355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэн Абнетт » Инквизиция: Омнибус (ЛП) » Текст книги (страница 193)
Инквизиция: Омнибус (ЛП)
  • Текст добавлен: 9 мая 2017, 18:30

Текст книги "Инквизиция: Омнибус (ЛП)"


Автор книги: Дэн Абнетт


Соавторы: Сэнди Митчелл,Грэм Макнилл,Джон Френч,Роб Сандерс,Саймон Спуриэр,Энди Холл,Джонатан Каррен,Нейл Макинтош,Тоби Фрост
сообщить о нарушении

Текущая страница: 193 (всего у книги 325 страниц)

Сэнди Митчелл
Темная Ересь

Наказание еретика
Пролог
Астра Инкогнита: Звёзды Гало
049.933.М41

Питера Квиллема тошнило, чувство, к которому он удручающе привык, несмотря на годы, проведенные на службе Инквизиции: род занятий которой, по самой природе вещей, вел к укреплению желудка путем повторяющейся демонстрации мерзостей, которые скрутили бы более чувствительную душу. В бытность свою аколитом, а с недавних пор и следователем, он открыл резервы ментальной и духовной силы, которые до сих пор иногда удивляли его, но ни храбрость, ни вера в Императора не могли подавить растущую тошноту, которая накатывала на него каждый раз, когда он оказывался в открытом космосе. Он глубоко вдохнул рециркулированный воздух, воняющий застарелым потом и кишечными газами, и включил маневровые реактивные двигатели крошечного шаттла, стабилизируя медленное падение, которое начало беспокоить его внутреннее ухо.

Как только звезды вокруг него успокоились, он почувствовал, что нарастающая волна дурноты отступает, и слабо вздохнул с облегчением, на секунду затуманив обзорный иллюминатор перед ним, пока дух машины климатической установки не распознал и не компенсировал незначительное увеличение влажности. Когда тонкий слой бронекристалла вновь очистился, вся ширь галактики открылась ему, сияющая спираль, пылающая богатым теплым светом с тысячей тонких оттенков. Отсюда, с самого края, он лицезреть священные владения Императора во всей их полноте, совершенстве, чистоте и красоте, горящие как маяк в вечной ночи бесконечности. На мгновение Питер задумался о том, как Он на Земле способен осознать всё это, но сразу отогнал мелькнувшую мысль как бесполезную и граничащую с ересью.

– Ты хорошо себя чувствуешь, Питер? – Голос в воксе был сух, точен и тщательно смодулирован, и даже не видя лица своего наставника, следователь отлично мог его себе представить. Говоря, инквизитор Гриннер почти незаметно склонил бы голову набок, его обманчиво спокойные голубые глаза моргнули бы под очками, как будто бы ответ мог оказаться неожиданным и информативным.

– Я в порядке, Инквизитор.

– Спасибо, что поинтересовались, – быстро добавил он.

Гриннер разумеется знал о его восприимчивости к пустотной болезни, как, казалось, знал обо всем, и его сочувствие было несомненно искреннем. Тем не менее, как всегда он назначил задание по полевым исследованиям одному из своего окружения, предпочитая оставаться в своих апартаментах на борту корабля, с которого вылетел шаттл, и спокойно оценивать добытую оперативниками информацию. Огромный интеллект Джорджа Гриннера был в своём роде оружием столь же мощным, как и штурмовой болтер, встроенный в силовую броню, которую он носил в редких случаях, когда считал свое личное вмешательство необходимым. Оружием, отделяющим правду ото лжи, выведывающим тайны, столь глубоко потаённые, что о них никто даже не подозревал, и он предпочитал не отвлекаться, когда это было возможным. С другой стороны, Питер полагал, что он должен гордиться, что Гриннер так часто на него полагался. Это был знак веры инквизитора в его способности, награда, не дающаяся легко.

Вернувшись мыслями к делу, Питер отвернулся от чудес царства Императора не без некоторого чувства облегчения. Хоть вид целой галактики был, несомненно, потрясающ, но созерцание его вызывало также и тревогу. Миллиарды звезд за его спиной не были заселены одним лишь только человечеством, они кишели неисчислимым множеством видов ксеносов, каждый из которых был угрозой, что подтачивала изнутри сердце Империума. Ордо Ксенос, в котором служили Питер и его наставник, защищал его как мог, но задача была колоссальной, а ответственность практически безмерной.

Взгляд в бесконечность доставлял мало удовольствия. Здесь звезды были немногочисленны и широко рассеяны, но тьма всё же была запятнана точками света, в большинстве своём галактиками, подобными той, что пылала за его спиной. Все они, несомненно, тоже кишели жизнью, но не было никакой возможности выяснить, какая из них скрывала пока еще нераспознанную угрозу для Империума, если таковая действительно существовала. Но чёрная пустота между ними была по-своему ещё более пугающей. В ней могло скрываться практически всё что угодно, что наглядно доказал флот улей тиранидов, столь неожиданно врезавшийся в восточный рукав несколько столетий назад.

Там. Одна из светящихся точек почти незаметно плыла на неподвижном фоне остальных, и Питер снова включил маневровые двигатели. Понемногу пятнышко выросло, обретая форму и четкость, и Питер сосредоточился на показавшемся потрепанном грузовом судне, отмечая как можно больше подробностей, дабы отвлечься от мути в желудке. Приблизившись, он осторожно облетел вокруг него, проплывающие антенны ауспексов и двигательные отсеки были похожи на холмы и долины изъеденного металла.

– Никаких признаков внешних повреждений, – сообщил он по воксу, хоть Гриннер это уже знал. Свежий нарост маячил в поле зрения над уровнем металла, и с очередным порывом маневровых двигателей он поплыл к нему, узнав штурмовой шаттл, отправленный инквизитором около часа назад. Немного скорректировал свой курс, он отметил взглядом новую деталь – толстый металлический люк шириной около метра, через который проходила дугой вторая "а" в названии судна, "Эддиа Стабилис".

– Их орудийные порты по-прежнему закрыты.

– Действительно.

Подтверждение Гриннера ничего не говорило о том, что он думает, но Питер подозревал, что тот был далёк от удивления. Сигнал бедствия, полученный ими с грузового корабля, был искажен паническими воплями, но не содержал упоминания о присутствии поблизости другого судна. Он почувствовал, как его пульс несколько ускорился.

– Ты уже можешь видеть наших коллег?

– Да.

С огромным облегчением Питер заметил бронированную фигуру, стоящую рядом с открытой дверью небольшого грузового отсека и державшую болтер наизготовку поперёк груди, несмотря на то, что "Эддиа Стабилис" и казался безжизненным. Она спокойно наблюдала, как он направляет шаттл во временный ангар, прежде чем пересечь лежащее между ними их расстояние брони корпуса, чтоб присоединиться к нему. Он не мог сказать, из какой истребительной команды был космодесантник, так как левый наплечник силовой брони, на который традиционно наносились цвета его родного Ордена, был невиден из-за угла приближения. Не то, чтоб это бы особо помогло, подозревал он. Ветераны Астартес, которых Караул Смерти назначил в охрану инквизитора, в основном оставляли подробности при себе, с пренебрежением относясь к остальной свите, и он даже не знал даже имён некоторых из них.

– Следователь, – формально поприветствовал его десантник, глубокий, резонирующий голос, типичный для них, прогудел в ресивере вокса Питера. – Остальные внутри.

Коротко и по существу, подумал ученик инквизитора. Он понятия не имел, предавались ли модифицированные сверхлюди Астартес такой человеческой слабости как болтовня между собой, но их разговоры с Гриннером и его командой были отрывистыми и рациональными, не более.

– Хорошо, – ответил он, когда космодесантник вошел в грузовой ангар, и закрывшаяся внешняя дверь наконец то скрыла из поля зрения дезориентирующий вид вселенной за ним.

Питер глубоко вздохнул, уже начиная чувствовать себя лучше, подождал наглухо бронированного гиганта, прежде чем начать выравнивать давление. На первый взгляд, были небольшие отличия от десятка других камер, которые он проходил за эти годы, хотя стены выцвели от старости, и воздушные насосы подавали признаки тяжелого износа, восковые печати обетов технопровидцев немного отслаивались. Явно, что техноадепты ответственные за обслуживание были менее пунктуальных в своей службе, чем их коллеги на борту "Правосудия Императора". Или, что более вероятно, слишком утомлены стараясь поддержать функционирование антикварного судна.

Как только давление достаточно поднялось, Питер взломал замки на люке шаттла, и осторожно вздохнул, ступая на плиты палубы, борясь с импульсом развернуть голову назад в бесполезной попытке прочитать выражение лица Космодесантника на пустом визоре шлема. Он был высоким, под два метра, но даже тогда, его глаза доставали только до уровня аквилы, украшающей черный керамитовый нагрудник, и мрачно функционального болтера, который, гигант в силовой броне, держал с легкостью, как нормальный человек стаббер или лазган. Когда его гид развернулся идти вперед, его левое плечо показалось в поле зрения и Питер взглянул на открывшуюся геральдику, неопределенно обрадованный тем, что теперь знал его имя. Оржен, Космический волк, единственный из его Ордена, служивший с инквизиторской командой Караула Смерти.

– Воздух свеж, – рапортовал Питер, для слушающего инквизитора.

По правде, инструментарий команды на борту записывал, но бездушные механизмы, лишенные интуиции, не имели способности делать заключения из очевидных, простых данных, вот почему Гриннер послал его первым. Он немного кашлянул. – В любом случае, такой же свежий, как и на всех подобных жестянках.

Сухой и заплесневелый, рециркулированный и восполненный несчетное количество раз за века, атмосфера была наполнена всеми знакомыми запахами корабля: слабым запахом человеческих тел, который кажется проникал на все палубы, застарелой еды и кулинарного жира, горящего ладана от бесконечного числа ремонтов и обслуживаний, которые были нужны, чтоб сохранить древнее судно функционирующим, и вечно присутствующим намеком на уборную. Когда внутренняя дверь лязгнула, медленно открываясь, и он последовал за черным, бронированным гидом в коридор за ней, он начал ощущать еще один запах, острый, металлический и слишком знакомый: свежая кровь.

– Святой Трон! – вырвалось непрошеное восклицание и Оржен быстро оглянулся назад в его направлении, потом вернулся в наблюдательную позицию с болтером наготове. Палубные плиты были липкими от смертных останков, судя по количеству вкрапленного металла, группы корабельных технопровидцев. Хотя сложно было говорить с уверенностью. Что-то разорвало их на части, перекрутив куски наизнанку, и украсило стены и полы тем, что оставалось. Несмотря на присутствие громадного защитника, Питер обнаружил, что его рука легла на болт пистолет на его поясе, и подавил импульс достать его. Кто бы это ни был, или скорее, чем бы это ни было, оно сделало это давно.

– Смотри куда наступаешь, – излишне посоветовал Оржен. Говоря себе, что внезапная волна переваренной еды в глотке не более чем еще один спазм от вакуумной болезни, Питер побежал за своим черным, армированным гидом так быстро, как только мог, стараясь отмечать значительные детали мешанины, которые могли был пролить свет на судьбу несчастных технопровидцев. Не было следов когтей или зубов, или чего-то, что могло быть похоже на оружие…

– Ты говорил о отметинах боя, – сказал он, немного убыстряя шаг, чтоб успеть за неторопливой походкой Десантника, каждый шаг которого, покрывал два его. Матово черный шлем заколебался немного, это могло быть кивком.

– Внизу, – Космический Волк повернул в пересекающий коридор, затененный светом люминаторов между ними, в конце которого Питер увидел пролет лестницы. Стараясь вспомнить карту судна, предполагая, что оно строилось довольно типично для своего класса и что половина тысячелетия капитаны корабля с их идеями о том, каким должно быть эффективное использование пространства, не особо его изменили, и что она вероятно вела на командную палубу. Если и были какие-то ответы, то они могли быть только там, он надеялся на это. Оржен жестом показал в боковой проход, и Питер опять зажал рот, острое зловоние обугленной плоти достигло его обоняния.

– Корабельная служба безопасности.

– Почему ты так решил? Не слишком много оставалось от тел, чтоб это было очевидным.

– Потому что они дрались. Ты до сих пор можешь видеть повреждения от лазразрядов и стабберных снарядов на стенах. Хотя это им особо не помогло.

– Я вижу.

Коридор был обуглен из чего-то, похожего на тяжелый огнемет. Кажется, что-то было не правильным, и через мгновение беспокойства о том, что это могло быть, ответ внезапно появился. Огнемет оставил бы ни с чем не сравнимый запах горящего прометия, довольно четко определяемого даже через вонь останков его жертв, и Питер не мог уловить даже намека на запах. Волосы на затылке встали дыбом. Кажется, только один ответ имел смысл, и она начал молиться Императору про себя, чтоб он ошибался.

– Что они пытались защитить тут?

– Ангар шаттла, – сказал Оржен, добавляя то, что уже было очевидным, на случай, если следователь был таким же тупым, как кажется многие Астартес думали о не модифицированных людях в целом.

– Шаттл естественно улетел.

– Естественно, – эхом повторил Питер, стараясь понять ситуацию.

– И призрачная кость?

– Тоже ушла, – подтвердил траурный гигант.

– Мы все еще прочесываем судно, но, если что-то оставалось на борту, Библиарий почувствовал бы присутствие.

– Не сомневаюсь.

Питер последовал за ним по лестнице, массивный Десантник кажется заслонял собой весь проход. Они следили за "Эддиа Стабилис" веря, что он перевозил какой-то богохульный эльдарский артефакт, хотя какой и по чьей воле, они до сих пор не знали. Возможно из-за него был убит экипаж, чтоб сохранить секрет, хотя как их таинственные противники узнали, что Инквизиторское судно у них на хвосте, он не знал. В любом случае, если бы даже мельчайший фрагмент этой нечестивой субстанции был на борту, псайкер, такой могущественный как Брат Паулус определенно засек был его сразу.

Не было времени размышлять далее, однако, когда Оржен наконец то отступил в сторону, Питер понял, что они достигли мостика. Еще один черно бронированный гигант медленно выправился поприветствовать их, легко опознаваемый по серворуке, приделанной к его спине, даже до того, как следователь отметил значок Железной Руки на его левом плече: Уллен, Технодесантник.

– Ты сможешь что-то вытащить из когитаторов? – спросил Питер без вступления. Из его небольшого опыта взаимодействия с членами истребительной командой, Уллен был еще менее социален, чем его братья по оружию.

– Нет, – прогрохотал возвышающийся Технодесантник. – Первичное логическое хранилище было осквернено. Все данные в этой системе был полностью выдраны.

Когда он отошел в сторону, Питер увидел, что он имел ввиду это в буквальном смысле слова. Медный рамки и шестеренки вычислительных моторов были порваны в клочья, как и тела несчастных технопровидцев лежащие ниже, и только оплавленные и почерневшие гнезда остались от полированной деревянной контрольной кафедры. Не было никакого шанса выяснить о предполагаемом месте назначения грузовика из этой коллекции мусора.

С опозданием он понял, что запах крови и горения опять окреп, и он начал различать фрагменты палубной команды среды обломков. Быстро сглотнув, он активировал вокс.

– Инквизитор, – начал он. – кажется у нас небольшие проблемы.

– Печально, я надеялся на тебя, – сказал Джордж Гриннер, рассеянно полируя линзы своих очков кончиком своей одежды. Он водрузил их на нос и подмигнул Питеру с выражением некоторого смущения, его серая, чопорная одежда делала его похожим на мелкого клерка Администратума, а не на личное воплощение воли Императора. Однако Питер, знающий его слишком давно не был одурачен его скромными манерами, и видел слишком много еретиков, делающих эту фатальную ошибку, попадаясь на видимость бюрократической моды. Эти бледно голубые глаза не упускали ничего, и разум, за ними был пронзающим как мономолекулярное лезвие, – Грузовик был лучшей ниточкой за долгое время.

– Мы естественно можем попытаться экстраполировать, – сказал Питер, садясь на край чрезмерно обитого кресла, и стараясь выглядеть внимательным. Инквизиторские персональные апартаменты на борту "Правосудия Императора", были такими же скромными, как и их владелец, пол был плотно устлан, и книжные полки покрывали стены темным, полированным деревом. В большей части, маленькая гарнитура комнат была привередливо опрятна, только стол, за которым сидел хозяин, был загроможден инфо планшетами и аккуратными пачками бумаги.

– Отсюда не может быть много систем в которые они могли направиться.

– Это предполагая, что их назначением на самом деле был звездная система, – мягко указал Гриннер.

– Тем не менее, я попросил нашего Навигатора, рассмотреть такую возможность.

Он вздохнул.

– Я должен сказать, что далек от такой надежды.

– Тогда каков наш следующий ход? – спросил Питер. – Призрачная кость испарилась, и у нас нет догадок куда. Мы даже не уверены, что за контрабандистами действительно стояла ячейка Факслигнае.

– В операции такого размаха, с участием запрещенного артефакта ксеносов? – спросил Гриннер, Питер подумал, что его удивление скорее риторическая уловка, а не точное отражение состояния его ума. Инквизитор излишне пригладил тонкий серый волос, и подтвердил предположение своих людей с холодной улыбкой, – Список организаций, способных скоординировать такое дело довольно мал, Питер. Я думаю мы спокойно можем сделать вывод об их причастности.

– Разве не вы мне говорили, что мы не можем никогда предполагать то, что не можем доказать? – спросил Питер не подумав.

Улыбка Гриннера приобрела оттенок искренней теплоты.

– Совершенно верно, мой мальчик. Тем не менее, это единственная рабочая гипотеза, которая у нас есть.

– Хорошо, – уступил Питер. – У нас есть точная дорожка к операции Факслигнае, которая должна вывести прямо к ним.

– Что может быть не так?

– Что-то весьма непредвиденное, – сказал задумчиво Гриннер. – Библиарий Караула Смерти отчитался, что почувствовал следы какого-то жестокого псайкера, даже когда первый раз ступил на борт судна, на что определенно указывает состояние тел, найденное тобой. Хотя возможно это из-за призрачной кости, если она хоть когда-то была на борту. Или возможно эта вещь был забрана кем-то в шаттл, и мы должны искать мощного псайкера или двух.

– Что мог бы делать псайкер на борту корабля Факслигнае? – спросил Питер. – Мы знаем, что они собирают технологию ксеносов почти в половине сегментума более ста лет, Император знает почему, но они никогда не показывали своего интереса к псайкерам.

– Это загадка, – уступил инквизитор. Он глубокомысленно кивнул. – И эту мы не совсем компетентны, чтоб разгадать. Во всяком случае без некоторой помощи.

– Что за помощь вы имеете ввиду? – спросил Питер.

В качестве ответа, Гриннер некоторое время порылся среди коллекции инфо планшетов на столе и активировал один. Возникло лицо мужчины, которого Питер до этого ни разу не видел.

– Карлос Финуби – Ордо Еретикус. Хороший человек, как охотник на ведьм. Гриннер глубокомысленно кивнул, потерявшись на мгновение в каких-то личных воспоминаниях. – Мы раньше делились информацией, и он может быть будет способен помочь нам со своей стороны. Его спокойные, голубые глаза внезапно повернулись к своему ученику. – Напомни мне, Питер, где мы взяли след этого несчастного судна?

– В системе Сцинтилла, – ответил Питер. – Пустая станция около Сцинтил VIII, если быть точным. В секторе Каликсис.

– В любом смысле, давайте быть точными, – сухо ответил Гриннер. – Карлос соорудил сеть агентов во всем секторе Каликсис. Если там и есть подходящий для нашего расследования беглый псайкер, он точно имеет полезную для нас информацию.

– Я сейчас свяжусь с ним, – сказал Питер вставая.

– Хорошо, – Гриннер рассеянно дыхнул на линзы своих очков и опять начал их полировать. – Однако вооружись терпением. Он имеет тенденцию быть в некотором роде неуловимым.

Глава первая
Лес скорби, Сеферис Секундус, сектор Каликсис
087.933.М41

– Вступай в Гвардию – увидишь галактику! – едко произнес Дрейк, затягивая свою камуфлированную теплую накидку чуть потуже. Тонкие вихри снега кружили в деревьях вокруг него, темные облака неслись над ветвями, которые шатались на ветру, как щупальце в поиске, обещая настоящую бурю к утру. Он дрожал, бесформенное предчувствие, приглушенное его душой с момента, когда взвод был развернут тут, теперь усилилось от всепроникающего холода и постоянно двигающихся теней.

– Ты можешь. Это здесь, – Его компаньон пожал плечами. Он указал на тонкую полоску чистого неба за деревьями и зловещей массой снежных облаков, в которой несколько звезд отрывочно мерцали на секунду или две перед тем как накатывающая темнота поглотила их. Дрейк нахмурился от слабого проблеска света, как будто бы они были каким-то образом ответственны за его разочарование и онемение ног.

– Спасибо, Вос. Ты действительно лучик солнца, ты знаешь об этом?

Вос Кирлок пожал плечами и поднял свой драгоценный цепной топор, проверяя еще раз механизм, что он до сих пор не замерз. Он перекинул свой стандартный лазган через плечо, так же буднично, как и любой Гвардеец, но оружие ближнего боя было его гордостью и удовольствием. Не потребовалось много времени его инструкторам понять, что он никогда не достигнет больше чем посредственное владение дистанционным оружием любого рода, но его природная способность к дракам была поистине исключительной.

Дрейк, с другой стороны, был полной противоположностью, его инстинктивное понимание лаз оружия уже было отточено годами службы в пехоте Королевы Лакримы, Королевским бичевателем, ближайшей структурой к Силам Планетарной Обороны, основанной на Сеферис Секундус. Два человека полностью отличались друг от друга во всех отношениях. Дрейк был худым блондином, его бесконечное негодование проявлялось в нервной деятельности, что кажется постоянно заставляло его ходить по краю, даже когда он был расслаблен. Кирлок был высоким, с бочкообразной грудью, волосом цвета затухающих углей, чья сардоническая манера держала от него большинство людей, с которыми он входил в контакт, на расстоянии вытянутой руки. К их обоюдному удивлению, они стали друзьями почти сразу же как встретились.

Удовлетворенный состоянием своего любимого оружия Кирлок пожал плечами.

– Вскоре мы будем там.

– То же самое мне говорил вербовщик, – сказал Дрейк мрачно. – шесть, длинных месяцев назад.

Он нырнул под нижнюю ветку, которая почти задевала корни дерева, покрытые снегом. Кирлок последовал за ним, уверенно ступая в темных лесах, его массивная фигура скользила между теней стволов, не тревожа ни ветки. Дрейк красочно выругался, когда ветка, под которую он поднырнул, задела его шлем и сбросила свой груз снега за шиворот его бронежилета.

– По крайней мере, у тебя был выбор, – напомнил ему Кирлок.

– Большинство из нас просто назначили добровольцами.

Это было действительно редкостью для добывающего мира Сеферис Секундус, нести десятину для Имперской Гвардии. Труд его бесчисленных рабов был жизненно важен для экономики целого сектора, и их низкий уровень здоровья делал их, по большей части, бесполезными в качестве солдат. Однако увеличившееся количество стычек и налетов вокруг Глаза Ужаса в последние несколько лет наложило собственные требования.

Что-то большое назревало, это было ясно, и ближайшие к кровоточащей ране в ткани реальности сектора начали готовиться к худшему.

Дрейк горько засмеялся.

– Дурацкое решение я принял, – сказал он. – Я должен был остаться в Бичевателях, как мой отец и дед.

– Без всякой надежды на продвижение или рост? – спросил Кирлок, готовясь услышать историю, которую уже слышал бесчисленное количество раз.

Лицо Дрейка потемнело под бледным звездным светом.

– Именно так, потому что моя мать была горничной, прислуживала мутантам снобам. По крайней мере в Гвардии ты можешь быть повышен за заслуги.

– Что ж, нам было гарантированно по аквиле на нос, – сказал Кирлок, упоминая полкового командира и его награды.

– Предполагая, что они проигнорируют твои криминальные дела, – парировал Дрейк, вытягивая дуло своего лазгана из кустов, в которых было слишком много шипов.

– Напомни, что ты там сделал?

– Доставлял контрабандой дрова в Коммонс, – весело ответил Кирлок. – Легко для лесника. Я собирался каждый раз входить и выходить из Горгонида с крепежной древесиной и подобным. Не проблема было запихнуть пару мешоков твигов и опилок в грузовик. Ты бы был удивлен сколько люди готовы заплатить за хорошую растопку.

На секунду на его лице отразилась ностальгическая улыбка.

– Или бартер. Там была парочка женушек…

– Чьи мужья и донесли надзирателю, – раздраженно прервал Дрейк, вытаскивая голень из переплетения корней дерева.

Кирлок невозмутимо кивнул.

– Я думаю достаточно умно для них. Во всяком случае Барону были нужны нормальные мужики, чтоб выполнить свою квоту в Гвардии, и он не хотел терять своих самых эффективных работников. Так что вот и я, вместо того чтоб быть повешенным отправился для десятины.

– К счастью для нас, – сказал Дрейк.

Лорд Кирлока был не единственный кто воспользовался предоставленной возможностью десятины в Гвардию, чтоб избавиться от наиболее проблемных из собственных рабочих, и недисциплинированная толпа, в которой он обнаружил себя была совершенно неприятна по сравнению с Бичевателями.

– Могло быть хуже, – согласился Кирлок. – А так почти как дома, правда.

На его лице мелькнуло взволнованное выражение.

– Как ты думаешь, на других планетах тоже есть деревья?

– Я надеюсь нет, – ответил Дрейк, не думая и не заботясь об этом.

Киролк выглядел так, как будто готов был изложить свою току зрения на этот вопрос, но перед тем как он смог ответить, вокс приемник малого радиуса в их шлемах зашипел.

– Дрейк, Кирлок, где вы там закопались?

– Завершаем разведку, сержант, – коротко ответил Дрейк, игнорируя смехотворные жесты компаньона.

Ни один из них не был высокого мнения о Сержанте Кларене, который обрел свой ранг скорее из-за бывшего гражданского места работы, надзирателем шахт, чем по каким-то военные соображениям, и который, как подозревали оба, наверно чем-то сильно разозлил вышестоящего офицера, за что и был сослан в эту суровую и отдаленную заставу. Определенно такая же проблема была и с ними, так что насколько они могли судить, большинство неудачников и забияк в неоперившемся Секунданском 3-ем были направлены в тот же взвод и высланы сюда, как только полк был официально сформирован. Дрейк, более умудренный в вопросе о том, как работает военное мышление, старался не размышлять о различных вариантах объяснениях их присутствия здесь, хотя было сложно предвидеть с каким врагом они могли столкнуться в этой пустынной глуши.

– Хорошо, – сказал Кларен, из теплоты и комфорта его командной Химеры. – У Вилера обморожение. Вы можете взять на себя его сторожевой пост.

– Мы будем там, – подтвердил Дрейк, внезапно отключая связь до того, как Кирлок смог прокомментировать это вслух.

– Ах ты, сын мутанта, – добавил он, уверенный что сержант его не услышит.

– Ну, могло быть и хуже, – философски заметил Кирлок.

– Да? – Дрейк развернулся, и пошел обратно к заставе.

Суровая и зловещая, она вырисовывалась в ночи как маленькая, укрепленная гора, подбитая огнями, которые каким-то образом умудрялись не освещать удручающую темноту за ними. Огромные металлические вороты не открывались с тех пор как взвод Имперской гвардии прибыл и обосновал лагерь, воткнув палатки для сна и здоровую для переговоров, хотя он видел несколько шаттлов прибывающих и улетающих за крепостным валом. Все были лишены знаков отличия.

То и дело на стенах появлялись люди, их униформа была похожа на его, хотя броня была серой и накидки темно красными. Это было настоящим шоком. На Сеферис Секундус, красный цвет был цветом королевской семьи, и все, в чьих жилах не текла королевская кровь или они не служили напрямую, для них надеть красное считалось почти изменой. Многие из его товарищей, особенно бывшие Бичеватели, разозлились от такого, но Дрейк нашел это странно увлекательным напоминанием, что галактика намного больше этого мира, с его экзотическими правилами. Он не имел понятия кем были эти странные солдаты. Они игнорировали все попытки поприветствовать их, и через несколько дней гвардейцы оставили попытки привлечь их внимание.

– Вполне могло быть, – сказал Кирлок, вытаскивая бутылку с чем-то внутри из-под камуфляжной накидки. – Кларен же не будет проверять нас так же ночью, или будет?

– Сомневаюсь, – согласился Дрейк, он впервые воодушевился с тех пор как пришел на службу. Он взглянул вверх на пустые серые стены крепости. – Никто же, за нашими спинами не вломится туда, не так ли?


Цитадель покинутых, Сеферис Секундус
087 993.М41

К тому времени когда Дрейк высказал свою судьбоносную ремарку и потащился с Кирлоком назад через снега к своему новому сторожевому посту, было уже слишком поздно, чтоб предотвратить проникновение незваных гостей. Нарушитель уже был там некоторое время, хотя никто из людей, кто видел его, работал с ним, или обменивался любезностями в коридорах или за чашкой восстановленного белка в комиссарской не знали кем он был, они видели только лицо и форму старого друга и коллеги. Теперь, в назначенное время, все началось.

– Проблемы? – спросил младший техножрец, немного замедляя шаг, как всегда готовый обсудить мелочи о дарах Омниссии с приятелем посвященным.

Нарушитель потряс головой, убирая ее от открытой инспекционной панели.

– Ничего серьезного, Брат Полк. Слабая аритмия в главном теплообменнике, я полагаю. – Нарушитель вежливо отошел в сторону, творя знак шестеренки. – Ты тоже это слышал?

– Я не уверен, – признался Полк, шагая вперед, чтоб заглянуть в люк, суставы его аугметических ног немного зашипели, а потом снова затихли. – Но тогда ваш слух значительно превосходит мой собственный, как и ваше понимание бесконечной щедрости Омниссии.

– Вы слишком скромны, мой друг, – убеждал его нарушитель. – Разве вы не чувствуете слабое дрожание в кожухе?

Полк дотянулся своим механоденритом, с нежностью дотрагиваясь кончиком к обнажившимся трубам. Слабое выражение сомнения скользнуло по части его лица, еще не замененного на металл.

– Возможно, – наконец сказал он. – Вам нужна помощь в исправлении аномалии?

– Я думаю нет, – уверил его нарушитель. – Причины кажется достаточно тривиальны, но мы должны все поправить, если мы хотим быть верными Омниссии, чье совершенство отражается во всем.

– Конечно, – Полк вновь сотворил знак шестеренки. – Тогда я оставлю вас с вашим посвящением.

– А я вас с вашим, – ответил нарушитель, – которое несомненно намного тяжелее.

– Возможно и так, – признал Полк. – Дефект существуют в массиве ауспексов.

Нарушитель кивнул, как будто не знал об этом, несмотря на то, что потребовалось значительное время, чтоб это было именно так.

– Тогда это должно быть исправлено немедленно.

Это немного раздражало, что такой тонкий саботаж был так быстро найден, но он хорошо скрыл его следы, и не сомневался, что Полк не сможет завершить ремонт, пока не будет слишком поздно. Он подождал пока юный техножрец скроется из вида и продолжил работать над системами за панелью.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю