Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Размышления не мешали телу действовать. Реакция на угрозу у меня уже вбита так глубоко, что тело выполняет всей действия практически без участия мозга, не мешая ему прокачивать ситуацию. Вот и сейчас, голова была занята эстетическим соответствием животных прообразу, стыренному из моей головы. А остальной организм действовал – обеспечивал выживание и целостность.

Руки вскинули штурмовой комплекс, упирая его приклад в плечо. Ноги нащупали прочную, не скользкую, поверхность и зафиксировали положение корпуса. Палец вдавил спусковой крючок. Треть магазина в ближайшую зверюгу и перевод прицела на следующую.

Механические действия, уже не требующие вмешательства головы. Мозг занят другим. Фиксацией результатов. В фоновом режиме продолжаю сравнивать несущиеся на меня образцы генной инженерии с кирпичами.

Первое животное отправил в виртуальный ад, еще на подходе. Второй почти готов к прыжку, но на долю секунды замирает, даря мне бесценные мгновения. Его иллюзорная форма стекает, как вода с гладкого шара, пытаясь принять новый вид. Но трансформация не успевает завершиться – острые цилиндры, разогнанные пороховыми газами, рвут плоть и дробят кости, корежат механические вставки, прерывая существование твари.

А вот третья псина, не только успевает завершить преобразование, но и прыгнуть. Теперь уже моя очередь замереть, стремительно увеличивая процент вероятности удачной атаки. Пытаюсь сдержать накатывающий хохот, буквально рвущийся наружу. Чуть не роняю нагревшийся ствол.

Было от чего заржать! Мои мысленные потуги и сравнения противников со строительными материалами, не прошли даром. Считав мысли, твари решили принять новую форму. А поскольку думал я все это время о кирпичах, то сейчас в меня летел именно он, целясь раззявленной оранжево-коричневой трещиной на тупой, прямоугольной, морде-торце, в мое слабозащищенное горло. Еще и ногами в воздухе перебирал! Мрак!

Пришлось отводить удар. В результате полированный приклад со смачным шлепком припечатал по кирпичной пасти, вышибая из нее веер оранжевых крошек. Это типа кровь? Му-ха-ха! Вдогонку метаформу, придавая дополнительное ускорение, ушла очередь на остаток магазина.  Визг умирающего моба заглушил раскатистый гогот в моем исполнении. В следующий раз, буду о пирожных думать, или о презервативах. А-а-ах-ха, не могу! Боевые гондоны – звучит, мать его! (Да, да, мат это плохо и все такое. Больше не буду!)

Сгибаясь в приступах неконтролируемого ржача, облутал мобов. Заодно успокоил начавшуюся истерику. Надо бы пройтись по следу стаи, вдруг найду их логово. Уснуть уже все равно не получится, да и до запланированного подъема осталось всего пара часов. Так что, ложиться досыпать уже не резон. Лучше разомнусь и пройду по следам ночных гостей.

Собрать лагерь, это быстро. Умеючи – дел на пару минут. Я умею. Уже через триста секунд активно изображал из себя ледокол. То есть пер по колено в снегу следуя нити следов метаморфов.

Через тридцать минут я начал сомневаться в собственных силах. Через час – в адекватности решения. А через полтора плюнул на все и стал пробираться в обратном направлении. Чертовы зверюги, унаследовали шикарные особенности своих диких братьев – волков. То есть, почти не проваливались в снег. Или, скажем так, далеко не всегда.

В моем случае – плотность снега и скорость передвижения дали им возможность легко пробежаться, по насту. Мне такое счастье не светило, и я, буквально, грудью проламывал себе путь. Итог закономерен – вымотался и промок. А далеко ли до лежки, даже не представляю. Стая способна поддерживать высокий темп передвижения очень долго. Так что, ну ее к черту, эту затею с поисками. Мне еще в пункт эвакуации продираться.

Глава 12. В которой будет много стрельбы, взрывов и … всего остального

Ну, привет, черная шкатулка. Что там в тебе хранится, вековая пыль или бабушкина заначка? Да, я добрался до границ лагеря эвакуации. Теперь вот стою, снегом припорошенный, когда он уже прекратит сыпаться на мою многострадальную голову? И так невидно нихерища!

До пролома в периметре добрался без приключений. Если не принимать во внимание утреннюю стычку с псами-недометаморфами. Минут тридцать наблюдал за обстановкой с вершины холма, где прошла ночевка. Со вчерашнего дня ничего не изменилось. Эвак пункт, все так же хранил молчание, а свежий снег не нарушали следы.

Вблизи новых деталей не добавилось. Насколько хватало видимости, а это пара квадратных километров, только я, вьюга, взметающая клочья снега и белая пустыня. Мрачновато. Хоть бы ворона, какая завалящаяся, промелькнула в сером, тяжелом, небе.

Ладно. Топтаться на входе можно до бесконечности, а световой день, мягко говоря, коротковат. Вдох – выдох, калаш наизготовку, среднюю аптечку в слот быстрого доступа, инстинкты и датчики на максимум – тронули помаленьку.

Хруст приминаемого снега рвет тишину и заставляет непроизвольно морщиться. Слишком много шума издаю! Но ничего не могу сделать. Был бы умнее, прикупил бы снегоступы. Но чего нет, того нет, это я про мозги сейчас. Хотя и они не позволили бы передвигаться бесшумно. Опять же, привычка нужна – новичок будет на них, как слон в посудной лавке.

Сугробы, сугробы, сугробы. Вокруг одни чертовы сугробы! Прорванная егоза осталась за спиной. Уже метров десять до нее. А серые «шпили» занесенных палаток приближаются весьма неохотно. По вискам стекают капли пота. Напряжение все возрастает.

Неизвестный противник, самый поганый вариант. Как он выглядит? Что может? Где притаился? Да и вообще есть ли он тут? Есть. Должен быть. Не может не быть! Чуйка бьет в набат – не расслаблять булки! Чуть отвлекусь – сожрут, и глазом моргнуть не успею. Верю. Да и в последнее время прогрессирует она семимильными шагами.

Пять минут, полет нормальный. Обошел треть лагеря по периметру. Атас! Резко прыгаю влево, в полете разворачиваясь лицом к потенциальной угрозе. Блин, показалось – ложная тревога. Вроде было движение справа и сзади. Но это просто разыгравшееся воображение. За спиной только моя цепочка следов.

Хорошо приземлился, спиной в сугроб. Правда, под свежим снегом, оказался слой старого, спрессованного почти до состояния льда. Немного ушиб лопатку, и, похоже, зачерпнул горсть под броню. Левую ключицу основательно промораживает.

Интуиция ревет раненым бизоном. Мозг еще не успел понять, что происходит, а тело уже взрывается серией нервных импульсов, пытаясь отодрать меня от сугроба. Два раза! Я примерз, бар жизни стремительно пустеет. Какого хрена?

Заряд аптечки в расход. Ствол развернуть к себе и упереть под левую мышку. Зажать спусковой крючок! Автоматная очередь рвет морозный воздух и висящую в нем тишину. Отставая от грохота автомата всего на пару тактов, но с запасом перекрывая высоту ноты, в пространство вырывается жуткий визг, раненого нечто. Калаш захлебывается, плюясь смертью, ствол греется, плавя собой «тело» противника. Тварь визжит, и наконец-то выпускает меня из своих цепких объятий.

Неожиданная свобода. Не справляюсь с собственной же инерцией и кубарем откатываюсь в сторону. На изящный перекат, это совершенно не похоже. Но, в жопу красоту действия, выжить бы! Откидываю опустевший магазин. Его место занимает полностью снаряженный. Действие на пару мгновений, если иметь привычку. Но монстру хватило. Сугроб разламывается на части, как кокон чужого, выпуская на свет … хрень. Промороженная хрень, именно такое определение приходит на ум, глядя на этого моба.

Кристаллическое, прозрачное тело. Как будто тварь вытесали из куска льда. Рубленные грани тела отражают свет, отчего монстр едва заметен. Если специально не приглядываться – хрен заметишь. Гуманоидное сложение, во всяком случае, пропорции и количество конечностей совпадает с набором стандартного человека. Только ростом моб не вышел. Навскидку, метр десять – метр двадцать, не выше.

Пока я пялился на новый, для меня, вид местной фауны, комплект высокотехнологичной брони времени не терял – работал на пределе возможностей, идентифицируя цель. Тепловые сигнатуры – мимо. Все известные виды излучения – снова не то. Внешний вид – промах. Уникальные уязвимые токи – не обнаружено. Искусственный интеллект комплекта чуть не дымится, прогоняя сотни и тысячи параметров ежесекундно.

Стандартные протоколы – эффективность ноль. Запуск альтернативных алгоритмов. Есть! Вид получилось определить по уровню преломления света и плотности исходного материала тела. Тут же тактический анализатор покрывается маркерами определенных и вероятных угроз. Я в заднице!

Десятка полтора подтвержденных сигнатур и еще более сотни потенциальных. Финиш – вызывайте ритуальные службы, составляйте меню поминок.

Анализ последних воздействий на объект. Выбраковка по эффективности. Вывод. Тепловое воздействие – предпочтительная модель поведения. Дробящий урон – высокий процент успешности противодействия. Рекомендации: смена боезапаса. Предпочтительно – зажигательные и бронебойные снаряды. Взрывчатые вещества с достаточным уровнем поражающих элементов. Дробящее оружие ближнего боя.

Зажигательные и бронебойные? Легко! Смена магазина. Примыкаю увеличенные и спаренные, помеченные красно-черной изолентой. Они забиты вперемешку нужными патронами. А именно, через один. Плюс каждый десятый – трассер. Я вот так сразу сдаваться не готов. Мы еще повоюем. Понеслась!

Трипа выстрела и уход с линии атаки – вовремя! В то место, где я только что стоял, впивается кусок льда. Но там уже пусто. Повторяем упражнение. Перекат и по броне барабанят осколки. Сволочная тварь сменила тактику – начала швыряться разрывными снежками. Терпимо, хотя еще три – четыре таких попадания и придется задействовать хилку.

Повезло, не пришлось. Или снежки кончились, или кулдаун на них приличный. Но дальше швырялись в меня исключительно сосульками. И то не долго. Еще две коротких очереди и с мелодичным хрустальным звоном моб разваливается на части. Опыта отваливают до неприличия много, апаюсь сразу на уровень.

О! Снова идет экпа! Ну-ка, ну-ка, это в честь чего? Что изменилось? Вот оно что – вышел за пределы перехода «Старые кварталы». Не кисло же я вчера замотался, если даже не заметил момент смены локации. Ладно, черт с ним, главное, что я полностью здоров и даже стал чуть сильнее. Надо бы стат закинуть. Во внимательность его – урона много не бывает.

Любоваться простыней имени меня потом буду. Сейчас не до того. Пара маркеров вероятных противников пришла в движение. Видимо, почувствовали гибель собрата. Скакать между острых ледышек, летящих с разных сторон, желания не возникает от слова совсем. Будем руководствоваться принципом кого-то из древних политиков: «Разделяй и властвуй». Бросаюсь в сторону ближайшего противника. Нужно разобрать его до подхода второго.

Сказать оказалось куда проще, чем сделать. На этот раз ледышка и не думал стоять на месте, как предыдущий экземпляр. Нет, он активно маневрировал, выписывая такие акробатические пируэты, что куда там гимнастам. Но справился. Пусть и с диким расходом патронов. На втором, уже знал, что ожидать, так что прошло все быстрее и с меньшими затратами. Больше никто не активировался, и у меня появилось время на осмысление опыта и сбор лута.

В качестве добычи досталась некая ледяная крошка. Что это такое и для чего нужна – совершенно не ясно, но места много не занимает и вес смешной. Так что, пока беру. Блин, с псов собрал непонятную хрень, с этих снеговиков тоже гребу все подряд. Вот ведь! Никогда не страдал лутоманией, но, похоже, заразился. Появился некий зародыш хомячизма – все в дом, все в норку. Надо срочно избавляться, ну его нафиг!

Пока костерил себя за некстати прорезавшийся синдром истинного манчкина, не забывал рассматривать тактическую карту, выведенную на забрало шлема. Мне нужно к центру, а там все пестро от красных и оранжевых меток. Первые это точно мобы, а вторые, очень вероятно, но не факт. И как туда проползти? «Сумрак» не поможет – обзо р ни к черту. Придется по старинке.

И так, на текущий момент наверняка определены два типа активации «живого льда». Тактильный контакт и гибель сородича, как-то связанного с остальной группой или группами. Хотя возможно просто проснулись от шума перестрелки, а полностью активировались к ее концу. Типа совпадение.

Вывод? Нужно стараться не шуметь и не задевать посторонние предметы. Задача как раз для диверсанта. Но мы слегка докрутим идею. Есть некий запас взрывчатки и гранат. Вот ими мы заминируем вероятных противников, пока они в спячке. Потому как, вдруг проснутся и перекроют отход.

Мне оно надо? Точно нет. Значит, лучше сейчас потерять время, силы и стратегические резервы ставки, чем потом кусать локти, сидя в подгузнике в стакане перезаписи с проваленным контрактом. Я и мой внутренний голос согласны. Единогласно. Паранойя, развязываю тебе руки – развлекайся.

Аккуратно, стараясь не слишком хрустеть снегом, начал пробираться к центру лагеря, к скоплению заметенных палаток и шатров. Так же не спеша минировал, по подсказке анализатора, все подозрительные сугробы подряд. Одному растяжку с гранатой, второму заряд взрывчатки, третьего обойти по широкой дуге – на всех все же не напасешься подарков.

Почти час угробил на жалкие двести метров. Замаялся как кочегар не длительном прогоне. Самое сложное было не касаться льда и снега. Постоянно мерещились мечущиеся, где-то на периферии зрения, тени. Руку даю на отсечение, что это особенность этого вида мобов. Но удалось. Ни одна куча так и не ожила. Правда, на этом везение закончилось, вместе с истощением закромов родины.

На центральной площади, если данное понятие возможно применить к палаточному городку, я уткнулся в скопление скученных красных маркеров. Тронь одного, все остальные тоже очнутся – печенкой чувствую. Не зря же они так близко расположились. Толи единый прайд, толи после атаки на лагерь так заснули.

То, что именно эти существа вырезали тут все живое, уже никаких сомнений. Разве что это и есть бывшие обитатели эвакуационного пункта, подвергшиеся вирусной атаке или генным экспериментам. Но для второго случая бредово, что все сразу и так одинаково. А для первого – это что же за вирус такой? Совсем уж фигня какая-то.

Как бы то ни было, затруднение на лицо. В кармане всего пара гранат осталась. Сани пришлось давно бросить, чтобы случайно не зацепить спящих монстров. А пройти мимо скучковавшихся льдин – нереально. Даже отсюда, а между нами метров тридцать, чувствую, как давит на мозги концентрация … м-м-м … голода. Да, это самое верное определение. Точно шарахнусь от какой ни будь тени и задену моба – тогда все, пиши – пропало. Но и уйти не могу. В одном из шатров вижу рифленые бока серебристых медицинских кейсов. А сколько их еще под снегом? Черт! Черт!! Черт!!! Думай, Дима, соображай.

Как же все легко у книжных героев. Загнал автор своего гг[1] в беспросветную задницу. Все, казалось бы, обложили сволочи со всех сторон. Куда ни кинь, всюду клин. Чисто поле и танки сзади наползают. Впереди, с шашкой наголо, набегают вражины, с боков падальщики скалятся, снизу алчный ад, сверху строгий рай. При этом в пистолете два патрона да нож за голенищем.

И тут хоба! Автор возьми да и выдай: «Решив все свои проблемы, Василий Пупкин, вернулся в город, в кабак...». Все. Ад злобно клацает зубами, не в силах достать Ваську, падальщикам вообще их выбили. Ангелы на небе радостно джигу отплясывают, танкам дуло завязали, а вражины сами на шашки наделись тощей грудью. И Васек, весь такой в белом, с суровыми складками на лбу, парадным шагом в городской кабак – смыть усталость и кровищу. Ну, и заодно, еще пару рыл начистить. На поле то не намахался.

Хочу быть Васей! Где мой убер плюх? Мне много не надо! Ма-а-аленькую РСЗО[2]. Что, нет? Как так то? Как всегда. Сам, все сам. Это у меня нервное. Словесный понос от безысходности. Вот она гора бабла, а карманы дырявые и пальцы судорогой свело.

Мозг скрипел, тужился, но так и не родил ничего толкового. Придется сворачивать минзаг и по старинке – выгрызать победу, пробивая лбом кирпичную кладку. Или, все же, рвануть закладки и будь что будет? Так будет финит аля комедия – нашпигуют сосульками, стану, что твой еж.

Мои метания прекратила кривоватая улыбка фортуны. Та, что обычно предвещает появление ее прекрасной задницы. Один из маркеров, заминированных растяжкой, сдвинулся с места.

– Пи….

Только и успел выдохнуть я непечатную фразу, окончание которой потонуло в грохоте взрыва. А дальше стало не до раздумий. Пошла цепная реакция. Мозг толком не успевал анализировать происходящее.

Врубить все абилки. Не стоять на месте – вперед! Только вперед, сзади смерть. Выдать очередь на весь магазин, веером, по скоплению маркеров на «площади». Резкая смена вектора движения. Обе гранаты следом в отмерзающие фигуры. Прыжок в бок. Припасть на колено – снова очередь. Две льдины впиваются в грудь, отшвыривая меня словно пушинку. Подрыв. Вскочить – перекатом влево. Перезарядка. Очередь. Подрыв, подрыв – они все ближе. Уровень! Вперед, зигзагом, ломая мобам прицельную линию. Близкий разрыв снежка отбрасывает на палатку. Больно ударяюсь ребрами обо что-то твердое. Шиплю сквозь сжатые зубы.

Срываю ворох ткани свалившейся на меня, едва не запутался в ней. С хрустальным звоном в шлем прилетает сосулька. Дезориентация. Ловлю широкой грудью еще два ледяных снаряда. Левый плечевой щиток прошит на вылет. Рука немеет. Наугад опустошаю магазин. Мельтешение красных меток, анализатор сходит с ума и дымится, пытаясь отследить векторы движения и вычленить наиболее опасные. Да они все приоритетные, мать твою!

Бар жизни в багровой зоне. Подрыв. Очередь, лежа на спине. Заряд аптечки. Пытаюсь встать – удар промерзшей лапы швыряет назад и в сторону. Стараюсь удержать сознание на поводке и не дать потухнуть. Как же больно! Шлем пробит, тварь вырвала кусок щитка. Осколки впиваются в щеку. Анализатор переходит на дублирующие каналы и вывод урезанной информации. Подрыв – уровень!

Бар хэпэ вспухает зеленью индикатора полного здоровья. Освежающая волна прокатывается по истерзанному телу. Откатиться за сугроб. Три кротких очереди прямо через него. По следам, на площадку мчится орава маркированных целей. Активировать заложенную взрывчатку. Да-да-ах-х-х!!! Наст буквально вспучивается. Снег, лед, земля, куски лагеря, части монстров и брызги их черной крови – все вперемешку устремляется в серое небо. Это фейерверк не для слабонервных. Уровень.

Не стою на месте. Бегу навстречу оглушенным взрывом мобов, на ходу разряжаю обойму. Двое рассыпаются осколками. Еще полтора десятка на ногах. Это фиаско…. Шмяк. С противным чваком, на землю падает первый кусок вывороченной взрывом земли. Твою мать! Фарш взмывший на немалую высоту под действием кинетической энергии, сизым саваном укрывает меня и остатки мобов, впрессовывая в мерзлый грунт всех без разбора. Заряд аптечки, черт, осталась всего одна полная. Бам!! Накрыло.

А-а-а!!! Меня смяло в аморфную кашу. Как ненужный листок комкают перед отправкой в урну, так же и мое несчастное тело спрессовало. Первый картридж – множественные переломы вправляются, кости встают на место. Второй – восполняется резко просевшее здоровье. Третий – останавливает многочисленные кровотечения. Четвертый – снова поднять хэпэ. Пусто! А я был так близок….

Щелк, включается в работу заначка «Хищика». Пятый картридж – восполняет в организме обильно потерянное мясо. Шестой – восстанавливает кожный покров и часть здоровья. Мало! Слишком много восстановительных процессов. Адская боль тушит вконец ошалевшее сознание. Спасительное беспамятство….

Медленно и неохотно всплываю из безвременья, цепляясь скрюченными судорогой пальцами на грани небытия. Только бы не сорваться. Ничего не болит, но здоровье тревожно мигает красным сектором. Ткни пальцем и развалюсь. Отплевываясь от земли и прочих составляющих накрывшего цунами, прогрызаюсь на свежий воздух. Мне срочно нужен глоток кислорода! Есть! Вдох-выдох, вдох-выдох. Выжил, мать твою, выжил!!

А, гнилые потроха! Не только я. Надеюсь, видок у меня чуть лучше. Навстречу ковыляет изрядно помятый житель ледяных сугробов. Вскинуть калаш и тут же его отбросить. Легендарное оружие не пережило такого издевательства. Ствольную коробку разбило и нафаршировало содержимым «дождя». Ствол погнуло, приклад в щепу, цевье сорвало, газовая трубка лопнула. Про обвес я даже не заикаюсь.

Хватаю тэтэшник и разряжаю две обоймы. Все маслины влепил точно в цель, но гадский моб не желает расставаться с жизнью. Вгоняю все поинты, заработанные за уровни, во внешность, немного повышая запас здоровья. Приклад «Сумрака» упирается в плечо. Плевать что на таких расстояниях с него не стреляют, мне не политесов. Осечка. Да вы издеваетесь?! Три метра до монстра. Перезарядить! Подрагивающими от волнения руками передернуть затвор и вложить другой патрон. Да бл*дь! Заклинило! Боеприпас криво встал на ложе. Метр. Где там творение Зажима?

«Рассекатель» в руки – замах … получи, с-с-сука! Кисти отсушивает напрочь. Тварь разваливается на две неравные половины, но перед смертью успевает дотянуться до меня. От «легко» тычка, заваливаюсь на спину. Бар хэпэ сходит с ума. Жизни на дне – тридцать хит поинтов. Ровно столько добавил, влив заработанные очки во внешность. Хлебать мой суп….

Лежу, хватаю ртом воздух, пытаюсь отдышаться. Все. Берите меня голыми руками. Помру от любого чиха. Да хоть от комариного укуса. Хотя, пожалуй, это сейчас не грозит – зима на дворе как ни как.

Минут тридцать тупо лежал и пялился в серые тучи. Похоже, госпожа удача совершила полный оборот вокруг своей оси и снова осенила несчастного своей улыбкой. За полчаса бездействия, к моей покоцанной тушке так никто и не притронулся. Вывод очевиден – других живых и функционирующих организмов на ближайшей местности нет.

Пруха не может продолжаться вечно, нужно срочно возглавить сие действие. А значит, отрываем жопу от снега и вперед, на борьбу за выживание. Главное не тупить, в запасе всего тридцать единиц жизненных сил, и это все что отделяет меня от провала и вылета из проекта с волчьим билетом и без денег. До уровня еще как до луны пешком, огнестрел весь выведен из строя, лезвие топора разъела кровь ледяного моба, броня – сплошные лохмотья, аптечек нет. Зашибись перспективы у меня.

Правда, знаю, где достать медикаменты. Те самые кейсы, из-за которых и заваривалась вся каша. Очень надеюсь, что не ошибся, и там именно медицинские препараты продления жизни. Все остальное бесполезно – до поселения не донесу.

Пробравшись на то место, где стояла палатка с желанными ништяками, принялся разгребать завалы. Прямо руками. Пятнадцать минут активного сопения, и вот он, первый дипломат с кодовым замком. Комбинация из четырех нулей уже забита. Дай бог, чтобы паранойя бывших хозяев протекала в мягкой форме. Большие пальцы в разодранных перчатках ложатся на бугорки замков. На всякий случай зажмурился. Щелк, щелк. Райским пением раздается звук открытия кейса. Ну же…. Открываю один глаз … ДА! БИНГО! Экспериментальные средние аптечки. Живем!

Сразу же вгоняю себе полный картридж. Полоса бара наливается зеленым, а перед глазами вываливает системка. О! Тыщу лет система не радовала меня своим присутствием. Ну-ка, ну-ка?

Внимание!  Вы нашли образец утраченной технологии. Поздравляем! Вы можете вернуть ее миру или использовать единолично. 

Для открытия технологии к общему пользованию – передайте образец в любое технологически развитое поселение.

Внимание!  Вы впервые использовали уникальную технологию восполнения здоровья. 

Вы получаете постоянный бонус +450 единиц жизненной силы.

Хо-хо-хо, новый год! Это сколько же они будут стоить в поселении Че? Так стоп! Вот там их лучше не светить, а то повторю судьбу ребяток, обчистивших красный крест, но не успевших насладиться свалившимся на них богатством.

Проникаемся дальше мудростью классиков: «Пилите, Шура, пилите…». Только в моем случае гирька и правда, золотая. В первом кейсе еще четыре пакета экспериментальных образцов. Замок уже перекодировал и на самое дно инвентаря его, пусть там лежит, подальше от чужих глаз и жадных ручонок.

Еще через пять минут подражания экскаватору, и снова находка. Алгоритм тот же, пальцы на запорные клавиши, зажмуриться и … облом. Закрыто, код не верный. Придется сбивать замок. Где там тэтэшник?

Задолбался. Копался на руинах до вечера. Добро выносил уже в потемках, а лагерь ставил вообще в ночи. Но оно того стоило. С таким запасом медикаментов разной направленности можно выдержать даже ядерную зиму, если, конечно, расходовать их только на себя. Большая часть уже давно испортилась и применению не подлежит. Но и того, что удалось вынести, мне хватит, чтобы закрыть вопрос с лояльностью города и гильдией, и взять напрокат наемников. Даже не засвечивая уникальный хабар – экспериментальные аптечки и пару навороченных анализаторов.

Но больше всего порадовался откопанному старенькому ака-47. Совершенно без наворотов, местами ржавому, со сколами на воронении, с расхлябанным и треснувшим прикладом, но ведь стреляет! В моем положении – жизненно важный фактор! Ночевать в заснеженном постапокалипическом лесу без рабочего ствола – занятие для отбитых на всю отмороженную голову. А остаться на ночь придется. Устал как полковая лошадь, это раз. Два – топать в ночи по незнакомой местности дураков нет. Мало того, что ничерта не видно, так еще и непонятно, какие твари выползают после захода солнца. Вон этим утром псов обнаружил, днем ледышки ожившие нашлись. Мало приятного, чес слово. Так что лагерь, сигналка по периметру и ждать рассвета не смыкая глаз. Отосплюсь за стенами города.

Бу-э-э! Поганая ночка. Истерзанная бронь даже не пыталась сохранить тепло. И костер не разведешь – незачем давать местным хищникам лишний шанс обнаружить и без того прилично надкусанного меня. В глаза, будто песок насыпали. Продрог до костей. А впереди еще немалый обратный путь. Хорошо хоть обошлось без визитеров, уже хлеб.

Снова река, пронизывающие порывы ледяного ветра, я и сани, богато нагруженные добром. Распущенный на лоскуты комплект «Хищника», зияет дырами и прорехами. Левой половины шлема как небывало. В руках зажат старенький, видавший виды калаш, того и гляди рассыплется. Просто ходячий праздник мародеров. Один – два выстрела и загребай жирнючий навар за пазуху. Но особых вариантов у меня нет, так что сжать зубы и топать дальше, надеясь на мадам фортуну.

Относительно безопасная дорога тут одна – по реке. Кварталами пробираться желающих нема. Там толпы живых мертвецов и подарки после отгремевших военных действий. То минные поля со сгнившим управляющим контуром, то покореженные, но все еще боеспособные машины с протухшим блоком ии. А то и вообще банальная растяжка, но занесенная, со временем, мусором до состояния полной незаметности. Вот и мрут там пачками «смельчаки» и поисковики.

Стервятники уже давно переместились на окраины и щипают потихоньку одиночек да ослабленные группы, если силу за собой чувствуют. Остается надеяться только на их вечную лень вставать в такую рань да на то, что этот сброд сегодня решил взять выходной. Случается же. Всю эту информацию я выудил из пьяных ртов во время запойного марафона.

Опять же – видок у меня не то чтобы кричащий о богатстве, скорее на обноски последней свежести похожи. А на сани сверху накидано всякого хлама для отвода глаз. Ползет себе «мул», тащит металлолом в надежде наскрести на пару стопок «Домашнего». Хрюли на такого патроны тратить, один черт взять нечего. Вот примерно на таких домыслах и строился мой расчет. Прямо кажем – хлипкая основа. И закономерно я вляпался. Удача вильнула далеко в сторону, напоследок отвесив мне знатного леща своим скользким хвостом.

Толи день не мой, толи просто шакалы оголодали настолько, что рады даже такой скудной наживе как гора хлама нищего пропоицы. Где-то на середине пути из за наметенного бруствера вышло две крепких фигуры в поношенной, не раз залатанной, но сохранившей целостность, броне. Один, старший на вид, с помпой – лучшей выбор для коротких дистанциях. Второй, молодой пацан, младше меня в реале – с такой же как мой калашников, пожеванной щуками, «сучкой[1]».

– Э! Тпр-р-р. Осади, ханыга.

– Ага, эта, дай пацанам позвонить-прикурить – прогундосил второй, за что удостоился презрительного, вскользь брошенного, взгляда от старшего, и сразу как-то весь сник.

– Короче, паря, не дури. Волыну в сторонку отбрось, карманы пощупаем и гуляй. Металлолом нам твой в хрен не уперся, не парься за него. А ствол без умелых рук и дела чахнет, да и все равно пропьешь его, а нам сгодится.

Да щас голубчики, только шнурки поглажу. Нос свой вы все равно в сани сунете, а там вещички не про вашу честь. Видимо что-то изменилось во мне, стойка, положение рук с оружием или блеск единственного видимого им глаза. А может, мое молчание насторожило. Неважно, главное, что великие уравнители напряглись.

– Не дури, пацанчик….

Поздно, я уже с силой оттолкнулся и летел спиной вперед, поливая пространство перед собой разогнанным свинцом. О прицельной стрельбе в таких условиях речи не шло. Тут важно придавить огнем, заставить залечь, не дать стрелять в ответ. Их двое и если помпа не особо опасна на таком расстоянии, остатки брони справятся с зарядами на излете, то пять сорок пять, с легкостью наделают во мне новых дырок. Спасибо, такого счастья нам не надо.

Вот и бил я навскидку, от бедра, да еще и в полете, лишь придавить к земле, а самому успеть укрыться за бортом нагруженных саней. Кейсы под ворох хлама подойдут в качестве баррикады.

Приземление было жестким. Знатно ушиб копчик и правый локоть. Но жалеть себя некогда. Активно работая конечностями, метнулся под укрытие хабара. Как ни удивительно, но в полете я умудрился попасть в молодого мародера. Хорошо так попасть, до полного не совместительства с жизнью, в традиционном ее понимании. В текущих реалиях, это важное уточнение. А то бродят где не попадя альтернативные формы жизни, портят воздух.

Молодой выбыл из игры. Жаль, он как раз был, упокой его грешную душу, менее опасным. Но страдать по этому поводу не собираюсь, да и время неподходящее. Сейчас бы со вторым решить вопрос. Он уже успел очухаться и, отплевываясь короткими очередями, уползает за бруствер, где его не достать. Ну, уж нет! Оставлять кого бы то ни было за спиной, тем более недружелюбно настроенного, в мои планы не входит. Аптечек у меня с запасом, вот и не будем их жалеть. Одну экспериментальную, в качестве заначки, в  слот «Хищника», две по слотам быстрого доступа, сменить магазин на полный и, вперед, ловить широкой грудью жгучие выстрелы.