сообщить о нарушении
Текущая страница: 92 (всего у книги 92 страниц)
Несмотря на внушительный список недостатков, Бут был отличным детективом. И именно такой кадр был необходим городку, куда после устроенного Кэссиди четыре года назад шума, словно паломники, начали съезжаться все психи штата. Сторибрук прославился не с лучшей стороны, и теперь каждый уважающий себя шизанутый ублюдок считал своим долгом посетить одну из главных кровавых достопримечательностей Мэна.
Туризм в этом некогда тихом уголке пошёл в гору. Как и объём преступности.
Бут на слова Оливии ответил невнятным из-за закрывавшей часть лица маски бормотанием, та же отреагировала лишь смешком и обменялась со своей помощницей многозначительными взглядами.
— Ты уже рассказала Форду об этом чёртовом конструкторе, который нам подкинули? — вмешался всё ещё хмурый Нолан, имея в виду лежащее перед ними расчленённое тело.
Лив отрицательно мотнула головой.
— Не-а. А надо? Ты же видел все эти символы на стенах, да и вот. На теле стрёмных надписей тоже хватает. Похоже на проделки сатанистов. Думаешь, стоит просить помощи у федералов?
Дэвид задумчиво пожевал нижнюю губу. Штат его работников значительно расширили. Да и финансирование увеличили. Ресурсов и возможностей у него и его людей стало гораздо больше, чем прежде. Если это действительно дело рук каких-то фанатиков, то они вполне могут справиться сами. А если нет?
Нолан никак не мог избавиться от липкого страха того, что в один прекрасный день в Сторибруке объявится новый Нил Кэссиди. Или, что ещё хуже, Виктор Вэйл. С залётными артистами-однодневками им ещё удавалось справляться, но Дэвид всерьёз боялся, что однажды на сцену выйдут звёзды совсем другого уровня. Расчётливее, хладнокровнее. Опаснее.
И как раз для таких сложных ситуаций у них был Форд.
— Предупреди его, — мрачно наблюдая за приступившей к делу Оливией, вздохнул Нолан. — На всякий случай.
— Они с мамой вполне себе назагорались и уже вернулись в Портленд. Можешь позвонить Джеймсу сам, если всё-таки хочешь перестраховаться, — тут же отозвалась девушка, сжав отрубленную голову трупа, и повернула её так, чтобы края ран на рассечённой надвое шее совпали. Затем, обернувшись к присутствующим, скороговоркой выдала: — Вэнди, бросай рентген. Бери камеру. Будешь делать снимки. Бут, завязывай дуться. Мне понадобится и твоя помощь. Иди сюда. Подержи. Вот так. Мне нужно осмотреть шею.
Август нехотя выполнил просьбу Оливии. Подошёл ближе, надевая на ходу перчатки, и протянул руки, чтобы обхватить голову так, как показывала доктор Мур. Помощница застыла по левую сторону от него с фотоаппаратом в ожидании дальнейших инструкций. Сама же Лив спокойно склонилась над телом, подтянула увеличитель и принялась внимательно разглядывать через него раны.
Спустя минуту доктор Мур начала озвучивать собственные наблюдения вслух, подкрепляя свои слова наглядной демонстрацией. Вэнди, тщетно пытавшаяся скрыть на своём лице отвращение, щёлкала камерой, делая снимок за снимком с разных ракурсов. Вид спереди, сбоку. Какой угол ни возьми — сплошной кошмар. Куски тела, разложенные на столе, действительно выглядели удручающе. Нолан, наблюдая за работой Оливии старался погасить всплывшую в голове ассоциацию с мясным прилавком.
— Разве можно проделать такое обычным ножом? — пробурчал Дэвид только затем, чтобы хоть что-нибудь сказать и прервать сухо описывающую предполагаемое орудие убийства Лив. — Не топором?
Образ мясника, зависшего над телом жертвы в перепачканном кровью переднике и с разделочным топором в руках, всё ещё стоял перед его глазами.
Порой забываешь, что люди — такое же мясо.
Он отошёл от стола подальше, потому как доктор Мур попросила Августа развернуть голову макушкой вниз, и теперь их вниманию предстала разрезанная плоть во всех её жутчайших подробностях.
— А ты взгляни внимательнее, — ласково протянул Бут, кивком приглашая шефа придвинуться обратно. — По характеру ран сразу видно, что лезвие тонкое. Вот, смотри, зарубки повто…
Дэвид подавил рвотный позыв.
— О, просто заткнись.
— Остро заточенным ножом при каком-никаком опыте отрубить голову вполне реально, — пожала плечами Лив, пряча усмешку. — И это не займёт так много времени. Как и в этом случае. Убийца действовал довольно уверенно. Думаю, на это ушло всего несколько минут. Только с позвоночником ему всё же пришлось повозиться.
Нолан содрогнулся. Единственное, что его более или менее успокаивало: женщина была мёртва к тому моменту, как убийца перешёл к расчленению. Грёбаные сатанисты!
Продолжая подмечать детали, доктор Мур принялась изучать остальные части тела. Без каких-либо посторонних эмоций она приложила отсечённую левую руку к суставу, как будто собирала обычный манекен, а не возилась с человеческой плотью. На лице Лив сквозь лёгкую тень азарта читалась лишь сосредоточенность. С таким видом Генри помогал совсем маленькой Рут собирать детский пазл.
Вспомнив о детях, Нолан отвлёкся от неприятной картинки, развернувшейся перед его глазами, и ненадолго выпал из реальности, мысленно очутившись в собственной гостиной, рядом с семьёй.
— Вот дерьмо, — вдруг нахмурившись, резко выдала Оливия.
Дэвид тут же вынырнул из задумчивости, мгновенно напрягаясь: тон девушки не предвещал ничего хорошего. Почувствовал это и Бут.
— Ну во-о-о-от, — проныл он, закатывая глаза. — Сейчас ты скажешь что-то, что разрушит все мои планы поймать спятившего фанатика до выходных.
— Какой догадливый, — Лив отобрала у него вторую руку трупа, которую Август, как и она, пытался приладить к телу, но с правой стороны. — Смотри сюда.
Бут послушно обошёл стол и встал рядом, Нолан же не сдвинулся с места. У него не было ни малейшего желания разглядывать раны вблизи.
— Они… они не подходят! — удивлённо выдохнул Август, переводя растерянный взгляд с отсечённых конечностей на само туловище жертвы.
Верхняя губа Дэвида нервно дёрнулась.
— В каком смысле не подходят? Это не её руки?!
— Срезы не совпадают, — подтвердила Лив, продолжая морщить лоб. — Руки нашей мисс Икс отсечены на пять сантиметров выше. Взгляни на кость… Края не стыкуются. Безусловно, нужно удостовериться. Чтобы не терять время в ожидании результатов анализа ДНК, мы проверим группы крови. Если они окажутся разными, на первое время, думаю, этого будет достаточно. Но… и это не всё, мальчики. Не хотелось бы ещё больше вас расстраивать, конечно, но… вот, взгляните на пальцы обеих рук.
На этот раз Дэвид пересилил себя и подошёл ближе, но пока до него дошло, что конкретно имела в виду Оливия, молчавшая до этой поры Вэнди, издав какой-то странный клокочущий всхлип, вдруг воскликнула:
— Они разные!
Чёрт возьми! Руки действительно отличались. Хотя Нолан до этой секунды считал их абсолютно идентичными — охлажденные, отмытые от крови, они обе, казалось, были вылиты из воска, а не из плоти. Но теперь он тоже заметил. Длинные тонкие пальцы заканчивались разной формы ногтями.
— Похоже, всё-таки придётся звонить Джеймсу, — невесело фыркнула доктор Мур, покачав головой. — У нас как минимум ещё два не обнаруженных никем трупа. Как ты там сказал? Конструктор? Как в воду глядел! Даже если это сатанисты, то они явно заморочились.
Бут выразил общее настроение замысловатым ругательством.
— Господи, когда вся эта херня закончится? — устало пробурчал Нолан, отворачиваясь.
— Одна херня порождает новую. Подозреваю, что никогда. Поэтому… предлагаю напиться, — Август обвёл присутствующих вопросительным взглядом, — раз уж в ближайшие деньки нам не удастся как следует расслабиться.
Оливия аккуратно уложила обе руки обратно на стол и, вздохнув, сказала:
— Если поможете поскорее здесь закончить, я с вами.
Бут согласился, а Нолан, не желавший больше ни минуты находиться в секционной, поторопился на улицу, обещав подождать их там.
Форд трубку так и не взял. Дэвид звонил ему раз пять, но постоянно попадал на автоответчик, и в конце концов всё-таки оставил сообщение. Видимо, после затянувшегося отпуска специальный агент был и без того загружен делами. Но не столь страшно. В крайнем случае с ним свяжется Лив. Уж ей-то Сойер не откажет. Даже если дело окажется вне его профессиональных интересов.
Нолану пришлось выкурить полпачки, прежде чем ему удалось успокоить разбегавшиеся в разные стороны, словно встревоженные тараканы, мысли. Итак. Это случилось. То, чего он так опасался.
Выдохнув струю сигаретного дыма, Дэвид повернулся лицом ко входу в морг. После того, как эти стены покинул Вэйл и полноправной царицей мрачного подземелья стала Оливия, она не раз затевала здесь ремонт. Видимо, чтобы искоренить всё, что могло бы хоть как-то напомнить ей о бывшем начальнике. Они все старались вычеркнуть того, кто назывался Виктором Вэйлом, из своей жизни. И Лив, конечно же, было сложнее остальных.
Дэвид выбросил в стоявшую рядом урну окурок, бездумно разглядывая красовавшуюся над входной дверью табличку.
Hic locus est, ubi mors gaudet succurrere vitae.[7]
Она висела здесь уже второй год, но Дэвид так и не знал, что значат эти слова. Спрашивать у прибившей её сюда Лив он отчего-то стеснялся. В очередной раз демонстрировать своё невежество? Ну уж нет.
— Вот место, где смерть охотно помогает жизни, — раздался за его спиной вкрадчивый мужской голос.
— Ты знаешь латынь? Серьёзно?
Дэвид не обернулся. Он и так узнал говорившего: слишком часто сталкивался с этим типом в последнее время. И несмотря на то, что все члены его семьи попали под обаяние Джонса, сам Дэвид по-прежнему относился к нему настороженно. Порой даже враждебно.
Реджина лишь посмеивалась над его реакцией, считая, что Нолан просто ревнует Генри к будущему муженьку Свон. Ей-то легко говорить! У неё было время смириться с присутствием Эммы в жизни сына. Они даже подружиться успели.
— О, ты удивишься, если узнаешь, сколько ещё во мне талантов, — протянул Джонс, остановившись рядом с Дэвидом и вместе с ним уставившись на надпись.
— Её учат в специальной школе для цепных псов ирландских банд?
— Когда-нибудь тебе надоест язвить на эту тему, вот увидишь. Особенно, когда ты наконец поймёшь, что мне плевать, — Джонс добродушно фыркнул. — Это Лив мне перевела. Я наивно полагал, что она повесила здесь какое-то мудрёное заклинание. Но всё оказалось куда проще. Никакой чёрной магии. Даже как-то скучно, согласись.
И прежде чем Нолан успел сострить в ответ, Киллиан без перехода продолжил:
— По городу уже гуляют слухи о вашей утренней находке. Что, на самом деле всё так плохо?
— Ещё хуже, — вздохнул Дэвид, вспомнив разложенные на столе для аутопсии части тела. — Ты поэтому сюда явился?
— Да. Хотел узнать, что случилось. Судя по тому, что говорят, тело в отвратнейшем состоянии. Форду уже сообщили?
Голос Джонса звучал непривычно серьёзно. Нолан покосился на сосредоточенный профиль собеседника, который, похоже, думал о том же, о чём и он сам.
— Я оставил ему сообщение.
Они помолчали, продолжая сверлить табличку взглядами, будто она могла дать ответы на все их так не заданные вслух вопросы.
— Будет забавно, если он снова пришлёт сюда Доусон, — насмешливо протянул спустя пару минут Нолан, прикуривая очередную сигарету. — Чёртово дежавю.
— Доусон некогда, — почесав нос протезом, хмыкнул Киллиан. — Она по всей Европе гоняется за Голдом.
— До сих пор?
Дэвид удивлённо присвистнул и, поперхнувшись дымом, закашлялся. Он знал, что Румпельштильцхена так и не поймали, но не думал, что делом всё ещё занимается сама Доусон. Он-то считал, что она просиживает штаны в отделе Сойера.
— К процессу подключился Интерпол. Этот сукин сын оказался куда хитрее, чем мы все думали.
Дэвид, покусывая губы, уставился на кончик своей сигареты. Его разрывало желание обсудить происходящее с Джонсом, но, так как неприязнь и недоверие никуда не делись, высказываться вслух он всё же опасался. Хотя опять же, с другой стороны, Киллиан был одним из немногих, с кем можно было бы говорить о событиях четырёхлетней давности без увиливаний.
— Считаешь, найденное тело имеет отношение к Вэйлу? — будто догадавшись о мыслях Нолана, спросил вдруг Джонс. Он повернулся к собеседнику и пытливо заглянул ему в лицо. — Это ведь не просто расчленёнка, верно?
Дэвид стряхнул пепел под ноги и, сделав глубокую затяжку, выложил Киллиану всё, что он сам успел узнать от Лив.
— Только этого нам здесь не хватало, — Джонс скривился. — Какой-то умник пытается собрать собственную невесту Франкенштейна? Шикарно! И скольких девушек он разобрал на запчасти? Трёх?
Увлёкшись разговором, Нолан и Джонс не заметили, как из морга в сопровождении хмурого Бута вышла Оливия.
— Как минимум, — доктор Мур обозначила своё присутствие тяжёлым вздохом. — Анализ ДНК скажет точнее. И я знаю, о чём вы все успели подумать.
Лив обвела мужчин взглядом, вяло усмехнувшись.
— Точнее, о ком. Но Теодор Блэйн по-прежнему гниёт в тюрьме. Так что если эта волна убийств и имеет к нему какое-то отношение, то только косвенное. С одной стороны, это радует. С другой… уж лучше иметь дело со знакомым злом.
Нолан поёжился и отшвырнул недокуренную сигарету. Лив была права. Несмотря на то, что Вэйл — он так и не мог привыкнуть называть его Блэйном, даже мысленно, — был и, вероятнее всего, остался форменным психом, они всё же успели раскусить его слабости и изучить наклонности. Но как быть с новой фигурой на шахматной доске?
Кто он? Или она?
Если убийца, словно мясник, разделывал своих жертв, а потом прятал отдельные части тела по разным местам, комбинируя их, скорее всего, он распланировал весь этот процесс заранее. И действовал продуманно. А это пугало.
Заброшенный склад рыбных консервов, где они обнаружили первый «подарок» смахивал на жуткую инсталляцию. Не в духе Вэйла, но вполне в стиле Кэссиди.
Возможно ли, что кто-то настолько вдохновился подвигами этих двоих, что решил оставить собственное кровавое наследие для потомков?
Или они все настолько зациклились на старой истории, что не могут объективно оценивать происходящее сейчас?
В любом случае… они разберутся с этим… но уже не сегодня.
— А не заявиться ли нам всем в «Роджер»? — предложил Джонс, догадавшись по обращённому к нему взгляду Дэвида о его мыслях. В очередной раз. Возможно, Реджина права, и они всё-таки смогут поладить? — Поговаривают, его хозяин сегодня настолько щедр, что угощает специальных гостей выпивкой.
— Специальные гости этому только рады, — на пару секунд прикрыв глаза, улыбнулась Лив. Затем она подхватила Киллиана под руку и, пружиня шаг, повела его по дорожке в сторону пристани. — Ведь им не помешало бы как следует напиться.
— Эмма убьёт меня, если я позволю тебе это сделать, — донёсся до отставших от парочки на десяток шагов Бута и Нолана деланно строгий голос Джонса.
Лив рассмеялась, и Дэвид не смог сдержать улыбки. Всё-таки приятно было осознавать, что несмотря на всё произошедшее, она по-прежнему могла жить.
Hic locus est, ubi mors gaudet succurrere vitae.
Возможно, в этих словах было куда больше смысла, чем ему показалось в начале.
____________________________________________________________________________________________
[1] Foster care (с англ. патронажное воспитание) — термин, используемый для системы, в которой несовершеннолетние, нуждающиеся в опеке, передаются для воспитания в приёмную семью или семейный детский дом на платной основе (содержание детей оплачивает государство).
[2] «Бездна взывает к бездне» — крылатое выражение из Библии. В оригинале — «Бездна бездну призывает голосом водопадов Твоих» (Синодальный перевод Библии, Псалтирь 41:8).
[3] Автолиз или самопоглощение. Вскоре после того, как перестает биться сердце, у клеток наступает кислородное голодание, и по мере накопления токсических побочных продуктов химических реакций в клетках повышается кислотность. Ферменты начинают поглощать клеточные мембраны и вытекают наружу, когда клетки разрушаются. Обычно этот процесс начинается в богатой ферментами печени и в головном мозге, который содержит много воды.
[4] Формалин свёртывает белки и предотвращает их разложение. Поэтому он применяется для дубления желатина при производстве кинофотоплёнки, для сохранения анатомических и зоологических влажных препаратов, используется при бальзамировании, как фиксатор в микроскопии, а также как антисептик.
[5] Паноптикум — коллекция разнообразных необычайных предметов (например, восковых фигур, причудливых живых существ и т. п.). В переносном смысле — сборище чего-то невероятного, жуткого.
[6] Кабинет редкостей = кунсткамера. Комната для размещения и хранения тематических коллекций, состоящих из естественно-научных экспонатов или разнообразных древних, редких и курьезных вещей, как природных, так и рукотворных.
[7] Hic locus est ubi mors gaudet succurrere vitae — надпись на Парижском анатомическом театре.
