Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 11

Первые свидания были позади. Однако между ними я нашла время занести “противоядие”, выданное гномихами, фрейлинам Раванны – все же месть не должна выходить за рамки разумного.

Еще я написала письмо родителям. Чтобы не шокировать их, я написала им, что я в свободной стране, очень далеко, за океаном. Сказала, что со мной все хорошо и чтобы они не ждали меня, а продолжали жить, зная, что я счастлива и жду ребенка. Я была рада, что хотя бы так смогу их успокоить.

Эрд Багрем знакомил меня с культурой Арона, пригласив в ресторан в центре столицы Тиамириса, открытый его соотечественником – нахваливал блюда восточной кухни, показывал архитектуру через специальный артефакт, воссоздающий главные достопримечательности, и рассказывал о местных традициях.

– Эрд Багрем, иногда я вас не понимаю, – искренне произнесла я. – Зачем вы ухаживаете за мной? Зачем я вам? Я помню, что вы вернули мне мою туфельку… значит, вы возвращались из беседки, где встречались с императрицей. Она смотрит на вас весьма ревниво, поэтому не отрицайте, что влюблены.

– Я действительно люблю Раванну, – кивнул демон, даже не думая отрицать. – Точно так же, как влюблен в вас. Разве это запрещено, любить обеих?

– Любить обеих? – изумилась я. – Одинаково?

– Для тебя это так удивительно, моя ненаглядная Марика? Я говорил тебе, что одарю тебя золотом, шелками, камнями… равно как и всех своих жен. Я не обижу тебя ни словом, ни действием.

Я тогда еще подумала, насколько они с Диарондом разные: дракон говорит, что будет верен мне, но не готов жениться, если не решит политические проблемы, а этот готов жениться, но не говорит о верности. А есть еще Аравер, который говорит о верности и женитьбе, но ни слова не сказал о чувствах.

Почему любовь, верность и желание жениться не могут соединиться в одном мужчине? Почему я такая невезучая?

Впрочем, может, предложение, о котором упоминал Диаронд, и есть “то самое”?..

Второе свидание было с Энаром: мы гуляли по столице, обсуждали её красоты, он рассказывал об истории и делился планами на жизнь. Я была абсолютно уверена, что мы безразличны друг другу и даже никогда не станем друзьями. У нас не было никаких точек соприкосновения.

И вот настал третий день. К свиданию с Аравером я готовилась особенно тщательно, даже собрала чемодан, точнее, как его называет Джудит, кофр[3]3
  2 Кофр (от фр. coffre – сундук, ящик) – сундук, чемодан или дорожная сумка с жестким каркасом и противоударными стенками.


[Закрыть], ведь мы отправляемся в герцогство Снеагг. Аравер обещал показать мне родовое поместье, но особой радостью для меня было то, что со мной вместе отправлялась и Янира. Девушка все еще выглядела бледной и вдовствующая императрица посоветовала ей отдохнуть на природе – родовое поместье идеально для этого подходило. Когда мы с Янирой спустились вниз, я даже не удивилась, что в сопровождающие к нам вызвался Энар.

– Ты?! – удивилась Янира. – Преследуешь меня?

– Аравер попросил сопроводить вас. Не принимайте на свой счет, эри.

Янира отвернулась, я же закатила глаза. Интересно, кто из них первым признается хотя бы себе в чувствах к другому?..

Энар вывел нас из дворца и расколол сферу телепортера. Мы вошли в портал и переместились в поместье двумя переходами. Когда последний был завершен, мы оказались у искусно кованых ворот с гербом в виде вьюги и пронзившей её падающей звезды. Ворота распахнулись, пропуская нас внутрь.

По гравийной дорожке из разноцветных камней, по обе стороны которой росли шарообразно подстриженные кустарники, а сразу за ними – высокие деревья с раскидистыми кронами, защищающими от солнца, мы вышли к самому поместью. Трехэтажное белокаменное здание вызывало восхищение своей лаконичной и утонченной архитектурой. Я влюбилась в это место с первого взгляда! Как сказала Элизабет из “Гордости и предубеждения” Джейн Остин: “Я могла бы быть хозяйкой всего этого”.

Но хотела ли я этого так же, как героиня романа? Вряд ли. Аравер – идеальный мистер Дарси, вот только моё сердце принадлежит другому.

Я помню, как проснулась с Диарондом в одной постели, лежа у него на плече. Дракон уже не спал, внимательно изучая моё лицо. В этот момент он будто принимал для себя какое-то решение. Я же…

Внезапно я тоже подумала, что могла бы принять решение. Быть может, за свое счастье следует бороться? Ведь нельзя просто ждать благословения свыше. Что если Аравер никогда не сможет по-настоящему полюбить сына Диаронда, и мой ребенок будет чувствовать холодность того, кого будет считать отцом?

Как же все сложно! Мои строгие родители прививали мне доброе начало, более того, буквально ханжеские устои. Я старалась быть прилежной, примерной девочкой, сама искренне верила в незыблемость и чистоту брачных отношений, но что теперь? В том, что ночь между мной и Диарондом произошла – мы оба не виноваты, виновата магия. И если она подталкивает нас друг к другу, то вправе ли я противиться или легче довериться ей?

– Вы прибыли, – улыбнулся Аравер, вернув меня из размышлений в этот мир, и спустился по широким ступеням крыльца. – Идемте, матушка уже велела заварить чай для пикника.

– Пикни-и-ик, – мечтательно произнесла Янира и положила руки на живот, – как я ужасно голодна!

– Янира, – строго произнес герцог, подойдя к нам ближе и дотронулся пальцами до лба сестры, – ты неважно выглядишь… ты была у магистра Лайзы?

– Некогда, – отмахнулась девушка. – Я себя нормально чувствую, не стоит беспокоиться.

– И всё-таки я согласен с твоим братом, – настоял Энар.

– Хорошо-хорошо, но только после еды, – согласилась Янира.

Я бросила на подругу обеспокоенный взгляд. Обычно они с Энаром препирались, но тут она так легко согласилась, что наталкивало на мысли о том, что она действительно себя плохо чувствует. Настолько, что даже нет сил ответить Энару колкостью.

– Быть может, ты подумаешь и сходишь сейчас? – тихо шепнула я, но фрейлина лишь отмахнулась.

На самом деле, я была очень рада, что мы наконец присядем. Переход двумя порталами несколько подвымотал меня, я чувствовала какое-то беспокойство и покалывание в пальцах. Наверное, это из-за того, что я иномирянка, и магия на меня дурно влияет.

Аравер проводил нас под сень деревьев, где уже были растянуты тенты и расстелено покрывало, на котором стояли корзинки с едой. Служанка споро расставляла чайный сервиз и тарелки, выкладывала провизию – мясная нарезка, фруктовая, сырная и, разумеется, десерты. Причем я налегла именно на последние.

Вдовствующая герцогиня тепло поприветствовала меня, но не стала мешать нашей компании, как она выразилась, и разместилась в беседке, откуда могла нас видеть, но не слышать. К ней все время подходила какая-то девушка в строгом платье, но с просто потрясающими золотыми волосами и что-то говорила.

Аравер и Энар развлекали нас историями, а после трапезы предложили прогуляться. Энар – с Янирой, а я – с герцогом. Его светлость рассказывал забавные истории из детства, но я то и дело ловила себя на мысли, что мне совершенно не интересно увидеть его маленьким. Мне было бы намного интереснее посмотреть на императора в юном возрасте, представить, каким вырастет мой ребенок, сильно ли он будет похож на отца…

– Ты меня не слушаешь, – с грустной улыбкой констатировал Аравер, и я оступилась. Герцог придержал меня за локоть. – В твоих мыслях другой.

Глупо отрицать. Глупо и неправильно.

– Не могу выбросить его из головы, – призналась я, смутившись, и дотронулась двумя пальцами до виска. – Он постоянно здесь.

– Или здесь? – усмехнулся Аравер и дотронулся до своего сердца. – Ты боишься сделать выбор и пожалеть об этом.

Он прав. Тысячу раз прав. Вот такая я нерешительная. Быть может, в силу юности, а может – черта характера. Я не знаю, но могу точно утверждать, что прыгнуть в омут с головой – не мой вариант. Я буду сомневаться сотни раз, и даже после принятия решения – сомневаться.

Или же если решение было правильным, сомнений быть не может?..

Я внезапно почувствовала, как голова закружилась. Наверное, слишком долго пробыла на улице. Я пошатнулась, и его светлость прижал меня к себе.

– Марика, что с тобой?

– Внезапная слабость, – тихо произнесла я и сама не заметила, как потеряла сознание.

Очнулась уже на руках Аравера – он куда-то нес меня. Маг замедлился, с облегчением посмотрев на меня. Я же дотронулась до живота и взглянула вниз – крови на платье нет, значит, все хорошо. Хорошо ведь?

Сказать, что я перепугалась – ничего не сказать. Этот малыш действительно для меня важен. Важен, как никто другой. И вот сейчас, пока Аравер нес меня по коридорам огромного поместья, я мысленно переживала все муки ада. В голове полная сумятица, а руки уже начинали трястись. Боль внизу живота во время беременности – это плохо. Это может привести…

Я мотнула головой и прикрыла рот ладонью, будто если я произнесу это слово вслух – и оно сразу материализуется.

Ты же не можешь вот так меня оставить, правда, малыш? Ты просто не можешь! Нет-нет, так нельзя.

– Марика! Слава создательнице, ты очнулась.

– Куда мы идем?

– К тому, кто может тебя осмотреть, – ответил Аравер и вновь ускорил шаг. – Хотя и обещал никогда не пользоваться её услугами…

– Что?

Герцог покачал головой, и мы вошли в гостиную, расположенную на этом же этаже. Всё здесь было в сиреневых тонах, в комнате витал аромат лаванды, стоящей в вазонах по углам, искусно вытканные веточки лаванды вились и в орнаментах обивки диванов, украшали тканевые обои. Маг уложил меня на мягкий диванчик и поднялся, взглянув на дверь, которую я прежде не заметила. Та распахнулась, и из смежной комнаты вбежала невысокая молодая девушка, всплеснув руками. Я её уже видела рядом с вдовствующей герцогиней. Её личный целитель?

– Йорги, что ты тут делаешь? Это моя спальня, Аравер!

– Кэрри, прошу, не время проявлять скромность! Девушке плохо!

– Девушке? – спросила загадочная Кэрри и бросила на Аравера проницательный взгляд.

– Моей… невесте, – выдавил придворный маг. Каждое слово давалось ему тяжело. – Она… беременна.

Кэрри словно молотком по голове ударили. Она даже немного пошатнулась, но быстро, как и следовало целителю (а в том, что это она, я не сомневалась, зачем бы иначе меня сюда принес Аравер?), взяла себя в руки.

– Не буду спрашивать, как такое произошло.

– Действительно, тебе не стоит. Монашкам это знать не обязательно, – наставительно кивнул Аравер.

Кэрри поморщилась и, отодвинув ледяного мага, встала рядом со мной.

Я согнулась в приступе боли. Целительница, выгнав Аравера, осмотрела меня и провела какие-то магические манипуляции. Я отстраненно следила за её действиями, думая лишь о состоянии малыша. Я ведь узнала о нем всего лишь чуть больше двух недель назад, но уже жуть как привязалась! Удивительно, но за это время я привыкла к мысли, что буду мамой. Уже воображала, каким будет наш малыш и подбирала ему имя.

Самым красивым. Самым добрым. Самым лучшим. Потому что для каждой матери её ребенок – самый-самый.

– А-а, – застонала я и перевернулась на бок, поджав колени.

– Так, дыши, – укоризненно произнесла Кэрри и перевернула меня обратно. – Ничего не понимаю… Твой организм в полном порядке, но тело почему-то отторгает плод. – Девушка положила руку мне на живот, и тут же стало легче, я задышала часто. – Я временно обезболила, но пока ответа, почему идет отторжение, нет. Мне нужно взять кровь для анализа, чтобы понять, в чем дело. А потом дам тебе настойку, она должна помочь. Но помни, что сейчас главное – твое состояние. Ты должна быть спокойна и верить в своего малыша. Он справится.

Кэрри подмигнула и встала, отправившись, как позже выяснилось, за медицинскими инструментами. Игла, которой брали у меня кровь, была просто гигантской по меркам моего мира, поэтому пришлось перетерпеть боль, но я знала, ради чего я прохожу через этот ад. Теперь знала. Лишь угроза потерять его позволила мне осознать, насколько мне дорога зародившаяся внутри меня жизнь.

– Почему Аравер назвал тебя монашкой? – спросила я, пока кровь медленно перетекала в железный шприц. Мне нужно было отвлечься от грустных мыслей. – Рясы на тебе я не заметила.

– Я и не монашка, – с улыбкой ответила девушка. – И не послушница. Я – золотая драконица.

У девушки и правда были необычные глаза с золотыми искорками, но её принадлежность к определенному виду мне ни о чем не говорила.

– А золотые драконицы – все служат создательнице? Прости, я из другого мира.

– Из другого мира? – удивленно спросила девушка. – Что ж, тогда понятно. У золотых рождаются только девочки, и все мы – эмпаты. Я не только чувствую эмоции, но могу и влиять на них. Нашему виду запрещено влюбляться, заводить семьи, ведь мы… как бы это лучше выразиться… делаем рабов из наших спутников. Своей любовью мы в прямом смысле можем „сломить волю” избранников – они не будут знать иного счастья в мире, кроме как исполнять все наши желания. Это ужасно – видеть, как твой любимый человек превращается в безвольную куклу.

– Тогда как же вы… м…

– Размножаемся? – весело подсказала Кэрри. – Когда приходит время, каждая драконица в обители проходит ритуал с применением туманной магии. Избранника переносит в обитель и там… м-м… мы встречаем нашего мужчину, которого переносит к нам. Его выбирает магия.

– А если мужчина не согласен? – с улыбкой спросила я.

– Ему кажется, что это все сон, – ответила девушка с грустной улыбкой. – А мы после этой ночи рожаем маленьких дракончиков и воспитываем их в обители.

Кажется, что все сон? Очень знакомо.

– Ты тоже выросла в обители?

– Да, вместе с сестрой.

– Звучит грустно.

– Это наша жизнь. Мы уже привыкли. Так что мы храним невинность для одного-единственного.

Чтобы произвести на свет наследницу… не самая веселая судьба.

Пока я не чувствовала боли, было легче настроиться на позитивный лад. Я старалась даже не допускать мысли, что с малышом может что-то произойти.

– Подожди минутку. Принесу настойку.

Но я даже расслабиться и заскучать не успела. Стоило ей выйти, как спустя пару минут вошел император. Разумеется, порталом. Владыка в мгновение ока оказался подле меня и, рухнув на колени, положил голову на мой живот, прижавшись лбом.

– Марика… я так испугался.

Такое короткое предложение, но так много говорит о чувствах другого человека, точнее, не человека вовсе. Я и сама жутко испугалась. Я хотела ему рассказать о своих чувствах, но он не дал мне возможности, приподнявшись выше и приобняв меня.

– Я ощутил тебя на расстоянии. Твою боль, смятение, страх. Ты не представляешь, что творилось со мной в этот момент. Еще никогда в жизни я не был готов так просто отдать всё, что имею, лишь ради одного – убедиться, что с тобой все в порядке.

– Диаронд…

Глава 12

Диаронд Ладаросский, Владыка Тиамириса

С утра была чудесная погода: рассвет только-только вступил в свои права и заливал террасу мягким желтым светом. Я сидел за круглым столом в плетеном кресле и смотрел вдаль, за горизонт. Дракон внутри бесновался – мне приходилось усмирять его, ведь нельзя было отступать от плана, тем более, если курс уже намечен.

Впрочем, внутри поселилось дурное предчувствие.

– Доброе утро, ваше величество, – поприветствовал Аравер и после приглашения отодвинул соседнее кресло, присаживаясь напротив.

– Завтракал?

– Признаюсь честно, не успел. Ваша просьба явиться во дворец так рано была слишком неожиданной.

– Сегодня у тебя целый день с Марикой, – не стал комментировать слова Аравера я. – Не считай это свиданием.

Герцог с прищуром посмотрел на меня.

– Не совсем понимаю…

– Она моя истинная, – честно признался я, и его светлость расширил от удивления глаза.

– Те татуировки…

– Парная связь, – согласно кивнул я. – Теперь ты понимаешь, что я не отдам Марику.

Аравер молчал, глядя на разделяющий нас стол. Я разлил чай и приступил к завтраку. Я не торопил Аравера, давая ему время принять действительность. Наконец, он тоже придвинул к себе столовые приборы и с усмешкой произнес:

– Моя матушка убьет и вас, и меня, – хмыкнул Аравер и продолжил уже серьезным тоном, предварительно сделав глоток чая: – Значит, вам каким-то образом удалось сломить проклятье? Ведь вы не уничтожили наследника.

– Признаться, вначале я хотел этого и сам не понимал своих мотивов.

– На вас это действительно не похоже. Сколько я вас знаю, вы всегда выбираете мирный путь решения проблемы. За это я вас и уважаю. Вы ведь знаете, что я не хотел идти на службу придворным магом, но согласился исключительно из-за вас.

– Я до сих пор благодарен тебе и дорожу твоей дружбой.

– Но почему вы сразу не сказали о вашей истинности? Почему публично не сделали её своей? Из-за Арона?

– И это тоже. Но ведь тебе известно пророчество?

– Про дитя мира? Дитя демона и дракона, который положит конец распрям и вернет давно утерянные возможности, – Аравер осекся. – Но ведь это не может быть ваш с Марикой ребенок! Она – человек.

– Я тоже так думал и тянул с решением – расторгать ли брак с Раванной, сомневался, пока мне недавно не сообщили очень интересную информацию. Есть вероятность, что Марика – наследница Матильды Рок.

– Демоницы, наложившей проклятье? Но как?.. Марика ведь из другого мира!

– Матильда бесследно исчезла, одна из версий гласила, что она скрылась в другом мире, воспользовавшись способностями одного из туманных драконов.

А ведь даже имена у них похожи. Та вполне могла назвать правнучку Марикой, особенно учитывая разницу во времени между нашими мирами.

– Разве кто-то открыл бы ей портал? После того, что она сделала.

– Доподлинно теперь неизвестно, но она была магичкой, мало ли, чем могла подкупить?

– Вы правы, – кивнул Аравер. – Всё это… неожиданно. Если Марика носит под сердцем дитя мира… значит ли это, что проклятье будет снято?

– Возможно, но… Влад что-то подозревает. Это лишь предчувствие хранителя, но… у тебя есть свой хранитель, поэтому ты знаешь, как важно доверять магическим существам.

– Марика знает о вашем решении?

– Пока я не могу ей ничего обещать, поэтому и не сделал предложение. Не хочу унижать её двойной связью. Неделю назад я начал оформление на её имя бумаг – дарственная на титул баронессы Айнберг. Разумеется, дарственная будет выдана от имени моей матери, а не от меня, чтобы избежать лишних слухов.

– Когда станет известно о вашей связи…

– Аравер, – оборвал я его. – Никто не должен об этом знать. Ты ведь понимаешь, что это может быть использовано против меня? Сначала – уладим конфликт с Ароном. Не хочу, чтобы мои решения как-то коснулись Марики и она пострадала от них.

– Вы правы, – вновь повторил Аравер и опустил голову.

– Но у меня будет к тебе просьба: присмотри за Марикой. Пока я не решу внешние проблемы.

– Я сделаю всё от меня зависящее, – отозвался Аравер.

– Вы зако-о-ончили? – раздался голос Владимура, и сам кот проявился на моем столе. – Поговорить бы надо.

Герцог поднялся на ноги и, попрощавшись, вышел, а Влад придвинул ко мне дневник в кожаном переплёте, почти на две трети исписанный крупным, размашистым почерком.

На некоторых страницах записи были перечёркнуты или вовсе замазаны чернилами, а рядом на полях имелись заметки, сделанные той же рукой, но менее аккуратно и разборчиво – должно быть, писавший спешил или волновался. Я машинально перелистывал страницы, пока взгляд вдруг не выхватил слово “дитя”. Я вчитался в текст. Расшифровка пророчества о дитя мира!

– Знакомый почерк, – тихо прошептал я, чувствуя, как в горле пересохло, и перевернул на обложку, прочитав, кому принадлежат дневники.

Йоргов старик!

– Орва-а-альд, – фыркнул кот и выпустил коготочки, – позво-о-оль расцарапать ему лицо-о-о, мяф!

– Только после меня, – сжал зубы и выдернул страницу из дневника.

Взгляд Влада в этот момент нужно было видеть – настоящий ужас и шок. Я слевитировал прямо из окна и обернулся драконом, устремившись в небо. Я мчался изо всех сил, и влетел в обитель еще более взвинченным. Орвальд обнаружился не в кабинете, а в библиотеке. Кажется, он заметил пропажу – Влад умел переходить через книги, поэтому я уверен, что личные записи с пророчествами он нашел именно здесь.

– Ваше величество…

Я бросил смятую страницу к ногам Орвальда. Оракул поднял её и расправил. Его пальцы дрогнули. Старик вздохнул, потерев виски.

– Проблемы с памятью? – едко спросил я. – Поэтому решил записывать свои планы?

– Мои видения часто расплывчаты, со временем дополняются, представляя мне всю картину. Тогда я делаю наброски в своих дневниках.

– О, значит, то, что моего ребенка придется принести в жертву ради мира – тебе пришло позже?! – рыкнул я и приблизился к Орвальду, схватив его за горло и приподняв над полом.

Мои глаза полыхнули магией. Я мог бы убить оракула здесь и сейчас! Он все очень ловко спланировал. Я не удивлюсь, что именно он подстроил нашу с Марикой встречу.

Но нет, убийство – не мой метод.

Я отпустил Орвальда, и тот рухнул на пол, хрипя и держась за горло. Отполз к книжному шкафу. Я же сделал полукруг по библиотеке и встал рядом со столом, вцепившись пальцами в столешницу, чтобы еще раз не схватить жалкого старикашку.

– Ты знал, что Марика – наследника Матильды Рок?

Я видел по его взгляду – знал, но не говорил. Как я мог быть так слеп? Не зря я не доверял этому старику, но считал это беспочвенной предвзятостью, а не предчувствием беды.

– Всё не так, как вы думаете, ваше величество. Позвольте мне объяснить.

– Неужели всё не так? И ты так старательно сохранял жизнь нашему с Марикой ребенку не для того, чтобы потом использовать его в качестве жертвенного агнца?

– Я… я виноват. Но это бы восстановило мир между Ароном и Тиамирисом на века! Больше никто бы не пострадал! Я ведь не знал, что она вам действительно станет дорога, о таком никак нельзя было догадаться. Я всего лишь устроил вам ночь – по типу той, которая проводится в обители Золотых дракониц. Вы не должны были наутро вспомнить ни лицо девушки, ни сам факт близости с ней – вам все должно было показаться сном. Я собирался снять проклятье с драконов, как было в моем видении – ребенок давних врагов, заклейменных проклятьем, дитя двух рас – навеки положит конец распрям и разрушит всю магию, наложенную прежде.

– Ты хотел дождаться, когда Марика родит, и забрать ребенка.

Оракул кивнул.

– Я не учел лишь одного – время в мирах течет по-разному. А когда понял это…

– Решил, что брак с Раванной – выход?

– Это так, – тихо произнес оракул. – С каждым месяцем мои видения становились все мрачнее – весь Азмавер в крови, дети плачут, а в земле уже нет места для могил. Это все действие проклятья Матильды. Это была настолько черная, ужасающая магия, что нельзя ей противиться. Она сталкивает демонов и драконов, она рождает ненависть в наших сердцах. Она подталкивает нас к войне. Нужно это предотвратить! Я надеялся потянуть время, пока девушка не родит. Тогда я бы провел ритуал…

– И принес в жертву ребенка, – вновь повторил я, словно все еще боялся, что это на самом деле могло произойти. – Ты безумец, погрязший в собственном страхе. Нельзя бороться со злом еще большим злом – убийством невинного дитя. Ты бы не добился мира, ты бы навлек на нас гнев создательницы. Марика – моя истинная. Если бы я позволил тебе убить её или уничтожил бы сам, то тем самым только усугубил бы проклятье Матильды Рок, для нейтрализации которого наши предки вовсе отказались от истинных.

Орвальд смотрел на меня растерянно. Я же оттолкнулся от стола и присел на корточки рядом с ним, но на всякий случай держал магическую защиту вокруг нас – чтобы не сбежал.

– Марика – твоя истинная? – пораженно переспросил предсказатель. – Этого не может быть… судьба не могла так жестоко подшутить над нами.

– Ту, что признана даром создательницы, ты называешь насмешкой судьбы? Орвальд, – я покачал головой, – не понимаю, как ты мог столького добиться, занять такой пост. Впрочем, теперь можешь забыть обо всех своих привилегиях. Я подумаю над тем, как наказать тебя.

– Ты не убил дитя, – смотря в пол, прошептал оракул, – значит, ты снял проклятье?

– Это покажет время, – я пожал плечами и поднялся на ноги. – И если бы не ты со своими предсказаниями о том, что весь мир утонет в крови, если война случится, – сделал бы это куда легче и быстрее. Ты спутал мне карты, старик.

– Мне было видение: этот ребенок у меня на руках, мертвый и окровавленный, а еще я видел её и другой мир. Я не мог так перепутать видения…

– Если только они не были кем-то насланы, – идея озарила меня внезапно. – Мне нужны все твои послушники. Собери их передо мной.

– Почти никому не удавалось побороть проклятье, наложенное Матильдой, – будто не слыша меня, продолжал говорить оракул. – Хотя ты всегда был особенным – ты любишь жизнь в любом её проявлении, ты ценишь её и дорожишь ею, как величайшим благом.

– Я не люблю войны, – тихо произнес я. – В них слишком много бессмысленных жертв. Тебе ли не знать, что мой отец погиб во время сражения с троллями с Урза. Мне пришлось слишком рано стать правителем лишь из-за того, что кто-то хотел земли, власти, жаждал крови. Я не приемлю убийства, хотя тогда, в первую встречу с Марикой… Даже страшно себя вспоминать. Я чувствовал такую злость, хотелось… убивать. Это демоново проклятье поистине ужасно – оно делает из нас зверей.

– Что вы планируете делать, Владыка?

– Собери всех послушников. Я проверю каждого.

– Слушаюсь, Владыка, – пошатываясь, оракул поднялся на ноги.

Через два часа я проверил каждого – мой магический резерв был почти на нуле, но ничего обнаружить не удалось. Все послушники оказались чисты, никто не применял запретную магию, не наводил мороки и видения. Тогда что же это? Я был так измотан, что с трудом мог передвигать ногами, поэтому буквально упал в кресло в кабинете оракула. Он подвинул ко мне свою пахучую дрянь. Я отмахнулся.

– Где ты её взял? Воняет ужасно.

– Зато помогает ясно мыслить, – хмыкнул Орвальд.

Я застыл.

– Ясно мыслить или ясно видеть? – прищурившись, спросил я. – А ну-ка дай сюда. Так кто её тебе дал?

– Генерал Трило около пяти лет назад. Владыка, вы думаете?..

– Пока я ничего не думаю, но эту дрянь проверю, – я налил настойку из графина в небольшой пузырек и плотно заткнул пробкой. – Отдам в имперскую лабораторию. А если это и есть причина твоих ужасных видений?

– Не может быть, – мотнул головой Орвальд. – Генерал не мог…

Мог. Я уже знал, что мог. И теперь генерал Трило как раз тот, кто значился следующим в моем списке адресатов сегодня. Неожиданно вспомнилось, как он и мне хотел “подарить” микстуру. Где он вообще берет эту дрянь? Вопрос весьма своевременный.

– Я ухожу, а ты, о светлейший, оставайся здесь. Если ты только…

Я осекся. Сердце сжалось в тиски, а дракон буквально взревел. Не помня себя, я обернулся драконом – разнес башню предсказателей и взлетел в небо. С Марикой что-то случилось!