Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 249 страниц)

Глава 14

ЛИАМ

К женским слезам я отношусь скептически. Когда женщина производит водоразлив, мне хочется грубо высказаться и убраться прочь.

Почему я так жесток? Причина в самих женщинах. Большинство слёз – просто игра. Или если сказать точнее, манипуляция. Таким образом, они пытаются получить желаемое или уйти от ответственности.

Я чувствую их неуверенность, надменность и злость. Именно эти чувства испытывает большинство женщин, закатывая истерику с водопадом из слёз.

Леди из высшего общества не привыкли к отказам. Привыкли, что одна их слезинка решает чуть ли не мировые проблемы. А уж фонтан слёз предполагает, что отныне ты вечный раб этой леди.

Но в этот раз всё по-другому.

Аврора испытывала страх. Дикий, животный, первобытный. Это была не игра, не преувеличение. Зверь отлично умел распознавать запах страха – такой невозможно сыграть и сымитировать.

Я – осёл.

Сразу ведь понял, что Аврора не виртуозная наездница. Правда, я ни на миг не предполагал, что она совершенно не умеет держаться в седле. Ощущение, будто она впервые оказалась верхом.

Если так, то к чему был этот риск? Ей захотелось пополнить ряды моих погибших невест? Но злиться на неё я не мог.

Грудь Авроры часто поднималась и опускалась, спутанные волосы струились по плечам. Её запах забрал всё моё дыхание. Запах молодой, сильной, энергичной женщины.

Я не умел успокаивать женщин. Быть может оттого, что я наблюдал одни лишь истерики? Настоящие слёзы – это что-то новое.

Я осторожно погладил её по плечам, не стал разжимать тонкие, но сильные руки, что чуть ли не душили меня. Ничего, шея у меня крепкая. Выдержит.

Подцепил поводья Звезды и направил лошадей в сторону замка. На сегодня верховая прогулка закончена.

Пока возвращались, Аврора всё-таки взяла себя в руки и постепенно успокаивалась. Наверное, если бы я не услышал её крики, если бы не успел, то её встреча с толстой веткой могла бы стать роковой в её судьбе.

Я протяжно вздохнул и стиснул зубы. Гнев на самого себя зародился глубоко внутри. Сам виноват. Теперь придётся заглаживать вину. Всё же по моей вине пролились женские слёзы. По моей вине госпожа Даль едва не отправилась к праотцам. Вряд ли Корона одобрила бы кончину очередной невесты. Увы, у королей терпение не бесконечно. Ненавижу чувствовать себя виноватым и обязанным.

И особенно ненавижу, когда какая-либо ситуация начинала управлять мной. Авроре удалось это слишком легко.

У конюшни конюхи помогли Авроре спуститься на землю. Это оказалось сложной задачей. Женщина никак не желала расставаться с моей шеей. Она что-то бормотала про неуверенность в ногах.

То есть, она намекала, что мне придётся нести её на руках? А потом нянчиться с ней до самого её отъезда? Боги, это будет самый длинный день. Быть может, зря я её спас? Быть может, стоило дать ветке дерева снести ей голову? С королевской семьёй я бы договорился. Я так полагаю.

Но дело сделано. Внутренний проклятый дух рыцарства сделал своё гадкое дело. Я её спас от рокового падения и перелома шейных позвонков.

Но при этом виноват я, потому как не позаботился о безопасности своей гостьи.

Проклятье!

Аврора всё-таки расцепила руки и позволила спустить её на землю. К моему удивлению, она быстро взяла себя в руки, стянула перчатки и вытерла от слёз лицо. Что ж, она не относилась к той категории женщин, кому идут слёзы. Лицо приобрело красный оттенок и весьма неравномерный. Пятнистый. Нос распух, глаза тоже.

Но при этом она не пыталась скрыть своего несовершенства. Аврора гордо вздёрнула подбородок, взглянула на меня с вызовом и...

Честно, не ожидал подобных речей.

Когда я спешился, она произнесла чуть подрагивающим и сиплым голосом:

– Милорд, примите мои извинения. Я повела себя самонадеянно и безответственно. Поставила и себя, и вас в неловкое и... очень некрасивое положение. Я вам соврала. Как вы поняли, я не умею ездить верхом.

Она промокнула краем накидки мокрый нос и продолжила:

– У меня фобия. Я до ужаса, до визга боюсь лошадей. При виде этих громадин впадаю в ступор. Просто, когда вы предложили прогулку верхом... а потом с насмешкой произнесли, что я не умею ездить, во мне что-то взбрыкнуло...

Она хохотнула, и удивлённо проговорила:

– Взбрыкнуло... Да уж... Точное сравнение. Очевидно, страх перед лошадками повредил мне мозг.

Тряхнула головой, смахнула с ресниц остатки слёз и уже уверенней сказала:

– Обещаю, подобного не повторится. Я больше не стану вас обманывать. Честно.

Увидел, что она зачем-то скрестила пальцы на правой руке и спрятала руку за спину.

У меня зародилось подозрение.

– Вы клянётесь? – спросил с недоверием и поднял одну бровь.

Она улыбнулась и весело ответила:

– Клянусь вашими тапочками, милорд!

Хитрая.

Я усмехнулся и не смог не ответить:

– Вы жестоки по отношению к моим тапочкам, госпожа Даль.

Предложил ей свой локоть, и когда Аврора устроила подрагивающие пальчики, сказал:

– Ваши извинения приняты. И вы примите мои. Я сразу понял, что вы не особо честны и решил... Простите, это было по-детски глупо. Я давно не мальчишка. Именно я подверг вас опасности и...

– Пирог с вишнями, – вдруг произнесла она, обрывая меня.

– Что? – не понял я. Причём тут мои извинения и пирог, да ещё с вишнями?

Аврора подняла на меня всё ещё покрасневшее и припухшее лицо, обезоруживающе улыбнулась и с предвкушением произнесла:

– Ваши извинения приму в виде вкусного пирога с вишнями.

Мы остановились, и я с опасением поинтересовался:

– Надеюсь, вы не имеете в виду, что пирог должен приготовить лично я? Если вы хотите, чтобы это сделал я, то лучше передумайте. Кухня– не моя сильная сторона. Точнее, с этим ремеслом я не справлюсь и...

Аврора весело рассмеялась и сквозь смех спросила:

– Но ваш повар, надеюсь, справится?

– Да, – ответил на полном серьёзе.

Пока не мог определить, что я ощущаю к ней: раздражение или интерес? Или одновременно оба чувства?

Одно точно понял: эта женщина весьма интересная особа. С ней легко. Она не зациклилась на ситуации с лошадью. Но как будет дальше? Когда она увидит меня в другом виде, что случится? Что она сделает, что скажет, когда на неё будет смотреть не граф Найтмэр, а Зверь?

Эта мысль испортила мне едва начавшееся подниматься настроение.

– Отлично, – щебетала она. – Тогда на обед пусть будет вишнёвый пирог. Любой. Даже самый простой. И тогда вы прощены.

– Я вас услышал, – вздохнул как-то безрадостно.

Аврора чуть притормозила, взглянула на меня с любопытством и задумчивостью, и споткнулась буквально на ровном месте.

Потеряла равновесие, но не упала. Я удержал. Снова.

– Похоже, последствия неудачной верховой езды будут преследовать вас весь

день. Или больше, – заметил я мрачно.

Она похлопала меня по руке, словно пыталась успокоить, хотя это я должен её успокаивать, а не наоборот, и сказала:

– Не волнуйтесь за меня, милорд. Я сама отлично справлюсь со всеми своими последствиями. И мне кажется, вы мастер преувеличивать. Со мной уже всё в порядке. Подумаешь, чуть в дерево не влетела. Точнее, чуть не поцеловалась с веткой. Вы меня спасли. Настоящий герой!

Я скривился, словно мне выбили передний зуб.

– Что ж, я рад, что вы, Аврора, самостоятельная особа. Но иногда женщине сложно жить самой. Вы нежные создания. Беззащитные. Заблудиться можете. Глупостей наговорить. Нагрубить не тем людям. Упасть с лошади. Или упасть на ровном месте лицом вниз...

Она вдруг убрала с моего локтя руку, неожиданно подпрыгнула... и оказалась прямо передо мной.

Погрозила точно перед моим носом тонким пальчиком и весело произнесла:

– Но-но! Я никогда не падаю лицом вниз, милорд. Завалиться набок – вполне реально. На попу плюхнуться возможно. Пересчитать мягким местом ступени на лестнице? Ну-у-у, было в прошлой жизни. Но никогда я не падала на лицо!

Она смотрела на меня, словно ожидала какой-то реакции или ответа, а я не находил, что сказать на столь странный монолог.

Наш разговор в принципе был каким-то неправильным. Словно мы не жених и невеста, а старые добрые знакомые. Её зрачки вдруг расширились, и она с очаровательной улыбкой очень тихо произнесла, словно кто-то мог нас услышать:

– Какая прелесть. Милорд, у вас потрясающие глаза. Они сейчас из светло-карих стали янтарными и будто засветились изнутри. Это ваша магия?

Я криво усмехнулся и прикрыл глаза. Зверь совсем не вовремя решил проявить себя.

Обошёл её и бросил через плечо:

– Идёмте скорее. Позавтракаем и после поговорим о нашем с вами будущем. И прошу вас, не упадите. Например, на лицо.

Мои слова прозвучали резко и грубо.

Аврора перестала улыбаться и тоже нахмурилась – наверное, раздумывала, что со мной не так. Ведь ничего такого она не сказала. Я не стал ждать, что она ещё скажет. Направился к замку, но с облегчением вздохнул, когда услышал шаги позади себя и её бормотание:

– Всегда считала, что я душа компании.

* * *

АВРОРА

– Ммм... Завтрак великолепен. Милорд, ваш повар – истинный волшебник, – похвалила и трапезу, и повара, когда прожевала вкуснейший кусочек хрустящего, горячего тоста с абрикосовым джемом.

Насладилась кислым выражением лица графа и сделала глоток чая. Кашу я приговорила сразу, как только мы сели за стол. Теперь я наслаждалась тостами, джемом, ароматным чаем.

Завтрак, по мнению аристократии, действительно был скромным. Даже лучше так сказать: ОЧЕНЬ СКРОМНЫМ.

По идее, должно было быть две или три перемены блюд. И это только завтрак, дамы и господа!

Но я, как дитя другого мира, да ещё привыкшая к цивилизации и стремительному темпу жизни, когда люди едят в прямом смысле на ходу, считала данную трапезу роскошной и сытной. И по факту, всё действительно было вкусно.

Уж не знаю, как там повар старался сделать всё менее вкусным, но, на мой взгляд, и вкус, он провалил задание своего милорда.

– Что ж, я рад, что вы довольны, – мрачно отозвался Лиам и отправил ложку с

овсяной кашей в рот.

Жевал он её медленно, неохотно, как будто ему подсунули болотную жижу, а не великолепную овсянку. Между прочим, я отношусь к тем немногим людям, кто любит геркулесовую кашу. В ней кладезь витаминов! Ну и просто вкусно.

Вот бы ещё ягод добавить – или клубнику, или малину, или голубику... И вообще королевское блюдо выйдет. Так-то.

– Иногда мой повар так готовит, что я чувствую себя будто в гостях. И это в собственном доме, – ворчливо заметил Лиам.

Ха. А вот нечего было отдавать приказ готовить невкусно. Промахнулись вы, ваша светлость.

Я решила ему возразить.

– Я уверена, что, ваш повар – гений.

Дворецкий хмыкнул, но при этом выражение его лица осталось невозмутимым. Лиам же ничего не сказал.

Я доела свой тост, опустошила всю креманку. Облизала ложечку и посмотрела на графа, который выглядел полным печали и тоски. Неужели так угнетающе на него действует овсянка? Что ж, тогда отвлеку его.

– Могу попросить вас, милорд, как закончите завтрак, показать мне своё хозяйство? – решила перейти немного к делу. – Хочется увидеть его истинные размеры.

Лиам как раз делал глоток чая и от моего вопроса отчего-то поперхнулся. Он прыснул чаем и брызги разлетелись во все стороны.

Мне повезло, до меня они не долетели.

Дворецкий тут же подал его светлости шёлковую салфетку и кивнул лакею, чтобы тот быстро навёл порядок. Граф откашлялся, затем смерил меня недовольным взглядом, и сипло произнёс:

– Прошу меня простить. Я подумал... о другом... Если вы закончили, то могу прямо сейчас показать вам замок.

– Только без лошадей, ладно? – рассмеялась я.

Граф юмора не понял.

Ну и ладно.

Глава 15

ABPOPA

Граф отчего-то решил начать показ замка с закрытой части. Первое впечатление: меня накрыл ступор, хотя постаралась не показывать своих эмоций. Было от чего неприятно удивляться.

Во-первых, любое большое сооружение, как замок Роузтаун требует большого количества артефактов для отопления, освещения, уборки. Слуг тоже нужно много. Чтобы артефакты впустую не работали в неиспользуемых помещениях, мебель, картины, статуи, люстры зачехлили.

Во-вторых, граф в красках расписал, что в обязанности его супруги будет входить не только родить наследника, но и следить за порядком в доме. Конечно, в подобных домах всегда есть вездесущий дворецкий, экономка, слуги, но всё равно как-то резануло слух, что всё хозяйство ляжет на мои хрупкие плечи. Почему аристократы не ограничиваются небольшими замками?

Но потом я тряхнула головой и улыбнулась про себя. А в чём, собственно проблема? Чего я испугалась? Подумаешь, замок. Подумаешь, большой замок.

Есть, где разгуляться!

Граф при деньгах. У меня богатое воображение и хорошее организаторские способности. Например, вот в этом зале можно сделать боулинг. Между прочим, отличная игра. Катать шары и выбивать страйки нравится всем. Научиться игре легко. Так, ну это пока в заметки возьмём.

Раз Лиам намекает, что, когда мы станем мужем и женой, у меня будет полный карт-бланш по управлению замком, то поверьте, я найду применение этим неиспользуемым помещениям и собственно, деньгам графа. Только пусть потом за голову не хватается и волосы на себе рвёт. Сам напросился.

– Мне нравится, -произнесла с предвкушающей улыбкой.

Он с подозрением покосился на меня, качнулся на пятках, убрал руки за спину и как-то обречённо вздохнул. Очевидно, он ожидал другой реакции. Думал, что я сбегу, увидев зачехлённую мебель в тёмных комнатах. Пф! Нашёл, чем напугать земную женщину.

– У вас прекрасный дом, милорд. Думаю, жить здесь – одно удовольствие.

– Лиам, · поправил он меня. – Зовите меня по имени.

– Хорошо, Лиам. Что ещё покажете? Подвалы у вас есть? Тюрьмы, пыточные? – решила идти ва-банк.

Он на миг опешил, глаза его стали как блюдца. Но граф тут же взял себя в руки, прочистил горло и с наигранным равнодушием поинтересовался:

– Аврора, позвольте узнать, для каких целей интересуетесь наличием тюрьмы и пыточной в моём замке?

Как много слов. Ох уж эти правила приличия и этикета. Я одарила мужчину хитрой улыбкой и невинным тоном пропела:

– Но как же? В любом приличном мрачном замке должны быть пыточная и тюрьма.

Лиам удивлённо моргнул.

Что-то граф тормозит. Или он просто не привык общаться с женщинами, подобным мне? Но если честно, то меня не всякий может выдержать. Иногда меня бывает слишком много.

Я решила помочь графу скорее думать.

– Лиам, вы хотите сказать, у вас их нет? А как же вы тогда выбиваете правду? Вот был у меня в мире один граф, он всех своих врагов на кол сажал. Его так и прозвали Влад колосажатель. И ещё...

– Боги, Аврора! В каком ужасном мире вы жили! – оживился Лиам. На его лице

отразилось сочувствие.

Погладила его по плечу, успокаивая, чем ещё сильнее удивила мужчину и сказала:

– Не переживайте, все эти страсти и ужасы были до моего рождения. Просто исторический факт. Времена были такие, Лиам. Если не ты, то тебя, понимаете?

Он тряхнул головой, прикрыл нас секунду глаза и произнёс довольно тихо, но я услышала:

– Понимаю. Мне довелось увидеть ужасы разного рода.

Лиам не стал развивать эту тему. Улыбнулся мне и уже нормальным тоном сказал:

– В замке имеются подвальные помещения. Есть тюрьма. Пыточных, увы, нет. Но если пожелаете, можете соорудить. Только не представляю, кого вы собираетесь пытать. Если только меня?

– Гостей, которые будут слишком долго гостить, – рассмеялась я. – Или тех, кто посмеет что-то дурное сказать о вашем поваре. Кстати, я его фанатка. Он готовит потрясающе.

Лиам закатил глаза и покачал головой. Усмехнулся и заявил:

– Аврора, вы весьма неординарная особа. Вам об этом говорили?

– Ага. Только обычно слово «неординарная» заменяли на «сумасшедшая», -ответила ему весело. Потом потянула его за руку на выход. – Идёмте в ваши подвалы. Хочу увидеть, насколько там страшно. Кстати, а винный погреб у вас есть? Ох, чуть не забыла... А как вы тренируетесь? Ну, в смысле, тренажёрный, то есть тренировочный зал есть? Я вот предпочитаю держать тело в форме. Пресс качать, приседания... Жаль, бассейна у вас нет. Хотя у меня его тоже нет...

Лиам, кажется, обалдел от бурного фонтана моих слов. И не успевал за ходом моих мыслей.

– Погодите, Аврора! ― воскликнул он обескураженный. Остановился и в прямом смысле схватился за голову. Потом потряс руками и выпалил: – Зачем вам это всё?! Подвалы. Тренировочный зал... Бассейн!

Уперла руки в бока и произнесла:

– Бассейн, чтобы плавать в нём. И загорать летом, если он будет во дворе. Всё остальное... А в чём собственно проблема?

Он опустил руки, моргнул раз, другой и проговорил с нотками лёгкой паники:

– Аврора, вы замуж выходите. За меня.

Сложила руки на груди.

– А вы женитесь. На мне. И? – не догнала, что он хочет этим сказать.

Он взъерошил волосы, как-то нервно рассмеялся и сказал:

– Ваши рассуждения, слова... Вы сбиваете меня с толку.

– Ах, это? – манула я рукой. Взяла его за локоть и потянула, чтобы мы продолжить путь по коридору. Пусть ведёт меня в подвалы. – Не волнуйтесь, вы привыкните и ко мне, и к моей манере общаться, и к моим закидонам...

– Закдонам? – переспросил он.

Может, уже пора сказать ему о детях?

– Лиам, а вы хотите много детей?

Он снова затормозил и уставился на меня как-то слишком пристально и с недоверием.

– А вы не хотите? – спросил он осторожно.

Я широко улыбнулась и сказала как есть:

– Хочу. И буду рада, если получится большая семья.

Он кивнул и тоже улыбнулся. В его глазах я отчётливо уловила радость и облегчение.

– Ну а как вы относитесь к тому, чтобы в семье были и свои дети и... скажем, не совсем приёмные, а как бы воспитанники? Не всем повезло в жизни. Кто-то утратил родителей в раннем детстве и может только мечтать о тёплом доме...

Я умолкла, так как Лиам резко потемнел лицом. Глаза опасно сверкнули. Он категорично мотнул головой и заявил:

– Нет, Аврора. Никаких приёмных детей. Никаких воспитанников. Это неприемлемо. Ни в коем случае. Ни при...

– Да поняла я! – оборвала его.

Лиам заткнулся и отвернулся от меня. Мне пришлось лицезреть его напряжённую спину.

– Ладно, забудем об этом, – произнесла я расстроено.

Лиам дёрнул плечом и сказал:

– Идите к себе, Аврора. Вас пригласят к обеду.

Он тут же двинулся прочь от меня. Но я была бы не я, бросилась за ним, схватила за руку и заставила остановиться. Он развернулся и нехотя уставился на меня.

Злой, как чёрт.

И чего он так? Неужели у него есть какая-то личная драма на эту тему?

– Слушайте, ну чего вы сразу злиться начинаете? Нам, между прочим, придётся жить вместе, учиться слушать и слышать друг друга. Мы с вами взрослые и состоявшиеся личности, со своими характерами, привычками. И нам с вами не дали шанса узнать друг друга нормально, а буквально столкнули лбами. И вот что я хотела сказать...

Почесала лоб, нахмурилась, чтобы поймать хвост мысли.

– Ах да! И если вам вдруг что-то не понравится в моём поведении... Или я скажу что-то не то, вы будете вот как сейчас дёргаться и удирать, поджав хвост?

Лиам нахмурился сильнее. Я прямо физически почувствовала волну дикого напряжения и недовольства, что исходила от мужчины.

– Аврора, давайте не сейчас об этом...

Я хлопнула в ладоши и зло рассмеялась.

– А когда?! – рявкнула я. – Так и рушатся семьи, Лиам! Нужно говорить. Нужно рассказывать, что не нравится, что не так. Я, между прочим, не телепат и понятия не имею, почему вас так разозлила тема приёмных детей и...

– Аврора... Замолчите... – вдруг не своим, а каким-то звериным и металлическим тоном прорычал граф.

Я заткнулась и уставилась в его неестественно яркие глаза. Они стали жёлтыми и засветились. Прямо фонари.

Подошла к нему ближе и с любопытством поинтересовалась:

– Вы маг? У вас глаза так сиять начали, просто красота-а-а!

А потом чихнула.

– Ох, простите.

В носу стало щекотно. Глаза вдруг заслезились. Обычно у меня такая реакция на собак. У меня на них аллергия. Но я не вижу здесь собак...

– Идите к себе, ― чуть спокойнее, но всё же каким-то странным рыкающим тоном распорядился граф.

Я утёрла слезящиеся глаза и крикнула в удаляющуюся спину:

– А как же подвалы?

Ага, так мне и ответили.

Снова чихнула и пробормотала:

– Сделаю красную комнату и буду пороть тебя, Лиам, как мистер Грей порол Анастейшу. Будешь знать потом...

* * *

ЛИАМ

– Милорд, пора переодеваться к обеду.

– Знаю, Сэм.

Я смотрел в окно. Шёл мелкий, колючий дождь. Тучи затянули всё небо. Мокрый туман стелился по земле. Мрачно. Сыро. Неуютно. Погода отражала мой внутренний мир – тоску и печаль.

Что же я сделал с Авророй?

Она стояла перед моим внутренним взором с чарующей улыбкой, сверкающими глазами, в которых я видел интерес к своей персоне, а после, от моих резких слов, в этих чудесных глазах застыли недоумение и разочарование.

Как я покажусь ей на глаза?

Трудно признать, но меня мучил стыд. Затолкал поглубже неуместное чувство.

Неважно, что я испытываю. Важно, кто я есть.

Увы, но ей придётся узнать мою страшную тайну. Лучше пусть сразу испытает ужас, отвращение и возненавидит меня, чем будет строить планы о счастливой семейной жизни со мной.

Проклятье!

Она с такой искренней любовью и надеждой говорила о детях, что сердце у меня дрогнуло. Она даже о воспитанниках заговорила. Да я был бы счастлив иметь большую семью! И пусть не только свои, но и приёмные дети в неё входят, но как быть, когда я – чудовище? Зверь не принимает чужаков. Редко, когда ему приходится по нраву кто-то иной, кто не входит в стаю. Да-да, всё моё окружение, мои слуги – моя стая. Зверь их принял, он считает их своими, они под защитой чудовища. Аврора тоже пришлась зверю по душе. Но что будет, если в поле зрения монстра окажется ребёнок и он воспримет его неадекватно? Воспримет его как угрозу?

Нет, нельзя рисковать. Правильно, что общество от меня отказалось. Я чудовище. А любое чудовище должно быть изолировано.

– Милорд? – позвал меня Сэм и показал на выбор два костюма. Синий и зелёный.

– Синий.

Он помог мне переодеться. Ни слова не оборонил, когда увидел мои... лапы.

Я попытался сам поправить манжет. Но длинными когтями это сложно сделать.

– Позвольте мне, – произнёс слуга и поправил манжету.

После он как-то торжественно распахнул передо мной двери. Я застыл, не в силах сделать и шагу. Сэм ждал.

А я усилием воли подавил раздражение. Нужно спускаться к обеду, а не стоять памятником самому себе, да ещё в собственной спальне. Не могу же я прятаться у себя в спальне! Или могу? Притвориться, что у меня головная боль?

Но я не трус. Я – граф. И не пристало мне, хозяину дома, ссылаться на головную боль, даже если бы она на самом деле была и была невыносимой. Я обязан появиться перед своей гостей... точнее, невестой.

– Смею заметить, милорд, но, похоже, вы не в духе, – произнёс Сэмюэл.

– Смею заметить, Сэм, но ты прав, – проворчал я в ответ.

Посмотрел на своё отражение.

Сэм продолжал стоять у распахнутой двери и терпеливо ждать, когда я соизволю переступить порог. У меня терпеливый камердинер. Я тяжело вздохнул и тряхнул головой. Никогда не считал себя бесхребетной тварью.

– Что ж, пора показать Авроре, кто я такой на самом деле, – пробормотал с нотками грусти и тоски.

Не хотелось бы мне увидеть на её лице ужас и отвращение. Но, увы, этого не избежать.

– Госпожа Даль отличается от других леди, милорд.

Я подавил вздох, надеясь избежать подробных разговоров. Я и сам видел, что Аврора Даль другая. Мне хватило вчерашней ночи и сегодняшнего утра, чтобы в этом убедиться.

– У меня есть и глаза, и уши, Сэм, – сказал я резко.

– Но есть кое-что, о чём вы ещё не узнали, милорд. С вашего позволения, могу рассказать?

– Сначала закрой двери.

Сэм просто толкнул её. И когда раздался щелчок, заговорил:

– После вашей прогулки по замку, госпожа Даль подошла ко мне сегодня и поинтересовалась собаками.

– Собаками? – переспросил Сэма.

– Да, милорд. Она чихала, жмурила слезящиеся глаза, вытирала нос и спросила о собаках. Точнее, она поинтересовалась, позвольте, я процитирую дословно. «Уважаемый, а почему я до сих пор не увидела здесь ни одну псину?» Это были её слова.

Я насторожился. Недоброе предчувствие пробежало холодком по спине.

– Дальше!

– Я спросил, почему госпожа Даль решила, что в замке имеются собаки. И пояснил, что в доме нет ни одного пса. Даже псарни при замке нет. Собаки живут в деревнях и только. И тогда она заявила, что это ложь. Что в замке есть собака. И она была настойчива. Просила показать ей этого пса. Или псов.

– Сэм, давай ближе к делу.

– Милорд, у госпожи Даль жуткая аллергия на собак.

Прелестно. У невесты аллергия на жениха.

Я пожал плечами. Моя проблема была неразрешимой.

– Что ж... Очевидно, судьба окончательно решила поставить меня на колени.

– Возможно, есть решение? – проговорил Сэмюэл. – Аллергию можно купировать.

– Аллергию – да. А ужас и отвращение?

Сэм не нашёлся с ответом.

– Всё, пора идти на обед.

– Вы превосходно выглядите, милорд, – произнёс слуга и повторно распахнул

передо мной двери. Добавил с энтузиазмом: – Я уверен, милорд, что госпожа Даль отреагирует на вашу тайну не так, как другие.

С некоторым усилием я изобразил улыбку.

– Скоро узнаем, насколько ты прав. Но, думаю, что ты, мой друг, ошибаешься. Аврора, если и станет моей женой, то будет меня ненавидеть и бояться. И при первой возможности сбежит в земли, подаренные ей короной.

От одной мысли, что Аврора могла бы полюбить меня, моё сердце учащенно забилось.

Она такая необыкновенная, яркая, живая. Если бы я только был нормальный...

– Милорд...

Я очнулся и направился на совместный обед с Авророй Даль.

Лапы не стал убирать. Пусть сразу видит, кто я есть.