Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 140 (всего у книги 249 страниц)

Глава 14

Мое знакомство с огненными джиннами проходило стремительно и скачкообразно. Но за десять-пятнадцать секунд их появление сформировало во мне мнение, что до этого я не встречал более опасных и хитрых тварей. Ощущение было такое, словно в мой дом залез вор. В такие моменты осознаёшь, что он не такое уж и надежное укрытие, а обычный проходной двор для всякого отребья.

Быть может, Древо пострадало и не сильно, всего лишь пара опалённых ветвей из тысячи. Или миллиона. Но стало ясно, что ствол Древа может быть сломлен. И полетим мы все на землю, не имея больше опоры, усиления, дома и помощи Богини. Вдобавок феи переполняли настроение скорбью. Вместо того, чтобы, как обычно, летать, они бегали пешком, завывая на разные лады, а Рон тщетно пытался их успокоить.

К двум десяткам ифритов, прибывших вначале присоединилось ещё десятка полтора. Я лишь мельком глянул на табло, чтобы прояснить точные цифры.

Ифрит: 38

Тем временем они, словно кометы, кружились, опоясывая Древо. Невысоко, метрах в пятнадцати над землёй и на расстоянии от ствола до реки. Огненные хвосты джиннов в процессе движения на большой скорости вытянулись и сомкнулись. В тот же момент ифриты ушли в сторону, а кольцо пламени продолжило ход, медленно сжимаясь.

Шурнен без понуканий призвал серию гейзеров, попадая по точкам на окружности огня. Эффекта не последовало, вода, встретившись с жаром, перестала существовать, и, казалось, даже локально подпитала пылающий круг.

Затем нехебкау попытался разомкнуть кольцо потоком шквального ветра. Но лишь разметал и удлинил внешние языки огня.

Тем временем Двухсотый поднял высокую рощу, пытаясь ею создать преграду. Поначалу пламя будто начало вязнуть в массиве живых стволов. Но спустя мгновение, пожрав древесину и подняв вверх чад, кольцо огня продолжило стремиться к Древу Жизни.

Я давно перебрал все имеющиеся у меня варианты, но не найдя ничего внятного, адекватного и полезного, судорожно обдумывал доступные возможности моих соратников.

Неожиданно для меня с кроны Древа оторванная фиолетовыми сгустками энергии сорвалась часть листвы. Медленно кружа, зелень, вплелась в огненный хоровод. Листва, сжималась вокруг пламени, вбирая его в себя. Огонь сдался и пожелтевшие листья медленно упали на землю.

– Мой царь, побереги Древо. Его листва не бесконечна, – с жалобой в глазах, сказала мне через портал Эна.

А ифриты по второму разу принялись создавать кольцо.

– Давайте уже атакуем ифритов! – скомандовал я. Но было поздно. Ифриты разошлись в сторону, запуская второй обруч. Как оказалось, им для этого было достаточно не более двух секунд.

– Я видел, лорд, дриада одарила тебя новым заклинанием. Используй его, – посоветовал Лорэй, выходя из комы.

Хоть и не понимая, чем это поможет, я, не переспрашивая, потащил из Хранилища свиток с «Гуано», тьфу, с «Гуматом».

Впопыхах протараторив полторы строчки несвязных слов, порвал бумагу и стал обладателем тайных знаний.

С панели быстрого доступа активировал чёрную кляксу. Все мы теперь стояли на огромном подсвеченном пятаке моего заклинания. Я повел его вперед, отправляя навстречу пламенному хороводу. Беря с небольшим с упреждением, активировал заклинание. Ничего не произошло. Пятак принялся двигаться по вертикали, подчиняясь манипуляциям. Поскорее поднял его над пламенем и стартанул. В воздухе проявилось буро-чёрная, булькающая туча, раскрывшаяся потоком грязи. От встречи жижи с пламенем через мгновение в воздухе появился яркий запах горелых биоотходов.

Показалось, будто взгляды окружающих сомкнулись на мне, вгоняя меня в ещё больший стыд. Но «Гумат» выполнил свою полезную миссию. Разомкнутое кольцо быстро потеряло силу и погасло.

– Какое нужное заклинание у моего лорда. – Мне было непонятно, подкалывает Двухсотый или говорит всерьёз. Да и не до игр нам сейчас.

– Ждать нечего, кто способен атакуйте ифритов! – поторопился скомандовать я, глядя как злобные враги уже почти сформировали новый хоровод. Хало решила принять приказ, как мне показалось, чересчур буквально. Мартина шагнула с балкона, получая ускорение, на полном ходу свободного падения исчезла под землёй.

«Гумат» и вправду оказался действенным заклинанием. Но не с моим объёмом маны. Лешему с его пятнадцатью тысячами будет сподручнее разбрасывать удобрения в нужных местах. А ещё больше я не хотел получить титул лорд-говнометатель. Обернулся к лешему:

– Нравится заклинание? Держи! – вручил свиток я.

Поспешил применить «Путы Изивала» на подлетающем к отмеченному мною месту ифриту. Тонкая крепкая лоза попыталась обвить скоростного джинна. Но юркая тварь с лёгкостью ушла от захвата. Хоть я и не достиг успеха, остальным союзникам удалось многое.

Два облака насекомых, в которые влетели ифриты, оставили на их телах густой слой желтоватой патоки. Запечатанные твари перестали двигаться и потеряли возможность летать. Они застывшими коконами попадали на землю.

Другой огненный дух получил прямо голову пучок стальных пик, соединённых нитями, выстрелившими из-под земли. Вонзившиеся острия сработали как гарпуны: резко, с силой притянутый к земле ифрит превратился в кашу.

Шурнен вдарил троим: двоих размолотило гейзерами, одного припечатало ураганом к земле.

Табло показывало понизившийся баланс ифритов. Сейчас на столе цифра остановилась на двадцати семи. Септы переглянулись. Одна из малышек метнула в юркую тварь свой топор. Разрубив тушу напополам, оружие сделало крюк в воздухе, будто бумеранг и вернулось к хозяйке.

Похоже, некоторые атаки союзников прошли для меня незримо.

Понеся потери, ифриты решили отступить, но и при отходе их число продолжало сокращаться.

– Гляди-ка, Сааба. Оводы им тоже не по душе, – прокомментировал бортник атаку насекомых, кромсающих в полёте на куски красных джиннов.

Бортница, мягко улыбнувшись, продолжила ворожить руками, запустив такой же рой летучих насекомых в ифрита.

– Лучше пчёлки, – высунулась Селеста. – Сильные ведьмы из них смогут получить Искру Эфира.

– Что с духами, почему не атакуешь? – спросил я шаманку, которая все это время бездействовала.

– Бессмысленно. Низшие духи никогда не осмелятся столкнуться в сущностями высшего порядка, – ответила Селеста. – И кристаллы наши, видишь, молчат, бесполезно болтаясь.

– Вальора, милая моя соратница, ну наконец ты освободилась от петли, – позволил себе длинные речи Двухсотый. – Наши барьеры станут ещё одним хорошим средством борьбы с пылающими духами.

Лиска, осознав, что её уже ничего не душит, перестала хрипеть и поднялась на ноги, потирая быстро заживающее от царапин горло. В восстановлении ей помогала сирена Доления, к этому моменту выздоровевшая от множественных проколов стрел.

– Где они? – спросил я, отвлёкшись и потеряв всех ифритов с поля зрения.

– За рекой в деревьях скрылись, краснозадые, – презрительно ответил Киеренн.

– Вот один красавчик, – указал леший сразу двумя пальцами. Одним на портал видеонаблюдения, другим на место на карте.

– Ага… – засуетился бортник. – Сисястая просила пчёлками. Будет ей медку на палочке, – хохотнул Киеренн, натравливая на ифрита рой насекомых.

Двухсотый продолжил выискивать в лесах остальных партизан, выдавая их местоположение остальным.

Наше сражение с ифритами не продлилось и минуты. Но за то время, пока мы бросали все силы на борьбу с ними, это дало возможность основному лагерю погани восстановить количество рядовых до восьми тысяч латников и шестисот с небольшим мёртвых всадников.

С таким объемом пехоты стан вновь смог продолжить движение, подрывами прокладывая себе дорогу. Но этот небольшой промежуток времени имел и положительные моменты.

Лара успела упаковать в Хранилище двоих заклинателей.Итого, жнецу осталось утащить тринадцать управителей ифритов, тех, кого нужно опасаться больше всего.

– Доминго, бей усиленно. Заодно и остатки ифритов,может,из леса выманишь. Киеренн, Сааба, всё внимание на этих красных тварей. Не давайте им разворачивать стрелы.

Лук егеря затараторил.

Всё это время я не прекращал раздумывать о возможностях моих соратников. Взгляд зацепился за Дивию.

«Дивия, псило, уровень 121

Здоровье 5750/5750

Мана 7000/7000»

Девушка и внешне выделялась среди нас. Большие бордово-коричневые глаза будто только успокоились от плача. Сама псило выглядела болезненно-бледной, худой и высокой, ростом почти с меня. Одеяние после инициации преобразилось под стать представителю грибного царства: темно-фиолетовые платье и шляпа со светлыми, как у мухомора пятнами, с надетым под низ белоснежным лёгким кружевом.На макушке и по центру платья привлекали внимание большие коричневые пуговицы под цвет большой радужки глаз.Сетка едва прикрывала стройные, аппетитные ножки красавицы, а её твердые соски на хорошенькой груди игриво выпирали из-под тонкой ткани платья. Головного убор прикрывал короткие белые волосы, в тени явно фосфоресцирующие.

– Дивия, никак не возьму в толк, чем ты владеешь? – спросил я скромно молчащую псило.

– Если лорду угодно знать, Дивии подвластно два вида поганок: едкие и хрустальные. Первый вид испускает вокруг себя разъедающую взвесь, вторые разлетаются острыми стеклянными осколками.

– Если ты можешь достать до лагеря нежити, почему стоишь??! – решил я наехать на прелестную бледную деву.

– Дивия просит прощения, – ответила псило, глядя в пол и потянулась за небольшим серповидным ножом на поясе.

Забубнив нечто невнятное, она приняла боевой облик: край сетчатого подъюбника ощетинился клыками. Лишь бы ей ноги не отгрыз…

Пуговицы на платье и шляпке раскрылись, превращаясь в три новых глаза. Дивия, бледнея ещё сильнее, продолжала речитатив, впадая в транс и прикрыв два настоящих глаза. Серповидный кинжал в её руках отхватил кусок подола фиолетового платья. Когда псило отрезала добротный лоскут ткани в треть юбки, красиво обнажились бёдра, прикрытые лишь крупной кружевной сеткой. Не в пример дриаде, Дивия нижнего белья не признавала.

Лоскут, брошенный с силой на пол, рассыпался в пыль, которая просочилась сквозь древесину балкона. При этом два пуговичных глаза на груди наблюдали за лоскутом, а третий, на вершине шляпы, смотрел куда-то вдаль по направлению лагеря нежити.

Жаль, но визуально пронаблюдать атаку псило я не мог. На карте слишком мелкий масштаб, а ворон восстановится, судя по табло, не меньше чем через десять минут. Но изменения в цифрах на столе ясно говорили об успешных результатах атаки Дивии. На моих глазах количество центурионов уменьшилось на одного.

Скоро на помощь от стрел егеря подоспели духи, полностью гася вероятность попадания хотя бы одной стрелы на территорию погани.

Нехебкау помогал доносить пламенные перья феникса к стану Детей Смерти, успевая между действиями Лии запускать по два-три гейзера в подарок недругам.

Сирена вовсю пела и пританцовывала над нами в неглиже, Селеста прохаживалась по балкону с пузырьками зелий, поднося всем нуждающимся в ещё более ускоренном восстановлении маны. Двухсотый приобнимал, поглаживая по голове, растерявшую задор и удаль Вальору, пребывающую в полном раздрае от произошедшего. Леший свободной рукой продолжал менять картинку порталов, выискивая для ботрников подлых ифритов. По-прежнему бездействовали Лорэй, две септы, все василиски и Гай Рон, до сих пор успокаивающий фей.

Ифриты не торопились вылетать на стрелы егеря, поэтому для бортников было не так много работы.

– Киеренн, Сааба, – обратился я к ним. – Когда нет целей, запускайте мурашей в лагерь погани по мере возможности.

– Только мурашей? – хитро переспросила Сааба.

– Да кого угодно, – ответил я. – Лишь бы у Детей Смерти ряды таяли и не было возможности обратить атаку против нас!

Я решил присоединиться к тем, кто хоть что-то может сделать. Посчитав, что в ближайшие десять минут мне «Земляной Шатун» ни в чём не должен понадобиться, отправил его в набег. Сильно не мудрствуя, выбрал направление хода косматого агрессора прямо по центру.

Огромный зверь, выбравшийся из-под земли, с яростью вбежал в густое зелёное облако. Хребет косолапого торчал над смрадом, отображаясь на столе-карте.

Вертикальный обзор с больших высот на лагерь не позволял понять, что изменилось в Шатуне из-за присутствия на моей спине нимфы.Мне с последнего призыва он помнился точно таким же.

Злой мишка не прошел и десяти метров. Огромный ком из мертвяков, врезавшись ему в лоб, опрокинул зверя, заставляя того подняться на задние лапы. После чего облепившие косматое лицо латники взорвались, превращая шкуру косолапого в месиво. Размер головы медведя был настолько огромен, что исчезновение его морды было хорошо видно.

Шатающийся ослеплённый медведь принялся беспорядочно кружиться на месте, без разбора загребая лапами. От беспорядочного метания огромной туши туман от неё отступил. Из недр стана неторопливо выбежало круглое тело и понеслась навстречу шатуну. При подходе здоровяк получил от косматого случайный удар лапой и сдетонировал, разрывая медведю конечность по самый локоть.

Решив, что к мишке пришёл песец, я только вполглаза посматривал на косолапого. Пора уделить внимание обстановке в целом.

Ифритов оставалось всего двенадцать,заклинателей – девять. А в остальном у нежити дела шли прекрасно.Латников восстановили до двенадцати тысяч, мертвых всадников девятьсот. В рядах погани появились араны в количестве двух штук и бугаев прибавилось, стало семнадцать против девяти юнитов в самом начале.Всё-таки самое важное то, что число заклинателей неумолимо падало, и я, довольный, поштучно перебрасывал их из своего Хранилища в инвентарь дриады.

Так же грибная сумка сама собой пополнялась, собирая все, что плохо лежит. Гора всякого бесполезного хлама: элементы доспехов латников, ржавые мечи и щиты, и так далее и тому подобное. Так же появилось одно Семя Жизни и сто тридцать семь Семян Мёртвых. С этим грузом поспешил расстаться, пусть Эна сама разбирается кому их отдать. Из интересного – Пояс Крепыша с шестью тысячами здоровья бонусом и увеличением регенерации да пара колец, одно давало двадцать пять к Интеллекту, другое увеличивало показатель Удачи на десять единиц.

Не спрашивая остальных, цацки натянул на себя, а пояс отдал септам, пусть сами решат, кому из них достанется, рассудив, что при объёме их здоровья ускоренная регенерация сделает одну из них практически бессмертной. По итогу вышло так, что мы своими отвлекающими действиями если и наносили вред стану Детей Смерти, то он компенсировался способностями расы возрождать павших бойцов.

Такое положение вещей меня вполне устраивало. Так явно как ифриты Древу сейчас ничего не угрожает, пусть нежить и продвигается, но к речному рубежу подберётся она уже не так скоро.

Наконец Меднокрыл откатился и я, предвкушая шикарное наблюдение за врагом вблизи, выпустил птицу, направляя поближе к месту действия.

Время тянется, заклинатели в моей сумке пополняются. Можете не спешить, гости дорогие, а вообще, вас сюда никто не звал. Но раз уж пришли, придётся Древу стать своими.

Когда Киеренн придушил последнего ифрита, довольный собой, он глянул на шаманку, смотря на неё явно свысока:

– Давай сисястая, я уж точно заслужил бокал для пополнения сил! – отвернувшись от Селесты, бортник, как мог, показывал, насколько он важная фигура. Величаво смотря вдаль, Киеренн водил одной рукой, насылая на лагерь Детей Смерти хитиновых гадов.

Селеста на меня хитро глянула, и я, подмигнув, кивнул головой.

И так как мысли у дураков, как правило, сходятся, она сделала то, о чём я подумал. Чаша Киеренна наполнилась зельем «Полуночной Страсти».

Бортник одним махом осушил бокал, после чего с выпученными глазами и спёртым дыханием уставился на меня. Секунда немой сцены закончилась фразой:

– Нет, не ты, – прохрипел Киеренн и перевёл взгляд на бортницу: – Иди ко мне, моя маточка!

Глава 15

К счастью, не все в нашей компании были такими беспечными как я и Cелеста. Бортница Сааба быстро увернулась от объятий Киеренна.

– Ну-ка, милый, не сейчас, – произнесла она, продолжая магичить, атакуя неприятеля. – Не до шалостей нам. Вон, кто заварил, пусть и отхлёбывает, – подтолкнула Сааба бортника в спину по направлению Селесты.

– Ну что, сисястая, попалась! – радостно ухватил обеими клешнями шаманку Киеренн за грудь.

Вариантов у Селесты не было. Я не понимал: с чего такой растерянный взгляд? Видимо, она и подумать не могла, что сама станет жертвой подкола. В секунду приобретя решительность и определённость действий, шаманка сама сделала большой глоток «Полуночной Страсти» и агрессивно стянула с бортника штаны. Дальше смотреть было немного стыдно, а не наблюдать краем взгляда невозможно.

Тут Гай Рон, позавидовав, высказал вопрос:

– Штрих… А я тебе сейчас нужен?

– А битва тебя совсем не интересует? – нахмурился я. – Процесс, результат, тактика, стратегия??!

– Интересует… – вздохнул пристыженный грифон. Впрочем, сделал он это продолжая наглаживать Антею между бедёр.

Мишка издох, не нанеся значительного урона врагу. Один бугай и максимум пара сотен латников. Такие потери, в принципе, незаметны в канве того, как нежить поднимает павших. Но чуть здесь, чуть там – и Дети Смерти идут не так бодро. За всё время битвы погань проложила дорогу метров в двести пятьдесят-триста – приблизительно одну седьмую пути до реки. Время тянулось, а на деле с первого подрыва прошло меньше часа.

К тому же, откатился Бешеный Трент. Решил его призвать примерно в центр движущегося лагеря.

Заклинатели вот-вот иссякнут. Лара практически справилась с поставленной задачей, и она точно заслужила награду и мое уважение. Вальора не смогла, Двухсотый не может, а тут жнец всего тридцать первого уровня. Ещё немного, и можно будет отправить соратников атаковать Детей Смерти в ближний бой. А то застоялись мои друзья, уже мысли пошли совсем не в том русле. Забывают, что идёт битва.

– Кстати, Рон, – вспомнил я. – Ты говорил, ещё не все ловушки уничтожены при помощи подрывов центурионами своих же? Ну так что, будут гостям сюрпризы? Или все заготовки канули в века?

– Гляди, дружище, – подскочил Гай к столу-карте и провел пальцем от вершины одного кургана до другого. Указанная линия вставала на пути идущего к нам стана погани. – Мухин тут дно опустил шагов на сто. Единственное, боюсь, крышка может не выдержать и не дождаться, пока на неё ступят все людоеды.

Пусть картинка у меня была и не самая лучшая, зато Меднокрыл наблюдал с деревьев чуть в стороне с левого фланга, в безопасности. Оттуда пока никто из наших не атаковал, потому я решил, так ворон будет целее. Главное, как в пошлый раз не забыть и не подставить пета, а вместе с ним и вменяемый обзор в требуемых мне локациях. Вдобавок имелся мелкий, но шанс: клюнуть кого-нибудь важного в нужный момент.

Трент с разбега по кому-то вдарил ногой-корневищем. Хотя, судя по последующему звону и вылетающей из тумана юрте, в цель он попал. Вот только как метился пень – неясно. При этом трент продолжал колотить туман толстыми ветвями.

Невдалеке с места на места перепрыгнул, взметаясь над смрадом, огромный крылатый муравей.

Центурион: 16

Могильщик: 24

Скелет низшего: 861

Скелет достойного: 22

Скелет истязателя: 5

Энфермедада: 14

Заклинатель: 1

Висельник: 9

Шаман: 1 7

Ученик шамана: 21

Латник: 14201

Бугай: 27

Аран: 2

Мёртвый всадник: 1231

Один заклинатель в стане недругов – статистическая погрешность. Поэтому можно считать, что их там уже нет. Тут же вспомнил об Охотнике, который выполнял челночный бег на протяжении всей битвы. Решил не отправлять его обратно пешим ходом в лагерь неприятеля, вместо этого лучше дождаться и перебросить пета к полю боя порталом лешего. Немобильность тентакли ещё один жирный минус.

От приятного наблюдения за нескорым, но планомерным исчезновением главарей в лагере Детей Смерти меня отвлёк леший:

– Лорд, к нам ещё гости...

Глава 16

Леший раскрыл новое окно портала, показывая знакомые места. Вдоль реки от Алесуна вытянулась колонна всадников.

– Далеко? – спросил я у лешего.

– Только с тракта свернули, – ответил Двухсотый.

– Много? – продолжил уточнять я.

– Три сотни, – подтянулся к порталу и ответил Гай Рон.

Леший кивнул, подтверждая слова грифона.

– Чего им надо?! И так невовремя, – постоянно переводя взгляд то на числа на карте, то на вид глазами Меднокрыла, возмутился я. – Нам в ближний бой выходить, а тут снова пришельцы.

– Думаю, они с дружеским визитом, – предположил Гай. – Мы потенциально сильный сосед у ближних границ. Это долг короля – приветствовать от имени Императора.

– Двухсотый, открой, пожалуйста, прямую связь с Нельзинбером, – после моих слов грифон отошёл в сторону, благоразумно не желая попадать в поле зрения короля Алесуна. Картинка в портале проявилась, и я изрёк: – Приветствую прославленного Нельзинбера, владыку Алесуна!

На портал, расположенный в стороне от колонны, после того, как я сказал реплику, все идущие наконец обратили внимание. Нельзинбер, весь закованный в латы, выделялся среди остальных вояк. Щит был позолочен, так же как и все заклёпки на его доспехах. На груди литого панциря сияли драгоценным металлом две скрещенные секиры. Заслышав обращение, король приоткрыл сияющего на солнце шлема.

– Надеюсь, новый повелитель Древа, ты не осерчаешь на меня за отсутствие церемоний и гонцов. Ведь мы, жители границ, знаем, как часто враг рушит наши планы. От этого я взял себе за жизненное правило не оттягивать выполнение принятых решений. – Видя, как я киваю, Нельзинбер продолжил: – На рубежах борьбы с поганью до меня донесли весть: у нас появился сосед, имеющий добрые намерения и начавший торговые дела в Алесуне. Но главное, ему удалось в гуще печальных для Империи событий спасти одну из похищенных и приоткрыть тайну пропажи юных дев. Я прибыл для того, чтобы просить тебя помочь уничтожить логово мерзких пресмыкающихся.

– Прости, Нельзинбер, но Детям Древа сейчас не до ящериц, – ответил я без всякого желания сказать это помягче для собеседника, одним глазом следя за столом-картой, вторым обозревая происходящее по ту сторону реки Меднокрылом.

Лицо владыки Алесуна исказилось недовольной гримасой. Он явно решил, что я не желаю помогать людям, либо попросту боюсь.

– Тогда прошу тебя, сосед, указать мне хотя бы направление гнезда чешуйчатых гадов! – с явным огорчением в голосе произнёс король.

– Вы, Нельзинбер, не поняли. Я с удовольствием отправлюсь на охоту за новыми приспешниками. И цель освободить несчастных дев я тоже считаю правильной, если удастся прекратить творящееся непотребство. – Когда король услышал мой ответ, его лицо повеселело. – Но сейчас мы слегка заняты и от помощи сами не откажемся. Вчера под вечер десять тысяч погани подошло к Древу. И, как оказалось, они, знаете ли, любят почковаться...

– Десять… – произнёс владыка Алесуна, округляя глаза. – Таких войск даже мы никогда не видели. А вы надеетесь выстоять?

– Да, выстоим. Тем более, что и выбора нет, – сказал я.

– Это точно, – поддержал Нельзинбер. – Не знаю чем, но постараюсь вам помочь. Вот только бы успеть. Даже если гнать коней, раньше, чем через три часа мы к вам не попадём.

– Тогда поторопимся, – отозвался я. – Леший, открой портал его высочеству под Древо. Эна, ты слышала? К нам сейчас гости приедут, – решил я предупредить дриаду, чтобы та их ненароком не пришибла.

Эна понимающе кивнула, продолжая петь над горкой земли.

– Прошу вас, ступите под Древо через этот портал, – пригласил я Нельзинбера. – Не посчитайте за оскорбление, но я лично встретить вас не смогу.

– До встречи, друид, – сказал король и направил коня в проход.

– Штрих, я пойду? – попросился Рон, подавая голос с угла балкона.

– У нежити закончились заклинатели. Ты как, грифон, готов идти в бой?

– Да! – коротко ответил Гай, явно не желая тратить время на болтовню.

– Возьмите с собой Курта, – попросил Двухсотый. – Мой кабанчик будет ждать у алтаря.

– Я поведу, – вызвалась решительная септа Луна.

– Все, кто атакует в ближнем бою, выдвигайтесь тоннелем в правый фланг лагеря, – начал я инициировать первую атаку «пехоты». – Держитесь группой, прикрывайте друг друга. Не смейте кого-нибудь забыть или потерять. У меня осталось три амулета-сумки. Носить их будут две септы и хало. Так что, девочки, с вас не только бой и помощь своим, но ещё и призыв Хранилища для других. Не забываем про эту важную миссию. Чем больше подданных Редаи, тем мы сильнее. Всё, пошли выполнять.

Все были довольны началом действия. Рон, цепляясь когтями, побежал по стволу Древа. Вслед за ним отправились василиски. Остальные предпочли использовать «лифт» внутри ствола.

– Двухсотый, убери это безобразие с глаз долой. Уверен, Нельзинбер не поймёт, – кивнул я на активно тиранящего Селесту бортника.

Двое страстно стонущих любовников пропали в новом портале, раскрытом под их телами. Лишь только портал закрылся за Киеренном и шаманкой, на балконе повисла долгожданная тишина. И чего я раньше с этим тянул, стараясь не замечать?

– Вальора, приведи к нам почётных гостей, – попросил я слегка переполошенную лиску. Споровица кивнула и удалилась.

– Леший, открой вот отсюда экраны, – указал я на деревья с правого бока лагеря. Ворона я берег, и рассматривал войско нежити издалека, с одного ракурса. А будущую атаку хотелось обозревать со всех сторон.

– Друид, ты так меня беспомощным оставишь, и я больше ни на что способен не буду, – ответил леший. – Если возможно, давай без излишеств?

Я посмотрел на пляшущую над нами сирену, не прекращающую раздавать ману. Потянулся к зелью маны, наполнил пустой бокал и протянул Двухсотому.

– Лорд, не настаивай. Смотреть на него не могу. А понюхать, и уж тем более выпить… – лешего передёрнуло.

– Ты когда с зельями перебрать успел? – поинтересовался я.

– Вчера. Правда, не с этими, – ответил леший. – А у нашей зеленоволосой почти все на один вкус, – ещё больше Двухсотый.

– Ладно. Но если сильно будет нужно, ты как-нибудь это… себя перебори.

– Юный лорд, отдай нимфу лешему, – посоветовал Лорэй.

А что, хорошая идея. Созерцатель почти никогда не подводит. Посмотрел себе за спину и, вздохнув, решил, что толку от нимфы на мне никакого за исключением приятного аромата девичьего тела.

– Маленькая, седлай повелителя лесов, – обратился я к Цинии. – Лия и Шурнен, пёрышки на левый фланг, чтобы своих не терять на дружественном огне. Сааба, жуки твои союзников едят?

– Ни за что, – ответила бортница. – Они разумны.

– Дивия, а что с твоими атаками?

– Удары нами уже перенесены на левый фланг, – отрапортовала псило.

Из глубины замка послышались шаги приближающихся гостей. Отвлечься я не мог, и оставил им лишь свой слух. Остальное внимание занимали новые и старые экраны лешего и вид из глаз моего любимого Меднокрыла.

– Приветствую от имени Императора земель от Борды до…, – я краем глаза проследил, как Нельзинбер с откинутым за спину шлемом забыл про пафосные речи и поторопился разглядеть стан нежити в раскрытых экранах. А потом он обратил внимание на стол-карту. В особенности на угол с цифрами. – Шаманов, всадников и латников знаю. Хорошо, хоть лича нет. Кто остальные? Что за чучела? Сильны ли?

– Вполне опасны, – ответил я. – Сейчас мои соратники ударят в этот фланг. Думаю, вы сможете многое понять и о нас, и о мощи противника.

В ближний бой у нас отправились двенадцать василисков, из них четыре королевских, Гай Рон, две септы, хало и мои петы.

Наша невидимая мазохистка Лара, закончив с заклинателями, стащила ещё троих энфермедад и могильщика.

После очередного стандартного подрыва ряда латников произошёл обвал. Полоса земли впереди стана шириной в пятьдесят метров от вершины холма до противоположной, с лихвой перекрывая дорогу нежити, через пару секунд с грохотом достигла дна, вызвав вибрацию, ощутимую даже здесь, в замке на Древе.

– Жаль, погань не ступила на зыбкие почвы, – тихо сказала Вальора.

– Зато теперь преграда имеется, о доблестный Вальора, – ответствовал Нельзинбер.

Мы с лешим переглянулись. Значит, показалось не только мне. Вот так новость. Похоже, король оказался с двойным дном. И тут же я порадовался тому, что споровица мне является в облике лиски.

Мои ближники всё не торопились выходить из тоннеля и атаковать.

Зато погань быстро скооперировалась. Вначале казалось, что покрытый дымом лагерь приподнялся над землёй и полетел через ров. Но по мере смещения стана в пространстве завеса оставалась на месте, постепенно раскрывая обзор. Вся когорта располагалась на парящей плоскости из тел латников.

Быстро преодолев овраг, лагерь опустился на землю, наконец вызывая срабатывание ловушек. Несколько юрт из двух сотен, не успев приземлиться и найти твёрдой опоры, провалились в волчьи ямы. В лагере открылись около десятка эпицентров кислотных зон, метров по пять каждая, превращающие всё попавшее в них, даже металлические походные жилища в жижу.

Ловушки совсем слегка потрепали противника, но если бы нежити пришлось пройти весь путь через них по-честному, реку бы они точно никогда не увидели.

– Ну уж нет, – нахмурился леший, обращаясь к погани.

Тем временем от лагеря во всю ширь потянулся к нам едко-жёлтый дым вместо зелёной завесы.

– Это чума! Скорее, лорд, не медли! – явно испугавшись, ещё быстрее водя руками и разбрасывая перья, закричала Лия.

– Леший, – требовательно обратился я, придавая ускорение Двухсотому.

– Уже. Сухими они к нам не придут, – немного застенчиво развеселился леший, жестикулируя, он вызвал каскад заклинаний.

Практически единовременно перед лагерем противника появились густые коричневые тучи на всём его протяжении. Поток гумата не прекращал изливаться из инициируемых снова и снова облаков. Набирая силу ещё в воздухе, жижа ударила оземь, растекаясь во все стороны высокой волной метра в четыре высотою. Леший продолжал пасы, творя заклинания, подпитывая грязевую стихию. А пул его маны теперь не проседал ниже половины бара.

Стремительный поток быстро поглотил двести метров до обрыва и устремился на дно, утаскивая за собой тела и юрты.

Опасный жёлтый дым прекратил своё движение, растворяясь в лесах.

– Эх, нашей помощи вам так и не потребовалось, – озадаченный произошедшим, прокомментировал Нельзинбер.

Изо рва показался быстро прорастающий лес.

– Вот как она, плодородная земля, усиливает рост, – довольный своими чарами, сказал леший.

Все центурионы остались по ту строну рва от нас. Не прикрытые завесой и без поддержки соратников. Третьему от края правого фланга центуриону на шею прилетела петля. За ней вторая и ещё одна. Боец, задыхаясь, упал на колени и был незамедлительно оплетён белесыми нитями Гриба-Воришки. Подоспевший на помощь собрат легко разрубил скользящим ударом меча тонкие щупальца пета, лишь для того, чтобы получить свои петли от Лары и свалиться рядом.