Текст книги ""Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Казьмин

Глава 22

– Я сомневаюсь…

– Не сомневайся.

– Нет, я правда…

– Тише, тише.

– Но…

– Всё, что тебе требуется – довериться мне, – интимно шептал мне на ухо грубый мужской бас, пока я нервно сжимал вспотевшими ладонями сложную кожаную сбрую, в которую меня одели, словно какого-то скакуна.

– Легко сказать, – пробурчал я, окончательно сдаваясь на милость Фортуны. Раз уж согласился, то смысл дёргаться в последний момент? – А если…

– Всё будет хорошо, – вновь оборвал меня голос из-за спины. – На счёт «три»! Один… два… и-и-и-хха!

Сволочь! Где «три»? Где «три»⁈ Боковым зрением я успел заметить всплеск маны, а потом меня резко дёрнуло вперёд и ввысь. Земля резко ушла из-под ног, закрутилась, заставив мой желудок подпрыгнуть куда-то в район кадыка, но уже спустя пару мгновений заняла положенное место. Увы, не прямо под моими ногами, но хотя бы примерно внизу, а не сбоку или сверху. Да и желудок на своё положенное место возвращался крайне неохотно.

После того, как меня перестало мутить и я смог более-менее адекватно воспринимать окружающий мир, первым моим позывом было – заорать. Спроси меня кто всего лишь пару минут назад – и я бы гордо сказал, что высоты не боюсь совершенно. В конце концов, дело-то привычное. Сначала всё более высокие прыжки при помощи Полёта, потом путешествие по орочьим лесам… скакать по веткам и проводить практически без перерыва дни и недели на высоте минимум в десяток метров – это сильно заглушает живущий внутри любого человека подсознательный страх высоты.

Но как оказалось, всё моё бесстрашие было довольно… хрупким.

Когда земля удаляется с такой скоростью, будто тебя запустили из катапульты, когда под ногами нет надёжной (или хоть какой-то) опоры, когда ты достигаешь такой высоты и скорости, что иллюзия контроля рассыпается в пыль… ведь здесь уже не получится в любой момент скастовать Полёт или уйти в тени: даже если это и спасёт от бытия мясной лепёшкой, то лишь частично… тут моё бесстрашие всё-таки спасовало.

И на мгновение я даже поддался импульсу заорать от страха. К счастью, этот мимолётный импульс был убит на корню (и жесточайше расчленён) мощным порывом ветра, буквально вбившим мне обратно в глотку мой отчаянный вопль.

Ну а дальше я всё же сумел обуздать свой страх. Помог и тот факт, что времени паниковать уже не было – цель была уже совсем близко.

Какая цель?

Разумеется, гномья армия. Хотя назвать её полноценной армией было сложновато – так, что-то около людского полка. Даже не полторы-две тысячи, как мне казалось со стен Лепестка, а скорее ближе к тысяче. Но после разгрома у Белой Речки недооценивать гномов больше не собирался никто: коротышки уверенно доказали, что бьют не числом, а умением. Так что эту формально небольшую подмогу людское командование восприняло всерьёз.

И отправило спецотряд Ушастых. Для начала.

Спецотряд делился на две части: на лучших (и самых отбитых) рунных мастеров Воздуха, что смогли наскребсти со всей армии, и на «массовиков-затейников» – то бишь, дальнобойных магов с массовыми заклинаниями. Системными заклинаниями, разумеется. Ибо формально в последнюю категорию можно было отнести любого рунника… но именно с массовыми заклинаниями у рунников было всё традиционно хреново. Без возможности прокачивать эффективность рангами, любые более-менее масштабные заклинания жрали столько маны, что неизбежно требовали объединения резервов нескольких сильных магов, а значит, и удобство, и простор для их применения ужимался до весьма небольшого количества ситуаций.

Для примера, я как-то интересовался у Пушистика, сколько сил от неё потребует создать аналог моего Шторма(тогда – всего лишь четырёхрангового). Та хмыкнула, что-то прикинула на пальцах, и сказала, что не меньше тысячи единиц. И это для мага с неплохо прокачанными навыками магии Воздуха и Электричества – хотя бы около десятки в каждом. То есть, уже тогда Шторм выигрывал по эффективности у рунных аналогов (справедливости ради, это было скорее исключение из правил: большинство других системных заклинаний обычно начинали переигрывать рунников ближе к уровню десятому-пятнадцатому). На четвёртом ранге! Что уж говорить о текущем шестом?

В общем, да, меня абсолютно логично засунули в «массовики-затейники».

Схема же нашей общей работы была проста и незамысловата. И отработана… теоретически. Придумали её совсем недавно, почти сразу после того, как один гениальный (и сумасшедший) маг Воздуха доработал старый конструкт, чтобы… хм… запускать самого себя в воздух. Ну, нравилось ему летать с огромными скоростями – такими, каких не достигнешь никаким Полётом и его рунными аналогами. Какое-то время он утолял жажду этих скоростей, поднимаясь как можно выше и пикируя вниз без поддержки заклинаний, как отбитый на голову ястреб, но всё-таки что-то его в этом варианте не устраивало. Вот он и придумал эдакий аналог магической катапульты, который он испытывал и полировал добрых несколько лет, чтобы и разогнаться до невероятных скоростей, и при этом чувствовать себя… ну, не сносно, но хотя бы не терять сознание от запредельного ускорения. Маны этот конструкт жрал порядком, так что использовать его мог далеко не каждый. Да и никто особо не стремился… пока о нём не прознали военные.

Придумка вояк заключалась в следующем: у большинства магов-"массовиков' было две больших проблемы. Первая – как незаметно (или очень быстро) подобраться к большому скоплению врагов (а к маленькому подбираться смысла не было) и ударить до того, как те выставят щиты или попытаются грохнуть тебя превентивно чем-нибудь дальнобойным. Вторая – как убраться с просаженным резервом от выживших (и весьма рассерженных) врагов после успешного удара подальше и побыстрее. Обычно такие проблемы решали разбиением магов на тройки с соответствующей специализацией – один атакует, второй защищает, третий маскирует или быстро перемещает. Это худо-бедно работало, но всё же не всегда и не везде – враги-то тоже не дураки, и тоже использовали такие формации, и прекрасно понимали плюсы и минусы такой схемы. Например, что специализации обычно были довольно размытыми – эволюцию заклинаний никто не мог предугадать, так что любой маг был хоть чуть-чуть универсалом. Или что тройка чаще всего была непостоянной и не особо сработанной – ведь вне боевых действий маги были раскиданы по тем подразделениям, где могли принести наибольшую пользу. А любая несработанность – это риск, а на риск сильные маги идут неохотно… в общем, много было нюансов, в которые я не успел погрузиться – мне и эти-то рассказали по-быстрому временные коллеги, пока мы добирались до места запуска в виде небольшой рощицы неподалёку от места, где должны были пройти гномы.

У новой придумки нюансов и рисков было не меньше (а то и больше), но её всё же решили для начала опробовать. Как минимум, у неё был неплохой потенциал в том плане, что она требовала меньше сработанности между участниками: два человека в группе – не три, накладок должно быть поменьше… опять же, сугубо теоретически. А ещё она должна была сработать как минимум в первый раз. Просто потому, что никто, кроме самых отъявленных параноиков, не ожидает, что в любое мгновение над армией с огромной скоростью пронесётся группа магов, обрушит сверху массовые заклятия и унесётся дальше в закат. Нет, за воздухом следят, реальных и потенциальных летунов отследить над плоской равниной достаточно несложно, и всегда можно успеть среагировать и подготовиться. По крайней мере, так было раньше. Потому что в нашем случае успеть среагировать было практически невозможно. Это на земле врагов под ускорением обычно отслеживают летучие отряды разведчиков, способные быстро подать сигнал основным силам (а те как раз успеют сами ускориться и среагировать). Но вот за воздухом мало того, что следят меньше, так ещё и следят в основном непосредственно из самой армии, а не разведкой издалека.

То есть, мало того, что у врагов меньше времени на реакцию и установку щитов, так ещё и мы летим быстрее, чем бежит какой-нибудь маг под ускорением. Идеально.

Теоретически.

И вот теперь мы, «массовики», привязанные специальной сбруей к напрочь отбитым магам Воздуха, мчимся с огромной скоростью в сотне метров над землёй. Изначально я думал, что запуск каждой такой парочки будет синхронизирован отдельно, в зависимости от кучи факторов – от силы «летунов», от дальности действия заклинаний «массовиков», от того, какая точка атаки назначена каждому… ну, чтобы нанести максимальный урон практически одновременно и по всей армии разом. Логично ведь.

Но когда я озвучил эти мысли, глава Ушастых расхохотался. Настолько искренне и беспардонно, что я даже немного смутился.

В общем, да, как мне вкратце объяснили, такая синхронизация даже в голове звучала довольно сложно, а уж в реальности это было практически невозможно. Точнее, возможно, но на текущий момент – сугубо теоретически. Если бы связки из магов были постоянными; если бы подразделение тоже было постоянным и тренировалось заранее хотя бы пару месяцев (а не пару недель, да еще и по остаточному принципу); если бы эти тренировки были хорошенько продуманы и подобраны индивидуально, чтобы не просто развивать все подряд, а делать упор на отстающие навыки и характеристики, чтобы подтягивать их до среднего уровня… в общем, слишком много «если». Возможно, когда-нибудь потом из этого что-то и выйдет. Но не сейчас.

Поэтому нас запустили всех разом. Разве что высоту полёта всё-таки немного подкорректировали индивидуально. Во-первых, незачем излишне рисковать тем, кто может этого не делать: если ты можешь дотянуться и бахнуть по врагу с высоты метров в двести, а твой сосед должен царапать пузом верхушки деревьев, то это проблема соседа, а не твоя. Ну а во-вторых, это дополнительно «размыло» плотно летящую группу, снижая общие риски в случае ответки.

Момент атаки отдали на откуп первым, кто долетит и дотянется, а остальные должны были подключаться по своему разумению.

В этот момент мои мысли были прерваны самым наглым образом: мой летун пальцем ткнул мне в ребра, да так, что я аж охнул. Значит, остались считанные мгновения. Я тут же вывернул шею и, прищурившись, вперил в землю слезящиеся от ветра глаза, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

Цель разглядеть оказалось на удивление несложно. Толпа блестящих на солнце фигурок, закованных в сталь, и сама по себе была прекрасной целью, а сейчас ее дополнительно выделяли сразу два разворачивающихся заклинания: кто-то успел долететь и отстреляться раньше нашей пары.

На авангард армии падала пылающая огненная сеть странного синеватого оттенка – небольшая на фоне целой армии, но выглядящая крайне опасно. В арьергарде же уже кружилось нечто наподобие моей Вьюги, но раза эдак в три больше. Подозреваю, и температура там соответствующая. Потому как мою версию Вьюги, например, запускать сюда большого смысла не имеет: я прекрасно помню погоду в гномьих горах, и уверен, что сопротивление холоду у любого гнома (и уж тем более – у их воинов) развито до таких величин, что особого эффекта моё заклинание не произведёт. Максимум – кого-нибудь обморозит. Слегка. А вот эта версия, куда более прокачанная, глядишь, и продавит сопротивление хотя бы у части.

Ну а если не продавит – так хотя бы внесёт сумятицу и не позволит защититься или дать отпор. Попробуй, пойми, куда ставить щиты или в какую сторону отвечать, когда всё вокруг заполнено слепящей белоснежной круговертью…

Все это промелькнуло у меня в голове, пока потоки маны уже с огромной скоростью вытекали из моих резервов – пользуясь возможностью, в Шторм я щедро слил всё, что у меня было, в ноль. Да, перегруз сильно больших преимуществ не давал – там даже не полуторный коэффициент, а куда меньший, да ещё и навык магии Воздуха не особо прокачанный – но при такой плотности строя врага добавочные метр-два радиуса позволят захватить лишний десяток гномов. А это уже весомо. Над армией и внутри неё уже вспыхивали первые щиты, защищающие мелкие отряды, так что я торопливо швырнул сформированное заклятие куда-то в центр, выбрав место, где щитов еще толком не было. Дождавшись, когда спустя мгновение в этой точке развернулся сверкающий молниями ураган, я расслабился и отвернулся. Половина работы сделана.

А пока мы летим дальше, можно расслабиться и наблюдать, как закрутился счётчик уведомлений в интерфейсе… Хм, что за странный звук?

– М-мать! – невольно вырвался из меня вопль, и тут же унёсся прочь в ревущем потоке ветра. Мой летун, явно увидевший источник этого крайне угрожающего рокота, перекрывающего даже гул ветра в ушах, заложил крутой вираж, и земля с небом вновь закрутились перед моими глазами.

Я зажмурился, стиснув зубы и ругаясь про себя последними словами. Потащило же меня геройствовать… Сбоку что-то тонко взвизгнуло, воздух резко стал сухим, холодным и… мёртвым? Демоны, это явно что-то не самое типичное – не банальные Лёд или Вода, скорее уж Смерть или вовсе что-то межстихийное. К счастью, мой неплохой набор сопротивлений вполне успешно выдержал это что-то. Да и задело нас, скорее всего, лишь краем…

Стоило воздушным кульбитам прекратиться, я приоткрыл глаза и устало застонал: армия осталась далеко позади, а вот мы летели подозрительно низко, пусть и сильно сбросив скорость… а ещё, скосив взгляд, я увидел, что мой летун подозрительно бледный и обмякший… да и вообще, кажется, потерял сознание ещё пару мгновений назад. Либо его задело чуть сильнее, либо просто не хватило сопротивлений.

– Дерьмо, – мысленно вздохнул я, глядя как мы уже не просто снижаемся, а вполне полноценно падаем.

Маны ноль. Времени на раздумья ноль. Ну, может, чуть больше нуля. Прижав руку к груди, я нащупал собственный накопитель, наспех зашитый во внутреннем кармане (мало ли, выпадет в воздухе – где его потом искать?). Ткань сильно мешала удерживать ровный поток маны, так что, несмотря на напряжение всех сил, за отведённое мне мгновение я успел вытянуть буквально единиц тридцать. Ну, вкладывать эти крохи в Полёт или Реку теней особого толку нет… так что, подняв руку, я извернулся и отвесил пощечину своему партнеру, одновременно использовав Восстановление. Давай, дружище, спасай наши задницы!

Дальнейшее заняло считанные секунды, но в моём восприятии почему-то растянулось так, словно я активировал слабенькую версию Ускорения. Хотя двигаться с такой же скоростью я всё равно не мог, но вот увидеть и прочувствовать каждый момент – более чем.

Вот летун встряхивает головой и осоловело моргает: моё заклинание хоть и мощное, но всё же действует не мгновенно.

Вот в его глазах медленно проступает понимание ситуации, а вместе с ним – ужас и паника. Он рефлекторно дёргается, и лишь недавно прекратившаяся болтанка начинается вновь: нас закручивает вокруг своей оси и мы штопором мчимся к быстро приближающейся земле. Относительно пологое снижение окончательно превращается в падение.

Мир закручивается вокруг, сливается в мутную полосу, из которой взгляд периодически выхватывает отдельные яркие фрагменты. Голубой кусок неба, слепящий блик весеннего солнца, случайное белоснежное облачко, зелень травы, покрывающей равнину под нами… фиолетовая вспышка маны, ухваченная мистическим взором.

Последняя вселяет робкую и немного вялую надежду. Не знаю, что успел сделать мой напарник, но что-то успел. Скорость падения резко замедлилась, я почувствовал на мгновение, будто меня растягивают два великана – один тянет вниз, другой вверх… а потом калейдоскоп пятен резко замедлился, и из него практически исчез зелёный цвет. Зато голубой занял большую часть поля зрения.

Последней моей мыслью было «либо это очень хорошо, либо крайне хреново».

А потом мир погас.

Глава 23

– Вот дерьмо…

Очнулся я довольно быстро. По крайней мере, солнце не успело пройти по небосводу хоть сколько-то заметное расстояние, мана тоже толком восстановиться не успела… да и труп под моим телом едва-едва начал остывать.

Какой труп? Моего напарника, разумеется. Честно говоря, мне было крайне стыдно, но я даже имени его не запомнил, а ведь он, по сути, спас мне жизнь – сначала замедлил полёт, а потом собственным телом смягчил мне падение. Впрочем, сильно сомневаюсь, что это был его сознательный выбор. Чистая случайность. Учитывая, как нас болтало и крутило во время падения, ни о каком контроле там и речи не шло.

Увы, совсем без травм я обойтись не смог. Мягко говоря. Так-то человеческое тело – далеко не мягкая подушка. Не будь у меня прокачана каменная кожа, меня могло, например, проткнуть осколками костей напарника – я явно ощущал, как мне в бок упирается что-то острое, упорно пытаясь прорвать мою защиту. Рёбра, наверное. Не то чтобы это меня сильно интересовало, но посторонние мысли помогали хоть как-то отвлечься от вездесущей боли.

А болело у меня… ну, примерно всё. Но поднимать голову и хоть как-то шевелиться, чтобы оценить повреждения получше, я не рисковал. Во-первых, я и так прекрасно понимал, что состояние у меня хреновое – например, скосив глаза, я прекрасно видел изогнувшуюся под неестественным углом левую руку, смотревшую в небеса. Во-вторых, по ногам проходили волны нехороших мурашек, а поясницу-то и дело простреливало острой болью даже от медленного и спокойного дыхания. Спасибо Тинни и её урокам, вероятный перелом позвоночника я распознал пусть и с некоторым сомнением, но всё же предпочитал лишний раз не шевелиться. От греха подальше.

Наконец, спустя минут десять отдыха (ни о какой медитации тут и речи не шло), то и дело прерываемого вспышками боли, я сумел восстановить достаточно маны, чтобы перегрузить Восстановление сразу раза в четыре. Был соблазн подлечиться сразу, как откатится заклинание, но, поразмыслив, я решил лучше перестраховаться и влить маны с запасом: судя по самочувствию, навык деревянной плоти худо-бедно защитил внутренние органы, так что основная работа предстоит с костями. Боюсь даже представить, сколько у меня переломов и трещин, но это именно тот тип повреждений, с которым заклинание справляется хуже всего. Поэтому такое лучше лечить крупными рывками, а не понемногу-помаленьку. Особенно с учётом болезненных ощущений в процессе…

Отбросив лишние мысли, зажмурившись и стиснув зубы, я влил всё накопленное в Восстановление. Концентрировать в одном месте не стал – пускай лечится всё тело. Куда нужнее – туда поток и направится. Да и в целом, без понимания лучше не вмешиваться в работающее заклинание. Например, решу сначала на руке сосредоточиться, а у меня где-нибудь в животе внутреннее кровотечение и я вот-вот потеряю сознание… хотя это, конечно, маловероятно. Регенерация прокачана уже достаточно, чтобы выжить даже без внешнего лечения. Теоретически. При достаточном питании. Только вот регенерация не вправит мне руку, и неправильно сросшиеся кости потом придётся ломать заново. Да и еды у меня при себе толком нет, и вообще…

Последняя мысль прервалась влажным хрустом и вспышкой яростной боли в руке.

– М-м-м!

От того, чтобы завыть в голос, меня удерживала лишь бившаяся в голове мысль о том, что не так уж далеко мы улетели от гномьей армии. А коротышки сейчас должны быть очень, очень злыми…

Щелчок – и боль резко уменьшилась, заставив меня кое-как разжать сведённые судорогой челюсти и выдохнуть. Осторожно повернув голову, я поморщился. Ладно, одного заклинания, даже перегруженного в несколько раз, тут явно маловато. Рука, пусть и приняла положенную природой форму, выглядела весьма неаппетитно – синеватая, опухшая… да и пальцы шевелятся кое-как.

Не спеша принимать сидячее положение, я продолжил осторожно крутить головой, чтобы худо-бедно осмотреть и себя, и местность вокруг. Ну, на первый взгляд – мне повезло. Мы рухнули не посреди равнины, где были бы видны на километры вокруг – трава ещё не выросла достаточно высоко, чтобы скрыть наши бездыханные тела. Не в одной из десятков рощиц, раскиданных вокруг Цагатта – пусть там мы были бы прикрыты от случайного взгляда, но и приземление могло оказаться куда более неудачным. Представив, как наши тела с огромной скоростью нанизываются на случайный сук или верхушку дерева, я невольно поморщился: от такого и каменная кожа не факт, что спасла бы.

Но… пронесло. Мы упали в крохотном овражке, промытом весенними ручьями. С месяц назад при некоторой толике неудачи мы могли приземлиться ровно в такой ручей и захлебнуться в нём – пусть без сознания я провёл совсем немного времени, но этого бы вполне хватило. Но сейчас внизу осталась лишь подсохшая грязь, сквозь которую кое-где пробивалась трава. Думаю, эта грязь добавила нам ещё немного шансов выжить – всё ж таки падать в неё было помягче, чем на сухую землю.

Ещё десять минут (на этот раз я смог худо-бедно помедитировать и высосать остатки маны из накопителя), ещё одна доза Восстановления – и я осторожно расстегнул набухшие и заскорузлые от крови кожаные ремешки. Скатившись, наконец, с трупа напарника, кое-как поднялся на четвереньки, стараясь не опираться на ещё не зажившую толком руку. Бросив взгляд на бездыханное тело коллеги, я вздохнул и невольно передёрнул плечами. Мда… у бедолаги не было шансов. Судя по состоянию тела, на физические характеристики и защитные навыки он явно не налегал. С другой стороны, в определенном роде ему повезло – вместо болезненной и не самой быстрой смерти от кучи травм и переломов, он умер практически мгновенно, воткнувшись головой в склон оврага и банально свернув себе шею.

На ноги я вставать не рискнул – уж больно крохотной был этот овражек. Считай, извилистая ямка в земле. Мне по пояс, не больше. Выглянув наружу, оглянулся и невольно крякнул. Гномов в округе видно не было. Ни одного. А вот в стороне Цагатта, помимо мельтешения крохотных точек, то и дело что-то вспыхивало всеми цветами радуги. В основном, конечно, красно-оранжевым. Шум битвы с такого расстояния я не слышал, но и без того было понятно, что оставшиеся гномы, видимо, плюнули на поиски разлетевшихся диверсантов (тем более что большая часть должна была успешно вернуться к основной армии) и поспешили на помощь своим зеленокожим союзникам.

Немного расслабившись, я отполз немного в сторону от начинающего попахивать трупа и вновь улёгся на землю, выбрав место посуше. Смысла куда-то двигаться сейчас попросту не было. Раз меня активно не ищут, то можно спокойно долечиться, восстановить ману – и уже тогда направиться в сторону разгорающейся битвы. Учитывая её масштабы – часок-другой точно потерпят. Да и не то чтобы я горел желанием туда идти, на самом-то деле. Сломанную руку припекало равномерной, зудящей болью, а в поясницу то и дело стреляло яркими, болезненными вспышками (слава богам, что хотя бы мурашки и онемение в ногах прошло). И с каждой такой вспышкой в голове усиливался предательский шепоток – мол, ты на сегодня своё уже отлетал, остальные и без тебя справятся. Пожалуй, этот голос мог бы даже одержать победу, если бы не тот факт, что в той стороне сейчас сражается брат… и Энигма… и ребята-гварды… да и много кто ещё. За прошедшие недели я успел неплохо поладить с множеством достойных людей среди защитников Лепестка – ничто так хорошо не сближает, как общий враг и совместная работа плечом к плечу.

Поэтому я лежал и медитировал, то и дело выходя из транса и прислушиваясь: мало ли, вдруг часть гномов таки отправили прочесывать округу? Слегка восполнив резервы, пусть и едва на треть (мой резерв уже начал приближаться к девяти сотням единиц), и ещё пару раз скастовав Восстановление, я, наконец, решил заглянуть в интерфейс. Системных сообщений после удара мне насыпало огромную кучу, но на тот момент мне было вот вообще не до них. Да и навряд ли там оказалось бы что-то полезное – скорее всего, лишь десятки уведомлений о получении опыта, как и всегда при применении Шторма. Ну, может ещё получение нового уровня где-то там затесалось… но навряд ли. До следующего мне было ещё далековато.

Однако реальность сумела меня удивить. Крайне неприятно.

Вы приняли участие в убийстве Морриса Кир Наус, обладающего Даром «Жертвы». Ваш баланс чжэн-ци пересматривается (согласно балансу убитого и вашему вкладу в убийство). Ваш баланс уменьшается на 358 единиц.

Конан недоволен вашим действием! Отношение Конана −4!

Гаррет недоволен вашим действием! Отношение Гаррета −3!

…

Креол, покровительствующий убитому, разъярён вашим действием! Отношение Креола −12!

Фортуна недовольна вашим действием и разочарована в вас! Отношение Фортуны −7!

На вас накладывается малое божественное проклятие. Все базовые характеристики снижены на пять единиц. Скорость восстановления маны снижена на 5 %. Все заклинания ослаблены на 5 %. Срок действия проклятия – месяц.

Я закрыл интерфейс и стиснул зубы. А я-то думал, что немного путающиеся мысли и лёгкая слабость, оставшиеся даже после трёхкратного лечения – это результат ранений. Потеря крови, все дела… но, судя по всему, не только. Все наложенные штрафы – это, конечно, не особо много, но это ведь, по сути, неполноценное проклятие. Тем более – для моих текущих характеристик. Скорее… это способ богов показать своё недовольство. И намекнуть, что «малое» при дальнейшем нехорошем поведении может трансформироваться в «среднее», а то и «большое».

– Недовольны они, – прошептал я, сжав кулаки и глядя в небо. – Ну так вмешайтесь! Прекратите войну, покажите своё «недовольство»! Не мне покажите – остальным!

Небо надменно промолчало в ответ.

Зло втянув воздух носом, я постарался успокоиться. Хорошо… хорошо. Убивать обладающих нельзя. Вообще нельзя. Никак. Приму это как факт и постараюсь… что постараюсь? Обходить их на поле боя? Так поди пойми, кто там мой невольный коллега по Дару в мясорубке! Не швыряться массовыми заклятиями? Ну, Шторм всё равно в откате, так что в этой битве уже и не покидаюсь. А что ещё я могу сделать? Отойти в сторону, боясь проклятия? Я бы и рад, но Риман и остальные всё ещё там…

Я замер, ухватившись за случайную мысль. Боязнь проклятия… хм… а только ли мне следует его бояться? Или обычным разумным тоже? Медленно моргнув, почесал менее пострадавшей рукой подбородок. Скорее всего да, иначе это было бы странно и совсем несправедливо. Но почему тогда до сих пор никто ни разу про это самое проклятие не говорил? Предположения были, но чётких доказательств и очевидцев – ни одного. А ведь это ещё более странно. Ладно я, ладно вояки Лепестка – у орков, насколько я понял, обладающих было немного, и нам могло просто повезти ни разу ни одного из них не грохнуть. Но неужели никто из людей никогда раньше этого не делал? А если делал – почему об этом не знал ни Риман, с его доступом к сведениям Щита и Кинжала, ни Альт с Сильфией, с их прямым доступом к верхушке аристократии и чуть ли не самому императору?

Поразмыслив, я пришёл к двум более-менее логичным вариантам. Либо боги не карали за убийство слабых обладающих, и каким-то чудом раньше убивали только таких… либо до какого-то момента не карали вообще. Например, до «отсева». Учитывая, что последний был относительно недавно – это звучало хоть немного правдоподобно. Теперь оставался лишь вопрос – что мне делать с учётом новой информации?

* * *

К битве я опоздал. Чтобы двигаться быстро, требовалась мана, а ману я берёг и копил для возможных стычек по дороге… да и вообще, думал, что сражение затянется. Люди не стремились к победе любой ценой – первоочередной задачей было скорее снизить напор на Лепесток и дать защитникам передохнуть. У орков же имелась относительно удобная позиция, остатки стен Цагатта и развёрнутые защитные купола – в защите они могли просидеть достаточно долго. Если бы захотели.

Но орки и защита – понятия не особо совместимые. К тому же часть лагерей была вынесена за пределы города, эвакуировать их было бы слишком долго, а людская армия должна была быть измождена после долгого перехода… в общем, судя по всему, орки решили принять бой в чистом поле. И вот, спустя примерно час пути, я, присев в кустах, смотрел на это… некогда чистое поле. Сейчас чистым его не назвал бы даже самый отъявленный оптимист.

Земля была перепахана, обожжена, обморожена, опалена светом и побита градом. Воронки от взрывов, рвы и ямы, созданные магами Земли, вмятины от чего-то наподобие воздушных кулаков… каждый кусочек поля боя при пристальном рассмотрении мог поведать о каком-то интересном заклинании. Вот большой, в несколько метров диаметром, круг из серого праха – судя по всему, здесь бахнули чем-то серьёзным из школы Смерти. Вот огромные, с кулак, градины, покрытые кровью и отблескивающие металлом. Вот яркий, выбивающийся из мертвого окружения, кусок зелени – но не травы, а чего-то вроде толстых лиан, связанных друг с другом в единую, подозрительно правильную сеть. И, судя по едва заметным с такого расстояния шипам и десятку трупов, застрявших в этой сети – растеньица далеко не простые.

Честно говоря, представшая передо мной картина вызывала больше вопросов, чем давала ответов. Почему битва завершилась так быстро? Почему трупов так мало? Ну, в масштабах армий, конечно. Примерно в пределах тысячи с каждой из сторон, не больше… скорее даже меньше. И кстати, почему эти самые трупы никто не убирает? Обе армии просто… разошлись в разные стороны, будто в смятении. Орки вернулись в город, люди же немного отошли и начали обустраивать лагерь в нескольких километрах от стен.

Бросив взгляд в сторону города, я вновь убедился, что золотистый купол защиты всё ещё сияет над Лепестком, а его обстрел практически прекратился. Значит, о Римане и остальных можно пока не волноваться. Помявшись в раздумьях, я всё же нырнул в тень и помчался в сторону людской армии. Если кто-то и сможет ответить мне на вопросы – так это они. В замке, скорее всего, никто ничего не знает. Не у орков же спрашивать?

Потратив немного времени на объяснения с патрульными и часовыми, то и дело попадающимися по пути, я заодно выведал направление к шатру графа Лессерского. Туда и направился. Сначала думал по дороге узнать хоть что-то у простых солдат, но… все вокруг были будто мешком пришибленные. Разговаривать со мной никто не горел желанием, отвечали односложно, а вместо ожидаемого гула, ругани и грубых шуток, сопровождающих любое большое скопление солдат, в лагере царило необычное молчание. Все обустраивались и работали… ну, не в мёртвой тишине – всё равно шума было достаточно. Стоны раненых, окрики и разговоры были слышны с разных сторон. Но почти всё – исключительно по делу. Лишь в нескольких местах я заметил негромко обсуждающие что-то группки воинов, но и те быстро прекращали болтовню и брались за работу (ну или хотя бы имитировали это), стоило мимо пройти случайному офицеру.