Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 249 страниц)

– На всё воля высших сил, Александра, – загадочно улыбнулся сенсей. – А правила… Сам амин пожелал, чтобы вы дали клятву сейчас.

Ах, амин пожелал!

Что-то мне всё подозрительней и подозрительней.

– С этого бы и начали, а то некоторые сомневаются в моих добрых намерениях… – фыркнула я и едва удержалась от того, чтобы не сплюнуть. – Но ладно, пусть артефакт только попробует не принять клятву.

Сенсей смолчал, он ждал.

Я вздохнула и ровным, спокойным, но уверенным голосом заговорила:

– Клянусь всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: не вредить другим участникам рассветных игр, тренерам, распорядителям и всем тем, кто имеет прямое или косвенное отношение к играм. Клянусь, что в случае победы, не потребую от великого амина клана Рави исполнения желания, которое несёт за собой войну, разрушения и другие трагедии. Клянусь, что моё желание не касается смерти кого-то живого, и я не стану просить о казни нага, человека или другого живого или неживого существа. Клянусь, что моё желание не касается политических отношений между кланами. Клянусь, что моё желание не требует использовать тёмные силы и силы тени. Моё желание чистое, исходит от самого сердца и не связано с местью или какими-либо злыми намерениями в отношении других нагов, людей, правящего рода клана Рави, других кланов, города Бахадур, других городов и всего мира Хараппы. Клянусь. Клянусь. Клянусь.

Потом коснулась пальцем иглы, она резко вытянулась, проткнула меня чуть ли не до кости и тут же снова уменьшилась. Я щедро полила своей кровушкой артефакт, кровь жадно впиталась в дерево, не осталось и следа.

И что удивительно, ранка тоже затянулась.

Подняла взгляд на каменное лицо нага и спросила:

– Ну? Кровь явно понравилась артефакту. Всё отлично?

– Да, – обречённо вздохнул сенсей.

Я протянула ему артефакт, но не успел Мерт его забрать, как вдруг, буквы вспыхнули самым настоящим пламенем! И сама дощечка в моих руках засветилась ослепительно ярко. Я от удивления раскрыла рот. Затем артефакт с громким хрустом треснул и дощечка осыпалась в моих руках самым настоящим серым пеплом.

Наг шокировано уставился на горстку серой пыли, поднял на меня очумелый взгляд и в ужасе воскликнул:

– Вы уничтожили артефакт клятвы! Что вы натворили?

– Э-э-э… – протянула я. – Ну-у-у… Как-бы это не я, он сам рассыпался, вы же сами видели…

Бляха муха! Но почему всё всегда через заднее место!

Глава 11

– Александра-

– Это… это же… конец… – мрачно выдохнул, побледневший наг, не отрывая обескураженного взгляда от кучки пепла на полу.

Он развёл руками и не понимал, что теперь делать. Думаю, особенно его взволновал вопрос, как преподнести данную информацию начальству, то бишь, вождю.

Я хмыкнула, ударила ладошками друг о дружку, стряхнула этот самый пепел и вздохнула.

Истеричкой никогда не была, думала всегда быстро (профессиональная деятельность научила не зевать и принимать правильные решения чуть ли не мгновенно), а вот разобраться во всём происходящем очень даже хотелось.

Надеюсь, проблем из-за уничтоженного артефакта у меня не прибавится?

– Да что же вы так огорчились? Ну, рассыпался, всякое в жизни случается. Не вешайте нос, уважаемый тренер, – улыбнулась ему. – Конец был бы, оторви вам кто-нибудь хвост или ноги. Согласитесь, сложно ходить или ползать, когда из тебя во все стороны хлещет кровь.

Сенсей поднял на меня непонимающий взгляд и глубоко оскорблённым тоном произнёс:

– Это не смешно.

– Не смешно, – согласилась с ним. – Но и ни черта не грустно.

Он поджал в недовольстве тонкие губы.

– Всему рано или поздно приходит конец – нет ничего вечного, – философски заметила я. – Быть может, у вашего артефакта уже истекал срок годности… Или истёк. Маги, например, вовремя не проверили его функции. Обновление новое не загрузили… Вот и результат… И не смотрите на меня как на врага народа.

– Амину это не понравится, – сказал недовольно тренер и пополз на выход.

– Эй! Вы забыли внести меня в список! – воскликнула я и перегородила сенсею дорогу.

– В список? – криво усмехнулся наг. – Александра, ваша кровь только что уничтожила бесценный артефакт, который создали ещё наши предки. Магия этого артефакта была сильна, но вы… точнее, ваша кровь…

Мерт снова поджал губы, выражая своей мимикой крайнее недовольство и закончил речь:

– Окончательное решение по вашей кандидатуре на участие в рассветных играх примет амин. Ещё неизвестно, на какие разрушения способна ваша… странная кровь.

И толкнув меня плечом, распахнул дверь, рукой указал на выход.

Ах вот оно что! Кровь моя, значит, всему виной. Разрушения она не сёт. Ну-ну.

Вздёрнула подбородок и гордо вышла из тренерской.

А в огромном зале уже вовсю шла тренировка.

Я окинула взглядом толпу, но без гнева – даже без всякого выражения. Тем не менее, люди и наги почему-то быстро заткнулись и резко прекратили танцы с оружием.

Абсолютная тишина сдавила голову и тяжким грузом легла на плечи.

«Мужчины», – фыркнула про себя. – «Им невдомёк, как это женщина посмела даже думать об участии в рассветных играх!»

Среди тренирующийхся прошёлся шепотливый гул. Некоторые фразы я чётко расслышала и криво усмехнулась. Ничего другого я и не ожидала.

– Это она выстояла против амира Масуда.

– Она сломала ему рёбра…

– И ранила рвана, но не убила… Почему?

– Без магии точно не обошлось.

– Женщины любят тёмные силы…

– Думаете, она призвала в себя тень и пользовалась её силой?

– Тренер хмурый… Наверное, её клятва не была принята…

– Может, наоброт?

– Тогда я уверен, что она прибегнула к магии.

Ага, мужчины в недоумении и сразу считают, что если женщина может их в чём-то превзойти или просто быть на уровне, то это значит только одно: она – ведьма!

А это что значит?

Уже догадались?

Да! Значит только одно – сжечь ведьму!

Хотя… если я и правда, какая-нибудь ведьма… Ведь мир-то магический, мог при переходе раскрыть мои чакры, очистить каналы и прочее, уж простите, точной и полной информацией в этом вопросе не владею. Тогда, по сути, я должна быть очень сильной ведьмой, раз легко уничтожила древний артефакт.

Интересно, а если меня накроет ПМС, то тогда что будет?

А будет это – берегитесь наги! Злая Саша идёт!

К нам подошёл военачальник – уже целый и невредимый, как будто рёбра я ему не ломала и даже бой не вела. И весь он такой важный, грозный, суровый, прямо не подходи – убьёт.

И почему власть имущие мужики вечно с такими важными лицами ходят, будто, по меньшей мере, щелчком пальца целый мир создали?

Так бы и поправила это высокомерное выражение лица своей боксёрской перчаткой. Жаль, что перчатки дома остались.

– Артефакт принял клятву? – безэмоционально поинтересовался, весь из себя крутой наг, которому, между прочим, я рёбра всё-таки сломала, а он, видать, уже забыл сей факт.

Тренер покосился на меня, как на заразу и, сделав страшные глаза, во всеуслышание заявил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Артефакт принял клятву Александры, но сразу же был уничтожен, едва впиталась последняя капля её крови!

Слаженный вздох ужаса сорвался с губ присутствующих, словно шумный ветер пролетел среди густых крон.

Взгляды воинов, участников рассветных игр, слуг и других жителей клана Рави, что сейчас находились здесь, скрестились на мне, точно смертоносные клинки воткнулись во вражескую сущность. Некомфортное ощущение, скажу я вам, когда все смотрят с нескрываемым осуждением, ужасающим удивлением и даже с презрением, норовя прожечь во мне дырку или испепелить, как произошло с этим дурацким артефактом.

Я дерзко дёрнула плечами, интуитивно сбрасывая с себя оковы множественных неприязненных взглядов, и произнесла довольно сухо:

– Если моя кровь оказалась сильнее магии артефакта, то разве есть в этом моя вина?

* * *

– Александра-

– Александра, немедленно иди за мной! – рыкнул военачальник и вдруг небрежным пассом руки, открыл портал. Мутный чёрный тоннель с огненными искрами доверия не внушал.

Увидев, что никуда идти я не собираюсь, мужчина нагло цапнул меня за руку и дёрнул, увлекая за собой в чёрную бездну.

– Эй! Полегче! – возмутилась я, но в портал всё же была утащена.

Благо, всего пара секунд и вот мы уже стоим в уютном воистину царском кабинете вождя клана.

Сандра стоял к нам спиной и резко развернулся со словами:

– Масуд, опять что-то произошло с этой неугомонной человечкой?

– Произошло, – хмуро оповестил военачальник. – Иначе бы не потревожил защиту и не вломился бы к вам в кабинет без должного порядка.

Вождь медленно повернулся и тут же окаменел, наткнувшись взглядом на мою скромную персону.

– Поясни, – приказал вождь своему военачальнику.

И тот вежливо кивнув, отпустил-таки мою руку. Определённо останутся синяки, после его стальной хватки.

– Мой амин, артефакт принял клятву Александры, – сухо сказал Масуд. Лицо амина стало похоже на маску жестокого воителя – его взгляд буквально прожигал, зелёные глаза засветились недобрым сиянием и невольно я вздрогнула.

Военачальник же добавил с некой долей ехидства:

– Но артефакт сразу же был уничтожен. Едва последняя капля впиталась, как он вспыхнул и обратился в пепел.

Сандар явно удивился.

Он моргнул, и зелёное свечение в его глазах угасло. Он перевёл поражённый взгляд на своего военачальника и переспросил, будто не поверил:

– Артефакт клятвы уничтожен?

– Да, мой амин.

С минуту вождь молчал. Его мысли и эмоции были скрыты за маской спокойствия и отчуждения, но я мельком увидела его взгляд – бррр… Что-то я уже начинаю сомневаться, что правильно делала, когда спорила с этим чело… змеем, ругалась с ним и обещала кары небесные.

По кабинету расползалась аура властности, жёсткости, непримиримости и какой-то неизвестной мне силы – захотелось, вдруг, опустить низко голову, прогнуться и позволить этому змею делать всё, что ему заблагорассудится.

Вон, даже военачальник уже склонил голову и что-то бормочет себе под нос, а его сильные руки с длинными пальцами мелко задрожали, словно он с чем-то боролся.

Нахмурилась и усилием воли сбросила с себя это неприятное наваждение и желание прогибаться под вождя.

«Он снова применяет внушение!» – поняла я.

И мне сей факт очень не понравился. Ещё свежи воспоминания, когда он приказал замолчать, а моему телу – идти за ним беспрекословно.

Непринятые ощущения. Быть марионеткой – это, оказывается, участь хуже смерти.

Амин изящно выгнул одну бровь, глядя в мои горящие бешенством глаза, гордую осанку и дерзко вздёрнутый подбородок, а также на крепко сжатые кулаки.

Он двинулся ко мне, и его походка была изысканно-грациозной, пластика, выработанная многолетними боевыми тренировками и магия низкого голоса, а так же магнетизм глубоко посаженных глаз завораживали, очаровывали, пугали – смертельно опасен и завораживающе прекрасен.

Но в этот миг меня волновал один момент – рассветные игры и, судя по всему, не видать мне их.

И этот факт невероятно бесил, как и другой факт – я не привыкла быть в чьей-то безраздельной власти и привыкать не собираюсь!

Оказавшись в опасной близости, я едва не отступила на шаг, но сдержалась, хотя было трудно, ведь от амина исходила воистину ужасающе сильная энергетика.

Мне вмиг стало мало воздуха, задышала чаще. И казалось, будто со всех сторон меня окружили и сдавили невидимые щупальца. Глаза вождя снова пылали буйным зелёным пламенем, ему явно не нравилась моя стойкость и нежелание склонять перед ним голову, точно покорная рабыня.

– Масуд, уйди, – приказал глухим голосом амин, даже не взглянув на своего военачальника.

Я тоже смотрела в глаза вождя и не отводила взгляд. Но я знала один секрет – буравила взглядом его переносицу и тем самым, могла бессовестно пялиться на амина сколько угодно времени. Хотя, сказать честно, было тяжело и морально, и физически.

Тяжёлая энергетика у вождя, тут ни с чем не поспоришь. И странно, что её я не ощущала ранее, когда он спасал свою дочь и когда мы встретились с ним ночью в саду.

Хотя, когда амина встретила его свита, его воины – я ощутила его мощь.

И вот снова, он включил её, обдавая меня, обычного человека, силой своей смертоносной энергией, словно пытался прощупать и понять, насколько сильна моя воля и как долго смогу противостоять ему.

Что ж, амин будет неприятно удивлён – у меня очень много упрямства. И чаще всего именно упрямый характер и спасал меня из разного рода неприятных ситуаций.

Когда военачальник оставил нас одних, вождь, наконец, сказал:

– Ты не будешь участвовать в рассветных играх. Для тебя это невозможно, Александра.

Потом он хмыкнул, когда увидел, как я недовольная его словами поджала губы и прищурила глаза. Затем он резко отвернулся и небрежно бросил:

– Больше никаких выходок, Александра. У меня нет времени на возню с тобой. Будь покорной райни и не усложняй сама себе жизнь. Поверь, я не всегда буду столь мягок и не стану закрывать глаза на твои проступки. Считай, я сделал поблажки из-за твоего шокового состояния – ты покинула родной мир, и пребывание в новом мире для тебя началось не совсем приятно. Но это в первый и последний раз. А теперь иди, возвращайся на женскую половину и веди жизнь, которая полагается любой достойной своего положения райни. Сахи Ха тебе всё объяснит.

Наверное, вам не стоит объяснять, что в моей душе сейчас бушевал тихий ад.

Никуда я естественно не ушла. Открыла рот и тихо, но весьма твёрдо и доходчиво сказала:

– Во-первых, я не вижу причин, по которым вы отказываете мне в участии в рассветных играх. Уничтожение артефакта клятвы – не моя вина.

Я сделала шаг к нему, продолжая уже глухо рычать:

– Клятва принята? Принята. Остальное – это уже не мои проблемы, амин. Во-вторых, я никак не могу понять, почему великий вождь не менее великого клана Рави позволяет себе такое отвратительное отношение к женщине, спасшей его дочь? Почему вы решили, что долг жизни вы можете отплатить только таким способом – лишить меня воли и сделать своей женщиной вопреки моим желаниям и стремлениям!

К концу фразы я уже едва сдерживалась и чуть ли не кричала.

Мужчина выслушал мою пламенную речь, не поворачиваясь ко мне лицом.

Говорить со спиной оказалось весьма неприятно – он показывал, насколько не боится меня, ведь его спина была открыта для нападения, а ещё презирает…

– Глупая человечка, – устало вздохнул вождь и, наконец, соизволил посмотреть на меня.

Его лицо было спокойно, но вот глаза снова пылали гневом.

– Сколько же глупости в твоих словах, – улыбнулся он одними уголками губ, но вот глаза остались серьёзными и суровыми. – Хорошо, по поводу артефакта поясню. Точнее, по поводу твоей крови.

– Я внимательно вас слушаю, – сказала тоном, словно это я позволяла ему сейчас говорить.

Мужчина снисходительно посмотрел на меня и тихо рассмеялся. Видимо, он находил меня забавной, что очень зря.

– Кровь любого живого существа – очень могущественна, Александра. Не зря клятвы произносят и скрепляют любые магические слова кровью. Артефакты, созданные нагами – сильны и бесценны. В них заложена колоссальная энергия. Но есть некоторые артефакты, к которым не могут прикасаться некоторые представители моего народа. Например, в моём клане – это я и Эша. Вожди других кланов так же. Наша кровь не только могущественна, сила, что течёт в наших венах, способна уничтожить многие артефакты, напитанные вековой магией нагов. И не по нашему желанию это может произойти – кровь правящих всегда сильнее.

– Но во мне нет крови вашего рода, – пробормотала я, хмурясь и напомнила: – Ваша дочь лишь отравила меня своим ядом.

– Да, – согласился амин, изучая меня внимательным взглядом. Он глядел на мои голые ноги, покрытые кровью военачальника и рвана, испачканные песком, отмечены мелкими ссадинами и уже наливающимися синяками и ушибами. Потом его взгляд пополз выше, задержался на моих вторых девяносто, затянутые в порванную ткань топа, но при этом вождь не терял нить разговора.

– Моя дочь оставила в твоём теле яд, и неизвестно как он отразился на твоей крови, Александра. Ясно одно – раз ты смогла уничтожить сильнейший из артефактов, то значит, твоя кровь так же сильна, как и моя и моей дочери.

Он прекратил разглядывать меня и обошёл огромный резной стол, щедро украшенный золотыми элементами, царственно опустился в кресло и закинул ногу на ногу.

Задумчиво потёр подбородок и закончил свою речь, глядя мне в глаза:

– В играх используется множество артефактов разного уровня, Александра и они не такие мощные, как уничтоженный тобой магический предмет. Поверь, моя дорогая маленькая, но храбрая и сильная духом человечка – на играх обязательно будет пролита кровь всех участников. По-другому не бывает. И если хоть капля твоей силы коснётся этих артефактов… Даже уничтожения одного хватит, чтобы участники рассветных игр были погребены заживо в пространстве пустоты.

Он подался чуть вперёд и добил меня словами:

– Игры проводятся в пустоте, Александра и транслируются на арене, где виден каждый игрок и вся игра в целом. Как ты теперь понимаешь, за их проведение отвечают не только сильнейшие маги, следящие за пустотой, чтобы в наш мир и в саму игру не проникла ни одна тень, но и артефакты, которые ты обязательно уничтожишь. Поверь, мне не жаль игроков. Мне жаль свой род – ведь с твоей смертью, случится непоправимое… Долг жизни не прощает промахов.

Да, Эша мне рассказала подробности.

От слов Сандара и осознания того, что может сотворить моя, как оказалась, могущественная кровь, стало откровенно не по себе, и одновременно, очень грустно. Ведь это значило, что я действительно не могу принимать участие – я никогда не поставлю свои интересы выше жизней других людей и нелюдей, а значит, не смогу даже попытаться выиграть и попросить свободы у амина.

Весь мой воинственный запал пропал, а в душе поселилась тоска.

Я вдруг, ощутила, дикую пустоту внутри, которая неожиданно поселилась во мне и начала расползаться, как самая настоящая зараза. Мне захотелось просто пойти, да утопиться в одном из прекрасных бассейнов дворца.

– Твои слова, что я скверно отношусь к тебе по долгу жизни – женщине, спасшей мою дочь, неверны, Александра. Увы, но ты первая человеческая особь, выжившая после ядовитого укуса нагини. Твоя жизнь и твой поступок наложили на меня как на главу клана суровые обязательства – долг жизни.

Он невесело рассмеялся. И я поняла, что для него этот долг настоящая обуза.

– Чтобы выполнить его – я должен обеспечить тебя долгой и здоровой жизнью. Оставить тебя на свободе – значит, подвергнуть опасностям, которых в моём мире предостаточно. Хотя, я мог бы понадеяться на чудо и сделать тебя свободной, как того всей своей сущностью желаешь. А при случае, когда ты окажешься в опасности – успеть и спасти тебя от смерти и тем самым, вернуть долг, а дальше уже забыть о тебе, ведь надо мной и моим кланом больше не будет висеть это обязательство.

Я сглотнула подкативший к горлу комок.

– Так почему бы вам не выбрать второй вариант? – поинтересовалась безэмоционально.

Сандар покачал головой.

– Сразу видно, что ты не маг и к магии даже поверхностного отношения не имеешь.

– В моём мире нет магии.

Он поднялся с кресла и поманил меня пальцем, приглашая на террасу.

Прошла за ним и коснулась ладошками холодного мрамора.

Посмотрела с высоты на прекрасную территорию, раскинувшуюся под нашими взорами, и произнесла:

– Очень красивый вид. Но меня он не радует… Ведь вся красота вокруг меня – это клетка. Я ненавижу, когда меня лишают выбора и делают этот выбор за меня. Вы преследуете только свою цель, амин – уберечь свой клан от позора. И… я думаю, вы делаете всё правильно, ведь репутация и жизнь всего клана важнее жизни какой-то иномирной женщины. Но… – я хмыкнула. – Люди моего мира обладают одним качеством, которое вам, возможно, не понравится.

Посмотрела на стоящего рядом сильного и властного вождя, от которого, больше не исходила подавляющая сила. Значит, он умеет её контролировать и выпускает, чтобы показать своим подданным и особо зарвавшимся их место.

Он посмотрел на меня и спроси:

– И какое же это качество?

Одарила его холодной улыбкой и сказала:

– Страстное желание выжить.

– Александра, Александра, – проникновенно сказал Сандар, – я не хочу причинять тебе боль. Твои доводы тоже убедительны и я понимаю твоё стремление быть свободной, но не обманывайся – в своём мире, ты может, и была свободна, как ветер, но не здесь. В моём мире нет такого понятия, как свободная женщина. Едва ты окажешься за стенами дворца – свободная, как ты того страстно желаешь, и тебя тут же приберут к рукам. Торговцы рабами, наги, люди – так как на тебе нет знака принадлежности ни к одному клану или роду, тебя сделают своей либо любовницей, что вряд ли, скорее, женщиной для утех. Или продадут в рабство, и ты отправишься убирать стойла рванов или коней. И этот в лучшем случае. В гарем аминов других кланов тебе не суждено попасть – ты не наша, о тебе нет никакой информации, а значит, представляешь опасность. Твоя судьба окажется предсказуемой и скоротечной, Александра. Поверь, даже твой дух воина тебе не поможет. Когда ты сражаешься против одного или двоих – это одно, а когда тебе придётся сразиться с сотнями недовольных мужчин – тебе не выстоять, ты проиграешь и окажешься рабыней, жизнь которой занесёт в неизвестные места. Я не могу рисковать.

Его слова не принесли мне никакой радости и надежды. Но зато я посмотрела на ситуацию с высоты опыта и знания своего мира этого мужчины.

– Я подумаю над тем, как устроить твою жизнь, чтобы не ощущала себя как в клетке, – произнёс он задумчиво. – Тебе не быть магарайни, Александра. Ты не нагиня. Но я могу тебе обещать, что, будучи моей райни, ты не будешь подвержена магии подчинения и принуждения. Моё слово. Но взамен, я требую твоей покладистости и уважения к новому дому и клану.

В его словах хоть и не прозвучало, но я всё же услышала скрытый подтекст: «Требую твоей покладистости и уважения к себе, как к мужчине, как к вождю, и как к твоему хозяину. Беспрекословной».

– Да, мужчина в моём возрасте склонен прощать многое своей молодой и красивой женщине, но я не только мужчина, я ещё и вождь клана, – произнёс амин, глядя мне в глаза и вдруг, коснулся пальцами моей щеки. Легонько, практически невесомо и тут же убрал руку.

Я моргнула, не понимая перемены его настроения.

– Теперь иди, Александра и подумай над моими словами.

На деревянных, негнущихся ногах, я вышла сначала с террасы, а потом и из кабинета Сандара.

В груди продолжала расползаться пустота.