Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Я принимаю твою клятву, – сообщил его темнейшество, после чего опустил в чашу палец и оставил окровавленный отпечаток на внутренней стороне моей ладони рядом с большим пальцем. Отпечаток тут же преобразовался в своеобразную татуировку, вспыхнул и… погас, словно его и не было. – Да здравствует Великая леди Аламинта де Шалис.

Я склонила голову в знак почтения и благодарности, после чего его темнейшество отошел в сторону, а его место заняли трое Почтенных лордов. С каждым их них я прошла ту же процедуру, что ранее со мной проходил делорд, только кровь они смешали с нашей в чаше, после чего принесли присягу и уже я оставила отпечатки.

– Да здравствует Великая леди Аламинта де Шалис, – почти хором произнесли они, но именно сейчас я почувствовала некую дрожь.

Возможно, так бывает, когда кто-то осознает свою власть. Так вот: сейчас я осознала свою власть. Неужели я действительно стала Великой леди? В чужом для меня мире?

Все это казалось сюрреалистичным сном.

После церемонии полагался пир, но его я могла отложить по объективным причинам: мне необходимо было время, чтобы оплакать “отца”, поэтому я просто проводила Блистательных лордов и вернулась в кабинет в сопровождении его темнейшества и третьего советника. После прогулки по всем лестницам, проведения ритуала и легкого обескровливания я чувствовала невероятную слабость. Казалось, тяжелые веки сейчас закроются сами, а я провалюсь в сон. Поэтому, только оказавшись в кабинете, я тут же села в кресло, облегченно выдохнув. Аир бросил на меня обеспокоенный взгляд.

– Ты в порядке?

– Немного устала, – тихо ответила я.

– Теперь леди Аламинта может открыть тайник лорда де Шалиса, – произнес Дарриа, словно не услышав меня. – Она вступила в права наследования. Возможно, в тайнике мы найдем некоторые ответы на незаданные вопросы.

– Да, возможно, – задумчиво произнес Хассаир, – но решать будет Аламинта, стоит ли ей посвящать нас в такие тонкости. Это дело её семьи.

Почти моей семьи. Фактически лорд де Шалис был мне никем и более того – он возможно причастен к заговору. Вот только к какому? Но этот вопрос меня волновал меньше, чем собственное здоровье, от которого зависело и здоровье малыша.

– Можно ли это будет отложить на пару часов? – спросила я и дотронулась до живота.

– Я немного устала.

– Разумеется, – кивнул Хассаир и стремительно подошел ко мне, опустившись на колени. – Просто усталость? Нигде не болит? Я могу позвать придворного целителя.

– Не стоит, – ответила я. – Мне просто нужно немного отдыха.

Спорить, разумеется, никто не стал. Делорд подхватил меня на руки и понес в комнаты, но не в том крыле, где я жила прежде. Он отнес меня в гостевые покои, и я понимала смысл его поступка – он не хотел, чтобы я возвращалась воспоминаниями в момент похищения.

Гостевые покои были выполнены в нейтральном светло-персиковом тоне с мебелью из темного дерева. Его темнейшество уложил меня на кровать и на мгновение замер, остановившись в миллиметре от моих губ. Посмотрев мне в глаза, он будто мысленно спрашивал у меня разрешения.

Поцеловать Аира? С одной стороны это так легко: податься вперед, дотронуться до мягких губ, отблагодарить его за заботу. Но с другой… что-то останавливало меня. Я осознанно откинулась на подушки, и это было прямолинейным ответом. Хассаир поднялся на ноги. По его лицу невозможно было понять эмоций, которые испытывает мужчина. Мне бы дар Анвэйма!

– Я наложу на комнату защитные чары, главное не выходи как в прошлый раз из покоев, здесь ты в безопасности. У дверей будет сторожить охрана. Я тоже буду неподалеку: просмотрю учетную книгу и некоторые другие документы лорда де Шалиса. Если, разумеется, ты не против.

Аир усмехнулся. Ну да, ну да, кто бы мог отказать целому правителю? Поэтому я лишь кивнула и быстро погрузилась в сон.

Проснувшись, я чувствовала себя намного бодрее, хотя кое-кто изрядно пинал меня. Но от подобной мысли я лишь улыбнулась и прошла в ванную. Когда вышла, едва не вздрогнула, увидев эрлорда, который сидел в весьма свободной позе на кровати. Еще не заправленной кровати.

– Ваша светлость! – воскликнула я от неожиданности, чувствуя, как сердце забилось быстрее. – Что вы тут делаете?

– Вроде мы здесь вдвоем, так почему опять на “вы”? – спросил он вместо ответа. Я растерялась, а мужчина быстро поднялся на ноги и подошел ко мне, встав напротив. Мы некоторое время смотрели друг другу в глаза, я пыталась успокоить свое сердцебиение. – Поздравляю. Ты теперь Великая леди Фарахейма.

– Спасибо, – ответила я смущенно. – На самом деле, у меня не было времени ни осознать свой новый титул, ни привыкнуть к нему. – Я огляделась и нахмурилась. – Разве Аир не ставил защиту на комнату? Как ты прошел?

– Аир? – вздернул бровь Анвэйм и усмехнулся. – Уже в настолько близких отношениях?

– Он моя пара, куда уж ближе? – спросила я как можно более безразлично и потеряла момент, когда светлый прижал меня к себе и, наклонившись к моему лицу, приподнял подбородок.

– Да неужели? А вдруг не ты? – спросил он. – Сны – весьма шаткий признак. Помнишь, я уже тебе говорил, что были случаи, когда делорд видел одну из близнецов во сне, а истинной оказывалась другая из-за удивительной связи сознаний. Ты ведь… тоже несколько связана с тем телом, в которое попала.

– Но до этого Аир не чувствовал, что Аламинта его избранная.

– И такое бывало, – пожав плечами, ответил эрлорд. – Что связь проявлялась позже, не со дня первой встречи. Вдруг он вообще пользуется возможностью влиять на тебя, назвав своей истинной, ты не думала об этом? Ведь в прошлый раз он не почувствовал опасности, хотя обязан был. И не говорит, где он был.

– У него были свои причины, – сама не знала, почему начинала его оправдывать.

Слова Анвэйма были логичными, его недоверие – еще более логичным, но что-то внутри меня бунтовало против того, чтобы видеть в Хассаире врага. Он друг! Возможно, даже больше чем друг.

– Неужели? Он тебе рассказал о них? – Я не ответила, Анвэйм прищурился. Я не могла оттолкнуть его, попыталась, но легче сдвинуть скалу. – Так и думал, что нет. Тогда с чего ты взяла, что он не играет тобой, не подослал этот сон специально? Ему ведь вполне может быть выгодно влиять на тебя, а соответственно и на ребенка, который имеет весьма необычное происхождение, но еще более необычную судьбу, если верить пророчеству. Тем более никто не знает его особую способность. быть может, он властелин снов?..

Я открыла рот. И закрыла. Положив ладони на грудь Анвэйма, попробовала оттолкнуть. Не с первого раза, но получилось. Мы буквально отлетели друг от друга. Я была обижена. Больше за то, что он посмел так плохо думать об Аире! Да, это глупо с моей стороны, но быть может я уже начинаю что-то чувствовать к темному, что ни за что не хочу верить в его вину!

– Что, опять я плохой? – усмехнулся Анвэйм. – Кто бы сомневался в этом.

Да-да-да! Он плохой! Хочется что-нибудь ему сделать, побить кулаками в грудь, сказать, что он не прав, что он опять все решает за меня, вкладывает нужные мысли и что вообще он со своим Отбором…

Я выдохнула. Разумеется, это были эмоции и гормоны. И возможно отчасти мои странные, необъяснимые чувства к светлому.

– Это всего лишь твое мнение, оно не характеризует тебя ни с какой стороны, – пытаясь успокоиться, ответила я. – И имеет право на существование. Мое право: принимать или отвергать его. В данный момент я выбираю второй вариант. Спасибо за заботу, Анвэйм.

– Не за что, – ответил он с иронией.

Сейчас он выглядел вновь ледышкой и его настроение явно изменилось после того, как я назвала делорда Аиром. Следовало держать язык за зубами. Но кто бы меня этому научил? Однако я пошла на примирение, теперь шаг с его стороны.

И он его сделал. В прямом и в переносном смысле.

– Света, – выдохнул Анвэйм и вновь подошел ко мне. Он осторожно дотронулся пальцами до моего запястья и поднял мою руку, погладив кожу большим пальцем. – Прости, я был слишком настойчив. Если он действительно твоя пара, то тебе неприятны мои слова. Я должен был это учесть, но.

– Все в порядке, – ответила поспешно, чтобы избежать новый виток ссоры, и постаралась улыбнуться. В этот момент как раз малыш толкнулся. – Хочешь послушать?

Анвэйм сначала растерялся, а потом медленно кивнул. Я направилась к кровати. Он не отпускал мою руку, поэтому получилось подойти вместе. Устроившись поудобнее, я положила ладонь на место, где только что малыш пинался. Не знаю, что заставило меня сменить вектор нашего разговора, возможно, мне просто хотелось поделиться радостью. А с кем еще делиться, как не с отцом ребенка? Только он в полной мере может менять понять.

Анвэйм действовал осторожно и растерянно. Сначала он приложил руку, но в этот момент малыш как раз успокоился. Я прикусила губу, ожидая дальнейших действий эрлорда, но он кажется все-таки сориентировался и приложил ухо к животу. Раньше он так не делал. Он подпитывал ребенка, чувствовал толчки, но никогда этот момент не был настолько интимным, как сейчас. Я замерла, а Анвэйм неожиданно улыбнулся, смотря словно в пустоту. Жаль, что мы не в современном мире, где сердцебиение можно послушать допплером.

– Так быстро бьется, – прошептал Анвэйм, и я улыбнулась.

– Да, так и должно быть, – согласилась я. – Интересно, он появится точно в срок или раньше? Мальчик будет или девочка?

– У тебя была возможность провести ритуал определения пола с Джиной, – тихо ответил Анвэйм, почти шепотом, продолжая слушать сердцебиение.

– Мне бы пришлось срезать у тебя прядь волос, а мне было страшно, – ответила я, и мужчина поднял на меня удивленный взгляд. Я негромко рассмеялась. – Видел бы ты сейчас себя. Неужели волосы настолько дороги для тебя?

– Просто удивлен, что ты чего-то испугалась, – хмыкнул он и поднялся, но руку с живота не убрал. В этот момент малыш толкнулся. – У тебя еще остались какие-то дела в Фарахейме?

Увы, дела были, но с другой стороны сейчас мне совершенно не хотелось ими заниматься. Впрочем…

– Надо проверить тайник лорда де Шалиса, – ответила я. – Возможно, там мы найдем ответы на некоторые вопросы. Например, об ордене наваитов. Связан ли с ними сам лорд.

– Это хорошая идея. Если удастся что-то найти на орден, это уже будет событием.

– Ты виделся с ними после похищения? Они не просили у тебя прощения или пощады?

– спросила я осторожно.

– Возможно, – ответил Анвэйм, – хотя они так быстро телепортировались, что мне могло показаться.

Я не поняла иронию мужчины и приподняла брови.

– Видишь ли, я не слышал зов кулона из-за того, что они пригласили меня в свой орден, главный зал которого сделан из ораинтаила – особого минерала, который блокирует магию. Их орден располагается в горах. И как раз в этот момент случайно произошло обрушение одной из гор. Сильное обрушение. Ужасное несчастье.

Я пораженно смотрела на Анвэйма, припоминая, как где-то слышала, что Анвэйм выпускает излишки магии в горах. Возможно, слышала от эрледи или случайно в Жемчужном дворце от служанок, но сейчас, слушая ироничный тон эрлорда, я сложила два и два. И он как раз говорил, что оставил им какой-то подарок.

Губы растянулись в улыбке.

– Они долго будут отстраиваться?

– Они не будут отстраиваться. Я запретил там любые постройки ввиду повышенной опасности повторных обрушений, – хмыкнул Анвэйм.

– Неплохо, – ответила я.

Анвэйм поднялся на ноги и подал мне руку. Я с благодарностью её приняла. Мы можем общаться нормально, если захотим. Но как же тяжело думать, что наши судьбы несовместимы.

Глава 5

Коридоры темного дворца казались мне не просто мрачными, а чужими и холодными. Как мне привыкнуть, что именно здесь – мой дом? Как вычеркнуть из воспоминаний всё, что произошло? Всему нужно время. Мне тоже. Если бы у меня была возможность отказаться от титула Великой леди, я бы сделала это, но не сейчас. Сейчас у меня были две причины на то, чтобы принять его.

Первая и самая важная. Лорд де Шалис многое скрывал. Мне нужно было получить доступ к его дневникам, корреспонденции и сейфам, чтобы получить информацию. Как можно больше информации.

Вторая, может, не менее важная причина заключалась в моем положении. До родов Анвэйм меня не отпустит, а потом? Что я буду делать потом? Стану женой темного повелителя? Но что если я к нему так ничего и не почувствую? У меня должен быть запасной план, обязан быть. Если я буду Великой леди, вполне возможно, что мне разрешат хоть изредка видеться с сыном или дочерью, а если я буду никем – путь в Жемчужный дворец навсегда будет для меня закрыт. Ведь там будет своя хозяйка, новая повелительница Ардахейма.

От этой мысли меня вновь захлестнула неожиданная злость, которую я постаралась утихомирить. Рассчитывать на взаимность Анвэйма – глупость! Он никогда ничего ко мне не почувствует, пусть сейчас мы оба оказались скованы вынужденной привязанностью друг к другу, но придет время, он женится, а я останусь одна у разбитого корыта. Я не прошу быть царицею морской, но отказываться быть столбовой дворянкой не собираюсь. Аллегория, разумеется.

На самом деле я понимала, что Анвэйм мне сейчас нужен, если вскроются какие-то подробности о лорде де Шалисе. Эрлорд ведь может оказаться прав, говоря о странностях в поведении Хассаира, поэтому мне нужны оба мужчины, чтобы они предотвратили неправомерные действия друг друга, если таковые возникнут.

В кабинете лорда де Шалиса нас уже ждал Аир. Он поморщился, увидев Анвэйма, но никак не прокомментировал, да и все наше внимание отвлек на себя рыфенок: он вбежал в кабинет первый и, припав к ковру, начал принюхиваться к чему-то

– Вэйм, что случилось? – спросила я, нахмурившись. – Ты что-то почувствовал?

Зверь мотнул головой, после чего прыгнул на стол, разлив чернила: они растеклись по документации.

– Вэйм! – возмутилась я. – Что ты творишь?

А рыфенок будто не заметил этого, принюхиваясь к бумагам и вымазывая нос в чернилах. Аир никак не прокомментировал, а я поднять Вэйма не могла при всем желании: мне нельзя было поднимать такие тяжести. Спрыгнув со стола, рыфенок выпачкал мне все платье, а сам начал принюхиваться к ящикам.

– Что-то важное? – спросила я, заметив, как насторожился Аир.

– Рыфи чувствуют магию, – сообщил Хассаир. – И кажется он найдет еще один тайник лорда де Шалиса, помимо сейфа за картиной.

Дверь открылась и вошел Анвэйм.

– Доброго дня, ваша светлость.

– Ваше темнейшество, – кивнул ему правитель и задержал на мне особенно долгий взгляд. – Как ты себя чувствуешь? Не устала?

– Нет, благодарю, все хорошо, – отозвалась я, после чего Анвэйм обратил внимание на рыфенка.

Тот как раз начал скрести по нижней стенке одного из ящиков. Мужчины дружно отодвинули меня, после чего начали какие-то магические манипуляции: ящик был скрыт отводом глаз, но против магии правителя защита не выстояла. Достав ящик, они положили его на стол.

– Интересно-о, – цокнул темный и пустил магию, которая мглистым коконом окутала тайник. – Родовая защита. Магией пробить можно, но придется иметь дело с возможным наложенным проклятьем. Поэтому легче открыть каплей крови.

Взгляды мужчин скрестились на мне. Я пожала плечами.

– Что нужно делать?

– Разрешишь? – спросил Аир и после согласия взял мою руку, аккуратно подняв палец к выемке на ящике.

Тонкая игла, легкая неприятная боль – и ящик щелкнул. Его светлость откинул крышку: внутри оказались письма, множество писем от разных адресатов. Я подхватила первое: но ни имени адресата, ни адресанта там не было указано.

– Доставка по магическому слепку, – произнес Анвэйм и, взяв следующее письмо, проверил его магически. – Слепок уже растворился. Обычно он сохраняется от двух до двадцати четырех часов.

– Я могу перепоручить это тайной канцелярии: они проанализируют почерк, – произнес Аир. – Чаще всего у них есть образцы почерка всей высшей знати.

– Хорошая идея. Со своей стороны я сделаю тоже самое, хотя сомневаюсь, что лорд де Шалис мог держать переписку с кем-то из светлых, – добавил Анвэйм и посмотрел на меня. – Позволишь прочитать?

– Он не был моим отцом, – сказала я. – Я благодарна ему за то, что подарил второй шанс на жизнь, однако сейчас важнее разобраться в его мотивах, поэтому стоит откинуть этическую сторону вопроса. Разумеется, я не могу препятствовать вам в ознакомлении с письмами.

Анвэйм кивнул.

– Здесь нет дат, придется прочитать все письма и выстроить их в хронологическом порядке.

– Это займет много времени, – пробормотала я. – Распоряжусь, чтобы подали чай и закуски.

Я позвонила в колокольчик и достала первое письмо. Договорились, что читать вслух будем по очереди. Вскоре принесли чай. Я начала разбирать, где почерк де Шалиса, а где

– остальных. Здесь обнаружились весьма интересные договоры на нелегальную поставку спиртного и несколько бумаг уклонения уплаты от налогов. Лорд де Шалис явно не ожидал, что эти документы попадут в руки правителю Фарахейма, впрочем, тот отреагировал весьма спокойно.

– У каждого из нас есть тайны и грехи, каждый хоть раз в жизни пытался сжульничать,

– произнес Аир. – Даже светлые правители иногда действуют бесчестно.

– О чем ты? – приподнял брови Анвэйм.

– Дневник Асхаира Третьего, или ты забыл, что позаимствовал его?

– Не понимаю, о чем ты.

Я переводила взгляд с одного мужчины на другого, но они сделали вид, что этого разговора не было и вернулись к чтению писем. Помимо различных ценных бумаг там лежал один интересный конверт, письмо в котором было с магическим отпечатком де Шалиса. Его содержимое заставило меня похолодеть.

– Что там? – спросил Анвэйм, и я передала ему письмо.

Пробежавшись по строчкам, он смял бумагу и внимательно посмотрел на меня. Аир приподнял брови.

– Что-то интересное? – спросил он обманчиво спокойным тоном.

Анвэйм не знал, что моя тайна перед делордом раскрыта, поэтому я пояснила:

– Это чистосердечное признание, – прошептала я. – Здесь он рассказывает все о ритуале, своей силе и о том, что я ненастоящая.

– Можно? – спросил Аир, и после моего кивка Анвэйм передал ему письмо. В этот же момент письмо загорелось в руках темного. – Если эта бумага попадет не в те руки, то могут возникнуть неприятности. Не стоит давать злоумышленникам лишние козыри.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, совершенно обезоруженная благородством Хассаира. – Действительно спасибо.

Делорд улыбнулся и дотронулся до моей щеки. Анвэйм кашлянул.

– Быть может, мы продолжим?

– Разумеется, – кивнул Аир, но настроение у него явно улучшилось.

Помимо незаконности некоторых действий и чистосердечного признания обнаружились детали намного интереснее. А именно переписка с одним незнакомцем, который точно стоял за беременностью Аламинты. Всего было несколько писем, около шести, но все они указывали на причастность де Шалиса.

– Лорд де Шалис утверждал, что он не причастен к этому, – прошептала я, всматриваясь в строчку письма, которой никак не могла поверить.

“Аламинта страдает. Пойми, она моя дочь! Я же обещал сделать все возможное, если ты отпустишь Аламинту!”.

И ответ на это письмо гласил:

“Лорд, вы видимо не до конца понимаете ситуацию и мои планы. Возможно, со временем вы придете к осознанию весьма интересного факта. Пока же умолчим об этом, не хотелось бы травмировать вас. Скажу лишь, что Аламинта – единственная, кто мог бы совершить подобное. Она та, кто мне нужен. А что касается всего возможного… вы и так это сделаете”.

Радовало только одно: лорд де Шалис действительно любил дочь. И возможно она и правда связалась с дурной компанией, как он говорил. А он лишь пытался её спасти.

– Он солгал, – уверенно произнес Анвэйм. – Пусть не по своей воле, а из-за клятвы, но он действовал сообща со злоумышленником. Он не мог открыть тебе правду, лишь пытался увести от себя подозрения. А чтобы ложь звучала правдоподобнее, перемежал её с правдой.

Поэтому он тогда не хотел рассказывать об этом Анвэйму. Я ведь еще тогда подумала, что неспроста он открывается именно мне, а не Анвэйму. Тот бы раскусил его лукавство на раз-два.

– Возможно, он действовал так не только из-за клятвы, но еще чтобы прикрыть того, кто в этом замешан, – озвучил Аир задумчиво и посмотрел в глаза Анвэйму. – Возможно, что клятва была лишь подстраховкой.

– Из писем понятно, что лорд де Шалис не хотел вмешивать Аламинту в это, – возразила я.

– Не хотел, – подтвердил Аир. – Но он не показывает свою злость, будто… уважает того, с кем переписывается. Не могу объяснить свои чувства. Вчитайтесь в строчки: они полны беспокойства за ситуацию. Не злости, а беспокойства.

– Все равно не понимаю! – воскликнула я излишне эмоционально. Меня все еще уязвляло, что он солгал мне, успокоил меня, направил по ложному следу. – Он связался не с тем человеком, но почему пошел у него на поводу? Он ведь хочет уничтожить мир.

– Об этом ничего не говорится, кстати, – вступил Анвэйм. – Он повторяет, что ребенок и Аламинта ему нужны, зачем – не указывает. Возможно, лорд де Шалис был не в курсе настоящего пророчества.

– Сомневаюсь, – покачал головой Аир, и никто не стал спорить.

– Мы имеет кого-то третьего и опасного, – проговорила я. – Но кто это? Быть может тот, кто пытался спасти меня?

– Тебя разве спас не Анвэйм? – удивился Хассаир, взглянув на эрлорда. – Я чего-то не знаю?

Я переглянулась с его светлостью.

– Наполовину. До этого пришел другой светлый, – сказала я и, отложив письмо, обхватила руками чашку уже остывшего чая.

– Это меня успокоило. Значит, не Анвэйм твой спаситель, – с легкой улыбкой произнес Аир и тут же вернул себе серьезность под недовольным взглядом эрлорда. – Значит, злоумышленника нам искать не на темной стороне, а на светлой?

– Все может быть, – произнес Анвэйм. – Если ему нужен ребенок, понятно, зачем он спасал Свету. Однако непонятно, зачем ему этот ребенок.

Наступила тишина. Я громко выдохнула и погладила живот. От нервов ребенок стал шевелиться.

– Устала? – обеспокоенно спросил эрлорд, и я кивнула.

Анвэйм подошел ко мне, подхватил на руки и перенес на диван, подложив мне под голову подушку. Разметив ладонь на животе, он пустил немного светлой магии. Мне стало немного лучше, но вместе с тем я начала проваливаться в сон, удерживаясь на грани сознания.

В голове все повторялась одна из строчек письма:

“Да, Хассаир может стать проблемой. Но не будьте столь обеспокоены этим. Я знаю способ, как снять проклятье. Когда мне будет нужно, я сам все устрою ”.

Анвэйм убрал руку с живота и сел в кресло. Чай уже остыл, но мужчина все равно отпил его и задумчиво посмотрел в окно.

– Так что за способ? – спросил Анвэйм. – Ты знаешь, как снять проклятье?

Хассаир не ответил. Я приподнялась на диване и подложила вторую подушку под спину. Мне Аир тоже говорил о каком-то способе, но ничего конкретного.

– Почти, – ответил Аир. – Хотя я не представляю, как это собирался провернуть наш таинственный предполагаемый светлый. И даже не хочу думать, как эта информация попала в его руки, и не только в его.

– О чем ты? – встрепенулась я.

– Накануне похищения мне пришла записка, предположительно от ордена наваитов, в которой мне рассказали о недостающей части головоломки, которую я пытаюсь решить уже на протяжении нескольких лет. Но мои попытки оказались тщетными. Я подверг опасности Свету и ребенка, поэтому больше такого не повторится. Я оставлю попытки снять проклятье.

Анвэйм прищурился.

– Быть может, стоит попробовать еще раз? – спросил он, и Аир усмехнулся.

– Мне вот интересно, зачем тебе дневник моего предка? Только не говори, что не знаешь, где он. Шифра у тебя так и нет, он бесполезен – верни его.

– Если ответишь, что за тайна вокруг возможности снять проклятье.

– Зачем тебе это? – неожиданно разозлился Хассаир. – Хочешь сделать Свету свободной? Ради чего? Ради роли любовницы? Нет уж, уволь. Я буду защищать её. Защищать в том числе от тебя, даже если она сама этого не хочет.

Взгляд Анвэйма стал холодным настолько, что я поежилась, хотела возразить, но так и не решилась. Рыфенок негромко зарычал на Анвэйма, будто защищая даже мой эмоциональный покой. Эрлорд хмыкнул и вновь отвернулся к окошку.

– Дневник мне нужен был затем, чтобы понять, есть ли там какие-нибудь намеки на пророчество о рождении двуликого ребенка и так ли он опасен, – начал он медленно и посмотрел в глаза Хассаиру. – Твой предок был ясновидцем, как и мой дед, по крайней мере, по их заверениям, хотя я считаю эту отрасль магии слишком шаткой и ненадёжной. Однако мне важна любая информация, которая может подготовить меня к непредвиденным обстоятельствам, если все-таки пророчество правдиво. Не знаю, сколько в нем истины, но я хотел найти в дневнике хоть какую-то подсказку.

Делорд смотрел внимательно, после чего кивнул.

– Если так, то я завтра отдам тебе шифр, – неожиданно произнес Хассаир, – к тому же я сам там не видел в дневнике ничего интересного.

– Спасибо, – ответил Анвэйм. – Я открылся себе, хотя у меня ощущение, что попытки Джины скрыть настоящую сторону проклятия были тщетны. Такое невозможно утаить: прекрасно понимаю это.

– Во дворцах всегда есть уши, а если не ставили магический полог… – проговорил Аир задумчиво и пожал плечами.

– Ты прав, – согласился эрлорд. – Так что насчет снятия твоего проклятья?

Хассаир покачал головой.

– Это невозможно, Анвэйм. Такого просто не может быть.

– Чего? – спросил эрлорд, и Хассаир лишь усмехнулся.

Пытался ли он защитить меня или же действительно был уверен, что этот способ не действен? Хотя за время, проведенное в этом мире, я стала сомневаться, что существует что-то невозможное. Оказалось, даже привидения существуют.

Испугала или вдохновила меня возможность расторжения связи истинных? Вопреки всем доводам разума – вдохновила.

– Хорошо. Тогда предлагаю перейти к официальному тайнику лорда де Шалиса.

– Только перед этим, прошу, давайте помоем Вэйма, иначе в чернилах будет не только мое платье, – произнесла я и потрепала рыфенка за ушком.

Тот довольно заурчал, и я улыбнулась.

Последние два дня были насыщенными, и не только подготовкой к балу.

В официальном тайнике ничего предосудительного не было: обычные ценные бумаги, мощные артефакты и важная деловая переписка.

– Я за шифр-ключом, – произнес Хассаир и открыл темный портал. – Скоро вернусь.

Когда мы с Анвэймом остались наедине, я почувствовала неожиданное напряжение. Анвэйм прошел к окну, заложив руки за спину.

– Как проходит Отбор? – спросила, чтобы как-то разрушить тишину.

Эрлорд медленно развернулся ко мне, а я прикусила губу, уже пожалев о своих словах. Его светлость собирался что-то мне сказать: судя по выражению лица что-то достаточно едкое, но в последний момент замер и посмотрел куда-то в пустоту. Я насторожилась. Однажды я уже видела у него подобную реакцию, когда ему передавали информацию ментально.

– Что-то случилось? – спросила обеспокоенно, придвинувшись ближе. – Анвэйм?

– В Жемчужном дворце произошел взрыв. Одна из стен в правом крыле разрушена, – произнес он.

– Нападение?

Сердце убежало в пятки. Неужели в этом мире совсем нет безопасного для меня места?