Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 249 страниц)

– Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли —

Все приличные слова исчезли. На языке вертелись одни ругательства и проклятия. Я набрала в рот воздуха и тут же выдохнула. В груди клокотала ярость на этих чёртовых предателей, на эту курицу тупую, что променяла такого замечательного Джона на мерзкого принца!

– Джон! Это ужасно! – выпалила, наконец, и сжала руки в кулаки. – Мы не

оставим всё как есть, верно?

Супруг мягко улыбнулся, убрал руки за голову и удивлённо произнёс:

– Ты решила принять непосредственное участие в наведении порядка и справедливости?

Расправила плечи, грудь гордым знаменем оказалась прямо перед носом Джона и, не замечая его потемневшего от желания взгляда, провозгласила:

– Сначала твоей бывшей «спасибо» скажу, а потом голову ей откушу! Ну а с принцем, папашей его и пиратами ты сам прекрасно справишься!

Джон рассмеялся и повалил меня на себя. Поцеловал в губы и сказал:

– При всей отвратности ситуации всё же есть и прекрасное – это ты, Элизабет. Не случись со мной беды, вряд ли бы мы встретились.

Облизнула губы и оставила на его щеке поцелуй.

– Судьба судьбой, но всё равно оставлять дело в таком виде... – вновь начала

заводиться.

Джон запустил пальцы в мои волосы и серьёзно проговорил:

– Никто не уйдёт от правосудия.

– Займёмся спасением природы? – оскалилась я. – У меня есть знакомый хирург, он может помочь с твоими врагами. Да и с моими тоже.

Джон в голос рассмеялся, что в уголках глаз выступили капельки слёз.

– Дорогая моя супруга, да ты страшна в гневе!

– А то ж, – хмыкнула я и принялась исследовать мужнины просторы.

Но супруг что-то вдруг запротестовал.

– Элизабет... Милая моя... Я только что лишил тебя девственности...

Притянул меня к себе, обвил руками и ногами как лианами, что не вздохнуть и

затих.

– У меня ничего не болит... – пискнула я.

– Тсссс... Не искушай меня, дорогая... Лучше давай спать.

Лунный свет украсил комнату причудливыми спиральными линиями и, глядя на кружащие пылинки, я не заметила, как уснула.

***

Утро началось рано. Точнее, для меня рано, потому что спать-то мы с Джоном легли уже под самое утро. Хотя самого Джона и не видать рядом. Зато миссис Хедсон тормошит мою сонную тушку и что-то бормочет.

– Леди, просыпайтесь, – слышу сквозь сон. – Леди Милтон вас ожидает в малой гостиной. Она в каком-то необычном нетерпении, что ещё чуть-чуть и сама к вам ворвётся.

При упоминании Милтонов, мой сон как рукой сняло.

– Какая из леди Милтон? – буркнула я, отрывая от мягкой и тёплой подушки мятую физиономию.

– Эмилия Милтон, – с улыбкой произносит миссис Хедсон и у меня отлегает от сердца.

– Фух! – провела ладонью по лбу. – С утра я слишком неадекватна, чтобы встречаться с ещё более неадекватными личностями.

И тут же добавила, спуская ноги на пол.

– Это я про её мать...

– Я поняла, – кивнула женщина и подала мне халат, старательно отводя глаза от смятой постели.

Взглянула в том же направлении и сделала брови домиком.

– Оу... – только и смогла выдавить из себя. А потом густо покраснела и заблеяла:

– Э-э-э... Мне неловко просить... Но...

– Я всё уберу, не переживайте и не смущайтесь, – расплылась в широкой улыбке миссис Хедсон. – Наоборот, мы всё гадали, когда же у вас с милордом

произойдёт... Хотя, учитывая все ситуации и происшествия... Вы уж извините за откровенность миледи...

С каждым её словом, мои глаза становились всё больше и больше. Надеюсь, не

вывалятся из орбит.

– Наверное, скоро этот дом услышит звонкий детский смех и топот маленьких

ножек... – мечтательно произнесла миссис Хедсон.

Я скорчила рожицу, хоть леди и не пристало иметь живую мимику.

– Давайте не будем загадывать, – проворчала я. Что-то о детях я как-то не подумала. Я вообще мало о чём думала этой ночью. – Ладно, позовите горничную, мне нужно помыться и одеться.

– А может, останетесь в постели? Я сменю простыни. Всё же... – она не сдержала улыбку. – Такое событие. Вы, наверное, плохо себя чувствуете, всё болит... Милорд – мужчина большой и...

– О Боги, миссис Хедсон! – воскликнула я. – Ничего у меня не болит! Я лишилась девственности, а не головы! Зовите горничную, пока я ещё не совсем озверела.

Служанка‚ продолжая улыбаться‚ кивнула и исчезла за дверью. А я посмотрела на окрашенные кровью простыни и покачала головой. Вот теперь я вроде как совсем-совсем взрослая женщина.

Глава 18

– Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли —

Эмилия, всегда безупречная леди, в этот раз выглядела немного небрежно. С удивлением отметила выбившиеся из простой причёски тёмные локоны, не расправленные кружева на лифе платья, ярко-жёлтый пояс с другого костюма, совсем не сочетающийся со строгостью платья цвета горчицы, причём этот цвет совершенно не шёл Эмилии и она прекрасно об этом знает.

Нахмурилась ещё сильнее, когда подруга не обратила на меня никакого внимания, хотя я довольно громко хожу. Эмилия ушла глубоко в себя, кусала нижнюю губу и смотрела в чашку с чаем, будто оттуда придёт ответ на волнующий её вопрос.

– Эми? – позвала подругу.

Девушка дёрнулась от неожиданности, вскочила с кресла и выронила блюдце и чашку. Чай пролился прямо на ковёр и Эмилия, чуть не плача, начала что-то бубнить про компенсацию.

– Замолчи! – рявкнула и с силой усадила подругу обратно в кресло.

Сжала её худенькие плечики, вгляделась в озабоченное лицо и перешла сразу к делу:

– Эми, милая, что случилось?

Она сглотнула и начала говорить что-то про матушку, у которой после моей свадьбы резко испортилось настроение, и исчезла любовь даже к самым близким.

Выругалась про себя, тряхнула подругу и скомандовала:

– Эми! Без реверансов и долгих объяснений, изложи кратко и понятно, что произошло?

С ума сойти, как я теперь могу. Никогда не командовала так по-умному. Это Джон на меня влиять стал или факт становления женщиной что-то переключил в моих мозгах? В любом случае, я не в накладе.

Она шмыгнула носом, кивнула, видимо моя уверенность передалась и ей, и она уже спокойным голосом объяснила:

– Мама рехнулась. Она решила как можно скорее женить Джайса, потому как

история с тобой дала тему для разговоров, будто он проклят... Ну, ты понимаешь, та его безответная любовь...

Я кивнула и сделала жест рукой, мол, продолжай, я слушаю.

– Она уже нашла кандидатуру! Дочь ректора Флористдейльского университета!

У меня волосы на голове все разом распрямились, и мозги в обморок свалились.

– У него не одна дочь? – с надеждой поинтересовалась я.

– Вот и я сделала такое же лицо и задала мама этот же вопрос. Увы, дочь у него одна.

– Но она же трижды вдова, и уже стара как дядины тапки! Ей тыща лет! – я

вскочила и от негодования схватилась за голову. – А твой отец?

– Папа не смог противостоять маман и ушёл в запой, – пискнула Эми и по её щеке покатились крупные слёзы.

Я взяла её за руки, и подруга вцепилась в меня, как за соломинку.

– Бет, я не знаю, что делать. А Джайс... Брат вообще решил, что лучше камень на шею и в реку броситься, чем женится на этой старой и злой женщине. Ты сама знаешь, что говорят, будто это она всех своих мужей на тот свет отправила. Мой бедный-бедный братик.

– Так, погоди... Но почему Гертруда? Неужели никого получше не нашлось? – у меня в голове не укладывалось, что родная мать могла сознательно отправить своего ребёнка на съеденье этой старой пираньи. Леди Гертруда Эванс – дочь уважаемого и значимого человека. Её отец барон Уильям Эванс – ректор Флористдейльского университета и важный чин в местной администрации.

Гертруда прослыла отвратительным характером, некрасивой, какой-то жабьей внешностью, неуёмным аппетитом и любвеобильностью. Говорят, она осыпает своих любовников золотом и бриллиантами, но те самые любовники повторно к ней не заходят, видимо, даже золотишко и бриллианты не сильно мотивируют на подвиги, настолько леди отвратительная личность.

А вот барон дочку любит. Я видела Гертруду несколько раз, и мне хватило сего «наслаждения» очень надолго. Даже есть два дня не могла, видела перед собой самодовольное, злобное и жирное лицо сей леди. Поэтому Джайсу крупно не повезло.

– Она узнала, что я и Джайс были в том клубе с тобой. Теперь думает, что мы помогали тебе специально, чтобы уберечь Джайса от женитьбы, потому что он... любит дочь семейного врага, – разъяснила Эми. – Она решила наказать его.

– Женив на Гертруде Эванс? – скривилась я, будто только что откусила от незрелого лимона.

– Что делать, Бет? – с мольбой обратилась Эми.

Я встала с места и начала дергаными шагами мерить гостиную и думать. Джайса нужно спасать. Тут даже думать не о чем. Вопрос: как? Посмотрела на притихшую Эмилию и сказала:

– Нам нужен Джон. Он всё придумает.

Кстати, где он?

Джон нашёлся в кабинете.

Мой благоверный уже работал и кажется, даже очень плодотворно. Вон, какая хитрая улыбка на лице застыла – враги крупно пожалеют о своих действиях.

Мужчина поднял на меня взгляд и удивился.

– Элизабет, почему ты не в постели? – в его голосе слышалось беспокойство.

Пожала плечами.

– Я здорова, прекрасно себя чувствую, не понимаю, что мне там одной делать? Если, конечно, ты не присоединишься... – кокетливо протянула последние слова и начала теребить пуговицу на его рубашке.

Джон убрал мои ладошки от пуговки, покачал головой и поцеловал в кончик носа.

– Я бы с удовольствием, но дела не ждут, – улыбнулся он. – И я рад, что ты прекрасно себя чувствуешь, хотя был уверен, что день «поболеешь».

– И какие дела, милый? – поинтересовалась, улыбаясь.

– Мы же хотим добиться справедливости: чтобы я восстановил своё имя, титул и на тебя больше не покушались?

– Конечно! – закивала активно. – А что, у тебя уже наметились подвижки?

На его лицо вернулась хитрая усмешка. Супруг привлёк меня к себе, провёл ладонями по спине, сжал ткань моего платья, как-то судорожно выдохнул и, уткнувшись лбом в мой лоб, мягким голосом произнёс:

– Наберись терпения, дорогая, вечером поделюсь с тобой всеми новостями.

Оу, ничего себе! Судя по тону, Джон вот-вот вернёт себе титул и завяжет в один узел всех предателей, заодно и меня освободит от моих таинственных врагов.

– Ты уже завтракала? – спросил он, пока я размышляла о будущем.

– Нет, не успела. Собственно, я тебя искала, чтобы привлечь к одному делу, – вздохнула печально. – У Джайса крупные неприятности.

– Рассказывай, – кивнул Джон.

И я рассказала. Не упустив возможности, подробно описать Гертруду Эванс, её папашку и будущее моего друга, если вдруг, он окажется в лапах этой семейки.

– Эмилия ждёт в малой гостиной и умывается слезами. Мы не знаем, что делать! – всплеснула руками под конец речи, потеряв самообладание.

– Успокойся, – погладил меня по волосам Джон. – Нервничая и психуя делу не поможешь.

– Но что нам делать? – вздохнула я.

Муж прошёлся по кабинету, заложив руки за спину, и остановился у окна, глядя на пасмурный пейзаж. Он довольно долго думал о моём рассказе. На его переносице пролегли две глубокие складки. И такой он красивый сейчас был, что будь я художником, тут же взялась или за кисть или хотя бы за карандаш.

– У меня есть одно предложение, которое спасёт Джайса от женитьбы на леди

Эванс и убережёт от сплетен из-за неудавшейся женитьбы на тебе, – произнёс

Джон твёрдым и уверенным тоном и повернулся ко мне, заломив вопросительно бровь. – Но боюсь, ни Джайсу, ни Эмилии, ни тебе оно не понравится. Но других вариантов не вижу, потому как нужно решить данный вопрос очень быстро.

– Э-эм... – сцепила пальцы в замок. – Мне позвать Эми?

– Идём, – взял меня за руку Джон, и мы вышли из кабинета.

– Ты меня смутил предостережением, что твоё предложение нам не понравится, – проговорила озадачено. – Что ты придумал?

– Сейчас объясню, – серьёзно произнёс Джон.

Эмилия так и сидела в кресле, глотая слёзы. Когда мы вошли, она вскочила с кресла и прижала руки к груди. На моего супруга подруга смотрела как на последнюю надежду.

– Элизабет рассказала мне о ситуации с вашим братом, леди Милтон, заговорил Джон.

Эми кивнула и приложила платок к глазам, утирая новые слёзы.

– Мне очень хочется верить, что вы что-нибудь придумаете, – надломленным голосом произнесла подруга.

Я подошла к ней и обняла за плечи.

– Мы не оставим Джайса в беде, – сказала уверено и взглянула на Джона, мол, давай, раскрывай свои карты.

– У меня есть друг, который сейчас помогает мне с одним делом, – начал Джон издалека. – Он маршал кританской армии и по моей просьбе может взять Джона на службу. Отправит срочное письмо-требование леди Амалии и даст немного времени для сборов.

У нас с Эми глаза стали размерами с блюдца.

– Вы... В-вы хотите отправить моего брата в армию? – упавшим голосом прошептала подруга.

– Джон, – выдохнула я, сама поражённая его идеей. – Но Джайс... Он же воспитывался не как воин, а как самый обыкновенный аристократ.

Джон был непреклонен.

– Научится быть воином, – невозмутимо произнёс Джон. – Отслужит по желанию, год или два, и вернётся домой. Зато о женитьбе речи быть не может. Новобранцам запрещено заводить семью.

Я посмотрела на подругу.

– Что скажешь? Гертруда или армия?

Эми захлопала глазами, замотала головой, потом покусала нижнюю губу и спросила Джона:

– А-а-а... А сможет ли ваш друг присмотреть за братом на время службы? Всё же он... никогда с оружием всерьёз дел не имел...

Джон хмыкнул и кивнул.

– За ним присмотрят.

Теперь Эми смотрела на меня вопросительно.

– Бет, что скажешь?

Развела руками и предложила самый разумный вариант:

– Стоит спросить самого Джайса.

Эмилия тут же спохватилась, стукнула себя по лбу со словами:

– Прямо сейчас возвращаюсь домой!

Потом она порывисто обняла меня и спросила:

– Вы никуда не собираетесь сегодня?

Посмотрела на Джона.

– Мы сегодня дома?

Супруг кивнул, и Эми ураганом умчалась на выход. Я наблюдала в окно, как она спешно забралась в экипаж и, подгоняя кучера, отправилась к брату. Сложила руки на груди и, нахмурившись, с подозрением поинтересовалась у Джона:

– А почему, собственно говоря, имея в друзьях маршала кританской армии, ты сразу не обратился к нему за помощью?

Джон горько усмехнулся.

– Элизабет, когда завертелся тот смертельный спектакль абсурда, у меня не было ни единой возможности связаться хоть с кем-то. Король держал в тайне мою судьбу. В ваших газетах ведь ни слова не было сказано о моём «предательстве». Предполагаю, что даже шпионы вашего королевства не успели донести до нужных людей всю информацию, а когда донесли, было слишком поздно.

Джон всё же улыбнулся.

– Мой друг несказанно рад, что я жив и здоров. И поверь, для Джайса в его ситуации будет лучше, если он окажется на службе. Он сможет утереть нос сплетникам, возможно даже, возмужав в армии, растопит холодное сердце той девушки, в которую безответно влюблён.

Я почесала макушку и признала, что Джон прав.

– Ещё и окажется подальше от своей ненормальной мамаши, – что было бы вообще прекрасно.

Глава 19

– Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли —

Не успели мы закончить завтрак и перейти в кабинет, где Джон продолжил трудиться на наше общее благо, а я села читать вечернюю статью от Роба, в которой он расписывал все мои достоинства, восхваляя мою красоту и ум, особенно сделал упор на моём добром сердце, раз я спасла Джона Моргана, как раз зачитывала сей абзац, вдруг со стуком вошёл мистер Леви, поклонился и громко объявил:

– Виконт и виконтесса Милтон!

– Ого, – хихикнула я, переглядываясь с супругом, – кто-то уже принял решение.

– Или прибежал высказать своё фи, – улыбнулся Джон и кивнул дворецкому. – Проводи гостей в малую гостиную и предложи чай, мы сейчас присоединимся.

Дворецкий ушёл выполнять распоряжение, а я вопросительно уставилась на Джона. Мужчина перехватил мой взгляд и уголками губ улыбнулся.

– С маршалом я уже успел переброситься парой слов... Сейчас дождусь его ответ на несколько вопросов...

– По секретному почтовику переписываешься с ним? – решила уточнить, хотя причин не доверять Джону нет, да и доказал он, что в миллионы раз разумнее меня и моих друзей.

– Конечно. Маршал готов помочь Джайсу, тем более складывается всё удачно, через три месяца начнётся отбор новобранцев. Виконта натренируют, чтобы он точно прошёл испытания.

– О-о-о, – протянула немного расстроено, – отбор... Скажу тебе честно, Джайс не дружит с оружием. А с самообороной у него ещё хуже, чем у меня.

– Он – мужчина, – с нажимом произнёс Джон, – справится. У всех мужчин это в крови. И не забывай об этом. Всё у твоего друга получится, зря волнуешься.

Почтовик издал едва слышный писк и сверкнул камнями, оповещая о новом сообщении.

– Вот и ответ, – проговорил супруг. Достал прямоугольный лист, сложенный вдвое и быстро прочитал содержимое.

Кивнул, словно соглашался с отправителем и сказал:

– Теперь идём, узнаем, что решил виконт.

Вышеупомянутый виконт только что по потолку не бегал от радости. Меня и Джона он успел крепко обнять, что чуть кости не треснули и расцеловать.

– Раз ты согласен, в чём я не сомневался, то предлагаю обсудить все нюансы, – сразу перешёл к делу Джон.

– Да! Да! Да! – захлопал Джайс в ладоши и едва не начал прыгать от бешеной радости.

Эмилия тоже сияла, как начищенный медный таз, а я лишь глазами хлопала.

– Вот что значит матушка допекла, – сделала вывод.

– Я как брату озвучила предложенный Джоном выход, не поверишь, но он буквально на глазах переменился, – шепнула мне Эми, пока супруг давал наставления Джайсу.

– Честно, я не думала, что он обрадуется возможности очутиться в армии, – развела руками, всё ещё недоумевая. – Но Джон обещал, что перед испытаниями его натаскают.

– Джайс, если сильно захочет, то что угодно будет ему по плечу, – сказала

подруга.

Кивнула, соглашаясь с ней. Всё верно, упорство моему другу не занимать.

– Тогда я тем более рада, – толкнула подругу плечом, хитро ей улыбаясь. – Старая и страшная жаба Гертруда останется без мужа, и ваша маман не сможет больше управлять Джайсом.

Но тут же скисла. Эмилия тоже перестала улыбаться. Мы пришли к одному и тому же выводу.

– Мама переключит всё своё внимание на меня, – упавшим голосом пробормотала подруга. – Может, мне вместе с Джайсом поехать?

– С ума сошла? – сделала страшные глаза. – Нет уж Эми, если твоя мать начнёт и у тебя кровь пить, то мы найдём способ и тебя спасти. У нас теперь есть Джон и он не оставит моих друзей в беде.

Подруга кивала на каждое моё слово, а потом солнечно улыбнулась и очень тихо сказала в самое моё ухо:

– Бет, твой муж – настоящее чудо. Тебе невероятно повезло.

И я тут же вспомнила прошедшую ночь. Залилась румянцем и расплылась в мечтательной улыбке. Подруга сразу всё поняла. Её глаза засияли, она как маньяк вцепилась мне в руку и, пользуясь тем, что мужчины находились в другом конце гостиной, активно зашептала:

– Сколько было раз? Три? Четыре?

Она склонилась к моему лицу, чтоб не пропустить моего полного отчёта. Я ничего не ответила, лишь сильнее покраснела. Эмилия сделала огромные глаза и восхищённо выдала:

– Что, пять раз?

Мне стало очень смешно, и я закрыла лицо руками, давясь смехом.

– Эми, замолчи, – шикнула на неё, глядя при этом на Джона сквозь пальцы. Подружка затаила дыхание от изумления.

– Он тебя поразил, – прошептала она, снова дёрнув мою руку к себе. – Ну не будь противной, хоть скажи, тебе понравилось? Это сильно больно? И там... у него сильно всё страшно?

– Господи, Эми, давай не здесь и не сейчас, когда мой муж рядом, – зашипела на неё.

– Извини, дорогая. Знаю, что смутила тебя... Ну, не сердись, Бет... – она набрала в лёгкие воздуха и на выдохе вновь зашептала: – Предполагаю, что твой Морган мог и шесть, а то и десять раз.

– Если бы случилось десять раз, то я бы сейчас не сидела, и не ходила, а лежала в постели, абсолютно дезориентированная, – тоном знатока выдала ей, но при этом мы говорили тихо. – И нет, было не больно. И нет, у Джона всё очень красиво...

А потом я замолчала, а Эми, сияя глазами, немного порозовела. Конечно, задавать подобные вопросы, кто тут не покроется оттенками красного? К нам подошёл Джон с Джайсом. Последний, улыбаясь до самых ушей, воскликнул:

– Мама в течение часа получит от самого маршала официальное письмо, где меня вызывают на отбор в армию Его Величества! И самое потрясающее – проигнорировать и забить гвоздь на приказ не получится! Родители будут в шоке!

И столько радости плескалось в его голосе, что трудно было оставаться безучастной. Мы втроём обнялись, как делали это всегда, когда у нас получалось провернуть какую-то шкоду, и уйти от ответственности, только теперь это уже была взрослая жизнь.

Потом я оторвалась от друзей и притянула в наш круг немного смущённого Джона. На его лице так и читалось, что мы ведём себя, как малыши из детского сада, но уклониться не удалось.

Утро прошло. И в принципе, получилось плодотворным и в каком-то смысле добрым. Но, видимо кто-то наверху решил, что хватит с нас радости, потому что после обеда начался кошмар.

Джайс и Эмилия отправились домой, ждать «неожиданного» письма от маршала, а мы с Джоном снова только-только засели в кабинете и принялись за работу, как снова нагрянули гости.

Дворецкий, сильно хромая, ворвался в кабинет без стука и выпалил на одном дыхании:

– Милорд, миледи, явились неожиданные гости! Приставы и с ними лорд Андон! Они требуют вас!

– Приставы? Лорд Андон? – удивилась я, потом нахмурилась и процедила: – А слизню этому что надо?

Джон взял меня за руку, сжал ладошку и произнёс:

– Не волнуйся, мы разрешим любую ситуацию. Господин Леви, предложите гостям чаю.

– С крысиным ядом, – добавила я, скрипя зубами.

Взглянула на супруга, вцепилась в его руку пальцами как клещами и затараторила:

– Джон, мягким местом чую, прибыли неприятности. Лорд Андон настоящая мразь! Когда дядя умер, он первым просил моей руки. Я отказала ему в довольно грубой форме, и он озлобился. Уходя, сказал, что не простит отказа и однажды вернётся, чтобы растоптать меня. И он... он – маг, Джон. Слабенький маг, но всё же... И ещё эти приставы... Что им нужно?

Джон притянул меня к груди, погладил между лопатками, успокаивая, и уверенно сказал:

– Ничего не бойся. Я рядом.

Как же хорошо, когда есть кто-то большой, умный и готовый взвалить на себя все заботы.

– Я постараюсь не бояться, – пробормотала уныло. – Знаю, что страх – это глубочайшая бездна.

Молодой граф Итан Андон был маленького роста, круглым, как шар и весь заплывший жиром. Его пальцы напоминали связку сарделек. Кожа на лице всегда лоснится и имеет нездоровы      й красный оттенок. Его раздувающиеся ноздри «говорят» о желчности натуры. Хитрый, острый и озлобленный взгляд блеклых глаз не предвещает ничего доброго и хорошего.

– Элизабет! – расплылся в премерзкой улыбке этот нехороший человек. – Помнится, я говорил, что вернусь в дом Ловли...

Но Джон не позволил ему и дальше разглагольствовать.

– Господа, вы прибыли в наш дом по делу? – тон Моргана звучал не просто по-деловому строго и холодно, он обращался конкретно к двум представителям власти как истинный аристократ. От его тона даже мне захотелось втянуть голову в плечи и забиться в какой-нибудь дальний угол. Приставы ощутили авторитет и внутреннюю силу моего супруга, поёжились, переглянулись и, прокашлявшись, один из них заговорил:

– Ваша Светлость, Джон Морган, не ошибаюсь?

– Собственной персоной, – не меняя интонаций, произнёс Джон. – Ваши имена и чины?

– Приставы-исполнители Симон Преч и Йен Спилд, – представил себя и напарника пожилой пристав с умным проницательным взглядом.

– И да, мы прибыли по делу, – сказал второй и достал из папки документы. – У нас распоряжение...

– Погодите, – прервал их Джон и перевёл грозный взгляд на графа Андона. – Вы тоже по делу или заблудились?

Толстяк, вальяжно рассевшись на диване, демонстративно покрутил тростью и пренеприятным тоном провозгласил:

– Собственно, я инициатор того дела, по которому прибыли господа приставы. А вот вы Джон Морган, бывший герцог, предатель своего королевства и преступник, хоть и стали супругом этой милой, но глупой леди, недолго будете радоваться красивой и сытой жизни.

– Что ты сделал? – прошипела я, сжимая руки в кулаки. Так бы и заехала этому хмырю по самодовольной роже.

– Дорогая, не нужно, – мягко произнёс Джон, кладя ладонь мне на плечо. – Не стоит этот человек твоих эмоций.

И улыбнулся, мол, всё будет в порядке, просто доверься мне. И я выдохнула, расслабилась и кивнула.

– Ваши оскорбления в отношении меня, лорд Андон, вы можете высказать где угодно и с кем угодно, но не в этом доме. Оскорблять же мою супругу я не дозволяю вам ни здесь, ни где-либо ещё, – если можно было бы испепелять взглядом, то Итан Андон уже осыпался бы пеплом. – Уважаемые господа приставы, вы как должностные лица, можете засвидетельствовать неподобающее поведение и оскорбления графа Андона?

Приставы, явно не ожидавшие подобного развития событий, закивали и с опаской поглядели на помрачневшего графа Андона.

– Предлагаю прямо сейчас составить протокол. Господин получит штраф и

выговор.

Джон с ненавистью взглянул на толстяка и невозмутимо холодно добавил:

– Если ещё раз оскорбите Элизабет, вы будете иметь дело уже лично со мной, а не с законом.

– Это угроза? – вздёрнул он все пять подбородков.

– Просто констатация факта, – пропела с улыбкой.

– Мистер Леви, будьте добры, проводите графа на выход, – распорядился Джон.

Граф Андон рассмеялся, покачал головой и махнул рукой на приставов.

– Мне плевать, пусть пишут свои протоколы, я не отказываюсь от своих слов. И собственно, очень скоро вам будет не до меня...

Он тяжело поднялся и отправился впереди дворецкого. Выходя из гостиной, обернулся, расплылся в гадючьей улыбке и самодовольно произнёс:

– Я буду искренне наслаждаться тем часом, когда вы, Элизабет приползёте ко мне на коленях...

Договорить ему не удалось, мистер Леви «случайно» наступил графу на ногу своим деревянным протезом. Итан выпучил глаза, пошёл бурыми пятнами и издал поросячий визг:

– Идиот неуклюжий! Ты мне ногу отдавил!

– Жаль, что только ногу, – рассмеялась я. – С удовольствием бы поглядела, как вытекают его мозги...

– Леди! – возмутились приставы.

Когда неприятный непрошеный гость был выдворен из дома, протокол составлен и подписан, наконец, мы узнали, в чём дело.

– Леди Морган‚ совсем недавно вы вступили в права наследования, – устало заговорил Симон Преч. – Вы не знали и не могли знать, но выяснилось, что у вашего дяди остались огромные долги.

Его голос внезапно оборвался. Я переглянулась с Джоном и ощутила, как между лопаток появилось неприятное холодное чувство.

– Да, мой дядя, мягко говоря, был экстравагантным человеком, но долги... Что за бред? – нахмурилась я. – Дядя был богат, он не нуждался в деньгах и оставил щедрое наследство...

Я умолкла и впилась в приставов испытующим взглядом.

– Объясните всё детально, – потребовал Джон.

– Год назад ваш дядя вложил крупную сумму денег в строительный проект на южных землях королевства и убедил других людей, в частности аристократию, вложиться тоже. Граф Адам Ловли гарантировал успех затеянного дела и подписался в своих гарантиях. По проекту все, кто вложился, должны были получить огромную прибыль, но вышло наоборот. Проект оказался провальным, строительство законсервировали и проект закрыли, – пристав помрачнел. – Южные земли – это сплошь одни...

– Болота, – закончила шёпотом, шокированная услышанным.

Пристав согласно кивнул.

– Роль графа Андона в этом деле? – сурово спросил Джон.

– Итан Андон взял на себя денежные обязательства и выплатил всем инвесторам их вложения с процентами, – каждое слово пристава отдавалось у меня в ушах ударом мрачного гонга. – Сумма огромная и граф Андон желает вернуть свои деньги. Он подал документы на взыскание, суд в одностороннем порядке удовлетворил его требования и с сего дня мы вынуждены произвести опись всего вашего имущества, чтобы оценить стоимость и...

– Да вы с ума сошли! – взорвалась я. – Это невозможно! Я не нашла никаких бумаг где было бы сказано о каком-то там строительстве на болотах! Этот Андон мог всё сфабриковать и...

– Элизабет, успокойся, – попросил меня супруг. А у меня слёзы на глаза наворачивались.

– О какой сумме идёт речь? – спросил Джон.

Приставы протянули мужу документ, и я вместе с Джоном уставилась на астрономическую цифру. Джон помрачнел.

– Таких сумм даже у короля нет, – сказал он жёстко и сжал требование о выплате и аресте всего моего имущества в кулак. – Тут следует разбираться. Граф мог провернуть махинацию...

Потом Джон взглянул на меня и спросил:

– Дорогая, ты получала хоть какие-то письма и вызовы в суд?

Замотала головой, говорить я сейчас не могла, а то разревусь.

– Ситуация почти безнадежная, – вздохнули приставы. – Если вы не сможете расплатиться с долгом, даже продав всё имущество, вас как

наследницу, а значит, и ответственную за все действия графа Ловли, лишат титула и отправят на каторжные работы на срок до пяти лет.

Есть такое выражение: «И весь мир рухнул».

Глава 20.

– Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли —

Граф Андон слыл мерзавцем не просто так. В принципе я была равнодушна к сплетням, смешкам за спиной и новостям в газете о моём моральном облике, которому не стоит следовать юным леди. Да. Но если говорить честно, я хотела так думать, что равнодушна. На самом деле я близко воспринимала негативные отзывы о своей персоне. И об этом расскажу чуть позже, а пока...

День после прихода приставов я посвятила сборам. Нет, обычные вещи меня мало волновали, зато не хотелось, чтобы за бесценок продали мои личные драгоценности, ценные дядины картины, книги, редкие вазы, скульптуры, антикварную посуду... А чего стоят напитки из погреба!

Утварь собирала миссис Хедсон вместе с остальной прислугой, которая была за меня, и все решили помочь и собрать всё самое-самое, то есть, весь дом, а мистер Леви только что стены не отколупывал. Да, как вы поняли, приставы не произвели опись моего имущества, и дом не стали осматривать. Джон сослался на какие-то законы, правки, статьи и прецеденты нашего королевства, о существовании которых я до сего дня и не ведала! Хотя не каждый день к тебе приходят с официальным уведомлением, что лишают всего имущества, и ты ещё должна останешься. В любом случае, мой супруг оказался подкован всесторонне и приставы вняли его словам. Я подписалась в получении уведомления и должна через три дня предоставить приставам доступ в дом для этой самой описи, потом поехать с ними и показать квартиру в городе. От одной мысли у меня зубы сводит, руки в кулаки сжимаются и хочется убивать!

Имущество из дома решено было разделить и спрятать в домах мистера Леви и миссис Хедсон. Они сами предложили свою помощь. Ясно ведь, что оценивать редкие вещи будут по самой минимальной цене, и в случае необходимости мы сами продадим дороже. Джон сказал, что в этом случае свяжется с одним надёжным человеком, но не сейчас. Пока он просил меня не