Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 122 (всего у книги 256 страниц)

Мне захотелось обнять его в благодарность за искренность и преданность, но я не сдвинулась с места, зная, что не могу любить Элиона и Кая одинаково. Эль готов поставить меня выше своих желаний, но, к своему стыду, я не могла ответить ему тем же. Пока ещё нет.

– Я понимаю твои трудности, – заверил он, прервав тишину. – Мне с детства повторяли, что моя жизнь мне не принадлежит, а супруга будет выбрана исходя из нужд Дома, поэтому я сумел уберечь своё сердце и не влюбляться. Жаль, что тебя к такому не подготовили.

– Действительно, жаль.

Эль подошёл ближе. Взял моё лицо в ладони, не позволяя отвести взгляд. Он не прижимался и явно не намеревался меня целовать, и я не двинулась, ощущая его желание высказаться.

– И несмотря на неотвратимость, брак с тобой, малышка, в тысячу крат лучше, чем любая из уготованных мне участей. Я уже искренне люблю тебя в качестве друга. Не люби я Кая, то приложил бы все силы, чтобы соблазнить тебя, – усмехнулся он, прежде чем вновь стать серьёзным, – но он… мой лучший друг, и я буду защищать тебя не только ради твоей сохранности, но и ради него. Потому что Кай передал тебя мне, и я не могу даже представить, насколько трудно дался ему этот выбор.

* * *

– Ненавижу делать подобные иллюзии, – недовольно пробормотала Веста, но, вопреки ворчливому бубнежу, повеселела и заметно оживилась, после того как Морос забрал её ночной кошмар.

По её словам, она не могла пересказать увиденный сон, но напоминание о неприятной ночи пульсировало в висках, словно раздражающая головная боль.

– И как создать иллюзию ахакора, которая на самом деле будет сдерживать моё влияние на людей? – прямо спросила я у Гипноса и Мороса.

Они немного задержались, уже давно перевалило за полдень. Мы переоделись в человеческую одежду, чтобы не выделяться в Санкт-Данаме. Стояла середина лета, поэтому Кай и Элион ограничились джинсами и рубашками. Веста нарядилась в одно из своих чёрных платьев, а для меня принесла голубые джинсы, чёрный топ и длинный кардиган. Я время от времени по-глупому улыбалась, чувствуя на ногах кроссовки.

Мы собрались снаружи среди маков, необходимо было разобраться с иллюзией и выехать на встречу с Микелем. Гипнос вымученно улыбнулся, услышав мой вопрос:

– Я не хотел напоминать об этом способе. Попросил Мороса не возвращать тебе те воспоминания, догадываясь о реакции.

Мы с Вестой во все глаза уставились на бога сна, а потом на его брата.

– Ты вернул мне не всё? – оскорблённо бросила я.

– Поверь, это ради твоего же блага. Ну и чтобы Гипнос не боялся показываться тебе на глаза, – со смешком бросил Морос.

Кай и Элион, заинтересованные разговором, подошли ближе.

– Ты владеешь иллюзиями, Кассия. Но они временные и требуют твоей концентрации, – начал объяснять Гипнос, игнорируя мой недовольный взгляд. – На Переправе они более стабильны, но за пределами могут исчезнуть без должной сосредоточенности. Согласись, что это утомляет.

– Утомляет.

– Но можно создать более глубинную иллюзию. Она будет держаться и без твоей концентрации, а уйдёт, только когда ты пожелаешь её убрать.

– Почему вы меня такому не учили? Удобнее сражаться мечом, если не приходится постоянно о нём думать, – обратилась я ко всем сразу, бросив взгляд на Кая и Весту, которые изводили меня тренировками перед поединком в круге.

– К несчастью, такие иллюзии ограничиваются твоим собственным телом. Сейчас ты всё поймёшь, – безрадостно пояснила Веста.

– Верно. Подобное ты делала лишь раз. Перед тем, как я передал тебя Моросу. Тогда мы сотворили твой ахакор и изменили лицо, – согласился Гипнос.

– Проклятье, я наконец понял, что именно ты с ней сделал! – неожиданно зло рявкнул Кай, подаваясь вперёд, но Эль остановил его.

Драки и ссоры нам сейчас нужны меньше всего, а я всё ещё ничего не понимала.

– Всё, хватит болтовни. Показывайте, – приказала я.

Гипнос шумно выдохнул, достал из-за пояса нож и обнажил лезвие. Я нахмурилась, глядя на странное оружие. Деревянная рукоять была длинной, а лезвие – наоборот, коротким и с загнутым острым концом, напоминая плоский коготь.

Я таращилась на нож, ища ответы. Все смотрели на меня в ожидании реакции, но я не знала, должна ли что-то сказать или сделать.

– Гипнос будет рисовать, а я могу одновременно забирать воспоминания. Ты ничего не почувствуешь, – заверил Морос.

– Зачем мне ничего не чувствовать? И что значит рисова… – я осеклась, наконец осознав странность лезвия и почему рукоять столь длинная.

Этот нож словно перо или кисть.

– Ты собираешься вырезать ахакор прямо у меня на руке?!

– Именно, – подтвердил Гипнос, а я отступила на шаг, шокированная его спокойствием. – Точнее, я вырежу узор, а ты сама наложишь по выступившей крови иллюзию, и она будет держаться, пока ты не пожелаешь её снять. Такая иллюзия связана с твоей кровью и плотью, поэтому тебе не придётся постоянно о ней думать, она будет сохраняться сама и работать как настоящий ахакор. Заглушит гул и сдержит твоё невольное влияние на людей.

– Поэтому мы и не могли тебя найти. Иллюзия, созданная самим носителем, не ощущается иллюзией вовсе, – добавила Веста. – Под мнимым ахакором все порезы заживут моментально, но бледные следы останутся на какое-то время. Поэтому если мы снимем иллюзию сразу после возвращения, то узор временно сохранится, но в виде светлых полос.

– Ты же не хотела ахакор, именно потому что от него могут остаться следы.

– После иллюзии остаются безболезненные следы. Они точно сойдут спустя время. Мы проверяли, – разъяснила Веста. – А вот после татуировки, нанесённой и удалённой стандартным способом, не угадаешь. Заживает дольше. У большинства хорошо проходит, но я видела и плохие последствия.

Мой взгляд вновь упал на лезвие в руке Гипноса, меня напугало даже не осознание того, каким способом был сделан прошлый ахакор. Насторожило сказанное Каем.

– Как же тогда я изменила своё лицо?

Гипнос сделал глубокий вдох, упрямо глядя мне в глаза. Я уже догадалась, но надеялась, что ответ не столь ужасен.

– Почти так же, – признал он. – Я постарался ограничиться минимальным количеством порезов, чтобы изменить внешность.

– Ты исполосовал мне лицо?!

– Это было необходимо.

– Мне было восемь!

– Совёнок, знай я другой способ, то выбрал бы его, – с искренним сожалением признал Гипнос, но это ничего не изменило.

– А волосы?

– Пришлось все сбрить, а затем…

Гипнос умолк, когда из моего рта полились цветистые оскорбления. Я ругала не конкретно его, а сам способ. Я ничего не помнила и теперь была благодарна, что Морос не стал мне возвращать эти эпизоды прошлого. Страшно подумать, как я это пережила.

– Всё. Хватит! – заявила я. – Давайте просто сделаем ахакоры и закроем эту тему. Не хочу больше ничего знать.

Морос приблизился на пару шагов, но я отказалась от его услуг взмахом руки.

– Нет уж. Впредь все мои воспоминания останутся при мне. Даже такие скверные.

Бог, подводящий к гибели, казался удивлённым и почтительно кивнул, уважая моё решение. Гипнос, наоборот, выглядел недовольным, встав с ножом напротив меня.

– Будет больно, Кас.

– Уже каждый мой день можно начинать с этой треклятой фразы, – напомнила я, выхватила у него кожаные ножны и сжала их зубами, догадываясь, что резать он будет глубоко.

С остервенением я закатала правый рукав и с вызовом протянула оголённое предплечье Гипносу. По губам бога сна скользнула гордая улыбка. Он сжал моё запястье, чтобы я не дёргалась, а нож перехватил на манер кисти.

К счастью, из нас двоих Гипнос действовал уверенно, моё же бесстрашие было притворным. Идеально заточенное лезвие стремительно резало, я почувствовала жгучую боль, лишь когда на коже уже было три линии, а кровь закапала на траву. Бог сна мёртвой хваткой держал моё запястье, стремительно выводя узор. Я тяжело задышала, лоб покрылся испариной. Я старалась не сильно трястись от страха перед каждым новым движением лезвия. Пару раз мне хотелось завопить, но я сдержалась, сильнее сдавив зубами ножны. Напряжённо сжатые челюсти ныли, я застонала от облегчения, как только Гипнос заверил, что закончил. Голова начала болеть, я не могла разобрать рисунок из-за обилия крови на коже.

– Кас, закрой глаза и представь свой ахакор, – подсказал Гипнос, укладывая мою левую ладонь на изрезанное предплечье. От собственного прикосновения захотелось взвыть. – Вспомни металл и как он блокировал способности. Вспомни, как ощущала себя человеком. Ты делала это однажды. Получится и сейчас. Создашь иллюзию, и боль уйдёт.

Я стиснула пальцы, выплюнула ножны и зажмурила глаза, воображая всё, что он сказал. Последняя фраза приободрила, и я как можно чётче вспомнила свой ахакор, его вес и внешний вид. Но осознав, кем являюсь теперь, изменила одну деталь в воображении, сосредотачиваясь на новом образе. Постепенно пришло ощущение успокаивающего тепла. Будто каждый порез заливали обезболивающей мазью – и он переставал ныть. Когда боль отступила, я открыла глаза, несколькими движениями смазала подсыхающую кровь, чтобы увидеть новый ахакор. Гипнос нарисовал мой старый узор. Помнил его наизусть, и это немного заглушило мою обиду на него.

– Золотой? – с ободряющей улыбкой уточнил Гипнос.

– Фамильный цвет моего Дома.

Меня не волновала дороговизна материала, но решение о нужном металле пришло само. Бог сна понимающе кивнул.

– Теперь просто сотри кровь. – Он протянул мне влажное полотенце, а затем они с Моросом пошли к Весте.

Она не стала отказываться от стирания воспоминаний и расслабилась, Морос встал позади и положил средние и указательные пальцы ей на виски. Кай взял у меня полотенце и помог стереть кровь у локтя, где я пропустила. Процесс с Вестой проходил чуть дольше. Мы все обернулись, когда она взвизгнула. Вырвала руку из хватки Гипноса и стукнула отца в плечо кулаком. Рядом с двумя богами она казалась совсем юной, но удар вышел сильным. Изумлённый Гипнос отступил на шаг.

– Пап, я же попросила ахакор поменьше! А ты до самого локтя дотянул! Морос мне боль снимает, но глазами я всё вижу! – отчитала она отца.

Морос сдавленно захихикал, продолжая удерживать голову Весты. Гипнос бросил на брата испепеляющий взгляд, но на Весту посмотрел с любовью.

– Я пытаюсь сделать красиво, дорогая.

– Куда мне столько отметин?! Сделай поменьше!

Элион прыснул, но после одного взгляда Гипноса скрыл смех за нервным кашлем. Я тоже с трудом удержалась от хихиканья, стараясь не отвлекать Гипноса, так как он вновь поднёс лезвие к предплечью дочери. Кай поддержал веселье улыбкой. Я с недовольством ощутила, что не могу долго злиться на Гипноса, видя, с каким опасением он посматривал на лицо Весты при каждом новом витке узора, стараясь заранее определить, насколько его дочь будет довольна и не получит ли он ещё один удар.

В этом расслабленном настроении мы закончили приготовления, простились с богом сна и его братом и вышли с Переправы в Санкт-Данам, где нас ждал Иво.

27

КАССИЯ

– Привет, брат, – с ходу поздоровалась я, намереваясь сгладить воспоминания о нашей прошлой встрече.

Тогда я была не в себе, но нынешние утро и день провела в компании близких, и это сказалось умиротворяюще на моём настроении. Я была готова к миру. Ну или хотя бы к его обсуждению.

– Привет… сестра. – Микель встал из-за стола, с неловкой улыбкой подбирая слова для ответного приветствия. – Кажется, у тебя всё хорошо.

Я не смогла сдержать печальной улыбки при виде его. Микель был в человеческом наряде. Одет так же просто, как и в нашу первую встречу. Обычная футболка, голубые джинсы, и не удивлюсь, если на ногах у него белые кроссовки. Светлые волосы стянуты в растрёпанный пучок на затылке. По-моему, Микель стал немного шире в плечах.

– В чём-то лучше, чем было, – признала я, проходя в зал.

Следом в помещение зашли мои спутники. Все, кроме Иво. Не доверяя даориям, Кай попросил его остаться в машине и быть готовым к неприятностям, поэтому со мной на двенадцатый этаж компании «Меридий» поднялись лишь Кай, Элион и Веста. Встреча здесь была лучшим решением: на одном из этажей находился проход в Даорию, но территория также принадлежала Палагеде из-за Мороса, являющегося владельцем здания. Нам выделили отдельный зал. Совсем небольшой, скорее всего это был обычный офис, но для нас его временно переоборудовали в столовую. Принесли широкий обеденный стол, на котором расставили угощения и напитки. Вдоль стен расположились тележки с внушительным количеством алкоголя и закусок на случай, если нам не хватит того, что уже приготовлено, хотя я сомневалась, что мы способны съесть даже половину.

Не только Микель встал из-за стола, за ним поднялись Деклан и Авила, а огненные близнецы остались сидеть, бросая на нас недоверчивые взгляды. Особенно их тревожили Кай и Элион. На Весту они посмотрели с недоумением, не узнавая.

– Привет, Кассия, – весело поздоровалась Авила, дожевав какую-то закуску. – Привет, Эль! Привет, красавчик!

Я никак не отреагировала на прозвище Кая, зная, что для Авилы это естественно и не имеет особого значения, так же как для Эля обращение ко мне «малышка».

– Привет, Авила, – со сдержанной улыбкой поздоровался Кай.

– И привет, ещё кто-то. Извини, я тебя не знаю, – беззастенчиво продолжила та, глядя на Весту.

– Это Веста. Моя подруга из Дома Чревоугодия, – представила я её для всех.

Взгляд Микеля заметался между Элионом и Вестой, явно подмечая сходство, но вслух догадку озвучивать он не стал.

– Рад, что вы пришли. Эта вечеринка наконец станет веселее, – добавил Деклан с доброжелательной улыбкой.

Элион усмехнулся, выразительно глядя на близнецов, то на одного, то на другого, потому что один сидел слева от Микеля, а второй с правого края, после Деклана.

– Веста, посередине Микель, палагейцы – Деклан и Авила, – пояснил Кай, помогая сестре сесть напротив Деклана.

– А близняшки? – совершенно невинным голосом поинтересовалась она у брата.

– Близнецы, – сухо поправил Лисандр.

Веста уставилась на него в немом изумлении, и я скрыла смех за кашлем. Своим провокационным поведением она напомнила Сиршу, та тоже предпочитала прикидываться дурочкой.

– Коротышка – Лисандр, а второй Трой, – игнорируя возмущение на лицах близнецов, ответил Кай.

– Поняла, – с детским восторгом ответила Веста. – Там Трой, а этот Лисандр.

Она ткнула в первого и второго пальцем, Авила и Деклан согнулись от хохота. К ним присоединился Элион, даже Трой издал смешок, похоже, радуясь, что не назван самым низким. Кай наверняка рассказывал Весте о близнецах, и эта шутка определённо была намеренной.

– Очень смешно, – фыркнул Лисандр.

В ответ на гневный взгляд огненного Веста виновато улыбнулась ему, и тот немного оттаял, затем бросил через стол в брата куском хлеба и вовсе успокоился.

– Ладно. Давайте без ссор, хорошо? – попросил Микель, когда все расселись.

Мы расположились по разные стороны стола. Сидящий напротив меня Микель пододвинул ко мне нарезанный стейк. Перед каждым из присутствующих стояла порция.

– Давайте вначале поедим. Помните, что мы собрались ради дружеских переговоров, и я не уверен, что нам удастся спокойно общаться на пустые желудки.

– Скорее на трезвые головы, – возразил Деклан и открыл бутылку вина.

Я пододвинула к себе стейк, но не успела наколоть на вилку ни кусочка мяса, как Кай подал знак Элиону, сидящему рядом со мной. Тот бесцеремонно забрал тарелку у меня из-под носа и, не моргнув и глазом, передал её Каю, а мне вернул порцию сына Гипноса. Я с недовольством посмотрела на Кая, намекая, что мы уже обсуждали его дурную привычку пробовать мою еду.

Остальные явно всё поняли и дружно уставились на Кая – все, кроме Деклана, который был занят наполнением бокалов вином. Микель, кажется, хотел возразить, что не стал бы меня травить, но в итоге оставил претензии и перевёл тему.

– Ты сделала новый ахакор, – заметил он.

Странный вариант для разговора, но подойдёт, чтобы разбить неловкое молчание.

– Да.

– Узор вроде как раньше, но металл другой. У тебя нет следов отравления вокруг.

Я взглянула на правое предплечье. Благодаря задранным рукавам кардигана, татуировку можно было рассмотреть целиком. Было странно видеть его золотым, да ещё и без повреждения в цвете, которое я списывала на влияние огня. Я могла бы сойти за человека, потому что наличие крови Клана Металлов защищало от воздействия любого сплава. Сейчас у меня обе руки были в отметинах. На правой – ахакор, на левой – две полосы, обвившие предплечье.

– Верно, кровь твоего Клана влияет.

Я проигнорировала тот факт, что мой бокал с вином Элион также передал Каю, а его переместил ко мне.

– Что случилось, Микель? Недавно Мелай намеревался меня прикончить, а теперь вместе с другими царями хочет мира, – прямо спросила я, не желая затягивать.

– Пророчество. Сивиллы наконец увидели что-то единое. Мирное будущее.

Мои руки со столовыми приборами замерли над едой.

– Тебе показали возможное будущее?

Веста рядом напряглась. Она, Эль и Кай хоть и делали вид, что нет ничего интереснее стейка на тарелках, но внимательно слушали разговор. Мне нравилось, что они не вмешивались, позволяя мне разобраться в сложившейся ситуации. Соседи напротив поступали точно так же, и лишь мы с Микелем смотрели друг на друга, ведя беседу откровенно.

– Нет, цари ещё не настолько мне доверяют, – признался брат.

– А твоя подруга?

– Мы не так часто видимся. Она занята в Круге Старших. Их всего пять, круг состоит из тех сивилл, которые непосредственно являются представительницами того или иного царя, – пояснил Микель, заметив моё недоумение.

Мне было интересно расспросить больше о прорицательницах, но я одёрнула себя, вспомнив главную тему встречи.

– И это всё? Единственное видение сподвигло к подобным переменам? Все цари неожиданно возжелали мира?

Мой скептицизм не остался незамеченным для огненных близнецов. Трой скрывал недовольство лучше брата, поэтому я ответила ему вопросительно приподнятой бровью, проигнорировав Лисандра. Если есть что сказать, то пусть высказывается, но он передумал и уткнулся в тарелку.

– Не только. Я закидывал царей письмами с предложениями заключить перемирие с Палагедой и непосредственно с тобой. Ты знаешь, чего они страшатся, – абстрактно напомнил Микель, почему-то не желая говорить вслух, что цари боятся, что я сожгу дотла их Даорию.

Мне понравилось, насколько быстро удалось совладать со сложными иллюзиями вроде пистолета, где-то в глубине души я была горда собой, но просто смешно предполагать, что я или мои действия могут уничтожить целый мир. Не знаю, каким эго надо обладать, чтобы так думать о своих способностях.

– Я не переставая убеждал, что заключённый между нами мир решит ещё не произошедшие проблемы, – продолжил Микель. – На мой взгляд, они не использовали то, что действительно может помочь нам всем.

Он хотел добавить ещё что-то, но его голос охрип, и Микель взял свой бокал с вином.

– Мы так и не выпили за встречу, – дружелюбно напомнил он.

Все подняли бокалы, но никто не торопился делать глоток. Мои спутники и вовсе смотрели исключительно на Микеля в ожидании.

– Да чтоб вас всех, вы реально думаете, что я собираюсь отравить свою сестру, которую сам же и позвал на переговоры? – язвительно уточнил Микель в первую очередь у Кая.

Ни близнецы, ни Деклан, ни Авила не сделали ни глотка. Микель фыркнул и опрокинул в себя всё вино.

– Довольны? – заявил он, вернув пустой бокал на стол.

Я поднесла напиток к губам, но Элион остановил мою руку.

– Что? – не поняла я.

– Они считают, сестра. Если я не сдохну в течение тридцати секунд, то ты в безопасности, – с ухмылкой пояснил Микель раньше, чем Эль успел ответить.

– Вижу твои няньки о тебе хуже пекутся?

– Не то слово, ты глянь! Они ведь тоже ждут, – наигранно возмутился он, тыча вилкой в сторону Деклана.

– Ну, ты уже выпил, зачем трупы плодить? – хохотнул здоровяк, и Авила его поддержала.

Огненные близнецы тоже сделали пару глотков, а за ними – и все остальные. Веста едва пригубила и поморщилась от кислого привкуса.

– Она не пьёт, – объяснил Кай, когда все обратили на неё внимание.

– Гадость же. Зачем так поступать с ягодами и фруктами, если свежими они вкуснее, – парировала Веста, отодвигая алкоголь подальше.

– Кассия, Совет архонтов знает о письме и нашей встрече? – вернулся к еде и обсуждению Микель.

– Знают.

– Они согласны?

– Да, в твоём предложении нет минусов ни для одной из сторон, да и обязательств не так много. Но то, о чём мы говорим сейчас – лишь слова, – напомнила я. – Сегодня мы просто обсуждаем мелкие детали. На последнем Совете архонты пришли к выводу, что понадобится ещё несколько подобных встреч.

– Это не проблема, – заверил Микель, воодушевившись. – По крайней мере, первоначальные переговоры могут вестись между нами, и только на финальном этапе понадобятся высшие представители для проставления подписей и закрепления договорённостей.

– Прекрасно, – согласилась я. – Архонты просили передать, что к следующей встрече было бы неплохо каждой из сторон составить свой вариант мирного договора. Мы ими обменяемся, и главы наших миров смогут ознакомиться с пожеланиями и требованиями друг друга.

– Отличная идея, чтобы не передавать всё на словах, – подхватил Микель, его оптимизм заражал. Сколько бы ни смотрела в его глаза, я видела только надежду и искренний интерес. Их цвет напоминал о Мелае, но взгляд отражал совсем другие чувства.

– Рада, что мы снова встретились, – искреннее признание сорвалось с языка раньше, чем я поняла, о чём говорю.

Вовсе не о перемирии между Палагедой и Даорией. Несмотря на последние ссоры, Кай излечил самые тяжёлые раны на сердце, и мне вновь захотелось искать свет в своей жизни. Найти правильный и лучший путь для всех. Путь, что ведёт к налаживанию отношений с кровным братом. Это желание начало шевелиться в моей душе как зверь в норе, который наконец оправился от затяжной болезни и готов вылезти на свежий воздух.

Микель всё понял. Он едва заметно дёрнулся в невольном порыве – возможно, не разделяй нас широкий стол, он бы взял меня за руку. В его глазах я видела благодарность и облегчение, а улыбка стала робкой. Из него выйдет отличный царь для Клана Металлов. Царь, желающий мира и готовый толкать остальных в нужную сторону, даже когда они противятся и не желают идти. Я посмотрела на огненных близнецов, Деклана и Авилу. Микель своими спутниками выбрал представителей обеих рас, умело балансируя где-то посередине. Сомневаюсь, что у меня бы так получилось.

Есть у Микеля что-то наивное во взгляде на положение дел, но, может, именно такого лидера нам не хватает? Способного видеть самый тусклый свет в кромешной тьме.

Мы с Микелем перестали улыбаться друг другу, когда Трой громко кашлянул, а Авила и Деклан уже вычистили свои тарелки и осушили бокалы с вином.

– Это всё, что ли? – удивилась барменша, заметив, что бутылка с вином пуста.

– Нас же вон сколько, – оправдался Деклан. – Каждому понемногу налил – и бутылка закончилась.

– Эй, огненный, неси, что там есть на тележке, – приказным тоном окликнула Авила Лисандра.

Трой подавился от смеха, и его брат удивлённо округлил глаза. В зале нас оставили одних. Никаких официантов и посторонних.

– Да, ты! Ты ближе всех. Глянь, что там качественное, будь милашкой. Ну, пожалуйста, – продолжила канючить Авила, а потом, невинно хлопая длинными ресницами, жеманно заправила прядь волос за ухо.

Лисандр что-то недовольно пробубнил, но встал из-за стола и направился к коллекции алкоголя. Он взял первую попавшуюся бутылку вина, но не успел сделать и двух шагов обратно, как Авила на него зашипела:

– Не-не! Возьми что-нибудь поинтереснее. Нечего сок опять тащить, с нынешней унылой темой разговора мы тут от скуки помрём.

Деклан и Элион поддержали её, Кай предупреждающе ткнул Эля локтем, но всё-таки улыбнулся, когда тот в ответ пихнул его плечом.

– Есть вино, мартини, коньяк, текила, пив…

– Текила! Неси текилу и мартини! – перебила бубнёж Лисандра Авила и затрясла Микеля за плечо. – Наш лучезарный любит текилу, вот сейчас развлечёмся.

Она мотала Микеля из стороны в сторону, брат вымученно улыбался, не пытаясь остановить подругу, а я нашла эту сцену очаровательной. Авила спокойно называла его «лучезарным» и прикасалась, не сильно задумываясь о статусе, хотя Микель второй по важности после царя представитель Клана Металлов. Я прониклась к Микелю бо́льшим теплом, когда Авила начала канючить, чтобы мы распили текилу все вместе, Микель согласился, и она взъерошила его волосы, а он её не остановил.

– Давайте всё-таки мартини, – неожиданно заупрямился Лисандр и отставил текилу подальше, вопреки протестам Авилы.

– Лисандр прав, лучше не налегать на крепкие напитки сразу, – поддержал Трой, помогая брату наполнить наши бокалы.

Прежде чем Элион или Кай успели меня остановить, я сделала несколько глотков. Все замерли.

– Я тебе верю, – ответила я на немое изумление Микеля.

Эль мстительно наступил мне на ногу, я тихо ахнула и пнула его в ответ. Мы обменялись язвительными усмешками и продолжили пить. Трой и Лисандр, чтобы поддержать меня, тоже глотнули, их примеру последовали все остальные. Из-за алкоголя тело наполнилось лёгкостью. Микель рассказал про последнее собрание царей, как отец внезапно привёл его, чтобы сообщить о стремлении к перемирию.

Лисандр принёс ещё бутылку мартини. Мы поглощали алкоголь быстро только за счёт большой компании. Кай и Элион постепенно перестали быть такими подозрительными и присоединились к разговору. Веста пробовала предложенные напитки лишь немного, постоянно высказываясь по поводу их вкуса. Я поведала Микелю о своём поединке в круге. Авила и Деклан слушали о драке с неменьшим изумлением, архонтам удалось сохранить детали в тайне от основного населения Пелеса.

Я не стала раскрывать свои способности в иллюзиях и тем более не призналась, что могу создать пистолет из ничего, чтобы собеседники не восприняли это как угрозу. Микель пришёл в ужас от того, что меня вызвали в круг, хотя я едва выучила палагейский язык. У них в Даории подобного нет, хотя, по его словам, бои один на один тоже реальны, но для этого нет специальной зачарованной арены.

Я потеряла счёт времени за разговорами и весельем, хотя количество выпитого строго контролировала и отхлёбывала понемногу. Как бы Лисандр ни старался отвадить Авилу от текилы, она её достала сама.

– Авила пять лет работала в пабе и около трёх за барной стойкой в клубе, – с наигранной страдальческой улыбкой пояснил Микель для остальных.

Перед каждым из нас появилось по стопке, и мы выпили все вместе, решив не спорить с настойчивой барменшей. Веста поднесла к губам выпивку, но я остановила её, накрыв рюмку ладонью.

– Если тебе вино не понравилось, то это даже пробовать не стоит.

Деклан поддержал и забрал её порцию себе, хотя едва не подавился, когда Веста со смущённой улыбкой его поблагодарила. Мы продолжили обсуждать с Микелем последние собрания архонтов и царей, пытаясь передать настроение и беспокойство каждой из сторон. Я устало потёрла глаза и огляделась. В комнате совсем не было окон, стало душно, хотя я понимала, что это сказывалось обилие выпитого и моё воображение. Подобные закрытые помещения начинали угнетать, стоило лишь обратить внимание, что ты заперт в коробке. Думаю, пора заканчивать, раз уж мы обозначили главную проблему. Я не прочь поговорить с Микелем подольше, но переходить на более личные темы при таком количестве свидетелей не хотелось.

– Эй, огненный лучезарный, ты умолчал, что здесь есть мерцающий ликёр! – с изумлением и неприкрытым восхищением вскрикнула Авила, заставив нас всех позабыть обсуждаемую тему. – Как ты мог пропустить такое?!

– Ты же сказала сок не тащить, вот я цветастого ничего и не брал, – начал оправдываться Лисандр, бледнея от вида очередной бутылки в руке Авилы.

Похоже, она в состоянии смешивать что угодно в своём желудке, но я не была уверена, что выдержу спонтанный коктейль из всего подряд. Из-за хорошей регенерации палагейцам и даориям требуется в разы больше алкоголя для потери контроля, но я уже ощущала, что свою грань переступила.

– Ты б офигел, увидев его ценник! Ваши лучезарные цари раскошелились, пользуйся возможностью.

– Он же сладкий, – воспротивился Трой, помогая брату.

– Значит, время десерта! – в унисон ответили Деклан и Авила.

– Так и знал, что она это скажет, – смеясь оправдался Деклан, когда я вопросительно на него уставилась.

Авила с видом победителя поставила бутылку на середину стола, и мы все умолкли, заворожённые напитком. Фиолетовая жидкость переливалась и мерцала перламутром.

– Он вкусный, правда! Я пробовала такой, только красный, – заверила Авила и разлила сладкий напиток по бокалам.

– Если все ваши встречи будут проходить так, то, пожалуйста, берите меня с собой всегда, – приторно-игривым тоном попросила она, возвращаясь на своё место.

– Пожалуйста, Микель не бери её никогда, иначе мы все сопьёмся, – страдальчески проныл Лисандр, не притрагиваясь к ликёру.

– Не заставляй себя, – успокоил его Микель со смешком, вероятно боясь, что ещё немного, и его друг вернёт всё съеденное на стол.

– Боги, Дек. С каких пор лучезарные стали такими неженками? – наигранно округлила глаза Авила.

– Я слышал, что огненные краснеют, как раки, если пьют что-то крепкое, – без стеснения поделился Деклан, хотя Лисандр сидел по другую руку от него.

Мы все, не сговариваясь, посмотрели на близнецов, отчего их щёки зарумянились, но скорее от недовольства, чем от опьянения.

– Крепкий алкоголь в больших количествах нам противопоказан из-за способностей. Нам тяжелее контролировать стихию, имея градус в крови, – то ли признался, то ли оправдался Трой.

– Вот с Каем пить интересно, – продолжила Авила, бокалом указав на соседа напротив. – Этого красавчика ни одна выпивка свалить не может, я своими глазами видела.

Вместо ответа Кай взял свою порцию ликёра. Элион и я повторили за ним, Веста даже пытаться не стала, смешно морща нос от одного запаха. Лисандр и Трой также сдались, отодвинув от себя дорогой напиток. Авила одарила их обоих жалостливым взглядом с умилительной улыбкой, будто глядела на уставших щенят.

– Это последний, и разойдёмся с миром, – примирительно предложил Микель.

Мы приняли это в качестве тоста и медленно осушили свои бокалы. Язык защипало от кислого привкуса сока ягод, но затем сладость перекрыла остальные ощущения. Авила и Деклан что-то пробубнили про напрасную трату и опустошили нетронутые бокалы Лисандра и Троя. Микель взглянул на них со снисходительным весельем, в его глазах продолжала плескаться надежда и неприкрытая радость. Я ответила улыбкой, когда он остановил взгляд на мне. Я была благодарна брату, что на время этой встречи смогла позабыть о предстоящем сложном решении. Внезапно мне захотелось поделиться с ним тревогами о браке и отношениях с Каем – Микель как старший брат мог что-то посоветовать, – но я сдержала порыв, осознав, что это действие алкоголя и ещё слишком рано для таких откровений между нами.