Текст книги ""Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Казьмин

Но когда громкие и злые орки привезли ее и родителей в этот лес – он поразил ее до глубины души. Весь страх, все тревоги – за себя, за родителей, за Грега – будто испарились. Величественные деревья вокруг тихо сказали ей, что все будет хорошо. Правда, когда она рассказала про это маме – та лишь грустно улыбнулась и потрепала ее по голове… но ведь в итоге деревья оказались правы! Орки вокруг резко засуетились и подобрели, стоило отцу сказать, что он алхимик, а маме – что она хороший-прехороший травник. Отвели их втроем в самый настоящий дом на дереве и вкусно накормили. А потом отвезли в город поблизости, где выдали им свой собственный домик! И у нее была своя собственная комната! Даже больше, чем у Грега раньше! А у отца теперь был большой кабинет с алхимическими штуками, а у мамы – своя собственная огороженная полянка недалеко от дома. Там деревья немного расходились и позволяли солнцу попасть на травку.

А еще орки их начали учить своему языку, специальный дядька теперь приходит каждый день и занимается с ними всеми, и так смешно при этом говорит на леварийском!

Приходится много учиться, потому что вдобавок родители сами начали учить Киру читать, потому что дядька-орк знает леварийский не так уж хорошо, а читать она до сих пор не научилась. Но Система постоянно показывает ей свои значки и цифры, а значит, надо учиться их различать. Хоть это и скучно. Играть в лесу гораздо веселее, но родители не разрешают играть одной, а сами они теперь постоянно заняты и смотреть за ней не могут.

А еще ей не хватало Грега… Но деревья говорят, что у него тоже все хорошо и обещают, что скоро они все встретятся. Родители тоже по нему грустят и даже просили орков его найти. Те поискали и сказали, что он уехал с гномами добывать камень. Но гномы вроде бы хорошие, в сказках они всегда добрые были. Ведь так?

Наверное, они не должны обижать Грега. Да и попробуй его обидеть! Кира прыснула, вспомнив рассказы брата про его драки с Лианом и Кристофом. Да, Грег теперь сильный, и у него есть заклинание. Она так и не поняла, что оно вообще делает, но заклинание – это круто. У Римана было даже не заклинание, а целый талант, и он такие штуки выделывал с ним, ух! Заклинание – это чуть похуже, чем талант, но все равно полезно. Так что Грег не пропадет. Не должен пропасть…

На всякий случай Кира пришла к дереву, которое говорило с ней чаще всего. Оно даже назвало ей свое имя, но она не могла переложить его на человеческий язык. Да и возможно ли переложить на человеческий сочетание уникального шелеста кроны и оттенка коры? Навряд ли. Да она и не пыталась. Кира всего лишь очень сильно попросила своего друга позаботиться о Греге, если вдруг тот попадет в беду. Она не могла сказать, откуда – но у нее была уверенность, что ее новый друг поможет.

Глава 9

Мы стояли на холоде и, сцепив зубы, наблюдали, как пылает наше жилище. Погасить огонь в зародыше не успели – заметили его слишком поздно. К тому же пламя распространялось по бараку крайне быстро и последние выбегающие уже кашляли от дыма, хотя первые его даже не замечали. Хорошо хоть, что барак стоял не вплотную ко всем остальным постройкам, так что пока не пострадало самое главное – кухня, склад с вещами и столовая. Домики начальства тоже не пострадали, но на них нам было плевать. А вот если бы сгорела кухня или запасы еды… уф, даже думать не хочется.

Добрая половина людей оказалась растерянная и полуголая, не додумавшись захватить с собой ничего из вещей. Теперь все они заметно подмерзали на холодном ветру, периодически подходя к пылающему бараку в попытках согреться. Кто-то и вовсе стоял босиком на промерзшей земле, едва не плача и подпрыгивая, пытаясь не отморозить ноги. Я, к счастью, оставил в бараке только каску и кирку, так что, кутаясь в меховую накидку, наслаждался относительным теплом. Фестус каким-то чудом успел подхватить практически все свои вещи, и стоял теперь с киркой в охапку и ошарашенным взглядом.

Судри вместе с остальными гномами не обращали на нас ровным счетом никакого внимания и носились, как угорелые, пытаясь не дать перекинуться пожару на остальные постройки. На первый взгляд. Но если приглядеться – ведер, песка и воды на всех не хватило. Так что добрая половина гномов внаглую имитировала работу, чтобы начальство на них не орало за безделье.

Тем временем к нам сбоку подошел смутно знакомый паренек – один из тех полуголых и босых бедолаг:

– Г-грег, верно?

Черт, парень, я ведь знаю, что ты попросишь, не заставляй меня выглядеть мудаком…

– Верно. А ты…?

– Курт. Я… прости, я уже стольких попросил, но мне все отказали… я уже ног почти не чувствую, ты не мог бы дать что-нибудь из своей одежды? Просто чтобы обмотать ноги. Пожалуйста… – Голос Курта звучал глухо, да и сам он смотрел в землю, мало на что надеясь. – Мне нечем за это отплатить, у меня практически ничего нет, но я буду тебе по гроб жизни обязан.

– Совсем ничего нет? – Я смотрел на него с жалостью и колебался. С одной стороны – для него это вопрос жизни и смерти. С другой – неизвестно сколько нам еще тут стоять и неизвестно где нам придется ночевать, а я уже даже в одежде начал чувствовать холод.

– Ну, ничего материального… Есть заклинание, «Светлячок», но оно почти бесполезное. Это мой Дар, я могу его передавать каждые несколько месяцев… – Он прошептал что-то под нос и над его рукой воспарил маленький светящийся шарик. Очень маленький и очень тусклый. Мне кажется, даже от реального светлячка было бы больше толку, если того откормить хорошенько. Впрочем, чего еще можно ожидать от заклинания с таймером всего лишь в несколько месяцев?

Но именно для меня это был идеальный вариант. Настолько, что даже подозрительно. Мне ведь и нужен лишь своеобразный тренажер для магической силы, потому как моя «жертва» для этого плохо подходит. А сомнительная полезность… да хрен с ней. Да и с холодом тоже. Потерплю.

– Согласен.

– Что?

Я снял меховую накидку и протянул ему, тут же поежившись от холода:

– Говорю, согласен. Светляка в обмен на накидку.

Курт ошарашенно и недоверчиво уставился на меня. Потом жадно схватил накидку, словно боясь, что я передумаю. Хотя почему «словно»? Он определенно боялся, что я передумаю, так что быстро прикоснулся к моему плечу, и, глотая слова, протараторил что-то вроде «Добровольно передаю этому человеку заклинание „Светлячок“, пусть Великая Система будет мне свидетелем». И тут же отскочил, словно боясь, что накидку у него сейчас отберут обратно. Но я же не скотина? Временами я, конечно, совершал сомнительные поступки, но уж свое слово я всегда держал. Вроде.

Так что я, вместо каких-то глупых попыток отобрать уже не свою одежду, занялся полученным заклинанием. Заодно от холода отвлекусь.

* * *

Светлячок:

Ранг заклинания: 0.

Затраты маны: 20.

Откат: 10 секунд.

Длительность: 5 секунд.

Яркость: 0.1 кд.

Стихия: Свет.

Мой светляк был даже менее ярким, чем у Курта. Не особо удивительно – даже при не очень частом использовании уж один-два ранга у заклинания можно поднять за несколько лет, а я начал с нуля. А парень явно был старше меня, так что времени у него было достаточно и для большего. Но, скорее всего, сначала у него ушла добрая пара лет только на то, чтобы развить магическую силу редкими использованиями заклинания, используя прану в качестве заменителя. А на пране особо часто не поколдуешь. Да и энтузиазмом по поводу своего заклинания Курт не фонтанировал – явно забил на него и отложил в ящик как бесполезную игрушку, лишь изредка вспоминая. Скорее всего, продавал светляка на ярмарке за пару серебряных монет, как только истекал таймер передачи, и был рад этой малости.

При использовании я впервые почувствовал то самое неповторимое чувство. Движение маны. Сначала зарождение этого источника сразу в нескольких местах – в груди справа, между ключицами, в боку слева. Потом – вырвавшийся из этих источников бурный поток, напитавший теплой лучистой энергией небольшой шар прямо в ладони. И стоило этому шару, вначале пустому, заполниться – он тут же вырвался из руки на свободу, взлетев точкой тусклого света. Ничего особенного, но когда ты ощущаешь, что сделал это сам… непередаваемое ощущение. Я улыбался, как дурак.

Но главное – ощущение маны больше не ушло. Источники, пусть и полупустые, исправно ощущались, и, по капле, наполнялись вновь. В интерфейсе же, отражая это, появилась новая строка:

Магическая сила: 4.45.

(Мана: 44.5).

* * *

Пожар закончился минут через сорок. Барак выгорел дотла. Гномы наконец спохватились, что у них куча полуодетых подростков на холоде, и загнали нас всех в столовую. Матрасов не выдали, спать пришлось на полу, на столах, на лавках – выбирай что по нраву, все одинаково деревянное и твердое. Но люди тут собрались не привередливые, так что все быстро разложились и легли спать. Мы с Фестусом заняли уголок подальше и почище, рядом с нами же разместился и Курт – резко успокоившийся и даже проникшийся чувством благодарности, когда понял, что я держу слово и не собираюсь отбирать у него накидку. Вообще он весь был какой-то нервный и нескладный – тощий как жердь, с печальным вытянутым лицом и глазами забитой лошади. Ну, хочет тереться возле нас – пускай. Его дело.

С утра же нас обрадовали прекрасными новостями: во-первых, сожженный барак не освобождает от работы, во-вторых, пока срочно вызванная бригада строителей не сколотит новый барак, мы продолжим спать в столовой. В-третьих, все сгоревшие в пожаре личные вещи – исключительно наша проблема, и если ты пролюбил одежду и кирку, то ступай на склад и покупай новые в счет долга. Потрясающе.

Напоследок Судри сказал, что виновных в пожаре уже ищут, и, если найдут следы кого-то конкретного, то этому конкретному глаз на жопу натянут и долг за такое вредительство он будет выплачивать до конца жизни. После чего испытующе обвел всех нас взглядом и предложил признаться чистосердечно. Мол, тогда последствий будет меньше. Все промолчали, пожав плечами. Судри выждал пару секунд и с сожалением покачал головой:

– Жаль. – Он указал пальцем на… меня?! – Взять его!

Я был настолько шокирован, что застыл на месте, не попытавшись даже убежать от пробившихся сквозь толпу гномов, которые схватили меня под руки. Да и куда бежать? В гномьих горах – от гномов? Смешно.

Сильно далеко тащить меня не стали – отвели в домик Судри, где он иногда принимал посетителей в отдельной комнате. Своего рода небольшой кабинет. Ничего лишнего – стол, два стула друг напротив друга. На столе аккуратной стопкой лежат какие-то бумаги, писчие принадлежности и небольшой хрустальный шар на подставке. Судри уселся на свой стул, и махнул мне – мол, присаживайся тоже. Я примостился на краешек стула. Судри уставился на меня с ожиданием. Я в ответ уставился на него. Он нахмурился. Я вопросительно поднял левую бровь. Он издал тяжелый вздох. Я прокашлялся и начал внимательно рассматривать потолок. Тут он не выдержал:

– Так ты будешь признаваться?

– В чем?

– В умышленном поджоге, разумеется. Можешь не отпираться, у нас есть улики и даже свидетель.

– Чего?! – Что он несет вообще? Может, они решили взять случайного горняка и повесить все на него? Ну уж нет, буду отпираться до последнего. – Я ничего не поджигал. Ни барака, ничего. Да я вообще ни разу огонь не разводил здесь!

Судри внезапно замолчал и уставился на хрустальный шар, стоявший на столе. Недоуменно постучал по нему пальцем и тихо пробормотал: «Сломался, что ли». Резко перевел взгляд на меня:

– Ну-ка, соври мне!

– Эээ…

– Да в чем угодно соври! Скажи, что небо зеленое!

– Небо… красное. – Из какой-то природной вредности я не стал повторять дословно. Терпеть не могу идти на поводу у кого-то.

Внезапно шар на столе налился чернильной тьмой, буквально на секунду. Мигнув, тьма пропала, будто ее и не было.

– Хм. Значит, работает. Таааак… Эй, ребята, ну-ка притащите сюда того паренька! – Он пару раз щелкнул пальцами, явно пытаясь вспомнить, как его звали. Но его подчиненные без этого поняли, кого он имел в виду, и в бодром темпе рванули куда-то из кабинета.

Спустя пару минут в кабинет втащили… Эльгера. А я наконец, понял, в чем дело, поражаясь, каким я был тугодумом. Все ведь было кристально ясно.

– Ах ты гнида! – Я вскочил, меня буквально распирало от ярости, но Судри предостерегающе хлопнул ладонью по столу, пресекая возможную потасовку. Он встал из-за стола и подошел к Эльгеру, который буравил меня взглядом, полным ненависти… и страха. Гном с нежностью – с той, которая вызывает скорее ужас, нежели что-то еще – сказал ему:

– А теперь, дружок, повтори-ка еще раз все то, что ты мне рассказывал.

– Я… – Эльгер прочистил горло и осторожно продолжил. – Я видел следы обуви Грега возле того места, откуда начался пожар. И считаю, что именно он виноват в том, что этот пожар произошел.

Судри и я одновременно перевели взгляд на абсолютно прозрачный хрустальный шар. Гном задумчиво пожевал губу, а потом вдруг хлопнул себя по лбу и захохотал:

– Ну конечно! А ты скользкий, паренек. Я даже не сразу понял. – В последних словах проскользнуло легкое восхищение. – А теперь скажи мне, кто поджег барак и кто оставил следы обуви Грега возле этого места.

Эльгер молчал секунд десять, усиленно размышляя, но в этот раз не нашел обходных путей и, наконец, с ненавистью выплюнул:

– Я.

* * *

Эльгер говорил недолго – там и нечего было особо рассказывать.

Да, он пытался меня подставить в отместку за тот случай с сортиром. Правда, с поджогом барака он что-то прям разошелся. Можно было и поскромнее варианты найти…

При этом он то ли был крайне дурным, то ли обладал удивительной способностью к самовнушению, потому как смог убедить себя в довольно сомнительной логической цепочке. Во-первых, в том, что поджог барака – чуть ли не единственный приемлемый вариант мести. Во-вторых, в том, что в этой мести виноват только я, поскольку не отомстить мне нельзя. Ну и отсюда – в поджоге барака, получается, виноват тоже я. Эльгер же лишь выступил исполнителем. Поэтому, когда он сдал меня начальству и озвучил свою версию произошедшего с тщательно подобранными фразами, то гномы даже не подумали задавать уточняющие вопросы, которые могли бы его расколоть в присутствии артефакта, чувствующего ложь. Но Эльгер почему-то не подумал, что мне будут задавать вопросы с применением того же артефакта. Так что я склонялся к мысли, что он все же дурной и у него реально кукуха поехала на почве мести, ежели он даже не задумался о такой возможности, особенно если он изначально знал о его наличии.

Проблема заключалась в том, что во время разборок неизбежно вскрылся случай с сортиром и виновные в нем. Достаточно было одного уточняющего вопроса. К счастью, мне удалось выгородить Фестуса, свалив всю вину на себя. Так что штраф за порчу казенного имущества заполучили и я, и Эльгер. Последний – в несопоставимо больших размерах, конечно. Что утешало. Совсем немного.

Потому как в итоге, с учетом необходимости получения новой кирки, каски и накидки, я должен был гномам уже больше десятка золотых. Кажется, на рудниках я задержусь…

* * *

Следующие несколько дней слились в сплошную пелену. Нас с Эльгером предупредили, чтоб мы больше не вмешивали в свои разборки чужое имущество и что в следующий раз простыми штрафами мы не отделаемся, поэтому мы демонстративно игнорировали друг друга. Я впахивал как проклятый, качая горное дело. И регулярно, стоило накопиться мане, запускал светляка. Эффективность таких тренировок была не то чтобы запредельно большой – всего лишь плюс пять сотых единиц магической силы за эти дни. Зато в самом заклинании появились первые изменения:

Светлячок:

Ранг заклинания: 0.1.

Если скорость роста сохранится, то через полтора месяца я возьму первый ранг. Но за это же время я пару раз использую «жертву» и через нее подращу магическую силу с обучаемостью, так что скорость должна увеличиться. Магическая сила в данном случае играла важнейшую роль, потому что чем ее больше – тем больше маны и тем больше скорость ее восстановления. А я на своих нынешних параметрах даже это слабенькое заклинание запускал раз в полчаса, не чаще – просто мана не успевала восстанавливаться.

Жертву я в итоге использовал еще через неделю, когда перевалил в горном деле за три единицы. Дальше рост профессии резко замедлился – скорее всего, нужны были более сложные минералы и условия, да и в целом первые единицы в большинстве навыков и профессий давались куда проще, чем последующие. Так что проще было пожертвовать и раскачать снова. Вместе с «горняком» закинул в жертву практически все, что мне не было нужно здесь и сейчас – даже крохи, накопившиеся на «охотнике» и подобных характеристиках. Все равно здесь они толком не развиваются, а эффекта от малых значений никакого. Уж лучше выгадать на этих крохах немного больше обучаемости и магической силы – это гораздо важнее. Не стал трогать только базовые характеристики (понятно почему), стойкость (потому что без нее куда сложнее впахивать и тренироваться, а мне сейчас это важнее всего), харизму (уж слишком медленно она росла, по сравнению с остальными) и скорость (надоело мне ползать улиткой). В итоге я со смешанными чувствами смотрел на выросшие показатели:

Магическая сила: 5.82.

(Мана: 58.2).

Обучаемость: 37.23.

С одной стороны – уже достаточно много. Еще пара недель тренировок – и маны будет достаточно, чтобы запускать три светляка подряд. Да и обучаемость уже на солидном уровне… Но все же маловато. Зато выросло отношение с Конаном аж на тринадцать пунктов (да, я снова пожертвовал ему, но, скорее всего, в последний раз на ближайшие месяцы – о других богах тоже забывать не стоит).

И как раз под это дело случилось, наконец, то, чего мы с Фестусом так ждали. Мой товарищ тоже открыл себе горное дело. Буквально неделька-другая – и мы свалим отсюда в более приятное место. Надеюсь.

Последнее время для меня гранитный карьер – медленная пытка. Ладно еще, что платят мало, но, как оказалось, у него порядком и других минусов. Вскрылась неприятная сторона того, что карьер открытый. До настоящей зимы мы не особо понимали этого, а в осенние дожди нам повезло сюда не попасть. Зато когда начали завывать первые метели… врагу не пожелаешь работать в такую погоду. Пришлось помимо прочего, идти на склад и просить еще и шапку с меховыми перчатками – без них легко было просто-напросто уши и пальцы отморозить, как бы ты не был разогрет работой. Еще одна прибавка к чертовому долгу.

Но именно метели преподнесли мне неожиданный и приятный подарок. На третий день я застыл, весь засыпанный снегом, вчитываясь в неожиданно выскочившее сообщение Системы:

Вы открыли новую вторичную характеристику – «Сопротивление холоду». Базовое значение характеристики – 1.

Нет, определенно, тут была заслуга далеко не только метелей, но и всех предыдущих недель работы в не особо-то теплую погоду, и даже всей предыдущей жизни – там мне тоже приходилось не раз померзнуть. Да и та ночь, когда я отдал Курту накидку, а сам несколько часов полураздетый прыгал на холодном ветру, пытаясь согреться, определенно упала на весы нового параметра весомой гирькой. Конечно, сопротивление холоду часто встречается даже на юге – и у нас бывают холодные зимы. Ну, относительно холодные. А уж здесь, в горах, характеристика и вовсе должна быть у каждого первого. Но все равно приятно.

Впрочем, это не повод прекращать работу. Солнце еще высоко.

Глава 10

Зима на юге и зима здесь, в горах – сугубо различные вещи. В детстве я видел снег, но лишь ближе к середине зимы, и то не всегда. Для Левариса зима – это пора холодных, порой даже ледяных дождей. Откровенно малоприятная штука. Частенько ночью подмораживало достаточно, чтобы вчерашние лужицы подернулись хрупким ледком. Но днем они вновь оттаивали и в таком хрупком равновесии могли просуществовать до самой весны.

В землях гномов я впервые познакомился с зимой настоящей – с метелями, сугробами, морозами. Поначалу это все мне откровенно не нравилось. Я постоянно мерз в пусть и добротном, не продуваемом, но плохо отапливаемом бараке – дрова для печей здесь были вещью дорогой и, можно даже сказать, статусной. Я уверен, что в городах гномов, скрытых под толстым слоем камня в глубинах гор, тепло и без дров. Увы, на поверхности без них жить было как минимум некомфортно. Как максимум – смертельно.

Но, после открытия сопротивления, жить мне постепенно становилось все комфортнее и комфортнее. Всего лишь единица в характеристике, а эффект уже чувствуется – гораздо меньше мерзнут пальцы и уши при работе. Мелочь, но приятная, а главное – это лишь начало. После расспросов я узнал, что при достижении десяти единиц станет практически невозможно себе что-либо отморозить. При пятнадцати можно ходить в легкие морозы полуголым и ощущать лишь небольшой дискомфорт. Разумных, достигших в этом параметре тридцатки и выше, крайне мало, но говорят, что они могут спокойно спать на снегу, купаться в ледяных ручьях, словно в горячей ванне, да и вообще, если говорить о соответствующей стихии, пробрать их сможет либо хороший маг с талантом в школе Льда, либо самые страшные морозы. Из тех, что бывают лишь на дальнем севере, на островах Синего Хлада и на материке Джугар – вотчине йотунов, огров и диких людских племен.

Но все это было не так уж важно. Главное – это была новая характеристика, которую можно относительно легко прокачивать (по крайней мере, куда проще, чем ту же стрельбу из лука, не имея, собственно, лука). А значит, и жертвы будут более эффективны. А значит, быстрее будет расти сила и горное дело. А значит – и выплата долга еще чуть-чуть приблизилась.

* * *

Прокачка горного дела до двойки заняла у Фестуса неделю. Произошло это как раз перед обедом, так что мы спокойно закончили работать и пошли в столовую. Выглядела она внутри все так же малопрезентабельно – повсюду сваленные в кучу чужие вещи, неубранные подобия постелей из шкур… ну и запах соответствующий. Новый барак до сих пор не достроили, бригада строителей не могла нормально работать в метели, не видя ничего на расстоянии вытянутой руки, а потому в такие дни вынужденно простаивала и спаивала персонал карьера своими запасами самогона. Ну, я предполагаю, что это был именно самогон, потому как что еще могло пахнуть настолько отвратительно? Пили они либо в домиках персонала, либо во все той же столовой, добавляя в ее и без того неприятный аромат новые нотки.

Так что со своей едой мы расправились очень быстро и поскорее выскочили на свежий воздух. После чего бодрым шагом направились к начальству карьера. Настала пора переводиться.

Судри, подняв взлохмаченную голову, встретил нас хмурым взглядом и не менее хмурым вопросом:

– Чего приперлись? – Причина недовольства явно читалась на его помятом лице. Да и нос явно улавливал легкий запах перегара. И этот туда же…

– Добрый день, гро Судри. – «Гро» у гномов это что-то вроде уважительного обращения к мастерам, добившимся больших успехов в своей деятельности. И к некоторым другим категориям населения. Например, к магам. Судри ни к кому из них не относился даже близко, так что с моей стороны это была лесть. Грубая и неприкрытая. – Мы добились успехов в развитии нашей профессии и хотим подать прошение на перевод. На медный рудник.

Вся фраза была заготовленной заранее, так что я оттарабанил ее по памяти, а вот на дальнейшие вопросы пришлось отвечать уже Фестусу. Зря я в последний раз пожертвовал лингвистику, у меня и так с гномьим языком не особо ладилось. А после жертвы и вовсе начал путаться в составлении даже простейших предложений. Причем знание слов осталось – я и сейчас понимал, о чем говорят Судри с Фестусом. Но вот при попытках составить слова в стройное предложение неизменно получался какой-то уродливый кадавр.

Ну а смысл слов Судри был простой – медный рудник находится неподалеку, но прямо сегодня мы туда не попадем. Во-первых, нас должен сопроводить как минимум один из его сотрудников, а они все либо уже пьяные, либо еще похмельные (он выразился более обтекаемо: «они не очень хорошо себя чувствуют сегодня»).

Во-вторых, всяческая бюрократическая волокита, которая у гномов пусть и не процветала так же сильно, как в империях людей, но все же тоже имела место быть. В общем, переведемся мы в лучшем случае завтра-послезавтра.

Еще перед переводом надо заскочить к заведующему складом. Это был скорее добрый совет-напутствие от Судри. Наши кирки выгоднее вернуть прямо здесь за часть их стоимости, потому как на том руднике они просто-напросто никому не нужны. Медь ими добывается с трудом и неэффективно, так что их там если и выкупят обратно, то исключительно за бесценок, а нам все равно придется брать новые, получше.

Под конец гном пообещал, что со всеми бумагами разберется в ближайшее время и сразу пошлет за нами.

Мы пожали плечами, переглянулись и синхронно встали:

– Что ж, в таком случае, не будем вас отвлекать. Ждем с нетерпением, гро Судри.

Тот лишь вяло махнул рукой, снова впадая в свое похмельное оцепенение.

* * *

Не знаю, у кого был такой длинный язык – что я, что Фестус сказали про перевод буквально паре человек – но к тому моменту, как мы вернулись вечером в уже привычную столовую из карьера, про это знали все. И, к сожалению, не все испытывали по этому поводу позитивные эмоции. Кроме нас, только один крайне усердный паренек успел открыть себе горное дело (ну или он единственный, кто признался), так что существенная часть наших невольных коллег испытывала легкую зависть. А кое-кто и не очень легкую.

– Что, ублюдок, радуешься? – И кто же у нас здесь первый не сдержался? Разумеется, Эльгер, кто же еще.

– Радуюсь. – После тяжелого рабочего дня у меня попросту не было никакого желания с ним ругаться, так что я спокойно прошел мимо него и направился в свой угол, где последние дни предпочитал спать. Мне кажется, именно это искреннее безразличие его и выбесило.

– Ты! Сволочь, я с тобой не закончил!

– Ну а я с тобой и не начинал.

Пока шел, на всякий случай держал его на краю поля зрения – мало ли что этому психу в голову взбредет? Навряд ли, конечно, он набросится на нас двоих в одиночку и при всех. Разве что у него совсем башню сорвет. Но я недооценил его ненависть ко мне.

– Я вызываю тебя на Суд Фортуны!

Да чтоб тебя демоны в сраку тарабанили…

* * *

Суд Фортуны – пережиток старых времен. Используют его редко – Фортуна терпеть не может, когда ее дергают по пустякам. Учитывая же ветреный характер богини, она может решить, что спор двух королей из-за огромного куска земли это тот еще пустяк. А спустя час – что спор двух мальчишек из-за пойманного окуня это вполне себе серьезный повод. Вообще не угадаешь, как обернется. Из-за своей непредсказуемости постепенно этот обычай и уходит в прошлое, уступая куда более логичным дуэлям по законам смертных. С другой стороны, в человеческой дуэли гораздо меньше неопределенности. Кто лучше владеет оружием, тот и победил. Есть еще дуэли магов, там правила совсем другие, но про них я почти ничего не знаю.

В любом случае – в основном это забавы аристократов и богачей. Средний горожанин вызов на обычную дуэль может проигнорировать без урона своей чести. И никто ему слова не скажет. Но проигнорировать Суд Фортуны не может никто.

В чем же он состоит? О, в чем угодно. Нет, серьезно – вообще в чем угодно. Три соревнования-поединка, которые выбирает Фортуна лично (ну, или Система, точно никто не знает). Победа в двух приравнивается к выигрышу в Суде. Про виды поединков я слышал не особо много, но один пример врезался в голову особенно четко.

Четыре года назад про Суд Фортуны судачили все вокруг. И все благодаря стычке между двумя мелкими королевствами, Хорпсом и Красноземьем. Король Хорпса, проигрывая, решил пойти ва-банк и во время битвы армий с помощью усиленного магией голоса вызвал противника на Суд Фортуны, сделав ставкой ни много ни мало – все королевство проигравшего. Богиня откликнулась. Битва угасла, и уставшие воины собрались вокруг своих монархов, которые, видимо, ожидали, что у них будет поединок на мечах или что-то еще из такого разряда. Угу, щас. Фортуна решила оторваться на них по полной.

Первым испытанием была гонка на скорость. Вроде бы ничего такого… но оба бегуна должны были быть связаны по рукам и ногам. В итоге тысячи шокированных бойцов в мертвой тишине наблюдали, как их короли, извиваясь и матерясь как сапожники, ползут по дороге, подобно червякам. До финиша они добрались только часа через полтора, пыльные, злые и вымотанные. Победил король Хорпса.

Вторым испытанием оказалась борьба. В грязи. Голыми. Предварительно облитыми маслом. С каждым новым озвученным требованием лица присутствующих вытягивались все сильнее. Если в предыдущем состязании все присутствующие прятали улыбки и максимум тихо хихикали в кулачок, то здесь, как солдаты ни старались, как бы им ни отвешивали затрещины офицеры – смеялись почти все, включая самих офицеров. Только часть солдат бледнела от страха и медленно отходила подальше. В этом испытании победил король Красноземья, с торжествующим воплем оседлав противника и воздев руки к небу.

Третье испытание не удивило уже никого. Все такие же голые и покрытые слоем грязи и масла, короли стояли посреди армий и орали похабные частушки, которые им любезно подсовывала Система. Побеждал тот, кто заставил большее количество людей засмеяться, и им вновь оказался король Красноземья. Обе армии молча склонились перед ним, признав его победу, подтвержденную богами. И лишь самые умные, почувствовав, куда дует ветер, бежали с поля боя сразу после начала третьего испытания. Потому как сразу после триумфального возвращения победитель казнил как своего противника, так и вообще всех присутствовавших при его позоре людей. До кого смог дотянуться, конечно. Остальных объявил в бессрочный розыск и опустошил половину казны на найм гильдии убийц. Но, к сожалению, слухи было уже не остановить. История прошлась по континенту как пожар, стала любимым анекдотом одного из императоров (говорят, угрюмый Кирин Четвертый впервые за многие годы смеялся до слез) и дошла даже до других рас, тоже оценивших юмор чужой богини. А фраза «смеяться, как на красноземном суде» постепенно становилась нарицательной.

* * *

Вы были вызваны на Суд Фортуны!

Претензия рассмотрена и подтверждена богиней, отказаться от суда невозможно.

…

Ваш противник: Эльгер Керм.

Ставка: в случае победы все текущие денежные долги Эльгера Керма переходят вам.

…

Ваша награда по умолчанию: в случае победы все ваши текущие денежные долги переходят к Эльгеру Керму.

Вы хотите изменить вашу награду?

А можно?!