Текст книги ""Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Лия Арден

Соавторы: Иван Солин,Роман Антропов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 123 (всего у книги 256 страниц)

Мы с Вестой вздрогнули, а все остальные оцепенели, когда Авила издала странный звук. Она начала кашлять, заплёвывая кровью стол, а потом её голова упала на пустую тарелку словно чугунная, невидящий взгляд остановился на дальней стене. Я прекратила дышать, тишина зазвенела. Если бы не стремительно вытекающая из носа и рта Авилы кровь, я бы решила, что время остановилось.

– Что происхо… – ошарашенный Микель весь побледнел, едва шевеля губами.

С другой стороны от него захрипел Деклан. Он продержался на пару секунд дольше Авилы, но затем рухнул лицом на стол рядом с пустыми стопками. Моё тело затряслось мелкой дрожью, желудок взбунтовался, казалось, меня сейчас стошнит от увиденного и смеси запаха алкоголя и крови. Но вместо этого изо рта закапала кровь, и Микель в ужасе уставился на меня, пока с ним происходило то же самое. Он пытался прикрыть рот, но давился собственной кровью.

Я хотела закричать, увидев, что Элион и Кай согнулись от боли. Кровь была даже на губах Лисандра и Троя. Одна Веста, не пившая алкоголь, казалась в порядке. Меня скрутило от рези в желудке, я вцепилась пальцами в стол.

– Кас… это не… – хрипел Микель, пока его глаза наливались красным.

Первоначальное оцепенение отпустило. Все пришли в движение. Трой бросился защищать Микеля. Лисандр стремительно надел какие-то браслеты на запястья. Я не могла пошевелиться, ужас сковал меня при виде Кая, давящегося кровью. Его взгляд, направленный в сторону даориев, горел ненавистью.

– Веста! – рявкнул он, и это стало знаком для моих спутников.

Содрогаясь от спазмов, Элион резко поднялся на ноги. Лисандр ударил браслетами друг о друга, выбивая мелкую искру, которая превратилась в пламя. Элион толкнул меня вместе со стулом, пытаясь сбить с пути огня. Я закричала, поняв, что Лисандр направил пламя не в мою сторону. Элион тоже это заметил и развернулся, снося Кая со стула на пол. Мой затылок встретился с полом, в голове зазвенело, а последующий крик боли Элиона перекрыл всё. Он успел защитить Кая, но сам попал под огонь. Тот ударил его в спину, стремительно сжигая одежду, волосы, кожу и мышцы. Впервые я увидела оцепеневшего от ужаса Кая, который не мог шевельнуться. Элион подставил себя, лишь бы защитить друга. Он продолжал стоять под пламенем и кричать, парализованный болью.

Поток огня иссяк, когда Веста с воплем бросилась на Лисандра, тот отшатнулся на несколько шагов, получив от неё удар ногой в грудь. Элион рухнул рядом со мной.

– Веста! Помоги Кас… сии, – приказал Кай, вскакивая на ноги. Половина его лица была в крови, он задыхался, взгляд казался безумным.

Лисандр снова щёлкнул браслетами, но в руке Кая иллюзорное копьё появилось быстрее. Новый поток пламени не успел достигнуть цели, Кай бросил своё оружие с такой силой, что остриё пробило тело Лисандра насквозь и припечатало к стене. Микель кричал, Трой вопил, пока я сотрясалась от ужаса. Иллюзорное копьё пропало через три секунды, оставив Лисандра с дырой в животе, но он по-прежнему был жив. Кай с яростным рёвом бросился на врага через стол. Новое копьё вновь припечатало Лисандра к стене, даорий хрипел от боли, кровь потоком лилась из его рта. Он бы и так умер в ближайшие мгновения, но Кай руками схватил голову огненного и с остервенением несколько раз приложил о стену, пока не треснули череп и часть бетонного перекрытия. Вопли Троя стали громче и отчаяннее. Веста отбросила стол на Микеля и Троя, которые пытались подняться. Огненный был почти в порядке, Микеля же постоянно рвало кровью, лицо стало неестественно бледным. Они оба оказались придавлены столом вместе с мёртвыми Авилой и Декланом.

Продолжая давиться собственной кровью с короткими перерывами на вдохи, на трясущихся руках я подползла к Элиону. Мой пульс зашкаливал, сердце отдавалось в груди сумасшедшим ритмом, из-за чего я не могла контролировать тело. Вся спина и затылок Элиона были сожжены до чёрного мяса, и я залилась паническими слезами.

– Нет-нет-нет-нет… – безостановочно повторяла я, не зная, где можно прикоснуться к другу и как ему помочь, чтобы облегчить боль.

Он едва дышал, будучи отравленным, как и мы все. Трясущимися пальцами я успокаивающе погладила его лоб и щёки. Его глаза сместились, заглядывая в моё лицо. Губы изогнулись то ли в улыбке, то ли в болезненной гримасе, из уголка глаза потекла слеза. Не обращая внимания на шум вокруг, я взяла его за руку, продолжая успокаивающе гладить по лицу.

– Я здесь… и не… уйду, – убеждала я.

Эль разомкнул губы, его брови болезненно изогнулись, пока рот приоткрылся в безмолвном крике. Меня окатил ужас от этой картины и его страданий. Он спас Кая ценой своей жизни, а я даже не могла облегчить его последние мгновения. Элион забился в судорогах, затем издал один протяжный выдох, который заглушил для меня все остальные звуки, и его грудь опала. Эль затих, в зелёных глазах потухла жизнь.

– Нет, – залепетала я, не замечая, что в зале мы уже не одни. – Эль… Эль, оч… нись!

Кто-то схватил меня за одежду и швырнул в сторону. Я со стоном врезалась в стену и рухнула на осколки. Веста подскочила и с гневным воплем иллюзорным мечом снесла голову какому-то даорию. Его тело упало рядом, и я лишь вскользь узнала одежды Клана Металлов. Меня скрутило от нового приступа боли. Обе двери в комнату были распахнуты, а вокруг лежали тела мёртвых даориев. Лицо Кая посерело, его так шатало, что он сам рухнул на пол, после того как мечом распорол живот очередного противника.

Я никак не могла сосредоточиться, чтобы создать хоть какое-то оружие, все иллюзии рассыпа̀лись в руке. Веста попыталась меня поднять. Кай встретился со мной взглядом.

– Веста, уве… ди Кас… сию! – глотая слоги, но с нажимом приказал он.

К нему приближалось ещё двое даориев, Кай не обратил на них внимания. Лезвие чужого меча было близко к его горлу, но Кай всё равно ударил кулаком по полу. Комната на миг вздрогнула, пол под нами с Вестой стал чёрным, следом мягким, и Веста закричала, когда мы с ней провалились на этаж ниже. Я не могла издать и звука, рот был полон крови, а сознание – ужаса. Мы рухнули на какие-то столы с компьютерами, снеся технику. Я с трудом перевернулась на бок, не уверенная, не сломала ли себе что-то.

– Кай… нужно… верну… – убеждала я, повиснув на плече Весты, она с трудом поставила меня на ноги.

– Я не могу поднять нас вверх, – с искренним испугом пробормотала она. – Кассия, держись крепче.

Я уцепилась за её плечи, она обхватила мою талию. Колени тряслись, и временами мне казалось, что я отключаюсь на доли секунд. Успела разглядеть ещё даориев, прежде чем Веста превратила пол в бесплотный туман, и мы провалились на этаж ниже. Потолки в здании были слишком высокими. Веста хоть и приземлилась на ноги, но упала, утянутая моим весом.

– Кассия, пожалуйста! Потерпи немного! Не отключайся, – в отчаянии молила она, а её голос тонул в пустоте, как и комната вокруг.

Сильная пощёчина привела в чувство, я шумно втянула воздух и распахнула глаза.

– Пожалуйста, вставай! Я должна вывести хотя бы тебя, – едва не плача, просила Веста.

У неё не получалось тащить меня, я кое-как поднялась на ноги, но по-прежнему всем весом опиралась на Весту. Она проделала трюк с полом ещё дважды, пока я беспрерывно просила её вернуться за Каем. Веста перестала даже пытаться отвечать, она отчаянно плакала, ругаясь сквозь зубы, и тащила меня к лифту. Я пропустила те мгновения, пока он ехал, но пришла в себя, когда голова запрокинулась и я едва не упала.

Двери лифта открылись. Веста ахнула, увидев двоих даориев. Один из них схватил её, втащил внутрь и приложил головой о металлическую стену раньше, чем Веста успела среагировать. Второй вцепился в меня, затем принялся душить одной рукой, пока другой искал лезвие у себя на поясе. Инстинкт самосохранения взял верх, несмотря на жуткий звон в голове. Я принялась отбиваться, но Веста добралась до врага раньше, одним движением иллюзорного клинка отрубив держащую моё горло руку. Потом она воткнула лезвие даорию в шею и дёрнула в сторону, оставив рваную рану. Мой противник рухнул к своему мёртвому напарнику.

Я сползла по стене лифта к трупам, Веста нажала на кнопку первого этажа. У меня начались галлюцинации, потому что её зелёные глаза горели красным, как у сивилл. Она тяжело дышала, её руки по локти были в чужой крови, платье местами порвано. Веста, как и Кай ранее, почти не походила на себя, превратившись в кого-то дикого и древнего, а отпечаток горя на лице делал её образ ещё более устрашающим. Это настоящие облики детей самого Гипноса.

Меня стошнило кровью и частью съеденного, когда кабина дёрнулась, остановившись на первом этаже. Двери только начали распахиваться, а за ними уже послышались три выстрела и вопли людей.

Веста приготовилась, сжав меч в руке, но перед лифтом нас встретили три трупа огненных даориев с простреленными головами.

– Какого хаоса происходит? – спросил Иво с пистолетом в руке, не обращая внимания на разбегающихся позади него обычных людей.

Веста вместо ответа разразилась рыданиями. Иво побледнел, глядя на меня в компании двух мёртвых тел. Весь пол лифта был в крови.

– Их отравили. Помоги, нужно довести её до машины, – Веста потянула меня вверх, а Иво подхватил с другой стороны.

Я даже не представляла, как выгляжу, они волокли меня на себе через светлый холл. Люди смотрели на нас в ужасе, не пытаясь остановить. Я шумно втянула вечерний воздух, когда мы очутились снаружи.

– Откуда ты узнал? – спросила Веста у Иво. Я ощущала, как её всю колотит.

– Что вас отравили? Не знал, но понял, что всё пошло скверно, стоило с двенадцатого этажа на соседнюю машину упасть даорию. Я засомневался, что он сам выпрыгнул, похоже, Кай помог.

Я лишь мельком увидела то, о чём он говорил. Крыша красного автомобиля была погнута, сложившись вовнутрь, а изломанное тело лучезарного лежало почти что в салоне. В том зале не было окон. Значит, Кай ещё жив и драка переместилась в другое место? Как он вообще сумел выбить стекло в подобном здании? Разве они не сверхпрочные? Голова заполнялась десятками вопросов и мыслей, но все они смешивались и никак не помогали мне управлять своим безвольным телом.

Вокруг толпились перепуганные люди, но им хватило ума посторониться, заметив пистолет у Иво.

– Где остальные? – спросил он, пока они укладывали меня на заднее сиденье.

– Их… нет, Иво. Нам нужно… как можно быстрее добраться до Переправы. – Веста хоть и перестала плакать, но нервно заглатывала воздух, захлёбывалась им, и вся дрожала.

Её паника передалась Иво, и он сел за руль. Боль разрывала меня на части, один раз Весте пришлось перевернуть меня на бок из-за приступа. Тело непроизвольно тряслось, изо рта шла кровавая пена. Иво гнал машину, задавая вопросы, Веста рассказывала, но я не могла больше слушать. Звон достиг пика и внезапно исчез, поглотив все остальные звуки. На мгновение я ощутила умиротворение, губы Весты по-прежнему двигались, Иво крутил руль, но мир потерял свою стремительность. Я плыла несколько долгих секунд, пока машину не повело, на резком повороте меня бросило вперёд. От удара о спинку сиденья я отключилась.

28

МИКЕЛЬ

Ощущение, словно я проглотил работающее сверло и всё внутри превратилось в месиво.

– Тише, всё хорошо. Всё закончилось, – успокаивал знакомый голос, пока из моего горла рвались непонятные звуки.

Я никак не мог заставить тело подчиняться, глаза, несмотря на все старания, не хотели держаться открытыми, а при попытке подвигать рукой пальцы нервно выгибались и дёргались, будто вся нервная система дала сбой. Это не первое моё пробуждение. Я напряг память, и та услужливо напомнила о произошедшем, заставив пожелать возвращения в небытие. Вначале я даже молил вслух о том, чтобы снова отключиться, и мне что-то кололи, но сейчас я обязан проснуться и встать, спина совсем онемела.

– Всё хорошо, Микель. Ты скоро поправишься, – прохладная рука легла на лоб.

Лекса.

Я что-то промямлил, распухший язык едва ворочался. Послышался звук льющейся воды, следом моих губ коснулся стакан. Я осушил его жадными глотками, едва что-то видя через застилающую глаза пелену. Вода немного помогла, и сознание прояснилось.

Мою спальню заливал дневной свет, проникающий через распахнутые окна. Меня самого от ярких лучей защищал балдахин. В воздухе пахло летней зеленью и какими-то успокаивающими маслами. Я повернул голову к Лексе, и одно простое движение забрало все силы, дышать стало тяжелее.

– Худшее позади, – заверила сивилла, но ей не удалось скрыть испуг. Осунувшееся лицо посерело, – вероятно, она давно не спала. – Целители оставляют тебя без присмотра, говорят, что теперь твоё выздоровление лишь вопрос времени.

– Ли… сандр?

Она качнула головой, сожалея.

Было бесполезно переспрашивать. Наверняка я сделал это уже не единожды. Мечтал всё списать на галлюцинации, но прекрасно помнил, как Кай разбил его голову об стену.

– Дек? Ави… ла?

Лекса промолчала и не шелохнулась, глядя на меня с тем же сожалением. Я поджал губы, ощущая клокочущий гнев.

– Элион?

Племянник архонта не был мне другом, но я не мог не ужаснуться его жертве. Хоть и негласно, но мы работали вместе, я привык к его компании точно так же, как к Каю, Иво и Мейв. Зачем Лисандр так поступил? Я запретил близнецам приносить браслеты, зная, что ахакор только снижает, но не блокирует их силы. Что Лисандр собирался сделать? Сжечь их всех?

– Кассия?

Я не мог прекратить перечислять имена возможных жертв.

– Что с ней – неизвестно, – призналась Лекса.

– Что произошло? Кто это сделал?

– Цари. Во главе с Мелаем и Баалом.

Тело забила мелкая дрожь. Лекса обхватила мою руку, принимаясь аккуратно поглаживать. Это не помогало унять тревогу. Сердцебиение болезненно ускорилось.

– Расскажи подробно.

– Большая часть алкоголя была отравлена заранее, – сдержанно пояснила Лекса. – Отравлена разными составами, но дозы не должны были убить вас так быстро. Когда цари придумали план, они не рассчитывали, что вы начнёте в таких количествах поглощать алкоголь, и тем более не знали, как те или другие яды поведут себя, будучи смешанными.

Она будто зачитывала инструкцию из учебника, но меня её отстранённость, наоборот, расслабляла, я старался притвориться, что это история не обо мне и не о моих мёртвых друзьях. Желчь подкатила к горлу, но я сглотнул, внимательно слушая дальше.

– Самую плохую реакцию дал ликёр. Судя по всему, там был новый яд с частицами человеческого металла. Он сам по себе уже отрава для нас, а с другими составами ускорил интоксикацию в разы.

– Я не восприимчив к человеческому металлу.

– Именно поэтому твоё отравление прошло не так… плохо, как могло.

Значит ли это, что Кассия тоже жива?

– Трой довольно быстро вколол тебе необходимое лекарство. От металла нет противоядия, но для остальных видов отравы у Троя и Лисандра был запас препаратов. Поэтому твои друзья Авила и Деклан были обречены с самого начала. После ликёра им было не помочь. Мне жаль, – искренне добавила сивилла.

Яд, даже несколько ядов плюс металл. Если на Кассию последнее не подействовало, то она могла умереть от другой отравы. Я задышал быстрее, осознавая не только это, но и сказанное Лексой. Отчётливо вспомнил смерть Авилы и Деклана. Всё пронеслось перед глазами, и я ощутил знакомое оцепенение. Я пригласил Кассию, обещая мир. Пил первым, убеждая, что в жизни не стал бы убивать сестру.

«Я тебе верю».

Я прекратил дышать, тело болезненно напряглось.

«Рада, что мы снова встретились».

Запах палёной плоти Элиона словно наяву ударил в нос, и меня замутило. Я перестал видеть комнату, поглощённый пережитым.

Холодные руки на щеках привели в чувство, сознание вернулось в отяжелевшее тело, лежащее в спальне, но запах крови и горящих волос не отпускал. Лихорадочным взглядом обводя комнату, я раз за разом убеждал себя, что это не более чем воспоминание и здесь царит аромат успокаивающих масел.

– Что значит… у Троя и Лисандра было противоядие? – запоздало дошло до меня. – Они догадывались о том, что произойдёт?

– Не уверена, Микель. Я с ними не говорила и знаю лишь рассказанное целителями.

– Не понимаю, – растерянно пролепетал я, не в состоянии уложить всё услышанное в голове. Та продолжала оставаться ватной. – Зачем всё это… зачем столько смертей? Чтобы убить Кассию? Цари ведь решили пойти на мировую, видения… ваши… прорицания…

Я сбился с мысли из-за сожаления на усталом лице Лексы, она опустила глаза.

– Что вы видели? – Я нашёл, где именно меня одурачили. Лекса потянула ко мне руки, но я отпрянул. – Не нужно показывать! Знаю, как это отражается на тебе. Просто расскажи и заодно напомни, где, хаос всех поглоти, ты была?!

– Я покажу, Микель. Это совсем короткий эпизод, и со мной ничего плохого не случится, – Лекса говорила мягко, пытаясь успокоить. Она продемонстрировала свой пузырёк с солями. – Кое-что проще показать, чем объяснить.

Я нехотя кивнул и вернулся на место, приготовившись к очередной порции головной боли. Лекса, ощутив моё напряжение, помассировала виски, заставила расслабиться, прежде чем начать.

Это какой-то склон за пределами города, я не мог точно сказать, что за местность, но видел Эридан вдалеке. Я стоял подле отца, а позади нас – Баал и гоплиты из Клана Металлов и Огня. Их сотни, и всё ради одного пленника. Я видел лишь спину, но сразу узнал Кая. Он был скован, а к нам приближалась Кассия. Она шла с поднятыми руками, остановилась, когда несколько наших солдат проверили её на наличие оружия. Гоплиты ничего не нашли, и она зашагала дальше, добровольно сдаваясь.

Я вынырнул из видения, когда прикосновение оборвалось. Лекса вдохнула испарения от солей, и мелкая дрожь в её пальцах прошла. Я нахмурился, не успевая складывать детали в голове. Видение было странным. Чётче, чем любое из тех, что они мне показывали ранее. Отец хотел поймать Кассию, но не мог, пока она находилась под защитой Палагеды, а тут сестра пришла сама, чтобы…

– Обмен на Кая? Он жив? – Я поднялся на локтях, и комната закружилась от резкого движения.

– Жив. Он в темнице, и Мелай уже отправил в Палагеду ультиматум с условиями обмена.

Лекса помогла мне сесть и предложила какой-то бульон, но я отмахнулся. Желудок скручивало при мысли о еде.

– Сколько дней прошло?

– Три.

У меня не было сил даже выругаться. Я попросил Лексу передать мне мантию. Нужно поговорить с отцом. Вряд ли у меня хватит сил переодеться, поэтому просто накину что-нибудь поверх домашних штанов и рубашки. Лекса нашла белую с серебром мантию, но, взглянув на моё лицо, не торопилась её отдавать.

– Где ты была всё это время? Почему не предупредила о западне?

Нижняя губа сивиллы задрожала, словно я был совсем плох. Но она взяла себя в руки и заговорила:

– После этого видения был придуман план. Его величество прознал о нашей дружбе. По его приказу меня заперли в одном из домов на окраине города. Я… хотела рассказать тебе о пророчестве, но не успела. А про яды узнала только недавно. Меня отпустили, когда я уже не могла помешать вашей встрече.

– Трой в порядке?

Я скривился, вспомнив, что он, как и Лисандр, отставил ликёр, а Деклан и Авила выпили двойную порцию. Поэтому отрава убила их так быстро. Элион тоже был обречён из-за яда с металлом. А Кай? Та девушка… Веста?

Я потёр лицо ладонями, вспомнив чёрный меч в её руке. Кай сын Гипноса, но она… кто она такая, раз владеет иллюзиями? И мне не показалось. Они с Элионом были похожи. Я протяжно выдохнул, надеясь, что ей удалось выжить. Она почти ничего не пила.

– Трою было физически плохо лишь день, но его брат погиб.

Я стиснул зубы, пытаясь удержать воду в желудке. Та будто заледенела в животе. Отвратительное ощущение. Зачем Лисандр напал на Кая? Не сделай он такой глупости, сейчас был бы жив. Я, как идиот, поверил друзьям на слово, что они не взяли никакого оружия.

Я слишком доверчив.

Наивен.

Отец сыграл на моём желании заключить мир.

Я был слеп, а он обвёл меня вокруг пальца, показав то, что я хотел видеть. Покачиваясь, я встал и на нетвёрдых ногах подошёл к Лексе, чтобы забрать мантию. Она отдала её нехотя.

– Что дальше в том видении? После того как Кассия сдаётся?

– Я не показала, потому что тебе этого лучше не видеть.

– Отец убьёт её?

– Их обоих.

Я на мгновение замер. Их обоих.

Кассия и Кай.

– Мне это всё не нравится, Микель. Ты заметил, верно? Это видение какое-то другое, – её голос дрожал, Лекса заглядывала мне в глаза в поисках подтверждения, что не одной ей тревожно. – Весь Круг Старших его увидел. Такое чёткое, понятное…

– Разве не такие пророчества являлись сивиллам раньше? Разве это не означает, что будущее определилось? – ответил я, накидывая одежду на плечи.

Мне было тяжело стоять, и за неимением какого-либо костыля я протянул руку к металлу, из которого были сделаны ножки одного из кресел. Лекса с долей страха смотрела, как тот потёк к моей ладони, медленно вытянулся и загнулся с одной стороны, становясь похожим на трость. Кресло опрокинулось, потеряв устойчивость, я посмотрел на испорченный предмет мебели без интереса. Меня не отпускало ощущение, что я лишился какой-то части себя.

– Да, всё верно, но…

– Что «но»? – холодно уточнил я, Лекса закусила губу, глядя на меня по-новому.

Раньше она со мной флиртовала, кокетство и капля самоуверенности сквозили в её движениях, но теперь она следила за мной с тревогой. Я знал, что пугает её не разговор о будущем, а мой вид.

Я успел оценить его при мимолётном взгляде в зеркало. Кожа посерела, щёки запали, бледные губы потрескались, иссушенные, а глаза стали будто неживыми, с лихорадочным блеском. Скорее всего, у меня просто температура. Хотя я не мог понять, мне холодно или жарко, казалось, что всё одновременно. Не хотелось быть с Лексой грубым или резким, но мне нужны ответы, а не хождение вокруг да около.

– В видении есть цельный образ Кассии, а раньше его не было, – прямо выдала Лекса.

Я замер, обдумывая услышанное.

– Ты обсуждала это с другими сивиллами и царями?

– Конечно, мы даже рассказали мойрам, но и богини не знают ответа. Мы решили, что всё дело в устоявшемся будущем.

– И оно действительно настанет, – хмуро напомнил я и горько усмехнулся, наконец осознав, что никто и не думал о мире. Изначально цари планировали либо убить Кассию ядом, либо отловить хотя бы Кая и прикончить их лично, чтобы увиденный эпизод сбылся.

Я оказался треклятой наживкой для собственной сестры.

Я согнулся, с трудом опираясь на созданную трость. Не уверен, виной тому боль или едва сдерживаемый хохот. Кажется, всё одновременно. Нервный смешок сорвался с губ, когда до меня дошло, что отцу было плевать, выпьют ли яд мои друзья, выпью ли его я. Деклан, Авила, Трой, Лисандр и я – мы были лишь приманкой. Пушистым кроликом, чтобы заманить хищника. И не важно, если кролика раздерут на куски, главное – цель.

Может, Мелай надеялся, что я сдохну в той комнате. В конце концов, было бы очень удобно. Металл рукояти под моими пальцами заскрипел, сдавленный. Лекса смотрела на меня с искренним сожалением и неприкрытым испугом.

– Тебе лучше уйти, Лекса. Отцу не стоит видеть тебя рядом со мной, – сухо напомнил я.

Она хотела возразить, но я кивнул на дверь.

– Микель, мне не хочется оставлять тебя одного. Твоё состояние…

– Я не буду один, а пойду поговорить с отцом. Впредь не появляйся, пока сам не позову.

Я смотрел на неё не моргая, надеясь, что у Лексы хватит ума убраться прочь как можно дальше. Она почти бесшумно обошла меня. Дверь тихо щёлкнула, когда Лекса наконец ушла.

От нарастающего раздражения сжатые челюсти заныли, заскрипели зубы. Гнев поднимался откуда-то изнутри, давил, намереваясь меня разорвать, и я с силой опустил трость на ближайший кофейный столик. Дерево раскололось под ударом, рука дрожала. Не в моих привычках что-либо ломать, однако сейчас я был на грани. Мне захотелось спалить весь дворец, но вряд ли даже это подарило бы хоть толику облегчения.

Я выдохнул задержанный воздух, яркие пятна прекратили плясать перед глазами. Большинство металлических светильников страдальчески изогнулись. Подобное проявление силы не обрадовало, не удивило и не шевельнуло в душе ничего, что там ещё осталось. Лишь скупая мысль о том, что мастерам придётся потрудиться, выправляя их, промелькнула в голове.

Я медленно вышел из спальни, тяжело опираясь на наспех созданную трость. За дверью меня встретил Трой. Ранее близнецы носили одежды представителей Клана Огня, теперь же на друге была военная форма с отличительным гербом не только своего Клана, но и моего. Трой не двигался, пока я с особой придирчивостью разглядывал его фибулу с символом орихалка и оранжево-красный хламис, расшитый серебряной нитью.

Одарив этим хламисом, отец официально повысил его, дав место моего ближайшего телохранителя. Ещё недавно Мелай терпел близнецов, а теперь назначил на такой пост, хотя Трой ни по возрасту, ни по рангу не может его занимать.

Мои губы изогнулись в подобии усмешки:

– Выходит, моё доверие равноценно тряпке на твоих плечах?

Трой побледнел, его веснушки отчётливо проступили, а рыжие волосы казались непривычно яркими. Он выглядел неважно, но гораздо лучше, чем моё отражение.

– Говори, – сухо велел я после того, как окинул коридор взглядом и не нашёл свидетелей.

– Это не то, что ты думаешь.

– Я сказал «говори», а не «оправдывайся», – резко напомнил я. – Ты не знаешь, что я думаю.

– Мы… я и Лисандр сделали всё ради тебя, – жёстче ответил Трой.

– Я перед тобой с костылём, Лисандр мёртв, а ты – с повышением. Что из этого было ради меня?! – оскалился я.

– Мелай всё рассказал нам в последний момент, вынудив выбирать между тем, чтобы помалкивать и дать тебе сдохнуть, если ты не будешь достаточно удачлив, и тем, чтобы помалкивать и взять противоядие, которое спасёт тебе жизнь! – гневно ответил Трой, сделав один порывистый шаг ближе. Его пальцы сжались в кулаки, наверняка он жаждал мне врезать. Может, не из настоящей ненависти, но просто чтобы хоть на ком-то выместить горе после потери брата. – Не было пути назад, поэтому мы взяли противоядие, чтобы иметь хоть малюсенький шанс тебе помочь!

Лисандр с Троем не были частью одного целого, как часто думают о близнецах. Не были даже лучшими друзьями. Иногда мне казалось, что, если бы не их родство, они бы и знакомыми не стали. Но, несмотря на все разногласия, драки и ссоры, Лисандр был для Троя кровным братом. Не самым лучшим, не самым воспитанным, не самым умным, но всё это меркло на фоне родства.

– Что Мелай потребовал взамен?

– Велел приложить все усилия, чтобы схватить или убить Кассию и Кая.

– Да лучше бы вы дали мне сдохнуть, потому что теперь мёртв твой брат! – рявкнул я, заставив Троя попятиться. – Лучше бы я умер, но, по крайней мере, знал, что мои друзья верили в меня и мой план до конца! Нельзя было нападать на них! Будь мы просто все отравлены, я бы ещё сохранил крохотный шанс убедить Кассию, что это был план отца. Но теперь Элион мёртв! Твой брат мёртв! Деклан и Авила мертвы, потому что вы решили промолчать!

Я так сильно кричал, что горло вновь засаднило, а сухие губы треснули. Я с отвращением облизал их языком, морщась от боли и металлического привкуса.

Трой хорошо держал лицо, но мелкая дрожь и лихорадочный испуг во взгляде выдавали ужас от осознания непоправимости ошибки. Он тяжело дышал, с трудом справляясь со своей паникой.

– Сними эту тряпку и возвращайся в Клан Огня, – подойдя к другу вплотную, с разочарованием приказал я. – С этого дня ты не служишь ни мне, ни тем более моему отцу.

– Но, Микель…

– Нет, с этого дня ты держишься от моей семьи и от меня как можно дальше. Иначе рано или поздно ты присоединишься к брату, – вкрадчиво объяснил я, глядя ему в глаза.

Во мне бурлил гнев, хотелось вышвырнуть Троя вон за предательство, но ещё больше мне хотелось защитить его от разрушительного воздействия отца. И если ради сохранения жизни Троя мне придётся вычеркнуть его из своей, то именно так я и поступлю.

Я был глуп, позволив друзьям быть рядом.

Отец умело использовал их неприязнь к Элиону и Каю. Только этим можно объяснить поведение Лисандра. Главная цель отца – убить Кассию. Но Лисандр не смог этого сделать, не испытывая достаточной ненависти к ней, зато Кая он не переносил и решил начать с него. Хотя, убей он Кассию, скорее всего, Кай голыми руками разорвал бы нас всех на куски. Это было видно невооружённым глазом. Как он смотрел на мою сестру… В Санкт-Данаме мы с ним пересекались достаточно много раз, чтобы я заметил изменения. И видение, где Кассия готова сдаться Мелаю…

Она любит его.

У меня пересохло во рту, шокированный внезапным открытием, я отступил.

Что Кассия сделает, если Кай умрёт? Как ответит на убийство Элиона?

Я приложил ладонь к лицу, вспомнив горящую Даорию и рассказ сестры о поединке в круге. Она в Палагеде всего ничего, но уже вышла против наследника другого Дома. Эти истории не заставили меня поверить в мощь её силы, но доказали, что она достаточно отчаянна для опрометчивых поступков.

– Микель, мой Клан и тем более моя семья – солдаты, мы готовы к смерти, особенно когда наша служба связана с царями и наследниками. Я не хочу оставлять тебя одного. Я потерял брата и мне…

– …нечего терять? – со злым смешком уточнил я.

Трой говорил заученную чушь, сам не понимая, сколь многого он ещё может лишиться. Я в очередной раз недооценил отца и больше подобного не допущу. Я сглотнул кровь во рту, но привкус въелся в нёбо и язык. Вспомнил историю матери Лексы, убеждаясь в своей правоте.

– Ты можешь потерять ещё очень многое, – едва слышно поделился я с Троем, не спуская с него глаз. – И твоя собственная жизнь лишь в самом конце этого списка. Да и у тебя достаточно частей тела, чтобы лишиться для начала их.

Лицо Троя вытянулось, а у меня не дрогнул ни один мускул. Раньше я не хотел признавать окружающую жестокость, закрывал глаза на то, как далеко способен зайти Мелай. Боги, иногда я находил ему оправдания, думая, что понимаю причины его поступков.

– Возвращайся домой и помогай Ангелю, становись гиппархом, как мечтал. Твоя служба при мне окончена.

Не желая спорить дальше, я обошёл Троя и, тяжело опираясь на трость, направился в кабинет отца, надеясь, что подонок там. Я медленно плёлся по многочисленным коридорам, а слуги замирали и смотрели на меня во все глаза, даже забывая кланяться. Вторя моим шагам, лязг металлической трости бил по ушам, когда ковёр сменялся голым мраморным полом.

– Неважно выглядишь. Тебе ещё рано вставать, – без какой-либо сердечности заметил Мелай, склонившись над документами за столом.

Он бросил на меня один скользящий взгляд, пока я прикрывал за собой дверь, и вернулся к делам. Благо в кабинете не было посторонних, поэтому без единого укола совести я подбросил свою новую трость, перехватил на манер очень грубого копья и швырнул в мерзавца, надеясь пробить ему голову. Мне было плевать на последствия: кару за измену и нападение на царя. Его величеству пора катиться в Тартар.