Текст книги ""Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Влад Тарханов,Алекс Ферр,Татьяна Михаль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 249 страниц)

Глава 22

АВРОРА

С детьми вопрос решила. Дала ребятам указания, что необходимо учиться, бездельем не страдать, хорошо себя вести и в неприятности не попадать. А вот последнее напутствие было больше для меня самой. Разошлись мы довольные друг другом. Возвращалась домой слишком уставшей – выжатой как лимон. А у дома моего дежурил Гастон. Первая мысль: «Только не это...». Следующая мысль: «Какие черти его принесли?». Третья: «Зачем он вообще тут?». И четвёртая мысль пришла уже злая: «А ведь я его сейчас натурально пошлю на икс, игрек и на одиннадцатую букву алфавита!». И выругалась мысленно. Не нравится мне поведение Гастона. Очень не нравится.

Мужчина увидел мою персону с очень недовольной моськой, и расплылся в улыбке, как Чеширский кот.

– Госпожа Даль! Прекрасная Аврора! Как я рад, что ты цела, здорова!

От его жизнерадостности и хорошего настроения у меня зачесались кулаки. Так бы и вмазала Гастону по носу, чтобы стереть с его лица эту самодовольную улыбку. Врезала бы именно так, как он меня и учил.

– Уже виделись, – напомнила ему и остановилась, не спеша открывать двери в свой дом.

– Господин Ли, у вас ко мне какое-то дело? Или вы просто мимо проходили?

– Ну же, Аврора, не будь занудой, – хмыкнул мужчина и прислонился плечом к

стене дома. – Я желаю узнать подробности твоей поездки к графу.

– Обойдётесь, – произнесла твёрдым и категоричным тоном. – Если это всё, то

давайте разойдёмся по своим делам.

Но Гастон – дубина.

– Нет, не всё, – опять он растянул губы в придурковато счастливой улыбке, демонстрируя лошадиные зубы. – Я, быть может, хорошо подумал и...

– О! Вы можете думать? – не удержалась от едкого замечания.

Гастон хохотнул, сложил руки на груди и продолжил свою гениальную мысль:

– Я подумал, что нам с тобой нужно отлично провести время. Понимаешь? Пока ты не стала женой графа Найтмэра, мы можем порадовать друг друга. А быть может тебе так понравится, что сделаешь меня своим любовником на постоянной основе. Обещаю, Аврора, о нас никто не узнает.

Его на охоте медведь укусил? Или быть может, дятел в голове у него дыру выдолбил, а мозги взяли и вытекли? Что удивительное Гастон всерьёз ожидал моего ответа. Причём я уверена, он считал, что я скажу ему «да»! Бог мой, да он реально ку-ку.

Нервно хохотнула, сжала кончиками пальцев виски. Так, тише, Аврора, успокойся. Нужно набрать побольше воздуха в грудь, выдохнуть и объяснить этому дубине, что ему не на что рассчитывать. От слова «совсем». Но поймёт ли он меня? Как же нервирует тупая назойливость. Внимательно посмотрела в лицо мужчины и меня посетила одна догадка. Нахмурилась, сжала руки в кулаки, отчего ногти до боли впились в нежную кожу и дикой кошкой прошипела:

–Гастон, мать твою, ты опять с кем-то поспорил?! И снова на меня?!

Он подвигал бровями и самодовольно протянул:

– На этот раз всё серьё-о-зно. Никаких споров, Аврора. Тем более, на тебя. Никакого вранья. Я перед тобой чист, как первый снег Севера.

Он отлепился от стены, развёл руки в стороны и крутанулся на мыске запыленного сапога, демонстрируя себя, как идеальный образец самца.

Тьфу! Я издала протяжный вздох, подняла глаза к небу и мысленно вопросила, почему кто-то там наверху издевается надо мной, подсылая этого неадекватного типа? Потом перевела взгляд на Гастона, который продолжал мне улыбаться и ждал положительного ответа. Сцепила руки в замок, одарила мужчину натянутой улыбкой и проговорила:

– Гастон, постой минутку, я сейчас попробую придумать что-нибудь достаточно тактичное и вежливое, но чтобы при этом оно выражало всю степень моего негодования, ярости и всего того, что я о тебе думаю... Проклятье... Похоже это надолго...

– Прекрати все эти сложности, Аврора, – усмехнулся мужчина. – Просто согласись. Всем будет хорошо. Обещаю, ты не пожалеешь. Тем более, я уверен, что твой будущий супруг не сможет удовлетворить тебя. А я смогу. Обещаю. Проверим?

Почему у меня в руках нет топора? Или, быть может, пригласить Гастона к себе и скормить его моему драгоценному цветочку?

Сложила руки на груди и сказала:

– Гастон, честно, я пытаюсь придумать вежливое оскорбление, которое звучало бы уместно, учитывая, какая неадекватная ситуация сложилась между нами. Точнее, это ты создал странную и даже тупую ситуацию. Но с каждым твоим словом и поведением мне всё больше хочется просто сказать, что ты, Гастон Ли, идиот. Короче, отвали от меня. Я не буду с тобой спать. Я не буду с тобой обсуждать свою жизнь. Я просто хочу, чтобы ты выкинул меня из головы и жил своей жизнью. Я понятно изъясняюсь?

Улыбка сползла с его надменного лица.

– Но почему?

Я издала стон отчаяния и проговорила:

– Всё, Гастон, исчезни. И дай мне пройти. В гости не приглашаю. На этом всё.

И только я вставила ключ в замочную скважину, провернула раз, другой, толкнула двери, сделала шаг, как охотник не дал мне войти в дом. Гастон сжал мой локоть, заставляя остановиться. Он держал крепко, но больно мне не сделал. Взглянула на него и одарила гневным взглядом. Мужчина же смотрел на меня напряжённо. Похоже, он пытался принять окончательно решение. Попытка высвободить руку провалилась с треском. Гастон не отпускал.

– Я не знаю, что произошло, Аврора, – заговорил он без привычного бахвальства. Его голос звучал по-иному, как-то излишне серьёзно. – После твоего отъезда меня словно по голове шандарахнуло. Я вдруг понял, что хочу видеть тебя в своей жизни. Хочу быть рядом.

От его признания мои брови взметнулись вверх.

– Ты особенная женщина, Аврора. Умная. Бесстрашная. Красивая. И с того дня, когда ты помогла разрешить спор, я понял, что... Что влюбился в тебя.

И он сразу отпустил меня. Но я стояла на месте и как овца бессмысленно смотрела на мужчину. Просто абзац. Не знаю даже, относиться к его словам и признанию как комплименту или пугаться его неожиданной любви, которая шарахнула его непонятно зачем и для чего и как докладывать Лиаму, что у меня появился навязчивый поклонник?

Тут же вспомнила всевозможные триллеры с сюжетом, где поклонники были отвергнуты, посланы на... в общем, далеко и они потом всех направо и налево резали и мочили. А этот тип, на минуточку, охотник.

– Гастон, сам граф, министр, король и вся королевская рать оторвут тебе голову и все причиндалы, если узнают, что ты пытаешься соблазнить невесту графа Найтмэра, – произнесла упавшим голосом.

Он пожал плечами и невозмутимо ответил:

–Никто не узнает.

Точно, Гастон – дубина.

– Проклятье, – простонала я, всплеснув руками. – Услышь меня, Гастон! Ты мне

не нравишься. Я не желаю видеть тебя в своей жизни. Слышишь? Понимаешь? Осознаёшь?

– Всё поправимо, Аврора. Я готов к твоей нелюбви. Я готов терпеливо ждать, когда ты поймёшь, что я идеальный мужчина. И как говорится, от ненависти до любви один шаг.

Он склонился к моему лицу, по-змеиному улыбнулся и прошептал:

– Я даже готов мириться с тем фактом, что ты будешь замужем. Но муж ведь не вечен, Ава. Тем более, граф-монстр. А монстров нужно либо сажать в клетку, либо уничтожать.

По моей спине пробежал холодок.

С этим типом нет смысла разговаривать.

– Хрен с тобой, Гастон, – процедила сквозь зло стиснутые зубы. Ткнула в него указательным пальцем и отчеканила: – Думай, что хочешь, мечтай, о чём и ком хочешь. Я своего мнения не изменю. А теперь вали отсюда, пока я вконец не разозлилась и не избавила этот прекрасный мир от твоего присутствия.

– Ты очень красивая, когда злишься, – слащаво произнёс Гастон.

Меня передёрнуло от его тона. Я вошла в дом и демонстративно захлопнула двери перед самым носом этого придурка. Дом встретил меня тишиной, ароматами трав, цветов... Только вот Гастон Ли умеет испортить настроение.

Поднялась в спальню и с облегчением выдохнула. Цветочек, каким был, таким и остался. Крошка плотоядный зубастик вёл себя хорошо. В отличие от Гастона.

Проверила почту. От графа нового письма не было. Что ж, зато от меня сейчас вести получит. Про Гастона решила пока молчать, a то мужчина решит, что я ходячее недоразумение.

Так-с, приступим.

«Дорогой Лиам, пишу тебе с удивительными новостями.

Не представляешь, какая интересная штука со мной приключилась...»

* * *

Я только закончила письмо, только успела его отправить, как ко мне пришли незваные гости. Кто-то настойчиво просился внутрь. Кто-то знал, что я здесь и не собирался уходить, пока не открою. Этот кто-то, кого я уже всеми фибрами своей души возненавидела, давил на кнопку магического звонка и трель разливалась по всему дому с нарастающим звуком.

– Иду-у-у! – рявкнула во всю силу лёгких.

От моего рычания встрепенулся кустик. Он зашевелил листочками, чуть склонил бутоны, будто его коснулся порыв ветра, и в моей голове прозвучал вопрос: «Мамочка злится и мамочку нужно защитить?». Меня передёрнуло.

Непривычные ощущения. Когда понимаешь, что это не твои мысли, не твои образы, как-то становится некомфортно.

–тМмм... Нет, всё в порядке, – ответила с тяжким вздохом. – Не нужно думать, что меня нужно защищать каждый раз, когда я не в настроении. Если понадобится твоя помощь, то я сама попрошу. А до тех пор не спрашивай больше. Это нервирует. И никого не трогай без моей просьбы. Договорились?

Пришёл смущённый ответ, что цветочек всё-всё понял и больше меня нервировать не станет и послал волну любви и обожания.

Я нервно рассмеялась, тряхнула головой и поспешила открывать дверь, а то от назойливой трели мозг взорвётся. Незваным гостем оказался уже знакомый мне инспектор. Это он в тот переломный для меня день принёс извещение о вызове на приём к министру МММ. И вот опять явился. Какого чёрта?

При виде мужчины я не смогла сдержаться и скривилась. Инспектор определённо всё понял, но никак не отреагировал на мою кислую мину. Наверное, он привык, что люди не рады его видеть. Да и кто в своём уме будет радоваться таким гостям, как представителям государственных структур? Настроение у меня было не ахти. А тут ещё этот явился. Сложила руки на груди и прямо в лоб спросила мужчину:

– Чем заслужила видеть вас, господин инспектор?

Мужчина склонил голову, очевидно, ожидая, что я впущу его, а я не собиралась его впускать. На это есть две причины.

Первая причина – это мой питомец. Вторая причина – да просто из вредности не хочется мне его приглашать. Потому как нутром чую, хороших новостей от инспектора ждать не стоит. И как в воду глядела.

– Госпожа Даль, вы приглашены на срочную встречу с министром МММ, -произнёс инспектор сухим, ничего не выражающим тоном.

Вздёрнула одну бровь, кивнула и ответила:

– Хорошо, я услышала. Завтра утром прибуду.

– Меня обязали вас сопроводить, – добавил инспектор. – Незамедлительно.

Та-а-к, это что-то новенькое.

– Незамедлительно? – переспросила у него. – К чему спешка?

– Госпожа Даль, не задерживайте министра. Экипаж здесь.

Он кивнул себе за спину, и я поджала губы. Действительно, служебный транспорт был у моего дома. А я и не обратила внимания.

Какого чёрта понадобилось министру? Неужели кто-то узнал о цветочке и уже доложили властям? Или дело в другом? Например, он узнал, что я ездила к графу, а министра не поставила в известность.

– А вы не знаете, почему он хочет встретиться так срочно? – сделала попытку узнать, какая муха цапнула господина Ханса.

– Не знаю, госпожа. Меня уполномочили сообщить вам о встрече и сразу же доставить. Повторюсь, вы заставляете министра ждать.

Их учат быть такими сухарями или это врождённое? И если честно, то очень плохо, когда не знаешь, что служит поводом для столь неприятной встречи. На минуточку, но меня ведь не могло быть дома. И вообще, не успела я вернуться от графа, как резко всем понадобилась.

– Я могла быть не дома, а в другом месте, – проговорила крайне недовольным

тоном. Я уже пожалела, что открыла инспектору. Прежде надо было выяснить, кто припёрся.

Инспектор глядел на меня равнодушно.

– В таком случае я бы отправил поисковик и нашёл бы вас, госпожа Даль, – ответил он с непробиваемой невозмутимостью.

Ой, как всё плохо. От его ответа я с силой сжала дверную ручку.

– Хорошо, подождите меня в экипаже, я сейчас переоденусь, возьму сумочку и выйду, – сказала я.

Инспектор ни слова больше не сказал, лишь развернулся и отправился в экипаж дожидаться меня.

А я закрыла двери, прислонилась к ней спиной и шумно выдохнула:

– Вот же засада.

Если дело в цветочке, то всё очень-очень плохо. И я не знаю, что говорить. И Лиам вряд ли быстро напишет ответ.

С другой стороны, будь дело в плотоядных розах, то ко мне бы пожаловал не инспектор с каретой. И меня бы не приглашали на встречу, а заломили бы руки и выволокли из дома, как отъявленную преступницу. Получается, министр узнал о поездке.

Что ж, это не так уж и страшно. Объяснюсь и даже порадую господина Ханса, что между мной и Лиамом пробежала искра и что свадьба будет по искреннему обоюдному согласию. Интересно, он порадуется?

На этой мысли отправилась собираться. Сначала проверила почту. Увы, Лиам пока не дал ответа.

Переоделась в консервативное, наглухо закрытое, очень скоромное платье. После переплела волосы. Собрала их в низкий тугой пучок. Взяла сумочку и перед уходом наказала питомцу вести себя тихо и мирно. Инспектор даже открыл передо мной двери. Сели мы в экипаж и отправились в министерство.

Что-то я часто стала там бывать.

Глава 23

АВРОРА

– Что значит «всё отменяется»?! Как это возможно?! Я подписала документы! – воскликнула, обескураженная новостью.

Несколькими минутами ранее.

– Благодарю, госпожа Даль, что вы явились незамедлительно, произнёс министр, едва я вошла в кабинет. Даже присесть не успела, как он обрушил на меня шокирующую новость: – Хочу вас обрадовать...

Господин Ханс умолк, позволяя мне прочувствовать важность момента, взглянул на меня исподлобья, и на этом этапе у меня сразу засосало под ложечкой.

– Хорошо. Радостные новости я люблю, – пробормотала озадачено и опустилась в кресло для посетителей.

Выжидательно уставилась на министра. И он стал терзать догадками и тянуть кота за яй... хвост.

– Сделка отменяется. Корона нашла графу Найтмэру другую невесту. Отныне вы свободны, госпожа Даль. Вы можете вернуться к своей обычной жизни и впредь ни о чём не беспокоиться. Кстати, за доставленные неудобства вам будет выплачена моральная компенсация.

Я захлопала глазами. Могла бы и ушами тоже бы захлопала, так как в моём сознании никак не могла уложиться данная кошмарная новость. Тряхнула головой, потом, находясь в состоянии ошеломления, посмотрела на министра и прошептала: – Погодите... Как это сделка отменяется? Какая ещё другая невеста? А как же я?

Тот пожал плечами и совершенно невозмутимо произнёс:

– Я уже вам сказал, всё отменяется. Потом он придвинул ко мне документ, сверху со стуком положил перо и добавил – Распишитесь, что ознакомились. Это соглашение о расторжении сделки. Подписывайте, забирайте свой экземпляр и можете быть свободны.

Вместо ответа я посмотрела на министра испепеляющим взглядом. Потом вскочила с места и рявкнула во всю силу лёгких: – Что значит «всё отменяется»?! Как это возможно?! Я подписала документы!

Господин Ханс гневно раздул ноздри и процедил:

– Не переломитесь, если подпишите новые документы, госпожа Аврора Даль. И помнится, вы не желали выходить замуж, так что теперь возмущаетесь? Для вас никаких последствий нет и не будет. Даже наоборот, компенсацию получите. Ну же? Подписывайте скорее. У меня ещё много дел.

Я была готова убить министра за эту новость. Сжала руки в кулаки, хотела было стукнуть ими по столу, и едва сдержалась. Радостная новость? Да это катастрофа!

Сделав глубокий вдох, взяла себя в руки. Вопли и ругань ещё никогда не приносили положительного результата. И решила всё же поговорить и поторговаться. Вернулась в кресло, заправила за ухо выбившийся локон и мило улыбнулась мужчине.

– Господин Ханс. Оливер, – позволила себе небольшую вольность. – Всё-таки я не понимаю. Почему вдруг всё отменяется? Я дала своё согласие на брак. Не поверите, но я даже захотела замуж за этого человека...

Лицо министра неожиданно приобрело жёсткие черты упрямства. Он заговорил и его голос прозвучал значительно твёрже.

– Как вы можете хотеть замуж за человека, которого ни разу в жизни не видели? И вообще, госпожа Даль, не разводите бардак. Подписывайте документ и уходите.

– Бардак? – отозвалась я эхом. Приложила руку к груди и выдохнула с возмущением: – То есть, по-вашему, это я занимаюсь тем, что срываю с места добропорядочных граждан, навязываю им сомнительные предложения, а потом всё отменяю?

Министр Ханс жёстко посмотрел на меня исподлобья, своим взглядом поднимая во мне дух бунтарства, и отчеканил:

– Не разводите драму, госпожа Даль. И повторяю: подписывайте документ и уходите. Я вам всё сказал.

И в наступившей тишине мы с ним схлестнулись яростными взглядами, плотно сжатые губы министра превратились в одну тонкую линию. Я скрипнула зубами. Все мои инстинкты завопили, что я должна, что угодно сделать, но не потерять Лиама!

А этот засранец Оливер Ханс, он просто безумец! Он не знает, что я уже познакомилась с графом, он мне понравился и более того, я обзавелась плотоядным и весьма опасным питомцем. И с этим «милахой» мне помочь может только Лиам! И вообще, я Лиаму тоже понравилась.

Чтобы снять напряженность, министр тихонько кашлянул и сказал:

– Госпожа Даль, дело не в вас лично. Депо в том, что корона нашла невесту из высшего общества. Девушка дала согласие вступить в брак с графом и тем самым корона приняла решение расторгнуть с вами договор.

Час от часу не легче. Покачала головой, вздохнула и спросила прямо:

– Господин Ханс, это снова не приказ короля, а его сына? Его Величество ещё не отошёл в мир иной, и принц ещё не занял трон. Или опять считать, что это приказ короля?

– Ваш сарказм неуместен, – ответил министр, устало откидываясь на спинку кресла. – Что вы от меня хотите?

– Мне не нужны одолжения, господин министр. Ни ваши, ни короны, -проговорила я в ответ.

Оливер Ханс вдруг поднял руку, останавливая поток возражений, которые уже готовы были сорваться с моего языка.

– Подумайте прежде, чем говорить дальше, госпожа Даль. Последствия ваших речей могут быть печальны. Для вас.

Ого. Угрозы пошли? Вот это да. Я скептически уставилась на мужчину. Подумала, усмехнулась и решила сказать правду:

– Господин Ханс, я не просто так возмущена отменой свадьбы. Дело в том, что я уже познакомилась с графом Найтмэром. И мы понравились друг другу. Очень понравились. И оба согласны стать мужем и женой.

Не сдержалась и расплылась в довольной улыбке, когда после моих слов министр вытаращил на меня глаза, побагровел весь бедолага и выдохнул сокрушённо:

– Что вы сделали?

А то! Шах и мат, вам, господин министр. Нечего меня к стенке припирать.

– Я могу повторить, – пропела ласково.

Господин Ханс выпрямился в кресле, как-то весь дёрнулся, стукнул ладонью по столу и прошипел:

– Это был риторический вопрос! Госпожа Даль, что вы натворили?! Вы пошли против протокола?

– Какого ещё протокола? – пробормотала невинно и накрутила локон на пальчик. В договоре не было ни слова, что я не имею права перемещаться по королевству, и даже слова не было написано, что я не имею права раньше оговорённого срока знакомиться с женихом. И никакого протокола тоже не было. Так о каком протоколе речь?

И не дала сказать министру, продолжила мысль уже серьёзным и жёстким тоном:

– И вы только представьте, как сильно расстроится граф, когда узнает, что его невесту, которая не испугалась его проклятия и которая ему пришлась по душе, корона решила вычеркнуть из его жизни и подсунуть ему другую кандидатуру.

Ха! Лиам не просто расстроится. Он придёт в бешенство. Я так думаю.

– Я хочу замуж за Лиама. Он хочет на мне жениться. А корона сменила ориентир. В связи с этим у меня вопрос: что делать будем, господин Ханс?

* * *

ЛИАМ

– Проклятье... – прошептали мои губы, когда я первый раз прочёл письмо Авроры.

По моей спине прошёл холод, и ужас ледяной хваткой сковал горло. На мгновение представил, что с ней могли сделать эти розы.

– Проклятье! – выругался с глухим рычанием, прочитав строчки более внимательно.

Волк внутри заволновался, заметался, начал царапать горло, из которого прорывался звериный рык. Я сам был далёк от спокойствия. Постарался посадить своего зверя обратно на цепь, и мыслить спокойно. Нервным шагом измерил свой кабинет. Вернулся к столу. Аккуратно сложил письмо Авроры, убрал его в шкатулку и опустился в кресло. Стиснул челюсти и сжал руки в кулаки. Прикрыл глаза и шумно выдохнул.

Нужно было давным-давно найти способ избавиться от проклятых роз! Перевернуть изнанку мира, обойти все пределы, прошерстить все близлежащие миры и найти способ уничтожить эту заразу!

Волк внутри утробно зарычал. А ехидный внутренний голос подбросил мысль: «И вернулся бы с новым проклятием?»

Волку не нравилось, что я сижу и бездействую. Он не понимал, почему я отпустил Аврору. А если отпустил, то почему не последовал за ней? Зверю были неведомы правила и ограничения людей.

Взъерошил волосы и постарался не обращать внимания на бушующие инстинкты волка. Зверь требовал сейчас же всё бросить и мчаться к ней. Ведь Аврора в опасности! Нужно было лично проводить её за пределы графства! Дурень!

Я даже в страшном не мог представить, что ей придёт в голову взять, как она назвала это в письме «образцы уникальных роз». И что отвезёт проклятое растение в столицу!

Почему куст её не убил – я не знаю. Но я бесконечно рад, что с ней всё в порядке. И я не имею ни малейшего представления, почему это проклятое растение её слушает, даже с ней общается! Но определённо, оставлять всё как есть нельзя. Она спросила, что делать. Ведь за опасное неизвестное растение могут не просто оштрафовать... Вздрогнул от страха за неё.

Вскочил на ноги и снова начал ходить по кабинету как загнанный зверь. Волку не нравилось, что я как болван бегаю по закрытому помещению, зверь бы сейчас предпочёл простор. Предпочёл бы размять ноги, проветрить голову, чтобы пришла правильная мысль. Волк пытался меня убедить, что так нужно, чтобы я выпустил его. Но я знал, что если сейчас спущу его с цепи, он помчится не в лес, он помчится к Авроре. Зверь утробно зарычал, вновь забился, заметался внутри, пытаясь прорваться наружу. Стремительно менялось моё тело. Волк вот-вот возьмёт верх.

«Дыши! Дыши тупое животное!» – приказал сам себе, безжалостно загоняя волка обратно.

Зверь был раздражён, безумно зол на меня на человека. Он не понимал моих поступков, считая их примитивными и даже тупыми. Для волка сейчас ничего не было важнее и главнее безопасности Авроры. Я понимал своего зверя и пытался с ним договориться.

Он прав, во всём прав, но проклятые условности связали меня по рукам и ногам. Нарушать их нельзя. Договорённости с короной, да ещё магические -нерушимы. Я не имею права сорваться и приехать к невесте. Она – может.

Весь дёрганный и раздражённый на самого себя вернулся к столу, взял бумагу, перо и начал писать ответное письмо.

Я знаю, что делать, чтобы защитить её. Есть способ утаить опасное растение, чтобы оно не причинило никому вреда. Потом Аврора возьмёт куст с собой и, уже здесь на своей земле я с этим монстром справлюсь.