Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Ну что, Мерон, мы договоримся? А то, вон, стоит племя Гуджи. Там, наверняка, тоже найдется человек, который разбирается в скотине, а с оружием у них намного хуже, чем у вас.

Действительно, мужчины Гуджи стояли неподалеку и старательно делали вид, что им совсем неинтересно происходящее у ворот. Но когда дело дошло до оружия, они не удержались. Подходить, конечно, не стали, и вслух ни слова не произнесли, но взгляды были весьма красноречивы.

– Умеешь ты, Юджин, договариваться, – усмехнулся Мерон. Хорошо, я согласен.

– Так, по рукам?

– По рукам.

Глава племени Херси и глава форта Заря скрепили заключенное соглашение крепким мужским рукопожатием.

– Раз мы обо всем договорились, не будем терять время. Идем.

Женя взял с собой Григория и Клауса. Иваныча решил не трогать – пусть творит. У кромки леса эфиопы выгребли из прицепа все до последнего гвоздя, навьючились по максимуму, но никому не позволили им помогать. Мол, это теперь их имущество, и они не могут заставлять других тащить свои вещи. Спорная позиция, потому что перегруз на каждого вышел изрядный. А как следствие, пришлось делать короче переходы и чаще останавливаться на отдых. В итоге, тащились на час больше, чем было запланировано. Зато получился интересный разговор с Мероном. Женя не смог бы сказать, как у него возникла мысль задать именно эти вопросы. Но результат…

– Как вы сюда добирались? – спросил он Мерона. – Ведь все дороги контролируются солдатами из Аддис-Абебы.

– Дороги они, конечно, охраняют. Но леса – нет. Где находится твой форт, знают все. К востоку отсюда, примерно в трех днях пути, лежит горное плато. Мы шли по нему лесом, пока не дошли до его края. Оттуда видна башня твоего форта. Дальше – три дня пути через болота. Там плохие места.

– Понимаю. Болото – не самое приятное место.

– Дело не в болоте, хотя идти по нему, действительно, удовольствия мало.

– А что же тогда?

– Там есть одно место. Мы дошли к нему на второй день после того, как спустились с плато. Ты знаешь, я не суеверен, но там вспомнил все самые страшные легенды и предания из тех, что рассказывали старики.

– И что же это за место?

– Это озеро. Очень странное озеро. Оно идеально круглое и вода в нем черная. Если подойти близко, то вода становится красной, и со дна доносятся жуткие звуки. Можно подумать, что там живут злые духи. Мы все многое видели и нас трудно испугать, но от того места мы бежали без оглядки. А потом шли без сна полночи, чтобы только не ночевать рядом с этим ужасом.

Женя едва не подпрыгнул на месте. Еще один форт! Ну и что, что утонул в болоте. Было бы желание, можно и воду отвести, и дренаж устроить, и дамбу насыпать. А шарик-активатор у Сотникова есть. Женя сам ему отдал, а новых фортов с тех пор не возникало. С трудом удерживаясь от желания немедленно кинуться к рации, он продолжил расспросы.

– А еще что?

– Да, в общем, все остальное вполне обычное. Разве что мы видели крышу посреди болота, но не стали подходить. Затопленный дом нам был ни к чему. Разве что разобрать, вытащить и заново сложить на сухом месте. Но сейчас мы идем в другую сторону.

– Ты сможешь отвести меня туда? И к озеру, и к тому дому? Я сам хочу все это увидеть.

– Хорошо, мы тебя отведем. Но…

– Договоримся, Мерон.

– Договоримся.

Некоторое время Женя шел молча, переваривая услышанное и строя планы. Потом вдруг вспомнил вчерашний рассказ эфиопов и продолжил расспросы:

– Скажи, Мерон, а как звали того человека, который позвал вас к Джамалу?

– Никто не знал его имени. И никто не знал, откуда он пришел. Но я сам видел его и смогу узнать. На правой щеке у него большой шрам.

– То есть, это был человек Джамала?

– Не знаю, вряд ли. Он пришел, предложил, уговорил. Но его самого у Джамала никто не видел. Про него, как и про тебя, ходит много слухов. Порой, самых невероятных. Но только выяснить, что правда, а что сочинили люди, невозможно. Он просто убивает тех, кто пытается что-нибудь о нем узнать.

– Понятно... И еще: вы долго колебались, соглашаться на мое предложение или нет. А что стало самым весомым аргументом "за"?

Ответ был для Жени довольно неожиданным:

– Ты обещал помочь возродить род.

Место, которое решили определить для поселенцев, было просто шикарным. В другое время Женя с удовольствием построил бы себе там дачу. Небольшое лесное озеро с выбегающим из него ручьем, обширная поляна на берегу, светлый сосновый бор – красота!

– Живите здесь, стройте дома, расчищайте поля. Ваша земля будет продолжаться на половину дневного перехода от этого места. Я обещаю, что никто не выгонит вас отсюда. Через четыре дня я со своими людьми приду к тебе, и мы пойдем смотреть твое плохое озеро и крышу на болоте. Могу порекомендовать не просто валить деревья на постройку домов, а вырубать просеку в сторону форта. Так вы и построитесь, и часть дороги пробьете. Еще могу посоветовать валить леса вдвое больше, чем нужно, и половину оставлять на просушку. Дома, сложенные из сырых бревен, недолговечны. Но вы сможете в них прожить до тех пор, пока не просохнет заготовленный лес.

– Спасибо, Юджин, я не знал этого.

Мерси говорил вполне искренне.

– Когда разберемся с ближайшими проблемами, я пришлю к тебе человека. Он сам строить уже не может, но как рубить бревенчатые дома, знает хорошо. Подскажет, поможет.

– Юджин, боюсь, я не смогу расплатиться с тобой за все это.

– Не прибедняйся, Мерон. Ты прекрасно понимаешь: это все от того, что ты врач. Ты нужен мне, и нужен еще сотне человек. Здесь в округе только одна медсестра, и людей с любым мало-мальски сложным заболеванием мы отправляем в замок Россия. Сам понимаешь, что не каждое племя отправит своих людей непонятно куда. А ты сможешь помочь им здесь. Потому я тебя и зову в форт. В конце концов, поставим тебе дом снаружи, чтобы любой мог прийти к тебе в любое время. Построим небольшой стационар, на три-пять коек, чтобы люди из племен могли у тебя лечиться.

Мерон вздохнул.

– Заманчиво, очень заманчиво. Но не в этом году. Я говорил тебе: я в ответе за своих людей. Когда они обоснуются на новом месте, мы вернемся к этому разговору. Обещаю.

Настал черед Жени вздыхать.

– Жаль. Но хорошо, я подожду. А пока… Жора, Клаус, несите сюда!

Смыков и Лори притащили свой рюкзак.

– Вот тебе еще немного патронов для гладкоствола. Картечь и пули. Вот еще чай и сахар. Вот рация и две запасных батареи. Пользоваться несложно, я тебе покажу. И вот еще, лично тебе лично от меня.

Женя достал из рюкзака револьвер в кобуре.

– Держи. Можно сказать, от сердца отрываю. Имей в виду: заряжен. И вот еще к нему горсточка патронов. Я понимаю, что ты доверяешь своим людям, но постарайся не показывать его никому. Так, на всякий случай. Будет твое тайное оружие на крайний случай.

– Я… – начал было Мерон.

– Ничего не говори. Помни: ты мне нужен живым и по возможности целым. Да, вот еще:

Женя достал из своего рюкзака пластмассовую коробку с красным крестом.

– Малый хирургический набор. И к нему вот, – он достал еще одну коробку, – основные медикаменты. Не очень много. Закончатся – приходи, дам еще. Будет нужно что-то конкретное – опять же говори, я добуду. Ну, ладно: мне пора. И напоследок: я в ближайшие дни жду нападения. Сколько будет народа, кто, откуда – точно не знаю, но то, что большая часть будет из Аддис-Абебы, это очевидно. Вроде, через вас они пройти не должны, но в любом случае будьте начеку. Рация у вас есть, в случае чего, сообщай. Частоты там, вместе с инструкцией.

Женя поднялся, Мерон – тоже.

– Спасибо за все. Ты дал нам больше, чем я надеялся получить. Но я не люблю быть должным.

– Не переживай, я дам тебе возможность расплатиться. Завтра пущу в поселки информацию о тебе, и через неделю у тебя будет весьма обширная практика. До встречи, Мерон.

– До встречи, Юджин.

Вернулись в форт уже затемно. Всю дорогу Женя размышлял об открывающихся перспективах и возникающих потребностях. Сейчас август, садить что-либо уже поздно. До зимы новые поселки успеют только-только построиться и, может, пробить просеки к форту. Дороги, конечно, очень нужны. Нужна возможность быстрой переброски сил в случае возникновения угрозы в одном из поселков. Ну и возить, все-таки, легче, чем таскать. Интересно, то, что звякнуло утром – это за всех эфиопов, или только за оставшихся четверых? Было бы хорошо, если бы за тех двоих Наблюдатели еще чего-нибудь подкинули. Тех же пулеметов, например.

Поехали дальше. Урожай будет только через год. Значит, до того времени эфиопы будут сидеть у него на шее. Он будет должен их кормить, по крайней мере, до следующего августа. Давай посчитаем: четверо этих, еще минимум шестеро вместе с теми двумя, еще полтора десятка сегодняшних – двадцать пять ртов. Более, чем удвоение народа. Ну, круп, допустим, можно набрать. Мясо, рыба – пусть охотятся и ловят. Сколько нужно того же риса на неделю? При трехразовом питании – семьдесят пять порций в день. В одном килограмме примерно шестнадцать порций. Возьмем пятнадцать для простоты счета. Итого на неделю нужно тридцать пять килограмм крупы. В принципе, вполне приемлемо. Канал такую нагрузку потянет. А если еще придут? У него сто пятьдесят килограмм в день. Если в неделю один день поставки расходовать на прокорм эфиопов, то получится до ста человек, если держать на крупе. Конечно, это не очень хорошо. Но выгонять людей накануне зимы как-то не хочется. Да и есть вероятность, что если тут все сладится, а год подождать – не так много времени, то переток племен от Аддис-Абебы к нему усилится, потихоньку можно и до затопленной платформы добраться. А вообще было бы неплохо обсудить этот вопрос с Сотниковым, он мужик головастый, да и возможности у него другого уровня. Может, закинет на барже одним рейсом несколько тонн зерна или крупы, да и закроет тему. А Женя в качестве компенсации возьмет какие-нибудь ценные вещи канальной поставки. Хотя бы тот же металлорежущий инструмент.

Вспомнилось сегодняшнее сообщение на терминале: расширение за счет селективного кластера. Раньше такого не было. Причем, и у Сотникова не было. А что такое селективный кластер? В его ситуации, это Аддис-Абеба. То есть какое-то племя, вначале присоединившееся к их анклаву, целиком перекинулось к нему. За присоединение монокластера Наблюдатели дают бонус. А за потерю? По логике вещей, должны наказать. Какое будет наказание, можно только гадать. Но вот Сотникову эта информация будет очень интересна.

Мысли перекинулись на другую тему. Интересно, насколько сельскохозяйственные навыки эфиопов поддаются коррекции? Климат совершенно другой, другие почвы, другие культуры, другие сорняки и другие вредители. Как бы не пришлось учить их всему этому. Конечно, они где-то и как-то хозяйствовали, но кто ж знает, как именно. Агроном в форте есть. Вопрос – послушают ли они. Тем более, женщину. У них на старой Земле местами еще деревянной сохой пашут. А тут? Нужно учить севообороту, применению механизации, обращению с техникой… Зато можно, например, в счет оброка часть земель заставить засеивать льном и получать волокно для производства тканей.

Детей надо отдельно учить. Ну, тут Жене есть чем похвастать. Он много разговаривал с вождями, убеждал, приводил всяческие доводы и вот теперь в этот год после сбора урожая пятеро парнишек из разных племен поедут в замок Россия учиться. Этого, конечно, мало. В идеале, все эфиопские дети с определенного возраста должны проходить обучение вместе со своими сверстниками из остальных поселений анклава. Но это дело будущего. А пока нужно сосредоточиться на текущих проблемах.

В форте уже ждал Касаткин.

– Ну что, капитан, – сказал Женя после взаимных приветствий, – есть одна тема. Как раз по твоей части. Если выгорит – можно будет крупно наказать эфиопов. А если повезет, то и не только их. Давай я расскажу тебе, что знаю, и будем писать диспозицию. Пошли, сядем поближе к рации. Бероеву тоже будет интересно поучаствовать в разговоре.

Глава 7

Последняя, предутренняя вахта, заслуженно названная собачьей, досталась Сержу. Ну а как иначе? Он, сонно щурясь, выполз из-под спальника. На его место быстренько, пока не улетучилось тепло, забралась Галка и почти сразу засопела. Сергей поглядел на нее, на прижавшуюся к ней девочку, поправил спальник и двинулся вокруг поляны.

С пруда поддувал ветерок. Вроде бы, и легкий, но Серж как-то быстро озяб. Остатки сна мгновенно улетучились. Поеживаясь, он медленно нарезал круги вокруг стоянки, стараясь двигаться максимально тихо. Периодически Сергей выходил к берегу озерца и, стоя за деревьями, осматривал берега. Не обнаружив ничего подозрительного, он отступал вглубь леса и продолжал обход. Время от времени он останавливался и прислушивался. Тишина. Лес перед рассветом словно вымер. Молчали лягушки, не кричали ночные птицы, не шуршало в траве и кустах мелкое зверье, не плескалась в озере рыба. Можно было подумать, что во всем лесу не спит лишь он один.

От воды потянулся туман и густой белой пеленой покрыл и зеркало озера, и прибрежный лес. Густая белесая дымка скрыла землю, и казалось, что деревья плывут в молочном киселе. Картина была настолько фантасмагоричной, настолько жутковатой, что Сергей зябко передернул плечами. В голову упорно лезли невесть откуда взявшиеся мысли о колдунах, призраках, русалках и всякой прочей нечисти. Серж пытался прогнать их, но не особо успешно.

Собственно, было отчего вспомнить о мистике. Окутанный, искаженный туманом, мир вокруг стал казаться зыбким, призрачным, нереальным. Очертания предметов можно было сколько-нибудь отчетливо различить лишь на расстоянии не более пяти метров. Тишина стояла просто нереальная. Ветра практически не было, и ни с озера, ни из леса не доносилось ни единого звука. На ходу еще слышен был шелест приминаемой травы, легкий хруст попавших под ноги мелких веточек, но стоило остановиться, и тишина вновь плотным коконом окутывала человека.

Сергей закончил очередной круг и опять остановился у берега озера, вслушиваясь в пространство. Если верить книжкам, сейчас слышимость должна быть такая, что можно разобрать разговор за три километра. Проверить правдивость этого утверждения пока что случая не было. Но кто знает, может, какой-нибудь потенциальный противник выдаст себя неосторожным звуком.

Звук пришел. Странный жуткий звук: не то рычание, не то протяжный утробный вой, и над лесом на востоке, как раз там, откуда они пришли, полыхнули вспышки багрового света. Навалился страх. Липкий, удушливый, он протек по спине холодным потом, вздыбил на голове волосы и резко бросил в дрожь все тело. Освободиться от власти этого чувства было нелегко. Но едва Серж справился, как звук повторился, и снова предутреннее небо озарилось багровыми сполохами. Бр-р-р!

Из-под елки выползла заспанная и встревоженная Галка, за ней – Теген.

– Что это было?

– Кто ж его знает! Какая-то гадость. Ну, раз вы все проснулись, давайте перекусим и двинемся. Что-то мне неспокойно стало. А еще лучше – давайте отойдем немного и там уже поедим.

– Какой ты чувствительный! – съехидничала каратистка. – Ну что ж, давай отойдем. Только сперва я одна отойду. Да и Теген тоже, наверное, нужно.

Галя с девочкой пошли за ближайшие елки, а Серж принялся собираться. Собрал и надел рюкзак, перекинул через плечо сумку, сложил в нее рыбу, проверил, чтобы после них на земле ничего не осталось, закрыл костровище дерном. Сам быстро справил нужду, и принялся ждать.

В прошлой своей жизни он не слишком обращал внимание на природные красоты. Наверное, из-за вечной своей беготни и занятости. Но сейчас он был буквально заворожен открывающимся ему зрелищем. Он наблюдал, как непроглядная еще недавно тьма становится мутно-серым сумраком, как черное небо становится темно-фиолетовым, как на востоке появляется тоненькая светлая полоска…

Вдруг из-за деревьев, куда ушли дамы, послышалась громкая возня, потом детский вскрик и сочные матюки, выдаваемые девичьим звонким голосом. Серж бросился на звук, на ходу выдергивая из кобуры пистолет. Сквозь туман прорисовалась картинка: Галя со спущенными штанами стояла на коленях, а за спиной у нее стоял здоровенный негр со знакомым уже снаряжением и умело крутил ей руки. Рядом на земле лежала Теген. Все дальнейшее произошло буквально за пару секунд. Негр увидел вооруженного противника, выпустил девушку и тоже схватился за оружие, но тут же повалился с выпученными глазами, судорожно хватая ртом воздух, не в силах издать ни звука. Еще бы – два удара в полную силу по чувствительным точкам от черного пояса кого угодно с ног свалят. В стороне из-за елки выскочил туманный силуэт, уже с автоматом наперевес. Не раздумывая, Серж дважды выстрелил в него, тот упал. Убит или ранен – проверять было некогда. Метнулся к елке, на ходу пряча пистолет, подхватил девочку на руки и кинулся в сторону противоположную той, откуда появился враг. Галка одним движением натянула джинсы, от всей души добавила с ноги в челюсть первому, катавшемуся по земле, и, удерживая руками штаны, чтобы не свалились, кинулась следом. Через пару минут остановилась.

– Отвернись, я джинсы поправлю. А то так сотру все себе в кратчайшие сроки.

Сергей послушно отвернулся. За его спиной послышалась возня, потом коротко вжикнула «молния».

– Вляпались, млин, – зло проговорил Сержант. – Как ни старались, а все-таки вляпались. Значит, так: туман продержится еще с час. Нужно за это время максимально оторваться. Тут, вдоль берега, деревья пореже, пробежимся в темпе с полчаса, потом зайдем в лес, передохнем и двинем дальше.

Ни говоря ни слова, Галка взяла девочку на руки.

– Ну что, рванули?

И они побежали дальше.

– Все, передышка.

Остановившись в густых прибрежных кустах, Серж скинул рюкзак, Галка осторожно опустила давно уже очнувшуюся Тэген на землю.

– Рубаем по-быстрому.

Холодная рыба была не такой вкусной, как свежеиспеченная вчера вечером, но вполне съедобной. Да, собственно, в их случае привередничать не приходилось. Садиться не стали, поели на ногах, запили водой из фляжки. Пока Тэген бегала с фляжкой к озеру, Сергей тщательно закопал рыбные кости. Огляделся, прислушался, вскинул на плечи рюкзак, скомандовал:

– Пошли.

Двигались, по возможности, скорым шагом, стараясь уйти подальше от странных и страшных людей. Девочка держалась наравне со взрослыми.

До ночи Серж планировал пройти хотя бы километров пятнадцать. Конечно, чем больше, тем лучше, но тут уж как получится. Неизвестно, на что способна прибившаяся к ним малолетка. Он взял градусов двадцать к северу от направления на башню. На другой день повернет на юго-запад.

Вскоре лес стал гуще, шаг пришлось убавить, зато стало возможным поговорить.

– От кого удираем?

Судя по голосу, Галя ничуть не запыхалась.

– От негров.

– Это-то я поняла. А конкретнее?

Серж досадливо поморщился. Объяснять и объясняться он не любил. Тем более, объяснять что-то женщине. Но Галка поняла заминку по-своему:

– Колись уже, волк-одиночка. Тема серьезная, и меня, между прочим, тоже касается. Так что вскрывай карты.

Сергей еще немного помедлил, прикидывая, что рассказать, а о чем лучше умолчать.

– Не тяни, рассказывай, пока время есть. Мне нужно знать, во что мы с разбегу влетели.

– Ладно, слушай: помнишь, где мы встретились?

– Ага.

–так вот: меня закинуло километров на сто западнее этого места. И где-то на половине дороги повстречался с командой негров.

– Тех самых?

Галка мотнула головой назад.

– Тех, или похожих, но форма и оружие такие же. Мне, знаешь ли, некогда было их разглядывать, они меня убить пытались. Чудом ушел, до сих пор не верится.

– И за что они на тебя зуб поимели? Ты нагадил им в суп?

Серж фыркнул.

– Если бы! Похоже, они просто зачищают всех потенциальных свидетелей. Я ночевал у речки, костер палил. Ну, видать, и запалился. Повезло – организм поднял за полминуты до того, как они пришли по мою душу. Судя по виду, по манере движений, все они профессиональные солдаты или наемники. Не то спецназ какой, не то диверсионная группа. Экипированы – аж завидки берут. Вооружены до зубов. Отряд большой. Там, у реки, их было двенадцать человек. Если считать, нынче мы встретили тех самых негров, то они должны быть очень злыми. Тем более, что одного я сегодня подстрелил, другого ты приложила. Кстати, ты куда ему так зарядила, что он даже шипеть не мог?

– Левой под вздох, правой по яйцам. И потом еще с ноги в челюсть добавила.

– Понятно. Обширная гематома на брюшине, возможно даже, разрывы. Если он был не готов и не успел напрячься, то ушибы внутренних органов. Дальше, как минимум, ушиб мошонки, а скорее всего, полноценная яичница. Плюс ко всему сотряс того, что было в черепе. Ну и ближайшие пару месяцев будет кушать исключительно бульончики и жидкие кашки. В общем, не боец.

– А что это за негры? Откуда они вообще взялись?

– Да хрен знает. Ты, вообще, что думаешь на тему того, где мы сейчас находимся?

– В лесу, разумеется.

Галка шла замыкающей, Сергей видеть ее не мог, но тут прямо почувствовал, как она пожимает плечами.

– Это понятно. А в глобальном смысле?

– Ты про другой мир?

Вот так выводишь осторожно разговор, чтобы аккуратно сообщить женщине сногсшибательную новость, а она, оказывается, давно уже все поняла, и никаких неудобств и рефлексий в связи с этим не испытывает.

– Именно. Тут что-то происходит, какие-то разборки. А мы местных раскладов не знаем. Кто, откуда, зачем, почему – не ясно. Могу только сказать, что мне не нравится, когда меня пытаются превентивно зачистить. Еще я не люблю, когда солдаты убивают женщин и насилуют девочек. Так что можно и этих негров, и тех белых смело записать во враги. Кстати, если даже мы столкнемся с еще каким-нибудь отрядом, то, скорее всего, нас сперва убьют, а потом будут разбираться, откуда мы взялись.

– Ну, откуда мы взялись, примерно понятно, – задумчиво произнесла Галка. – А вот эти откуда?

– Пришли они откуда-то с востока. Может, там какие-то поселения, еще что-то. Я практически уверен в том, что они тоже сюда попали. Примерно так же, как и мы.

– И почему ты так думаешь?

– Я видел их оружие. Оно абсолютно, до мельчайших деталей совпадает с такими же экземплярами, которые я видел у себя. А об оружии я знаю, поверь, очень много. Если бы его делали здесь, были бы хоть мелкие, но отличия. По крайней мере, клейма точно были бы другими.

– Хорошо, принимается. И что эти наемники делают в этих лесах?

– Хрен знает. Выполняют какую-то тайную миссию. Настолько тайную, что они убивают всех, с кем встречаются по дороге. Кстати сказать, тот кадр, который гнался за Тэген, он не негр, он белый. И оружие у него другое.

– И что это означает?

– То, что это другой отряд. Но движутся они в одну сторону и график движения у них примерно совпадает. Очень похоже на то, что разные группировки договорились о совместных боевых действиях против общего противника. Но и те, и другие убивают всех, кого встретят.

– Для нас это что-то меняет?

Практически, ничего. К тому же, мы ухитрились насолить и тем, и другим.

– Ты говоришь, всех убивают. А меня они пытались поймать.

– Ну, для негра белая женщина – желанная добыча. Они бы сперва натешились, а потом все равно убили. А еще – в диких лесах нечасто встречаются девушки с черным поясом по карате. Женщина по определению намного слабее мужчины, поэтому считается легкой добычей.

– Но белые просто убили всех.

– Белые зачастую относятся к черным как к низшей расе. Могли просто побрезговать.

– Да-а-а… – протянула Галка и на время замолчала.

Серж подуспокоился. Через десять минут он увидел подходящую полянку, и объявил привал. Собственно, он мог идти в том же темпе еще долго. Да и Галка не выглядела усталой. А вот Тэген отдых был явно необходим. Она плюхнулась на траву и принялась разминать уставшие ноги. Но все равно, девчонка держалась молодцом. Не ныла, не капризила, а топала наравне с хорошо тренированными взрослыми.

– Слушай, Стрелок, что-то не сходится.

Это опять Галка прицепилась. Вот что за наказание – умная женщина!

– Ты уверен, что все мне рассказал? Если бы те негры просто шли к своей цели, они бы за нами не гнались. Ты же ведь свернул чуть в сторону, если я не ошибаюсь.

Серж скривился, словно лимон целиком сожрал, на ходу пытаясь сообразить, все рассказывать, или, все же, что-то утаить.

– Ты не морщись, не морщись, – потребовала девушка. – Колись давай.

– Ну, вообще-то был еще один момент: один из той компании с моей помощью упал со скалы, другой получил сотрясение мозга.

– И как ты с ними справился?

– Случай.

– Пистолет и рюкзак от них?

– Угу, – мотнул головой Серж.

И как они тебя не пристрелили?

– Повезло. Они спускались по тропе, а я рискнул и полез вниз по скале.

– И не сорвался?

– Как видишь. Главное, до леса первым добрался. А в лесу без серьезных навыков следопыта человека найти очень сложно, особенно, если он прячется.

– Но убивал-то их ты, а вязать они собрались меня.

– Понимаешь, они меня до сегодняшнего утра в лицо не видели. Кроме того, ты уж извини, но тебя со спины запросто можно принять за пацана. И они в тумане вполне могли перепутать.

– Кстати, а как в таком тумане они нас нашли?

– Скорее всего, случайно наткнулись. Шли своим маршрутом и тепловизорами проверяли местность, чтобы в тумане на какого-нибудь зверя не напороться. А напоролись на нас.

– То есть, нас специально не искали?

– Трудно сказать, но, думаю, нет. Просто совпали маршруты. У них, скорее всего, есть определенные сроки, которые не дают им сильно отвлекаться от главной цели.

– А какая у них цель?

– Думаю, башня.

– Какая башня?

– А я что, не рассказывал?

– Нет.

– И ты не спросила?

– А зачем? Я вижу, что ты идешь не наугад, а четко по направлению. С компасом, вон, сверяешься. Значит, знаешь, куда. А я вообще не представляю, куда двигаться. Так что лучше неизвестно куда с тобой, чем блуждать по лесу в одиночку. Шансов всяко больше.

Серж хмыкнул. Такого прагматичного подхода к теме он не ожидал.

– В общем, так: в первый день я с горы там, на востоке, – он махнул рукой назад, – увидел башню. Засек направление и двинулся к ней. Раз есть какое-то строение, значит, есть и люди. Ну или какая-то подсказка, что делать дальше. Вот я и пошел.

– Получается, что эти отряды тоже идут к башне?

– Получается, да. А все остальное – типа, поймать меня и наказать – это второстепенное.

– А эти негры и прочие… они, что, живут в этой башне?

– Вряд ли. Иначе бы они так не прятались и всех встречных-поперечных не стреляли. Скорее всего, они хотят что-то оттуда забрать. А, может, и саму башню себе отжать. Но, в любом случае, пересекаться с ними еще раз у меня нет никакого желания. Поэтому сейчас мы уходим чуть в сторону, а завтра повернем и выйдем к башне с другой стороны.

– А мы не попадем туда как раз в самый разгар разборок? Может, как раз лучше побыстрее дойти до башни?

– Нет, не лучше. Тут вот какой расклад: за нами сейчас идет довольно большой отряд. На протяжении двух дней наши маршруты совпадали, значит, они могут предположить, что мы идем туда же, куда и они. Мы их обнаружили и, если дойдем до башни первыми, они потеряют преимущество внезапности. Толковый командир, который хочет соблюсти секретность, вполне может отрядить трех-четырех человек, которые пойдут в ускоренном темпе, чтобы нас перехватить. Нам идти с ребенком еще примерно полтора-два дня. Бегать по лесу тяжко, сама ведь почувствовала. Да и ноги переломать можно, тогда вообще амбец. Да и Тэген наверняка не выдержит темпа. Ты тоже вряд ли сможешь два дня бежать с девочкой на руках. И я не возьмусь. Кроме того, бегущий человек оставляет много следов, сильно шумит, а сам при этом ничего не слышит. Так что, если пойдем прямо на башню, перехват у них вполне может получиться. Нет, мы сделаем крюк, пойдем в посильном режиме, без погонь и перестрелок. Главное – мы должны дойти до места целыми. А там будем по обстоятельствам определяться, что делать дальше.

Галка помолчала, подумала и, хоть и неохотно, согласилась.

По мере движения, лес немного поменялся. Он стал суше, почва под ногами стала тверже, но идти легче не стало. Приходилось то продираться через кусты, то перелезать через завалы, а то вообще искать обход. Так что когда Серж объявил очередной привал, все были этому рады. Даже он сам.

Он прислонился к стволу сосны рядом с Галей и достал фляжку. Отхлебнул и передал ей. Она тоже сделала пару глотков, дала напиться девочке.

– Надо сегодня пройти еще столько же. Как минимум. Ты как?

– Не боись, бывало и круче.

Галка с вызовом посмотрела на наглеца, посмевшего усомниться в ее силах.

– Ты не дергайся, никто на твою девичью гордость не покушается. Мне нужно точно знать твои возможности.

Каратистка насколько быстро вспыхнула, настолько же быстро и угасла.

– Возможностей у меня хватает. Еще бы возможность сполоснуться организовать – можно хоть сутки без перерыва топать.

– А Тэген?

– Эта коза еще нас с тобой обскачет! Прыгает по кустам, на ходу какую-то траву объедает. Увижу, что уставать начала, скажу. Ну что, идем дальше?

– Пошли.

На обед остановились около очередного крошечного озерца. В поперечнике – и сотни метров не будет.

– Ну что, русалка, иди, плещись, пока я паек делю, – великодушно разрешил Сергей.

Галка не заставила себя дважды упрашивать. Уже из кустов, раздеваясь, крикнула:

– Только чур не подглядывать!

– Вот только подглядывать мне еще не хватало.

Эту фразу Серж пробурчал себе под нос, вслух говорить не решился. Кто ж знает эту сумасшедшую девчонку. Еще решит, что он ею пренебрегает. Выдал Тэген бинокль, показал, как пользоваться, вызвав неописуемый восторг. Жестами объяснил, что нужно караулить периметр. Та, кивнув, умчалась.

Он посмотрел вслед девочке и вдруг поймал себя на том, что всерьез, нешуточно беспокоится за нее. За последние несколько лет он привык быть одиночкой. Ни от кого не зависеть, ни на кого не надеяться. Он не сближался с людьми, не обременял себя обязательствами кроме деловых. А тут вдруг ни с того ни с сего на него свалились женщина и ребенок. Правда, женщина была вполне самостоятельной и опеки не требовала. Более того – за попытку опекать могла и пришибить. Ребенок тоже был далеко не комнатным растением. Но вот только он вдруг ощутил себя ответственным за них. Уже давно, с тех пор, как ушла жена, он отвечал только за себя. А тут… как говорится, шок – это по-нашему.

Не успел Серж оправиться от одного морального потрясения, как на него обрушилось следующее: кусты, отделяющие его от озерка, раздвинулись и перед ним оказалась девушка, одетая лишь в доходящую до середины бедра белую куртку-уваги, затянутую на талии черным оби, открывающую сильные и весьма стройные ноги. Влажные темно-русые волнистые волосы падали на грудь, обрамляя показавшееся вдруг удивительно миловидным лицо. И это та самая квадратно-гнездовая джинсово-кожанаяоторва?