Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

День 30. Часть 7

«Восьмерка»: (Немцы. И их главный остров – Новый Бранденбург)

Разделяй и властвуй – мудрое правило,

Но объединяй и направляй – ещё лучше.

Иоганн Вольфганг фон Гёте

Вот мы уже практически у первых островов этого микро-архипелага – и очень неожиданный сюрприз. Нас тут встречают. Кто же? Две лодки – малая надувная, с одним пассажиром, и вторая чуть поболее, но уже с двумя в экипаже.

– Halt! Wer sind die? (Стой! Кто такие? – нем.) – вдруг я услышал знакомую с самого детства, родную немецкую речь.

– Ihre eigenen. (Свои – нем.) – на автомате отвечаю.

– Nein! Von jemand anderem. Wir kennen Sie nicht. (Нет! Чужие. Мы вас не знаем – нем.), – доносится к нам в ответ.

Тут в нашу переброску словами вмешиваеться Карен:

– Wir sind ein Sucheinsatzteam der größeren russischen Gemeinschaft. Wir machen offizielle Besuche auf allen Inseln, die wir kontrollieren. (Мы – поисковая рейд-группа большого русского сообщества. Обходим с официальным визитом все подконтрольные нам острова – нем.)

Встречающие вначале обалдели от неожиданности, четко было видно, что старший с двухместной посудины переговариваеться по мыльнице вероятно со своим руководством. Потом были повторные недолгие объяснения с местными, и нас под чисто символическим "конвоем" парня в надувнушке сопровдили к их главному, базовому острову. Как мы через некоторое время узнали, боши, как на нас дома говорили соседи-евреи (хоть это и «не кошерно» так отзываться о своих дальних земляках, но из песни слов не выбросишь) назвали его Neues Brandenburg, то есть Новый Бранденбург.

– Нда! Не ожидал, совсем не ожидал того, что к нам придет главным в представительстве от большого сообщества, тем более и оно само, как ни странно, оказалось русским, настолько молодой Jüngling, юноша?

Так, с задумчивым выражением на лице, что появилось на нем после моего представления, сказал на 'великом и могучем' генерал в отставке Макс фон Шенкенцлер. Глава, или канцлер этого немецкого сообщества. Как он сам нам представился в ответ.

– Ну, оно не совсем русское, скорее всего – русскоязычное, – в этот раз ответила ему Карен.

– Не понимаю – как это?

– А что тут такого непонятного? Я – ни разу не подданная той России, а гражданка ещё земной Дании. Старший инспектор полиции нравов города Ольборг Карен Генц к вашим услугам.

– А мне интересно – откуда старший офицер немецкой армии на таком приличном уровне знает язых вероятного противника? – всунулся я нетерпеливо в их разговор.

– Никакого секрета именно в моем случае и нет. А он, этот интерес – по делу? Или просто так?

– Естественно что по делу. Мне и дед и бабуля, да и все многочисленные родственники их возраста говорили – что после той, самой большой войны в мире, германская нация минимум, так это не любит русских. А как максимум – ненавидит. А тут такой представительный дядечка, да и ещё Старший Офицер, и очень чисто разговаривает на 'великом и могучем'. С чего бы это?

– Ух ты! Неплохо, совсем неплохо ты знаешь историю взамоотношений наших стран. Только в этом её эпизоде есть небольшая тонкость – ненавидят русских только те, кто так и не понял причины краха империи Третьего Рейха в сорок пятом году. А так и витают в облаках, вспоминая бредни о божественном величии нации, привитом проповедями доктора Геббельса.

– Но все ж, если это не секрет – откуда?

– Да служил в плотном контакте с советским контингентом, пока его не вывели из ГДР после падения Берлинской стены. А вот ты почему так чисто разговариваешь на немецком? В школе так хорошо выучил? А разговорная практика тогда где проходила?

– Разрешите представится, – с официозом ответил я, – Геннадий Оттович Шульц. Потомственный немец из поволжских. Мои прадеды задолго до революции перебрались в Россию. А уже потом, от греха подальше, это судя по семейным преданиям – все они выехали ещё в самом начале двадцатых годов, сразу после окончания Гражданской войны, в степной поселок под Царицын, что сейчас называеться городом Волгоград.

– Так ты из наших? Из исторически коренных немцев? – услышали мы в ответ.

Знакомство, окончательное, нельзя сказать, что прошло легко. Были и подводные камни, но хоть небольшие, и недомолвки-недосказки – как сказал чуть позже герр канцлер, нас элементарно проверяли, боясь нарваться на аферистов, что обязательно должны были расплодиться в сложных условиях Платформы. И если рисковать своей жизнью и судьбой он мог безбоязненно, то вот людьми, ему доверившимися – морально, да и физически, не мог – права не имел на ошибку.

Не смотря на то, что день уже перевалил на свою вторую половину, беседа и знакомство с жителями все продолжались и продолжались. В основном с нами разговаривало трое – сам герр Генерал, и его два помощника-зама. Но часто, очень часто подходили послушать беседу и остальные представители сообщества. Я, честно говоря, был малость офигевший, так как знал из воспоминаний родни, насколько в них вековым воспитанием заложен принцип – без особой необходимости не встревать в разговор старших. Видно, очень сильно видно – что прожив месяц в идеальной изоляции, варясь только в собственном окружении своего сообщества, люди очень хотят контактов с внешним миром. Ну именно это мы им и обеспечим в полной мере – сами будем часто заглядывать, это если сростеться одна бредовая идея. И как 'вкусная и сочная морковка для осла' – ещё очень интересная и перспективная именно для Neues Brandenburg задумка у меня в голове зреет. Вот только озвучить её нужно в самый подходящий для этого момент, ну и чтобы Карен при этом не вмешалась. Больно уж бредово она смотриться не только с первого взгляда на ситуэйшн, но и со второго, да и с третьего с четвертым тоже. С чего бы это у меня появились такие секретно-непонятные измышления? Да вот, только недавно, всего как минут с десять назад вызвал меня Гюрза, и я извинившись перед хозяевами, отошел ради его доклада немного в сторону. Усевшись в плетеное из веток 'кресло для размышлений' у самого края поляны, где у склада был развернут жилой городок хозяев, подтвердил связь, и стал слушать доклад Азаза:

– Шеф, короче! Тут такая "бордяга" интересная вырисовываеться – сообщество это с самоназванием «Малая Европа». Кстати – их склад расположен на самом большом острове, а не как было у остальных. И там первой появилась их нынешняя глава – австрийка Элизабет Фитц, бывшая наемница. Та не растерявшись, разведала обстановку возле зверя, и из своего Смит-Вессона, с которым сюда попала, успешно завалила того. Короче, не буду затягивать базар – дела тут такие. Женщин в два с половиной раза больше, чем мужчин – семнадцать против семи. Погибших от лап охранника, как ты и сам понял уже, не было. Живут все в помещениях склада – женщины в жилой части, а мужчины приспособили для себя отсек с сельхоз техникой. Лиз, по её личному рассказу, сообразила что и как с её попаданием, буквально на второй день, когда к ней попал Жерар. Он – французский бельгиец, что оказался в море у самого берега с рыболовными снастями в парусной лодке из стеклопластика. На которой он рыбачил дома на озере Робертвилле, в родной Валлонии. В течении этого же дня ими было перевезено с пары соседних голых скал три девчонки двадцати лет, и одну постарше, двадцати шести. Элли сразу стала всех принимать в сообщество, и уже с момента создания первой тройки сообразила, что с этого можно 'поиметь'. Ну так они и развивались. Принимая в основной состав тройками, получала плюшки, и обустраивала быт и досуг своей общины, как она их назвала.

Кстати – девка, несмотря на свой экстравагантный внешний вид, прекрасно говорит почти на дюжине языков, включая и наш русский. Как оказалось, она в свое время окончила в Женеве универ на языковом факультете. Сообщество в основной своей массе занимаеться сельским хозяйством – их главный остров, Грац, всего вполовину меньше Победы, то есть он огромен. И три четверти его территории – практически безлесая равнина. Тем более в отбитом у зверя складе ради этих целей экспериментаторы припасли не только минитрактор со всяким необходимым в процессе работы оборудованием, но и много сортовых семенных запасов. Вот она и заорганизовала своих баб-с на огородно-полевые труды. Дома намного больше расскажу, точнее – послушаешь запись нашей плодотворной беседы. Я с её разрешения, все время писал на смарт.

– А к нам они присоединяться будут?

– В том-то и дело – что именно к русским почти никто не хочет. А вот к собратьям-европейцам – с огромным удовольствием. Но, притом, просят нашей помощи в организации радиосвязи. А узнав из моего рассказа о нашем сообществе, когда я распинался, зазывая их к нам, о наличии электростанции и освещения – сразу появилось желание и это заиметь.

– Ну в основном я все понял. Ты сам пойдешь домой? Или меня подождешь?

– Сам уйду. Тайка передала, что зайти на Двойку и Детсад они не смогут – емкость тормозит катамаран до невозможности. Так что мне придется их оба посещать – а это лишнее время. А у тебя там что? Нашел кого нормального?

– Нашел, сейчас вот, как и ты, хороводы вокруг их руководства выписывю. Дома все узнаешь. И на обратный путь тебе добро – может там уже найдешь и 'свежих' 'заместителей погибших' от когтей и лап охранников.

– Хорошо. Я тут ещё немного с Бет переговорю, и трогаю в обратку.

И этот доклад зародил в моем мозгу идею – в конце концов, понимая что немцы не рискнут на полное присоединение к нам, как вчера сделал глава Васюгани, предложить канцлеру официальный договор. Типа вот такого шаблона:

– Договор между сообществом Победа и сообществом Новый Бранденбург. Заключающийся в организации дипломатического и торгового соглашений.

Ну и можно ещё добавить – и военной помощи. Но это если генерал будет сильно упираться. А как кость, я ему и кину информацию об известных нам их соседях-европейцах, что прям жаждут вступить в сообщество, ну или в союз именно с другими европейцами.

– Вот вы, ну если честно – то именно ты сам, Геннадий, предлагаешь нам, нашему немецкому, чисто немецкому сообществу присоединится к вам. Правильно ли я понял все то словоблудие, что плелось на моих ушах последнее время? Или нужно говорить – лапша плелась? Не помню уже за давностью лет ваши идиомы. Ага! Лапша вешаеться! Значит нужно говорить – ты своими словами вешал мне на уши лапшу? Так?

– Нууу! Что вы, герр канцлер, что вы! И в мыслях подобного у меня не было. Никому, тем более вам и сейчас, я лапшу на уши не вешал. Да! Рассказывал о нашем сообществе. Да! Хвалился его достижениями. Но ведь это и ради вас самих было сказано. Сегодня заканчиваеться уже тридцатый день с начала этого Эксперимента – и у нас в составе уже больше двухсот человек, присоединившихся по своей доброй воле, и живущих в дружбе и согласии. И не стоит думать, что мы там все – только русские. Есть, и много есть – представителей всей Европы, включая коренных немцев. И всем живется и сражаеться хорошо, даже очень дружно, отражая налеты разных бандитствующих элементов. А вас – как было в самом начале двадцать четыре, так и осталось.

– А вы что, еще и воевали? – задал вопрос канцлер.

– А то! – и пришлось ему с присутствующими его замами рассказать и о стычке с кавказцами, и о налете негров.

– Нда? А я все это время считал, что тут все мирно, – ответил тот на моё повествование, – а оно оказываеться, также как и дома. Но все равно, к вам присоединяться я не хочу. Категорически. Хотя и очень уважаю русских, особенно вспоминая многолетнюю службу бок о бок с вашими гарнизонами ГСВГ, но все равно. Мы хотим жить сами по себе.

– Я так и думал. А если сделать вот таким образом, – и рассказал им об моей идее союзно-дипломатического договора, – вас это ничем не затруднит. Но за него Экспериментаторы по любому выделят обеим сторонам по хорошему подарку-плюшке. Да и мы сами, при нужде, чем-то да поможем развивающимся союзникам.

– А вот это идея, – впервые подал голос старший из замов, – мы можем переговорить это предложение наедине?

– Конечно-конечно. А мы пока пройдемся, познакомимся с почти что моими земляками поближе.

Как и мы, тогда, в самом начале, ещё на России, несколько человек были заняты рыбалкой – ставили с надувной лодки небольшую сеть. Две женщины колдовали у большого очага над двумя котлами, а молодой паренек им помогал. Чуть в стороне, в море, но почти на самом берегу, трое 'самоделкиных' колдовало у корпуса небольшого судна, устанавливая на нем мачту, и растягивая такелаж – видно, готовились к первому своему выходу в открытое море. А все остальные, буквально в сотне метров от жилья, занимались расчисткой от кустов куска побережья – скорее всего для организации полевых посадок. И ещё пятерка молодых женщин ухаживала над зеленеющим невдалеке огородом. Но буквально через четверть часа нас догнал паренек-посыльной со словами:

– Der Herr Bundeskanzler verlangt nach Ihnen. (Герр Канцлер просит вас к себе – нем.)

– Ну что, Карен, идем?

– А что? Есть уже и другие варианты? – ответила с лекгой ироничной усмешкой та.

– Мы согласны, Геннадий, заключить подобный договор. Только мы хотим в него включить пункт о возможной военной помощи, – услышали мы, только успев усестся за стол в жилом отсеке.

Все произошло так, как я и думал – даже это дополнение смог предугадать.

– Ну тогда давайте оформлять.

– И что для этого нужно? – интересуется генерал, – официальная бумага? С гербами и вензелями?

– Зачем такие формальности? Я считаю, что вполне хватит рукописных двух листов, и наши подписи на них.

Так и сделали – они принесли два мелованных листа бумаги. И мы, построчно – канцлер на немецком, а я следом за ним на русском, расписали весь тот небольшой текст в двух идентичных экземплярах. Прочтя его по очереди, все пятеро присутствующих подписались каждый напротив своей фамилии. И только была поставлена последняя точка, как у генерала подал сигнал коммуникатор. Тот с недоумение поднял руку, прочел:

– Ндааа!!! Даже и не подозревал, что это так быстро и просто визируеться в 'местной небесной' канцелярии, – и зачитал пришедший ему текст:

Системное Поощрение. За заключение официального дипломатического договора, и торгового соглашения бонус от устроителей обоим партнерам. На выбор организаторов. В вес заказа не входит.

После вдумчивого осмысления этого текста всеми нами, и недолгих раздумий, я выдал припасенную для них плюшку:

– А вот вам сразу и наш подарок, – рассказав все то, что мне недавно передал Гюрза.

– И куда мы их тут поселим? – с недоумением спросил молодой помощник канцлера, – нам на острове и самим трудновато обустраиваться.

– Ну вот зачем сразу – переселять? Пусть и живут там, где и сейчас находятся, только чтобы вошли с вами в одно сообщество – опять получите за увеличение количественного состава бонусы. А так как вас будет две части, обитающие в разных местах, то вероятнее всего, эти бонусы дадут обеим частям большой группы. К тому же – там бОльшая часть сообщества молодые девушки или женщины, в отличии от вас. И свое поле они засеяли, по рассказу моего помощника, давным-давно – и вероятнее всего с удовольствием поделятся своим урожаем с вами.

– А мы и готовим свое судно уже завтра к первому выходу в рейс, – ответил тот же зам, и с намеком продолжил, – значит Цель похода уже определена?

– Не понятно – к радости или нет, – ответил тому после минутного размышления генерал, – но пойдете с утра именно к этим соседям. Нужно сделать попытку, и объединится с ними – думаю, довольны этим будем все.

На что я, 'только про себя', добавил:

– Но вот, наверное, больше всех довольны будем именно мы – ведь договор уже заключен и завизирован в 'небесной канцелярии', а чем больше прибавлений, тем больше и бонусов. И им, и естественно нам, как бОльшему по количеству своего состава сообществу, так и потому, что мы их нашли и организовали, а не они нас. Логически должно быть именно так.

– Только постарайтесь решить вопрос с терминалами так, чтобы они находились тут, у вас. С таким решением, вероятнее всего, всем вам опять будет дополнительный бонус, и сможете брать в заказ нужные вещи большого веса или габаритов. Ведь сейчас ваш лимит в тридцать шесть килограмм, а потом он удвоится, и станет семьдесят два. Чувствуется разница?

– Дааа! Логика русских нам всегда была непонятной. А как собирать списки для заказа? И потом развозить его?

– Очень просто. Судно у вас практически уже есть. Два раза в сутки проведать соседей – на таком расстоянии не проблема. Тем более, вам может быть нужна женская помощь, а им – мужская. Да что я рассказываю прописные истины – сами быстро разберетесь.

Уже прощаясь, и стоя на самом берегу, на их импровизированном, сложенном из крупных валунов, пирсе, герр Шенкендорф попросил:

– Если у вас есть, ну или будет в ближайшее время, такая возможность – нам нужен радист-наставник, и уже сразу со своей рацией, или мы ему нужный аппарат сами закажем. Что обучит одного из наших парней правилам работы с прибором, и немного расскажет о главных особенностях местной радиосвязи. У нас, к огромному сожалению, подобного специалиста не оказалось. И было бы очень хорошо, чтобы он помог нам решить вопрос с освещением и электрогенератором, но не на жидком или твердом топливе. Может, придумаете варианты?

– Я передам вашу просьбу Главе – у нас вопросы подобного плана решает только он. И, чуть не забыл, наш метеорологический центр прогнозирует с вечера дождь, а ближе к ночи небольшой шторм. Всего один – три балла.

– Спасибо за предупреждение. У вас уже и такая служба есть? Я вот хотел спросить – тебе не влетит за заключенный договор? Это ведь лично твоя самодеятельность?

– Не знаю. Но, думаю – очень сильно ругать не станут. Если интересно – утром заскочим и поделимся новостями.

– Было неплохо узнать реакцию вашего Руководства. Тогда – до встречи! И, надеюсь, сильно надеюсь – скорой. Во время которой нам принесут радостные вести о ратификации этого скоропалительного соглашения…

День 30. Часть 8

– Ну что, Малой? Как тебе наша находка? – как только мы отчалили от импровизированного пирса Neue Бранденбурга, и моя нетерпеливая спутница умостилась на нашей, уже облюбованной передней банке, та задала видно сильно волнующий её вопрос.

– Ну что – как? Нормально. Herr General во мне даже признал истинного немца. И решился-таки на заключение предложенного мною договора.

– Мне больше всего импонирует то, что в беседах с людьми совершенно разного типа и статуса ты при мне ни разу не ошибся в своем поведении. Ни единого раза за этот день, что я провела рядом.

– Это бабушка постаралась меня так "выдрессировать" – её школа. Я у бабули в любимчиках ходил – а она мне спуску ни в чём не давала. Кстати, она и сама вышла из этих 'фонов' – однажды попалась в их личном с дедом фотоальбоме карточка. Представительный мужчина на ней, в шлеме с острием, чего-то там на боку – сабля, или еще что, не разбираюсь я в этик рубящее-колющих железках, с усищами, завитыми вверх. И надпись снизу: Гейц фон, а дальше не помню – и она тогда сказала, отбирая снимок, что это любимый дедуля, фотографировался ещё на родине, когда она там с ними и родителями жила.

– А канцлер ведь верно тебя раскусил – идея с договором была лично твоей инициативой. Правильно?

– Угадала. Во всем этом была только одна неизвестность – поддержишь ты меня, или своей властью, как безопасник сообщества, запретишь подписание.

– И с чего бы это я вмешивалась? Команды тебя контролировать не было. Ни от Марьи Романовны, ни от Главы. Тем более, пока генерал со своими помощниками советовался, я эту идею сама прокрутила в мозгах, и признала её единственно верной в сложившейся ситуации.

– И чем ты её мотивировала? Вот мне теперь тоже интересно это стало?

– Ну вот не стоит из меня делать полностью "тупую европейку" – многолетние плотные контакты с жителями бывшего Союза на уровне подкорки вбили правило, во всем искать второе, или даже третье дно.

– Ну-ну! Что дальше?

– Возьмем такой вариант – есть группа, вроде и не агрессивная к русским, но наотрез не соглашающаяся прямо вступать в состав сообщества, где стержнем идут именно они. А в случае договора о дип-сотрудничестве, и тем более торговом соглашении – она априори будут входить в их круг. И, тем более, они, её руководители, сами предложили внести пункт о военной помощи, тем самым признавая себя просящими и зависимыми. Вероятнее всего, они это осознают, и хорошо понимают, но решили – что не фактическое, а косвенное подчинение, наилучший вариант в их ситуации. Правильно?

– И я таким же образом основывал для себя это соглашение. Мы, каждый порознь, пришли к одним и тем же выводам.

– А зачем ты им "сдал" соседей из седьмого архипелага?

– По той же самой причине – как ты можешь сама догадаться. Входить в состав нашего сообщества они отказались категорически, тяготея именно к европейскому пути развития. Притом просто не понимая, что прежней "Земной Европы" тут фактически не может быть. У них всего три пути развития – остаться в этом своем первоначальном виде, и жить гаремами. Так как мужчин у них почти в три раза меньше. Ну или выживать. Второй вариант, это медленно или быстро скатится в средневековый хаос. И третий, самый вероятный – нарваться на бандосов, и перейти в ранг наложниц и рабов. А немцы, в их понятии – это Европа, и к ним в сообщество, при соответствующей мотивации, они не пойдут, а побегут. Бегом. И с радостью. И нам выгода – ведь соглашение мы заключали с одной группой, и уже получили за это бонус, а при присоединении к ним второй получим и следующий. Ну это я так думаю.

– Ты так считаешь?

– Уверен. Тем более, посмотрев на их развитие, можно будет через пару дней "сдать" им же ещё и Шестой архипелаг – населяющие его прибалты со скандинавами, вероятнее всего, также вприпрыжку пойдут к ним. И они получат очередное расширение своего состава, а лично мы – порядок в подконтрольных регионах, и дополнительные плюшки-подарки.

Хоть и довели до нашего сведения прогноз погоды на текущие сутки, но была надежда на то, что непогоду мы успеем проскочить раньше, чем та начнет выеживаться да хлестать нас дождем. Но не вышло – часа полтора небо ещё было сухое, но потом его затянуло тучами, и начался дождь. Вначале небольшой, но чем дальше, тем больше он усиливался. И больше двух часов нас мыло и полоскало, хорошо хоть тут весна или лето, и он не холодный. Все свободные от вахты забрались в каюту на Гуляне, и каждые полчаса парой сменяли наблюдателя и палубного матроса у шкотов, что были снаружи в дождевиках. А рулевой у штурвала и так находился под защитой – тот расположен перед обзорным стеклом, под крышей, у самого входа в носовой крытый отсек.

Домой мы пришли буквально сразу после группы Керимова, опоздав всего на полчаса. Он сам лично меня встречал на пирсе с ворохом не хватающих для всего экипажа дождевиков – и заодно принес свой смартфон, где была обещанная запись разговоров с главой Малой Европы Элизабет Фитц. Мне очень хотелось с ними ознакомится ещё до общего нашего отчета по сегодняшнему рейду у нашего Главы. Чтобы точно знать, правильно я поступил с ними, отдав право на объединение именно немцам, или нет. Пришвартовав судно, оба дождались, пока экипаж перебежит в Дом, и ушли вслед сами. Там я, усевшись за стол в зале столовой, начал знакомится с прошедшими переговорами. Но прослушав его уже во второй раз, убедился в своей правоте – несмотря на то, что люди там обитают нормальные, но с нами они напрямую иметь дел не хотят ни сейчас гни потом да и в дальнейшем точно не захотят. Совершенно однозначное нет. Значит мое решение стопроцентно верно, теперь я в этом убедился, да и с немцами им в сообществе будет лучше всего. А в этом случае «пилюлей» за самоуправство я получу не очень много. Очень надеюсь на это...

– Азаз, а где вы так долго задержались? Ведь ушли домой на час раньше нас, и идти вам было практически на час меньше, судя по пройденным расстояниям между архипелагами?

– Ты что – забыл? Сам же давал распоряжение проверить Двоечку и Детсад на наличие 'заместителей погибших'.

– Так был там хоть кто-то? Не томи, рассказывай.

– И там и там нами было найдено по четыре человека. С Двоечки снято трое мужчин и молодая женщина. А на Детсаде пошло всё чуть не так. Один мужчина, в летах – ему уже пятьдесят пять, и три женщины, от двадцати двух и до тридцати пяти лет.

– Нормальные хоть все? Или "балласт"?

– Все классные – нам будут в хорошую помощь.

– Расскажи о них?

– Не-не. Зачем повторятся? Подожди немного – сейчас на совещании о всех найденных сегодня мы отчитаемся, и всё интересное услышишь. Терпи.

Я вначале хотел заартачится, а потом прикинув, что и мне есть чем народ удивить, промолчал. А буквально через пару минут всех командиров экипажей Марина вызвала в кабинет Шефа.

– Доброго, хоть и довольно позднего вечера всем присутствующим! Во-первых – поздравляю всех членов поисковой "Гениальной" эскадры с таким ударным и удачным днем! Молодцы ребята – хорошо ударно потрудились! Спасибо вам всем! А на второе – признавайтесь, кто придумал заключить официальный дипломатическо-торговый договор, и к тому же сразу завизировать его с одной стороны «в небесном офисе» Экспериментаторов?

Ну, все, думаю я – пипец котенку – убить не убьют, и съесть всего не съедят, но понадкусывают начальнички, это уж точно. И сижу себе тихонько в уголке, не отсвечивая лишний раз – может быть проминет меня лихая доля? Хотя и прекрасно понимаю – Шеф знает этого человека, ведь Карен сидит с Машей рядом, о чем-то говорит негромко на ушко, и они обе улыбаются. По любому – она уже успела все доложить. Но нет – Иванович вторично задает вопрос. Не буду выкручиваться – хоть раком, хоть дрыком, а признаваться нужно:

– Глава, признаюсь, не вели казнить – вели миловать: это я заключил договор с сообществом на восьмом микро-архипелаге.

– Ого! Нехило ты сегодня рванул по расстоянию. И кто же там обитает? – с ясно видимым одобрением спрашивает тот.

– Немцы. Вся группа – состоит только из них.

– Добро! Значит, расскажешь все подробно в порядке очереди.

– Да мне эту очередь и начинать – ведь на первый сегодня архипелаг именно наш экипаж ходил.

– Даже так? Так ты со своими отличился даже сильнее, чем я подозревал?

– Да чего там... Мы делали всё то, что должны были делать – и только. Ведь это правда, парни? – и все мои, что сидели по одну сторону совещательного стола, дружно закивали головами. Ведь по вторую находились руководители главных направлений сообщества и замы Главы – то есть те, кто реально мог давать Ивановичу дельные советы.

– Ну тогда приступим? – услышал в ответ.

– Шеф, сделаем так, – предлагаю свой график работы, – каждый из нас по очереди рассказывает, что и как у него было. Чтобы не путаться, и соблюсти очередность событий дня. Идет?

– А и правда – нормально выйдет, начинай!

– Ну тогда я приступаю, – и выложил всё, что с моей группой было в скоплении островков четвертого микро-архипелага, – потом я сделал небольшую рокировку в экипаже, сменив Таю на Карен, и мы ушли дальше. Я ведь обещал Луису, который сегодня впервые вышел в самостоятельный поиск командиром группы, при необходимости помочь своим опытом и знаниями. Но он уже успешно и сам управился, и я, решив не терять даром время, собрал все свободные суда, и разбившись на два отряда, мы ушли дальше.

– Тогда у меня несколько вопросов по ходу рассказа. Почему не была сделана попытка в усиленном варианте привлечь "хохлов" к нам?

– Честно? Слушая их перебранки и выяснения – кто из них прав, а кто правее, и у кого больше этих самых прав на главенство над всеми, так вспомнились земные события, что я просто не стал тратить на этих пустобрехов время. Все равно ничего хорошего из них не выйдет.

– Глава, – очень неожиданно влезла в разговор Карен, – я тут думала над их судьбой. Так как явного и резкого неприятия русских они не проявляли, то самый реальный вариант для них, если само согласие на переезд-присоединение будет получен. Это перевезти всех на Победу, но после обязательно разбросать одиночками по отделам и островам так, чтобы они никогда друг с другом не встречались. Или, если эти встречи и были, но редкие и кратковременные. Тогда они постоянно будут в подчиненном состоянии, и качать права станет некому – при отсутствии неадекватных, как и они сами, земляков. А пока пусть они ещё некоторое время поживут на своем острове.

– Ну что же, я согласен с вами обоими, – после некоторого раздумья ответил Глава, – не в том дело, что они мои земляки, и есть такое страстное желание их прихватизировать именно по-землячески. Нет. Совсем не так! Тут дело в том, что мы с Машей сегодня встречались с главой Независимости Оксаной, кстати, она как и мы вдвоем – тоже Ивановна. Ну, а если покороче – то её сообщество открыло огромный остров, и планирует его активно осваивать. Вот к ним мы и сможем отправить некоторую часть неадекватов с Четверки, но только тех, кто нам самим в каком-то роде не будет полезен. Так, дальше. Склад в архипелаге был? Он уже освоен местными? Или достался нам?

– Все было, и оно у нас. Часть его богатств – это тот огромный пластиковый контейнер, что стоит невдалеке от бухты.

– Ага! Понял. Я его уже заметил, и вначале даже не сообразил, что за находка. Емкость для воды? Я павильно думаю?

– Совершенно верно, – ответил батеня, а если точнее, то отец Александр. Который в последние пару дней, помимо отправления своих церковных дел и ритуалов, как-то незаметно для всех стал у нас главным завхозом. И это вышла очень хорошая находка для сообщества, правда временная, – мы с Паулусом уже прикинули – её вполне можно подняв на крышу башни радистов, установить там, при этим полностью обеспечить водой все нужды Дома. От кухни до поэтажных душевых и гигиенических блоков.

– Так. Хорошо. С баком определимся позже. Но кроме него, что, вообще ничего там не было?

– Забыл. Там был обычный склад, типа того, как тогда мы нашли на Шерстистом – кухонная утварь, немного продуктов, уже ставшая привычной радиостанция со всем остальным в коробочках. Генератор, топливо, батареи, три Нагана, три двустволки, три пачки револьверных патронов, две сотни латунных для гладкоствола, порох и набор для релодинга. И.. больше ничего!

– Добро. Пойдет – все пригодится, распределим по принадлежности, оружие в "арсенал", кухонное – на кухню, радио – радистам, принято. Ну а пока продолжим – раз с первым пройденным архипелагом разобрались, – принял объяснения Иваныч, – кто следующий?

Ну а за мной докладывал Лапоть – ведь он и был старшим в группе, что работала на Пятерке.

– Я – Матвей Лаптев. Это моя группа вскрыла находку моих же земляков на тех островах. Сильно затягивать доклад не стану. "Гендерное деление", как сейчас привыкли говорить – равное. Дюжина мужчин и дюжина женщин. Все люди – родились или многие годы жили и работали на Кольском полуострове. Это и мои сородичи-саамы, что там были окотниками в бригадах, следивших за оленьими стадами. Их трое, все со своим привычным оружием, и два из них попали в первые же дни на самый большой остров, и там был склад этого архипелага. Обнаружив и пристрелив, как говорится – 'не дрогнувшей рукою' огромную бибизяну, заимели для всех будущих обитателей приличное жилье. Там же они обнаружили нашу, ещё советскую, дюральку – с помощью которой со второго дня и собирали обитателей всех соседних островков к себе. Правда несколько последних дней походы за дикими фруктами и овощами на пару соседних, песчаных островов, прекратили. На их берегах массово появились крокодилы, только очень большие.