Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 13.2

Аламинта де Шалис

 Проснулась я в более чем разбитом настроении. Всю ночь мне снилось, как подросший ребенок проклинает меня за то, что я сама выбрала его судьбу, сама сделала за него выбор. По пробуждении долго думала о том, какие права имею на ребенка. По сути – никаких, если не считать, что теперь я – Аламинта, это тело мое и кровь в ребенке отчасти тоже моя.

Возможно, я слишком строга к эрлорду. Моя психологическая травма перенеслась со мной в этот мир.

Я не могла забеременеть в своем мире, из-за чего муж ушел от меня, посчитав бракованной. Я теперь не доверяю мужчинам, не могу их видеть сильными защитниками и полагаюсь на себя. Моя ошибка в том, что я мерю всех мужчин по одному лекалу, что в корне неверно: не все мужчины одинаковы. Осознать, переосмыслить свои поступки – это важно.

Но ещё более важно другое… Осознание, что ребенку нужен отец. Что эрлорд может дать ему намного больше, а я веду себя слишком эгоистично. Вспомнилась притча о царе Соломоне, когда родная мать готова была отдать своего ребенка, лишь бы он был жив, а неродная – готова была разрубить его пополам.

Так вот, до этого момента я вела себя как неродная мать, думая лишь о себе и зацикливаясь на своем горе.

Но правда в том, что главное – счастье ребенка. У него в любом случае не будет полной семьи, не будет той любви и нежности, которая могла быть с любящими отцом и матерью. Но забирать его себе в немыслимые и невообразимые условия – неверно. С чего я взяла, что к светлому ребенку на темной стороне, предположим, во дворце Хассаира, будет отношение лучше, чем в Жемчужном дворце? Едва ли.

А меня эрлорд не пустит жить в Жемчужный дворец, о чем он уже сказал. Заявление о том, что он не будет унижать супругу не только бастардом, но и его матерью, характеризуют его как семьянина, как человека, который будет верен избранной женщине. Я не могу его в чем-то винить. Вся вина лежит на Аламинте.

Я поняла, что вопреки всему поступлю правильно: так, как будет лучше ребенку. Не из собственного эгоизма, не буду цепляться за него руками и ногами, а действительно разберусь, что будет ждать эту малютку в Жемчужном дворце. Для этого желательно как-то попасть туда, хотя бы на неделю, и разведать обстановку. Но я никогда не стану матерью, лишающей своего ребенка принадлежащих ему по праву рождения привилегий.

Погладила живот, я улыбнулась. Первый раз за долгое время в моей душе поселился покой. Я приняла сложное для себя решение, сложное для любой женщины решение. Кто-то его осудит, но пока оно мне видится единственно верным – понять, что важно именно для ребенка, что безопаснее для него. Ведь в Жемчужном дворце никто не позволит остаться темной матери, к тому же, истинной делорда.

У меня будет своя судьба с множеством трудностей, но и выбора у меня не было. Значит, мне придется принять законы этого общества и подстроиться под него.

– Знаешь, малыш, я не знаю, что ждет нас впереди, – я улыбнулась, почувствовав толчок, – кое-что я могу оставить для тебя на память. Думаю, самое время прогуляться и прикупить тебе твои первые вещи.

Не успела я додумать эту мысль, как вошла эстресс Марисель.

– Доброе утро, леди Аламинта, – произнесла она с улыбкой. – Как ваше самочувствие?

– Лучше, чем раньше.

– Вот как? И в чем проявляются перемены? – спросила она, подойдя ближе и поставив свой саквояж на тумбочку.

– Во мне, – искренне ответила я. – Думаю, самое время воспрять духом и наслаждаться событиями, исход которых не зависит от меня.

Женщина с полуулыбкой смотрела на меня, наклонив голову. Вздохнув, она присела рядом и взяла мою руку, начав отсчитывать пульс. Когда со всеми условностями было покончено, Авина помогла мне подготовиться к началу нового, такого важного дня для моей собранной из осколков личности.

– Доброе утро, – встретил меня эрлорд в гостиной.

– Доброе утро.

– Возможно, я вчера был несколько груб, – заметил он. – Но я не привык увиливать и говорить полуправду. Мне претит любого рода ложь, пусть даже порой она направлена на смягчение некоторых обстоятельств.

– Вы правы, – ответила я. – Вы во всем правы. Вы как-то упоминали, что этот ребенок появился против вашей воли, если можно так сказать. Я не знаю, какие отношения вас связывали… – я осеклась, не договорив. – В общем, я уважаю ваше стремление защищать навязанного дитя. Ведь он жив до сих пор благодаря вам, насколько я понимаю. А единственное, что сделала для него я, – это оказалась нейтральной. Независящее от меня обстоятельство. Долгое время я думала, что имею право претендовать на того, к кому на самом деле имею опосредственное отношение.

– Однако, возможно, ты единственная, кому этот ребенок был дорогим изначально, без долга чести, как в моем случае, – не стал скрывать своих мотивов эрлорд. – Одно это вызывает мои искренние восхищение и уважение.

Я не ответила. Прошлась вдоль комнаты к окнам, выходящим в сад. Солнце близилось к полудню, но еще недостаточно пекло, чтобы щуриться. Его светлость молчал.

– И что же – даже не будете пытать меня вопросами? – спросила я, слегка обернувшись к нему.

– Бесполезно, – хмыкнул он. – Захочешь – сама расскажешь. А не захочешь… значит, я заслужил этого. Я ведь долгое время переносил на тебя свою злость на Аламинту, а ты даже не она.

Я неожиданно улыбнулась. Сама не знаю отчего, но оказывается так приятно быть самой собой. Разговаривать с ним от собственного имени… или почти собственного.

– Света, – выдохнула я, и эрлорд приподнял непонимающе брови. – В моем мире меня звали Светой. Полное имя – Светлана.

– Света? – удивился эрлорд и тоже улыбнулся. Эта улыбка топила иней, который, казалось бы, покрывал его лицо. – Какое символичное имя для нашего мира. Может быть, это судьба?

– А вы верите в судьбу? – удивилась я, и эрлорд усмехнулся.

– Вообще-то нет. Я считаю, что каждый сам творец своего счастья. От того не верю и в пророчества.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Расскажете? – затаив дыхание, произнесла я. – Откровенность за откровенность.

Глава 13.3

Эрлорд несколько секунд смотрел на меня, а затем медленно кивнул.

– Пожалуй, тебе можно доверять. Разговор предстоит нелегким. Предлагаю провести сегодняшний ужин вместе, а затем обстоятельно поговорить обо всем за бокалом… сока, – вовремя исправился эрлорд, взглянув на мой живот.

Причем он едва сдерживал улыбку. Выглядело это настолько комично, что я рассмеялась, обхватив руками живот.

– Вы же не причините ему вреда, правда? И не позволите обижать его в Жемчужном дворце?

– Никогда, – искренне ответил его светлость, и я знала, что за обещаниями этого сильного мужчины скрыто гораздо большее. Не смотря на всю его колючесть, льдистость, ему можно было доверять как никому другому.

В этот момент в комнаты вошла эрледи. Мы слегка склонили головы в знак приветствия, когда Джина обратила внимание на своего внука.

– Что ты тут делаешь? Разве тебе не нужно приветствовать невест?

Анвэйм почему-то посмотрел на меня, будто ожидая моей реакции. И она, к моему огромному стыду, была. Мне казалось, что вокруг меня моментально выросли множество иголок, каждой из которых хотелось уколоть эрлорда побольнее, в самое чувствительное место.

– Мне действительно пора, – проговорил он. – До вечера… Аламинта.

Он ушел порталом, а эрледи обернулась ко мне с улыбкой.

– Как насчет завтрака?

– А как вы смотрите на то, чтобы позавтракать в какой-нибудь булочной города? – спросила я, и эрледи приподняла брови. – Джина, я приглашаю вас на прогулку. Я решила, что мне хочется выбрать кроватку, люльку и прочие детские вещи для ребенка, раз уж я едва ли сама смогу его воспитывать. Пусть это немногое напоминает ему обо мне, какое бы будущее нас в прошлом не ожидало.

Джина молчала, лишь её взгляд был наполнен грустью. Наконец, она кивнула.

– Для меня будет честью прогуляться с тобой и скрасить твое бремя приятных хлопот.

– Спасибо, – искренне отозвалась я. – Тогда я надену плащ, перчатки и выйду. Вы сможете открыть портал?

– Разумеется. Только нам надо взять с собой Авину и стражников. Ты не против?

– Разумеется, нет, – откликнулась я.

Лорда де Шалиса мы тоже предупредили. Казалось, он нервничал и переживал, но в итоге присутствие двух стражей, в том числе Санхеля, убедило его в том, что мне нечего бояться.

– Ты можешь встретить знакомых, – наклонившись ко мне, шепнул лорд де Шалис.

– Сделаю вид, что ужасно тороплюсь. Я устала сидеть в четырех стенах. Мне хочется движения.

– Твоя правда, – кивнул мужчина и выделил Авине увесистый мешочек с золотом, а затем сам открыл нам темный портал.

Мы вышли на главной торговой площади. Была первая половина дня базарного дня, поэтому улицы буквально кишели людьми в самых разных одеждах: от простых до дорогих, вычурных нарядов. Я натянула капюшон поглубже, чтобы издали меня никто не узнал.

Четырех и пятиэтажные дома из темного камня, словно графита, окружали обширную площадь. На первых этажах были магазинчики, кофейни и булочные со стеклянными витринами. В центре располагались ровными рядами шатры, мимо которых мы и направились.

– Ты ведь хотела сначала позавтракать, – напомнила Джина, и я отмахнулась.

– Несколько позже. Пока мне не терпится взглянуть на детские вещи.

Все проходящие покупатели были темноволосыми, поэтому мы с Джиной заметно выделялись. А вот среди торговцев было много светлых: они привозили экзотический товар со светлой стороны. Обычно, у таких палаток было больше всего зевак.

– Смотрите, какие там милые игрушки! – воскликнула я и уверенно направилась к шатру. За прилавком стояла светловолосая девушка. Заметив эрледи, она было открыла рот, но Джина приложила палец к губам, призывая её к молчанию.

– Что вам угодно? – спросила она участливо, но при этом продолжала бросать заинтересованные взгляды на Джину.

– Игрушки для самых маленьких.

Девушка понятливо кивнула, бросив мимолетный взгляд на едва выпирающий живот, который почти полностью скрывал мешковатый плащ, и начала показывать ассортимент. Я брала почти все без разбора, а девушка упаковывала все в бумажные обертки. Я поздно спохватилась о деньгах, но, видимо, “отец” выделил достаточно денег, потому что кошель опустил лишь на десятую часть. Стражи быстро все переправили порталами во дворец лорда де Шалиса.

– Теперь вещи…

– Я видела тут один модный детский салон, там наверняка есть что-то готовое и можно сделать на заказ.

Ах да, вряд ли здесь так просто продается одежда. Что ж, тогда ей займемся в последнюю очередь, а пока – люлька. Я уже собиралась переходить к следующему ряду, когда мое внимание привлек кукольный театр. Мы как раз успели к началу, поэтому оказались в первых рядах и застыли невольными зрителями. Я с интересом наблюдала печальную историю любви между светлой и темным. Закончилось все печально: светлую забрали домой, но она была беременна. Ей пришлось сбежать, но долго она не прожила: темная магия дитя убило её, а темный отец горевал над могилой нерожденного дитя и умерщвленной возлюбленной. Я была настолько заворожена историей, что не сразу обратила внимание на реакцию Джины: она стояла рядом, неподвижно, лишь в глазах застыли слезы.

Я достала из кармана плаща платок и подала его эрледи.

– Вы в порядке?

Она утерла слезы белой тканью с кружевной оторочкой и покачала головой.

– Нет, не все в порядке, Аламинта, – прошептала она и, отвернувшись, прошла между зрителями, удаляясь от кукольной сцены.

Я поспешила за ней. Она направилась к одной из кофеен. Внутри было уютно: деревянные голубые столики, мягкая обивка и сладкие ароматы. Сделав заказ (что-то вроде блинчиков с эмичным джемом), мы присели за столик. Джина выглядела разбитой.

– Расскажите, в чем дело? – спросила я и женщина вздохнула.

– Та девушка… в спектакле… – эрледи посмотрела мне в глаза, – это моя дочь.

Глава 13.4

Насколько я знаю из прошедших уроков, у Джины было два ребенка: сын и дочь. Сын был предыдущим правителем Ардахейма и отцом эрлорда, значит, девушка в спектакле приходилась тетей Анвэйму.

– Если вы желаете поговорить об этом, я открыта к беседе, – ответила осторожно.

– Эта история давно забытых дней и о ней предпочитают не вспоминать в приличном обществе, поэтому ты, должно быть, о ней не слышала, – произнесла Джина. – Это было около ста тридцати лет назад. Стэфания, моя дочь, связалась с темным, влюбилась и… забеременела.

– И ребенок, разумеется, был темным по всем законам нашего мира, – с горькой усмешкой произнесла я.

– Да, – согласилась эрледи. – Он уничтожал Фани. Моя дочь умирала на глазах своих едва ли не всесильных родителей. Мы ничего не могли сделать, он запрещала нам. Тогда мы и понятия не имели о ритуале, благодаря которому можно заблокировать силу, – Джина устало посмотрела на меня, – хотя я и сейчас об этом ничего не знаю. Но суть не в этом. Мы пытались спасти дочь, но мы были молоды и непреклонны, поэтому… Фани сбежала.

Повисла пауза. Нам принесли наш заказ, после этого Джина продолжила, смочив горло горячим чаем.

– Во дворец она вернулась в гробу. Мое горе было безутешным, впрочем, как и моего мужа. Он не выдержал смерти дочери и сам ушел за ней спустя несколько лет. Возможно, он был не лучшим правителем, но прекрасным отцом. Перед смертью, Аламинта, он произнес пророчество, о котором ты, возможно, слышала.

Джина внимательно посмотрела на меня, но я сделала вид, что ничего не знаю. Тогда женщина продолжила:

– В свете ходит лишь одна его сторона, самая известная, хотя не многие придают этому значения. Но мой муж произнес иные слова, противоположные.

Я затаила дыхание, напрочь забыв о блинчиках, во все глаза смотря на эрледи.

– В ночь, когда будет светит полная луна, под небом двух миров родится мальчик, что своей силой уничтожит свет и тьму. Не будет ему равных, не будет ему друзей. Его опасность – в двуликости. Его имя – неотвратимость, – зловеще произнесла эрледи. – Слышала что-нибудь об этом?

– Первый раз в жизни. Мальчик. Вот почему вы так хотели узнать пол ребенка?

– Да, – прошептала она, в упор посмотрев на меня – без наигранности, с полной серьезностью. – Видимо, этому ребенку суждено родиться. Даже небеса на его стороне, раз послали тебе Хассаира в качестве суженого. Быть может, этот ребенок действительно всё изменит в этом мире? Быть может, нужно всех уничтожить, чтобы возродить новый нейтральный мир?

– А вдруг обойдется без уничтожения?

– Все мы в этом мире носители света и тьмы. Если уничтожить их, то придется уничтожить каждого в этом мире. Это еще одна причина, почему меня так заинтересовал ритуал де Шалиса. Но я устала бороться и жить в страхе перед неизведанным. Раз тебе суждено быть правительницей Темных земель, но при этом и матерью наследника Ардахейма, пусть будет так. Я не знаю, какую игру затеяла судьба, но мне будет интересно посмотреть.

Судьба, судьба… А вот Анвэйм не верит в судьбу.

– Вы сдаетесь? – улыбнулась я. – И больше не будете пытаться подтолкнуть меня к обряду по определению пола?

– Ты догадалась? – с печальной улыбкой спросила Джина, и я кивнула.

– Вы никогда не хотели мне вредить, однако своей докучливостью делали все возможное, чтобы я сдалась и доказала вам, что ваши методы не работают, проведя настоящий обряд. Так?

– Ты умна, – согласилась Джина, – хотя не понимаю, что за планы у вас с лордом де Шалисом.

– Планы у него, – выделила я последнее слово, – я лишь хочу выносить своего ребенка.

– Вы так с ним похожи, – прошептала Джина. – Оба идете к цели, не взирая на препятствия.

– О ком вы? – приподняла брови, но Джина не стала отвечать, лишь отрицательно покачала головой и сложила салфетку на стол, поднявшись.

– Мне придется как-то усмирить орден наваитов, – со вздохом произнесла эрледи. – Но что же поделать? Анвэйм сам принял это решение. После сегодняшней прогулки я возвращаюсь в Ардахейм. Возможно, мы больше не увидимся. Но желаю тебе счастья, Аламинта.

Что за орден такой и почему его надо усмирять, я не стала спрашивать. Вдруг это что-то, о ком известно всем?

– Благодарю, – ответила я. – И вам счастья, эрледи.

– Спасибо. А теперь кушай. У нас еще длинный день.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 13.5

Следом по расписанию значился мастер по дереву. Именно у него мы собирались заказать люльку, а также детский раскладной стул. О нем здесь не слышали, поэтому по пути я продумывала чертеж, который обговорю с мастером. Также я планировала внедрить пеленальный столик и манеж, хотя подумывала, что с множеством нянечек ребенку это будет не нужно. Я все еще мыслю стериотипами из своего мира.

Также покоя не давал прошедший разговор с Джиной. Я не могла забыть об ордене наваитов. Кажется, он представляет опасность, раз Джина упомянула о нем. История её дочери тоже не оставила меня равнодушной: чисто по-человечески мне было жалко девушку. Ни в чем неповинную девушку, влюбившуюся в другого.

И пророчество… я наконец-то узнала, какое из них настоящее, а какое – фальшивое. Теперь вдвойне интересно, о каком пророчестве было известно Аламинте и почему она решилась на этого ребенка?

У ремесленника мы задержались до самого обеда: начертить оказалось легче, чем объяснить собственные чертежи, которые были далеки от инженерных. В общем, от него мы отправились сразу в ресторацию. Двухэтажное здание находилось на одной из фешенебельных улиц, как я поняла по дорогим каретам и огромным особнякам с частной территорией. Внутри приятный молодой человек проводил нас за столик. Сделав заказ, я извинилась перед Джиной и отправилась в дамскую комнату.

Уже умывая руки, я услышала позади себя голос:

– Аламинта? Боги, не верю, что это ты. Вот так удача встретить тебя тут.

Медленно обернувшись к говорившей, я нервно улыбнулась. Напротив стояла молодая женщина в темно-коричневом сатиновом платье с короткими рукавами, украшенными тесьмой. Её волосы были собраны в высокую прическу. Улыбнувшись, она обняла меня. Даже ни капли не удивившись моему положению. Они виделись с Аламинтой во время её беременности? Когда успели? Или же вели переписку? Но ничего подобного я не нашла.

– Аламинта, дорогая моя, как я рада видеть тебя!

– И я тебя…, – сдавленно ответила я, не зная, как к ней обратиться.

Но казалось ей это было и неважно, девушка просто продолжала улыбаться.

– Ну как ты? Рассказывай! Хочу знать все в мельчайших подробностях.

Хм, следует быть осторожной в разговоре с ней. Понятия не имею, как правильно себя вести.

– Думаю, большую часть истории ты знаешь, – начала осторожно, и незнакомка наградила меня понимающим, неожиданно серьезным взглядом.

– Разумеется, дорогая. Я так рада, что встретила тебя здесь случайно – лучше будет предупредить тебя о наших планах, чем действовать несогласованно.

Я явно не понимала, о чем речь. И кажется, эта девушка наслаждалась произведенным эффектом. Неужели она следила за мной? Как же понять, кто друг, а кто – враг? Кому Аламинта могла доверять? На кого могла положиться?

– Не понимаю…

Девушка выпустила магию, я невольно отшатнулась, но магия была, видимо, от прослушки.

– Я в договоренности с Даргертом, – наклонившись ближе, перебила незнакомка и улыбнулась, увидев растерянность на моем лице. – Понимаю, тебе сложно в это поверить – он мне никогда не нравился, но я готова на многое ради тебя. Мы можем тебя спасти. У нас есть план: мы долго и тщательно готовились. Главное, чтобы ты не передумала.

Готовились? К чему? К побегу? Когда-то я действительно задумывалась об этом, но тогда я не знала всей силы власти, что имеет эрлорд. Да и боялась его куда больше, чем сейчас. Но главное в тот момент у меня не было надежды – делорда, способного защитить и меня, и ребенка. По крайней мере, если мой план осуществиться. Слишком меркантильно, знаю, но пока у меня не было других вариантов.

– Аламинта? – девушка нахмурилась, почувствовав смену моего настроения. – Что-то не так?

– Всё не так, – ответила, подняв взгляд и посмотрев на “подругу” прямо. Видимо, она была подругой. Аламинте, а не мне. – Сейчас все изменилось. Я больше не хочу бежать. Прости, – я посмотрела в сторону выхода, – мне пора. Меня ждут.

– Аламинта, – растерянно проговорила девушка, – ты уверена? Не на такой ответ я рассчитывала. Мы многим рисковали, чтобы спасти тебя. Почему… почему ты изменила решение? Этот ребенок убьет тебя! Подумай еще раз.

– Он не причинит мне вреда благодаря ритуалу, проведенному отцом. Не волнуйся обо мне.

– Не волноваться? Ты буквально отправляешь себя на смерть, а потом говоришь не волноваться? Должно быть, ты сошла с ума!

– Я в здравом уме и твердой памяти, – ответила, стараясь сдержать эмоции. – И успела расставить приоритеты за последний месяц. Теперь моим приоритетом является мой ребенок. Надеюсь, я была услышала. Как уже сказала, меня ждут, поэтому не смею больше отнимать твое время. Всего доброго.

Сделав книксен, я буквально бегом направилась к выходу. Сердце безумно колотилось. Чего именно я боялась? Того, что эрлорд о чем-то узнает и действительно запрет меня где-нибудь в Жемчужном дворце? Нет, я боялась другого: что Даргерт просто так не успокоиться.

Когда вышла, я постаралась привести в порядок дыхание, отойдя немного дальше. Когда незнакомка вышла из дамской комнаты, я остановила молоденькую подавальщицу и спросила её:

– Ты знаешь, как зовут ту леди?

– Леди Аламинта? – удивленно отозвалась подавальщица, узнав меня. – Это же ваша подруга, Шиена Аверлард. С вами все хорошо?

Боги! Спасите меня. Я отстранилась от девушки и постаралась придать лицу надменное выражение.

– Я просто шучу, – ответила я и вернулась к Джине.

– Ты словно призрака увидела, – прошептала эрледи, когда я села за столик. – Что случилось?

– Внезапная головная боль и усталость. На моем месяце длительные прогулки утомительны. Боюсь, что на детские вещи сегодня уже не останется сил.

Эрледи понятливо кивнула. Принесли заказ. А меня одолевали мысли самого различного содержания. Беспокоил прошедший разговор с Шиеной Аверлард и предстоящий – с его светлостью. Хотя самое важное я уже узнала от эрледи.