Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 15.2

– Ребенок – возможно, – не стала спорить я, хотя в глубине души я не собиралась этого признавать, – но вместе нам не быть, Даргерт. Я – истинная Хассаира.

– Ненадолго, – хмыкнул Даргерт, – то, куда отправился Хассаир, в скором времени освободит его. Пожалуй, он осложнил мои планы, когда я узнал о вашей пикантной связи. Но слава небесам, мои влиятельные друзья указали мне, как разрушить эту связь.

– Твои влиятельные друзья? Наваиты? Чем же еще они тебе помогли?

– Много вопросов, моя дорогая. Я не имею право раскрывать наши планы. Но скажу, что без них бы я не справился, и мы бы не смогли воссоединиться с тобой.

– Я не собираюсь воссоединяться с тобой! – выкрикнула я, отчаянно пытаясь развязать руки.

– Конечно-конечно, понимаю. Сейчас на тебя влияет связь истинных, ты думаешь, что любишь Хассаира, а не меня. Но это скоро пройдет. Уверяю тебя. Осталось подождать пару минут. После этого ты будешь благодарить меня.

– Никогда, – прошептала я. – Я никогда не буду благодарить тебя за убийство моего ребенка!

– Вспомни, ты сама меня просила об этом. Мне рассказали об истинном предназначении этого ребенка. И вряд ли эрлорд о нем не знает. Получается, он собирается устроить хаос в двух мирах.

Об этом я не задумывалась. Что если Анвэйм действительно заботиться об этом ребенке не потому что привязался или чувствует ответственность, а потому что хочет уничтожить миры?

Но даже это не отменяет того факта, что я не верю в предназначение.

– Прошу, дай мне его родить. Тогда мы сможем быть вместе. Остался всего месяц, прошу тебя! Прошу…

– Аламинта… – выдохнул Даргерт и, обойдя алхимический стол, сел рядом со мной. Я потянулась вперед, сама пытаясь быть нежной, лишь бы спасти ребенка. Он погладил меня по волосам, обвел рукой линию подбородка и, запрокинул мою голову, наклонился и прошептал в самые губы: – Прости, моя дорогая, но я обещал им в обмен на помощь, что убью этого ребенка.

Мужчина поднялся и вновь вернулся к столу, продолжив создание новой порции яда, которая должна была убить моего нерожденного ребенка.

– Даргерт, – прошептала я, почувствовал, как увлажнились глаза и капля скатилась по щеке, – неужели ты не понимаешь, что ты просто козел отпущения? Тебя используют как ширму, как прикрытие. Подумай сам: если бы они возложили эту миссию на своего собрата, то это была бы тень на их репутацию. Один наваит, который бы все провернул, непростителен, он наводит на мысли, чему именно учат в ордене, в отличие от сумасшедшего темного, который все и затеял, которому помог наваит-отступник. Ты их прикрытие от эрлорда. Неужели ты не понимаешь, что он убьет нас? Убьет обоих, если ты умерщвишь этого ребенка.

– Не убьет, – отрицательно покачал головой темный, – я из знатного рода, если ты не забыла. Эрлорд не посмеет развязать войну между Ардахеймом и Фарахеймом моей смертью. Его владения для него превыше всего, превыше собственного счастья. Неужели ты еще не поняла, что он – сам лед? Узнав, что ребенок, которого он пытался спасти, умер, он разозлится, но здравомыслие не дадут ему ничего со мной сделать. Он найдет другой способ осуществить задуманное.

Задуманное? Он действительно думает, что за рождением этого ребенка стоит эрлорд? Ему так рассказала Аламинта? Хотя, в сущности, откуда мне знать правду? Если только поверить словам лорда де Шалиса о дурной компании, в которую попала Аламинта.

– Разве он не имеет права мстить за свое убитое дитя?

– Нерожденное дитя, – напомнил мне Даргерт, – это ведь не считается убийством, Аламинта. Закон будет на нашей стороне, особенно если ты скажешь, что по собственной воле сбежала со мной, что тебя держали в пленницах.

– Я не скажу этого…

– Пока – да, но скоро твоя связь с Хассаиром оборвется, и ты вновь полюбишь меня.

Я не ответила. Прикрыла глаза и тихо плакала. Я бессильна. Магии во мне нет, руки связаны, медальон тоже потерян. Почему же ни эрлорд, ни делорд не могут меня почувствовать? Что сделал Даргерт? Как же ужасно, когда ты не можешь спасти собственное дитя, пусть даже нерожденное! Сейчас я готова бы все отдала, лишь бы он выжил. Пусть бы жил вдали от меня, но лишь бы остался жив!

Вот тебе и сказание о царе Соломоне…

– Готово, – возвестил Даргерт и поднял в руках небольшую пробирку. – Не сопротивляйся, дорогая моя, скоро все закончится.

– Пожалуйста, Даргерт, не надо! Пожалуйста! Умоляю тебя, не надо! – Я буквально забилась в истерике, отползая как можно дальше, пока не забилась в угол между шкафом и стеной – дальше идти уже было некуда. – Пожалуйста…

– Позже ты еще поблагодаришь меня, – проговорил бывший любовник Аламинты и схватил меня за щеки, заставляя открыть рот и запрокинуть голову.

Я пыталась сжимать зубы, пыталась бороться, толкаться ногами, расшатать шкаф, но Даргерт был крупным мужчиной, к тому же магически одаренным. Он просто заставил меня застыть, молча наблюдая за тем, как склянка с ядом опускается к моим губам.

Нет, не надо!

Анвэйм! Пожалуйста!

Посредине комнаты открылся портал.

Глава 15.3

Анвэйм Светлый

 После одобрения запроса на переход, я вышел в портальной комнате Дворца Ночи. По периметру стояли стражи, около двадцати собранных магов, в любой момент готовых начать сражение. Я окинул их безразличным взглядом и устремил взор к тому, что стоял передо мной – Дарриа де Фархату, третьему советнику Его Темнейшества.

– Ваша светлость, – склонил он голову без лишней подобострастности. – Какими судьбами во Дворце Ночи?

– Мне необходимо срочно встретиться с его темнейшеством. Не соблаговолите проводить меня к нему?

– Что-то случилось? – нахмурившись, обеспокоенно спросил Дарриа и тут же склонил голову. – Прошу прощения за необдуманный вопрос и излишнюю заинтересованность. Но сейчас мной руководит беспокойство. Его темнейшества нет во дворце около двух часов. Он отбыл по очень важному делу.

Разумеется, спрашивать, по какому именно, было бы неуместно с моей стороны, поэтому я опустил этот вопрос и сразу же перешел к другому, не менее важному.

– Произошедшее я готов обсудить с делордом. Третий советник, сможете ли вы незамедлительно связаться с его темнейшеством и сообщить ему, что я жду его во Дворце Ночи?

– Насколько важен ваш вопрос? – настаивал Дарриа. – Я смогу с ним встретиться и передать ему известия, но ему нужно будет веское обоснование, причина, по которой я отвлекаю делорда от важного мероприятия.

На мгновение я замешкался, но сейчас не время делать из похищения Светы тайну мирового масштаба. К тому же Дарриа был посвящен в некоторые нюансы отношений между мной, леди Аламинтой и Хассаиром. Я оглянулся, красноречиво давая понять Дарриа о ненужных свидетелях. Темный кивнул и образовал между нами обширный купол тьмы.

– Я вас слушаю, ваша светлость.

Я убедился в непроницаемости купола и только после этого, смотря в глаза темному, ответил:

– Леди Аламинта похищена.

Дарриа переменился в лице. Казалось, с него слетела маска безразличия. Коротко кивнув, он огляделся.

– Думаю, не будет идти речи о гостеприимстве и не стоит предлагать вам подождать нас в гостиной?

– Разумеется. Я останусь здесь. – Огляделся, позволив себе скептицизм. – В окружении этих доблестных магов.

Третий советник кивнул, после чего снял купол и шагнул в портал. Видимо, он отдал мысленный приказ стражам, так как те восприняли происходящее как должное: не сдвинулись с места и даже позы не сменили. Я чувствовал себя отвратительно. Беспомощным. К чему мне моя безграничная сила, когда я не могу найти одну единственную девушку? Иномирянку, которая пробудила во мне эмоции.

Нет, я не мог позволить так просто драгоценным минутам утекать сквозь пальцы. Если Хассаир с помощью особой магической связи способен её найти, то почему я нет? Да, я не проклят, однако той магии, что течет во мне, должно хоть на что-то хватить.

Я отпустил часть от себя, словно сбросил груз. Темные стражи тут же выставили щиты, но светлая магия их даже не коснулась, она растеклась вокруг меня картой нашего мира, видимой лишь мне. Это чертоги. Я прикрыл глаза, пытаясь ощутить место, куда вела магия ребенка. Она была такой же родной, частью меня. Я пытался найти её, но она все время ускользала. Она словно игривый щенок кусалась, привлекала внимание, но в последний момент не давалась в руки для ласки. Я пытался приструнить её, велел идти к ноге, но она была слишком непослушной, слишком озорной.

Это бессмысленно! Так я никогда её не найду. Можно облететь на драконе все земли и на меньшем расстоянии я смогу почувствовать магию ребенка, но вот так, искать камень в горах, это практически нереально.

Не смогу найти Свету, навеки её потеряю. Сейчас я отчетливо представил, каково это: быть рядом с ней, чувствовать её тепло, видеть её улыбку, ощущать её недовольство. Каждый день.

Мне нравилось разгадывать её эмоции. Все в ней было настолько гармонично, что рядом с ней я сам обретал гармонию. Душевный покой – такой, каким его представляли другие люди: с эмоциями, но настолько нежно-меланхоличными, что это вызывало чувство умиротворения. Раньше мой душевный покой был в отсутствии эмоций, но сейчас меня одолевают ярость, злость и… страх. Он сильнее всех, он словно блокирует мои собственные силы.

Или нет? Я всегда пытался отказаться от эмоций, так как слишком тяжело чувствовать их, слишком невыносимо становится от двуличности людей, но что если именно в них и кроется сила? Эмоции…

Чертоги вновь раскинулись передо мной. Теперь я действовал интуитивно: пытался почувствовать не только магию, но и найти эмоциональный отклик. Разве не это мои способности? Я чувствую эмоции других, так почему не могу почувствовать эмоции одного единственного человека, в такой нужный для меня момент, не зря ведь я буквально слышу эмоции? Света для меня закрытая книга, но что если её эмоции будут настолько красноречивыми, что если попробовать настроиться на неё, используя в качестве проводника нерожденного ребенка, чьи эмоции для меня открыты, все получится?

Во мне всё всколыхнулось – словно что-то с другой стороны потянуло меня вперед. Я резко распахнул глаза и на интуитивном уровне открыл портал.

Глава 15.4

Аламинта де Шалис

 Что произошло дальше, я не успела уловить: меня ослепил белый, сияющий свет. Даргерта отбросило в противоположную сторону так стремительно, что склянка выпала из его рук и разбилась о каменный пол. Я смогла облегченно вздохнуть, все еще жмурясь от яркого света. Неужели Анвэйм пришел?

– А ты кто еще такой?! – донесся до меня голос Даргерта.

– Тот, кому ты не вовремя перешел дорогу, – прозвучал незнакомый голос.

– Да как ты…

Голос темного оборвался хрипами. Меня сковал страх, словно морозный холод прошелся по коже. Я попыталась открыть глаза, но белый свет все еще слепил, я смогла увидеть лишь смутный силуэт мужчины в лучах белого света, но увидеть больше не смогла. Незнакомец шагнул в открывшийся портал, и свет, что слепил меня, пропал. Я начала быстро моргать, поэтому пропустила момент, как в комнату открылся новый портал, из которого уже вышагнул знакомый мне мужчина.

– Анвэйм… – прошептала я, все еще не до конца восстановив зрение, но буквально почувствовав его приближение.

– Как ты? – выдохнул он, опустившись передо мной. – Нигде не болит?

По щелчку пальцев путы спали, а я, наконец, вернула себе зрение и встретилась взглядом с эрлордом. Обеспокоенное лицо повелителя Света выражало всю гамму эмоций, сейчас бы даже подумать было нельзя, что этот мужчина – сам лед. Анвэйм был рядом, так заманчиво близко, что у меня перехватило дыхание, а глаза сами собой увлажнились. Он здесь, он рядом, он нашел меня!

– Анвэйм… – прошептала я, буквально задыхаясь от переполнявших меня чувств.

Мужчина бережно притянул меня к себе и накрыл мои губы своими в соленом и одновременно невообразимо сладком поцелуе. Он целовал сначала нежно, а после, наоборот, с каким-то остервенением, вымещая все скопившиеся в нем переживания, будто пытался найти подтверждения, что я живая, невредимая. Я вцепилась дрожащими пальцами в лацканы пиджака, стараясь быть как можно ближе к нему, словно он единственный остров спасения в бескрайнем океане отчаяния и боли. Казалось, нас обоих затопило безумие, захлестнувшее и отказывающееся нас отпускать. Его губы были единственными, что я способна была ощущать после пережитого страха.

Он был моим якорем, который удерживал меня у безмятежной гавани.

После бесконечного долгого мгновения мужчина отстранился и погладил меня по щеке. Вторая его рука уже лежала на животе, подпитывая ребенка необходимой магией света. Я неотрывно смотрела в льдистые глаза, чувствуя, как по щекам текут слезы.

– Не плачь, – прошептал Анвэйм, стирая мокрую дорожку, – я рядом. Теперь все будет хорошо. Теперь я не позволю причинить тебе вред. – Опомнившись, он добавил: – И ребенку.

– Спасибо, – проговорила одними губами.

Мы смотрели друг на друга и, казалось, видели впервые. Те минуты, что я пережила вместе с Даргертом, казались мне вечностью. Даргерт…

Я отстранилась и заглянула через плечо эрлорда: на полу, у шкафа, лежал Даргерт с разорванным горлом. Меня тут же затошнило от увиденного зрелища, и я резко отвернулась.

– Он мертв. И не причинит тебе больше вреда.

– Он действовал не один, – проговорила я, и Анвэйм кивнул.

– Я понимаю. Не беспокойся: те, кто причастен к этому, еще понесут наказание. Теперь же нам надо выбираться отсюда. Тебя должен осмотреть целитель.

Мужчина обнял меня и помог подняться на ноги, продолжая удерживать. После чего подхватил на руки, чему я была только благодарна: ноги буквально не держали после пережитого. Маг открыл портал.

– Анвэйм, – остановила я его, – ты видел того, кто убил Даргерта?

– Надеялся, что его видела ты, я ощущаю лишь магию, – проговорил он задумчиво. – Но не сейчас. Не волнуйся, замок осмотрят, как и найдут следы порталов. Пока единственная твоя забота: здоровье твое и малыша, хорошо?

Я кивнула, положив голову мужчине на плечо и прикрыв глаза. Мы шагнули в портал.

Но вышли не во дворце Седьмого Великого лорда, как я ожидала, а где-то на равнине. Справа высилась огромная, необъятная, бескрайняя стена, состоящая из слепящих бело-синих искр. Я вопросительно взглянула на Анвэйма.

– Это граница?

– Да, – подтвердил Анвэйм. – Она пропускает магию лишь одного рода в одну сторону, поэтому я не хочу рисковать и переносить нас порталом сразу в Жемчужный дворец.

Так вот почему он прибыл первый раз за мной на драконе, а не перешел сразу порталом – надеялся забрать меня обратно на драконе, чтобы не рисковать из-за смешанной магией матери и дитя. Подождите-ка, в каком смысле Жемчужный дворец? Я слегка оттолкнула мужчину, и эрлорд поставил меня на ноги, но не спешил начинать разговор.

– Ты забираешь меня в Жемчужный дворец? – спросила я глухо. – Без вещей, без подготовки, после такого потрясения? Мне было бы сейчас намного легче дома, немного отлежаться и прийти в себя. – Он молчал, а я констатировала: – Ты опять все решил за меня.

– Я не могу иначе, – проговорил он, неотрывно смотря на меня. Протянув руку, эрлорд погладил меня по щеке и продолжил: – Не могу. Только если ты будешь рядом, под защитой в Жемчужном дворце, я могу быть спокоен. Я не собираюсь рисковать твоей жизнью. Прошу тебя, это будет последний раз, когда я о чем-то тебя прошу.

Я бы могла согласиться на все безропотно в благодарность за то, что пришел на помощь. Успел бы он, если бы не тот светлый незнакомец, что прибыл буквально на полминуты раньше? Дело не в этом. Дело в том, что я должно отстоять свое право принимать решения самостоятельно.

– Просишь? – переспросила я. – Не приказываешь?

Я знала, что ответ ему дался нелегко, ведь он правитель, который привык повелевать.

– Прошу.

– И отступишься, если я откажусь?

Анвэйм отстранился, посмотрев в сторону границы. Я взяла его руку в свои, заставив вновь посмотреть на меня, и заглянула в глаза. И я не заблуждалась насчет его ответа, ведь откажись я – заберет силой. Но нужно было хотя бы мнимо отстоять свои права.

– Я пойду с тобой, но не бесправной игрушкой, суррогатной матерью или кем ты меня там считаешь. Я пойду с тобой, но лишь в том случае, если ты действительно выступаешь защитником, а не тираном.

Мы бесконечно долго обменивались взглядами. Странно, но я уже привыкла к тому морозному холоду, который возникал каждый раз, когда я смотрела в его глаза. Сегодня я видела, что под этой коркой льда кроются такие эмоции, о которых другие даже не слышали.

– А ты считаешь меня тираном? – неожиданно спросил он, будто эта фраза его особенно уязвила.

– Неужели ты никогда не задумывался о том, как выглядят твои поступки? Они направлены на защиту ребенка, но при этом мои чувства – всегда за гранью твоего понимания.

Вновь молчание. Долгое, от которого кожа покрывается инеем. Мужчина шумно выдохнул и отвернулся.

– А он? – спросил он. – Он для тебя кто?

Я безошибочно поняла, о ком говорил эрлорд.

– Мой суженый? – спросила я, не до конца уверенная в правильности ответа.

Анвэйм усмехнулся и покачал головой. Посмотрев мне в глаза, он твердо произнес:

– Я буду для тебя защитником. Для тебя и ребенка. До тех пор, пока тебе это будет нужно.

Его слова на самом деле значили намного больше. Они давали мне намного больше. Раньше он говорил "до родов", теперь – "до тех пор, пока тебе это будет нужно". Это подкупало. Я первая шагнула через стену, лишь краем глаза я увидев, как на темной стороне в это же время открылся портал – темный, из которого шагнул растерянный Хассаир.

Наталья Мамлеева
Беременна по обмену, часть II

Глава 1

Аламинта де Шалис

Напряжение между мужчинами можно было резать ножом. Я переводила взгляд с одного на другого и мысленно перебирала варианты развития событий. Ну не вцепятся же они друг в друга?

Мы только разместились в кабинете его светлости – уютном, выполненном в темносиних тонах, с массивным столом и кожаными креслами. У входа справа стоял еще диван с журнальным столиком – именно туда мне хотелось сбежать от этих двоих.

Ардахейм встретил меня солнечной погодой, когда я перешла границу. Стена внутри напоминала воду: прохладная, приятная на ощупь, прозрачная, но с уловимыми внешними колебаниями магических потоков.

Я быстро рассказала все, что произошло во дворце Седьмого лорда. Мужчины переглянулись, обдумывая услышанное.

– Значит, они действовали руками наемников – тогда вряд ли удастся отыскать следы связи ордена наваитов и темных, которые организовали похищение. А то, что они отвлекли меня, слишком косвенная улика, – прокомментировал Анвэйм.

Значит, все-таки орден наваитов. Знать бы еще подробности об их деятельности.

– Что с лордом де Шалисом? – спросила я прямо. – И с эстресс Марисель? С Авиной?

С тем эрастаном, что защищал меня?

Анвэйм открыл рот, но так и не ответил.

– Всё хорошо. Не волнуйся об этом. Тебе нужно отдохнуть, – произнес мужчина.

– Ты вновь решаешь за меня, – произнесла с некоторой обидой. – Мы ведь договаривались…

Понимаю, он пытается уберечь меня от правды, но сейчас это – не лучший выход. Я не душевнобольная и имею право знать!

– В этом весь Анвэйм, – хмыкнул Хассаир. – Всё решает единолично, хотя мог бы посоветоваться со мной, где тебе будет лучше, Аламинта. Ты все-таки моя пара.

– Пара? – с усмешкой спросил эрлорд, подняв на него усталый взгляд. – Ты утверждаешь, что ты – её истинный, но даже не смог почувствовать опасность?

Мне тоже был интересен этот вопрос, поэтому я подняла на его темнейшество заинтересованный взгляд. Он не ответил, лишь прищурился.

– У меня были свои причины.

– Какие же?

– Пока не могу их озвучить, – произнес он с напряжением, и я ему поверила. Я, но не эрлорд, тот лишь усмехнулся. – Аламинта, если ты хочешь, я могу забрать тебя во Дворец Ночи прямо сейчас. Ты не обязана слушаться Анвэйма.

Не обязана. Он прав. Я встретилась взглядом с эрлордом. Я пообещала ему, что останусь. Пообещала ради ребенка.

– Прости, но сейчас я думаю, что в Жемчужном дворце будет безопаснее и для меня, и для ребенка. К тому же подпитки никто не отменял – ребенку будет нужна светлая магия.

Я смущенно отвела взгляд. Чувствовала себя предательницей. Хассаир шумно вздохнул.

– Хор-рошо. Тогда, – он обернулся к Анвэйму, – ты должен пообещать, что я в любое время могу видеться со своей истинной, раз ты принимаешь решение столь единолично.

– С чего бы?

– Ты нарушил наш уговор.

– Уговор? – зацепилась я за фразу. – Какой уговор?

– О, можно сказать, что продал тебя, – сказал Хассаир, и я наградила его непонимающим взглядом. – Он позволил мне видеться с тобой, даже заключить с тобой помолвку и оставить тебя на Темных землях с условием, что я предоставлю ему шифр от дневников своего деда.

– Это правда? – возмущенно спросила я, посмотрел на Анвэйма. Краска сошла с моего лица. – Что в этом дневнике такого важного, что ты так поступил?

– Мне тоже интересно, – произнес Хассаир, встав у меня за спиной. – Не хочешь поделиться?

Анвэйм молчал, лишь молча смотрел на меня. Я шумно вздохнула – как минутой назад Хассаир.

– Пожалуй, мне пора, – произнес делорд и открыл портал. – Попробую связаться с придворным магом Седьмого лорда. Он состоит в совете магов – они должны что-то знать о месте его нахождения.

Анвэйм кивнул, и мы с ним остались наедине. Я злилась на него. Очень злилась. Даже больше, чем могла себе представить.

– Надеюсь, у тебя есть веские основания для подобного поведения. Я не игрушка, ваша светлость! У меня есть право решать самой. И не прикрывайтесь ребенком. Вы действуете столь категорично не только из-за него. Я ведь могла согласиться отправиться с его темнейшеством, но не сделала этого.

– Еще не поздно изменить свое решение, – раздраженно хмыкнул Анвэйм. Еще немного, и я бы подумала, что мужчина ревнует. – Хотя в сущности никакой разницы – что во дворце Ночи, что в Жемчужном дворце – видеться с ним вы будете крайне часто.

Я открыла рот и закрыла. Логично, если Анвэйм не следовал условиям договора, то и Хассаир не будет. Пожалуй, если в Жемчужном дворце будет проходить Отбор невест для Анвэйма, мне здесь не будет места, поэтому Хассаир будет приятным собеседником.

Должно быть, я совсем бесчувственная, раз о своем истинном говорю “приятный собеседник”. Зато это будет чудесная возможность узнать его лучше и, быть может, влюбиться в него, раз мой единственный вариант – это остаться в этом мире и наблюдать, пусть и издалека, за взрослением ребенка.

– Тебя это злит, – наконец, вымолвила я.

– Да, – не стал спорить эрлорд. – У меня и так забот хватает, чтобы еще и следить за темным повелителем.

Вот значит как? Все дело в заботах. А я уж было надумала… Очнись, Света, он – сам лед! Если один раз проявились эмоции, это не значит, что они навсегда поселились в его сердце.

– Не беспокойтесь, ваша светлость, заботу о темном повелителе я полностью возьму на себя.

Поднявшись, я вышла из кабинета. Даже правильнее будет сказать “вылетела”. В коридоре, стены которого были обиты светло-бежевой тканью, а на полу расстелена темно-серая дорожка с каким-то непонятным орнаментом по краям, меня встретила заплаканная Авина. Девушка тут же упала на колени.

– Леди! Вы живы! С вами все хорошо? Я та-а-ак пережива-а-ала, – девушка расплакалась, утирая слезы уже скомканным платком. – Я так переживала.

– Авина, встань, – попросила я и подавая девушке руку. В это время из портала вышагнул Анвэйм и перевел строгий взгляд на служанку, которая не знала, куда себя деть.

Ваша светлость.

– Комната леди Аламинты прибрана?

– Да, – отозвалась Авина и хлюпнула носом, тут же пониже опустив голову.

– Хорошо, – кивнул светлый и перевел взгляд на меня. – Отдыхай. К тебе зайдет целитель. Я вернусь позже, чтобы проведать тебя.

– Спасибо.

Светлый скрылся в портале, а я перевела взгляд на служанку и устало улыбнулась.

– Как ты себя чувствуешь? Я испугалась, когда тебя откинуло магией. А как лорд де Шалис? То есть отец? С ним тоже все хорошо? Если ты можешь, я бы хотела узнать больше о том, что произошло.

Глаза Авины забегали, она закусила губу, после чего отошла в сторону.

– Все потом, леди, пожалуйста, сейчас вам необходимо отдохнуть.

Нахмурившись, я отправилась за Авиной в нужное крыло и вскоре вошла в выделенные покои, но теперь мысли о лорде де Шалисе не покидали меня. Неужели он… погиб? Я так надеялась, что его удастся спасти!

Но что же на самом деле произошло во дворце Седьмого Великого лорда? Кто были сообщниками И какую правду от меня хотят скрыть?

Уже прошло больше месяца со времени, когда я попала в этот мир. Кажется, что вечность. Прошлая жизнь будто стерлась из воспоминаний, сменившись заботами о насущных проблемах. Уже больше месяца как в моей жизни появились светлый малыш, которому осталось всего ничего до рождения, и его папа с холодным сердцем и льдистыми глазами, в которых мне удалось увидеть чувства и эмоции.

Тогда, на границе, я особенно почувствовала, что мое место посередине двух миров. Нейтральная. Ни светлая, ни темная. Не обладающая магией. Что меня ждет в Ардахейме? Что меня ждет во дворце, где будет проходить Отбор невест для отца моего ребенка? Сложно даже представить.

Гостевые покои Жемчужного дворца разительно отличались от комнат самой Аламинты: и дело даже не в цветовой гамме, а в обезличенности. Вторые характеризовали свою хозяйку, были её воплощением, даже какие-то мелкие детали постоянно напоминали мне, что я – не она, что я лишь гостья в этом теле.

Здесь же “мы обе” были гостьями: уютная гостиная со светло-кремовыми стенами, мягким уголком по центру, обитым зеленой тканью, и высокими стрельчатыми окнами, идущими друг за другом через широкие рамы, из-за чего создавалось впечатление витража, было абсолютно нейтральным, подходящим всем. Светлые шторы, мягкий ковер у окна, словно созданный для того, чтобы стоять здесь с чашкой горячего кофе или чая и наблюдать за рассветом или закатом. Мне вдруг стало не хватать той самой горячей кружки с чаем, поэтому я развернулась к Авине.

– Как ты себя чувствуешь? Тебе не требуется немного времени для отдыха? Ты восстановилась? Удивлена, что тебя сразу же отправили ко мне.

– Это лишь моя инициатива, – ответила служанка, улыбнувшись. – Мне хочется быть рядом с вами. Со мной всё в порядке – я всего лишь потеряла сознание, но целители уже напоили меня отварами. В лазарете я пробыла не больше часа, после чего меня отпустили. Мои вещи уже к тому моменту перенесли из дворца вашего отца в мою старую комнату в Жемчужном дворце, поэтому я переоделась и отправилась выяснять, всё ли с вами в порядке.

– Авина, твои слова слишком трогательны, я не могу сдержать слезы, – проговорила я и утерла слезу, собравшуюся в уголке глаз. – Спасибо тебе за доброту.

– Ну что вы, леди! Быть может, вы хотите чаю и какие-нибудь закуски? Не представляю, сколько вы натерпелись.

– Если тебе не сложно, – согласилась я.

Авина просияла, словно только этого и ждала.

– Конечно, леди Аламинта! Я быстро, – девушка поклонилась, лишь у дверей остановилась и повернулась ко мне: – Его светлость приказал приготовить не те покои, в которых вы гостили раньше. Это другое крыло, для светлых гостей. Вы не против? Вам здесь нравится?

Я улыбнулась, поняв, что эрлорд вновь проявил внимательность и заботу, но даже ни слова мне не сказал. Какой же он… невыносимый! В хороше-плохом смысле. С одной стороны его слова колючие, а с другой – поступки, которые с каждым днем подкупают меня все больше.

Но омрачало все информация об уговоре между ним и Хассаиром.

– Мне всё очень нравится, – ответила я. – Не беспокойся об этом.

– Я очень рада! – эмоционально воскликнула Авина и вновь развернулась к выходу, уже дотронулась до ручки двери, когда вновь посмотрела на меня. – Скоро придет придворный целитель, магистр Ревиоли. Я постараюсь вернуться до его прихода, но могу не успеть.

Я кивнула, и девушка наконец выскочила за двери. Я вздохнула и прошла в еще одну комнату, ожидая увидеть спальню, но это была скорее небольшая комнатка, в которой стоял столик для чаепитий и два кресла у окна. Обои здесь были такие же расслабляющие глаз, а на стене справа висела картина, на которой был изображен скачущий по берегу единорог. На столике стоял букет цветов, и сама комнатка выглядела как личная гостиная для приема близких гостей или одиноких завтраков и обедов. Странно, но это почему-то многое сказало о характере самих светлых: они более закрытые, чем темные, и прежде чем пробраться к ним в душу предстоит пройти не одну дверь.

Следующей комнатой оказалась спальня с двумя дверями, одна из которых вела в гардероб, а другая – в ванную. Спальня выполнена в нежно-розовом цвете, поэтому мне быстро стало понятно, что эти гостевые покои больше предназначены для представительниц прекрасного пола. Кровать без балдахина, широкая, с мягкими бортиками, бюро с множеством ящичков, а напротив него у другой стены – небольшая софа. Туалетный столик нашелся в гардеробной, которая сейчас была полупустой, не считая нескольких чистых гостевых вещей.

Дверь спальни открылась, и я вздрогнула, увидев на пороге светлого старца с зачесанными назад редкими седыми волосами и тонкой жидкой бородкой. Его блеклые глаза казались неживыми – в молодости они наверняка имели цвет вешнего океана, но сейчас потеряли всю свою насыщенность. За ним стоял молодой человек и держал в руках саквояж.

– Доброго дня, леди Аламинта, – поприветствовал меня, стало быть, магистр Ревиоли.

– Позвольте провести ваш осмотр.

– Конечно, меня предупредили о вашем приходе, – кивнула я, но все же поинтересовалась: – А где эстресс Марисель? Она вела мою беременность.

– Да, она уже передала мне все данные. Но с этого дня вашей беременностью буду заниматься я. – Заметив недоверие на моем лице, он продолжил: – Не волнуйтесь, леди Аламинта, ведь я один из первых, кто начал наблюдать вашу беременность. У меня есть показания и от магистра Энрада, и от эстресс Марисель.

– Магистр Энрад очень давно не ведет мою беременность, а за те несколько месяцев могло многое поменяться, – сказала я, хотя на самом деле и не помнила, когда он вел её. Видимо, он обследовал Аламинту на совсем ранних сроках.

– Понимаю, он ведь на службе у темного, хотя, должен признать, он великолепный маг-универсал и мог сделать хорошую карьеру, если бы не уехал в Фарахейм, – неожиданно поделился придворный целитель задумчиво. Хотя я вспомнила, как магистр Энрад принижал свои способности, говоря, что здесь он бы ничего не добился. Скромность – страшная вещь! – Но ведь именно я занимался вашей беременностью изначально, поэтому просто продолжу свое дело. Вы доверяете мне? На моих руках родились все члены правящей семьи, в том числе эрлорд.