Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 196 (всего у книги 256 страниц)

– Тогда поедем. Уже поздно, – решила Кассия. – Я вернусь через два дня, ты сможешь разобраться с копией? – спросила Кас у Весты, махнув рукой на диван.

Элион поворачиваться не стал, не желая более её видеть.

– Конечно, я всё сделаю.

У выхода они попрощались, а Элион привычно поцеловал Весту в лоб, про себя радуясь, что эта ласка стала ей естественна и сестра больше не каменела, а улыбалась.

Путь до машины они преодолели быстро и без разговоров. Напряжения не ощущалось, но Элион был вымотан произошедшим потрясением, и Кас, похоже, тоже устала. Однако он не переставал чувствовать её взгляд, будто она его проверяла, не поплохеет ли ему опять. Элион всю дорогу пытался придумать шутку, чтобы развеять её тревогу привычным способом, но все они получались глупыми и только привлекли бы лишнее внимание.

– Хочу заехать кое-куда, – подала голос Кассия, когда Элион завёл машину.

– Хорошо, подсказывай, где свернуть.

В дороге Элион немного расслабился, попросив Кассию рассказать ещё что-нибудь о жизни в его отсутствие. Она, как и всегда, тему поддержала, но рассказывала, определённо выбирая самые забавные и хорошие моменты, практически избегая того, что могло бы его расстроить. Элион не подавал виду, но все их старания были видны невооружённым глазом, а уж Кас и подавно. По её указаниям Элион припарковался. Район был знакомым, с ресторанами и кафе, но что здесь понадобилось Кас, она так и не призналась.

– Пойдём, – велела она, выбираясь из машины.

Пришлось подчиниться.

– Куда? – спросил он, заходя за ней в переулок, но Кассия лишь улыбнулась.

Элион в целом не против приключений, но если они во что-то вляпаются, то по заднице от Кая получать будет он, а не она. Они шли всё дальше, и Эль нехотя начал оглядываться, ища пути отступления на случай необходимости, чтоб увести Кас подальше. Но мысль осталась недодуманной, когда в лицо ударил розовый неоновый свет маленькой кондитерской.

– Вот, – со смущением представила она заведение, которое располагалось не в самом удачном месте на узкой улице. Вероятно, поэтому внутри не было посетителей. И всё же в розово-бежевом оформлении кондитерской было нечто знакомое.

Его остолбеневший вид произвёл нужное впечатление, Кассия заулыбалась и потащила Элиона внутрь. Он не знал, что сказать, рассматривая довольно простой декор, но приятные цвета, светлые пол и стены придавали заведению уют.

– Садись. – Кас усадила его как маленького за один из столов и ушла.

Когда она сделала заказ, до него наконец дошло. Он возил её в схожее кафе-мороженое, когда она была расстроена. Он постоянно убеждал, что дурное настроение можно исправить вкусной едой. Кас опасливо приблизилась с целым подносом заказа, потому что Элион расплылся в улыбке, зная, что она задумала.

– Я не расстроен, – в лоб выдал он. Её забота согревала лучше любых сладостей.

– Ты был в шоке. Это ещё хуже, – проворчала она, опуская перед ним чашку капучино и кусок торта. И всё же в движениях читалось сожаление, когда она придвинула к нему ещё два маленьких пирожных. Для себя у неё был кофе.

Три десерта. Она купила ему три десерта. Два из них маленькие, но всё же.

– Любитель сахара – это у нас Иво, – едва сдерживая веселье, напомнил Элион, не притронувшись к угощениям.

– Это торт с солёной карамелью, это пирожное со вкусом чёрного чая, а это с арахисовой пастой, – не моргнув и глазом выдала она, указывая на десерты, и каждый вариант попадал точно в цель. Элион даже не скрыл приятного удивления.

– Ты меня изучила! – подтвердил он.

Кас заметно расслабилась и улыбнулась. Элион рассмеялся и отодвинул всё на середину стола, кивком веля помогать.

– Извини, я слышала, что ты говорил, и… я правда не хотела тебя расстраивать, – промямлила Кас, запихнув в рот кусок пирожного с арахисовой пастой.

– Всё нормально. Просто немного испугался, – с притворным спокойствием пожал плечами Элион, но мёртвая Кассия тут же всплыла перед глазами, и кусок торта пролез в горло с трудом. Элион поймал взгляд Кас и вздохнул: – Ладно, я думал, меня хватит треклятый сердечный приступ. Если будешь оставлять свои тела, то рисуй им на лбу крестик, что ли, или клей записку вроде: «Это копия, а я живая, отошла в туалет».

Кассия невесело усмехнулась, но кивнула. Элиону действительно стало легче, когда он это сказал, и следующим куском торта он уже смог насладиться.

– Но я позвала тебя сюда ещё и ради разговора.

– Выкладывай.

– Думаю, это тебе стоит выкладывать, – поправила Кас. – Я хочу поговорить о Веге.

Веди себя нормально.

Нормально, мать твою.

По-глупому счастливая улыбка появилась слишком быстро, Кас успела её заметить, прежде чем он чересчур сильно хлопнул себя ладонью по губам, чем ухудшил ситуацию. Кассия вопросительно изогнула бровь.

– Как ты узнала? – сдался Элион.

– Да ты и не сильно скрываешь, знаешь ли, – поддела она, достала свой телефон и показала долбаное приложение для отслеживания местонахождения детей. Когда-то Кай за ним так присматривал, а он и не знал.

– Кай обещал прекратить за мной шпионить. – Элион попытался возмутиться, но вышло не очень достоверно, потому что это никогда его особо и не задевало. Он прекрасно знал, что на него охотились и для его же безопасности было лучше, чтобы Кай мог его отыскать. По крайней мере, приложение можно было отключить, а с вшитыми в одежду или обувь маячками всё обстояло куда сложнее. Вторым чаще баловался Иво.

– Кай перестал, но я-то ничего не обещала. А Иво помог установить приложение на твой телефон, – не стесняясь, сдала друга Кассия. – Теперь про Вегу. Несложно было выяснить, что место, где ты несколько раз бывал, – её квартира. Что происходит? Знаешь же, что она помолвлена, а ты не из тех, кто ломает чужие браки.

Улыбка Элиона стала жалостливой, он поковырял торт, раздумывая над ответом. По сути, Иво и Кай уже начали копать, о Веге им станет многое известно в ближайшую неделю, а врать Кассии ему не хотелось. Ему в целом надоело врать друзьям.

– Кай не знает, – продолжила Кас, вероятно пытаясь угадать, что его сдерживает от откровения. – Я не говорила и не собираюсь. Ты и мой друг, и всё, что расскажешь, останется между нами, если ты этого захочешь.

– Я верю, малышка. – Он благодарно кивнул, зная, что она сохранит всё в тайне даже от Кая, если он попросит. Может, действительно стоит начать с Кассии? Через неё будет легче объяснить остальным. Элион собрался с духом, мысленно молясь покровителю своего Дома, чтобы не пожалеть. – Её зовут не Вега.

Кассия выпрямилась на стуле, готовая слушать.

– И помолвка, кстати, подставная. Пока я не могу назвать настоящее имя – это желание Веги, и у неё есть причины его скрывать. Я… обещаю, что вы узнаете и его, и всю историю, но сперва хочу убедиться, что она не против, всё-таки это не моя тайна. Понимаешь?

– Конечно, – мягко согласилась Кассия. Элион отпил кофе, чувствуя некоторое воодушевление.

– Но я могу рассказать тебе не её секрет, а мой. Я знаю Вегу с детства. – Элион коротко улыбнулся, когда Кассия едва не пронесла вилку с куском десерта мимо рта от удивления. – Она приёмный ребёнок, а удочерили её друзья моей мамы, одна влиятельная семья Дома Чревоугодия. Ты, наверное, сомневаешься, но я всегда был таким обаятельным и неотразимым, – намеренно провоцируя, добавил он, вызвав у Кассии смешок.

– Обхохочешься, – сухо добавила она.

– Нет, правда. Я был душой компании с момента, как научился связно говорить. Ты ведь помнишь мою семью? – Вопрос был скорее риторический, Кас это поняла и скорчила страдальческую гримасу, и всё же были детали, которые она не знала, потому что они их не обсуждали. – Практически никому в своей семье я не сдался. Я был ошибкой и позором. Так считали все, кроме моей мамы. А дядя буквально копировал то презрение, которое испытал мой дедушка с моим появлением. Лишь то, что я мальчик, уберегло меня от немедленной сдачи в детдом, хотя, думаю, дедушка просто нанял бы кого-нибудь удавить меня в колыбели. Всё-таки генами архонтов разбрасываться грешно. – Элион закатил глаза. Кас слушала внимательно, даже кофе отпивала тихо.

Воспользовавшись короткой передышкой, Элион проглотил последний кусок пирожного с арахисовой пастой. Вкус был волшебный.

– Поэтому я быстро смекнул, что надо не столько быть собой, сколько всем нравиться. В первую очередь я хотел нравиться членам семьи, ещё не понимая, что дело это бесполезное. Мне казалось, что всё поправимо. Но мы же говорим о долбаной аристократии, поэтому чужой взгляд и репутация могут повлиять сильнее, и я начал угождать всем вокруг, чтобы дедушка увидел, что я нравлюсь всем, и сменил свою холодность хотя бы на заинтересованность. Я был милым, весёлым, доброжелательным, умным, когда надо. Я был любым, лишь бы угодить обществу, в которое попадал. – Улыбка Элиона ни разу не дрогнула, разве что менялась с горькой до насмешливой. – Я мнил себя гением, сумев влюбить в себя каждую аристократическую семью, появившуюся на пороге дома. Уже тогда многие мысленно брали меня на заметку в качестве будущего жениха для их дочурок. Если Иолай будет занят, то я тоже вполне рабочий вариант.

Кассия же эмоций не скрывала, веселье давно покинуло взгляд, уголки губ опустились, на Элиона она смотрела прямо, будто говоря, что ни одна из его улыбок её сейчас не обманет. Эль это знал, но он слишком хорошо натренировал себя держать хотя бы слабую улыбку на губах – сейчас он натянул её скорее неосознанно: для него такое выражение лица стало естественным, как дыхание.

– Мы с Вегой одногодки. Встречали друг друга в пять, шесть и семь лет, но обычно ненадолго, и с ней, если честно, всегда было сложно. Она оставалась молчаливой, замкнутой и везде со своими книжками или блокнотами. Ни одна из моих попыток с ней сдружиться не привела к успеху. И в восемь лет мы впервые остались один на один. Родители решили, что мы уже достаточно взрослые, чтобы самим найти чем себя занять. Не знаю, что на меня нашло в тот день. Думаю, я устал или начались признаки взросления и жажда бунта, но в Веге я не видел пользы. Я смотрел на неё, как на объект, который обязан дать мне положительную оценку, восхищённый взгляд или улыбку. Но она не реагировала на меня. Ни на попытки разговора, ни на шутки или наводящие вопросы. Выглядела она так, словно желала избавиться от моей компании. Вроде мелочь, но тогда для меня её отстранённость ощущалась как цунами, которое несётся на выстраданный мной образ всеобщего любимца.

– Ты испугался.

Элион вопросительно приподнял бровь, и Кассия продолжила:

– Испугался, что если ты не будешь нравиться хоть кому-то одному, то всё пропало. Ты не хотел им нравиться, но думал, что это жизненно необходимо. Реакция Веги отличалась и была опасной.

– Наверное, ты права, – согласился Элион, а его улыбка стала мягче. Он громко вздохнул: – Теперь звучит даже хуже, я её ещё, оказывается, и боялся. Забавно.

– И что в итоге ты натворил?

– Почему сразу натворил?!

Кассия ответила красноречивым «А нет, что ли?» взглядом.

– Ладно, да. С Вегой я… напортачил. Когда ни один из ранее действенных подходов с ней не сработал, я разозлился, снял маску и впервые повёл себя как самый настоящий малолетний засранец. Я огрызнулся, считая, что с ней не обязан притворяться. Она ведь приёмная, а на приёмных смотрят едва ли лучше, чем на бастардов. Меня заботило лишь мнение тех, кто мог быть важен для архонта.

– Она тебя ударила?

Вопрос Кассии на пару мгновений сбил с толку, а затем Элион рассмеялся. Сперва смех был весёлым, пока не стал каким-то вымученным и не затих.

– Да-а-а. Это было бы логично. И признаться, за моё поведение ей стоило меня ударить, но вместо этого она встала и ушла. Я думал, что уже здесь её реакция поставила меня в тупик, но стало ещё хуже, когда она вернулась с мороженым.

– С морофеным? – недоверчиво переспросила Кас с набитым ртом.

– Ага. Ты знаешь, что в моём Доме значит мороженое? – Элион рассмеялся от недоумения на лице Кассии. – Учи историю, архонт, – не сумел удержаться от подкола Элион, даже немного сожалея, что не смог застать подругу в этой роли. – В Пелесе довольно жарко, а в древние времена со льдом и заморозкой были проблемы. До сих пор изготовление мороженого не самое простое дело. Поэтому и в наше время мороженое гостям предлагают исключительно в особенных случаях. Это знак утешения. Своими запасами делятся только в качестве искренней поддержки. Вега была единственной, кто понял, насколько я на самом деле одичавший и неловкий в искреннем общении.

Примяв вилкой остатки торта, Элион улыбнулся воспоминаниям.

– И так вы подружились?

– И да, и нет. Наши отношения напоминали любовь-ненависть. На неё всё равно ничего не действовало, поэтому с Вегой я мог быть разным. Иногда даже катастрофой. В школе она держалась от меня подальше, а после мы вместе у неё дома делали домашнее задание. Она постоянно твердила, что я приношу с собой хаос в её жизнь. Виноват, – насмешливо признался Элион, приложив ладонь к груди. Кассия фыркнула. – Нам пора, а то Иво опять решит, что я тебя по стриптиз-клубам таскаю.

Кассия согласно кивнула и встала. Элион отнёс опустевшие тарелки с подносом на стойку, и они вместе направились к машине. Он благодарно сжал ладонь Кассии в своей руке, чувствуя лёгкость из-за откровения, и всё же на языке вертелось последнее, что он хотел бы объяснить.

– Кас, помнишь… – неловко начал Элион, когда они оказались в салоне автомобиля, – помнишь наш разговор в доме на Переправе? Перед тем как я… умер.

Кассия заметно напряглась, но кивнула.

– Ты спрашивала, что наш брак будет значить для меня, и я сказал, что меня с детства растили как инструмент для нужд моего Дома. Сказал, что я сумел уберечь своё сердце и не влюбляться.

– Помню, – ответила Кас, когда Элион намеренно выдержал длинную паузу.

– Я был не совсем честен. Мне было легко согласиться на наш брак ещё и потому, что к тому моменту я уже и не мог влюбиться. Одной потери мне было достаточно, чтобы пожелать никогда не чувствовать этого снова.

– Ты был в неё влюблён, – поняла Кассия, но Элион не сумел определить, обрадовала эта мысль Кас или, наоборот, огорчила: в её тоне смешались обречённость, напряжение и осознание.

– Я понял это в юности, но с Вегой произошло кое-что очень плохое. Я думал, что она погибла. И, однажды пережив потерю, я зарёкся обрекать себя на повторение. Но ты не хуже меня знаешь, как ощущается второй шанс, на который не мог и рассчитывать. Это похоже на…

– …чудо, – глухо закончила Кассия, понимая как никто другой. Их историю с Каем он выяснил у Иво во всех деталях, и тот не поскупился на подробности, большинство из которых были печальными.

– Верно. Чудо, которое ты ни за что не упустишь.

Взгляд Кассии остекленел, она выдавила слабую улыбку, но её мысли уже унеслись далеко. Элион ощутил укол вины, осознав, что Кассия подумала не только о Кае, как он рассчитывал. Скорее всего, она подумала и о возвращении самого Элиона, который до сих пор ни хрена не продвинулся в поиске и поэтому всё ещё в дерьме.

Элион завёл машину, Кассия немного встрепенулась: звуки её отвлекли.

– Я просто надеюсь, что ты доверяешь моему выбору, и клянусь, что Вега нам друг. Очень хороший друг.

Услышав другое имя, Кассия, кажется, вернулась в действительность. В глазах отразилось понимание.

– Если она – твой выбор, то я доверяю в первую очередь тебе. И раз ты говоришь, что она наш друг, то так и есть. Как насчёт совместного ужина после того, как мы узнаем её настоящее имя?

– Договорились!

Элион моментально повеселел, и машина так быстро набрала скорость, что Кассия с улыбкой качнула головой. Но она и правда доверяла ему и потому перестала хвататься за ремень безопасности, как делала это в начале их знакомства.

21. Вега

Сегодняшнее посещение лаборатории должно было пройти гладко: раннее утро, немногочисленные лаборанты в отключке из-за переработок. Когда Маттео приходит в голову какая-то идея, то о стандартном рабочем графике можно забыть, все начинают трудиться до изнеможения и спать на диванах, которые найдут неподалёку от своих рабочих мест. Такое состояние у него может длиться от пары недель до нескольких месяцев.

Стараясь ступать бесшумно, Вега направлялась к одному из складов мимо лабораторий. Почти во всех горел свет, но было тихо, а рядом с одной из дверей она даже замерла, услышав храп. Как и ожидалось. Годы идут, а Маттео и его стиль работы всё такие же предсказуемые.

Мысль вызвала горькую улыбку и старую тупую боль в сердце. Однажды Маттео его разбил, и Веге понадобилось намного больше времени, чем она ожидала, чтобы его склеить. Правда, получилось неуклюже. Оно напоминало наспех собранные вместе осколки с острыми гранями наружу, и последствия изредка давали о себе знать. Казалось, будто ощетинившееся, теперь напоминающее осколочного ежа сердце ранило соседние органы: царапало лёгкие, кости и мышцы. В первые годы было ощутимо, а сейчас совсем редко. Воспоминания о Маттео, его опеке, маниакальной одержимости работой, неуклюжих попытках заботиться о ней, когда она приходила по женским вопросам, потому что больше не у кого было спросить.

Резкий храп заставил Вегу прийти в себя. Она моргнула, осознав, что так и застыла у закрытой двери. Спящий за ней лаборант, похоже, перевернулся на другой бок, звук оборвался, и вновь стало тихо. Вега повела плечами, сбрасывая оцепенение, и, вспомнив о делах, пошла дальше. Сверившись с рабочим расписанием, Вега убедилась, что Маттео в короткой командировке, что-то ему понадобилось в Пелесе, поэтому она, не скрываясь, зашла в последний кабинет и застыла, не сразу заметив за столом склонённую фигуру. А когда разглядела, то от неожиданности споткнулась о ножку одного из кресел и едва не выругалась. К несчастью, Маттео дремал, и резкий звук моментально его поднял.

Вега перестала дышать, когда его расфокусированный взгляд остановился на ней. Несмотря на утро, в кабинете было сумрачно: единственное окно зашторено плотными чёрными занавесками, а включённая лампа ярко светила лишь на стол с документами.

– Вега? – сонно позвал Маттео и принялся рыться в бумагах на столе: ему понадобилось время, чтобы найти очки и нацепить их на нос.

Она вспомнила. После долгой работы и затем короткого сна у него падало зрение, глаза уставали, и он пару часов по утрам использовал очки, чтобы было легче концентрироваться. Маттео теперь абсолютно точно её заметил, но внезапно его лицо вытянулось, отразив совсем непривычный испуг. Сердце в груди упало, Вега вздрогнула, когда Маттео резко встал, умудрившись одновременно удариться головой о лампу и ногой о стол. Он прошипел ругательства, пытаясь потереть колено, которому, вероятно, было больнее, но неловким движением руки задел стопку с бумагами, и те рассыпались по полу. Вега не смогла подавить порыв и подошла, чтобы помочь их поднять, как делала это всегда. Но едва она опустилась на колени, как Маттео дёрнул её вверх и порывисто обнял. Вега оцепенела.

– Ты в порядке? – уточнил он, продолжая растирать её спину, будто почувствовал дрожь и решил, что ей холодно. – Мне ночью принесли новости про казино Феликса. Рассказали, что там была перестрелка и один из гостей заявил, что видел тебя. Я сперва хотел позвонить, но было поздно, и… не знаю… Ты ведь ничего не написала.

Он тараторил взволнованно, в груди Веги сдавило от тепла и боли. Она хотела ответить, но в горле образовался ком, а в глазах предательски защипало. Мысленно она запрещала себе плакать, запрещала принимать эту его внезапную заботу на свой счёт. Маттео не такой, не настолько эмоциональный, и это всего лишь неожиданный всплеск тревоги из-за резкого пробуждения, не более. Её собственные руки жадно обвили его в ответ, ведь такие объятия и поддержку она могла больше никогда не получить. Она впитывала его тепло, вдыхала знакомые запахи медикаментов, чернил и антисептика, пытаясь запомнить каждый миг.

Объятия продлились минимум вдвое дольше, чем она мечтала. Непролитые слёзы успели высохнуть, когда Маттео всё-таки отстранил её за плечи, чтобы проверить, всё ли в порядке. Вега немного опустила глаза, боясь, что прямой взгляд её выдаст.

– Ты правда была в казино?

Вега кивнула, по-прежнему не доверяя голосу. Сердце в груди колотилось как сумасшедшее. Она не могла поверить в то, что сейчас случилось. Объятия и его отеческая забота были столь обескураживающими, что она забыла, зачем пришла.

– Хаос всемогущее начало, что тебе понадобилось в той помойке? – уже строже уточнил Маттео, убедившись, что у Веги нет травм. Она едва заметно вздрогнула, когда его ладонь коснулась её лица, заставив поднять взгляд. Он со знакомой врачебной заинтересованностью оценил реакцию её зрачков на свет, проверил пульс, приложил ладонь ко лбу тыльной стороной, считывая температуру.

– Я в порядке, – сдавленно заверила она, отступая на шаг, боясь внезапного желания всё рассказать, пожаловаться на то, что с ней произошло и происходит. Мысленный порыв был опасным.

– А что с голосом?

– Простудилась, наверное. – Вега продолжала хрипеть то ли от привкуса слёз на языке, то ли от кома в горле, который никак не хотел исчезать. Она прочистила его, стараясь смягчить голос. – Ничего страшного. Скоро пройдёт.

Она умело собрала бумаги в стопку и вернула на край стола. Вега чувствовала внимательный взгляд Маттео, который не переставал её сканировать, но она не подавала виду, что встреча с ним – последнее, на что она рассчитывала.

– Извини, что разбудила. Не ожидала тебя здесь увидеть. В Пелесе не задалось?

– А… – Маттео наконец расслабился, снял очки и ущипнул себя за переносицу. – Пришлось перенести поездку. Думал, что сделал прорыв, но оказалось, ошибка в расчётах, – заворчал он, перекладывая сложенные Вегой документы в нужном ему порядке, хотя в итоге на столе образовался ещё больший хаос.

Вега с трудом стёрла улыбку. Ни одна из его привычек не изменилась, сколько бы раз она ни пыталась структурировать его рабочее место, лишь в ему понятном состоянии бардака Маттео находил параллели и необходимые ему ответы.

– А ты почему здесь в субботу? Вроде мы договорились, что в выходные ты не будешь вставать рано и приходить на работу. Ты обещала, что постараешься наладить сон без препаратов.

К Маттео вернулся строгий отеческий тон. Вега же растеряла искру тепла, которое разожглось внутри. Она закрылась и поняла, что Маттео это заметил.

– Никаких улучшений? – прямо спросил он.

– Я стараюсь.

Повисшая тишина завершилась усталым вздохом Маттео:

– Мы справимся.

Мы?

Вега вскинула ошарашенный взгляд, который Маттео не увидел, занятый сверкой цифр в попавшем ему под руку графике.

– Я продолжаю разрабатывать для тебя лекарство. Уверен, я где-то близко.

Мы.

Для кого-то незначительные звуки, короткое слово, но для Веги разница была огромной. Она слишком хорошо знала Маттео – сказать так случайно или не подумав он не мог. Вега проблемная и определённо больна, и всё же он не намерен от неё отказываться. Не намерен бросать одну, научившись на своих старых ошибках.

Вега с трудом заставила себя дышать.

– Не перенапрягайся, – едва слышно выдавила она и отступила от Маттео подальше. Ей необходимо справиться с охватившими её чувствами, обуздать их, взять под контроль. Она крепче вцепилась в сумочку, чтобы унять нервную дрожь в пальцах, эмоции волнами накатывали, распирая изнутри, штиль бесконтрольно превращался в самую настоящую бурю. – А мне нужно заняться делами. Есть важная встреча… – Мозг, казалось, заклинило от жара, который охватил разум, и она не смогла даже придумать отговорку. – Ещё раз извини, что разбудила.

– Хорошо, увидимся на следующей неделе, – согласился Маттео, как и всегда медленно проваливаясь в данные на бумагах, стоило его вниманию зацепиться за что-то интересное.

Вега выдохнула, зная, что он достаточно отвлечён, чтобы легко уйти, но Маттео вновь её окликнул, когда она уже была в дверях.

– И ещё кое-что, Вега. – Она тут же замерла и повернулась в ожидании продолжения. – Я знаю, что Феликс вынудил тебя сыграть с ним. – Теперь уже пронзительный взгляд Маттео не давал сдвинуться, он, очевидно, был недоволен тем, что она попалась в такую простую ловушку. Варианты оправданий завертелись на языке, но она подавила это желание, зная, что Маттео предпочтёт извинения и заверения, что в будущем она глупить не станет. Однако стоило ей открыть рот, как Маттео продолжил, не дав вставить и слова: – Я разберусь с Феликсом, и он пожалеет, что предложил тебе свою игру.

Ей захотелось потереть глаза, она засомневалась, точно ли видит Маттео. Реальный ли он или всё ей снится. Она знала, что дорога́ Маттео, но скорее как инвестиция, в которую он вложил время и труд, слепив из неё механизм с набором нужных характеристик. Воспитал и натренировал почти как собаку, чтобы она была идеальной настолько, насколько может таковым быть столь несовершенное создание, как приёмная девочка с багажом эмоциональных проблем. Но сейчас Вега видела не раздражение от того, что она так и не стала безупречной, – она видела и слышала заботу члена семьи. Возможно, так должен говорить и вести себя любящий отец со сложным характером.

– Спасибо, – едва выдавила она с кивком, отчасти похожим на короткий поклон. Этого в качестве прощания хватило, и Вега вышла.

По коридору она добралась до лестничной клетки, затем, мёртвой хваткой держась за перила, Вега спустилась на первый этаж и только там, в холле, смогла сделать один судорожный глубокий вдох. Спазм в лёгких прошёл, и она жадно задышала, пытаясь унять головокружение. Зрение немного плыло, когда, позабыв обо всём, она выскочила из здания. Солнечный свет ослепил, и она со всей силы врезалась в прохожего.

Её схватили за плечи и удержали от падения.

– Вега? Ты в порядке?

Сквозь звон в ушах пробился знакомый голос. Она подняла глаза.

– Макей? – Она неловко прочистила голос, но тот не прекращал хрипеть. Перед ней действительно стоял Макей – он обеспокоенным взглядом окинул Вегу с головы до ног, а после медленно отпустил её плечи, вероятно, неуверенный, не рухнет ли она на месте.

Вега протяжно вдохнула и так же выдохнула, беря себя в руки. Она неловко поправила ворот распахнутого пальто и съехавший в сторону кулон под блузкой. Даже удалось нацепить вялую, но улыбку.

– Извини, я тебя не заметила, – оправдалась она, понимая, что именно с ним столкнулась на выходе. – Ты к Маттео?

– Нет, то есть да, но я у него хотел узнать про тебя. Я звонил, но ты не брала трубку, и я заволновался. Да и хотел поговорить об Арисе и Сэме. Ты просила рассказать новости, и я кое-что узнал.

Макей замолчал, когда прохожий пихнул его плечом, – они застыли посередине дороги, преграждая путь неуправляемому людскому потоку.

– Давай отойдём, – попросил Макей, потянув её ко входу на подземную парковку. – Раз мы встретились, то и нет смысла задерживаться. Подвезу тебя, куда захочешь.

Вега неоднозначно кивнула, тщетно пытаясь заставить разум работать как надо. Она ещё не оправилась от потрясения, чувствуя себя щепкой, оставшейся от попавшего в шторм корабля.

– Арис и Сэм мертвы, – понизив голос, пояснил Макей, когда мимо к выезду из парковки проехала машина.

Вега прикрыла рот ладонью и во все глаза уставилась на Макея, который посерьёзнел и, поняв её немой вопрос, кивнул.

– Тела нашли в поле. Смерть от ударов ножом в горло. Кто-то подобрался к ним сзади. – Взмахом руки Макей пригласил свернуть направо у бетонной колонны. Она подчинилась, следуя за ним, и не успела среагировать на удар. Макей прижал Вегу к колонне, оборвал её крик, надавив локтем на горло и перекрыв кислород. В лоб Веге упёрлось дуло пистолета, заставив проглотить все слова и с ужасом уставиться на парня, который теперь не скрывал ярости, исказившей его лицо. – Я всё знаю. Подтирая следы, ты упустила одну камеру, фальшивая дрянь.