сообщить о нарушении
Текущая страница: 30 (всего у книги 92 страниц)
— Оливия, с кем разговаривает Нил?
— С мужчиной.
— Ты слышишь этого мужчину?
— Слышу, как он кричит. Он злится. Он пришёл меня спасти.
— Почему ты так решила?
— Потому что Нил говорит ему: «Тебе её не спасти». Он пришёл за мной. А Нил меня не отдаст.
— Кто пришёл, Оливия?
— Мужчина.
— Какой мужчина?! — вновь не выдержал Бут. — Давай, малышка, вспоминай!
— Ты его знаешь? — Хоппер смотрел на сосредоточенную девушку не моргая.
— Да. Я знаю этот голос.
— Оливия, попробуй вспомнить, чей он.
— Я его где-то слышала…
— Это важно, Лив. Сосредоточься. Перемотай воспоминания ещё раз. Попробуй узнать этого мужчину.
Сойер сжал кулаки, затаив дыхание. Дэвид ощущал волны напряжения, исходящие от агента. Да что там говорить: у них у всех нервы были на пределе. Если Лив сейчас сможет назвать имя…
— Это он, — после мучительно долгого молчания наконец произнесла девушка. — Он пришёл, чтобы остановить Нила. Я слышу его. Я вижу его…
— Кто пришёл, Оливия? — терпеливо переспросил Арчи.
— Вик.
— Какой, нахрен, Вик? — взвыл Август, оглядев присутствующих. — Кто это?
— Полагаю, Виктор Вэйл, — деревянным голосом отозвалась Доусон.
— Это её начальник, с которым она спит? Да? Тот тип, который присутствовал почти на всех наших брифингах? Который проводил вскрытия всех трупов? Тот, который был в курсе всех деталей следствия? Тот самый Вэйл? Серьёзно?! Конечно, как же иначе!
Бут разбрызгивал желчь направо и налево, но никто не торопился с ответом.
Необходимо было обдумать услышанное.
Информация, полученная от загипнотизированной Лив никогда не будет принята как доказательство. Более того, она сделает юридически ничтожными показания, которые свидетельница может дать по этому поводу в суде. Но если она права и в ту роковую ночь на месте преступления присутствовал Вэйл, то его необходимо поворотно допросить.
Дэвид собирался лично этим заняться.
Если этот индюк имеет хоть малейшее отношение к тому, что произошло с Мэри Маргарет, он собственноручно его убьёт. У него уже давно руки чесались.
Сойер тем временем молча вытащил из кармана мобильный.
— Найдите мне Вэйла, — бросил он в трубку, когда на том конце провода ответили. — Срочно.
Затем, повернувшись, к Габриэле, добавил:
— Скажи доктору Хопперу, что сеанс можно завершать. Хватит мучить мисс Мур. Мы узнали всё, что нам было нужно.
О, нет. Они узнали даже больше, чем планировали.
========== Глава 19. I need a hero ==========
Габби
Сторибрук, штат Мэн
Офис шерифа
28 июля 2015. 16:22
— Я… я не знаю, что сказать, — пробормотала Лив, обхватив обеими руками кружку с горячим кофе. Давно остывший горький чай, приготовленный Оливии Грэмом, Габби незаметно для последнего вылила. Обижать помощника шерифа она не хотела, но в участке пить настолько крепко заваренный напиток мог только он. — Я… не думала… что это… Вик… был… с ним… он ведь…
Девушка потерянно замолчала. После сеанса она так и не смогла прийти в себя. Всплывший образ Вэйла в той самой комнате до сих пор стоял перед её глазами. И, вероятно, Лив винила себя в том, что не вспомнила об этом раньше.
Сейчас они все перебрались в конференц-зал, чтобы обсудить неожиданный результат гипноза. Вызванный на повторный допрос Вэйл вот-вот прибудет в офис шерифа, и необходимо было продумать стратегию повторного допроса.
Чересчур суетливый Дэвид нарезал по комнате круги, Сойер в своей излюбленной манере стоял у маркерной доски, облокотившись на край стола, а Бут сидел в уголке и изо всех сил сдерживал рвущиеся наружу саркастичные комментарии. Габби же с доктором Хоппером устроились напротив Оливии.
— Хотелось бы прояснить некоторые моменты, — прокашлявшись, заговорил психотерапевт. Оглядев присутствующих и задержав взгляд на маячившем из стороны в сторону Дэвиде, мужчина добавил: — Прежде чем вы начнёте всерьёз рассматривать причастность доктора Вэйла в этом де…
— Вы полагаете, у нас недостаточно оснований для этого? — притворно удивился Бут, не дослушав Хоппера. — Считаете, он просто прогуливался рядом, когда Кэссиди насиловал мисс Мур, а потом просто забыл нам об этом рассказать?
— Я полагаю, что пока рано делать выводы, — недовольно поджав губы, ответил Арчибальд.
— Скажите, доктор, — заговорил Сойер, не позволив Августу вновь вмешаться. — Насколько правдивой может быть информация, выясненная в ходе сегодняшнего сеанса?
— Я не вру! — вздрогнула Оливия, уловив в вежливых интонациях Форда нотки недоверия.
— Я вовсе не считаю, что вы намеренно путаете следствие, мисс Мур, — Джеймс ободряюще улыбнулся девушке, но та никак не отреагировала, продолжая поглядывать на агента словно настороженный зверёк. — Но после травм, нанесённых Кэссиди, да ещё и после солидной дозы рогипнола… Согласитесь, даже сцена с выстрелом вызывает колоссальные сомнения.
— Я… — бледные щёки Оливии покрылись лихорадочным румянцем. — Я… не знаю, почему… почему я была уверена, что выстрел произошёл… Мне казалось, что так и было! Когда меня допрашивал Хеллер, я… я была уверена, что убила Нила. И я жила с этой мыслью все эти годы.
— А Хеллер — это?.. — вопросительно изогнув бровь, протянул Август.
— Айзек Хеллер[1]. Был помощником шерифа одиннадцать лет назад, — поджав губы, ответила Доусон. Этого человека она винила в гибели отца не меньше, чем Голда.
— Показания снимались, когда вы ещё не были способны трезво мыслить, — сурово сдвинув брови, отчеканил Сойер. — Не будь мистер Хеллер уже мёртв, у нас с ним вышел бы весьма неприятный разговор. Подозреваю, вами манипулировали. Вы не виноваты. Но сейчас вопрос в другом. У нас нет гарантий, что возникшие во время сеанса образы на все сто процентов реальны. Доктор?
— Именно об этом я и хочу поговорить, — Хоппер в очередной раз поправил вечно съезжавшие на кончик носа очки и повернулся к Лив. — Скажи, какие отношения… связывают тебя с Виктором Вэйлом?
Теперь щеки девушки пылали от смущения. Она вновь потупила глаза, уткнувшись носом в кружку.
— Никаких.
— То есть, как это? — Бут подпрыгнул на месте. — Этот ваш Вэйл во время проводимого мной допроса заверил меня, что у вас с ним, мисс Мур, отношения… Или я что-то не так понял? Объясните мне, будьте добры. Или у вас, в Сторибруке, всё не так, как…
— Он ляпнул это, чтобы вытянуть из тебя информацию, идиот, — сорвался Дэвид, впервые в открытую нахамив Буту.
— Мне кажется, что вы, шериф, слиш…
— Довольно, — вмешался в назревающую перепалку Сойер, пригвоздив обоих мужчин к местам своим тяжёлым взглядом.
— Мы с Виктором работаем вместе, — вздохнув, пробормотала Оливия, когда внимание вновь вернулось к её персоне. — Мы друзья. Но романтических отношений между нами нет. И не было.
— Сформулирую вопрос по-другому, — неловко крякнув, продолжил доктор Хоппер. Габриэла уже поняла, к чему он клонит. Мало того, что сегодня они влезли в голову Оливии, так теперь ещё нагло роются у неё в душе. — Какого рода… чувства… ты к нему испытываешь?
— Мне обязательно отвечать?
Бедняжка не знала, куда себя девать. Габриэла ободряюще сжала её руку.
— Нет, Лив, не обязательно, — Доусон с нажимом взглянула на Арчибальда. — Думаю, мы и так понимаем, что хочет сказать доктор Хоппер.
— Разве понимаем? — развёл руками Бут.
— Речь идёт о конфабуляции[2], детектив, — Хоппер снял очки и стал протирать стёклышки краем своей рубашки. — Как подвид парамнезий[3]…
— Воу-воу, а можно обойтись без замудрённых терминов? — Август перевёл взгляд на Габриэлу. — Мисс Доусон, прошу. Вы ведь сечёте в этой теме. Можете человеческим языком объяснить, что хочет донести до нас доктор Собель[4]?
Хоппер надулся, обиженно засопев. Габби с трудом подавила желание закатить глаза.
— Воспользуюсь аналогией, приведённой самим доктором Хоппером, — Габби бросила на психотерапевта ободряющий взгляд, но тот, задетый подначками Бута, никак не отреагировал, продолжая с преувеличенным интересом тереть свои очки. Невероятно. На весь этот детский сад нет времени. Как они не понимают? — Наша память — это сумма всего, что мы когда-либо сделали, подумали, почувствовали, скрученная в одну единую нить. Череда отдельных кадров, склеенных в одну плёнку, которую мы время от времени просматриваем, чтобы напоминать самим себе, кем мы являемся на самом деле. Плёнка мисс Мур повреждена: вы сами ощутили, насколько сильно. Травмы, нанесённые Кэссиди, воздействие наркотика… нить воспоминаний Оливии разорвана в некоторых местах. И она пытается восстановить её. С помощью ложных образов. Фантазий.
— Хотите сказать, что она сама себе выдумала появившегося в той комнате Вэйла? — с неподдельным недоверием поинтересовался Август, прищурившись.
— Я не утверждаю это со стопроцентной уверенностью, — отвечать пришлось самому Хопперу, так как вопрос детектив адресовал именно ему. — Но вполне вероятно, выбрав… несколько неверный образ в начале сеанса, я спровоцировал… замещение.
— Поля с подсолнухами?
— Да нет же, Господи! — Хоппер, как и все здесь, устал от саркастических комментариев Бута. — Я пытался начать погружение Оливии с положительных воспоминаний. Успех на сцене казался мне отличным вариантом. Я не думал, что тогда могло произойти… нечто, скажем так, не очень положительное. Я не учел всех нюансов, это моя ошибка.
Вряд ли все эти годы кто-то всерьёз размышлял о том, почему занавес в тот день открылся. Народ был поглощён разыгравшимся на их глазах спектаклем, смакуя позор, обрушившийся на голову Джонса. Никто не подозревал, что помимо Свон и Киллиана, участие во всём этом действии принял и кто-то третий. Кто-то, остававшийся всё это время в тени.
— Я напомнил Оливии о… неудачном опыте влюблённости. Пусть и совсем детской. Но эмоции были сильными, — аккуратно подбирая слова, продолжал вещать Арчи. Лив прятала глаза, опустив голову. Габби было невыносимо наблюдать за тем, как психотерапевт прилюдно препарирует личную жизнь девушки, но иного выбора не было: необходимо разобраться. — Что могло послужить причиной… мнестической[5] конфабуляции. Схожие по… фундаменту… чувства, которые она испытывает к Виктору Вэйлу сейчас, нашли выход в появлении его образа в роли спасителя в момент критической опасности.
— Получается, она «увидела» Вэйла только потому, что вы напомнили ей, как он чёрт знает сколько лет назад лизался на сцене с другой девицей? — Бут, в отличие от доктора, в выражениях не стеснялся.
— Это был не Вэйл, — тихо проронила Оливия, продолжая выводить пальцем узоры на поверхности кружки с кофе.
— Где? На сцене? Или в комнате? — Август вздохнул. — Копались в мозгах у неё, а голова болит у меня. Мисс Мур, не могли бы вы — лично для меня — уточнить?
— На сцене.
— Тогда кто, если не доктор Вэйл? — задал вполне резонный вопрос Сойер, который так же, как и Бут, не был посвящён в хитросплетения сторибрукских любовных передряг.
— Киллиан Джонс, — на этот раз ответил Дэвид, избавляя Оливию от необходимости исповедоваться.
— Час от часу не легче, — нервно хохотнул Бут. — А девушкой, я так подозреваю, была недавно убитая Эльза Фрост?
— Не Эльза. Эмма, — отвечал снова Дэвид, так как остальные продолжали сохранять молчание.
— Эмма… Эмма Свон? — детектив нахмурился, видимо, взывая в памяти информацию о жителях города, которую уже успел выяснить. — Ваша кузина, мисс Мур?
Оливия кивнула.
— Итак. Эмма Свон, — по глазам Августа Габби поняла, что в голове у мужчины уже выстраивается одному ему понятная цепочка. — Та самая, что находилась в весьма близких отношениях с Нилом Кэссиди на момент, когда он учинил все эти зверства. Та самая, что бросила своего жениха, — последовал красноречивый взгляд в сторону Доусон, который Габриэла намеренно проигнорировала, — на репетиции свадьбы. Та, самая, что имела, как выяснилось, связь и с Киллианом Джонсом. Звено, объединяющее всех подозреваемых. Роковая женщина, стоит полагать.
— С каких пор Роберт Чейз и Киллиан Джонс — подозреваемые? — выразила всеобщее недоумение Габби. — Похоже вы, детектив, вновь отвлекаетесь от сути дела совсем не на те аспекты.
— Почему же? — наигранно удивился Бут. — То есть подозревать Вэйла можно, потому что вы, агент, не испытываете к нему приязни, а вот Чейза и Джонса — нет?
— Сейчас речь о конкретном случае, детектив, а не о симпатиях и антипатиях, — одёрнул Августа Сойер. Затем, повернувшись к Арчибальду, кивнул: — Доктор Хоппер, продолжайте.
— Я не исключаю возможности, что в той комнате действительно был кто-то ещё, — в очередной раз кашлянув, пробормотал психотерапевт. — Скорее всего Оливия действительно слышала, как Нил разговаривал с кем-то. Она чувствовала присутствие ещё одного человека. Но… есть подозрения, что во время сеанса гипноза… она просто хотела, чтобы это был Виктор, который пришёл её спасать.
— Но Оливия сказала, что видела его лицо. Разве нет? — по-птичьи наклонив голову, поинтересовался шериф.
— Я не знаю, почему решила, будто это он, — твёрдо встретив взгляд Дэвида, ответила девушка и наконец оставила в покое кружку. — Разве… если бы он пришёл… он не… он… он ведь сказал бы, да? Он бы не позволил всему… всему этому случиться…
— А если мисс Мур изначально была права? — Бут задумчиво постучал указательным пальцем по губам. — А вы, доктор Хоппер, её — да и нас всех — сейчас просто запутали?
— Я просто хотел, чтобы вы не выдвигали поспешных обвинений! — покраснел от возмущения Арчибальд. — И всё же, я считаю, в первую очередь необходимо поговорить с самим Виктором. Уверен, это недоразумение удастся прояснить.
— Посмотрим, — кивнул Сойер, глядя поверх голов присутствующих через окошко в общий зал. Габби проследила за взглядом Форда и заметила вошедшего в участок Вэйла. Как всегда спокоен и самоуверен. Наверняка, даже не подозревает, по какому поводу его выдернули сюда.
Доусон попыталась рассмотреть сложившуюся ситуацию максимально объективно.
Вэйл был первым, кто заикнулся о возможном существовании наставника Кэссиди. Он был в курсе происходящего, так как его профессия подразумевает сотрудничество со следствием. Да, в юности он отличался отвратительным характером, но, насколько известно самой Габби, его шутки до смерти никого не доводили. И конкретной связи Нила с Виктором нащупать не удалось. Их миры, казалось, практически не пересекались. Разве что учились они на одном курсе медицинского. Как и Эмма Свон. Как и Роберт Чейз.
Габби вздохнула и, сжав двумя пальцами переносицу, утомлённо прикрыла глаза.
Какая, к дьяволу, объективность? Форд совершил ошибку, поставив на это расследование человека, имеющего общее прошлое с фигурантами дела.
Доусон было жаль Оливию и ужасно не хотелось заставлять её страдать снова, но стоило признаться хотя бы самой себе: многие вздохнули бы с облегчением, окажись Вэйл замешенным во всех этих играх. Если бы им удалось надавить на него, он смог бы задать верное направление. И помог бы засадить Кэссиди за решётку.
Или всадить ему пулю меж глаз.
Габби поспешно отмахнулась от мелькнувшей мысли, но тёмная сторона её личности уже не раз нашёптывала подобное, заставляя девушку всерьёз размышлять о страшных вещах. Она понимала, что стремление отомстить убийце отца недостойно и низменно, но ничего не могла с собой поделать. Соблазнительное желание поквитаться с Голдом через смерть его сына росло по мере того, как Кэссиди всё дальше заходил в своих кровавых играх. Только ведь… это же не решение, да?
Но Габби уже не была уверена в самой себе.
— Габриэла, с вами всё в порядке?
Кто-то тронул её за плечо, и девушка вздрогнула. Прозвучавшие в заданном вопросе искренние нотки тревоги помешали сразу узнать в говорившем Бута. Август возвышался над ней и разглядывал Габби с неподдельным участием. Доусон осмотрелась: все уже покинули конференц-зал, кроме них двоих.
Замечательно, Габби. Теперь ты стала выпадать из реальности. Поздравляю!
— Спасибо, всё в порядке.
Он всё не уходил, да и она почему-то продолжала сидеть на месте. Габби и раньше оставалась наедине с Августом, но сейчас она чувствовала: ситуация в разы отличается от предыдущих. Хотя бы потому, что мужчина предстал перед ней без привычной маски высокомерного засранца. Впервые за всё время знакомства Габриэла задумалась, всегда ли Бут был таким невыносимым?
— Иногда я бываю несколько… неприятным, — будто прочтя мысли девушки, заговорил Август.
— Я заметила, — сквозь нервный смешок выдохнула Доусон.
— Это я так пытаюсь извиниться.
Габриэла никак не могла разгадать выражение его лица. Это что, смущение? Ой, да бросьте…
— Я поняла.
