Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

День 28. ч.6. Пилар и Николай – разговоры в пути

группа Кота

Пилар , испанка– каталонка , позывной «Pescadora-Marinera» (о-ва – Зеланд, Мумба, Дом)

Вот как он умудряется ВСЁ и обо всех нас помнить? Как? Знать, ну или предполагать, кто из нас где находится, что примерно делает и предвидеть те места и острова, где кто-то совсем-совсем новый появиться может? El hombre misterioso. ¡Fenómeno! (человек-Загадка. Феномен – исп.) Мы совместно и гадали всячески, и прикидывали и так и эдак – всё равно никто из нас точно не догадался. Откуда он это всё берёт?

Интуиция, может быть? Опыт руководства людьми ещё с Земли? Предвидение? Возможно и так. Принимаю сразу. Может уже даже просто привык он мыслить тут совершенно по-другому? Не знаю, вот в этом не до колнца ещё уверена… И гадать, кстати, далее более и не буду. Причина? Просто – не хочу. Потому как я, именно я – так просто-напросто верю, что всем нам с ним повезло! Как с первых дней им с médico Фаиной поверила, когда они к нам на здешнюю bebé (малютку – исп.) Эспаньолу впервые знакомиться пришли – так более уже и не сомневаюсь! Сделала верный выбор. И для себя, и для нас. И не прогадала и тогда, и потом ни разу! Ни я сама, и никто другой из моих – и природных испанцев и португальцев. Españoles y portugueses.

С ним – победим! И врагов, и все-все временные трудности и неудобства переброса сюда.

Мне тут всё нравится. Какие ещё «евросоюзы», зачем нам теперь-то туда? У нас тут свой собственный, привычный и hogar (домашний – исп.) порядок.

Тем более, если тот, «земной» сравнивать, и теперешнее наше положение здесь – так мы действительно на самом юге всего массива Забытых Островов находимся. Буду для себя считать что примерно на месте родных Испании и Португалии. Ну или Азорских или Канарских земных островов. Или где-то совсем рядом с ними. Прикидывали, соотносили с земным глобусом – примерно так у нас и получилось.

Мне же так проще думать и верить, и да, так – действительно намного спокойнее. Да, конечно же, климат здесь более тёплый, намного теплее, чем у нас в Земной Европе, фактически – тропики, причём южные тропики, ну так и что с того? Зато ещё южнее нас точно никого и ничего нет – огромный безбрежный Океан, и наш Дом, на самом его краю – isla Dom. И что угодно про нашего Сomandante пусть неопытные и наивные новички говорят. Это всё пустяки! Что «порой слишком он строг», неправда это всё – других в Главные нам точно не надо. Для своих-то он как родной Дед, как Отец – лучше и не придумать! А мы, первые испанцы, для него – точно свои, родные. Это по всему чувствуется.

Чем-то, наверно, похож он по характеру на моего старого учителя – дона Гильермо. Да и не только моего, тот же ещё моих родителей учил, потому – нашего. Старик-учитель тоже много-много своего личного времени на каждого из нас тратил, не жалел его, и помнил, не путал до самой-самой своей седой старости как кого из нас, всех его бывших учеников, зовут. Даже и то знал – кто кем стал после школы, а если даже и переехал куда-то – то, что с ним или с нею теперь и где они. По своему суров и справедлив.Был… Не так давно не стало его, всем земным островом его провожали. А я вот не успела, не смогла отпроситься – на учёбе была. По телефону слушала как его отпевали. После-то могилку навестила, да что уж теперь плакать. Нет его с нами.

Вот и Señor Gato такой же. И ещё очень удачно я Анатоля к нам привезла. Очень толковый и полезный нашему сообществу специалист он оказался. Теперь-то с улучшением им качества связи многое и на расстоянии решить можно – по рации. Вот и в это раз так получилось.

Мы же с ним после завершения всех работ по установке антенны на Зеланде должны были сразу на Дом возвращаться, а jefe мягко напомнил, что и остров Мумбы неплохо бы нам посетить. Он нам так и сказал при разговоре – получится, навестите… Не возражали, потому как прав он! Снова в том убедилась.

Зашли мы и туда по пути. Правда, чуть-чуть в сторону от привычного уже для меня маршрута Зеланд – Дом пришлось немного отклониться, и, как оказалось, не зря – действительно там новый человек появился. Уже несколько дней как обитал. Я-то сама именно там ранее не была, но описали мне как туда добраться довольно точно – вот и не ошиблась. Прямиком к нему и вышли, на другие острова по пути в этот раз уже не отвлекались – некогда, успеть бы, а нас дома ждут! Ещё как!

Rápido, rápido, todo a un ritmo y aún más rápido. Cronograma… (Быстро, быстро, всё в темпе и ещё быстрее. График… – исп.)

Второй, хотя нет, пожалуй что, уже третий раз это уже у меня – когда новых для нашей группы людей встречаю. Первый-то – это-то, как раз, именно Анатоль был, мы его вместе с португальцем Мигуэлем обнаружили на его «родном» острове Донецк, когда сознательно отклонились от маршрута по пути на остров Порто. Там-то тогда нам и ещё проще было – Мигуэль быстро с Жоао договорился, и часа лишнего мы там не пробыли. И оттуда уже на двух лодочках возвращались. Когда уставали грести – менялись, ведь с Анатолем и ещё две женщины, освобожденные им от арабского плена, тогда уже были.

Зато сейчас мы на моторе – потому совсем быстро дошли. Как рассказывали нам ранее Мумбай и Жадэ – их на острове Мумбы первоначально трое было, была с ними и ещё одна шведская девушка, но она погибла в плену у негров. Позже наши asaltantes de búsqueda (рейдеры-поисковики – исп.) на этом же острове ещё одного человека отыскали и забрали – какого-то русскоязычного американо. Видела я его всего-то лишь мельком – не общалась с ним практически. Уже тогда он мне не понравился, неприятный какой-то тип… Точно не наш. Да и ладно… невелика потеря. Сбежал он, кстати, потом с Зеланда вскоре! С беспутными вороватыми и непорядочными gitanos.Tonto, descerebrado! (Дурак, безмозглый! – исп.) Нашел дурень с кем связаться!

И вот теперь тут, наверняка, появился уже и новый поселенец. Ему точно уже было много проще выживать, чем всем предыдущим здешним «поселенцам» – там и плетёный Мумбаем из прутьев и веток choza (шалаш, плетёная хижина – исп.), и место для костра подготовлено, и стрелки указаьельные на камнях нарисованы – где именно тамошний небольшой родничок находится. И, что самое главное, этот человек уже знал – что за ним обязательно кто-то придёт и вытащит оттуда, ждал. Ведь была оставлена записка на нескольких языках. Не факт, что точно угадали б с его родным языком, но всё, что могли – сделали. Для того, чтобы его первые, самые трудные и тревожные часы и дни на Островах облегчить. И, даже, кое-что оставлено было из посуды и нож на первое время. Чтобы мог тот новичок по поставке брать только еду себе. Если попавший не полный дурак – точно выживет. Даже тот «американо» Юджин выжил, только сильно место своего пребывания замусорил… Перед тем, как покинуть тот остров ребята заставили его тщательно прибраться и «подготовить» остров к новому жильцу. И не зря!

Вот только тут, в это раз, уже и не один, а аж двое их тут оказалось! Неожиданно – для всех нас. Что «правила» от Наблюдателей-Смотрящих уже меняются? Не знаю. Бразилец Neymar De Oliveira (Неймар де Оливейра – порт, исп.) и жительница датских Фарерских островов Annika Poulsen (Анника Поульсен – датск.)

Вот наши датчане-то на Зеланде как обрадуются – и их соотечественница наконец-то появилась и нашлась. Они, кстати, и обрадовались. Очень! Когда мы им сообщили по рации что их тут родное им пополнение ждёт, очень ждёт – поначалу было договорились, что они сами их забирать будут и повезут сразу к себе. Но эти радушные люди просто не хотели нас отпускать без них, но мы-то на Дом шли, на челночные перемещения туда-сюда по акватории просто не рассчитывали, могло б и скудного запаса нашего горючего на обратную дорогу не хватить. Пришлось срочно передоговариваться – и совместно решили что зеландцы закажут на свои плиты поставки тех, кто там недавно появился, горючего для нас, возьмут его с собой – а мы с ними пересечёмся уже на Isla «Salto» или «Подскоке», если называть его по-русски. Так мы и сделали!

Зато на наш баркас больше влезло из их имущества, что они тут успели заказать и сделать своими руками. Они, кстати, тут совсем не голодали, ну ещё бы! Annika оказалась из портового поселения Вестманна (фар. Vestmanna; дат. Vestmannahavn), как она гордо сказала – «это у них седьмой по величине „город"(!) на Фарерских островах, расположенный на западном побережье острова Стреймой». Городок тот, скорее, даже, точнее его обозначить как посёлок, хоть он и небольшой по величине, зато очень и очень старинный. Причём, основанный чуть ли не древними северными пиратами и викингами.

История их поселения, расположенного на месте Вестманны, может начинаться ещё до появления там викингов. Название же поселения говорит скорее о кельтском происхождении первых его поселенцев. Начало колонизации и их острова и соседних, вероятно, было положено ещё в IX веке. Вот как! Однако, первые упоминания именно о их поселке датируются XIV и XV веками. Жители, причём все, чуть ли не поголовно, в настоящее время умеют ловить не только рыбу, но занимаются ещё и китобойным промыслом. Причём буквально все – и мужчины и женщины! Анника – тоже не исключение. скорее наоборот – типичная представительница того сообщества.

Китобойный же промысел на Фарерских островах существует много столетий, по крайней мере, с десятого века уж точно. Он регулируется фарерскими властями, а не Международной комиссией по промыслу китов из-за наличия разногласий по поводу компетенции комиссии по отношению к малым китообразным. Ежегодно забивают около 950 гринд (Чёрных дельфинов), в основном, летом. Ловля гринд (фар. grindadráp) – некоммерческое мероприятие, организуемое общинами, участвовать в ней может любой. Китобои окружают гринд лодками, располагая их широким полукругом. Затем лодки медленно загоняют гринд в бухту или на дно фьорда.

Большинство фарерцев считают промысел гринд важной частью своей культуры и истории. Группы защиты прав животных типа приезжих, не местных «зелёных», резко критикуют промысел, как жестокий и не являющийся необходимым, в то время как сами урождённые китобои так и утверждают, что «большинство журналистов демонстрируют недостаток знаний о методах ловли и экономической важности промысла».

Откуда теперь я всё это знаю? Ну так она мне все сама и рассказала.

Сильная женщина! Мы с ней сразу друг другу понравились и даже, наверное, и подружились – ведь у нас нашлось так много общего. Я ж тоже из семьи рыбаков – и она из потомственных китобоев, ну и вообще… Ну и женщина ballenero (китобой – исп.) не смогла удержаться и вывалила на нас с Анатолем и всё это, и даже много больше. только успевай слушать. У себя дома на родине она имела какое-то отношение к их местной администрации, что-то типа совета жителей общины. Ох и нелегко, предчувствую, будет Нильсу Сёренсену и Дагсону с нею, как бы она его в скором времени не «подвинула» с поста Старосты Зеланда. Но это уже их дело… Думаю, как-то они договорятся промежь собой и придут к обоюдно приемлемому решению.

Хотя… Может и нет, не подвинет, и я зря заранее на неё такое сходу подумала? Когда рассказали им о том, что тут, на Островах здешней «Plataformas» встречаются не только мирные жители, а довольно часто приходится и воевать, отстаивая своё и свою свободу – она сразу же стала узнавать и выпытывать как бы и ей поскорей попасть в число тех, кто вооружен или имеет отношение к морским перевозкам и открытиям новых земель. Уж она-то и любой мотор легко заведёт, и при необходимости, даже и починит, и под парусами умеет по настоящему суровому северному морю ходить.

Ну и про оружие, конечно, поинтересовалась – видя что мы оба неплохо вооружены. У Анатоля – так вообще всегда при себе знаменитый русский автомат Kalashnikov, с которым он сюда попал из их страны. Чуть ли не с самой передовой.

Как он расказавал мне: надо было видеть полные уважения глаза и зависть тех двух русских парней, что помогали ему антенну ставить. Завидовали оба! Я же сама это видела и подтверждаю беспристрастно: завидовали оба! Даже и мне. Хорошие, кстати, парни – чувствую, с моими Фиделем и Пако быстро они подружатся.

Они же, Анника с Ноймаром, тут на Мумбе успели себе заказать только всего лишь один пистолет Bergman-Bayard М-1910 датского производства. На что-то большее, увы – весу не хватало. Как она утверждает: «на всякий случай – пусть будет при мне для спокойствия»! Говорит, что ничего более современного получить им так и не удалось – только времен той далёкой войны, но и этот неплох, выглядит как совершенно новый, со склада. Пришлось вкратце рассказать – всё, что знаем на эту тему. И что именно это временное условие на его, вооружения, поставку – одно из немногих ограничений от «Organizadores del Experimento» («Устроителей Эксперимента» – исп.) по нашему выживанию тут. Кое-что они уже и сами понимали из прочитанного в инструкциях в первые дни здесь.

Общались мы с ней «на английском». И я его немного знаю, и она. Удивительно было б, чтоб в портовом городке-посёлке севера Европы его вообще не знали! Анатоль тоже понимал, что она говорит, но не почти всё, слово-в-слово, кое-что приходилось мне ему переводить, так как она сыпала словами слишком уж быстро, как пулемёт, видимо сильно соскучилась по общению с новыми людьми.

На фоне такой монументальной и напористой женщины, как она, щуплый и мелкий бразилец Неймар вообще как-то терялся и робел. Кое-какие португальские слова я уже запомнила из общения с нашими португальцами, так что удалось мне даже и с ним переговорить, во всяком случае он меня как-то понимал. Он не совсем креоло-португало, скорее кабокло.

Кто это такие? Я ж тоже поинтересовалась. Как смогла понять – само понятие кабокло (порт. caboclo – от тупи caa-boc 'пришедшие из леса') – этническая группа в составе бразильцев, португало-индейские метисы. Крупнейшая этно-рассовая группа Амазонии. Говорят по-португальски. Сформировались в XIX веке в Амазонии, когда значительное количество белых мужчин с северо-восточного побережья Бразилии переселились в сельву для сбора каучука и началась так называемая 'каучуковая лихорадка'. Так как возможности вернуться у них, как правило, не было, они женились на местных индеанках. А амазонские индейцы и смуглы да и, чаще всего, невысоки ростом. Вот и Неймар из них среды, такой же, как они все, коренные амазонцы. Обычный сельский работяга из провинции Амазония. Занимался рубкой леса, прокладывал дороги, в детстве на семейной делянке делал что-то земледельческое, что-то они там выращивали, что-то собирали в джунглях.

Про присоединение их обоих к нашей группе? Ха! Даже и вопрос такой не стоял! Absolutamente. Готовы к такому были в тот же миг, что нас увидали и разглядели на горизонте, и уже на их берегу с нами ближе познакомились. Думаю, с ними обоими проблем вообще не будет – легко к остальным вольются. Надо ли говорить что Оператором их маленькой группки была Анника? да вы и сами это уже легко поняли. Куда уж малограмотному лесорубу Ноймару с ней тягаться? Он и слушался её во всём. А как там дальше пойдет: сложится из них пара или они оба каждый найдут себе кого-то ещё из нашей общины – даже гадать не хочу, как будет, так пусть и будет.

Дальше всё было предельно просто: встретились с зеландцами на полдороге к их островоу, передали им обоих найденных нами на Мумбе и, в темпе, тут же отправились, уже прямым ходом и никуда не сворачивая, к себе на Дом.

Николай , позывной «Мазута», механик группы и боец-рейдер – возвращение с Варана. (начало)

Отругал меня Кот нещадно, расчихвостил как распоследнего сопливого первогодка-стажёра, только что с мореходки выпущенного!

Так и сказал: «Победителей не судят, но и распустились вы там изрядно, обормоты! Пора вашу вольницу анархистскую в ежовые рукавицы брать.»

(к вопросу о «ежёвых рукавицах» в управлениии…)

И много-много ещё «эпитетов и определений» – мало печатных! Ладно хоть не с глазу на глаз всё мне это выслушивать пришлось, далеко он пока – а всего лишь только по радио. Хоть не так мне и стыдно уже было. И за себя, и за всех нас… И за то, что молодых да излишне резвых своих сотоварищей по рейду именно я, как более старший и опытный среди них, не приструнил, не приостановил; и за то, что «трофейной» вараниной от «щедрот» охранника склада все мы там поголовно чуть было насмерть не потратились – было за что.

Вот ведь, хоть и сухопутный он человек, и дюже интеллигентный – с университетским же образованием, вона как, а загибает он порой так на родном великом и могучем, что даже и у иностранцев без перевода уши вянут, а своим – как музыка звучит. Вроде и выволочку получил – а как в жару холодной воды из родника испил, во как! Зубы ломит, а на душе хорошо. Сразу же вспоминаю как сам молод был, и что наш старпом команде за подобные косяки выговаривал. Зато доходчиво теперь понимаю – прав он во многом, признаю.

Ступили, конечно, причём все мы там недавно изрядно накосячили – без исключения, все! То ли нездоровая эйфория от победы над злобной рептилией нам там головы так задурила, то ли ещё что-то втемяшилось – лопухнулись мы серьёзно. С себя, конечно же, никакой вины не снимаю, и моя изрядная её доля там есть, но и остальные «хороши» – наши кого, блин, слушать! Ладно б, что-то действительно дельное было, а так… Мумбайка наш всё настаивал и уговаривал прочих: «надо, мол, попробовать, обычай у нас в племени такой» – ну мы, сдуру-то, и не отказались.

«Ёлухи мокрожопые!» – и это ещё мягко сказано.

( Лох крупнолистный , и мы – такие же…)

Хотели показать себя, форсили друг перед другом в дурацкой браваде что мы-то самые-самые крутые… «Морские котики», н-на! Тудыть твою налево. «Новую традицию» наскоро под это дело придумали – новичков в рейдеры принимать через «посвящение». Нахрена вот такое? Вот сейчас снова вспомнил и самому же и стыдно стало. Какое такое? «Съел мясо врага – стал сильнее его!» Тьфу! Как вспомню этот противный вкус – снова меня наизнанку выворачивает. И не пили ж мы там ничего такого – просто и не было ничего… ну, почти, а как словно бы пьяные или обдолбаные куражились. Хотя нет, вру – было, НЗ со спиртом в аптечке, но его на это полностью дурное дело не трогали – мало ли? Только раны спиртом протирали и все. «Честное слово»!

Повезло нам – что не передохли! Не случайная оказия бы, не братская взаимопомощь нам от добрых соседей с катерка под командой Марии и Ивана – все б мы могли от того дурного мяса копыта напрочь откинуть и ласты склеить. Как увидали после, когда Имира нашего с коликах и судорогах крючило, что-то оставшееся от шашлыка варанье «мясо» и кости плавиться на солнце стали и завоняли жуткой химозой – так всех, почитай, наизнанку-то вновь и вывернуло. Корежило-то всех, но именно его – больше других.

И с чего мы решили что та животина прыгучая живая, природная, а не «синтетический сторож» – и сказать не берусь. Дурни! Всегда ж тут так – если кто-то охраняет складик с ценным имуществом, не важно что внутри – то обязательно синтетическая эта хрень, а не реальная животина. Хотя от того не легче – попробуй ее, гадину, завали еще – не у всех и получается. У нас – получилось, вот «крышу"-то и снесло от гордости. Ну и перед новичками понтовались – типа вот мы какие, чего можем. «Хвалькі ПрышэлЭпкуватые»! (хвастуны прибабахнутые! – укр.)

Кое-как промыли мы все поголовно свои желудки кипячёной водичкой по их доброму совету и расстались на время с нашими ребятами. Разделились тогда поровну и пополам – было нас там командировочных «котиков» поначалу шестеро, а осталось на Варане всего-то трое. Имир, только что чудом выживший – за командира, Мумбайка наш и Ойвинд с ним на кораблике дальше отправились в качестве мобильного «десанта» реальных «спасателей» – срочно выручать из беды ещё каких-то новых наших соотечественников. Ну и раны их в дороге еще раз Иван – врач их осмотрит, все нужные «примочки и перевязки» заново сделает. И не то «кустарное безобразие», что мы впопыхах и растерянности сотворить успели. Видел я как он рожу кривил, глядя на наши потуги в «срочной медицине». Но хоть смолчал – сдержался, не отругал. Вот пусть сам и разбирается, раз лучше нас умеет! А они, наши-то, прямо-таки загорелись – что-то новое увидят… Ну и людям помогут.

Собственно, туда-то, к тем неизвестным нам соотечественникам шустрые и мобильные коллеги и направлялись изначально – спешили очень, а к нам уж так, попутно заглянули. Кот с их старшИм как-то лихо и оперативно договорился. Начальство ж, ёлки точёные, не то что мы, «лапти» сиволапые – они, кстати, вообще легко меж собой ладят.

«Ти мені – я тобі!» – если на моем родном, или, как он как-то при мне сказал: «Син минэ – мин синнэ!» Зато самое ценное оборудование из находки здесь на Варане мы прямо в ящиках-кофрах именно к ним в трюм и загрузили. Не так уж и много-то его и оказалось, вдобавок ещё и компактно всё уложено. Чать, не присвоят всё себе новые дрУги, а отдадут нашим по возвращении, ну и нам всё меньше напрасного риску, что не утопим, не потеряем, и никто чужой со стороны при перевозке на них не позарится. Даже если отцы-командиры наши – Кот и Стас как-то ещё меж собой опять передоговорятся и не нам оно достанется в итоге – а с них что-то другое, остро нужное нам взамен получим, всё ж не в пропажу! Знать, не зря и не напрасно мы тут жизнями и здоровьем своим рисковали!

Ну а мы трое опять «скучаем» – снова одни на Варане остались. Мы – это помимо меня, наш молодой «фанат» -лодочник никарагуанец Мигель – Мишка, стал быть, и Джамаль – мой коллега, иорданский слесарь-механик. Он-то нас сюда точнёхонько и вывел – были они со своей командой уже здесь, но неудачно. Еле-ели ноги отсель унесли! Потому он и не хотел сюда возвращаться, боялся… Уговорили! Зверюгу эту треклятую никак не смогли завалить, не одолели, испугались в какой-то момент что все они тут и полягут – больно уж шутёр, быстр и ловок этот варан оказался. И своего парня они тут, по его словам, потеряли, и остальных он сильно тогда поранил – и ещё рады тому, что так «легко» отделались.

Зато нам вот, в отличие от них, действительно в этот раз «повезло» – отделались лишь более легкими ранами да Вовкиным отравлением. Или это у него камни в организме так растворялись? Хрен его знает – мало я в медицине секу, мне б с железками повозиться, вот их я понимаю хорошо. И они меня слушаются… Главное – помогло же! Но повторять на себе подобный «опыт» лечения я б больше не стал, не рискнул – и насмотрелся, и на себе прочувствовал. Насколько уж она симпатичная. Не велика штучка, зато ведь бревенчатая, надёжная и кондовая – от самих Устроителей! Не какой-то там временный, жалкий и бестолковый по-островитянски, балаган-навес, из верёвок и палок на скорую и кривую руку слепленный! Оставишь так её без присмотра – а ее «смахнет невзначай» кто-то совсем посторонний, и не посмотрит что она теперь наша по праву первооткрывателей. Хоть какие таблички и надписи рисуй, «не заметит» их и перешагнут. И мы б тоже на такое и не посмотрели, если б чьё-то нашли – умыкнули бы. «Выкраду вместе с забором!» И запором, и со всем, что внутри ещё находится – там лавки, полки, сундук – всё-всё возьмём, утварь, опять же, неплохая. Ну уж нет, не бывать такому. не оставим – разберём и сплавим к нам! Хоть и маловато нас тут для такой работы осталось, ну да справимся уж как-нибудь – так и решили. Она и нам самим пригодится, а уж где её обратно в домик собирать – на Доме или уже на Зеланде, или ещё где-то – пусть уж наш командир решает. У него голова светлая, на придумки горазд – точно что-то выкрутит так, что всех сразу и устроит.

А на ругачку я не обижаюсь. Ругань она на вороту не виснет, а иной раз подстегивает и мозги прочищает. О нас он заботится – переживает, как мы, что с нами, где мы.

А с нами так дальше было.

Первым делом – действительно весь остров ещё и ещё раз прошарили. Просеивать каждую песчинку и каждый камушек выстукивать, понятное дело – не стали, но прошлись мы там плотно. Вроде и безопасно теперь тут, ведь главного и, похоже, единственного тут хЫщника мы завалили. И даже частично сожрали… Хижак (хищник – укр.) здешний конкурентов не допускал. Ни больших. ни малых – нм каких. Ну и кормиться ему тут. кстати, особо-то и нечем было. Ну, почти нечем. Похоже, что изредка здесь всё же появлялись морские черепахи – нашли мы и обломки нескольких изгрызенных им их панцирей, ещё какие-то крупные кости. Может даже и выброшенной на берег какой-то морской живностью он не побрезговал, может и ещё что – сейчас уже и не понять кого он тут «трофеил». Но всё равно, ходили по островку только и обязательно все вместе – потому как и страха натерпелись поначалу, и боязно кому-то одному оставаться. Лодку нашу вытащили на берег и хорошенько упрятали – мало ли.

Прочесали мы этот островок неплохо и заглянули повсюду. Вряд ли скоро ещё сюда заявимся, может второй такой оказии и вовсе не выйдет. Как правило, «снаряд дважды в одну воронку не падает», и повторно на островах с находками ничего нового уже более не появлется. Ничего и никого. Пошастали повсюду, и на месте высадки наших ближневосточных коллег тоже. От погибшего их парня и вправду практически ничего уже не осталось, и сам вредный варан постарался, гад – жрал все подряд, и прочие птицы и крабы добирали остальное. Что нашли – из обрывков одежды и потрепанной обуви – похоронили. Сверху камень поставили, Джамаль молитву какую-то подобающую случаю прочитал. Что уж можем в такой ситуации, нам-то этот погибший точно никаким врагом не был, а оказался такой же, как и мы – поисковик, честно погиб в бою со зверюгой, прикрывая отход товарищей. Они-то спаслись тогда, а он тут остался. Навсегда…

Гильзы собрали практически все, что нашли – и свои, и той, арабской группы. Даже если не все их переснарядить нам пригодятся, то как источник металла – любая медяшка и латунька ценны здесь сами по себе. Например помятые гильзы можно расплющить – пойдут как блесны, если крючки к ним приделать, или свинцом залить – будут как грузила. Где свинец брать-то? Как это где, ну вы меня удивляете – у нас на Юте! Там с затонувших машин аккумуляторы так и так снимать придётся. Те, что реально целые – попробуем просушить и реанимировать, новой кислоты закажем и зальём, а те, что треснули и починке и восстановлению более не подлежат – вот как раз источником свинца и послужат. Ну и что из того, что плавить его вредно, типа «вредные пары» от свинца и всякое такое прочее? Просто и незатейливо жить без забот и хлопот тоже вредно – все и всегда умирают рано или поздно. Но, потом! В детстве мы всего этого вообще не знали – плавили и обрезки кабелей, и старые аккумуляторы ломали. Всё было. Вот и вспомним теперь тут былые навыки.

Окончательной же «наградой» за столь тщательный «сбор боевого мусора» нам стала находка почти не попорченного ружьишка погибшего. Рептилий только разок-другой и попытался его погрызть. Видимо сразу не по вкусу железяха ему пришлось – слишком уж пахнет не как добыча. Приклада при нём уже не было, поломан и явно безвозвратно потерян, так мы его и не нашли, и конец ствола сплющен. Он и до того так-то не велик был, а уж теперь-то… Ну приклад-то или сами из дерева вырежем или закажем, а ствол – да просто отпилим испорченную его часть в конце-то концов и все!. Будет как «кулацкий обрез» – ударно-спусковой механизм-то у него почти, можно сказать, и в порядке. Разберу, прочищу, промажу и ототру, а там и поглядим, возможно ли восстановить хоть какую-то работоспособность. Всё ж в основе британский Lee-Enfield No.1 Это какая-то более поздняя переделка – возможно что даже Lee-Enfield 5 Jungle Carbine. Точно сразу и не скажу – потому как следы от зубов на коробке, но, так как она стальная – то и не помялась. В бывших британских колониях в странах Азии и Африки винтовки системы 'Ли-Энфилд' использовались десятилетиями после окончания Второй мировой войны.

Насколько я знаю – значительное количество таких же вот винтовок (в основном, поставленных в период уже после окончания Второй Мировой войны) по-прежнему использовалось вооружёнными военизированными формированиями во многих странах. Вот и нам здесь дальше послужит! Пригодится, думаю, даже и «куцехвост» такой нашим птичницам – наглых бакланов от курятника отпугивать, как раз, и по весу и по результату он им впору придётся.

Объяснил свою задумку коллеге Джамалю насчет «трофея» – он меня горячо поддержал. Видимо и курятину жареную любит и сама работа по возврату в строй даже такой «гнутой палки-стрелялки» его вдохновляет. И ещё, когда сказал, что у нас «в закромах» и аккумуляторные инструменты, в том числе и «болгарки» с солидным запасом отрезных и шлифовальных кругов имеются – ещё более того тот взбодрился. Прямо-таки воспрял. Про всё содержимое строительного-вахтового вагончика рассказывать ему я пока не стал, только прозрачно «намекнул», что и это ещё не все. Зачем хорошего человека зря во искушение вводить? Так-то я знаю что там было – Имир подробно пересказал и дал весь список перечесть. Как-никак тот вагончик вместе с ним появился, как «приданное» – он за него, как бы, и «отвечает».

Похоже, именно эта информация о солидном запасе инструментов и расходников к ним и послужила толчком к тому, что настырный иорданец всю обратную дорогу интересовался в подробностях – что и как будет если он к нам в группу запросится. Причём, не только на пару с братом Омаром, а и ещё кого-то из своей общины они притащит. Обнадежил я его – думаю, что наше руководство против такой идеи точно не будет. Насколько я нашего Кота узнал уже – он всегда хорошие начинания с радостью поддерживает. А уж если и инициатива разумна – всячески и поможет ещё.