Текст книги ""Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Николай Басов

Соавторы: Кирилл Шатилов,Константин Калбанов,Антон Топчий,Александр Верес,Юлия Ханевская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 341 (всего у книги 348 страниц)

– Постой, Ахим! Что ты такое говоришь? Ты ведь не прогонишь меня? Ты должен меня выслушать. И помочь. – Она говорила быстро, не давая ему возможности снова спрятаться и закрыть ставню. – Со мной происходят странные вещи, в которых только ты можешь разобраться. Меня никто не ищет. Я вообще не отсюда. Ты меня понимаешь?

– Зачем ты убила эту женщину? Ты ведь сделала хуже не только себе, но и всем нам.

– Какую женщину? – машинально спросила Т’амана, хотя ее сейчас больше занимало то, что Ахим и здесь признает существование общего заговора, частью которого она тоже является. Значит, не все потеряно. – Так какую женщину?

– Т’амана, поверь, мне некогда рассказывать тебе о том, что ты знаешь лучше меня. Беги и прячься.

– А ты знаешь, что я именно этим только что занималась? – Она повысила голос до угрожающей громкости. Ее взяло зло на этого мелочного, непохожего на себя старика. – Я бежала всю дорогу, оставив далеко позади себя сани, в которых наши друзья везут сюда тело погибшего Ниеракта, если это имя тебе что-нибудь говорит, и мертвого Демвера.

– Мертвого?..

– Да. И если ты меня не впустишь и не выслушаешь, то очень скоро, боюсь, мы тоже присоединимся к нему. Открывай скорее.

Пока Ахим возился с дверью, судя по всему, снабженной теперь множеством задвижек, она торопливо справила нужду прямо в снег под окном и, когда дверь наконец отворилась, улыбнулась ему с порога.

– Я никого не убивала.

– Тебе повезло, что вся моя свора перебралась в замок и уже давно не кажет сюда носа. – Он неохотно посторонился, пропуская ее в теплое нутро избы. – Надеюсь, ты ненадолго.

– Это зависит от тебя, Ахим. – Она без приглашения села к столу, окно напротив которого выходило на поместье и не было закрыто. – Мне действительно важно как можно скорее уйти, но не туда, а вообще – отсюда.

Ей показалось, что в слезящихся глазах старика промелькнула искорка понимания, но сразу же потухла, словно и не было. Наверное, ей просто очень хотелось, чтобы все получилось.

– Наложить на себя руки не лучший выход, – сказал он, прикрывая дверь и останавливаясь в нерешительности на пороге.

– Ты ведь понимаешь, что я не об этом говорю. – Она посмотрела на него с такой надеждой, что ему явно сделалось окончательно не по себе, и он сел рядом. – Ахим, помоги мне вернуться в мой мир.

Старик внимательно на нее посмотрел, почесал корявыми пальцами нос и спросил:

– Зачем ты ее убила?

– Да о ком ты?! Я никого в последнее время не убивала. Что ты заладил?

– Ты убила Радэллу, которая, единственная, могла нам помочь.

– Я?! Радэллу?! Да я спасла ее, когда она попыталась задержать телегу с Кауром, оказавшимся таудом. Сын Каура чуть не отрубил ей при этом руку мечом, но я все сделала, чтобы и руку тоже спасти. Кто сказал, что я ее убила? – Он начал было отвечать, но она прервала его: – Послушай, Ахим, совершенно неважно, что ты мне сейчас скажешь. Это вполне могло произойти, но это могло произойти здесь, а не в том мире, где мы с тобой на самом деле живем. Очнись! Очнись и помоги проснуться мне. Это ведь просто Навь, и мы оба спим и видим друг друга, как бывало много раз прежде. Только на сей раз я почему-то не могу проснуться сама. Нет, послушай! Я сделала все, как ты хотел, я нашла ту телегу с Симой, я не дала в обиду Радэллу, хотя про нее ты тогда ничего не говорил, если даже знал, я вместе с четырьмя нашими друзьями преследовала эту злосчастную телегу почти до самого Пограничья, там мы нашли раненого Демвера, вместе с которым был его сын, Гийс, а кроме того, все семейство бежавшего недавно от преследования строителя Хейзита. Того самого, который придумал делать камни из глины. Не перебивай, не то я собьюсь окончательно! Да, я уже знаю, что в этом мире его давно нет в живых и что Гийс оказался не тем, за кого себя выдавал, но вчера, Ахим, вчера все было по-другому. Пока я не заснула. Мы собирались утром ехать к тебе, привезти Демвера, как ты хотел, а заодно этого мерзкого Симу, которого нам общими усилиями удалось взять в плен. Я так устала за день, что ночью позволила себе заснуть и, забыв о твоем предостережении не делать этого, если рядом есть посторонние, вышла в Навь и встретилась там с тобой. Не помнишь? Ты еще сказал мне, чтобы мы отвезли Демвера в твой торп и там затаились. Но меня разбудили! Ахим, меня разбудили, и я оказалась здесь! Все это я вспомнила по дороге к тебе. Пока я ехала с ними в санях, мне рассказывали разные ужасы о том, что тут у вас произошло. Но ведь это всего лишь чей-то сон, Ахим! Скажи, что это только сон!

И Т’амана, не узнавая себя и не сознавая, что делает, разрыдалась, повалившись грудью на стол. Когда приступ прошел, она подняла заплаканные глаза и увидела, что старик по-прежнему сидит на своем месте, молчит и смотрит на нее.

– Скажи хоть что-нибудь! – рявкнула она в отчаянии.

Вместо ответа Ахим встал, порылся на полке, нашел какую-то старую банку, налил в кастрюлю воды из ведра, поставил на огонь, дождался, когда вода закипит, бросил в кипяток щепотку содержимого банки, задумался, бросил еще, убрал банку на место и некоторое время стоял, помешивая варево деревянной палочкой. Когда над кастрюлей поднялся пар, а в комнате вкусно запахло маком, он перелил отвар в глиняный стакан и поставил перед гостьей.

– Выпей вот.

– Что это? Зачем?

– Ты ведь хотела проснуться? Выпей.

Т’амана пригубила напиток и чуть не обожглась.

– Не обращай внимания. Пей, пока горячий.

Под слезящимся взглядом старика она покорно, превозмогая боль и то и дело дуя в стакан, выпила все. И с наслаждением провалилась в беспамятство. Не было ни мыслей, ни видений, ни зимы, ни страха за себя. Спокойствие и пустота. Омут блаженства…

Очнувшись, она сразу поняла, что связана и лежит на полу. Ахим сидел на табурете и с сожалением смотрел на нее, жуя ломоть хлеба. В избе был кто-то еще, кто ходил у нее за спиной, и она могла его только слышать. Этот кто-то говорил, и голос его был до боли ей знаком.

– …потому что такова была его воля. Я хотел бы ослушаться, но ты прекрасно знаешь, чего мне стоила моя последняя самостоятельность. Неужели я бы застрял в этой дыре? Замок достаточно велик, чтобы вместить всех, кто его достоин. Даже тебе, Ахим, там нашлось бы место. И я думаю, еще найдется. Ты единственный, кто не называет меня никогда по имени. Я ненавижу его. Я привык, но ненавижу. Сима! Ну вот скажи мне, разве я похож на девку? Даже у нее, у этой вот, что валяется тут, имя человеческое, а у меня не имя, а кличка. Хуже клички! Когда власть будет у нас, я первым делом заставлю Скелли вымарать его из всех записей и написать какое-нибудь более подходящее.

– Например, Хейзит, – усмехнулся старик, и Т’амане показалось, что он ей подмигнул.

– А почему бы и нет! Герои никогда не погибают. А если и погибают, то могут иногда воскреснуть. – Он перешагнул через распростертое на полу тело, выхватил из-за пазухи длинный кинжал с узким, как игла, лезвием и дважды нанес им сильный удар в грудь женщины, не успевшей даже охнуть. – Не правда ли, дорогая гардиана? Ведь ты обязательно когда-нибудь воскреснешь?

– Она могла бы нам еще пригодиться, – заметил Ахим, стряхивая с бороды хлебные крошки.

– Сколько тебя можно учить, что нельзя никогда и никого жалеть? – Сима вытер лезвие пальцами и спрятал кинжал под шубу. – Вот теперь все так, как должно было быть. Убийца наказана. Демвера везут сюда. Гийс будет доволен.

В дверь постучали.

– Это они? – отступил в темный угол Сима.

– Не знаю. Сейчас поглядим.

Ахим зевнул, встал с кровати, на которой невольно задремал прямо среди бела дня, и снял с двери крючок. На пороге стоял высокий незнакомец и смущенно улыбался.

– Я Ниеракт, – сказал он. – Вы Ахим?

В голове сторожа промелькнули какие-то расплывчатые картины, будто из другой жизни, как если бы он вспомнил то, чего никогда не знал. Стало не по себе.

Незнакомец улыбался и ждал ответа.

– Ахим…

Он прислушался к собственному имени. Красивое имя? Некрасивое имя? Кличка? Где-то он совсем недавно слышал рассуждения по этому поводу. Почувствовал, как задрожали руки.

– Вам плохо? – Лицо незнакомца из улыбающегося сделалось участливым.

– Скорее! Скорее! – забормотал Ахим, кидаясь к столу, набрасывая на плечи шубу и зажимая подмышкой арбалет. Колчан он сунул ничего не понимающему гостю. – Подержите.

Они спрыгнули друг за другом с крыльца, оставив дверь открытой, и устремились к мосту.

– Кратчайшим путем меня ведите! Кратчайшим! – говорил Ахим, на бегу продевая руки в путающиеся рукава.

– Куда вы? Что стряслось? – гнался за ним Ниеракт.

– Те, ради кого вы сюда пришли, в большой беде. – Ахим чувствовал, что если будет говорить, то быстро растеряет драгоценные силы. Все-таки он уже не тот, что раньше. – Давайте вперед. Показывайте мне дорогу.

На лице гонца отразился неподдельный испуг. Перебросив колчан через плечо, он припустил во всю прыть, так что у Ахима, бросившегося в преследование, перехватило дух.

Он не помнил, как они добрались до ближайших ворот в Стреляных стенах, зато к этому времени его выдрессированный мозг слишком хорошо вспомнил подробности недавнего сна…

Из-за последних перед воротами изб они вышли спокойно и чинно, сдерживая рвущееся из груди дыхание и производя на скучающих стражей впечатление двух закадычных друзей. Стражи подозрительно покосились на арбалет Ахима, однако, поскольку он выходил с ним из Малого Вайла’туна, а не входил, вопросов у них не появилось. На обратном пути будет труднее, придется идти в обход, через Пограничье, той дорогой, которой для связи с ним пользуются шеважа, но сейчас об этом думать не хотелось. Только бы успеть!

Когда ворота скрылись за домами, Ахим подтолкнул Ниеракта в плечо, и они снова побежали.

– Далеко еще?

– Где-то как от вас до ворот. – Пар изо рта спутника вылетал густыми клубами и растворялся за спиной. – Гийс посоветовал съехать в лес. Мы там неплохо укрылись. Так что вы, наверное, все-таки зря переживаете.

– Гийс? Ты сказал Гийс? Он с вами?! – Ахим покрепче перехватил арбалет и понял, что быстрее бежать уже не может.

– Да, разумеется. Он не захотел оставлять отца одного… С ним что-то не так?

– Молитесь, друг мой, чтобы мы успели. – От холодного воздуха ломило грудь. – Молитесь кому хотите. Потому что я не знаю, кто нам поможет.

Ниеракт попытался задавать какие-то никчемные вопросы, но Ахим только мотал головой. Он уже знал, что они опоздали. Их опередили. Коварные враги переиграли их, незаметно подсунув собственные правила. Со стороны все выглядело чередой совпадений, однако в действительности роковые события кем-то тщательно планировались. И теперь он почти понял кем…

– Съезд вон там! Вон за той избой. Можно больше не бежать, мы уже на месте.

– У тебя есть оружие, парень?

– В санях есть…

– Тогда я пойду первым. Дай-ка стрелы.

Ахим зарядил арбалет, опустил острием к земле, колчаном перечеркнул сгорбившуюся спину, одну стрелу зажал в свободной руке, показал озадаченному спутнику, чтобы тот тоже пригнулся, и юркнул в нерасчищенный проход не за указанной избой, а на два дома раньше.

Лес встретил их тишиной и безветрием. Пришлось пробираться по колено в снегу. Ниеракт мысленно ругался на чудного старика, который предпочитает хорошей дороге непроходимый бурелом. Но при этом перемещается по нему, как рысь, – быстро и бесшумно. Он даже поотстал, а когда снова нагнал деда, тот притаился за кустом и делал знаки, чтобы Ниеракт тоже залег.

В нескольких шагах от них фыркали кони. Саней Ниеракт не видел, однако ему представлялось, что, когда он их недавно оставлял, они были гораздо ближе к опушке. Наблюдая, как Ахим медленно выставляет перед собой арбалет, он почувствовал озноб, мысли его смешались, и он захотел даже окликнуть Исли, чтобы предупредить об опасности.

Этого не потребовалось.

Ахим, больше не оглядываясь на своего спутника, обогнул куст и, не думая прятаться, широченными шагами, поднимая снежные брызги, бросился вперед. Ниеракт от неожиданности остался на месте, предполагая услышать крики и шум драки, но лес по-прежнему хранил молчание.

– Сюда! Скорее сюда!

Это был срывающийся голос старика.

Ниеракт пошел на зов. Не так быстро, как хотел, но пошел, машинально отодвигая сучья, наклоняясь, вытаскивая непослушные ноги из глубоких снежных объятий и молясь всем известным ему героям прошлого. Поначалу он обратил внимание на то, что теперь коней вовсе не два, а один, тот, который принадлежал Исли. Второй, взятый давеча у убитого всадника, сопровождавшего телегу, исчез.

Ахим что-то делал в санях. Рванувшись к нему, Ниеракт споткнулся… и упал на безжизненное тело Гвидана. Кровь уже не хлестала из аккуратной раны на шее, отчего весь снег вокруг сделался морковного цвета, а вытекала блестящей струйкой за воротник.

Чуть поодаль лежал на спине его отец, Атмар, раскинув руки, словно обнимая небо. Полы шубы были распахнуты, а из груди торчала незатейливая рукоятка кинжала.

Похожим оружием был заколот во сне и Демвер, которого убийцы оставили лежать в санях. Рядом с ним покоилась отважная воительница Т’амана, чью красивую голову старик теперь баюкал на ладонях, не то всхлипывая, не то уговаривая проснуться.

Больше в санях никого не было.

Ниеракт соскользнул с бортика на снег и ошарашенно огляделся. Это происходит не с ним! Когда он оставлял их, все были живы, веселы и полны надежд. Атмар предложил ему взять с собой хотя бы кинжал. Он отказался. Но ведь и без кинжала у них при себе было много оружия. Как они допустили, чтобы дикари подкрались незаметно и сделали свое подлое дело? Исли, где ты теперь, старый дружище? Гонишься за врагом или тебя самого уводят в плен? Ты ведь не мог им позволить справиться с собой. У тебя такая сила, что на полдюжины дикарей хватит…

Ниеракт вскочил на ноги и снова заглянул в сани. Арбалет друга лежал на месте. Большая часть оружия, которое они прихватили с собой из запасов Каура, тоже. Что за бред! Дикари никогда не оставили бы после себя ничего железного.

Он натолкнулся на остановившийся взгляд Ахима.

– Беда, – сказали морщинистые губы. – Мы опоздали. Я не смог этого предвидеть и остановить.

– Исли! – крикнул Ниеракт. – Исли!

– Там он, – кивнул старик за сани. – Живой, кажись…

Жизнь в толстяке едва теплилась. Он полусидел в неудобной позе, привалившись спиной к изгибу полозьев. Глаза были прикрыты, но большой живот то и дело приходил в движение, вздымался на мгновение и снова опадал.

– Исли! Исли! Это я, Ниеракт. Очнись! Что с тобой? Что произошло?

Отяжелевшие веки приподнялись, спекшиеся губы приоткрылись, и из уголка улыбнувшегося рта потекла струйка крови.

– Я пропустил самое интересное, – пробормотал Исли. – Не стал оглядываться, когда почуял неладное. Больше не совершу такой ошибки…

– Тебя ранили. Все обойдется.

– Нет, гончар, меня убили. Он ударил меня в спину. Чем-то очень острым, понимаешь. Оно все еще во мне. Трудно дышать…

Ниеракт обнял друга и с ужасом наткнулся левой рукой на нечто твердое. Еще один кинжал. Прошел сзади под ребро. Если его вынуть, Исли умрет сразу. Если поспешить, можно попытаться его спасти.

– Ахим! – крикнул Ниеракт. – Исли нужно везти к лекарю.

– Не нужно, – сказал над ухом спокойный голос толстяка. – Квалу…

Он не договорил. Ниеракт отпрянул и увидел, что все кончено: глаза закатились, рот открыт, дыхание остановилось.

– Тэвил!!! Ахим! Он умер!

Ниеракт поднялся на ноги. Он потерял варежки и теперь не чувствовал от холода, как сжались в кулаки побелевшие пальцы.

Старик уже оставил ту, которую только что оплакивал, и стоял в санях в полный рост, что-то высматривая.

– Нам надо идти за дикарями, – процедил Ниеракт сквозь зубы. – Нам осталось найти Гийса и этого Симу.

– Не найдем. – Ахим легко спрыгнул на снег. – Если ты еще не понял: никаких дикарей не было. – И добавил, опережая удивленный вопрос: – Покажи мне хоть один след, уходящий в лес или выходящий оттуда, кроме наших.

– Но…

– Это Гийс. Это он их всех убил и выручил вашего пленника.

– Гийс???

– Вот глубокие следы лошадиных копыт. Верхом сидели двое. Отправились туда. – Он махнул в сторону невидимых отсюда изб. – Уже далеко. Не догоним.

– Как… Это невозможно… Гийс…

– У меня были подозрения, но я никогда никому о них не рассказывал. Надеялся, что ошибаюсь. Я даже не мог предположить, что вы на него наткнетесь. Не предупредил Т’аману. Если бы я знал…

– Что знал?..

– Гийс рвался к власти. Ему мешал отец, и он убил его. Ему мешал твой друг Хейзит, и он добился его доверия и чуть не расправился прямо в таверне, но тогда ему помешали. Я слышал эту недавнюю историю. Понадеялся, что кто-то перехитрил злодея и его самого взяли в заложники.

– Я видел их обоих, – пролепетал Ниеракт. – Они были приятелями.

– В том-то и беда. Теперь этот Гийс знает все: где прячется Хейзит, где лежит тело Демвера, что я – это я. Думаю, возвратиться обратно я уже не сумею. Так что меня ты, можно сказать, спас. Правда, пока не понимаю, какой теперь с этого толк. Когда они обшарят мою бедную сторожку, у них в руках окажутся утерянные доспехи Дули. Незадолго до твоего прихода я получил их обратно.

Ниеракт не понимал половины того, о чем говорил старик, и думал почему-то о простуженном Шилохе, своем юном помощнике. Теперь враги придут и к нему в мастерскую. Ведь Гийс действительно слышал по дороге сюда все их разговоры. Если он не моргнув глазом порешил собственного отца и недавних попутчиков, ему ничего не стоит расправиться с теми, кто так или иначе с ними связан.

– Но Хейзит… при чем тут Хейзит?

– Это долгая история, – почесал корявыми пальцами нос Ахим. – И лучше тебе ее не знать. – Эй, ты куда это?

– Пойду предупрежу его. – Ниеракт уже шел прочь, глядя себе под ноги. – Дойду, высплюсь и пойду к своим. Что мне теперь еще делать?

– Постой, говорю!

Не обращая внимания на оклики, он брел дальше и остановился лишь тогда, когда с ним поравнялись сани.

– Садись, – бросил новый возница. – Нам по пути, гончар.

Ниеракт вздрогнул. С козел ему протягивал руку не Исли, а недавний сторож. В санях лежало тело одного только Демвера.

– Я надеюсь, Т’амана простит меня. Если все обойдется, я обещал заехать за ней, забрать и похоронить по старому обычаю. Ты ведь знаешь, гончар, что раньше наши предки никогда не оскверняли землю трупами. Они сооружали большой костер и сжигали тело, помогая его частичкам вернуться к первоначальному Свету. К предкам. И глаза вытри. Не время и не место слезы лить. Пусть небо их оплакивает. Кто был нам близок, тот еще вернется. Не зря же тот древний обычай назывался кродированием – возвращением к роду!

Словно в ответ на его слова снег повалил с неба непроглядной пылью, и скоро лошадь, сани и два тихо переговаривающихся о чем-то своем седока утонули в белом тумане.

Кирилл Шатилов
Торлон. Зимняя жара. Боец – Красный снег – Ложная правда

Фотограф Кирилл Шатилов

© Кирилл Шатилов, 2018

© Кирилл Шатилов, фотографии, 2018

ISBN 978-5-4490-0850-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Цикл МНОГОЛИКИЙ СТРАННИК1

Из живой летописи Вайла’туна, собственноручно ведомой Скелли, главным писарем замка

3768-й день моей Службы

…Сегодня под вечер из Пограничья возвратился Локлан, сын Ракли. Вернулся он не один, а с пленной рыжей дикаркой и неведомым пришельцем, который называет себя Вилом, что-то постоянно лепечет на своем странном наречии, но почти не понимает ни языка вабонов, ни даже кенсая. Удалось лишь разобрать его имя да имя той земли, откуда он будто бы прибыл – не то Антлия, не то Англия, не то как-то ещё. Вида он совсем нашего, но грязен, слаб и напуган. И это при том, что, по словам поймавшего его Локлана, пришелец сей странствовал по Пограничью с доспехами самого Дули, первого истинного героя Вайла’туна, несчётное число зим назад сгинувшего в Мертвом Болоте. Доспехи тотчас же забрал себе Ракли, но я надеюсь поутру увидеть их и удостовериться в их подлинности…

3777-й день моей Службы

…Утром пришла из Пограничья новая весть. Шеважа, эти смердящие дикари, познали тайну Огня и спалили заставу, ту самую, которую недавно посещал с проверкой Локлан. Пришла весть эта в лице чудом спасшегося подмастерья по имени Хейзит и нескольких уцелевших виггеров, сопровождавших его. Воистину было сказано, что радость ползёт на брюхе, а беда мчит на крыльях! Как бы я хотел, чтобы если уж кто явился, так кто-нибудь иной, а Хейзит этот пусть бы сгинул в пламени следом за отцом своим, строителем Хоканом! Так ведь он ещё исхитрился придумать какой-то способ получать камни, что давно у нас истощились, из простой глины. Придумал и Ракли им соблазнил. Да так умело, что тот отряжает ему теперь силфуров немерено на постройку пекарни, а меня вынудил ещё и верительными грамотами его снабдить. Тэвил да покарает их всех за скудомыслие и непотребства!..

3781-й день моей Службы

…Воистину нет конца тому, начало чего покрыто туманом! Кто бы мог подумать, что мой предтеча, бывший главный писарь замка, этот полудохлый старик Харлин, подобно своему юному дружку Хейзиту не только переживёт пожар в собственной лачуге, но и унесёт ноги в неизвестном мне пока направлении. Подозреваю, что свитки «Сид’э» он прихватил с собой. Как бы мне хотелось задушить его собственными руками! Ну да ничего, ничего, мои ищейки уже идут по следам и скоро будет уничтожен последний список…

3793-й день моей Службы

…Давеча сведущие люди мне донесли, будто бы шеважа осмелели настолько, что объявились с самыми серьёзными намерениями на окраине Пограничья и даже дерзнули открыто напасть на тун, коим верховодит этот пронырливый карлик Тэрл. А примечательней всего то, что не успели они подпалить деревянные ворота, как на них с тыла обрушился никем доселе не виданный всадник и разметал дикарей что малых щенят. После чего так же таинственно скрылся в неизвестном направлении. Остаётся лишь гадать, откуда он и на чьей стороне…

3799-й день моей Службы

…Локлан сбежал! Говорят, последний раз его видели на торжестве у Томлина, доверенного ростовщика Ракли. Вместе с ним ушли несколько близких ему людей, включая рыжую дикарку, которую он явно облюбовал, чужеземца Вила и кое-кого из воинов. Обиднее всего, что пропала и Орелия, дочь его слуги Олака, в судьбе которой я принимал немалое участие и на которую имел свои виды. По слухам они дерзнули бросить вызов Бехеме и попытались переплыть её стремнину. Младенцы! Я буду рад, когда найдут их тела…

3809-й день моей Службы

…И первый день Зимы…

3813-й день моей Службы

…Сбылось то, на что я надеялся, но что даже не помышлял доверить этим страницам: Ракли поплатился за своё самомнение и свою гордыню. Сегодня после полудня доверенные люди Демвера Железного и Тивана схватили его и бросили в подземелье. Пусть пока там остынет. Теперь путь открыт, и никто не сможет помешать мне совершить задуманное. Осталось лишь покончить с Хейзитом и его глиняными камнями, которые не должны стать всеобщим достоянием и лишить нас многих выгод. Надо уничтожить его печь, а карьер засыпать…

3818-й день моей Службы

…Чудеса продолжают сбываться моими молитвами! Строительству печи будет не сегодня завтра положен конец под вполне простительным предлогом: не то из Пограничья, не то из верховьев Бехемы явились новые неведомые супостаты гигантского, говорят, роста и учинили на карьере резню. Нужно спасать беззащитных строителей. И Хейзита в том числе…

3820-й день моей Службы

…Хейзит сбежал из-под самого носа у Гийса, сына Демвера Железного. Ему помогли, иначе быть не может. Сдаётся мне, что сам Гийс, будь он неладен. Потому что они увели с собой и его. Прямо из таверны матери Хейзита. А её бывший воздыхатель, торговец оружием Ротрам, самолично встал на защиту и помешал свершиться правосудию. Надо будет при случае его призвать и прощупать. Если он окажется не торговцем, а торгашом, мне такой человек пригодится…

3824-й день моей Службы

…Вот уж воистину будет сказано: где убавится, там и прибавится! Я ждал, что с появления того самого Вила начнут происходить странные вещи, но кто бы мог подумать, что настолько! Следом за Вилом объявился неведомый всемогущий всадник, за ним – гиганты у карьера. Тем временем пропал Локлан, бежал Хейзит, исчез Гийс, а нынешним утром обнаружилось, что с совета в Обители Матерей так и не вернулся Сима, которого я в бодром здравии видел накануне. Только я получил эту тревожную весть, как выяснилась и другая пропажа, куда как более важная, тем паче что двойная: из хранилища были похищены доспехи Дули и не пришёл на обычный с недавних пор ужин в тронной зале Демвер Железный. Связано ли одно с другим? Боюсь, что да, хотя пока не знаю, каким именно образом. Предателем Демвер точно не был. Разве что судьба сына тяготила его в последние дни…

3827-й день моей Службы

…Многое выяснилось, но ещё больше покрылось мраком. Сима нашёлся! И спас его от верной гибели не кто иной, как Гийс, сбежавший от Хейзита и его семейства. Оказалось, что они встретились где-то в коридорах подземелья и ушли вместе на окраину, к самому Пограничью. По словам Гийса, он видел труп отца. По словам Симы, таковым Демвера сделал сам Гийс. Я этого пока не могу до конца осознать, но очевидно, что мальчик вырастает в большую и опасную змею, которую проще пригреть, нежели поймать. Тэвил, дай мне силы довести задуманное до конца!..