мы отслеживали звонок, ждите нового сеанса связи. Процесс поиска идет. Ваши деньги получены банком, ждем, куда они дальше пойдут. Выполняйте требования и будьте спокойны – ЦСБ работает.

Отец взглянул на меня.

– Хорошо, я вас понял.

Разговор прекратился, и князь тяжело вздохнул.

– Не думал, что доживу до дня, когда мою семью смогут похищать.

– Мы и так сделали все возможное, отец, – сказал я. – С ней была усиленная охрана. Но это – армия. Не частники. Даже мы не можем защититься от ракет. Единственный выход – спрятаться в бункере. Нужно найти их и вернуть сестру. И узнать, кто за этим стоит. Деньги – не мотив, у этих парней их полно.

– Ты что-то смог выяснить? – с плохо скрываемой надеждой спросил отец.

– Нет, но думаю, если использовать меня в качестве наживки…

– Каким образом? Они не действуют наобум, тщательно готовят операции. А тут ты выйдешь из машины в центре столицы, и тебя выкрадут? Не смеши, Дмитрий, это так не делается.

– Когда они начнут присылать нам пальцы, ты так же решишь?

– Не посмеют.

– А что им помешает? – возразил я. – Думаешь, этих людей сдержат международные договоры? Да они стреляли ракетами в городе, отец! Если ЦСБ их найдет, живыми этих наемников брать не станут.

Он нахмурил брови и был готов взорваться, но я поднял руку.

– При следующем звонке предложи им поменять меня на сестру. Просто предложи.

– И вас убьют обоих. Предлагаешь мне рискнуть сразу двумя детьми?!

– Ну, если ты веришь, что ЦСБ чего-то действительно добьется, тогда, разумеется, давай просто сидеть и молиться.

– Не время показывать характер, Дмитрий, – стиснув зубы, процедил князь.

– Конечно, они не отдадут нам Ксению, – пояснил свою мысль я, – но главное, чтобы они доставили меня туда же, где содержат ее. Ты ведь прекрасно знаешь, что это спланированная акция по уничтожению Романовых. Вполне может быть, что следующим требованием станет нацепить на себя бомбу и пойти обниматься с царицей. И что тогда мы получим?

– Ты с ума сошел?

– Все упирается в то, веришь ли ты мне, своему сыну, которого знаешь со дня его рождения, или ЦСБ, которые за неделю так ничего и не нашли по делу о попытке похищения твоего ребенка. Ты знаешь мой ранг, знаешь мою реальную силу и должен понимать – я единственный, кто действительно может спасти сестру.

Я замолчал, а князь напряженно думал. Семен Витольдович, кажется, вообще решил изображать из себя часть интерьера. Вопреки ситуации я уже был спокоен. Единственное, что я действительно могу сделать для пользы своего рода сейчас – благородно предложить себя вместо сестры.

И если я прав, и атака направлена против рода, отказываться этот похититель не станет. Ведь заполучив еще и меня, он окажется на шаг ближе к цели. Останутся только отец, мать и наследник.

– Ты сошел с ума, Дмитрий, – заявил отец, прервав затянувшееся молчание.

Зазвонил стационарный телефон, и отец снял трубку с рычагов.

– Романов.

– Папа! – воскликнула сестра.

По ее голосу было слышно, что она рыдала, но это были слезы страха, а не боли. Что ж, по крайней мере, до сих пор ей ничем не вредили. Значит, до отрубания пальцев еще не дошло.

– Доченька, солнце мое, – выдохнул князь с явным облегчением. – Не переживай, я тебя вытащу. Не бойся и делай, что они говорят. Тебе нужно остаться целой и невредимой. Ты меня поняла?

Сестра всхлипнула.

– Да, папа.

– Скоро все закончится, – заверил ее отец, и в разговор вмешался голос.

– Ну все, князь, хватит. Теперь слушай мои новые требования.

– Погоди, ты обещал две минуты.

– Князь, – вздохнул тот. – Ты забываешься. Здесь я командую. Понял?

Я махнул рукой отцу, чтобы тот перешел к главному.

– Я хочу обменять ее, – вздохнул он.

– Что, врожденное благородство заиграло? – усмехнулся переговорщик. – И зачем мне ты, когда у меня здесь такая красавица?

Это точно тот же человек. Но если там на парковке его голос звучал естественно, сейчас он явно переигрывал. Понятно, что отец этого не заметит, он слишком подвержен эмоциям, но я слышу прекрасно. Похититель удивлен и решает, как поступить.

– На моего младшего сына, Дмитрия, – решился отец.

На несколько секунд повисла пауза.

– Пусть придет один на набережную в парке Новодевичьего монастыря, князь. Там сейчас стоит павильон с мороженым. Я буду его ждать за ним. Через два часа.

Звонок был окончен. Отец поднял на меня тяжелый взгляд.

– Вот теперь мы действительно спасем сестру, – заверил его я. – А сейчас извини, но мне нужно кое-что подготовить.

Глава 14

Я не слышал, говорил ли отец с ЦСБ, но они все же не попытались меня остановить. Поэтому наш внедорожник высадил меня у монастыря, откуда я пошел через парк к единственному павильону с мороженым.

Вокруг было достаточно людно. Посещение не возбранялось, и проживающие в этом районе люди свободно перемещались по территории, наслаждаясь послеобеденной прогулкой. Несколько матерей с колясками негромко обсуждали какие-то свои новости, когда я прошел мимо. На меня не обратили внимания.

В этот раз я был одет неброско, в лицо же меня мало кто знает на самом деле. Статус княжича и дорогой костюм никак не вяжутся с джинсами, потертыми кроссовками и толстовкой с китайским рисунком. Я их приобрел в свое время, но практически не использовал. Так что неудивительно, что парень с совершенно обыденной внешностью никак не ассоциировался у простых людей с младшим сыном князя Романова. Я не уверен даже, что мои одногруппники опознали бы меня сейчас.

Нужное место найти было несложно – большая вывеска «Мороженое» была здесь только одна. За павильоном действительно имелось немного свободного пространства, чтобы можно было опереться на перила и любоваться рекой. Несмотря на романтичный вид, запах от воды шел мерзкий.

Поставив ногу на нижнюю перекладину металлического ограждения, я облокотился на перила и смотрел на другой берег. Времени до назначенной встречи оставалось еще минут десять, умиротворяющий вид наводил сонливость.

Я был совершенно спокоен. Все приготовления завершены, и теперь только от меня зависит, чем закончится эта история. Любопытно, что бы сказал об этом Михаил II, снова назвал бы олухом?

В какой момент рядом со мной встал мужчина в униформе сотрудника полиции, я не заметил. Он просто возник в поле зрения, не издав ни одного лишнего звука.

– Рад нашей новой встрече, княжич, – произнес он. – Хотя, честно говоря, я надеялся, что первая закончится иначе.

Я повернулся, рассматривая своего похитителя. Обычное, ничем не примечательное лицо. Лет сорок, среднего роста и такого же телосложения, он поправил фуражку на голове и улыбнулся. Подчеркнуто вежливо.

– Пройдемте со мной, молодой человек.

Он указал рукой мне за спину, и когда я обернулся, почувствовал резкий укол в шею. Транквилизатор «МЕ-12», специальная разработка против одаренных высокого ранга. Считается, что ее нельзя достать, и опричники строго контролируют каждую партию, не допуская утечки на сторону. Но отец его добыл, чтобы познакомить меня с эффектом. Давно это было.

Тело стало вялым, я начал заваливаться вперед, но «полицейский» подхватил меня и повел в сторону, громко отчитывая.

– Такой молодой, а уже меры не знаешь. И ладно бы напился, так в общественное место пришел! – услышал я, прежде чем окончательно отключиться.

Разбудил меня жесткий удар по лицу. Я тряхнул головой и приоткрыл один глаз. Передо мной стоял мужик поперек себя шире, раздетый по пояс. Из волос на его теле можно было не один свитер связать. Однако лицо у ударившего меня было вполне европейским.

Сам я оказался прикованным к стене. Вокруг кафель – старый и местами потрескавшийся. Комната квадратная три на три метра, единственный выход без двери, из коридора льется свет ламп. С потолка свисает на жиденьком проводе грязная лампочка. Разумеется, кандалами служили подавители.

– Где сестра? – спросил я, чувствуя, как сухой язык царапает слизистую рта.

– Он проснулся, – вытащив из-за спины рацию, сообщил мужик.

Польский. Обширная у отряда география рекрутирования. Сперва тюрки, теперь вот поляки. Кого следующим ждать, эскимосов?

Речь Посполитая не столько возродилась сама, сколько ее подняли из пепла добрые соседи в качестве щита от Русского царства. Теперь это родина отбросов, куда стекаются отморозки, которым нечего терять, и они готовы убивать за пару марок Германского рейха или Римских денариев.

Собрав немного слюны, я смочил рот.

– Эй, слодка девчина, где моя сестра, я тебя спрашиваю? – повторил я свой вопрос.

Боец, ожидаемо, никак не оскорбился на мою вялую попытку его задеть. Однако призвать меня к порядку это ему не помешало. Удар тяжелого ботинка, и меня подбросило над полом, но кандалы не дали улететь далеко.

– Заткнись!

– Ты сам выбрал, – подытожил я.

Кандалы не позволяли мне воздействовать за пределами тела. Но мне и не требуется.

Влив силу в руку, я рывком вырвал цепь из стены и, взглянув на своего сторожа, выругался. Штырь, удерживающий кандалы, не просто вылетел наружу, он еще и вошел четко в глазницу поляка, моментально прикончив его.

Здоровяк стал заваливаться на пол, и мою руку потянуло вслед за ним.

– На это я не рассчитывал, – хмыкнул я, дернув цепь обратно.

Вот почему хранить тайну дара – жизненно необходимо. Если бы враги знали, что я умею усиливать себя, они бы не ограничились простыми наручниками.

Освободить вторую руку было уже проще. Металл согнулся под пальцами, клепка со свистом вылетела, и я потер запястье. Висел я тут недолго, но следы уже проступили на коже. Разомкнув кандалы на ногах, я немного перевел дух и приступил к обыску. Труп порадовал не только рацией, но и коротким ножом за спиной.

– Мы идем, сторожи его, – донесся из динамика уже знакомый мне голос.

Оттащив тело в угол, чтобы от входа его не было видно сразу, я размял шею и попрыгал на месте, разгоняя кровь по мышцам. Несмотря ни на какие сверхъестественные дары, анатомии и физики еще никто не отменял.

Закончив с быстрой разминкой, я оглянулся на кандалы и, прихватив уже доказавший свою полезность штырь, намотал цепь на руку. Усилив слух, я уловил тяжелые шаги в коридоре. Отступив в угол напротив трупа, замер, контролируя дыхание, чтобы погрузиться в легкий транс. Звуки стали четче, я ощутил приближение нескольких людей.

Трое. Один чуть шаркает подошвами, ботинки второго звучат глухо, а впереди уверенно топает кто-то в туфлях – его каблуки звучат иначе. Кто здесь главный, понять не сложно.

– Стоять! – приказал вожак шепотом, но для меня это звучало так же громко, как если бы он прижимался ко мне вплотную.

Щелкнули предохранители автоматов, с шумом проскрежетали затворы. Соваться в импровизированную камеру никто не спешил – они и так видели, что одной цепи нет на месте, а вместо их товарища на полу осталось характерное пятно крови.

– Внимание всем, княжич освободился, – сказал в свою рацию уже знакомый мне «полицейский». – Не спускайте с девчонки глаз!..

Значит, сестру все же не отпустили. Ожидаемо и… прекрасно. Конечно, существует вероятность, что Ксению попытаются прикончить. Но раз мы оба не убиты до сих пор, мы зачем-то нужны живыми.

– Дмитрий Алексеевич, не дурите, – уже спокойным тоном сказал «полицейский». – Если вы не выйдете и не сдадитесь, мы же убьем княжну. Вы же понимаете, что это неизбежно, если вы продолжите сопротивляться?

– Приди и возьми! – ответил я, и швырнул нож в коридор, ориентируясь на звук шаркающих ботинок.

Вражеские пули со свистом вспороли воздух, замирая в считаных миллиметрах от моего тела, но бессильно опали на кафельный пол, а я вновь укрылся за углом.

– Нам нужен только один Романов, – заговорил главный. – Я сейчас прикажу убить вашу сестру, княжич. Считаю до трех. Раз…

Чуть ослабив цепь на руке, я вздохнул в последний раз поглубже, концентрируя силу, и вышел в проход. По глазам ударили вспышки выстрелов, от грохота заложило уши, но мой удар все равно пришелся в цель.

Боец слева выпустил автомат, глядя на торчащий изо рта штырь, и покачнулся. Я дернул оружие на себя, и пошел вперед, на ходу наматывая цепь обратно.

– Огонь! – заорал главный и, не желая рисковать собой, бросился по коридору.

Оставшийся боец разрядил весь боезапас. Но я продолжал неумолимо приближаться, а вокруг меня падал свинцовый дождь. Я уже был в паре метров, и стрелок выхватил пистолет, не тратя времени на смену магазина. Семь пуль зависли в воздухе перед моей грудью, пока я спокойно смотрел в глаза противника.

– Ты поднял руку на мою семью, – выдохнул я ему в лицо.

Штырь вошел в грудь, прошив броневую пластину бойца. Он схватился за мою руку и попытался ее убрать, но это было не под силу даже подготовленному воину. Я дернул несколько раз запястьем, расширяя рану и, толкнув противника в сторону, заставил его рухнуть на пол.

Подняв с пола автомат первого трупа, я проверил оставшиеся патроны.

– Хорошее у вас обеспечение, – обернулся я к умирающему. – Но для Романовых этого мало.

Выстрел положил конец его мучениям, а я собрал остальные магазины, прихватил пистолет и, перезарядив его, продолжил путь по коридору.

– Сменить канал! – прозвучал приказ из рации поляка.

Правильно, я же не знаю, как нужно настраивать связь, чтобы их подслушать. Разумная предосторожность.

Силы на то, чтобы защититься от пальбы в упор с двух стволов, ушло не так много. Я слишком хорошо знаю, сколько нужно потратить, чтобы не дать себя убить. Но соваться под слаженную атаку большего числа противников все равно не стоило, пока не восстановлюсь до конца. У них внушительный арсенал, и если бы враг ожидал серьезного отпора, мне бы подсунули мощную взрывчатку. Тогда выжить у меня было бы меньше шансов.

Но мы, похоже, в каком-то подвале – никаких окон, только искусственное освещение. Взорви здесь что-нибудь серьезное, и всех похоронит под завалом.

Несколько камер, в точности, как моя, я миновал беспрепятственно, но не забывал проверить каждую. Пусть я и могу поднять практически непробиваемый щит, но если держать его со всех сторон – выйдет накладно.

Звук выстрела, хотя тот и был ослаблен глушителем, я услышал четко, благодаря состоянию транса, а защита приняла на себя пулю. Я взглянул на застывший в воздухе кусок металла. Бойцы перешли на тяжелое оружие.

Подняв автомат, я перевел его в режим одиночной стрельбы и двинулся вперед, на ходу наращивая толщину щита. Вслед за первым выстрелом загрохотали новые. Я выстрелил в ответ трижды и пошел дальше.

Три тела лежали на полу развилки. Двое у стены моего коридора с автоматами, третий посередине, сжимая винтовку в мертвых руках.

«Игла» немецкого производства. Только пару месяцев как пошла в серию. Еще одно доказательство, что против моего рода не любители работают. Достать такую сейчас, когда в продаже их пока нет – нужно иметь очень хорошие связи, рейх еще собственную армию до конца ими не снабдил.

Коридор расходился в обе стороны, так что пришлось затаскивать трупы в проход, откуда я вышел, и только после этого обшаривать карманы. Немецкую винтовку брать я не стал, а вот с автоматчиков поснимал запасные магазины. Документов при себе они, естественно, не носили, внешность у всех европейская, непримечательная.

– Княжич, самое время сдаться, – раздался голос «полицейского» и я вскинул голову, определяя, откуда он звучит. – Ксения Алексеевна сейчас будет убита, если вы не прекратите.

Хорошая попытка, но я в нее не верю. Уже бы давно убили, если бы была такая цель.

– Выходите с поднятыми руками, княжич.

Топот ботинок звучал с обоих направлений коридора. Я выждал немного, чтобы они приблизились на расстояние гарантированного поражения – я все-таки не снайпер, чтобы класть пули на больших дистанциях.

– Встречное предложение! – крикнул я в коридор, заставляя обе группы замедлить шаг. – Назови своего настоящего хозяина! И я обещаю вам всем легкую смерть!

Оставлять кого-либо в живых после того, как солдаты видели, что я на самом деле могу, нельзя. Так что я не врал – они будут уничтожены.

– Убейте заложницу! – приказал главный.

И я выглянул в коридор. Пятеро слева, пятеро справа. Прижавшись спиной к левой стене, я расстрелял их едва ли не в упор, а потом рывком выскочил в зал и, не меняя щита, вдавил им оставшуюся пятерку в стену.

Кафель растрескался, принимая в себя сплющенные тела солдат, и я отпустил свой дар. Они падали на пол, роняя приведенное в негодность оружие. Я же поднял уцелевшую рацию с тела застреленного противника и зажал кнопку.

– Я еще раз предлагаю тебе назвать заказчика, и это лучшая сделка, которую ты получишь.

В ответ мне ничего, естественно, не прозвучало. Я сунул рацию в задний карман джинсов и пошел туда, откуда прибежали раздавленные бойцы. В принципе, разницы никакой не было, так что оставалось лишь надеяться, что это нужная дорога.

Еще пять минут я двигался по коридору, проверяя комнаты, пока не вышел к лестнице наверх. Через десяток ступеней стояли тяжелые металлические двери, само собой, запертые.

Сформировав конус десятисантиметрового диаметра, я ударил им в центр дверей. Покореженные створки разлетелись в стороны, громко хлопнув о наружные стены. Не такие уж они и крепкие оказались.

Я вышел на улицу и огляделся. Вокруг густой лес, неподалеку бревенчатый дом, заброшенный, с провалившейся крышей. Мой бункер уходил под землю, поверху порос густой травой, да еще и сделан так, что двери заметишь, только если смотришь на них.

– Значит, в другой коридор, – вздохнул я и, развернувшись, прихлопнул даром сунувшегося на лестницу бойца.

Граната, которую он все же успел швырнуть, была экранирована щитами и хлопнула, не причинив мне вреда. От самого противника осталось лишь влажное пятно на стене.

Создав перед собой несколько миллиметровых щитков, я развернул их, превращая в тонкие лезвия, и пошел обратно. Шагая по забрызганной лестнице, я напрягал слух, стараясь вычленить противников раньше, чем они себя решат показать.

И первый высунувшийся из боковой комнаты получил в лицо мое лезвие. Каска лопнула на две половинки вместе с головой, я перешагнул тело и пристрелил его напарника.

– Вы думаете, это меня заперли с вами? – крикнул я в коридор. – Это вы заперты со мной!..

Очередь я принял на щит, сам ответил двумя пулями – сперва пронзая плечо врага, а затем и голову. Где-то в глубине бункера хлопнул взрыв, и я прибавил шагу. Если они действительно решат причинить Ксении вред, я же буду отсекать от них по клочку мяса за раз…

Злость придала сил, хотя я и без того не сильно напрягался – перерывы между скоротечными схватками были достаточными, чтобы восстановиться. Манипулировать даром я уже давно могу достаточно длительное время.

– Ксения! – крикнул я, плутая по коридорам с пустыми комнатами.

Еще один закуток оказался внушительной казармой. Судя по количеству коек, это самая настоящая база – здесь одновременно могли спать пятьдесят человек. Обшаривать помещение я уже не стал, людей здесь не было, так что просто пошел дальше.

Коридор вильнул вправо, и я вошел в него, держа автомат у плеча. Баррикада, собранная наспех из ящиков, разметалась новой волной дара, кто-то закричал придавленный, одному солдату я засадил лезвие в позвоночник, другого подстрелил. Третий остался вопить, но слышно его было плохо. Приблизившись к нему, я легко подцепил тяжелый контейнер, которым придавило бойца.

– Где княжна? – спросил я.

Бледный, плохо соображающий мужчина стиснул зубы, но молчал. Тогда я вновь опустил контейнер, придавив и без того раздробленную ногу. Крик боли ударил по ушам, и я поморщился.

– Где?!

Новый удар ящиком.

– Моя?!

Еще удар.

– Сестра?!

Он вопил, уже не прекращая. Из глаз ручьем текли слезы, и было удивительно, что еще не потерял сознание.

– На нижнем уровне она, прекрати! – заорал он, видя, что я собираюсь продолжать.

Пуля поставила точку в допросе, и я пошел к лестнице, которую уже видел впереди. Враг с перебитым позвоночником хныкал и пытался уползти, так как ноги его не слушались. Трофейный контейнер я сбросил ему на голову и двинулся дальше, не оборачиваясь.

– Княжич, остановись, – прозвучал голос «полицейского», когда я спустился на этаж ниже.

Еще одни ворота, на этот раз куда более серьезные, преградили мне путь. О том, чтобы протаранить их даром, речи уже не шло. Тут не всякая взрывчатка справится.

– Поздно просить о помиловании. Я уже здесь, – ответил я, и пробил новый коридор в стене.

Облако пыли медленно оседало, покрывая дорогой ламинат на полу, какую-то деревянную мебель. Я прошел внутрь, не прицеливаясь бросил в корчащегося под обломками солдата оставшееся лезвие дара, и встретился взглядом с человеком, который меня сюда и доставил.

Ксения стояла перед ним, как живой щит, «полицейский» держал пистолет у ее виска. Сестра не выглядела испуганной, хотя на грязном от пыли лице проступали дорожки слез.

– Дима, – выдохнула она, и тут он спустил курок.

Мой щит, брошенный к голове сестры перед выстрелом, принял на себя пулю, замкнув ее на выходе из ствола. Я отшвырнул противника от сестры щитом, а Ксения упала на колени. Ее трясло от ужаса, она всхлипывала, но я уже был здесь, а значит, ей ничего не угрожает.

– Все закончилось, Ксень, – сев рядом, я обнял ее. – Все закончилось.

«Полицейский» лежал в стороне в неестественной позе. При моем толчке он неудачно наткнулся на стену и теперь уже умирал. Сняв с себя толстовку, я накинул ее сестре на плечи и прошел к врагу.

– Ну, вот игра и закончилась, князь, – улыбаясь окровавленным ртом, прокашлял он. – Тебе меня не достать…

– Скажи, на кого ты работал.

– Пошел ты, кня…

Он умер на середине фразы. И я, вздохнув для успокоения, отсек голову от тела. Просто для гарантии, что тварь не вернется снова. Двух похищений с меня хватит.

– Дима?

– Я здесь, сестренка, – взяв невесомую княжну на руки, с улыбкой заявил я. – Идем домой.