Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 249 страниц)

Глава 25

Женевьева

Отмылась и о, счастье, не осталась и следа от противного запаха.

Всё-таки местные гели-пенки-шампуни мега волшебные.

После банных процедур, Аиша смазала мои ссадины, ушибы и укусы насекомых заживляющей мазью, которая в считаные минуты всё залечила.

– Как же вы так неосторожно, несса, – наигранно печально произнесла девушка, закручивая баночки. – Нессу с вами скучать не приходится.

Я вздохнула и сказала:

– Да уж… Хотела удивить его, поразить, а в итоге и удивила, и поразила, но под другим углом. Он, наверное, считает меня полной кретинкой.

– Не считает он вас такой, – рассмеялась Аиша. – Поверьте мне, мужчины очень любят неугомонных женщин, у которых шило в одном месте. Вот если бы его поразили, как затеяли, то сомневаюсь, что он оценил бы ваш подвиг. Всё-таки ловить бычка – не женское дело…

– Аиша-а-а… – протянула я. Только её нотация мне не хватало. Ещё от Рэна мне предстоит выслушать всякие неприятные слова.

– Не перебивайте, – улыбнулась она шире. – Так вот, запомните, несса, все мужчины-драконы по своей сути – спасатели. Им по природе положено выручать нас – дракониц из всевозможных ситуаций, даже таких мелких, как ваше сегодняшнее происшествие. Их звериная половина начинает чувствовать себя как положено – защитником. А представьте, если вы вся такая всемогущая – и быка поймали, и козла с дерева сняли, и что-нибудь ещё дикое совершили… Святые небеса, несса, да мужикам подобное поведение женщины – это как серпом по причинному месту!

– Ну-у-у… – протянула я. Логика в её словах была. – Я ловила не быка, а бычка. И козлов с дерева не снимала.

– Это был пример, – она щёлкнула меня по носу, а потом протянула малюсенький бутылёк, размером даже меньше пробника с духами и сказала: – Держите. Перед тем как уйти отсюда, нанесите на кожу в область шеи, декольте, запястий и под коленками этот эликсир.

– Что это? – спросила у неё, рассматривая маслянистую светло-соломенного оттенка жидкость.

– Это эликсир, который обострит инстинкты вашего мужчины, Женевьева, – проговорила она заговорщицким тоном. – Состав эликсира действует не как духи, несса. Это сильный…

– Афродизиак? – удивилась я. – Аиша, спасибо, конечно, но мне совсем не хочется искусственно стимулировать дракона, его влечение ко мне и страсть. Обойдусь…

Вернула ей эликсир, а драконица лишь рассеялась.

– Глупышка. Это не стимулятор. Это ключ. Эликсир снимет все сдерживающие блоки несса. Он усилит ваш природный аромат. И больше ничего.

Она снова вложила его мне в ладони и сжала.

– Поверьте, для первой близости – это важная вещь.

– Э-э-эм… С чего ты взяла, что… – забормотала я, краснея.

– Не трудно догадаться, – фыркнула Аиша. – Всё, идите, несс, наверное, уже нервничает и проверяет, не утонули ли вы в бассейне.

Вытянула губы уточкой и с деловым видом откупорила крышечку. Нанесла эликсир на нужные места. Осталось ещё чуть-чуть, взяла и вылила остатки себе на голову.

Аиша задорно улыбнулась и, подмигнув мне, сказала:

– Желаю жаркого дня и ночи, несса. И утра тоже.

– Спасибо, – улыбнулась ей чуть стеснительно.

Вообще все кто тут жил и работал, оказались прекрасными людь… драконами.

* * *

Женевьева

С самым невозмутимым видом явилась пред грозные очи Ан'Рэнхарда. Заняла за столом своё место и произнесла:

– Приятного аппетита, Рэн.

– И тебе приятного, – пожелал он мне спустя минут пять, когда я уже съела весь тост.

Мужчина сидел застывшим памятником самому себе, к еде не притрагивался, а только смотрел на меня как-то странно.

Бросила украдкой на него быстрый взгляд и усилием воли подавила довольную улыбку.

Его ноздри трепетали, а жилка на шее билась так быстро, будто кто-то установил в его венах часовой механизм.

Ну что ж, по крайней мере, ругать меня сегодня точно не будут.

Промокнула губы салфеткой и решила ограничиться только тостом и чаем.

Не хочется на полный желудок творить любовь и прочие приятности.

Открыла было рот, чтобы поблагодарить дракона за чудесную розу, за спасение, вообще за то, что на самом деле крутой мужик, как вдруг я ощутила странное тепло на своей левой ноге.

Вылезла из-за стола и вскрикнула:

– О, ужас! Ничего себе!

Дракон встрепенулся и загоревшимся взглядом наблюдал, как я затаптывала огонь, лизавший мои ноги.

– Рэн! Что смотришь! Я же горю!

Но дракон лишь склонил голову набок, и пока я тушила последние языки пламени, он взял чашку с уже остывшим чаем и сделал небольшой глоток. Потом с непередаваемым выражением лица произнёс:

– Это моя магия, Женевьева. Только и всего. Ты не можешь сгореть.

– Ого… – сказала я, рассматривая абсолютно гладкие и невредимые ноги. – А чего это твоя магия прилипла к моим ногам?

– Есть причина, – ответил он загадочно. Потом неожиданно шумно втянул в себя воздух, блаженно прикрыл глаза и пробормотал едва слышно: – Нет, это просто невозможно… Так и сойти с ума можно…

– Что такое?

Я вылила на себя слишком много эликсира?

– Не возражаешь, если я кое-что сделаю? – спросил вдруг дракон, глядя на меня невозможным взглядом потемневших глаз.

– Э-эм… Думаю, нет, – буркнула, нервно ёрзая на стуле.

Рэн напряжённо смотрел на меня, заставляя мои ладони вспотеть.

Дракон поднялся и подошёл ко мне, протянул мне руку, и я приняла её. Он потянул меня на себя и я тоже встала. Тут же Рэн властно притянул меня в свои объятия и неожиданно поцеловал.

На мгновение я застыла, не ожидая такого напора. Моим первым желанием было вырваться из его объятий, но это был неправильный порыв, который моментально сменился совершенно другим желанием.

Его губы на моих губах… Это было что-то невероятное.

Рэн провёл кончиком языка по моей нижней губе, призывая мои губы приоткрыться, а его руки так крепко меня держали, обнимали, и столько надёжности было в его объятиях, что меня покинула вся способность разумно мыслить. Я разомкнула губы, позволяя ему проникнуть внутрь.

О, мой бог!

Ан'Рэнхард на вкус был потрясающим! Терпкий, как хорошее вино, чуть пряный и с древесно-хвойными нотами.

Я не стала изображать из себя трепетную лань, со всей страстью обвила сильную мужскую шею и как кошка запрыгнула на него, обхватив торс ногами. Рэн даже не пошатнулся от моего напора.

Наши языки сплелись в диком танце, и неожиданно меня наполнил самый настоящий огонь – его огонь! Я ощутила как горячий поток лавой разнёсся по моим венам, но не обжигая, а приятно лаская теплом.

Не сразу поняла, что пламя полыхает не только внутри меня. Огонь пылал вокруг нас самих, не причиняя никаких неудобств.

Рэн на секунду оторвался от меня, оставив меня ошеломлённой и крайне возбуждённой.

– К тебе или ко мне? – спросила тут же, глядя в его затуманенные желанием глаза.

– Что? – не сразу сообразил дракон.

– Моя спальня ближе, – взяла я дело в свои руки. – Неси нас ко мне или я съем тебя прямо здесь и сейчас.

Его глаза сверкнули подобно молниям и горели каким-то порочным блеском, порождая во мне ещё более сильное желание.

– Ты уверена? – вдруг спросил Рэн.

Уверена ли я?! О-о-о… Ещё ка-а-ак!

– Ещё никогда и ни в чём я не была так уверена, как сейчас…

Он опустил одну руку мне чуть ниже спины и сжал одну ягодицу, жарко выдохнул и быстрее молнии понёс меня в спальню, правда, всё таки в свою. А мне без разницы. Главное присутствует главный знаменатель – дракон.

* * *

Женевьева

Наконец, мы в его спальне.

Ан'Рэнхард опустил меня на ноги и, продолжая удерживать в своих объятиях, произнёс:

– Женевьева, спрошу ещё раз: ты уверена?

– Но я ведь уже сказа-а-ала-а. Да-а, уверена, – протянула я, чуть надув губы.

Он улыбнулся и вокруг его глаз появились лучики морщинок, которые словно осветили его взгляд.

– После нашей близости, Женевьева, мы уж точно не сможем разорвать нашу связь, – сказал он.

– Я напомню, Рэн, – проговорила чуть капризным тоном и провела указательным пальчиком по островку его обнажённой кожи в вырезе рубашки, – ты говорил, что связь между истинными парами в принципе невозможно разорвать, что не существует такого ритуала, нет лекарства или другого средства, которое смогло бы нам помочь. А раз средства не существует, то к чему нам лишние страдания? В моём мире говорят так: не можешь изменить ситуацию – измени своё отношение к ней.

Он взял меня за подбородок и поднял моё лицо к себе. Внимательно всматривался в мои глаза, потом скользнул взглядом к моим губам и снова вернулся к глазам.

– После того, как мы разделим постель, ты станешь моей супругой, Женевьева. Уже не просто истинная пара, а супруга, – произнёс он. – Ты не сможешь скрыться от моего взора. Я стану ощущать тебя гораздо сильнее.

– Какой кошмар меня ожидает, – прошептала я шуточно испуганным голосом и тут же рассмеялась. – Но если я снова попаду в ситуацию подобной сегодняшней. Вряд ли ты меня учуешь.

Он склонил голову и принюхался.

– Нет, от моего носа тебе тоже не скрыться.

Вот тут я нахмурилась. А ведь я хорошо отмылась. Я вылила на себя не один флакон с ароматным гелем. Да ещё и эликсиром приправила.

– Прошу прощения, если раздражаю твой чуткий нюх, Рэн.

В голосе прозвучали обиженные нотки, и я дёрнула голову, освобождаясь от его пальцев. Гад.

– Ты не права, – сказал он мурлыкающе, вызвав своим бархатным и мягким голосом дрожь по всему моему телу, – на самом деле, Женевьева, твой запах одуряюще пьянящий.

Он снова коснулся меня. Провёл кончиками пальцев по щеке, и я как настоящая кошка зарылась лицом в его сильную ладонь.

– Пьяняще… – повторила за ним. – Ммм… а это как?

Другая его рука легла мне на затылок, и он привлёк меня к себе ещё ближе. Наши тела соприкоснулись. Я уже не просто дрожала, меня трясло как в дикой лихорадке.

– Ты пахнешь чудесно, Женевьева, – он вдруг закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Ты пахнешь летним лесом в предзакатных сумерках, когда все ароматы земли становятся ярче, вкуснее. Ты пахнешь редкими золотыми цветами. Ты пахнешь желанным дождём и грозой. Твой аромат многогранен, он подобен узору, который сплёл самый искусный и гениальный парфюмер из самых прекрасных запахов всего мира.

Его слова точно шёлк ложились мне на плечи, делали ноги ватными, и вызывали внезапную потребность в нём. Всё моё тело затрепетало, каждая моя клеточка, словно обрела крылья и запищала радостно: «Да! Да! Я такая, да! Это всё я!»

Дракон продолжил:

– Ты пахнешь женщиной, Женевьева. Моей женщиной…

– О-ох… – с моих губ сорвался изумлённый вздох.

Скажите мне, ну вот какая женщина устоит перед такими словами?

Я сама набросилась на мужчину, как дикая оголодавшая кошка.

Издав какой-то невразумительный клич между индейским криком и воплем женщины, поймавшей в свои сети крутого мужчину, я снова запрыгнула на дракона и впилась в его рот таким страстным поцелуем, что сама себе поразилась.

Но Рэн быстро перехватил инициативу, и я как истинная мягкая женщина, позволила вести ему, позволила его губам ласкать меня.

Моя кожа просто горела в тех местах, где он касался своими губами и руками.

Уткнулась носом в его шею и вдохнула его запах. Сам Рэн тоже пах восхитительно. Мне стало казаться, что его аромат усилился, дразня меня и мои нервы ещё сильнее.

Но сильнее всего меня сводили с ума тихие стоны наслаждения, издаваемые драконом, когда я сама смело касалась его губами… И мышцы на его теле напрягались и вздрагивали под моими ищущими пальцами.

Девочки, и что вы думаете?

Как я и подозревала, моя челюсть натурально отвисла, когда я увидела дракона полностью и всецело обнажённым.

Всё его тело соответствовало моим представлениям об идеальной мужской привлекательности, так что во рту у меня разом пересохло, в животе завёлся уже не рой, а легион бабочек и внутри что-то прорычало: «МОЁ»!

Я вдруг осознала, что он мне жизненно необходим. Я не просто хотела чувствовать его или видеть каждый день. Рэн нужен был мне весь – без остатка. Не только телом с обеими ипостасями, но и душой.

Он откинул мою голову назад, опаляя мои губы жарким и воистину крышесносным поцелуем. Его руки в мгновение ока освободили меня от всей одежды.

Всё-таки судьба ничего не творит просто так: мне было суждено оказаться в этом мире. Дракон должен был впустить меня в свою жизнь, нам суждено связать друг друга воедино – навечно.

Его руки, его губы раздували во мне настоящий сумасшедший пожар. Да и сами наши тела пылали. Оранжевые языки пламени ласкали наши тела, не обжигая.

Это была невозможно прекрасная близость, я закрывала глаза, переполненная чувствами настолько, что мне хотелось не только кричать, но и рыдать от восторга.

– Женевьева… – шептал он моё имя.

– Рэн… – вдыхала я.

– Ты моя.

От этих двух простых слов в данный миг я ощущала себя самой счастливой женщиной.

Когда довольные, но не насытившиеся друг другом мы лежали в перевёрнутой вверх дном кровати и тяжело дышали, дракон вдруг спросил меня:

– Женевьева, скажи, что я тебя не напугал своим напором… Словно животное.

На первый взгляд его голос был спокойным, но я ощутила вдруг его напряжение и волнение.

Оторвалась от его груди и посмотрела мужчине в лицо.

– Рэн. Ты не животное. Ты пылкий, чуткий… Наоборот, это не ты должен интересоваться о напоре, а я… Мне кажется, что это я могла напугать тебя…

Он улыбнулся.

– Ты довольно страстная особа. И очень громко кричишь.

Та-а-ак.

– Но мне это очень нравится. И моему зверю тоже.

Ладно, помилован.

Запустила пальцы в его растрёпанные и усыпанные перьями волосы и притянула к себе.

Мы обменялись жарким поцелуем. И снова нас охватило настоящее драконье пламя, которое рисовало узоры на наших телах. Это было так красиво и завораживающе…

– Если хочешь, я могу в этот раз помолчать… – решила подразнить дракона.

Зарычав, Рэн перевернул меня и, прокладывая чувственную дорожку из поцелуев по моему телу, произнёс:

– Только попробуй… Накажу…

– Я тебя не боюсь… И ещё, я требую продолжения.

– Моя маленькая требовательная пара.

– Ох, Рэн, ты до конца даже не представляешь насколько я требовательная, – простонала я.

До самого утра мы так и не смогли оторваться друг от друга.

Обед и ужин прошёл довольно весело.

Одним словом, на утро спальня дракона выглядела как настоящее побоище. Но зато мы оба были невероятно счастливы.

Эх, на самом деле нам женщинам совсем немного нужно…

Глава 26

Женевьева

– Мне бы очень хотелось, позволить нам отдыхать и дальше, но нельзя. Нам нужно предстать перед Советом, Женевьева. Нужно, чтобы тебя оформили документально.

Обязательно с утра надо портить мне настроение?

Рэн полулежал на изрядно испорченной кровати, забросив сильные руки за голову и говорил. Я лежала на его груди и слушала, как бьётся его драконье сердце, как вибрацией отдаётся его голос.

А ведь так хорошо было…

– Будет обязательная проверка, после которой комиссия зафиксирует, что для меня ты не несёшь никакой угрозы. Я уверен, что проверку ты пройдёшь… В общем, я должен ехать в столицу, подать документы, а когда вернусь у нас будет время, чтобы я мог начать приготовления к церемонии и представления тебя Совету клана огненных драконов.

Поднялась и притулила голову на свою согнутую руку, оглядела кровать и саму спальню, где ещё совсем недавно мы парили и горели в экстазе.

– Да-а… Я читала про этот ваш Совет и что истинная пара должна пройти проверку… Рэн, а тебе не кажется это бредом? Звучит всё это как-то уж мрачно и неприятно…

Он посмотрел на меня взглядом, в котором до сих пор пылал огонь желания и сказал сочувственно:

– Такие порядки, Женевьева. Поверь, пока ты не ворвалась в мою жизнь точно ураган и я на себе не испытал связь истинных, тоже всегда считал правильным подвергать женщин – истинных пар драконов проверкам.

Он вздохнул и прикрыл на мгновение глаза, потом снова посмотрел на меня и договорил:

– Я уже рассказывал, что в нашем мире именно из-за истинных пар происходили ужасные вещи. Дракону сложно устоять, когда пара что-то желает… Но не это страшно. Пара – слабое место, Женевьева и…

– Можешь не продолжать, – оборвала я, положив пальцы на его губы. – Я помню. Знаешь, всё это можно уместить в одну как фразу из моего мира: Все беды от баб. Мужчины, которые не могут справиться с женщинами… Пффф…

Я тихо и грустно рассмеялась.

– А ведь если серьёзно рассмотреть и рассудить этот вопрос, то я скажу так: никто, ни мужчины, ни уж тем более женщины не любят ограничение свободы, то есть тотальный контроль. Каждый имеет право на собственное времяпровождение, в том числе и нас собственное дело. В моём мире чаще добытчиком в семье становится женщина.

Дракон удивился.

– Ты серьёзно? Ваши мужчины настолько слабы и бесхребетны, что не могут обеспечить свою женщину, свою семью?

– Нет, ну все поголовно такие, – улыбнулась я. – Во-первых, в моём мире стало трудно найти мужчину, с которым было бы комфортно, чтобы совпадали интересы и много других факторов. Мой мир развит и продолжается развиваться семимильными шагами, прогресс заставил женщин стать сильными. А чтобы мужчина чувствовал себя добытчиком, завоевателем, женщине нужно быть слабой. Выпустить вожжи из рук. Но до тех пор, она сама отвечает за свою жизнь. А когда находится тот самый… поверь, трудно вот так взять и резко стать слабой. Сконцентрироваться на нём одном, любить его, восхищаться, поддерживать в любом начинании, верить в него, но ничего не делать и не решать за мужчину. Лишь аккуратно и незаметно подталкивать к верному решению.

Я вздохнула и накрутила локон на свой пальчик.

– Иногда проще всё сделать самой… – продолжила я. – Но вообще, это сложнейшее дело – нужно быть очень сильной женщиной, чтобы быть слабой для своего мужчины.

Дракон смотрел на меня, поражённый моей речью.

– Твой мир такой странный, сложный, но уверен, что интересный… Знаешь, Женевьева, разговаривать с тобой и слушать твои размышления – одно удовольствие. До этого момента я не подозревал, что ты столь мудрая женщина.

Я зарылась лицом ему в подмышку и рассмеялась. О Боже! После моих идиотских выходок, Рэн решил, что я дура набитая!

– Хорошо ты понял, что я не совсем идиотка, – сказала, продолжая смеяться.

– Женевьева, Женевьева, – улыбнулся он и провёл пальцами по моим губам. – Я не считал тебя глупой. Наивной, несобранной, легкомысленной, но никак не глупой.

– Если хочешь, можешь сокращать моё имя. Ева или Женя, – вдруг сказала я. Хотя я не очень люблю сокращения, но почему бы и нет? Я же его называю Рэном.

– Женя, – попробовал он первый сокращённый вариант, потом другой, – Ева. Удивительно, твоё имя очень необычное. И мне нравится, что оно соткано из двух имён. Женевьева. Никаких сокращений. Мне нравится, как оно звучит в полном варианте.

Ты ж мой хороший!

– Ладно, – пробормотала, довольно улыбаясь, – что конкретно будет на этой проверке? И где она пройдёт? Здесь? Или в столице?

– Так как ты из другого мира, то проверка будет абсолютным эксклюзивом. Совет сам решит, какое испытание доверить тебе. И сама проверка тоже неизвестно где будет проходить. Обычно по месту жительства пары, но бывает, Совет меняет местоположение. Так что… Когда вернусь, я буду примерно знать, что ожидать и мы с тобой подготовимся. Просто доверься мне, хорошо?

Кивнула ему.

Да, я решила, что доверюсь своему дракону. Ведь если рассудить, то он ведь на самом деле тот самый единственный мужчина, который послан мне самой судьбой. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

Тронула ошейник, и моя улыбка сошла на нет.

Чёртовы правила.

– Прости… – сказал он. – Я могу избавить тебя от любых бед, Женевьева… Но не от ошейника.

Он притянул меня в свои объятия, и мои мягкие полушария расплющились о его сильное тело.

А ведь ни он, ни я, ни слова не сказали о любви.

* * *

Женевьева

– О, несса Женевьева! Вы переспали с нессом Нервалем! Да неужели! Хвала небесам! – радостно и ужасно оглушающе воскликнула Аиша, когда я поделилась с ней сокровенной новостью. – То-то же все вчера ходили с такими понимающими улыбками, и несс с утра уехал в хорошем настроении!

Я хмыкнула и сказала:

– Знаешь, я не уверена, что всем в доме и на соседних фермах удалось тебя расслышать.

Аиша рассмеялась и закатила глаза.

– Не страшно. Все итак догадались, чем вы занимались сутки напролёт. Да ещё эти характерные звуки… – девушка многозначительно задвигала бровями.

Я шуточно толкнула её в плечо и рассмеялась.

Мы сидели на террасе, пили чай и болтали о вечном нашем женском.

На миг, когда Аиша встала с кресла, чтобы подложить в вазу ещё печенья, вдруг я заметила вокруг неё слабое голубоватое свечение.

На миг я замерла, внимательно вглядываясь в непонятное явление.

Неожиданно слабо светящаяся дымка заструилась, зазмеилась вокруг девушки, ярко сияя прекрасной голубизной чистого неба, сплетаясь в несказанное кружево. Лёгкой небесной пылью кружевное прекрасное сияние обрело звериные очертания. Свет уплотнился, краски переливом засияли чарующим синим сапфиром на драконьей чешуе.

До восхищённой немоты я поразилась увиденному.

Вокруг Аиши гордо подняв вытянутую голову мудрым взглядом на меня глядела синяя драконица.

У меня из рук выпало печенье, оно мелкой крошкой рассыпалось по дощатому полу. Мои губы раскрылись в удивлении. Глаза обрели форму идеально круглых озёр.

Аиша плавно двигалась, и силуэт дракона двигался в такт с ней, словно таинственный дух повторял каждое движение девушки. Выглядело необычно, красиво, даже сказочно, да настолько, что я потрясло меня до глубины души.

И чем дольше я смотрела на это диво дивное, тем отчётливее видела её зверя.

Драконица Аиши была невероятного сапфирового оттенка. Была она не сильно крупная, скорее изящная и тонкая. А ещё у неё были длинные-длинные реснички!

Поразительно!

Девушка достала из коробки печенье, выложила его в вазу, потом вернулась в своё кресло и ничего не подозревая, подняла на меня спокойный, безмятежный взгляд.

Увидев моё выражение лица, Аиша испугалась, вскочила со своего места и вскрикнула:

– Женевьева! Что случилось?! Вы побледнели!

Я тряхнула головой и в этот же миг силуэт дракона, и само сияние мгновенно исчезли. Я видела только одну Аишу.

Ну, ёлки, это ведь мне не привиделось?

– Я… Э-э-э… Я видела… – промямлила, всё ещё удивлённая и поражённая тем, чему только что стала свидетелем.

Что это было?

– Что вы видели? – прошептала перепуганная моим поведением драконица. Она села передо мной на корточки и мягко взяла меня за руки и сжала пальцы. – Что вас напугало и встревожило, несса? Вы можете со мной поделиться абсолютно всем…

Улыбнулась и сжала в ответ её руки.

– Во-первых, хватит мне выкать. Я считаю тебя своей подругой, Аиша, а подруги общаются друг с другом на «ты».

Она моргнула и чуть помедлила с ответом.

– Ладно… – произнесла она, немного хмурясь и находясь в лёгком замешательстве. – А во-вторых?..

Я задумчиво потёрла переносицу и покачала головой. Потом посмотрела на неё и решилась. Я рассказала Аише всё, как есть.

– Кажется, я только что видела твоего зверя. Сначала вокруг тебя появилось голубоватое сияние, знаешь, оно такое удивительное, очень красивое… А потом это сияние расширилось, уплотнилось и каким-то замысловатым образом оформилось в силуэт дракона.

Подробно описала зверя, которого увидела, не забыв упомянуть про реснички и умолкла.

Аиша явно была потрясена.

Она встала и обратно села в своё кресло, глядя на меня, как на восьмое чудо света.

– Но вы… ты… Ты ведь не дракон! – прошептала она, округлив глаза. – Женевьева, ведь даже самые сильные и магически одарённые драконы не всегда могут увидеть вторую ипостась вот так просто, как это сделала ты! Драконы долгие годы учатся видеть скрытую ипостась своим магическим зрением… Например, я не вижу. Да и в принципе женщины редко могут увидеть подобное явление, если не сказать больше, что никогда. Это доступно мужчинам.

Слушала её и сама озадачилась.

– Аиша, мало того, что я не дракон, так я ещё и не маг. От слова совсем! – проговорила я.

– Как бы там ни было, Женевьева, это настоящий дар! Каждый дракон имеет вокруг себя свой цвет. И каждый видит сквозь призму своей ипостаси, только не каждому дано увидеть.

Драконица взяла меня за руку.

– Глаза – зеркало духа, глаза – зеркало мысли и сознания. Глаза – оружие духа. Глаза всегда сильнее любых слов, если за ними мысль. В глазах, как на острие лезвия, можно сосредоточить энергию и магическую силу. Поэтому клан огненных драконов самый сильный – их взгляд самый острый и жгучий, Женевьева. Думаю, этот дар всегда был с вами, но открылся он только после…

Она хитро улыбнулась.

Ох и не зря я увидела взгляд её зверя, наполненный мудростью и знанием. Аиша действительно такая.

Посмотрела на девушку, осмысливая каждое её слово, потом подалась к ней чуть вперёд и заговорщицки произнесла:

– Вряд ли это мой личный дар. Но у меня появилась теория: быть может, это следствие того, что я провела весь день и всю ночь в постели с драконом? Или же, это сила Рэна как-то передаётся теперь и мне по нашей с ним связи?

Аиша задумалась.

– Никогда о подобном не слышала… – пробормотала она. – Скажу тебе правду, Женевьева, мужчины о своих истинных парах не любят распространяться. А сами женщины-истинные практически никогда не появляются на публике… Поэтому, я не знаю. Прости.

Может, я теперь превращаюсь в дракона?

Ну-у-у… Переспала вот с драконом, между нами произошёл обмен не только жидкостями, но и духовный и теперь я… Теперь я мутантом стану?

– Аиша, ну-ка посмотри на мои глаза. Зрачки у меня круглые или вытянутые? И нигде на лице чешуя случайно не проклюнулась?

Аиша с серьёзным выражением взяла моё лицо в ладони и внимательно осмотрела мои глазки и моё личико.

– Глаза такие же необычные, как и раньше. Зрачок круглый, – изрекла драконица. – Лицо… чистое. Никакой чешуи.

И в этот момент вошла Милдред и застыла, рассматривая нашу композицию, как Аиша держит меня за лицо и будто собирается поцеловать.

Не-е-е-ет, пусть Милдред не надумает всяких глупостей!

– Простите, если помешала, несса, – с лёгким укором произнесла женщина и тут же продолжила, не позволив мне оправдаться и вообще что-то сказать: – Помнится, вы говорили, что ладите с животными?

Аиша отпустила меня и взяла в руки чашку с чаем.

Я же вздохнула и кивнула ей.

– Да, я ветеринар, – напомнила Милдред.

– К сожалению, в штате несс не держит ветеринара, да и он нам особо ни к чему, животные у нас выносливые и сильные, но вот сегодня случилось кое-что неправильное, и времени вызывать и ждать помощь некогда… Может быть, вы бы помогли…

Я напряглась.

– Милдред, что случилось?

– Одна кобыла не может разродиться. Роды начались раньше срока и проходят сложно… А кобыла хорошая…

Меня тут же, как ветром сдуло.