355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэн Абнетт » Инквизиция: Омнибус (ЛП) » Текст книги (страница 124)
Инквизиция: Омнибус (ЛП)
  • Текст добавлен: 9 мая 2017, 18:30

Текст книги "Инквизиция: Омнибус (ЛП)"


Автор книги: Дэн Абнетт


Соавторы: Сэнди Митчелл,Грэм Макнилл,Джон Френч,Роб Сандерс,Саймон Спуриэр,Энди Холл,Джонатан Каррен,Нейл Макинтош,Тоби Фрост
сообщить о нарушении

Текущая страница: 124 (всего у книги 325 страниц)

Часть третья
Окольные пути
Глава первая

Она медленно замерзала. В приступе мелочной злости Лацик отобрал у нее теплый плащ.

– Это тебе за то, что рассыпала мои игральные кости! – угрюмо пробурчал он, бросая его в воду.

Друг Лацика, со всей очевидностью, являлся охотником за головами, или же просто наемным убийцей. Здоровенный хам с холеным, жилистым телом, и лицом, одну сторону которого украшал шрам от сильного ожога. Одет он был в облегающий комбинезон, усиленный бронепластинами, и стеганую куртку с меховой оторочкой, а вооружен лазерным гвардейским карабином с обрезанным стволом. Скорее всего, и сам этот человек когда-то служил в Гвардии.

Облапав Плайтон на предмет поиска оружия, он вытащил небольшой пистолет «Тронзвассе», который она прятала за поясом. Отвратительные руки мужчины обшарили каждый дюйм ее тела, и на лице наемника при этом блуждала улыбка.

– Свинья!. – произнесла Плайтон, когда тот завершил свое дело.

Ни секунды не помедлив, он тыльной стороной ладони отвесил ей такую пощечину, что Мауд растянулась на палубе.

– Эй! Зачем? – воскликнул Лацик.

– Она тебе что, жена? – спросил человек с обожженным лицом.

И что-то в его взгляде заставило Лацика пожать плечами и отойти в сторону. Значит, все-таки не такие уж они и «друзья». Плайтон отметила это для себя, несмотря на полыхающую огнем щеку и затянутые слезами глаза.

Горелый грубо поставил ее на ноги и заставил сесть на пустой бак из-под машинного масла.

– И не шевелись! – приказал он.

Трудно сказать, сколько прошло времени, но ей казалось, что миновало уже около часа. Лацик накинул плащ и принялся прохаживаться взад-вперед, перекинув через плечо армейский карабин Плайтон. Горелый ненадолго спустился в подводную лодку, откуда вернулся, чавкая сухпайком из корабельных запасов. Еще несколько пакетиков торчало из его карманов.

– Итак, какие правила игры? – стараясь придать своему голосу непринужденность, произнес Лацик.

– Надо сидеть здесь и ждать, пока позовут, – ответил его приятель, не переставая жевать.

К этому времени Горелый уже уселся на катушку проволоки и распаковал еще несколько пакетов с сухпайком. Ел он торопливо и неряшливо, точно дикий зверь. Спустя некоторое время наемник прислонил свой карабин к катушке и извлек из кармана «Тронзвассе» Плайтон. Он играл с ним, то передергивая затвор, то вынимая и загоняя обратно обойму, то щелкая туда-сюда рычажком предохранителя. Чтобы оценить боевые качества оружия, он несколько раз вскинул руку, прицеливаясь по воображаемым мишеням.

– Хорошая штука, – заметил он, посмотрев на Плайтон.

Мауд старалась избегать его взгляда. К этому времени она уже промерзла до костей. Она дрожала и сидела, обхватив себя руками.

Горелый доел очередной паек и бросил оставшуюся от него провощенную бумажку в воду. Плайтон могла видеть сквозь решетку, как та поплыла среди грязных льдинок мимо ее медленно тонущего плаща.

Наемник похлопал себя по карманам.

– Курить есть? – спросил он у Лацика. – Лучше лхо, но, в общем-то, что найдешь.

– Бросил, – встревоженно произнес Лацик.

– А у тебя? – посмотрел Горелый на Плайтон. Она покачала головой, а потом сказала:

– В плаще лежали.

Взгляд наемника переместился на Лацика.

– Больной ублюдок! – прорычал Горелый.

«Значит, в этих местах необходимо иметь как можно больше друзей? Похоже, Лацик, ты стремительно теряешь своего единственного приятеля».

– Надо бы придумать что-то, чтобы скоротать время, – задумался человек с обгоревшим лицом, снова переводя взгляд на Плайтон. – Ты замерзла?

Она кивнула.

– Думаю, тогда стоит вначале тебя раздеть еще больше, а затем согреть.

– Эй! – произнес Лацик. – Не будь с ней жестоким!

Охотник за головами вскочил на ноги.

– Не быть жестоким? – ответил он, передразнивая возмущение Лацика. – Мать твою, только жестокостью мы и живем!

– И все равно…

– Мне говорили, что ты в курсе дела и что на тебя можно рассчитывать.

– Можно, можно, – торопливо ответил Лацик. – Я ведь сделал все, о чем вы попросили? И заметь, сделал все как надо.

Охотник пожал плечами. Какое-то время он пытался языком дотянуться до кусочка пищи, застрявшего между зубов. Когда ему это удалось, наемник выплюнул его на палубу.

– В эти игры играют только большие мальчики, – сказал он Лацику. – И правила в них также задаются большими мальчиками. Лучше бы тебе соответствовать уровню.

– Я ему вполне соответствую.

– Так почему же ты тогда защищаешь эту шлюшку?

– Я… – проговорил Лацик. – Я не знал, что нам придется их всех убить.

– Возможно, что и не придется. Может быть, мы даже расстанемся лучшими друзьями. Там поглядим. Нам скоро позвонят и расскажут, какая каша сварилась на этой кухне.

– А если нет?

– Не беспокойся, – произнес Горелый, снова усаживаясь и извлекая из кармана «Тронзвассе». – Если все пойдет не так, с ней позабавлюсь я. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я.

Лацик нахмурился и опять принялся мерить проход шагами.

Наемник устроился поудобнее и уставился на воду, плещущую под ними.

Медленно проползли еще десять минут. Плайтон настолько замерзла, что стала отключаться от холода. Гипотермия. Помоги ей Трон, если она потеряет сознание.

По зданию прошла дрожь. Закачались и загремели свисающие с причала толстые цепи. Дом снова менял опору. Куски грязного льда, собравшиеся вокруг цепей, пришли в движение и нырнули под воду.

– Мы здесь торчим уже слишком долго, – произнес Лацик.

– И проторчим столько, сколько потребуется.

– Думаю, надо позвонить, – сказал Лацик, доставая из кармана линк.

– Это твои проблемы, – пожал плечами наемник.

Геолог включил линк:

– Алло? Проверка связи. Говорит Лацик. Где вы там застряли?

– Лацик, мне на хрен не нужен твой голос в моем ухе! – прорычал Уорна в линк. – Мы ждем, не рыпаемся, и ты тоже не дергайся. Я сообщу тебе о результатах, как только они будут.

В амфитеатре Ведьминого Дома стояла поразительная тишина. Наемники Уорны разбрелись по залу, заняв свои места. Смотрители сидели на полу, сбившись в кучу, под присмотром двух человек. Мерцали лампы и свечи.

Кыс с Нейлом сидели рядом друг с другом, прижавшись спинами к стене. За ними также приглядывали двое, один из которых не сводил глаз с пси-сканера, вцепившись в него так, словно от того зависела вся его жизнь.

Впрочем, так оно и есть, подумал Нейл в приступе кратковременного, но сладостного оптимизма.

Уорна стоял на верхней платформе, разглядывая запертую дверь, из-за которой не доносилось ни звука. Гарлон с Пэйшенс услышали, что он говорил по воксу. При упоминании имени Лацика Нейл посмотрел на Кыс.

Она встретилась с ним взглядом. Лацик. Предатель.

Уорна прогрохотал сапогами по ступеням. Некоторое время он постоял, возвышаясь над ними, а потом присел на корточки. Кыс почувствовала запах его дыхания. Вонь гнилого мяса. Результат плохого питания.

– Да, что-то слишком долго выходит, – почти дружески произнес он.

– Понятия не имею, слишком или не слишком, потому что не знаю, что там у вас происходит, – ответила Кыс.

– А я не с тобой и говорю, ведьма! – прорычал своим удивительно низким голосом Уорна. Он посмотрел на Нейла. – Что, черт возьми, с тобой случилось? – спросил Люциус.

– Жизнь случилась, – холодно ответил Нейл.

– Прежде у нас с тобой не раз случались отличные деньки, – нахмурился Уорна. – Ты, я, ребята. Снимали большой куш. А теперь ты только посмотри на себя: живешь на подачки Трона. Вот я и думаю, что же могло довести мужика до такого?

– Я получил хорошее предложение.

– От ордосов? – рассмеялся Уорна. – От этого калеки Рейвенора?

– Не сразу. Вначале я работал на его наставника, Эйзенхорна, – ответил Нейл.

– О да. Я слыхал о нем. Эйзенхорн. Тертый калач. Но, кажется, он уже умер? Во всяком случае, до меня доходили такие слухи.

– Думаю, что так и есть.

– А теперь, значит, ты решил связаться с этим увечным мешком дерьма?

– Тебе этого не понять.

– Не понять? – Люциус Уорна пожал плечами. – Вполне возможно. Но ведь это не вопрос хреновой верности? Заклинаю тебя всеми силами, какие только есть, только не говори мне, что Гарлон Нейл где-то разжился совестью.

Нейл через силу рассмеялся и покачал головой.

– Давай пройдемся, – произнес Уорна, поднимаясь и жестом приглашая Гарлона проследовать за собой.

Нейл поднялся и вместе с Люциусом медленно пошел по кругу вдоль ограждения палубы.

– Курить будешь? – спросил Уорна.

– Не помешало бы.

Уорна щелкнул пальцами, и один из его людей протянул пачку с лхо-папиросами. Когда они взяли по одной, человек покорно протянул им огонь.

Кыс не спускала с них глаз. Гарлон Нейл, которого она знала, никогда не курил. Люциус Уорна сделал глубокую затяжку и выдохнул дым. Нейл же вертел папиросу в руках скорее из вежливости.

– Извини, хотелось поговорить с тобой подальше от этой ведьмы, – доверительным тоном произнес Уорна. – Не нравится она мне.

– Как скажешь.

– Как скажу? Неужели кто-то объявил неделю вежливости по отношению к Люциусу?

– В твоих руках оружие, превосходство в людях… проклятие, мы в твоих руках, Лю. Так, мать твою, что мне еще остается, кроме как быть вежливым?

– На твоем месте я вел бы себя так же, – засмеялся Уорна. – Но ведь ты всегда знал, как отыграть свою роль, верно, Нейл?

– Бывали и у меня удачные времена.

– Адские силы, да. Ты хорошо знал дело. Мы все его отлично знали. Слушай, ты имена еще помнишь?

– Возможно. Смотря, что за имена.

– Синто… Шинко… Шимко… что-то вроде, мать его, того!

– Алек Шинато?

– Точно, тот самый хмырь! – воскликнул Уорна. – Трон, вот это был денек! Сарум, если не ошибаюсь. Тебе удалось взять след, и мы все заявились к нему. Помнишь, сколько больных на всю голову стрелков он для нас приготовил?

– Многовато, – признал Нейл.

– Многовато – это факт. Нас посыпали лазерными импульсами, точно конфетти. Брейсера уложили почти моментально.

– Брейсер был просто дубиной, – произнес Гарлон. – Он напрашивался на пулю с того самого дня, как получил лицензию.

– Да, что верно, то верно.

Они прошлись еще немного.

– Я в тот день оказался не в лучшей форме, Нейл, – произнес Уорна. – Меня прижали. Схватил одно попадание в ногу. То место до сих пор иногда побаливает. Но ты тогда просто прошел насквозь. Не сочти за комплимент, но более меткой стрельбы я еще не видел. Вначале два барана с пушками, а потом и сам Синто. Конец песенке!

– Шинато.

– Он уже покойник, – усмехнулся Уорна. – Какая теперь разница?

– Теперь в угол зажали меня, Лю.

– Да, точно.

– Жизнь никогда не казалась мне справедливой штукой, – произнес Нейл, стряхивая пепел. – Мы ведь работаем только за деньги. Нас никогда не заботят ни связи, ни вопросы верности. В тот день я спас твою шкуру, но теперь все это не имеет значения.

– Может, так, а может, и нет, – ответил Уорна. – Вот об этом-то мне и хотелось переговорить с тобой с глазу на глаз. Мне неприятно смотреть, как ты гнешь шею перед этими дворнягами. Скажи только слово, я подыщу для тебя местечко.

– Местечко?

Уорна обвел зал широким жестом:

– Я получил новую команду вместе с хорошим источником доходов, ну и всякими льготами. Эти ублюдки лучшие из лучших, но мне не помешает и еще один меткий стрелок. Скажи только слово – и будешь работать на меня.

– Шутишь? Я ведь пробыл на службе Инквизиции уже не одно десятилетие.

– Да знаю я все. Но, как ты и говорил, мы работаем только за деньги. Никаких долгов, обязанностей и привязанностей. Ты работаешь за деньги, а я предлагаю хорошие деньги. С каких это пор тебя стало волновать, кто оплачивает твои счета?

– Неужели ты делаешь это из-за того, что задолжал мне? – спросил Нейл.

– Именно потому, что задолжал. Я обязан тебе жизнью. Поэтому и предлагаю вариант, как сохранить твою. Присоединяйся к моей команде. А с Куллином я все улажу. Кажется, про то, что платят нам хорошо, я уже упоминал? Мне как-то неприятна мысль о том, чтобы тебе пустили пулю в затылок вместе со всеми остальными, к чему, похоже, все идет. Давай же присоединяйся к победителям, пока еще не поздно.

Нейл затянулся.

– Хорошее предложение. Заманчивое. Но с какого перепоя ты решил, что можешь мне доверять? Ты что, забыл, сколько я лет на ордосы отработал?

– Верно, – пробормотал Уорна. – Вначале тебе придется показать себя и мне, и остальной команде.

– Как?

Люциус Уорна оглянулся в ту сторону, где под охраной сидела Кыс, а затем достал из набедренных ножен жутковатый боевой кинжал.

– Ты ведь не откажешься прирезать для меня эту психованную ведьму?

Нейл моргнул, а затем улыбнулся и принял из его рук кинжал.

– Пусть она издохнет не сразу, – посоветовал Люциус Уорна.

Глава вторая

Смерть неслась на нас по красной раскаленной пустыне под кровавым глазом солнца. Сначала мы услышали трели, затем почуяли отвратительный запах, а после нас накрыл ужас.

Карл кричит. Смотритель тоже кричит. И оба ломятся в закрытую дверь.

Я уже понимаю, что дверь запечатана и не откроется, потому как мне известно, что мы угодили в ловушку. Последнюю, лучшую и самую ужасную из ловушек Зигмунда Молоха.

Первые твари уже прыгнули на меня, скрежещут когтями по корпусу моего кресла. Под весом их тел оно вжимается в пыль и грозит перевернуться. В воздухе повис кислый запах адреналина, направляющего агрессию тварей.

Что за звуки издают эти создания? Эти твари неведомы мне и неизвестны имперской науке. Но какое это теперь имеет значение? Они – это смерть. Моя смерть.

Бэллак, дико закричав, открывает огонь. Волна, грозящая его захлестнуть, откатывает назад, раскалывается. Мерзкий багряный ихор хлещет из разорванных зарядами тел, впитывается сухим песком. Как долго дознаватель сможет их сдерживать?

Ангарад. Неудивительно, что Гарлон настолько очарован ею. Похожая на фурию, она не отступает ни на шаг, вращая мечом. Во все стороны разлетаются отрубленные крючковатые конечности, еще дергающиеся. Рассеченные морды. Обрубленные рога, расколотые панцири. Брызги ихора. Выпады Эвисорекс. Эул Вайла Скрай. Гений остроты. Подозреваю, что ни одной из картайских воительниц за всю историю их кланов не приходилось сходиться с подобным противником один на один. Она великолепна. Мечница кружит и вертится вокруг оси, бьет и рубит, заставляя изувеченных тварей отступать.

По моим оценкам, она продержится еще порядка полутора минут.

Карл отворачивается от двери и яростно опустошает свой автоматический пистолет. Промахнуться сложно, учитывая то, что стена смерти обступила нас со всех сторон. Пули прямо на лету останавливают прыгающих зверей. Твари валятся на землю, корчась в агонии.

Силы, мягко говоря, не равны. Мы все равно погибнем. Кривые когти звенят и скрежещут, обрушиваясь на корпус моего кресла. Мы погибнем. Но насколько быстро – зависит от меня.

Ударом сознания я заставляю тварей отступить. И некоторые отлетают далеко назад, падая в массу сородичей. Выправив положение своего кресла, я наношу еще один телекинетический удар, и передний ряд существ взрывается фонтанами красновато-черной жижи и осколков хитина.

Я имперский инквизитор и без боя не сдамся.

Выдвигаю оружейные модули из опор кресла. Спаренные пси-орудия. Открываю огонь и перемалываю несущихся на меня черно-белых тварей. Бэллак выхватывает запасное оружие и продолжает расстреливать приближающийся рой. У него нет времени на то, чтобы перезарядить лазган.

Эвисорекс рубит и крошит. Рассекает, режет пополам. Нижние половины тварей порой еще какое-то время продолжают бег, бешено размахивая хвостами и разбрызгивая вонючий ихор. Я стреляю, пока не заканчиваются боеприпасы. Выходцы из кошмаров взрываются, сминаются, лопаются, разливая потоки вязкой массы.

– Откройте дверь! Откройте! – кричит Карл.

Смотритель в шоке опускается на землю, и ключ выпадает из ослабших рук.

До меня доносится шепот нашего проводника. Что он там говорит?

– Великий Пожиратель. Великий Пожиратель…

Твари обезумели от ярости. Их количество просто неисчислимо. Кажется, чем больше существ я сминаю и рву на куски, тем теснее, непрогляднее стена из хитиновых тел. Их голоса, выводящие странные трели, словно смеются над нами.

– Боеприпасы кончились! – проорал Бэллак.

Ангарад прыгнула вперед, чтобы защитить его, разрубая сразу двоих монстров, а третьего отталкивая в сторону пинком. Гады обступают их. Бэллак держится за спиной мечницы, пытаясь перезарядить оружие.

Он действует слишком медленно. Секущий удар когтем приходится по лбу Ангарад, сбивая ее с ног. Скользящее попадание, не смертельное.

Но ее все равно уже можно считать погибшей.

Если…

Не переставая стрелять, я протягиваюсь сознанием и «надеваю» Ангарад, подхватывая ее раньше, чем она упадет на землю. Эвисорекс – урчащий монстр – теперь в моих руках. Он сам знает, что должен делать. Я только позволяю ему устремляться к врагам, вспоминая старые уроки фехтования – их когда-то давно преподала мне Арианрод, любимая и утраченная, – и позволяя навыкам Ангарад просачиваться из ее ослабевшего сознания, с тем чтобы подсказывать мне движения. Я рублю на куски чудовище за чудовищем.

Бэллак перезарядился. Он поднимается на ноги, обрушивая огонь на бесчисленную волну. Ему удается уничтожить весь следующий ряд за исключением одной твари. Один из крючковатых когтей раздирает ему бедро. Дознаватель падает, отключаясь от болевого шока.

Я «надеваю» и его, заставляя вернуться в сражение и продолжать стрельбу. Над пустыней снова прокатывается рев его ружья.

– Карл! Ты мне нужен!

Тониус тоже вгоняет свежую обойму. Он решительно поворачивается к стене рвущихся к нам черных, покрытых хитином морд, расстреливая их из пистолета и наслаждаясь тем, как каждое нажатие на спусковой крючок заставляет их черепа лопаться.

У него осталось всего несколько пуль.

– Карл!

Прямо на моих глазах Тониуса валят на землю. Я вижу, как его худощавое тело, пытающееся отмахиваться руками, поглощает лавина тварей. Я пытаюсь протянуться к нему, но «надеть» его уже не могу. Меня слишком выматывает одновременное управление Бэллаком, Ангарад и собственным креслом, которое все еще упорно продолжает растрачивать свои заряды по бесчисленным легионам чудовищ.

Они прыгают на меня, щелкая когтями и клыками. Несмотря на дыры, которые я пробиваю в них, они заставляют меня отступать. Поющие твари взрываются и отлетают назад, но следом за ними всегда мчатся другие.

Вес их тел пригибает меня к земле. Они опрокидывают меня. Это конец. Их отвратительные крючковатые когти скрипят, раздирая мое кресло. Когда в моей броне появляются первые пробоины, внутренние системы включают тревогу. Слишком много, слишком.

Это конец.

Гидеон, мне так жаль. Я…

Мир, и без того красный, наливается кровью – кровью, заливающей мои глаза. Я чувствую, как когти погружаются в мое тело. В последний раз я попытаюсь…

Краснота… краснота… краснота… всплеск ярости…

Люциус Уорна резко повернулся к двери.

– Что это было, черт возьми? – пробормотал он.

Дверь затряслась в своем каркасе, загрохотала. Сквозь зазоры между дверью и рамой, озаряя Ведьмин Дом, сочился красный свет умирающего светила.

– Кто-то пытается вернуться, – произнес Нейл.

Когда Уорна оглянулся на него, Гарлон воткнул дымящийся окурок в его левый глаз. Люциус взвыл и шарахнулся назад, прижав руки к лицу. Нейл уже собирался воспользоваться кинжалом, который дал ему Уорна, но неожиданно оказалось, что на завершение работы времени уже не осталось. Совсем не осталось.

Дверь, стоящая на верхней платформе, прогнулась в своей раме и неожиданно с треском распахнулась, закачавшись на петлях. Из дверного проема плеснуло потоками пламени и бурлящей красной энергии.

За дверью что-то взорвалось грязновато-багровым огненным облаком с такой силой, что заставило содрогнуться и платформу, и весь зал. Люди попадали на пол. Свечи и лампы, стоявшие на краю платформы, полетели вниз, разбиваясь о палубу. Масло, вылившееся из ламп, заполыхало. Огненное облако, вырвавшееся из дверного проема, взмыло под самый свод зала. Перегревшиеся электрические системы рассыпали снопы искр.

Из двери вырвался новый поток пламени, столь же яростный, как и первый. Зал опять затрясся. Огненные потоки встретились и смешались, заполыхав под сводом амфитеатра. Что-то – вероятно, фотолюминесцентная лампа – взорвалось с громким хлопком, разбрасывая осколки по всему помещению.

Ведьмин Дом покачнулся, будто его ранили, заходил ходуном. Те, кто сумел подняться, снова были сбиты с ног. Зал заливали янтарный свет потрескивающего пламени и жутковатый, красный отсвет, проникающий через открытую дверь.

Гарлон пытался подняться, когда Уорна навис над ним. Гигант схватил Нейла за горло, поднял одной рукой и отбросил, точно куклу. Нейл ударился об ограждение, перевалился через него и рухнул на охваченную пожаром нижнюю палубу. Уорна развернулся к широко распахнутой двери, озаренной светом нездешнего солнца.

Из проема вновь выплеснулось пламя, в этот раз чуть меньше, за ним – клубы сверкающей инопланетной пыли. Затем все стихло.

– Всем на ноги, мать вашу! – заорал Уорна на своих людей.

Он активировал цепной меч и направился к лестнице, ведущей на верхнюю платформу. Его ошеломленные, сбитые с толку люди, кроме тех двоих, что следили за Кыс, поспешили последовать за ним. Закутанные с ног до головы смотрители Дома по-прежнему жались друг к другу.

В багряном зареве за дверью мелькали какие-то неясные, но очень шустрые силуэты. Неожиданно два таких силуэта ввалились в зал, на мгновение задержавшись в дверном проеме и оцарапав раму птичьими когтями. А затем они спрыгнули на платформу, представ во всей красе. С высоко задранными хвостами звери медленно двинулись вперед, постукивая когтями по металлу.

Осторожно оглядывая новое место, твари непрестанно чирикали и клацали, тонкие языки метались между зубами. Существа источали резкий, отвратительный запах. Прижавшись к стене, Кыс разглядывала тварей с отвращением и невольным страхом. Некоторые из наемников, собравшихся вокруг Уорны, вдруг попятились. И сам их командир застыл на полушаге.

– Дорен, Киксо! – прошипел Уорна. – Идите сюда и расстреляйте этих сукиных уродов!

Выбранные им бойцы не слишком охотно поднялись по ступеням на верхнюю платформу и подняли карабины. Существа остановились и, казалось, с любопытством уставились на медленно приближающихся людей.

– Сейчас я сниму одного, – осторожно прошептал первый, прижимая карабин к плечу и прицеливаясь. – Будь готов убрать вто…

Ближайшая тварь развернулась, оценила его, слегка наклонив голову, и взметнулась в воздух, практически не напрягая мышцы ног. Наемник под тяжестью монстра повалился на пол, а его карабин без толку выстрелил в потолок. Прижатый к полу человек закричал. Тварь вскинула четыре крючковатые конечности и, точно ножами, принялась потрошить свою жертву, словно разделывала запеченную птицу на обеденном столе.

Уже через секунду охотник был мертв. Его товарищ, отчаянно закричав, открыл огонь, скидывая хищника с окровавленного трупа. Туша зверя взорвалась брызгами багрового липкого ихора и рухнула с платформы. Второе чудище залаяло подобно дикой собаке и прыгнуло на стрелка.

Все находившиеся в зале головорезы инстинктивно вскинули оружие и начали палить по твари со всех сторон и всех стволов. Сотни разнокалиберных зарядов изрешетили зверя в прыжке. Впрочем, как и намеченную им жертву.

– Прекратить огонь! – завопил Уорна. – Отставить, тупые выродки! Вы только зазря угробили Киксо!

Но перепуганные бойцы больше не слушались его. Некоторые наемники уже пятились к выходу. Остальные наводили оружие на открытую дверь.

В красном зареве возникали все новые рогатые черные морды. Твари скрежетали зубами и брызгали слюной, врываясь в зал через дверь. Вначале дюжина, а за ней и другая. И можно было спорить на что угодно – за дверью их очень, очень много…

Началось светопреставление.

Люди Уорны палили без разбора. К красным отблескам пожара примешались ярко-белые лучи лазерных импульсов. Блестящие панцири тварей раскалывались, отлетали клешни и рога, но нападающих было слишком много. Чирикающие хищники, пугающе проворные, добрались до первых рядов охотников, разорвав их на куски. Выстрелы сменились криками. Те из людей Уорны, кто еще мог, бросились бежать.

– Держать позицию, мать вашу! – проревел Уорна с верхних ступеней лестницы.

Он успел обернуться как раз вовремя, чтобы увидеть метнувшийся к нему черно-белый кошмар. Люциус Уорна даже не вздрогнул. Он встретил тварь взмахом цепного меча, рассекая ее пополам. Но предотвратить столкновение с монстром ему не удалось. Все еще продолжая размахивать лапами, туша зверя рухнула на охотника, сбивая его с ног.

Люди, охранявшие Кыс, сбежали. Она вскочила, борясь с желанием последовать за ними. Но ей еще надо было найти Нейла. Надо было удостовериться, что Рейвенор не вернется, хотя, видя, сколько тварей толпится за дверью, Пэйшенс могла быть в этом уверена.

Она бросилась к стонущим, жмущимся друг к другу смотрителям. За ее спиной стреляли и гибли люди Уорны.

– Бегите! – закричала она смотрителям. – Убирайтесь отсюда!

Но ни один из них не отреагировал на ее слова. Они тряслись и что-то бормотали себе под нос.

– Болваны! – прокричала Кыс.

Что-то ударило Пэйшенс, швырнув ее об стену. Один из громил Уорны отпихнул ее в сторону, пытаясь удрать.

Черно-белая тварь приземлилась ему на спину. Мужчина рухнул ничком. Существо мгновенно отсекло ему голову и руки.

Кыс почувствовала запах крови, хлещущей из мертвого тела, протекающей сквозь решетку и расплескивающейся по полу. Пэйшенс медленно распрямилась, высвобождая свои кайны. Длинные металлические клинки, служившие заодно корсетными косточками, повисли по обеим сторонам от головы хозяйки, поддерживаемые и направляемые телекинетическими силами.

Чудище спокойно опустило морду и оторвало небольшой кусок от жертвы. Кыс пробежалась взглядом по глянцево-черной поверхности панциря, испещренного старыми шрамами, по восковой белизне брюха, где шевелились гнезда червей, паразитирующих на звере. Она обоняла металлический запах адреналина, исходящий от твари, и почему-то чувствовала ее псионическое присутствие на границе своего сознания. Хищник медленно поднял голову, повернув к Кыс рогатую морду. На Кыс уставились пугающие, безжизненные смотровые щели, расположенные над ухмыляющейся пастью. Яркие струйки человеческой крови стекали по блестящему, цвета выветренной кости подбородку, капая на дорожку.

Существо чирикнуло, распахнув пасть и дергая языком. Оно умудрялось одновременно жевать, прислушиваться и принюхиваться. Кожистые мешочки на его горле ритмично раздувались, пульсировали.

Мощные лапы напряглись, и тварь прыгнула.

Кыс резко метнулась в сторону. Ее кайны встретили существо в воздухе, ударив с силой винтовочных пуль. Пэйшенс целилась в шейные мешки – самую мягкую, наименее защищенную часть тела. Проколотые кинжалами мешки лопнули, разбрызгивая желтую жидкость. Спустя секунду раскололись хитиновые пластины, когда клинки вышли из спины твари, окутанные дымкой.

Сила удара оборвала прыжок монстра и отбросила его назад. Теперь существо корчилось на дорожке, скалясь на Кыс, дергая хвостом и колотя когтистыми лапами. Через некоторое время, когда кислота, вылившаяся из шейных мешков зверя, разъела металл, вся секция, на которой лежала тварь, рухнула, разбившись о пол амфитеатра внизу.

Кыс вскочила на ноги, призывая обратно свои кайны. Но от них практически ничего не осталось, кроме неровных, изъеденных кислотой кусков металла.

Пэйшенс отпустила их и почувствовала, как встают дыбом волосы на затылке. Очень, очень медленно она обернулась. Низко пригнув голову и тихо поскуливая, к ней приближалась еще одна тварь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю