Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 179 (всего у книги 256 страниц)

– Твоё тело, мозг и сердце не согласны друг с другом. Кто-то из них боится. Поэтому делать будешь ты. Наличие контроля должно уменьшить страх. – Иво деловито окинул себя взглядом и вновь посмотрел на неё. – Правда, я не подумал о брюках. Тебе придётся раздеть меня, кириа.

Лицо вспыхнуло от того, с какой простотой он предложил ей делать всё, что вздумается. Кровь зашумела в ушах от мыслей, картинок, идей, в которых она никому и никогда бы не призналась. А связавший сам себя Иво без рубашки, с растрёпанными волосами казался верхом греховного искушения.

Проклятье, но он действительно знал, что делает.

Особенно когда при всём этом положении с притворным недоумением наклонил голову, поразительно правдоподобно прикинулся невинным ягнёнком. Нервная дрожь из тела ушла, вернув Пандее полный контроль, осталась лишь та самая вибрация возбуждения, тянущее чувство в животе и всепоглощающее желание. Она слышала, что представители Дома Соблазна многое знают о чужих желаниях и с лёгкостью их предугадывают, но Пандее хотелось другого. Хотелось удивить Иво, застать его врасплох точно так же, как это удавалось ему.

Растеряв остатки страха и стыда, Пандея приблизилась и села на Иво верхом. Теперь она тянула его лицо к себе за поцелуем. Теперь она управляла им, прикусывая его губы или позволяя его языку попасть к ней в рот. Иво подчинялся, не дёргался и не пытался перенять инициативу, покорно принимал ласки, когда она гладила его грудь и пресс, стараясь запомнить рельеф вслепую. Но всего этого ей было мало, Пандею трясло от возбуждения, она хотела его всего как можно быстрее. Нет, прямо сейчас.

– Кириа, – немного напрягшись, позвал Иво. Дея моргнула, не осознавая, как опустилась перед ним на колени. Она на мгновение замешкалась на ремне и пуговицах, но испытала чистейший восторг, достав его твёрдый член. – Кириа, не думаю, что…

Внезапно ставший хриплым голос Иво убедил, что она всё делает правильно. Первое прикосновение языка заставило Иво умолкнуть и дёрнуться, а после застонать, когда Пандея взяла его в рот. Она не медлила и не дразнила, наоборот, от всей души дарила приятные ощущения, упрямо стараясь взять его целиком. Не выходило – член был слишком большим, и она помогала себе руками.

– Мать мрака, такого поворота я не ожидал, – хрипло признался Иво.

Несколько движений верх-вниз, и он запрокинул голову, тяжело дыша. Никогда ещё Пандея не дарила мужчине ласки с такой самоотдачей, но реакция Иво её радовала, приносила не физическое, а моральное удовлетворение. Она чувствовала, что ему тяжело не двигать бёдрами ей навстречу, тяжело ничего не контролировать, и она не отказала себе в удовольствии продлить пытку.

– Проклятье, кириа, – неожиданно позвал Иво, его бёдра напряглись под её пальцами. – Кириа, остановись, – настойчивее потребовал он. Она нехотя, но прекратила, подняла глаза, чтобы увидеть его разгорячённое лицо, тёмный от желания взгляд. – Сядь на меня. Немедленно.

Волна возбуждения ударила в голову. Она не могла отказать. Молния на платье сзади, она даже не стала тратить время на неё. Встала, не снимая платья, прямо перед Иво стянула бельё, вызвав на его лице очередное удивление. Задрала юбку и села к Иво на колени. Никакой долгой прелюдии или сомнения. Она сразу направила его твёрдый член в себя. Она была мокрая, но его размеры и длительное отсутствие отношений заставили делать всё медленно. Иво застонал, когда она полностью опустилась. Пандея замерла, обняв его, тяжело дышала, стараясь привыкнуть к ощущениям. Она испытывала один лишь восторг, позабыв, что при первом разе с кем-то бывают и другие эмоции вроде бесполезного смущения. Она никогда не вела себя так развязно, но с Иво не чувствовала стыда.

– Кириа, двигайся, – приказал Иво, пока она уткнулась ему в шею. – Умоляю, двигайся.

Она подчинилась, начав медленно приподниматься и опускаться.

– Быстрее, кириа.

– Теперь ты… точно можешь… перестать звать меня «госпожой», – срываясь на порывистых движениях, напомнила Пандея.

– Не могу, – прошептал он у самого её уха. Пандея разобрала улыбку в его тоне и ахнула, ощутив язык, он пососал мочку рядом с серёжкой. – Не могу, потому что тебе это нравится.

Змеев соблазнитель.

Ей нравилось.

Раздражало, насколько точно он всё понимал.

Пандея старалась двигаться быстрее, но выдохлась раньше, чем они смогли кончить. Стул был всё-таки неудобным, к такой позе она не привыкла, и Иво практически не мог помочь. Она хрипло дышала, ноги сводило судорогой. Она выпрямилась, Иво тут же подался вперёд, приник губами к её груди, заставив несколько раз вздрогнуть от прикосновения зубов и языка к напряжённым соскам.

– Ты устала, – озвучил он то, что она не хотела признавать. – Скажи мне, что ты больше не боишься.

Она не боялась. Тело уже давно не тряслось, только подрагивало от близкой разрядки, которой им не удавалось достичь.

– Я не боюсь. Благодаря тебе я не боюсь. – Она приникла к его губам в ласковом, любящем поцелуе.

– Хочешь, чтобы я помог? – с мягкой улыбкой уточнил он, едва она отстранилась.

– Очень хочу.

Стоило этим словам сорваться с губ, как руки Иво были свободны. Он схватил её за талию и рывком снял с себя. Перемена была столь неожиданной, что она не удержалась на ногах, попятилась, упёрлась в кровать и упала на мягкое одеяло.

– Когда ты их развязал?

– После того как ты убедилась, что я связан.

То есть почти сразу.

Иво рывком перевернул её на живот, Пандея ахнула от неожиданности. Горячие ладони прошлись по спине, нашли молнию и потянули её вниз. Иво дёрнул её бёдра вверх, заставив приподняться, потянул расстёгнутое платье вниз, обнажая их. Пандея зарылась лицом в подушки, вспомнив, что нижнего белья на ней уже нет, но позу не сменила, позволяя Иво контролировать ситуацию. Она задохнулась, ощутив цепочку поцелуев вдоль позвоночника, язык на пояснице и ладони на внутренней стороне бедра. Она замычала в подушку, когда пальцы дразняще прошлись между ног, задевая самое чувствительное место. Иво сзади едва слышно выругался, кажется, снял остатки своей одежды и перевернул Пандею обратно на спину. Он сдёрнул платье, но оставил сверкающие туфли и украшения, подтянул к себе, развёл её ноги, лёг сверху.

– Клянусь, что во второй раз компенсирую тебе всю прелюдию, но сейчас… не могу больше ждать. Ты нужна мне. – Его признание прозвучало болезненно, и Пандея задохнулась от сжавшегося в груди сердца. Боль была мимолётной, и её полностью вытеснило удовольствие.

Иво вошёл и сразу взял уверенный темп, даря им обоим то наслаждение, которого они оба хотели. Его руки сжимали её талию и бёдра, губы исследовали грудь и шею. Он шептал приятные комплименты, успокаивал и целовал так, словно она единственная важна в его жизни. Он оставался сдержан и даже учтив, продолжая звать её «госпожой», пока руками дёргал на себя её бедра, входя глубоко с каждым толчком. Пандея выгнулась, когда он ускорил ритм. Тяжёлое дыхание Иво у самого уха, его разгорячённое тело и ощущения от его движений пьянили, кружили голову, заставляли её дрожать от удовольствия, волнами накатившего от одного из толчков. Иво кончил следом. Он лёг рядом и потянул её к себе, Пандея доверчиво уткнулась ему в грудь, расслабляясь от прикосновений к спине.

Они не говорили, было незачем. Ласковые, трепетные поглаживания, аккуратный поцелуй в макушку подсказали Пандее больше, чем любые слова. Она чувствовала себя счастливой, расслабленной, ещё не зная, что Иво, говоря о втором разе, не имел в виду завтрашний день, а обещание прелюдии не осталось голословным.

40

ИВО

Кассия громко хрустела поджаренным тостом, не спуская глаз с вошедших на кухню Иво и Пандеи. Последняя была в одежде Кас, потому что её платье и туфли никак не подходили для повседневной носки. Кай приветственно кивнул, допивая свой кофе.

– Спасибо за завтрак, – бросил Иво, подкатывая тележку с опустевшими тарелками к раковине.

– Всегда пожалуйста, – с довольной улыбкой протянула Кассия, продолжая раздражающе громко хрустеть тостом.

Иво знал, что она делает это специально, поэтому и бровью не повёл, а вот Пандея в очередной раз залилась краской. Она точно так же залилась румянцем, увидев тележку с завтраком и стопку одежды ранее перед дверью: Иво объяснил, что одежду для неё оставила Кассия, зная, что Дея переночевала у него. Ещё она покраснела, когда в душе он опустился перед ней на колени, выкрав время для короткого утреннего секса. Вышло не так уж коротко и определённо не бесшумно, но Иво ни о чём не сожалел.

– Спасибо за еду и… одежду, – скованно поблагодарила Пандея.

– Это ерунда, – искренне заверила Кас, обнажив зубы в белоснежной улыбке.

– А… зачем вам тележка для развоза еды? Это ведь для отелей.

– Иво купил.

– Первые дни я заносил купленный завтрак или ужин, – ответил Иво, кивнув на Кая с Кассией. – Заходить к ним в спальню не хотелось. Пришлось выкручиваться.

Ни Кай, ни Кассия и бровью не повели. Понимание, кто, где и с кем спит, никого в их квартире не смущало. Кроме Пандеи, но она привыкнет со временем.

Со временем.

Мысль о том, что Иво хочет видеть Пандею рядом намного дольше, чем несколько дней или недель, начала посещать его давно. Однако раньше он жёг, топил и закапывал эту идею настолько глубоко, насколько возможно. Но, сдавшись, Иво наконец выспался, разум прояснился. Тело двигалось с необычайной лёгкостью, а в голове осталась расслабленная пустота, свободная от тревог и напряжения. Он забыл, что можно так хорошо спать и с таким наслаждением просыпаться.

Всё было настолько идеально, что он даже не испытал очевидного страха, что попал в ту самую ловушку под названием «любовь», которую всеми силами избегал. Внезапно пропало желание бежать, ему захотелось остаться.

– Если вы готовы, то нам пора, – напомнил Кай, взглянув на часы.

Все мигом посерьёзнели, улыбка сошла с лица Пандеи, хотя она старалась скрывать волнение перед встречей с Дамали. Иво уже знал решение Кассии, Микеля и Келестина. Оно далось сложно, но Иво был согласен. На самом деле другого выбора и не оставалось. Из всех предложенных вариантов, которых было всего-то два, этот наверняка лучший. Тем более Кассии пришлось сильно переступить через себя, чтобы на него согласиться.

Иво сомневался, что, несмотря на содеянное Дамали, Пандея сумела отринуть их годы дружбы. И был уверен, что выбранное решение вряд ли придётся ей по душе.

Кассия поехала с Каем, Иво взял свою машину. Пандея молчала почти всю дорогу. Это было неуверенное молчание. Иво заметил, что она вроде бы смущена после совместной ночи, хотя, будучи с ним наедине, неловкость – это последнее, что она продемонстрировала. Иво крепче сжал руль, вспомнив, как она встала перед ним на колени. Он предложил воспользоваться его телом, доставить себе удовольствие без страха быть использованной, а в итоге она сама же в первую очередь думала о нём. Да ещё и пришлось просить Пандею прекратить и сесть на него. Видят боги, не такой реакции он ожидал.

Остановившись на светофоре, Иво сжал её ладонь в немой поддержке. Пандея обмякла на сиденье, сразу расслабилась, словно его молчание тревожило её сильнее всего остального, хотя Иво просто не особо болтлив за рулём.

Иво припарковался за Каем во дворах, прямо перед стрелковым клубом «Подворотня».

– Зачем мы здесь? – спросил он, вылезая из машины.

– Нужно забрать Келестина, – ответил Кай, набирая сообщение на телефоне.

Несмотря на холод, Кас и Пандея тоже вышли из салонов.

– Руфус по-прежнему присматривает за ним? Разве не Микель взял на себя ответственность за парня? – уточнила Кассия.

Иво прищурился, ощутив заминку в ответе Кая. Невольно поймал его взгляд. Тот словно искал то ли его поддержки, то ли предупреждал, что ответ будет непростым.

– Келестин здесь работает, – обрушил Кай бомбу из трёх слов.

Челюсть Кассии, как и предполагалось, отвисла. Но следом за изумлением пришло недовольство. Она нахмурилась.

– Какого хре…

– Не ругайся, Кас! – с громким смешком осадил её появившийся на лестнице Гипнос. – Не при детях.

Они с Келестином поднялись, Гипнос вёл его, крепко держа руку на плече юноши. Тот заметно напрягся и стыдливо втянул голову в плечи, когда Кассия обратила всё недовольство на него.

– Ему двадцать с хреном. Не маленький такой ребёнок, – резко напомнила она, на что Руфус рассмеялся.

– Да будет тебе. Пацан на отца не похож. Добрый, вежливый, работает усердно и с пушками управляется хорошо, схватывает на лету, совсем как ты. Семейное, видать.

Сравнение всё только усугубило. Кассия оскорблённо задохнулась, но Гипнос был прав. Иво пристально наблюдал за Келестином, и тот вообще не вызывал подозрений, он искренне хотел подружиться с новоявленными братом и сестрой. И если с Микелем налаживание отношений проходило гладко, то с Кассией напоминало катастрофу. Она не хотела Келестина знать, а парень сильно ей восхищался и, к своей глупости, отказов не принимал, продолжая следовать за ней, как верный щенок.

Кассия что-то недовольно проворчала, потопталась на месте, приминая тонкий слой свежевыпавшего снега. Все ждали её вердикта. Келестин пристыженно опустил глаза. Иво отдал ему должное – парень знал, как себя вести перед лицом опасности, и умело принимал безобидный вид. Кассия тяжко вздохнула.

– Залезай, – устало бросила она Келестину.

Тот заметно повеселел и сел на заднее сиденье машины Кая. Кассия повернулась к Руфусу.

– Не приходи плакаться потом, если он попытается тебя пристрелить, – обиженно бросила она, Руфус ответил язвительной ухмылкой.

– Твоя забота согревает мне сердце, совёнок.

Иво проглотил смешок, когда Кас фыркнула. Все уже думали, что она сядет в машину, но неожиданно обвинительно ткнула в Гипноса пальцем.

– И не покупай ему лапшу из забегаловки на углу, от неё треклятая изжога.

Руфус приложил ладони к груди, изображая, как тронут её беспокойством о брате. Кас сдержалась от резких слов и села в машину. Кай махнул отцу на прощание, Иво и Пандея тоже вернулись в салон.

ПАНДЕЯ

– Вы хотите что? – перепросила Пандея, недоверчиво оглядев собравшихся.

Оказывается, решение относительно Дамали было уже принято, и она единственная, кто узнал о нём только сейчас. С одной стороны, всё верно, они ведь не родственники и мнение Пандеи не является ключевым или хоть немного значимым, но с другой…

Она не обиделась на Иво. У него был вечер и ночь, чтобы рассказать, но он не стал. Вероятно, не хотел портить настроение, зная, что всё в любом случае решено.

Выбор вызвал у Пандеи опустошение и печаль. Ощутив головокружение, она опустилась на диван в кабинете Дардана. Хозяин сидел на краю своего стола. Остальные стояли.

Кассия, Кай, Иво и прибывший Микель выглядели решительно, Келестин казался немного печальным, но на этом всё.

– Вы хотите стереть ей память? – переспросила Пандея ещё раз, не уверенная, поняла ли правильно.

– Воспоминания. Все за последние лет пять, – поправил Дардан.

Пять лет.

Вся их дружба будет полностью стёрта. Дамали даже не вспомнит, что они были знакомы. Не вспомнит о смерти своего отца и все последние годы, как строила план мести.

– Это вообще возможно?

– Да.

– Но… почему именно пять лет? Может, года хватит? Двух? – Пандея с мольбой посмотрела на Иво, Кассию, а потом Келестина.

К её удивлению, именно Келестин мотнул головой.

– Необходимо пять. Лучше вернуть её за год до того, как стало известно о Кассии с Микелем, и до смерти отца, – пояснил он. – Тогда она была совсем другой. Доброй, преданной. У нас были замечательные отношения. Именно ту сестру я хочу вернуть.

– Но ведь ей всё равно придётся объяснить, кто такие Кассия и Микель и что произошло с Мелаем. Она будет помнить отца добрым, а новость о том, что Кассия его убила, снова вызовет гнев, даже солги мы, рано или поздно она узнает.

– Да, вариант не без риска, и нам придётся придумать правдоподобную историю, – пояснил Иво. – Но есть шанс, если Дамали сперва познакомится с Микелем и Кассией без навешанной лапши от Мелая. Плюс Келестин расскажет правду, что он был не таким, каким она хотела его видеть.

Пандея потёрла лицо ладонями. Всё равно она будет помнить отца добрым и любящим, эти эмоции окажутся важнее простых слов. Единственная надежда, что и Келестина она любит, есть шанс, что ему она поверит.

– Дамали хотела семью, хотела жить в Эридане при дворе, – напомнил Келестин. – Она никогда не желала трона, но мечтала быть частью семьи. Так у неё будем я и Микель, я надеюсь, что и Кассия. Может, не сразу, но она простит её.

Кассия ничего не ответила, оставаясь хмурой.

– Ты заберёшь её в Эридан? – спросила Дея у Микеля.

– Её и Келестина. Кассия согласилась, но с условием, что я буду за ней приглядывать. У нас уже растёт дочь отца от Октавии Алейкос. Дамали выращена полемархами, была охранником Келестина, думаю, она станет хорошим телохранителем для девочки и Октавии. Дамали любит детей?

Пандея кивнула. Дамали, которую она знала, действительно любила детей. Она не нашлась с возражениями, удивляясь, как легко Микель согласился принять Дамали. Её целью было убить его, и Дея догадывалась, что она сперва бы его прикончила, а только потом задумалась, не ошиблась ли. Микель и Кассия действовали по-другому, хотя сперва так не казалось. Стратеги. Они просчитывали варианты и последствия, прежде чем действовать.

– Какие ещё были варианты помимо стирания воспоминаний?

– Пуля в лоб, – коротко бросила Кассия.

Дея во все глаза уставилась на Иво, не услышав других предложений.

– Это правда. Либо память, либо жизнь. Больше вариантов не было. Посадить её в тюрьму навечно не кажется гуманным и надёжным.

Пандея не знала, соглашаться или нет. С одной стороны, она сама бы предпочла пулю в лоб вместо длинной жизни взаперти, но слышать, что смерть гуманнее жизни, всегда тяжело.

– Ког… – Она смочила пересохшее горло слюной. – Когда вы собираетесь забрать её память?

– Сегодня.

Пандея похолодела. Благо она сидела, потому что комната закачалась. Иво присел рядом и взял её холодные ладони в свои, согревая. Ей стало немного легче.

– Это не больно, – заверил он. – Процесс длинный, поэтому ей дадут снотворное. Она очнётся без тягот пережитого страха и тревог. Без ненависти, которая, по словам Келестина, её разрушила.

Мягкий голос Иво успокаивал, взвешенность тона и смысл позволяли уцепиться и заставить комнату прекратить раскачиваться. Пандея задышала чуть легче, глядя Иво в глаза. Один настоящий, а второй напоминал янтарный камень. Его внешность не пугала, а гипнотизировала.

– Она полностью забудет о вашей дружбе. Забудет много хорошего, но и всё то зло, что причинила тебе. Вы сумеете подружиться заново, но уже без лжи или вины.

Пандея шумно выдохнула, свесила голову, закрыв лицо волосами. Она была безмерно благодарна Иво за эти слова. За необходимую правду и милосердие. Дамали причинила ему немыслимое количество боли, и всё же он был готов к прощению, и Дея была уверена, что это из-за неё. Она сама не успела подумать, хочет ли простить Дамали, смогут ли они когда-либо вновь подружиться, но, возможно, избавление от воспоминаний – это подходящий шанс?

По крайней мере, смерти Дамали она не желала.

– Мы привезли тебя сюда, чтобы ты с ней поговорила напоследок, если хочешь, – объяснила Кассия, и Пандея благодарно кивнула.

– Она знает, что вы собрались сделать?

– Нет. Незачем. Её это напугает, поэтому и ты не должна говорить.

– Хорошо. Я… поняла. Тогда… я готова.

Её голос дрожал. Вставая, Дея покачнулась, но Иво молчаливо поддержал. Остальные притворились, что ничего не заметили. Они приготовили для неё поднос со сладостями и две бутылки холодного чая. Те были запечатаны, но Кассия указала, в какую именно добавлен маковый нектар. Её отправляют не только поговорить с Дамали, но и убедиться, что она выпьет снотворное. Они не хотели вливать его насильно, за что Дея ощутила ещё одну волну благодарности. Они вели себя с Дамали в разы милосерднее, чем она поступила с ними.

Пандея замерла с подносом в руках. Дверь за ней закрылась. Небольшое помещение скорее напоминало изолятор в больнице для психически больных. Простые белые стены, светлый потолок, вполне достойная мягкая кровать, стол, стул, даже книги. Пандея заинтересованно взглянула в маленькую кабинку. Там были душ и туалет.

Дамали в сером спортивном костюме сидела на кровати и во все глаза уставилась на бывшую подругу. Она двигала плечом и ногой немного скованно, вероятно, по-прежнему носила бинты, но кожа была здорового оттенка, чистые волосы лежали на спине и плечах. Она выглядела немного исхудавшей, но достаточно здоровой, чтобы не напоминать пленника, которого держат на воде и хлебе. Тем более на поднос ей даже пирожные положили и свежую клубнику.

– Ты всегда говорила, что клубника – это к дурным новостям, – напомнила Дамали, когда Пандея оставила поднос на невысокой тумбочке и подтащила её ближе. Потом она придвинула для себя стул, чтобы Дамали оставалась в кровати.

– Клубника и дорогое шампанское. Одно без другого не считается, – с вымученным смешком возразила Дея.

Дамали устало улыбнулась.

Вроде такая простая реакция, а Пандея внезапно не смогла вспомнить, когда подруга улыбалась ей по-настоящему в последний раз. Смеялась ли она искренне, когда они ужинали вместе с Мениском?

– Я бы с радостью протащила бутылку шампанского, но у тебя слишком много охраны, чтобы принести за пазухой.

Дамали фыркнула, улыбка стала чуть живее. Может, она и выглядела физически здоровой, но взгляд потух. Она бездумно взяла пирожное и затолкала в рот, затем клубнику. Она даже сама взяла нужную бутылку чая, Пандее не пришлось её уговаривать или склонять. Дамали вообще ела так, будто получила угощения от ближайшего друга, хотя наверняка понимала, что их дала Кассия.

– Они не отравлены, – серьёзно сказала Пандея.

Улыбка мигом исчезла с лица даорийки. Она потупила взгляд, потеребила крышку бутылки с чаем. Жевала она долго, словно ей что-то мешало, лицо поднимать она не хотела. Пандея для верности сама съела угощение.

– Да я и не думала, что отравлено, – пробубнила Дамали. – Я уже поняла, что… Она замолчала. Пандея ждала долго, но та всё не хотела продолжать.

– Поняла что?

– Что эта стерва не такая. – Несмотря на оскорбительное слово, плечи Дамали поникли, в голосе послышались слёзы то ли обиды, то ли разочарования. А может, и сожаления. – Она… святые боги, как я её ненавижу. Я так ненавижу её, Дея.

Дамали сорвалась на всхлипы, слёзы потекли по щекам, она торопливо утёрла их, но глаза наполнились новыми. Она выглядела сломленной. Потерявшей не просто всё, но цель существования.

– Она не убивала Келестина, – рассерженно вскинула голову Дамали, но гримаса выдавала боль. – И пальцем его не тронула. Как же я её ненавижу! Она отобрала у меня всё! Даже возможность её презирать! Я на её фоне проклятое зло! Я, Дея! Не она! Я ведь… Я…

Она перешла на рыдания, согнувшись на кровати, обхватив бутылку с чаем. Она плакала в голос, а сердце Пандеи сжималось. Она помнила всё причинённое зло, но и знала, что боль самой Дамали искренняя. Она ошиблась, и ошибка стоила огромных последствий. В глазах защипало, но Дея потёрла лицо, не желая плакать. Она не станет. Она всё же зла на подругу и прощать так легко не собирается.

Дея демонстративно открыла чай и сделала несколько глотков. Напомнила Дамали, чтобы и та пила. Напиток поможет ей успокоиться. И Дамали послушалась: хлюпая носом, опустошила половину бутылки. Дея не рассчитывала, что она выпьет так быстро, но уже было поздно её останавливать. Дамали продолжала тихо плакать, не переставая бубнила о своей вине и ненависти к Кассии, которая была не более чем бессмысленным выражением. Она съела немного клубники. Допила чай.

Пандея осталась молчаливо сидеть на стуле даже после того, как Дамали уснула. Проснувшись, она её не вспомнит, как и всё то, что породило её истерику. Дея вздрогнула, ощутив ладонь на плече.

– Ты в порядке? – уточнил Иво.

Она не слышала, как он зашёл, но ей определённо стало лучше с его присутствием. Иво, просто будучи рядом, приносил ощущение уверенности и необъяснимой способности справиться со всеми надвигающимися трудностями. Пандея неоднозначно мотнула головой в ответ на вопрос, потом кивнула. Сама не знала, в порядке ли. Но перемены никогда не ждут их готовности, и впереди этих изменений, похоже, ещё много.