Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 146 (всего у книги 256 страниц)

– Если ты хорошо на себя смотрел, то догадался, – с довольной улыбкой возразил тот.

Кай покачнулся, а заметив окровавленную ладонь, вытащил платок и обернул вокруг порезов. Челюсти напряглись, он плотно и недовольно сжал губы. Я абсолютно не мог понять настроение Кая. Словно его метало из стороны в сторону: от гнева и раздражения до испуга и недоумения.

– Мне нужно поговорить с Кассией, – наконец пришёл к выводу Кай, и я шумно выдохнул. – Иво, подгони машину. Мы едем в Пелес.

– Зачем тебе в Пелес? – переспросил Морос.

– Встретиться с Кассией.

– Её нет в Пелесе.

Кай замер, едва успев выйти из-за стола. Повисла неловкая тишина, было видно, что эта новость буквально оглушила его.

– Что значит её нет в Пелесе? Она архонт Раздора и должна быть в столице.

Его уверенность вышибла почву у нас из-под ног, я не знал, на кого из присутствующих смотреть, у кого из них есть ответ.

– Архонтом Раздора уже как полгода является Хлоя. Кассия сложила свои полномочия, передав венец и главенство, – отчеканил Морос, а Кай будто получил пощёчину и невольно отступил на шаг.

– Как ты можешь вести дела с Палагедой, но не знать, что архонт Раздора сменился? – удивился я, будучи в курсе о смене власти, хотя дела в Палагеде меня особо не касаются.

– Я не был в Пелесе больше года за ненадобностью. Все послания доставляют Мейв и Иво, – пробормотал Кай, и мы все повернулись к Иво.

Тот не выглядел испуганным или сожалеющим. Наоборот, Иво встретил неодобрительные взгляды с ледяным спокойствием и ответным осуждением.

– Я ему не сказал, – подтвердил он. – Вы не находились рядом с Каем сутками эти годы и не понимаете.

– Проклятье, так всё это время ты не знал?! – ошарашенно выдал Морос, во все глаза глядя на племянника. – Мы с Гипносом не могли понять, как ты мог оставаться таким хладнокровным. Решили, что разговор с Кассией прошёл плохо, и не стали тебя вмешивать.

– Что произошло? – отозвался Кай, напрягшись.

– Кассия сложила с себя обязанности архонта ещё весной этого года и скрылась под собственной иллюзией так, что её даже Гипнос не в состоянии найти, – вклинилась Мейв.

– Время от времени она отправляет послания Весте для нас всех, но мы не можем её найти, Камаэль. Ты это осознаёшь? Мы не видели её около полугода! – вывалил абсолютно всё Морос, и мне стало стыдно за свою злость на Кая.

Я тоже считал, что он просто бездействует из-за безразличия, но, оказывается, он не знал.

– Иво, – угрожающе протянул Кай в сторону своего помощника. – Сейчас же найди мне Кассию.

– Уже, – ровным тоном ответил Иво, присаживаясь на подлокотник дивана. – Я нашёл её три месяца назад.

– Ты что? – Морос выглядел не менее ошарашенным, чем его племянник.

Иво достал из-за пазухи телефон, демонстрируя нам.

– Может, Кассии и удалось скрыть свой гул вместе с внешностью, но за всё это время она не додумалась регулярно менять номер и сам телефон, – бесхитростно поделился он. – Вначале Кассия действительно скрылась, вероятно, даже уехала из Санкт-Данама в другой город, но потом вернулась и не смогла удержаться от посещения Элин у Аякса. Кстати, твой дедушка, Мейв, прекрасно знает, что мы её ищем, но расколоть его мне не удалось.

Послышалась тихая ругань Мейв.

Я, Морос и Кай смотрели на них в немом недоумении.

– Пришлось пойти на хитрости с Элин, но я раздобыл номер Кассии и с тех пор отслеживаю её местоположение. Делаю это редко, чтобы она не заметила включённую геолокацию. Я не стал никому говорить, потому что выдал бы способ. В следующий раз Кассия могла скрыться так, что мы бы действительно её не нашли.

– Чего ты ждал? – спросил я.

Иво перевёл внимание на меня.

– Пока Кай или Кассия будут готовы поговорить. Моё терпение было близко к концу, но Морос сдался быстрее.

– Тогда ты дождался. Я хочу поговорить, – раздражённо сдёргивая чёрное пальто с вешалки, ответил Кай. – Я поведу сам.

– Мать мрака, а вот теперь это проблема, – побледнев, отреагировал Иво, бросаясь за Каем, который уже вышел из кабинета.

19

КАССИЯ

– К керам эту обувь, – тихо выругалась я, поскользнувшись на промёрзшей луже и чуть не упав.

Пришлось остановиться и, опершись рукой о кирпичную стену, проверить сапог. Почти решила, что молния разошлась, но, к счастью, просто почудилось. Середина осени, но ночью уже заморозки. Я одевалась утром с мыслью, что днём всё растает, но кое-где тонкий лёд продержался весь день. Сапоги на высоком каблуке явно были ошибкой.

Сегодня я уволилась с работы. Была помощником в архиве одного из музеев. Прикидываясь специалистом в истории Палагеды и Даории, я помогала расшифровывать тексты или объяснять какие-то сюжеты картин, легенд или скульптур. Работа мне нравилась, но она не помогала забыть. Я передала титул и скрылась, надеясь полностью абстрагироваться от любых мыслей о Палагеде, а в итоге снова погрузилась в её историю.

Приняв венец архонта, все три года работала без отпусков и практически без выходных, я заваливала себя делами и трудностями, которые надо было решить, с маниакальным рвением, думая, что занятость поможет мне преодолеть годы как можно скорее. Я хотела, чтобы время проскочило за один миг. На деле годы показались вечностью, и под конец я была выжата как лимон. Мои нервные привычки вернулись, а бесконечный круговорот мыслей не давал спать по ночам. Моё тело уставало меньше моих измученных мозгов, и по ночам мне требовались часы, чтобы провалиться в сон. В какой-то момент сознание начало напоминать полнейшую кашу, а эмоции исчезли, лишив меня как страха, так и надежды, как боли, так и предвкушения.

Временно помог маковый нектар с Переправы от Весты. Я стала чуть лучше спать, но это не избавило от трудоголизма, ставшего частью меня. Работой я заменила абсолютно всё, а завершённые проекты – удачно выложенная улица в Новой Даории, разрешения конфликтов между Домами – стали единственной доступной мне эйфорией. Мне нравилось ставить точку и видеть, что проблема решена.

Но удовольствие от завершённости длилось не дольше пары часов, а потом я шла искать новую требующую решения проблему.

Никакого отдыха и никаких пауз.

Когда Хлое исполнилось двадцать и дедушка сказал, что она в состоянии взять венец архонта, я даже не поверила, что моё ожидание подошло к концу. Шок был так силён, что меня окатило страхом. Я пришла к событию, которого так ждала, но вместо восторга ужаснулась тому, в какую бездну упала.

Я не могла вернуться к Каю такой. Мне требовалось стать собой. Той Кассией, которую он полюбил, а от неё осталась только оболочка, потому что все силы и эмоции я вычерпала из себя, как из колодца. Спустя три года я осталась абсолютно пустой. Поэтому ещё несколько месяцев помогала Хлое улаживать все дела, а только после наконец разрешила себе отпустить ситуацию. Я могла пойти к Весте, к Каю, к Иво, даже к Микелю, а в итоге испугалась, создала себе новый ахакор, немного изменила внешность при помощи наручей Фантаса и крови, хорошо запомнив уроки Гипноса, и сбежала как можно дальше на два месяца. Уехала в маленький город на берегу моря, подальше от Санкт-Данама. Мне не нужно было работать, я заранее обменяла некоторые украшения из артемзии на деньги людей, и их с лихвой хватило бы на десятилетие.

Я буквально заставляла себя полюбить спокойную жизнь, училась не думать о Палагеде и Даории, старалась забыть о проблемах и делах. Силилась прекратить вечно куда-то бежать. Мне потребовалось два месяца, чтобы научиться засыпать без шума мыслей в голове. И когда немного пришла в себя, а колотивший тело страх при мысли о встрече с Каем ушёл, позволив мне ощутить предвкушение и радость, поняла, что все годы бежала к финишу, но испуганно замерла в шаге от победной черты.

Я вернулась в Санкт-Данам, чтобы узнать, что опоздала.

Почувствовав холод, я отдёрнула руку от кирпичной стены и потрясла ладонью, смахивая ледяную влагу. Затем сжала и разжала пальцы, возвращая кровообращение озябшим рукам.

Ноги в колготках покрылись мурашками, и я недовольно заворчала себе под нос. Почему после увольнения не переоделась во что-то более тёплое? Работа в музее требовала определённого внешнего вида, бежевая шёлковая блузка и юбка-карандаш плохо сочетались с нынешней погодой. Драповое пальто почти не спасало.

Я взглянула на экран телефона – до захода солнца меньше получаса. Я заторопилась по знакомым улицам и уверенно свернула в переулок, помня дорогу наизусть.

Дверной колокольчик возвестил хозяина о моём прибытии.

– Добро пожаловать, – на правильном языке людей выкрикнула Элин откуда-то из глубины антикварной лавки.

Я не ответила, слыша, как несколько предметов глухо упали, а следом рухнули, кажется, пара пустых коробок. Элин в голос выругалась, удивляя своим словарным запасом, и я невольно улыбнулась.

– Извините, но мы закрываемся через пятнад… кириа! – радостно взвизгнула Элин, наконец заметив меня. Ни наряд, ни солнечные очки, ни даже изменённый цвет волос на чёрный не сбили её с толку.

И сколько бы я ни просила её называть меня по имени, старую привычку выбить из Элин так и не удалось. Она захныкала и перешла на какие-то невнятные недовольные бормотания, пока душила меня в объятиях.

– Этот цвет немного лучше, но мне всё равно не нравится, – выдала она, трогая мои волосы.

– Не знаю, чем тебе так не угодил рыжий, но рада, что в этот раз ты довольна, – хмыкнула я, снимая солнечные очки. Благо сегодня солнце светило ярко, и я не выглядела в них полной идиоткой.

В обычной жизни я ношу карие линзы или капаю свою кровь, второй способ самый надёжный, но более болезненный. Однако старый Аякс с особым недовольством относится к переменам в моей внешности, называя это кощунством и оскорблением образа богини Эриды. Сколько бы ему ни напоминала, что это мои глаза и волосы, он каждый раз устраивает мне раздражающе длинные лекции, поэтому, направляясь к дедушке Мейв, я не возвращаю цвет волос, но линзы снимаю. Это помогает немного усмирить его ворчание.

Изначально у меня были мысли полностью переделать облик, чтобы точно скрыться от Гипноса и Мороса, но не хватило духу резать себе лицо ради этого. И так вырезать ахакор на руке пришлось самой, и я множество раз вспомнила о Гипносе, который справился с узором в два раза быстрее и сделал процесс минимально болезненным.

Созданный ахакор идеально скрывал мой гул, и, похоже, моё двухмесячное отсутствие за пределами города лучше всего остального сбило богов со следа, а затем я поселилась в Санкт-Данаме на другом берегу реки, в районе людей. Так далеко от Переправы и дома Кая, насколько это было возможно.

Я поправила растрёпанную причёску, глядя в маленькое зеркало, и потёрла покрасневшие глаза. В последние недели плохо спала, поэтому сегодня решила уволиться, почувствовав, что вновь закапываюсь в работу, прячась от реального мира. И хуже всего, что работа постоянно напоминала обо всём, что я оставила.

– Кириа, я не видела тебя целый месяц! Я писала неделю назад, но ты не ответила, – недовольно пожаловалась Элин и потащила меня в глубь лавки.

Её светлые волосы, собранные в высокий хвост, раскачивались при каждом шаге. Прошли годы с её переезда в мир людей, но она мало изменилась. Словно ощутив мой взгляд, Элин смущённо поправила свой бежевый свитер. Он ей очень шёл, как и голубые джинсы.

Я прошла в знакомую гостиную. Ту самую, где мы общались с Аяксом в первый раз. Меня окутал запах восковых свечей в роскошных канделябрах. Я осмотрела интерьер в привычном для этой комнаты полумраке. Тёмно-красные обои, массивная мебель с большим количеством позолоченных украшений. Ничего не изменилось, кажется даже кресла и столик не сдвинулись ни на сантиметр. Аякс ненавидит перемены.

Я шумно втянула запахи и уловила аромат крепкого чая. Улыбнулась, зная, что в напитке маковое снотворное, которое на меня не подействовало в первый визит, что ввело Аякса в заблуждение. Элин засуетилась над чаем и закусками для меня. Я сбросила пальто на диван и села рядом.

– Как учёба? – спросила я, наблюдая за ней.

Не сразу, но Элин влилась в жизнь в Санкт-Данаме, а два года назад наконец поступила в тот же университет, в котором я сама училась раньше. По её рассказам, работать с Аяксом первое время было непросто, но её покладистость и жизнерадостный характер растопили лёд в сердце ворчливого старика, и теперь он заботится об Элин, как о своей внучке. Мейв хоть и приревновала сперва, но всё-таки вздохнула с облегчением, осознав, что теперь со старым Аяксом всегда рядом кто-то есть. Два года назад он сломал руку, споткнувшись о ковёр, и тяжёлых последствий удалось избежать благодаря присутствию Элин.

– Хорошо. Кажется, я выбрала идеальный набор предметов. Иво мне с этим очень помог. – Она покраснела при упоминании Иво и торопливо отвернулась. Я не удержалась от улыбки: он на многих так влияет.

Я видела, как он сменил мешковатые балахоны на дорогие костюмы. Растрёпанные причёски на убранные назад волосы. Я не стала говорить ему, что он начал напоминать Кая, но со стороны было очевидно, что сын Гипноса его вдохновляет. И, к сожалению, не только на внешний вид, но и на поведение. Иво стал более расчётливым.

– Как Рой? – спросила я о её парне.

Палагеец из Дома Зависти.

– Мы расстались. – Недовольно поморщив нос, Элин поставила передо мной чашку с чаем и ягодные тарталетки. – Он был придурком. Найду лучше.

Я тихо рассмеялась, гордясь её новообретённой уверенностью.

– Определённо найдёшь. Ты чудесная, – заверила я, грея руки о чашку.

Она поставила вторую напротив, а свою взяла в руки и отошла в сторону, не собираясь садиться. Я не успела задать возникший вопрос, как раздались шаркающие шаги. Вероятно, поэтому Элин идеальная помощница, она будто предчувствует.

– Обманщица, – недовольно поприветствовал меня Аякс.

– И тебе здравствуй, – не смутившись, улыбнулась я.

Я испытала искреннее облегчение, увидев его здоровым. Хотя Аякс определённо постарел. Его каштановые волосы окрасились сединой, и морщины стали глубже. Теперь я бы дала ему не меньше пятидесяти, возраст словно понял, что припозднился, и решил нагнать палагейца сейчас. Его шаг стал заметно медленнее, и на свою трость он опирался тяжелее.

– Хоть глаза раздора, а то позоришь свой Дом и звание архонта, – беззлобно добавил Аякс, сел на диван напротив и сделал глоток чая.

После горячего напитка его лицо немного просветлело.

– Я более не архонт, – со сдержанной улыбкой напомнила я, не уверенная, притворяется он или память его начала подводить.

– Однажды архонт – всегда архонт.

– Я была главой лишь номинально, Майрон продолжал хранить Дом, лучше зная его нужды. В мою же задачу входило не потерять голову раньше времени, – напомнила я.

Аякс не раз помогал информацией или советом, а сумев раздобыть пистолет перед кругом с Иолаем, и вовсе спас мне жизнь. Поэтому эту часть своей роли я от него никогда не скрывала.

– Ты недооцениваешь своё влияние, нагнанный тобой страх вернул стабильность в Совет, – ворча, возразил он.

Скорее его вернуло присутствие Гипноса и Мороса. Кровь Дома Гнева и моё умение внезапно слетать с катушек, конечно, тоже сыграли свою роль, но место третье по лестнице влияния. Не выше.

И всё же я умолкла, ответив Аяксу благодарным кивком. Чем он старше, тем упрямее. Его попытки отстоять мои заслуги трогали сильнее, чем мне хотелось признавать. Аякс говорил обо мне с не меньшей теплотой, чем о своём архонте Дома Гордыни.

– Как Хлоя? – перешла я к делу. Может, и сложила полномочия архонта, но по-прежнему чувствовала ответственность за свой Дом и была готова вернуться к дедушке, если им потребуется моя помощь.

Передав венец, я оставила нескольких доверенных слуг шпионить за происходящим и докладывать всё Аяксу, если ситуация в Совете или в самом Доме будет накаляться. Эта договорённость обмениваться новостями – строго между мной и Аяксом. Даже Мейв о ней не знает.

– Ты не приходила месяц.

Я шумно выдохнула и достала из сумочки пузырёк с маковым молоком. Это не просто снотворное. Это фантазии, и Аякс в восторге от нереальности снов.

– В качестве извинения, – сказала я и поставила на стол ещё две такие же баночки. – А это плата.

Как и стоило ожидать, Аякс повеселел. Иногда я беспокоилась, не является ли это для него своего рода наркотиком, но Элин заверила, что с данным маковым молоком он хорошо спит, использует мало – всего несколько капель в чай перед сном, и встаёт в потрясающем настроении.

Однажды Аякс признался, что вследствие травмы головы в середине своей жизни он потерял способность видеть сны. Потом у него начались проблемы с памятью и перепады настроения. Данный же мной мак вернул ему сновидения и сработал как лекарство.

Элин следит за его состоянием и регулярно приглашает врачей для осмотра. Судя по проведённым анализам, фантазии действительно улучшили его нервную систему.

– Новый архонт Раздора хорошо справляется. Едва не возникло недопонимание с Домом Чревоугодия. Те высказали недовольство твоим внезапным исчезновением, но Хлоя заверила, что твой договор с ними остаётся в силе, – поделился Аякс, внимательно разглядывая меня чёрными глазами. Его выражение лица смягчилось, губы растянулись в понимающей улыбке. – Ей не хватает твоей резкости и гнева. Она больше похожа на Майрона. Спокойная.

«– Разве миролюбивый глава не лучший выбор для процветания Дома?

– В этом случае – разумеется. Своей терпимостью Илира пошла в меня. Я умею вести переговоры, искать компромиссы и контролировать свой гнев. Но сейчас речь не о процветании, Кассия. Мы в самом разгаре борьбы за власть».

Я прикрыла глаза, вспомнив один из первых разговоров с дедушкой. Тогда им нужен был архонт как я, но теперь настало время для процветания.

– Рада слышать, что Хлоя справляется. Как дела у Мейв? – сменила я тему, заранее зная, что Аякс продолжит убеждать меня вернуться на место главы Дома.

– Хорошо. Она заходила сегодня днём.

Моё сердце пропустило удар от мысли, что я могла с ней случайно пересечься. Волна холода в теле резко сменилась жаром, стоило сделать глоток чая.

– Как твоя работа? Нашла что-то интересное в человеческих архивах?

Я уцепилась за смысл заданного вопроса, возвращая собранное выражение лица. Всё хорошо. Мы не пересеклись. Раз Мейв ушла, то сегодня она вряд ли вернётся. Раньше я всегда писала Элин перед приходом, но сегодня решила прийти спонтанно. Внезапное решение уйти из архива повлияло на тоскливое настроение, и встреча с близкими могла это исправить.

– Ничего, что могло бы тебя заинтересовать. И я уволилась, – сообщила я.

– Значит, ты наконец встретишься с Камаэлем? – встряла Элин.

Она тихо ойкнула, когда мы с Аяксом повернулись к ней. Я вся похолодела от этой мысли и не сразу смогла вернуть расслабленное выражение лица.

– Так нельзя, кириа! Ты должна с ним поговорить! То, что ты видела, было лишь мимолётным увлечением. Я говорила с Иво, он переживает о Камаэле, которого явно мучают то ли воспоминания, то ли какие-то чувства. Не надо прятаться. Пожалуйста, поговори с ним. – Элин буквально прорвало, её пальцы побелели от того, как сильно она сдавила чашку, а затем сделала несколько шагов, как бы невзначай закрывая собой выход из комнаты, будто я могла в любой момент сорваться и удрать.

Я вся напряглась, мне захотелось сжаться и отчасти правда захотелось сбежать, но я заставила себя выдавить улыбку. Кривую, слабую, но хоть какую-то. Я видела её искреннюю тревогу, и мне хотелось успокоить Элин.

После двух месяцев в отдалении и наедине с самой собой я вернулась в Санкт-Данам. Мне казалось, приехала обновлённой и готовой завоевать сердце Кая снова. Моя самоуверенность вспыхнула и сгорела дотла, когда я увидела его с девушкой, которой это уже удалось.

Почти четыре года.

Я помнила о нас, а он нет.

Сосредоточившись на финишной прямой, я не взяла в расчёт, что Кай не будет меня ждать около неё. Эта встреча с реальностью оказалась решающей. Как мощное столкновение со стеной.

Я могла бы ему напомнить о нас и разбить его отношения с миловидной девушкой, что весело смеялась, повиснув у него на руке, но, увидев его ответную улыбку, вспомнила, что наша любовь не была счастливой. Вместе с собой я принесу ему множество болезненных воспоминаний.

Долгое время он справлялся с потерями и строил новую жизнь, чтобы спустя годы я пришла и всё разрушила. Даже если попрошу Мороса показать Каю мои воспоминания, сложно быть уверенной, что это вернёт его любовь ко мне. Показанное будет лишь картинками прошлой жизни, которой он не помнит.

Увидев Кая с другой, понаблюдав за его расслабленным выражением лица, я не смогла выдержать поток сомнений. Те снесли всю с трудом приобретённую решимость. В тот момент мне были жизненно необходимы Сирша с бутылкой чего-нибудь крепкого или Элион с его дурацким кафе-мороженым и раздражающим «Ты ревела?»

Мысль о Сирше и Элионе словно заморозили лёгкие, выдыхаемый воздух обжигал язык и нёбо, а вдох, казалось, царапал горло.

Я ревела. Ещё как ревела. И, струсив, вновь сбежала.

Поэтому мне было стыдно встретиться даже с Иво.

Я провалила свой план. Пришла к финишной прямой, где никого уже не было.

– Мы обязательно встретимся, но не сегодня, – заверила я с приклеенной улыбкой.

Я рассказала Элин правду, почему отступила, и она постоянно приносила мне новости, что с той девушкой он расстался. Честно рассказывала, что узнавала, и Кай ни с кем долго не встречался за эти годы, но я задумалась о последствиях и способна ли вообще в своём нынешнем состоянии влюбить в себя Кая.

Той Кассии, что он знал, больше нет, да я и не совсем понимала, что именно ему во мне понравилось, чтобы снова вызвать в его сердце нужные чувства. Я во всей полноте представила, что новую меня он может и не полюбить вовсе. Это показалось мне страшнее, чем хранимая иллюзия вероятности, что однажды… когда-нибудь… стоит только всем трудностям остаться позади…

Хотя глупо было обманываться, что проблемы когда-либо закончатся.

– Ты сказала, что уволилась. Пообещай, что не сбежишь из Санкт-Данама! – заупрямилась Элин.

Я смиренно вздохнула и похлопала по дивану рядом с собой. Элин присела с опаской, на самый край, продолжая глядеть на меня недоверчиво.

– Обещаю, если расскажешь, как идёт твоя подготовка к сессии.

– Кириа! Ты уходишь от темы.

– Не ухожу, а просто меняю, – ласково поправила я.

Элин возмущённо засопела и взглянула на Аякса в поисках поддержки, но тот расслабленно пожал плечами, хватая клубничную тарталетку со стола.

Я аккуратно спустилась по ступенькам перед входом, как только Элин заперла за мной дверь антикварной лавки. Солнце село несколько часов назад. Элин хотела вызвать мне такси, но я отказалась, желая немного прогуляться. Нужно проветрить голову. Мысли путались после длительного разговора и крепкого чая. У меня начало складываться впечатление, что Аякс подливает туда что-то ещё. Или же я просто устала.

Запахнув пальто, я медленно зашагала вперёд, выбрав более короткий путь через проулки к основной улице, чтобы там поймать такси. Я невольно замедлила шаг, ощутив неприятный зуд в затылке. В горле пересохло, а сердце забилось чуть чаще от предчувствия. Я поёжилась и, обернувшись, осмотрела тёмный переулок. Узкое расстояние между двумя линиями домов без тротуара, для проезда только одной машины. Малочисленные фонари с заревом оставляли слишком много неосвещённых участков, а солнечные очки делали картинку более сумрачной, но я не решалась их снимать, боясь столкнуться с палагейцами. По жёлтым глазам меня узнает любой, а следом не пройдёт и суток, как обо мне станет известно Иво и Каю или Гипносу и Весте.

Через Элин я отправляю Весте и дедушке бумажные письма с новостями, что у меня всё хорошо. Моя бывшая служанка упрямо врёт, что письма я подбрасываю в лавку, не встречаясь с ней лично, но терпение Элин на исходе. Уверена, что у Иво и остальных оно иссякло. Интересно, как Кай воспринял новости о моём исчезновении? Шпионы в усадьбе дедушки доложили, что Кай там не появлялся. Новости о смене архонта его не заинтересовали.

Я отбросила длинные чёрные волосы назад, удобнее повесила сумочку на плечо и зашагала дальше, но уже медленнее, прислушиваясь к звукам. За прошлый месяц мне дважды встречалась эмпуса. Аякс подтвердил новости, что и ониры в последнее время сбегают с Переправы будто встревоженные.

Обойдя замёрзшую лужу, заметила тень впереди и остановилась. Я не испугалась увиденного и даже не поморщилась, услышав неприятное стрекотание онира. В расслабленной руке появился пистолет, я не двигалась, выжидая, когда ночной кошмар бросится на меня. Не хотелось шуметь, уложу тварь с одного выстрела. Потом позвоню Элин и попрошу её сообщить о теле, которое нужно убрать.

Онир пригнулся, вставая на четвереньки, издал очередной отвратительный звук и рванул ко мне. Несмотря на оружие в руке, сердце забилось тревожнее, ладони вспотели. Неожиданно другой онир спрыгнул откуда-то сверху, я не успела вскинуть руку, как он ударил в грудь, откинув меня к кирпичной стене. Я застонала от боли в подвёрнутой лодыжке, и с трудом устояла на ногах. Онир напал, я пригнулась, избегая лап твари.

Неожиданно за спиной стало намного светлее, тени резко удлинились, сердце подскочило к горлу. Услышав шум двигателя, я напрочь позабыла о противниках и отскочила в сторону, к противоположной стене. Я убралась с дороги вовремя, в ужасе глядя, как чёрный автомобиль промчался мимо, сбил обоих ониров и только затем, визжа тормозами, остановился.

Пистолет пропал, когда я потеряла концентрацию и во все глаза уставилась на двух тварей, которые отлетели дальше по переулку. Один ударился о мусорный контейнер и рухнул на асфальт с переломанным плечом и рукой. Другой едва поднялся на сломанных ногах. Я прекрасно видела кровь, торчащие обломки костей и раны в свете фар.

Водительская дверь распахнулась, и я обомлела, узнав Кая даже со спины. Он бросил взгляд на ониров, а те, приметив сына Гипноса, издали жалобный вой. Тот онир, что ещё мог ходить, начал удирать, но выстрел в ногу притормозил его попытки.

– Иво, разберись, – властно приказал Кай, убирая пистолет в кобуру под мышкой. Он захлопнул дверь и обернулся ко мне.

Я глупо хватала ртом воздух, мысли спутались, когда машина качнулась, как если бы Иво перебрался на водительское сиденье с соседнего. Машина рванула с места, быстро нагоняя удирающего онира. Иво проехался по первому созданию и снова сбил второго, а заметив, что они ещё двигаются, затормозил, переключился на задний ход, и машина поехала в обратном направлении. Послышались хруст и вопли под колёсами.

Я была в таком шоке от откровенного гнева, с которым Иво разделался с кошмарными созданиями, что не сразу заметила, как стремительно приблизился Кай. Его чёрное пальто развевалось от раздражённого шага. Я в испуге отступила назад, пока не упёрлась спиной в холодную стену. Кай буквально загнал меня в ловушку, оставив между нами жалкие сантиметры. Было страшно пошевелиться, поэтому он беспрепятственно снял мои солнечные очки, неторопливо сложил и убрал в карман своего пальто. Сын Гипноса едва ли изменился, может цвет кожи стал бледнее, словно он мало бывал на солнце.

Кай приподнял мой подбородок, крепко держа его двумя пальцами, и внимательно осмотрел лицо. Его взгляд ожесточился, придвинься он чуть ближе, и я смогу ощутить его сердцебиение. Однако уверена, что оно в разы спокойнее моего. Меня окатывала дрожь вместе с каждым ударом.

– Кассия, – позвал Кай, чётко выговаривая каждую букву. – Верни настоящий цвет своим волосам.

Я облизала пересохшие губы, многочисленные вопросы о том, как он меня нашёл, заполонили разум.

– Не понимаю, о чём ты говоришь и какая…

Наверное, не стоило включать идиотку, потому что взгляд Кая стал раздражённее, и все слова буквально рассыпались у меня во рту, превратившись в бессвязные звуки.

– Волосы, Кассия, – доходчиво повторил Кай.

Глупо отнекиваться. Он видел мои глаза, да и лицо практически не изменилось. Я медленно подняла руки, на них появились наручи Фантаса, и я запустила пальцы себе в волосы, возвращая им реальный цвет.

Мне не требовалось зеркало, чтобы понять, что всё получилось. Я меняла цвет волос много раз, и в глазах Кая появилось чуть больше сдержанности. Я сокрушённо опустила руки, ожидая реакции. Что теперь скажет Кай? Отправит на Переправу к Гипносу? Выскажет своё недовольство? Накричит? Может, что-то случилось и мне необходимо вернуться в Пелес?

– Что с твоей рукой? – с трудом выдавила я, когда его правая замотанная бинтом ладонь коснулась моей щеки.

– Извини, но… но мне нужно понять, – сбивчиво сказал Кай, и мои брови взлетели вверх при звуках несвойственного ему смятения.

Он подался вперёд, полностью прижав меня к стене, его губы накрыли мои, и я задохнулась от неожиданности, не успев даже закрыть глаза. Прикосновения были ласковыми, изучающими и настороженными. Я ощущала только его губы, он не давил и не настаивал на большем. Осознав, что происходит, я схватила лацканы его пальто и потянула на себя, нуждаясь в этой ласке. В голове зашумело, мир завертелся, а я, опьянённая, наслаждалась его пальцами в моих волосах и голодом в движениях, ставших требовательными.

Кай резко прервал поцелуй и отступил на спасительный шаг, оставив меня без поддержки. Я покачнулась, но устояла. Глаза Кая лихорадочно блестели, как и его покрасневшие губы. Он тяжело дышал, раз за разом рассматривая меня, будто впервые по-настоящему увидел. Моё сознание всё ещё плыло, как если бы все эти годы я жила без кислорода, а Кай дал мне больше, чем нужно жаждущему в первый раз.

– Это ты. Всё это… время. Это была ты, – бессвязно пролепетал Кай, не в силах восстановить дыхание.

– Я… просто… не хотела, чтобы… – Все заранее подготовленные оправдания показались жалкими, и я умолкла, не зная, с чего именно начать.

Кай не дал мне времени на объяснения, новый жадный поцелуй был порывистым и глубоким. Его руки забрались под моё пальто и обвили талию, я ощутила его холодные пальцы сквозь ткань блузки. Он злился, прикусывая мою губу, но следом извинялся ласковыми прикосновениями языка и губ. Меня трясло от предвкушения и осознания, что я получила то, что так давно ждала. Я обнимала Кая, жадно отвечая на каждую ласку, движение языка и поворот головы.

Поцелуй прервался, Кай вновь отступил, словно не мог совладать с нахлынувшими мыслями. На его лице эмоции сменялись так быстро, что я едва успевала анализировать перемены. Он будто не мог решить, рад, испуган или же злится. А может, его раздирало всё вместе.

– Я ничего не помнил, Кассия! – он определённо злился, но боль в глазах сделали крик скорее отчаянным. – А ты не дала мне ни единой треклятой подсказки! Почти четыре года! Ты!!