Текст книги "Не будите Гаурдака"

Автор книги: Светлана Багдерина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 107 страниц)

И только четверка бледных от пережитого героев заметила, что белесая стена тумана в том месте, откуда выскочила и попала под солнечные лучи вторая тварь, снова необъяснимо потемнела и стала мутно-серой.

Маг-хранитель, заложив одну руку за спину и сжимая во второй подаренный каким-то торговцем от чистого сердца пирожок со сливовым повидлом (Рекламный щит с сообщением о сем бескорыстном деянии через два часа уже красовался над входом в кондитерскую: «Боевой маг-хранитель Адалет, непобедимый победитель туманных тварей, предпочитает исключительно наши сладости!»), гневно метался по опочивальне его величества, звонко топоча подкованными сапожками по мраморным плитам пола даже сквозь ковер.

Сенька, Иван и Олаф сидели у окна за накрытым столиком с золотыми гербами по белому лакированному фону и за обе щеки дегустировали дворцовую кухню (Специальное гостевое меню. Салат из весенней зелени – одуванчиков, крапивы, щавеля; жидкий вегетарианский супчик; перловая каша с пахнущей мясом сарделькой и прозрачный и бледный, как слеза ребенка, вишневый компот. За поеданием второго блюда неотрывным умильным взглядом наблюдал любимый песик короля, судя по гастрономическим предпочтениям – сардель-терьер), стараясь не смотреть в расположившееся напротив них зеркало в человеческий рост, дабы лицезрением своих замурзанных личностей не портить самим себе же аппетит.

Сам Август Второй, наряженный в шелковую ночную сорочку цвета растаявшего мороженого и такой же колпак, отлеживался от пережитого ужаса и временного паралича, в изнеможении откинувшись на взбитые, как сливки на клубнике, подушки.

– …А я говорю тебе, твое бестолковое величество, что кроме этой твари и той, что мы убили в тумане, есть еще!!! – яростно взмахнул стиснутым кулачком чародей, и повидло из надкушенной макушки испуганно брызнуло на голубой балдахин монаршьего ложа.

– Но это… но зачем… но как… но откуда они там могут взяться… – не отпуская бледную руку от сердца, смог только с четвертой попытки сформулировать вопрос правитель Багинота, – если ты всего пять минут назад говорил, что чтобы размножиться, ей нужен год?!..

– Не знаю!!! – остановился на половине шага и взъярился Адалет. – Не знаю!!! На это могут иметься тысячи причин!!!

– Назови хоть одну! – плаксиво потребовал король.

– Да хоть… хоть две!!! Во-первых, условия в вашей долине могут благоприятствовать ускоренному периоду отпочкования!!!..

– А во-вторых? – не унимался король.

– А во-вторых, их там с самого начала могло быть больше одной!

– Что?..

– Да! Именно! Потому что по универсальному закону Белого Света, где одна неприятность – там жди еще десяток!

– Так их там десять? – тупо уточнил монарх.

– Если тебе это так любопытно, сходи и посчитай, – откусил и принялся недовольно жевать оставшуюся без самого вкусного оболочку давешнего угощения волшебник. – А мы свою работу выполнили. На двести процентов. Ты просил нас уничтожить туманную тварь – получай их две…

– Но…

– …Но из нашего нечеловеческого гуманизма мы согласны взять с тебя как за одну, – закончил речь чародей, деловито затолкал остатки пирожка в рот и, остановившись оценивающим взглядом на испорченном балдахине, всё же скромно вытер руки о свой балахон.

– Но…

– День расчета – сейчас. Нам некогда. Мы торопимся.

– Но!?..

– Ну, хорошо. Может статься, на обратном пути, если ваша держава всё еще будет здесь… – быстро смилостивился под напором запачканной не только повидлом совести маг.

И хотя Адалет сказал, что надеется застать Багинот на этом же месте, совсем по иной причине, с тенями тумана ничего общего не имеющими, Август подскочил на своем одре болезни, словно вместо подушки под ним внезапно материализовалась туманная тварь, воздел трясущиеся руки горе, и жалостливо возопил:

– Да как ты можешь, лукавый чаровник?!.. В то время как… в то время где… в то время когда…

– Успокойтесь, ваше величество, премудрый Адалет так пошутил.

– Что?.. – неуклюже застыл в позе Ярославны, рыдающей на крепостной стене, и недоверчиво скосил на Ивана глаза несчастный король.

– Что?! – подавился недожеванным пирожком сам шутник.

– Я заявляю, и уверен, что моя любезная супруга и мой друг меня поддержат, что пока мы не избавим вашу страну от заразы теней тумана, мы ее не покинем, – решительно выпрямился на стуле и твердо заявил Иванушка.

– Так и скажи, что хочешь остаться здесь жить, – хмыкнула любезная супруга.

Но возражать не стала.

– Тем более что у меня теперь к ним свои счеты, – мрачно процедил Олаф, потирая расшибленный при падении с кобылы рог помятого шлема.

– Да вы что?! Мухоморов объелись?!..

Маг ускоренно прокашлялся и дал знать, что настала его очередь возмущаться.

– Вы тут с ума все посходили?! – с апломбом и пафосом, достойными лучшего применения, продолжил он. – Да?! Так так и признайтесь!!! Как вы собираетесь от них избавляться, о умопомрачительное сборище юных идиотов и идеалистов, что, впрочем, одно и то же, скажите мне, соблаговолите, сделайте милость!!!..

– Так же, как и от первой, – невозмутимо сделал запрошенную милость юный идиот-идеалист, конунг по совместительству.

– От первой?! Да нам повезло, что в то время не подоспела вторая!!! А если их было не три, а больше?! Например, четыре?!

– А в чем проблема? – недоуменно уставился на старика царевич, святая вера которого в математику и физиологию теней тумана не позволяла ему всерьез принимать гипотезу старика о более чем трех тварях, оккупировавших Багинот. – Вместо четырех амулетов вы сделаете восемь. А мы их используем как надо. Квадратом. Мы всё поняли и запомнили. Находим. Окружаем. Применяем. Это ж недолго!

– Да стоит нам один раз встать не квадратом, и амулетов не понадобится уже нисколько!!!.. – исступленно стиснул кулачки и взвился Адалет, сыпля искрами, и словно бы стал больше, угрюмей и страшнее.

В комнате на миг потемнело, мигнули свечи, пыхнул и погас камин, посыпалась штукатурка с потолка…

– …А забывать, какова наша истинная цель, вы вообще не имеете морального права! По сравнению с тем, кто нас ждет в конце пути, эти монстры – слепые котята!!!

– Ой… – король, исчерпавший еще до обеда все отпущенные на его безмятежную монаршью жизнь лимиты на страсти-мордасти, нервозно попытался спрятаться за краем натянутого одеяла.

– Успокойся, – удовлетворенный произведенным эффектом, благодушно махнул рукой волшебник. – Это от вас далеко. А когда станет близко, то всё равно понять вы ничего не успеете.

– Д-да?.. Д-да, к-конечно… Я с-спокоен… я с-совершенно сп-покоен… – как сквозь сон выдавил Август, сомнабулой опустился на подушки и могучим усилием воли снова остановил руки с одеялом на уровне подбородка. – А ч-чего мне в-волноваться… Всё п-прекрасно… всё в-великолепно… всё под к-контролем… Если эта ваша цель тут появится, то туманная тварь беспокоить нас уже не будет… Если тебя раздражает заноза, сунь руку в кипяток…

– Бруно Багинотский? – узнал руку мастера Иван.

– Он самый…

Адалет фыркнул, недовольно подхватил прислоненный к королевскому туалетному столику скипетр и сердито устремился к выходу, словно намеревался пробить вставшие на его пути двери (Впрочем, «словно» в данной ситуации можно и опустить. Если бы проворные лакеи – хранители королевской двери – не распахнули бы обе створки настежь за пять метров до его приближения, то оставаться бы им без работы до окончания восстановления дверей, косяков и стены).

– Э-э-э?.. А-а-а?.. – простер к нему руки король, жалобно протягивая вслед позабытый у прикроватной тумбочки посох.

– Но ваше премудрие… Адалет… я не понимаю… – Иванушка, даже перемещаясь почти вприпрыжку, едва успевал держаться вровень с гневно несущимся вперед по широкой багинотской улице чародеем.

– Он не понимает… Ха!.. Онне понимает!!!.. – было ему ответом.

– Я не понимаю, – не сдавался царевич, – почему бы вам не раздвинуть тучи над этим туманом, и тогда оставшаяся тварь сама превратится…

– А над островом, где они водятся, по-твоему, солнца нет?!

Иван задумался и сбился с шага.

– Есть? – ответил за него Олаф.

– Естественно!!! Но туман, выделяемый тенями, имеет магические свойства, и поэтому простым солнечным деньком его не рассеешь!!! Тем более что жди его, этого солнца, еще Гаурдак знает сколько!!!

– Ну-ну, не скромничай, – знающе усмехнулась Сенька. – Мы же все видели.

– Что вы там опять видели? – хмуро зыркнул в ее сторону Адалет.

– Как ты махнул посохом, подул ветер, и тучи раскрылись, – улыбаясь, словно выпущенное на волю солнышко, доложил рыжий парень.

– Что?..

Иван налетел на внезапно остановившегося волшебника и чуть не сбил его с ног.

– Сеня права. Мы все это видели. И весь город видел тоже, – слегка смущенно, будто сообщал о чем-то нелицеприятном, подсмотренном тайком, подтвердил Иванушка.

– Но это… это… это же было простое…

По лицу чародея прокатилась локальная война противоречивых чувств и соображений, окончившаяся, впрочем, очень быстро.

– Ах, вы об э-этом… – высокомерно задрал бороду и протянул он. – Я говорю, что если вам показалось, что это – очень простое заклинание, подумайте еще раз. Вы стали свидетелями настоящего управления стихиями, что есть узкоспециальный, остроспецифичный и жуткотрудный раздел магии. Доступен не каждому. Но, впрочем, мы сейчас про «каждого» речь и не ведем… если вы понимаете, на кого я намекаю…

Убедившись, что все совершенно точно и без единой возможности двоетолков поняли предмет его тонкого намека, старик важно продолжил:

– В любом случае, если вы предварительно не выманите туманную тварь из ее прибежища на открытое пространство, от такого трюка проку немного.

Признавая истину сказанного, друзья примолкли и приуныли.

– Значит, придется искать ее по старинке, на ощупь? – подытожила результаты их раздумий Серафима.

–  Ее… – вздохнул Адалет. – Оптимистка ты, девочка…

– Откуда Серафима знает, самка там летает или самец? – обиделся за боевую подругу конунг. – Его, ее… какая в Хел горячий разница?

Чародей снова остановился, уже у самых ворот «Бруно Багинотского», и мрачно оглядел свой отряд.

– Да не его, и не ее… Их, ребятки мои… Их. Боюсь, их там осталась еще пара.

– А почему не трое, к примеру? – дотошно поинтересовалась царевна.

– Потому, – многозначительно и таинственно ответил маг. – По арифметической прогрессии.

– А-а, – понимая, что ровным счетом ничего не понимает, протянула Сенька и, философски пожав плечами, доверилась опыту чародея.

– Представляю физиономию нашего багинотскиго витязя, когда он узнает, что их там еще две штуки, и что всё надо начинать с начала, – насмешливо, но не без ноты сочувствия покривил в усмешке губы Олаф.

– А если… – осветилось вдруг идеей лицо Иванушки.

– Что?

– Сейчас дождя ведь нет. Так я подумал, а если попросить Масдая полетать над туманом? Ведь мы могли заметить третью тень сквозь его толщу сбоку. Так почему бы нам не засечь, где она… то есть, они… если вы действительно так думаете… – быстрый взгляд со слабой надеждой отрицательного ответа в сторону чародея, – засечь, где они пасутся, сверху? И мы могли бы спуститься и уничтожить ее… их.

– Да?.. – острый воодушевленный взгляд высверкнул из-под нависших седых бровей. – А я за пару-тройку часов смог бы приготовить новые амулеты… Теперь, когда я вспомнил, как это делается, вы и глазом моргнуть не успеете!.. Сделаю восемь… или даже двенадцать… Разложить по разным мешочкам… чтоб заряды не перемешивались и не перевозбуждались… Хотя, что ни говорите, я полагаю, что столько понадобится, если только мы потеряем первые четыре. Кто-нибудь из вас сходит к моему другу мастеру Хайнрику за новыми масками – про проводника не забудьте! – и часам к пяти-четырем можно будет вылетать! По-быстрому отыщем их с воздуха, нейтрализуем, и тогда до вечера…

– До вечера ни одной заразы не останется на земле этого скупердяйского государства, и мы сможем двигаться дальше! – радостно закончил за мага предложение отряг, салаты, супы и каши не переносивший принципиально.

– Так чего же мы ждем?!

Вдохновленные, вооруженные и горящие желанием поскорей разделаться с терроризирующей целую страну парой мерзких кровососов лукоморцы, конунг, Адалет и Гуго под изумленно-восхищенные взоры случившихся на ту пору во дворе багинотцев водрузились на беспрестанно ворчащего Масдая около пяти.

– Бом, бом, бом, бом, бом, бом!!! – разнесся по центру города и менее престижным его окраинам чей-то одышливый металлизированный голос.

– Шесть? – удивился Адалет не столько говорящим часам, сколько их мнению о текущем состоянии временнОго континуума. – А я был убежден…

В чем конкретно был убежден маг-хранитель, узнать не удалось, потому что часы звучно откашлялись и проорали еще раз:

– То есть, бом, бом, бом, бом, бом!!! Пять раз!!! – и добавили чуть тише, но искренне: – Раскудрявь тебя кобыла…

Тут вытаращил глаза и чародей.

– Что это за странная магия…

Гуго рассмеялся.

– Это не магия. Это Руперт-часовщик. Он обещал нашему королю закончить механизм курантов на Часовой башне к прошлому Новому году, и не успел. Так Август Второй заставил его самолично выкликать каждый час, пока тот не выполнит своего обязательства.

– А он у вас шутник, – одобрительно хмыкнул Олаф.

– Только дурак, – критически заметила Сенька.

Багинотец патриотично надулся.

– Как же он закончит этот механизм, если каждый час будет бегать из мастерской на башню? – поспешила объяснить царевна.

Проводник подумал и нехотя согласился.

– Н-да… Наверное, Бруно Багинотский изобрел бы что-нибудь получше… Только королю об этом не говорите, ладно?

– Он у вас такой обидчивый? – сочувственно полюбопытствовал Иван.

– Ага, обидчивый, – обрадованный нежданному пониманию с полуслова, энергично закивал паренек. – Если узнает, что про него кто-то что не так сказал, так обидит, так обидит – мало не покажется…

– Эй, вы там, наверху! Дальше куда?

Ковер завис над окраиной города, с набранной предусмотрительно высоты казавшегося искусной моделью дотошного архитектора, и теперь раздраженно шевелил кистями, сторожко прислушиваясь к нисходящим и восходящим воздушным потокам в поисках предвестий дождя.

– Надо лететь сначала направо… потом по кругу… облетим весь запад долины… и крест-накрест… а потом поглядим на горной дороге… и на перевале… – дрожа и едва не заикаясь от ошеломительной монументальности момента – он, простой скотник, отдает приказания говорящему ковру-самолету – Гуго богато и старательно проиллюстрировал сказанное языком мимики и жеста.

Сеньке в голову пришла тревожная мысль.

– А если туманные твари расползлись не только по эту сторону от перевала, но и в Эльгарде?

– За отдельную плату, – тут же буркнул маг и требовательно постучал Масдая по пыльной спине: – Вперед давай, не мешкай!

– Разберусь, – не остался в долгу не забывший и не простивший водное издевательство в Бюргербрюге ковер, и наперекор команде неспешно, словно тяжелая ладья по равнинной реке, тронулся по описанному маршруту.

Люди торопливо нацепили маски, рассредоточились по краям ковра, упали на животы и свесили головы вниз, буравя испытующими взорами распределенные сектора обзора.

– Выискиваем любое подозрительное пятно, тень, уплотнение, – без нужды напомнил в – надцатый раз Адалет и напряженно вперился близорукими глазами в проплывающий далеко внизу пейзаж.

Проглоченный серой мутью чуть ближе к городу, чем ему показалось в последний раз.

– Туман пошел! – возбужденно выкрикнул проводник, словно сей знаменательный факт каким-то невероятным образом мог ускользнуть от внимания остального отряда.

– Не отвлекайся, – сурово буркнул волшебник, и паренек сконфуженно примолк и сосредоточенно уставился вниз, силясь пронзить белесые клубы ищущим взглядом.

Первого монстра обнаружила Серафима.

– Вон, вон оно! – азартно выкрикнула царевна, тыкая пальцем едва ли не в самые скалы.

Иванушка присмотрелся: точно.

Там, где тошнотворные блеклые волны тумана обнимали навороченную беспорядочно груду скал, темнело и медленно перемещалось неясное расплывчатое пятно.

– Ага, одна есть! – довольно прищурился Адалет.

– Ищем вторую, или сначала займемся этой? – не оставляя сомнений по поводу своих предпочтений, нетерпеливо покосился не столько на мага, сколько на его мешочек с амулетами отряг.

– Этой сейчас не займемся, – с немалой долей сожаления остудил его пыл волшебник. – Слишком близко к камням прижалась. Не обойти. Запомним, где видели – и дальше.

Послушный полетному плану, Масдай плавно заскользил вперед.

Через три минуты Гуго предпринял попытку с него свалиться.

– Вон!!! Вон вторая!!! – заорал проводник так, что если бы у тени тумана были уши, то она непременно бы оглохла.

В ушах охотников на монстров звенеть, по крайней мере, будет еще долго.

– Ага, вижу!!! – радостно отозвался Иванушка, как бы случайно прочищая ближнее к багинотцу ухо. – Вон там, вперед от меня и чуть влево, метрах в двадцати!..

– Да вы чего, ваше высочество?! – изумился проводник. – Не влево, а вправо!

– Вправо?..

Царевич на мгновение задумался, не перешла ли к нему хроническая болезнь его супруги, выражавшаяся в стабильном перепутывании права и лева, но тут же отмахнулся от такой нелепой мысли.

– Да нет же, Гуго, влево! Гляди!

– Да чего мне глядеть? Вон же я вижу, справа…

– Что за шум, а драки нет? – перемещаясь на пятой точке по мягкой шерсти, к ним приблизилась Серафима. – Пока вы тут пререкаетесь, Олаф вторую углядел. Сейчас снижаться будем, сначала с ней пообщаемся.

– Что?!..

Юноши озадаченно переглянулись.

– Но я же абсолютно ясно видел…

– Но я же совершенно точно уверен…

– Это у вас от напряжения в глазах круги пошли, – авторитетно разъяснила Сенька, и поползла назад. – Вторая тоже наша…

И встретилась с возбужденным взглядом конунга.

– Там!.. Еще одна!!!..

– Что?.. Адалет, эй, Адалет! Ты сколько амулетов подготовил?

– Три по четыре, как планировал, – еле слышно донеслось из-за края Масдая. – А что?

– Да мы тут, вроде, еще двух насчитали…

– К-кабуча…

Голова волшебника, кряхтя, вынырнула из тумана и сердито обвела глазами молодежь.

– Та, первая… Ваших двое… Да моя… четвертая…

– Что?!

– И я тоже видел, честное слово!!! – ожил и встрепенулся, ободренный новой математикой, багинотец.

– И я! И вовсе мне не показалось! – поддержал его Иванушка.

– Так это сколько ж их получается?..

Видимая из-под маски часть лица волшебника побледнела и нахмурилась.

– Четверо… плюс две…

– Да что вы ерундой занимаетесь, как дети малые, право! Раз-два-три-четыре-пять! Я иду тебя искать! – раздраженно фыркнул Масдай, резко сменил курс, ускорился, и через несколько минут завис над серединой поглощенной плотной, грузно ворочающейся мутью долины. – Если вам так приспичило уж провести урок арифметики на природе по такой погоде на ночь глядя, то считайте их тут!

Непонимающе морща лбы, люди недоуменно выглянули за края ковра и ахнули (Если не печатать непечатные выражения, больше они не издали ни звука).

На сколько хватало глаз, предвечерняя пепельная серость тумана внизу была испещрена бесформенными грязными пятнами.

Угрюмое пораженческое настроение, как тазик перца по бочке компота, распространилось от великолепной шестерки по всему городу за полчаса.

С вытянутыми лицами зачехляли свои инструменты трактирные музыканты. Торжественный пир по случаю полной победы над порождениями тумана на ходу переквалифицировался в легкий ужин без излишеств. Горожане и фермеры, с пяти часов набившиеся в общий зал, чтобы послушать отчет о последней битве, остались без рассказчиков и, ворча и брюзжа, принялись кто медленно расходиться, кто так же неспешно напиваться. Единственный придворный художник-баталист-портретист-маринист-анималист-пейзажист-натюрмортист разочаровано сложил свой мольберт, краски и кисти, и после недолгого раздумья присоединился ко вторым.

Сенька и Иванушка, скрытно выскользнув через задний ход, отправились в гости к молодой чете Шепелявых – познакомиться с девушкой, одна мысль о которой толкает вполне вменяемого ранее человека в щупальца монстра-людоеда, а заодно посмотреть на наследство Гуго – книги, привезенные когда-то прадедушкой из Эльгарда.

Олаф инкогнито (Оставив за спиной лишь один топор и надвинув рогатый шлем на глаза) отправился в город в надежде развеяться и прогнать хандру, то есть, с кем-нибудь подраться.

Адалет единственный из отряда остался в своей комнате – кипеть, рвать, метать и костерить на чем Белый Свет стоит безответственного дилетанта, шарлатана и раздолбая Юлиауса Агграндара, сообщившего всему просвещенному миру, что тени тумана размножаются со скоростью одна особь в один год.

Когда маг-хранитель в своем славословии дошел до пятнадцатого колена рода злосчастного мага-исследователя, в дверь постучали.

– Какого лешего?! – сбился с поминальной литании и гостеприимно проревел старик.

– Мастер Адалет? Можно я войду? – донесся из коридора приглушенный мужской голос.

– Убирайся в Хел!!! – рявкнул чародей.

То ли не расслышав подробности адреса, куда его только что отправили, то ли настырно проигнорировав переадресацию, визитер аккуратно приоткрыл дверь и осторожно просунул в комнату чародея нос.

– Мастер Адалет? Добрый вечер! Вы меня помните?

– Кабуча!!! Он еще издевается!!! – уперев руки в боки, набросился волшебник на видимую из щели часть гостя.

– Что вы, что вы! – испуганно затараторил посетитель. – Конечно, вы меня помните! Я так спросил только чтобы завязать раз…

– Добрый вечер!!! Добрый вечер!!!ДОБРЫЙ ВЕЧЕР!!! – не слыша сдавленных оправданий незнакомца, ревел маг. – И это он называет добрым вечером!!!..

– Мастер Адалет! Простите, я не подумал! Я всё знаю, это ужасно, в прямом смысле слова ужасно, и я пришел, чтобы помочь вам!

– Что?.. – подавился формирующимся на языке проклятием старик. – Что ты сказал?..

– Я пришел, чтобы помочь…

– Да кто ты такой, наглый выскочка, чтобы предлагать помощь мне, древнейшему и мудрейшему магу-хранителю, и где?.. Там, где я не справился, и не имею ни малейшего представления, с чего начать!!!..

– Я…

Дверь приоткрылась еще больше – не полностью, но достаточно, чтобы пропустить внутрь высокого худого бородатого мужчину неопределенных лет и рода занятий.

– Вы… вспомнили меня?

– Тебя?..

Застигнутый врасплох непосильной задачей, словно его попросили за пять минут очистить от кровожадных тварей не только землю Багинота, но и сам остров Тумана, старик настороженно подошел к незваному гостю, прищурился и принялся разглядывать его так и эдак, будто статую на выставке.

Наконец он с облегчением вздохнул, улыбнулся и покровительственно похлопал посетителя по плечу.

– Мирча… маленький оболтус Мирча… как ты вырос… как… оброс… Как твои дела? Как ящур?

Гость растерянно замигал и отступил на с таким трудом отвоеванный шаг почти к самому порогу.

– К-какой ящер?

– Не придуривайся, шалун, – погрозил ему пухлым пальцем чародей. – У твоего отца был ящур. Вернее, не у него самого, конечно, а у его коров. Я еще давал ему лекарство… много раз… а потом адрес знахаря в городе…

– Но у моего отца нет и никогда не было никаких коров, не говоря уже о ящерах или ящурах!

– Не притворяй… что? Как это – не было? – в подозрении подвоха тоже отступил на шаг, склонил голову набок и насупился Адалет. – А разве ты не сын моего молочника Михая… Михаила… Михни… Мишеля… Вермишеля… ну, ты сам знаешь?

– Нет, конечно нет! – с явным облегчением от того, что наконец-то всё прояснилось, расплылся в улыбке визитер. – Я не сын вашего молочника! Я – Огмет! Помните меня?

– Кто?..

Знакомое имя словно задело какие-то дальние, давно покрывшиеся пылью струны и зазвенело – тихо и настойчиво.

– Кто-кто ты? – переспросил маг и шагнул вперед, усиленно щурясь и жадно ощупывая близоруким взглядом лицо вечернего гостя. – Назовись еще раз?..

– Огмет, – послушно повторил человек. – Ваш ученик.

– Огмет?.. – старый чародей наморщил лоб и принялся шевелить губами, методично воскрешая забытые и растаявшие в памяти имена. – Андал… Николай… Галуза… Эчпечмек… Жулио… большего жулио я не видел за всю свою почти тысячу лет, надо отметить… Натан… Юнь Минь… его прищур постоянно сбивал меня с панталыку – то ли хитрит чего, то ли насмешничает… Ясь… Хрольф… Мехмет… а Огмет… Огмет… Огмета… я… Вспомнил!!! Ты – тот самый парень, который сбежал от меня лет… лет… э-э-э…

– Сорок лет назад, – зарделся и потупился блудный студент.

– Да, может быть, может быть… как давно это было, как давно… Послушай, Омлет…

– Огмет, – несколько обиженно поправил второй маг.

– Ну, да, я и говорю… какая разница… А ведь я начинаю тебя вспоминать… Тощий, длинный… надо сказать, ты совсем не поправился и не уменьшился с тех пор… Вечный правдоискатель… любитель добра и справедливости… раздавал свои обеды и ужины нищим… и завтраки бы отдавал, но нищие утром еще спали… Неплохие способности, но прилежания маловато для настоящего величия… Голова, полная идей… Это ты, мой мальчик?..

– Я, – пристыжено, словно старик только что перечислил его самые тяжкие грехи молодости, признался бородач.

– Как я рад тебя видеть, малыш Адмет! Как я рад! Что ты так своевременно появился в моем более чем скромном обиталище! Так ты говоришь, что всё уже знаешь?

– Да, – поморщившись на «Адмета», словно лимон откусил, кивнул гость.

– И даже знаешь, как можно помочь этому злосчастному королевству? – с нескрываемой даже ради приличия долей иронии продолжил допрос Адалет.

– Да, – опустив черные глаза и коротко раздув крылья носа, подтвердил задетый визитер.

– И как же? – скептически сложив руки на пухлой груди, иронично улыбнулся старый волшебник.

– Сеть Агграндара, – лаконично проронил Огмет.

Старик вытаращил глаза, развел руки и издевательски затряс головой.

– Сеть Агграндара? Да? Да что ты говоришь?! Какая новость! Какой пассаж! Сопливый беглец знает что-то, чего не ведомо самому магу-хранителю! Сеть Агграндара! Вы только поразмыслите!!! Ах-ах!!! Сам Агграндар не мог придумать лучше!!!

И тут же, бросив ерничать, воткнул руки в упругие бока и пошел в наступление на гостя, растрепанный и взъерошенный, словно маленький рассерженный котишко:

– Он сбегает от меня после того, как я в него силы и душу вкладывал восемьдесят лет, оставив после себя кучу долгов и скандал размером с Лукоморье, а теперь заявляется из ниоткуда с таким видом, как будто я прыгать должен при виде него от счастья, и брякает такую несуразную банальность, что тупому первокурснику каких-нибудь занюханных ВыШиМыШи стало бы стыдно!!! А ты подумал, бестолковый самонадеянный мальчишка, что отлавливать всю эту сотню, или сколько их там, по одной, даже двум магам – дело для самоубийц?!..

Визитер побледнел и отступил к стене, пряча стиснутые кулаки в широкие рукава куртки. Но сжатые в ниточку белые губы, играющие желваки и горящий гневом черный взгляд выдавали Огмета с головой.

– …А ты пораскинул мозгами, самовлюбленный правдоборец, сколько времени понадобится, чтобы сотворить такое количество амулетов?! – не взирая на закипающую ярость собеседника, от всей измученной души рычал на него волшебник. – А тебе приходило в голову, безответственный лоботряс, что это – мартышкин труд, и что они могут размножаться быстрее, чем мы их будем сжигать?!

– Один год – это срок…

– Иди в туман, умник, и расскажи это им!!! Один год!!! Если бы ты потрудился собрать все факты, как я тебя учил сто тысяч раз, ты бы знал, что со дня появления тумана в этой треклятой стране не прошло и месяца! А их там уже орды! Какой-то криптофактор служит катализатором и ускоряет их развитие и размножение на данной локации с сумасшедшей скоростью, клянусь своим посохом, это и тупому идиоту понятно, и вообще всем, кроме тебя!!! А что произойдет тут через полгода, год, три, посчитай, если у тебя такая уж ума палата!!!..

Набранный в легкие воздух неожиданно закончился, вместе с ним и запал, и старый маг в изнеможении опустился на кровать, сложил руки на коленях и повесил голову.

– Хочешь правду, мальчик? – не двигаясь, тихо проговорил он. – Я не знаю, что мне делать. Надо спешить в Гвент. И надо избавить эту дурацкую странишку от туманной напасти. Конечно, можно плюнуть на всё и мчаться дальше, какое мне дело до этой скуповатой державы с ее прижимистым выжигой-королем… Но… знаешь что…

Огмет не ответил, но в наэлектризованном воздухе комнаты повис его невысказанный вопрос: «что?».

Адалет всё уловил и угрюмо кивнул.

– Кто-кто, а ты-то знаешь… Я не смогу после этого жить в мире. С собой, я имею в виду. Ведь всё, что я делаю, чему посвятил свою не такую уж ненужную и никчемную жизнь, делается исключительно ради людей. В том числе таких, как эти высокомерные короли, трусоватые проводники, алчные трактирщики… Ты будешь смеяться, парень… но я… Хотя, может быть, именно ты и не будешь…

– Один маг тут ничего не сможет поделать, учитель, – мягко опустился рядом со стариком на колени и нежно заглянул ему в глаза Огмет. – И два тоже. Но восемь – да. Они могут накинуть сеть Агграндара на всю долину и на все горы, до самого перевала, сразу. Ведь тени не дошли до Эльгарда, остановились на полпути в горах. Основная их масса пошла в Багинот, если слухи не врут, так?..

Но Адалет как будто не слышал.

Расширив глаза, он вытянул шею и впился безумным, вспыхнувшим вмиг как все костры горячего Хела взором в лицо ученика.

– Восемь?!.. Ты сказал – восемь?! Восемь магов?!

– Да, учитель. Восемь. В городе остались шесть моих друзей. Плюс вы.

Чародей вскинулся, уязвленная гордынюшка распухала и воспалялась на глазах.

– Нет, это я плюс шесть твоих друзей и ты! Знай свое место, малый! Но чего же ты раньше молчал про своих приятелей, дорогой мой пацаненок?!..

Дорогой пацаненок буркнул в бороду:

– Если б вы мне раньше дали хоть слово вставить…

– Ты всегда искал не решения, а оправдания, малыш, – снисходительно хмыкнул волшебник, вскочил с кровати, энергично потирая вспотевшие от возбуждения и предвкушения головоломной работы ладошки, и с задорной ухмылкой глянул на Огмета.

– Ты еще не забыл, как делаются амулеты для сети Агграндара, парень? А ну-ка, живо, навскидку, формула зависимости величины и векторности заряда от количества владеющих магией среди охотников! И не забывай постоянную Агграндара для стопроцентного количества магов!..

Почти к утру восемь амулетов, призванных опутать жгучей сетью весь затянутый туманом район и уничтожить в нем в один миг всё живое, были готовы (Насчет всего живого чародей мук совести не испытывали: на захваченной туманными тварями территории ничего живого, кроме них самих, не оставалось очень скоро).

Разноцветные дымы, сгустки плазмы и остаточные искровые вихри еще слабо блуждали по комнате, становясь бледнее и жиже с каждой минутой.

Излишние или ненужные компоненты амулетов лежали беспорядочными кучами на столе, стуле, табуретке и полу, благодушно испуская сладковато-горький смрад и мирно проедая друг друга и добротные толстые доски под собой.