Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 108 (всего у книги 256 страниц)

– Мне рассказали смехотворную чушь о тебе, Элион. Какой-то бред, не понимаю, откуда они это взяли, – начала я, сбиваясь на лихорадочное бормотание.

Эль сперва побледнел, а потом его лицо лишилось каких-либо эмоций. Он отвернулся и продолжил заниматься седлом гнедой кобылы.

– И что же такого тебе рассказали? – без искреннего интереса уточнил он в повисшей тишине.

Уже на этом моменте я ожидала незамедлительной шутки или возмущения, но Элион просто отвернулся. Мне было противно пересказывать услышанное. Эль точно оскорбится, узнав, что я хоть на мгновение засомневалась в нём.

– Что ты изнасиловал девушку и после её самоубийства сбежал в Санкт-Данам. Поэтому твоя семья тебе не рада, – набравшись смелости, тихо выдала я.

Эль никак не отреагировал. Проверил седло, погладил лошадь по шее и только затем повернул голову ко мне, напряжённо ждущей ответа. Чёрные кудри упали на зелёные глаза, а взгляд напомнил Элиона при нашей первой встрече. Вспыльчивого, жестокого, того Элиона, что ломает недругам ноги просто из прихоти.

– Это правда.

Я заморгала, сомневаясь, что правильно поняла. Палагейский всё-таки не мой язык. Я улучшила навык и всё же легко могла ошибиться.

– Это правда, малышка, – словно прочитав мои мысли, повторил Эль, а его привычное обращение прозвучало с новой, не столь ласковой интонацией. – Или хочешь, чтобы я солгал?

Я оцепенела, полностью растерянная.

– Вообще-то не собирался тебе рассказывать. Много лет прошло, и я изменился. Научился на своих ошибках, – он не отрывал от меня испытующего взгляда, весь напрягся, приготовившись защищаться, хотя из нас двоих именно мне нужно было обороняться, потому что его резкие слова, сказанные издевательским тоном, ранили.

– Ты не мог, – через силу выдавила я.

Элион насмешливо наклонил голову и вскинул брови, безмолвно спрашивая: «Правда?» Я смотрела на него и не верила увиденной реакции, мотнула головой, отрицая. Эль нахмурился, недовольный моим упрямством.

– Откуда такая уверенность в том, что я мог, а что нет, малышка? Тебе неизвестно, каким я был годы назад, да ты и сейчас едва меня знаешь, – хмыкнул он, губы презрительно искривились, но взгляд остался холодным, затравленным. Я рассматривала Элиона, искала горечь, печаль, сожаление… хоть что-нибудь, не представляя, как ему удалось так правдоподобно выглядеть, нацепив маску незнакомого мне козла. Он настолько хорошо притворялся, что походил на реального подонка, который временно прикидывался очаровательным ягнёнком. – Ты слишком бесхитростна для этого мира. Наивность тебя погубит, а я не желаю для тебя такой участи, – добавил он чуть печальнее, разочарованно мотнув головой.

– Тогда скажи мне правду.

– Это и есть правда! – рявкнул он, и я невольно отступила на шаг. – Ты пришла с вопросом, и я на него ответил, чего ещё ты ждёшь? Хочешь, чтобы я прикинулся, будто я лучше, чем есть? Или всё-таки вспомнишь, как мы с тобой познакомились? – его тон из злого быстро перешёл в насмешливый, он с жалостью окинул меня взглядом и отошёл от лошади. Подобрал отложенный в сторону меч и перекинул через голову. – Не веришь мне – спроси Кая. Он подтвердит. Не веришь Каю – поговори с Иво и Мейв. Они всё знают.

– Эль…

– Кажется, на этом всё, малышка, – отрезал он, резко дёрнув закреплённый ремень на груди. Он всегда произносил моё прозвище притворным соблазнительным тоном или с приторной лаской, но сейчас оно звучало холодно и отстранённо. – Именно на этом моменте такие, как ты, обычно более не желают оставаться со мной в одном помещении.

– Такие, как я?

– Палагейки и даорийки. Поэтому я предпочитал встречаться с людьми. Они в наших кругах не вращаются и прошлого моего не знают.

Я вновь не нашлась с ответом, а мозг специально поддакивал услышанному, напоминая, как в квартиру в Санкт-Данаме Элион приводил исключительно людей. С такими девушками он и развлекался по ночам.

– Но Мейв…

– Мейв просто меня не боится. Да и рассказанное тебе – старая история, многие уже забыли. Лишь среди семей архонтов помнят. Моя ошибка – прекрасный повод, чтобы унизить мой Дом.

Ошибка?

Как произошедшее можно назвать так легко?

Голова гудела от попыток поверить в услышанное, но я продолжала глядеть на Элиона во все глаза. Он будто совершенно серьёзно пытался доказать мне, что небо зелёное, а вода красная, но мой разум вопил, не желая соглашаться с этим бредом.

– Теперь ты должна осознать, что дружба со мной навредит репутации твоего Дома. Твой дедушка и так удивительно лояльно отнёсся к нашим занятиям, – отстранённо и деловито подчеркнул Эль. Так со мной говорил Кай, но не Элион. Ком в горле стал удушающим, я по-прежнему не могла выдавить и звука. – Нам было весело, малышка, а веселье всегда заканчивается.

Без какого-либо прощания он прошёл мимо. Вышел из конюшни, а хлопок закрывшейся двери вывел меня из оцепенения. Я не бросилась за ним. Элион всё сказал.

Я опёрлась рукой о стенку денника и судорожно задышала, ощущая давно забытую паническую атаку. Мне не хватало воздуха, казалось, что я тону, находясь на суше. Меня трясло, тело покрылось холодным потом. Хотелось позвать кого-нибудь, но лёгкие и горло сдавило, звон в голове усилился до оглушительного, стены вокруг начали раскачиваться и сжиматься, вынудив меня опуститься на колени. Я понимала, что не могу задохнуться. Вокруг полно кислорода, но лёгкие сокращались в спазме, не внимая здравому смыслу.

Какое-то новое чувство окутало с ног до головы, облепило кожу словно паутина. Меня передёргивало от отвращения, хотелось всё смахнуть. Несколько раз я так и сделала, но ощущение не пропало.

Не представляю, сколько я там простояла, но постепенно пятна перед глазами перестали мелькать, судорожное дыхание немного выровнялось, и пошатываясь я вышла под дневной свет. Замерла, дожидаясь, пока сердце успокоится и ветер подсушит вспотевшее лицо.

Не зная, к кому ещё обратиться, я направилась к дедушке, намеренная выяснить правду, а как только он подтвердил сказанное Элин, отыскала Отиса – посыльного Дома Раздора – и попросила передать послание Иво. Я отказалась идти на какие-либо занятия, тревожно нарезая круги по своей комнате. Не знала, где найти Кая, адрес Мейв тоже был неизвестен, поэтому ответ Иво оставался моей последней надеждой.

Ему я отправила письмо с единственным вопросом, правда ли, что говорят об Элионе, и спустя часы завопила, разорвав ответное послание с одним коротким «да».

Я запуталась.

Запуталась в том, каким видела Элиона и каким его описывали остальные, а моё отрицание действительно походило на истеричное ребячество. Иво не стал бы мне лгать.

Забравшись с ногами на диван в своих покоях, я обхватила руками голову, бездумно наблюдая, как наступает вторая половина дня. Я не хотела ни о чём думать, по горло сытая откровениями. Не могла отделаться от чувства, что не понимаю, кому могу доверять. Практически каждый в чём-то врал или что-то от меня хотел, рассказывая лишь то, что удобно, ради их собственной выгоды.

Взгляд сам собой упал на вчерашний плащ, оставленный на кресле у кровати. Элин не успела там прибраться, ушла, позволив мне подумать в одиночестве. Авила сказала, что встреча с Микелем сегодня.

Я достала адрес и неработающий телефон. Вспомнила, что ахакора у меня нет. Хорошо, что встреча была назначена в районе палагейцев. От людей мне нужно держаться подальше, так как я не представляю, какое влияние могу на них оказать.

Может, попросить Микеля сделать мне ахакор и сбежать?

Убраться из Санкт-Данама? Уехать так далеко, насколько это возможно? Куда-нибудь в место без людей, палагейцев и даориев?

Для начала необходимо научиться накладывать собственную иллюзию, с которой даже Гипнос не сумеет меня найти. Я шумно выдохнула, не представляя, как это делать.

Элин принесла поздний обед, она смотрела выжидающе, с трепетной надеждой во взгляде. Я не злилась на неё, не было смысла, ведь она верила в рассказанное. И всё же произошедшее вызывало во мне только гнев и отвращение. Я как можно ласковее заверила её, что всё в порядке и просто хочу побыть одна. Элин пообещала передать всем, что сегодня я пропущу ужин. Дала слово, что до завтрашнего утра меня никто не станет тревожить. Поблагодарив, я её отпустила, а после, проглотив обед, встала перед зеркалом и раз за разом тренировала иллюзию лица Элин и Мейв, чтобы беспрепятственно выйти из усадьбы и пробраться в администрацию. Было сущей глупостью идти на встречу с Микелем, это действительно могла оказаться западня, но, размышляя над этим, я не чувствовала ни страха, ни тревоги. Всё медленно прекратило иметь значение, и если сама я уже перестала что-либо ощущать, то желание знать правду по-прежнему изводило разум.

13

МИКЕЛЬ

Лекса не успела ничего толком объяснить, оставив меня один на один с её уверенным заявлением о скорой смерти. Она бросила меня с этим фактом на дни, в которые я мучился, не находил себе места, прикидывал варианты, кто или что может ей угрожать. Я так много прокручивал эти мысли в голове, что с трудом проталкивал еду в желудок. Постоянные тренировки отнимали силы, и я знал, что должен регулярно питаться и нормально спать, но именно эти базовые вещи я был не в состоянии выполнять. Кусок не лез в горло, а сон приходил лишь в середине ночи, несмотря на усталость.

Я просил Троя и Лисандра привести Лексу ко мне или предложить сивилле встретиться в любом удобном месте, но, по словам друзей, они либо не могли её найти, либо она отказывалась, уверяя, что занята. Она обещала повидаться со мной при возможности, но времени не осталось. Сегодня вечером встреча с сестрой, и если Лексе нужен Гипнос, то Кассия – один из вариантов его найти. Я попросил Троя поговорить с Дарданом Хиллом, но тот отказался принимать огненного у себя, хотя раньше такого не случалось. Пока Кассия – более лояльный вариант, чтобы узнать про Гипноса, и может, она даже согласится помочь.

Я свернул в нужный коридор, гоплиты хоть и повернули ко мне головы, но не остановили, когда я взялся за ручки и толкнул двери. Отец и ещё несколько присутствующих умолкли, повернув головы. Я не был приглашён на встречу, но меня и не волновали дела Мелая. Мой интерес распространялся только на трёх сивилл у стены. Лекса отвела глаза, притворившись, что мы незнакомы. Остальные две прорицательницы были старше, я догадался, что они представляют другие Кланы, но не знал их имён.

– На нынешнем совещании твоё присутствие не требуется, – бросил мне отец, пока я взглядом искал других царей. Тех не было, но, судя по гербам на мантиях и хламисах гостей, Баал и Хел прислали своих представителей.

За столом обсуждалось что-то не особо секретное и, возможно, не такое уж и важное, поэтому я опустился на один из стульев, оказываясь на достаточном отдалении, чтобы они не решили, что я намерен вмешиваться в обсуждение.

– Ничего страшного. Всего лишь хочу поговорить с сивиллой, – безмятежно ответил я и откинулся на спинку стула, показывая, что уходить не собираюсь.

Отец недовольно вскинул бровь, его челюсти сжались, но прилюдно вышвыривать меня вон он не решился. Не хотел при чужаках демонстрировать наши натянутые отношения. Я убрал назад влажные от пота волосы, стараясь хоть немного привести себя в надлежащий вид. Стоило бы переодеться после тренировки с таксиархом, но я услышал о присутствии сивилл ещё час назад и боялся, что переодевание займёт время, за которое встреча закончится и Лекса вновь исчезнет.

Отец вернулся к обсуждению волнующей темы с присутствующими, но я не прислушивался, сосредоточившись на Лексе. Та молча стояла рядом с другими прорицательницами, все они чинно держали руки спереди и глядели прямо перед собой, не проявляя какого-либо интереса к происходящему: словно преданные слуги дожидались зова хозяина.

Из-за моего пристального внимания брови Лексы недовольно изогнулись, она начала моргать чаще и переминаться с ноги на ногу. Наконец не выдержала и взглянула на меня, но, наткнувшись на мою победную улыбку, сразу отвернулась.

– Подойди, – отвлёк отец.

Он обратился не ко мне, а к Лексе. Мелай не назвал её имени и даже не повернулся в сторону сивиллы, но она моментально отреагировала.

Краем глаза я проследил, как Лекса встала подле царя, тихим голосом ответила на пару вопросов, судя по всему, подтвердила ранее объявленную информацию. Приглашённые гости подозвали своих сивилл. Они по очереди передали Мелаю видения. Я невольно поморщился, наблюдая, как бледнело его лицо. Он выдержал картины будущего значительно лучше, чем я на встрече с мойрами. И либо там не было ничего такого страшного, либо он привык к головной боли. Я склонялся ко второму, потому что после увиденного он был озадачен и хмур.

Мелай взмахом руки приказал Лексе показать видения двум гостям. Я медленно выпрямился на стуле, заметив, что этот приказ её напугал. Она старалась выглядеть сосредоточенной, но взгляд заметался. Лекса потянулась к вискам первого советника в цветах Клана Огня. Прикосновение пальцев длилось пару секунд, но мужчина согнулся и схватился за голову, ощутив резкую боль. Руки к представителю Клана Воды Лекса тянула медленнее, её пальцы заметно тряслись, а с лица сошла краска. Отец бы тоже это заметил, прекрати он таращиться на бумаги перед собой.

Советник царя Хела грубо выругался из-за прикосновения Лексы и потёр виски. На его лице появилась гримаса, будто мышцы сковал спазм, но я перевёл всё внимание на покачнувшуюся Лексу. У неё пошла из носа кровь, глаза закатились. Я резко поднялся на ноги, испугавшись, что она рухнет на пол.

Она потеряла сознание, но не ударилась о мрамор. Её подхватили две другие сивиллы и оттащили назад, торопливо доставая знакомый пузырёк. Отца больше заботило моё резкое движение, чем то, что его сивилле стало плохо. Присутствующие мужчины тоже не придали этому значения, заботясь лишь о своей головной боли, которая явно начала проходить.

– Не обращай внимания, – сухо бросил отец, вынужденный поднять на меня глаза. – Она просто молода и неопытна. Через пару лет пройдёт.

Лекса пришла в себя, но выглядела дезориентированной, остекленевший взгляд шарил по помещению, она пошатывалась, словно пьяная. Другие сивиллы вывели её из зала через дальние двери.

Я обошёл стол, чтобы пройти в ту же дверь, но прежде остановился рядом с Мелаем. Упёрся рукой в стол и наклонился, чтобы никто не мог расслышать сказанное.

– Она сивилла нашего Клана. Что будешь делать, когда однажды она с этой слабостью не справится? – тихо напомнил я, едва сдерживая гнев.

Мелай если и заметил его, то никак не показал, продолжив что-то искать среди документов.

– Тогда возьмём другую сивиллу. Будет жаль расставаться с древним родом, который служил нашему Клану столетия, но ветви вырождаются. Тем более прорицательницы слабеют, – деловито ответил он и взмахнул рукой, безмолвно приказав мне проваливать.

Я стиснул зубы, но подчинился, боясь упустить Лексу. Благо сивиллы не ушли далеко. Остались в соседней гостиной и уложили её на диван.

– Ваше высочество, – в унисон поприветствовали меня прорицательницы. Лица у них были разные, но одинаково чёрные волосы и маковые глаза создавали ощущение кровного родства.

– Что с ней?

Лекса, услышав мой вопрос, раздражённо махнула рукой, веля то ли мне уйти, то ли своим подругам помалкивать. Что я, что сивиллы, мы проигнорировали жест.

– У неё врождённая болезнь, частые мигрени. Она плохо воспринимает большую нагрузку на мозг, открывшийся дар прорицания усилил всё до припадков, – без прикрас выдала одна из прорицательниц.

– Из-за постоянно меняющегося будущего даже у здоровых сивилл случаются инфаркты или инсульты, а у Лексы высок риск кровоизлияния в мозг. Если успеть дать ей вдохнуть специальные соли, то приступа можно избежать, – добавила вторая.

Лекса опять взмахнула рукой, слишком усталая, чтобы приказывать подругам замолчать, но они вновь не обратили внимания на её протесты.

– Это всё из-за видений? – уточнил я.

– Да, но хуже всего, когда ей приходится передавать увиденное. Показывать. А будучи сивиллой… Это почти что её работа, она не может пересказывать видения на словах. Царь подобного не приемлет.

– Оставьте нас, пожалуйста.

– У вас есть десять минут, скоро нам нужно уходить, чтобы успеть на собрание Круга Старших, – предупредила самая взрослая сивилла из трёх, и я благодарно кивнул.

Как только две прорицательницы вышли, я повернулся к Лексе. Она не стала садиться, но глаза держала открытыми. Глядела на меня с раздражением, будто я покопался в ящике с её нижним бельём.

– Если не хотела, чтобы я спрашивал их, надо было рассказать самой, – строго напомнил я, хотя испытывал беспокойство и тревогу.

– У меня не было времени, а вам стоит научиться терпению, ваше высочество, – возмущённо выплюнув мой титул, Лекса попыталась подняться, но ей это удалось лишь с моей помощью.

Я поддержал её спину и помог спустить ноги на пол. Кажется, моя забота оскорбила её сильнее, и Лекса сразу отодвинулась. Я хотел ответить что-то резкое, но заметил кровавые разводы под носом. Поймав мой взгляд, она облизала верхнюю губу и принялась тереть кожу.

– Это ты имела в виду? Твоя болезнь тебя убьёт? Тогда при чём тут Гипнос? – спокойнее уточнил я, решив отложить споры.

– Да, – поникнув, ответила она. – Раньше моя болезнь просто мешала жить из-за частых мигреней, но не была опасной, если я не перенапрягалась. Однако из-за открывшегося дара каждая демонстрация увиденного может стать последней. Сперва головные боли усилились, следом начались приступы. Я падала и билась в конвульсиях. Одна из наших сивилл – целитель, и она помогла найти лекарство. Вот эти соли, – Лекса тряхнула продолговатым пузырьком, который стискивала пальцами как единственную надежду. – Их испарения снижают давление и приводят меня в сознание. Если всё делать быстро, то приступа удаётся избежать. Но это временная мера. Однажды наступит привыкание, и соли перестанут помогать.

Она свесила голову, упёршись локтями в колени. Прежде чем задуматься, что делаю, я положил руку ей на спину и погладил, стараясь немного успокоить. На первом прикосновении плечи Лексы напряглись, но потом она расслабилась. Она не просила прекратить, поэтому я продолжил.

– Вряд ли Гипнос может вылечить тебя, – нехотя заметил я.

– Не может, но я хочу, чтобы он забрал дар.

Моя ладонь замерла на её спине. Ощутив перемену, Лекса подняла голову и посмотрела мне в глаза.

– Без дара приступы уменьшатся, а возможно, и пропадут вовсе. По крайней мере, у меня будет больше шансов пожить хоть немного. Моя мама и бабушка погибли из-за прорицаний. Из-за твоего отца или сестры, – сердито добавила она, а я не нашёлся с ответом, но и не заметил, чтобы и ко мне она испытывала ненависть. – Я не желаю умирать так же. Из-за кого-то, из-за чего-то, что мне даже не нужно.

Она сердилась, в глазах собрались отчаянные слёзы.

– Поговорить с Моросом не удалось, но сегодня у меня встреча с Кассией. Сам Гипнос ей благоволит, и я попробую через неё связаться с ним, – признался я, надеясь, что эта информация немного взбодрит Лексу.

Её глаза распахнулись в изумлении, сивилла несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем выдавить хоть слово.

– Ты встретишься с сестрой?!

– Тише, – с улыбкой напомнил я. – Это должно остаться в тайне.

Она по-детски закрыла рот обеими руками, вызвав у меня смешок. Сивилла заметно повеселела, а моё сердце прекратило испуганно биться в груди.

– Я пойду с тобой!

Всё веселье сошло на нет.

– Не пойдёшь. Я обещал Кассии, что буду один.

– Ты ведь собираешься рассказать сестре о видениях и объяснить, почему Мелай и мойры желают от неё избавиться? – затараторила Лекса. Я отстранился подальше, удерживая маску безразличия, но сивилла, будто хищник, почуявший добычу, уцепилась за догадку, чтобы вывести меня из равновесия. Она даже рукой впилась в моё бедро, заставив замереть. – Не знаю, хочешь ли ты её защитить или намерен лишь поделиться информацией, но я пойду с тобой.

Попытки отцепить её пальцы по одному не увенчались успехом, она сжала их сильнее, пустив волну нежелательной дрожи по телу. Мне просто щекотно.

Ненавижу щекотку.

– Нет, она может воспринять…

– Либо ты берёшь меня с собой, либо я расскажу о твоей встрече его величеству, – перешла на шантаж Лекса, игнорируя скрип моих зубов. Она торопливо продолжила, вероятно, осознав, что перегнула палку: – Я смогу передать ей хоть пару видений в качестве доказательств.

Эта причина весомее, и всё же…

– Пожалуйста. Если ты не сумеешь её уговорить помочь, то дай мне попытаться. Я должна избавиться от этого дара, – от угроз Лекса вернулась к мольбе, и я растерял всё раздражение, ощутив страх через её трясущиеся на моём бедре пальцы.

– Хорошо. Но ты подождёшь где-нибудь вне поля зрения. Вначале я поговорю с ней один на один, как и обещал.

Лекса торопливо закивала, и я шумно выдохнул, прикидывая, что придётся взять с собой Троя, чтобы присматривать за сивиллой, а Лисандру тогда поручить караулить мою спальню и изображать, что я якобы не желаю, чтобы меня кто-то беспокоил.

Я тихо выругался, а Лекса смотрела с детской преданностью, словно выклянчила желанные сладости. В юности я мечтал о подобном внимании и близости с её стороны, но теперь, получив, с разочарованием ощутил, что моё сердце предательски забилось быстрее. Она мне по-прежнему нравилась.

* * *

Кассия опаздывала уже на полчаса, но я терпеливо ждал в тёмном проулке. Между глухими стенами домов было не больше пяти метров. Увидев назначенное место, я припомнил несколько нелестных слов в сторону Авилы и как можно дальше отошёл от мусорного контейнера. Благо он не вонял, но всё равно подруга выбрала весьма сомнительное место для моей первой встречи с сестрой. Похоже, днём в Санкт-Данаме прошёл дождь. Кирпичные стены местами темнели от влаги, а малочисленные лужи на асфальте слабо отражали свет далёкого фонаря.

Как и обещал, я взял Лексу и Троя для её защиты, но оставил их в ближайшем кафе. Чтобы выбраться из Эридана, мы опять воспользовались связями и знакомствами близнецов на посте охраны у прохода в компании «Меридий». Друг Троя заверил, что докладывать о наших перемещениях никому не станет, но предупредил, что мы должны вернуться к трём ночи – до окончания его смены.

Я не имел ни малейшего представления, с чем лучше встретить новоявленную сестру. Она вполне может желать меня убить после произошедшего с Сиршей и отцом. Я нехотя оставил всё оружие Трою, решив не провоцировать Кассию. Нужно наладить отношения, а не делать их хуже. Я с сомнением взглянул на шесть бутылок в упаковке. Зашипев, потёр переносицу. Притащил пачку пива на встречу с сестрой, даже не зная, любит ли она его. В клубе она пила виски с колой.

Стоило купить торт?

Я с недовольством покосился на мусорный контейнер, отметая идею с едой.

Ещё пятнадцать минут перебирал варианты, почему Кассия могла не прийти. У них всего один проход, и, наверное, ей не удалось выбраться? Наследников просто так не выпускают. И у неё нет ахакора, тот старый она сбросила как иллюзию. Её влияние здесь, в Санкт-Данаме, может быть опасным. Я находил всё больше и больше причин, почему встреча была с самого начала обречена на провал, но наконец послышались шаги.

Я оттолкнулся от стены, приметив одинокую фигуру слева. Невольно улыбнулся, когда, избегая вони, Кассия обогнула помойку. Сестра низко надвинула кепку, а куртка была ей велика. Под человеческой одеждой виднелся наряд из штанов и подпоясанной туники.

Кассия остановилась в паре метров от меня, стянула кепку. Её белые волосы отражали скудный свет зарева. Не меньше минуты мы в тишине рассматривали друг друга. Её гул окатил меня вибрацией, посылая мурашки по коже. Поддавшись желанию перепроверить наше родство, я медленно стянул свои платиновые браслеты с запястья. Рядом никого не было, поэтому я рискнул. Кассия проследила за тем, как я спрятал украшения в карман, её ноздри раздулись, она несколько раз понюхала воздух, ощутив перемену. Гулы сперва столкнулись, потом зазвучали в унисон, слились, и звон растворился в гармонии. Наши силы идеально дополняли друг друга, и я прекратил чувствовать их вовсе, погрузившись в идиллию звуков.

– Кепка и куртка не твои? – первым заговорил я, испытывая странное волнение и даже радостное возбуждение от встречи.

Кассия его явно не разделяла, оставаясь равнодушной.

– Пришлось украсть. Вроде конец весны, а погода холоднее, чем я предполагала, – призналась она и оглядела переулок.

– У тебя ветка в волосах, – ляпнул я, уверенный, что вижу листья и мелкий сучок.

Пробормотав что-то недовольное, Кассия стряхнула мусор с головы и пригладила пряди.

– Что? Никогда не видел наследницу Дома, которой пришлось перелезать через ограждение? – со смешком отозвалась она, поняв, что я заметил порванный подол туники и грязь на её штанах. Она ткнула пальцем себе в грудь. – Так теперь увидел. Морионовый лес хоть и охраняется на входе, но почему-то никто не додумался выставить стражу и по его периметру. Похоже, не думали, что кто-то окажется настолько не в своём уме, чтобы лезть через забор. А он высокий.

– У тебя нет ахакора. Не возникло проблем?

Кассия кивнула, задрав правый рукав.

– Я опоздала, ища путь по подворотням подальше от прохожих, благо людей вокруг не было. Гадала, как буду чувствовать электромагнитные излучения, но Морос был прав, родство с твоим Кланом решило эту проблему.

Я не совсем понял часть про Мороса, но не стал переспрашивать. У нас, к сожалению, не так много времени. Кассия подошла ближе, не спуская с меня настороженного взгляда. Подтолкнув ногой перевёрнутый пластиковый ящик для алкоголя, она села на него, сохранив между нами безопасное расстояние. Мы оказались друг напротив друга у разных стен.

Что-то с ней было не так. Кассия и при первой встрече была более подозрительной и осторожной, чем Сирша, но сейчас в её глазах отсутствовал интерес. Недоверие вытеснило другие эмоции. Она время от времени нервно поглядывала по сторонам, явно ожидая подвоха или ловушки.

Не зная, как начать наш неловкий разговор, я достал бутылку, открыл о ближайшую сточную трубу и, подойдя ближе, протянул сестре. Та не сразу, но взяла. Затем я открыл пиво для себя, нашёл ещё один пластиковый ящик и сел, сохранив выбранное сестрой расстояние.

– Кассия, я… сожалею о Сирше.

Она заметно напряглась, стиснула челюсти. Спустя мгновения взяла себя в руки и вернула маску отстранённости.

– Она тебе хоть нравилась?

– Очень, даже несмотря на то, что у нас не было будущего.

Кассия нехотя кивнула. То ли мне, то ли своим мыслям.

– Если бы мог вернуться, я без колебаний променял бы свою жизнь на её, – искренне выдал я, видя, что прошлые слова не изменили мнение сестры обо мне.

Взгляд Кассии стал раздражённым, и эта реакция сбила с толку, она была абсолютно противоположной той, что я ожидал. Сестра не ответила и приложилась к бутылке, как к единственному источнику успокоения.

Я открыл рот, но не выдавил и звука, глядя, как Кассия глотает пиво, не отрываясь. Всё время она не сводила с меня настороженных глаз, вероятно, ожидая нападения или угрозы. Знакомая мне Кассия была не особо общительной с чужаками, но открытой и доброй к друзьям. Эта же Кассия, сидящая на пивном ящике в подворотне, напоминала свою отчаянную и безбашенную версию. Она не пила пиво, она откровенно напивалась, прикончив почти половину бутылки за раз.

Я пожалел, что принёс алкоголь.

Оторвавшись от пива, она не стала оправдываться, с вызовом подняла бровь, вынудив меня попридержать все наставления.

– Кто такой Прим?

Её вопрос оглушил не хуже удара кулака в челюсть. Я не ожидал услышать это имя из её уст.

– Сирша упоминала, что происшествие с другом изменило твоё представление о мире. Потом Авила назвала это имя. Я сложила два и два, и стало интересно, – в противовес смыслу сказанного её пояснение прозвучало скучающе, будто ей не было никакого дела.

– Сирша поделилась рассказом о вашей жизни в приюте, и я подумал, что ответное откровение поможет сблизиться, – признал я. – Сейчас это не к месту, да и история длинная.

– Как видишь, я никуда не тороплюсь, – сухо ответила она.

Я сглотнул, не в силах избавиться от дурного предчувствия. Сестра нахмурилась, не оценив молчания.

– Ты знаешь достаточно обо мне и поделился с Сиршей, чтобы завоевать её доверие. Как я должна проявить его к тебе, если ты не способен рассказать даже один эпизод из жизни?

Голос Кассии звучал категорично. Претензия была справедливой, просто я не хотел рассказывать именно эту историю и предпочёл бы любую другую.

– Прим был моим другом, – сдался я.

– Был?

Мой смешок вышел натянутым:

– Неужели ты думала, что история будет весёлой?

Кассия проигнорировала вялую попытку сарказма и ушла от ответа, отпив пива.

– Прим умер такой смертью, которой я бы не пожелал и злейшему врагу, – начал я, решив заплатить потребованную сестрой плату. Необходимо, чтобы Кассия меня выслушала, и возможно, история Прима поможет убедить её, что я не желаю зла. – Благодаря приёмному отцу я поступил в элитную школу в Эридане. Тебе уже должно быть известно, как строятся наши общества и какова роль иерархии: во главе всего сила, которая определяется по гулу. Я был среднего уровня. В моей школе в основном учились дети из более благородных родов, но количество таких, как я, составляло около двадцати процентов, что в целом нормально. Однако были и такие, как Прим, – низшие, учащиеся наравне с нами.

– Твой друг был низшим?

Кассия на мгновение подалась вперёд, позабыв о выпивке. Но проблеск интереса в глазах был мимолётным и быстро затух.

– Да, но чертовски умным, – с печальным смешком добавил я. – Если ты родился в семье с сильным даром, это ещё не делает тебя интеллектуалом. Цари это давно осознали и решили не терять одарённых ребят. В школах и университетах предоставляется несколько мест для гениев из низших. После прохождения многочисленных экзаменов и окончания образования они получают официальное право вступить в брак даже с представителями элиты, если такие пары образовываются. Таким способом низший мог полностью вырваться из замкнутого круга своего уровня, присоединившись к более сильным слоям общества, а их дети уже не знали бы их тягот.

Кассия не вмешивалась, изредка продолжая отпивать из бутылки.

– Прим был гением, но дети жестоки, особенно из элиты. Подобных Приму единицы, и, несмотря на все привилегии и преимущества, отпрыски влиятельных родов не хотят принимать в своё общество низших, презирают их, словно те посягают на их место. Мне же Прим понравился, и мы подружились. Потом я познакомил его с Лисандром и Троем. Близнецы из более благополучной семьи, но я решил, что раз уж они спокойно приняли меня, то и к Приму привыкнут. Хотя позже дошло, что Трой и Лисандр не испытывали к нему тех же дружеских чувств. Скорее, находили Прима полезным, списывая у него домашние задания.