Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Я вышел на балкон, кольцом опоясывающий башню Совета на уровне зала заседания, и глядя с этой высоты на земли наших Забытых Островов, которые по всему похоже, что станут нашим постоянным местом жительства на всю оставшуюся жизнь, через некоторое время понял – что эта мысль никакого отторжения у меня не вызывала.

Но я уже четко осознавал, что это – только начало. Свой первый шаг над пропастью мы уже сделали, начав это движение давным-давно, ещё в те времена, как только первыми попали сюда. Теперь остается только напрячшись, и уже уверенно, всеми нами – делать второй шаг. И он не за горами, он начнется намного раньше, чем мы даже можем себе представить.

Вот он. Перед нами тот тонкий канат судьбы, по которому мы должны пройти.

И кто сказал, что первый шаг самый сложный? Тот никогда без страховки не балансировал на краю жизни и смерти. Не только своей, но и всего того огромного количества людей, во многом, если не во всем, зависящего от него.

Когда ты встал на канат, и под тобой простирается бездонная пропасть неопределенного будущего, то каждый твой шаг будет как первый или последний. Тут уже как тебе повезет.

Пока удача на нашей стороне.

И мы все еще уверенно движемся вперед.

Главное – ни в коем случае не останавливаться, иначе следующий шаг можно просто не успеть сделать, и даже не заметить, как канат судьбы выскользнет у нас из-под ног.

Но мы этого уже, или же пока ещё, но не боимся. Свой страх мы все оставили в самом начале этого пути.

И теперь мы уже идем. Идем вперед. И не оглядываясь назад, и не смотря вниз.

И вот начинается наш следующий шаг. Шаг, первый шаг, но длиною в целую жизнь…

Развернувшись, я пошел назад в зал, туда, где меня ждали старые друзья и вот только что обретенные верные соратники, которые, я очень на это надеюсь, будут во всем друг с другом едины. И покажут пример для остальных по всем нынешним и будущим нашим свершения.

Эпилог. Неожиданная встреча с людьми. что уже давно населяют Восточный материк.

Эпилог

(Прошла пятая годовщина нашего пребывания в странном Эксперименте Высших сил Устроителей-Смотрящих на просторах Забытых Островов )

Очередной поход поисковых рейдеров далеко на север от последних открытых нами на это время земель. Поступил приказ на дальнейшую проверку морских просторов в тех районах.

Неожиданная встреча с людьми, что уже давно населяют Восточный материк.

И в этот раз вышли уже давно привычным составом: оба старых рейдера первой серии Слава и Заря, и первый наш носитель гирокоптеров Москва. Все они – прошедшие глубокую модернизацию, как для самого поиска, так и для обеспечения дальней воздушной разведки. С ними были также: танкер Тбилиси и транспортно-пассажирское судно Днепр, выполнявшее при эскадре одновременно ещё и вспомогательную, но важную роль плавучего госпиталя. Ну и обязательные четыре отряда наших сторожевых катеров – рисковать большими кораблями, после давней внезапной атаки камикадзе джапов никто не хотел. Ни мы сами, ни генштаб Конфедерации.

Только-только, всего-то с неделю назад отшумели грандиозные празнества во всех общинах, и не только входящих в основной состав КРО, но и их сателлитов. Да, даже, и у всех обитателей многочисленных наших «колоний», как бы кто их не называл официально, праздник такого размаха вызвал огромное воодушевление. На неделю, на целую неделю всему населению был дан общий конфедеративный выходной – и это, притом, что последние три дня были праздничными, и ознаменовались всеобщими гуляниями и шикарно накрытыми столами. Ради этого был даже временно отменен «сухой закон», принятый указом соправителя Конфедерации Оксаны Ивановны.

Тут уже пошли разговоры на флоте, полностью и всецело поддерживающем их, наших правителей – подать предложение в верховный Совет об отмене выборности высшей власти. Как верно говорят, от лучшего хорошего не ищут – а они, и сам Станислав Иванович, и Оксана Ивановна, наши два соправителя, приложили все свои силы и знания, помноженные на огромный опыт своих советников, только для одного. Чтобы все общины, входящие в состав КРО, поднялись на недосягаемую для всех остальных сообществ высоту в развитии. И личности, и общности, науки и производства – да всего полностью. Мы – лучшие. По крайней мере, стараемся ими быть.

На десятые сутки похода пилот того гироплана, чья очередь была сопровождать в небе эскадру, передал – что им на самом горизонте замечены долгожданные признаки суши. И экипажи и ученые, и, даже, обычно невозмутимые морпехи десантной роты – все вздохнули с облегчением. Хотя в море мы и так проводим больше трехсот дней в году, такова уж моряцкая специфика жизни. Но это в густо замешанной каше из скал, редких солидных островов и наиболее часто встречающихся островков и всевозможных мелких островочков основного региона сосредоточения земель Забытых Островов. А вот такое длительное время в пустынном безбрежном океане никто из нас ещё не проводил.

И, нельзя сказать, что мы не были готовы к такому испытанию – один лишь только наш поход к Западному материку чего только стоил! Но там – это не тут. К нему по пути были и уже освоенные нами архипелаги Лагуна и Подскок, и три новых небольших, по пути туда только что нами открытые. Для их изучения и возможного освоения с рейдерами специально шло транспортно-исследовательское судно, с которого были последовательно высаженные специальные осмотровые группы. Да и общее расстояние хоть немного, но, как выяснилось, оказалось поменьше – тысяча семьсот пятьдесят миль против нынешних чуть больше двух. Разница хоть и незаметная на общем фоне, но она, всё же, была. как говорится: «мелочь, а приятно». Хотя, вы, конечно же, понимаете иронию – такие большие цифры разницы мелочью назвать… в общем неправильно это.

После смены уставшего наблюдателя в воздухе мы получили на экраны картинку с его следящих видеокамер – в воздух было поднято судно ДЛРО. Это был не одиночный островок, а уже ставший привычным нам за прошедшие годы очередной микро архипелаг с большим базовым участком суши. И, как будто специально – с нашей, восточной стороны, у него была шикарная закрытая бухта, будущая стоянка для кораблей, что в недалеком будущем будут гарантированно тут базироваться. Открытые нами, и тем более признанные научниками и производственниками земли мы никогда не оставляем без присмотра.

Слава и Заря, обойдя весь периметр архипелага, сделали электронными эхолотами подробную карту дна и глубин, и передали на флагман Москву все данные. И только после этого остальные корабли эскадры получили приказ на осторожный вход в бухту и разрешение для длительной стоянки. А уже через двое суток, когда рейдеры и носитель были в очередном ближнем походе, под вечер локатор Днепра засёк подходящее с северо-северо-востока большое чужое судно. Во избежание возможных неприятностей с этими неизвестными наш танкер Тбилиси превентивно и заблаговременно вышел в открытое море. Ведь возможное, даже самое случайное, попадание в его полные танки при огневом контакте гарантированно уничтожит всех, кто был в бухте.

Сторожевые катера сопровождения, как водные блохи, разбежались перед опасностью в разные стороны и укрылись в подходящих щелях или мелких бухточках. Их пулемёты такому монстру – что слону дробинка. А на транспорте комендоры срочно расчехляли свои орудия, и ракетчики спешно занимались зарядкой своей единственной установки РСЗО корабельного базирования.

Но чаша сия их минула – с подходящего судна пришел вызов. И, что самое главное – на нашем языке, на русском:

– На острове, не мельтешите – мы мирные… Пока нас не затронешь.

– Да и мы, в принципе, самые мирные. Все вокруг уже в этом давно убедились, – ответил кэп транспорта. Он с момента объявления тревоги был постоянно на связи.

– О! Земеля! Русский! – послышалось по громкой в ответ.

– Ну не совсем… Я – Шевченко Степан Семенович, родом из бывшей ранее независимой Украины. А теперь я капитан флота КРО. А вы, добры молодцы, откель сами будете?

– Ух ты! У вас что, деление по государствам есть? А КРО это ваше – что это такое за создание? А мы? Ну-у-у, мы-то – экспедиционное судно Русского Союза, идем от столицы, Замка Россия, в очередной поход к Западному материку.

– Хм? Ну тогда отвечу по порядку. КРО – это Конфедерация Русских Общин, расположенная в локации Забытые Острова, проекта небесных Устроителей, как их у нас называют, Платформа N5, что лежат посреди этого океана на более чем две тысячи миль южнее. А среди нас деления на бывшие земные государства нет, но мы помним – кто и откуда вышел. И к чему дома пришел. А что такое, этот ваш – Замок Россия?

Вот тут-то мы все и испытали «Не„-культурный шок. Оказывается – на их Восточном материке есть множество больших и жизнеспособных анклавов из основных стран мира. А Русский Замок Россия среди них один из самых главных и более всех развитый во всех сферах быта, науки, техники и, конечно, производства.

– И как давно вы уже тут? – задал животрепещущий вопрос Семёныч.

– Да уже как тринадцать лет. А вы сами когда сюда попали?

– Мы-то? – от такого ответа офигели все, что в это время слушали такие интересные переговоры, – да всего две недели назад как отметили пятую годовщину нашего попадания в этот Эксперимент. Мы, по сравнению с вами – пока ещё сущие младенцы. А к новому материку вы давно ходите?

– Да уже лет девять, не меньше.

– Ого! А мы там обитаем и всего ничего – чуть больше четырех. Но до сих пор, кроме своих союзников, никого постороннего не наблюдали.

– Да и мы, в принципе, тоже, до сих пор кроме своей разросшейся колонии и её местного окружения никого не находили.

И, как мы через некоторое время узнали, это было сущей правдой, как ни обидно было это признавать. Но на этом наши радиопереговоры вполне успешно завершились, и все экипажи с нетерпением стали ждать настолько неоднозначных гостей.

К этому времени в котельной подняли давление, и Днепр смог выйти навстречу подходящему судну, или же кораблю – если оно с вооружением. Не думаю, – размышлял его капитан, – что в такой дальний поход они ходили без него. Это было бы совсем глупо.

И вот, только пройдя траверз последнего холмистого острова, как перед ними показался гость во всей своей красе – трехмачтовый большой парусник с прямым вооружением засверкал белоснежным огромным облаком.

– Красота, шикарно как смотрится, – первым отмер третий помощник, и одновременно начальник службы безопасности корабля, лейт Перов, – и, судя по этому виду, с матросами у них всё в полном порядке.

Мы все, стоящие под открытым навесом на верхней палубе надстройки, у капитанской и рулевой рубки, где сосредоточены все приборы контроля и управления и естественно штурвала, прекрасно его поняли. Несмотря на то, что людской состав КРО не просто увеличился, а резко прыгнул в своем количестве за эти долгие годы, мы так и продолжали использовать парусники типа шхун. На скорость косые паруса совсем не влияют, а вот палубной команды нужно в разы меньше. А тут, по всему видно, на эти трудности совсем не обращают ни какого внимания.

– Приветствую вас, гости нежданные, – приветствовал их уже в мегафон Шевченко, – но от этого не менее дорогие.

Уже став на якоря в бухте, вначале друг-друга посетили капитаны и их помощники – кэп гостей пришел на своем небольшом катере на Днепр, а первый и второй замы Семёныча отправились к ним, на Россию. Как знаково было назван корабль гостей. Да-да! Корабль! Уже когда были опущены их паруса, все разглядели и дымовые трубы позади грот-мачты, и довольно большие, но, притом, очень аккуратные орудийные башенки на баке и юте. А также в двух местах у ближнего к нам борта, видимых нами, но немного меньшие, скорее всего с пулеметами – а это значит, что и у другого они тоже есть.

– Нда! Теперь мне понятны слова – что вы «самые мирные». Судя по сноровке расчетов – использовать вооружение приходится часто, и, даже, очень? – задал чисто риторический вопрос кэп гостей, увидя суету бойцов, что обслуживали свое хозяйство после отменённой тревоги.

– Ну-у-у? Соседей много, и далеко не все они нормально относятся к нам, представителям КРО и его жителям. Но не стоит думать, что на всякое недовольство мы сразу открываем огонь на поражение – это оружие, скорее всего, выполняет образ предупреждающей дубинки. «Не тронь нас, и тебя самого никто не обидит» – примерно вот такая его роль.

Разговор-беседа-знакомство проходила в дружеской обстановке, насколько могут быть дружны русские, но из совершенно чужих, незнакомых друг другу, к примеру – городов. Но и мы услышали довольно много нового, о чём даже и не подозревали в своем «медвежьем углу» Платформы. И смогли поразить собеседников своими открытиями и новостями, но уже из мира Забытых Островов. Естественно – и те и другие прекрасно понимали, что выдается информация явно, только лишь, широко доступная, не являющаяся секретной для посторонних.

Но и того, что мы слышали, вполне хватало, чтобы понимать – и наш, и их мир, сообщества-анклавы, или как у нас это были общины, далеко ушли по пути развития от того состояния, что было у нас всех на момент старта Эксперимента. Как своего личного – у них это был огромный мир Замка Россия с ближними и дальними союзниками-соратниками. А у нас – это была махина КРО, состоявшая на данный момент из семи основных общин, что и были в свое время в роли основателей Конфедерации. И более чем трёх десятков их союзников, сателлитов, колоний, что не имели утвердительного и решающего права голоса в Верховном Совете, а могли выступать только в роли советующих. Или же их слова были рекомендательными.

Каким был, к примеру, бессменный ректор военной Академии генерал в отставке Горбатенко Петр Семёнович, с известным всему населению КРО прозвищем – Дракон. Хотя сама Академия и располагалась на отдельном и большом острове, и была функционально обособленной структурой, но её Глава мог, соотнося свой возраст и происходящие вокруг события, только советовать. Но к ним высшее руководство всегда относилось с пониманием и конечно – особым вниманием.

Наша столь затянувшаяся беседа практически подошла к своему финалу, и мы просто сидели в кают-компании, пили чай.

– Капитан, пришла ответная радиограмма с Базы флота, – в этот момент к нам вошел Перов с докладом, – если у земляков есть свободное время – утром прилетит представитель руководства для встречи.

– Нас сильно потрепал шторм, пять дней назад полосой прошедший вдоль обычного курса, и заставивший отклонится так сильно к югу, так что пока будем устранять все поломки и неисправности, с неделю тут точно простоим, – подумав, ответил гость.

– Ну если вы не будете против этого – ведь архипелаг по праву первооткрывателей ваш, – и сразу добавил он.

– Я, честно говоря, увидев прорехи в вашем рангоуте, так и подумал. Тогда они там не будут спешить так сильно, а выйдут на встречу нормальным составом дипмиссии на скоростном судне, – ответил безопасник, – разрешите идти?

– Строго у вас как. Вы что, флотские?

– Конечно! Неужели вооруженный транспорт может быть гражданским? – и тут заработала громкая связь, – Днепр, это командор. Гости еще тут? Мы уже на подходе. Ждите.

– Так вы тут не сами?

– Естественно. Мы с танкером – только корабли обеспечения эскадры. Вот скоро вернется командующий и остальные три рейдера…

– Нехило вы живете, еще пара крейсеров и носитель к ним в придачу, – через время увидев входящих в бухту поразился тот, – теперь я полностью понимаю слова – «самые мирные». Авиация, точнее вертолеты – у вас боевые?

– Нет. Только визуальная разведка, быстрая доставка к месту нужного человека, и есть борт с самодельным ДЛРО. Вооружение на эти крохи с первого дня никто не пытался ставить.

– А что это?

– Это так называемый гирокоптер. Еще на него говорят – автожир или гироплан…

– Мне вот интересно, а почему ни мы вас, ни вы нас – за эти годы ни разу не слышали? – после долгой беседы задал интересный всем вопрос наш командор.

– Даже не скажу. А давай вызовем к нам на консультацию главных судовых радистов, – ответил гость.

Через время, что наши оба Кренкеля провели за специфическим спором, мы все услышали приговор:

– А никто и не мог слышать друг друга. И мы, на Островах, и жители Восточного материка – работали на совершенно разных частотах. Это первое. А второе, и оно самое главное – в Замке Россия их глав-радист только недавно ввел в строй радиостанцию такой мощности, что её можно слышать с Западного материка. До этого они в ней просто не особо нуждались – на старом маршруте есть три островка, где и были смонтированы необходимые для этого ретрансляторы. Да и дальняя связь у них работает только в варианте специально-направленной, так с самого открытия Новых земель повелось в анклаве. А мы, после первых разочарований и попыток найти мощных и сильных земляков-соседей, просто прекратили этим заниматься. Хватало и других забот.

К тому же, судя по отсутствию связи с их базой, этот регион, вероятнее всего, расположен в зоне радиотени. Вот это самая вероятная причина того, что контакт не был установлен ранее.

Прошло всего пять дней, как локаторщиками был замечен спешащий к нам эсминец Конфедерации. Потом была долгожданная встреча полномочных представителей сторон. Беседы. Выяснения позиций по многим вопросам. Попытки заключения договоров, так и не пришедшие к подписанию. Много, много, много чего…

mrSecond
Форт "Заря"

День 1

Просыпаться отчаянно не хотелось. Пробуждение было неизбежным. Рано, слишком рано, рассвет едва-едва перешел в решительную фазу, и солнечные лучи лишь скользили по верхушкам деревьев, не в силах проникнуть глубже. Увы, все было предопределено еще накануне, и теперь критическая точка неотвратимо приближалась. Нет, можно было, конечно, заранее принять необходимые меры, предусмотреть, предотвратить, но вот не предусмотрено и не предотвращено. И потому случилось то, что случилось. А случилась жесткая побудка. И совершенно безвариантная. Ибо разбудила Женю не мелодичная трель смартфона, не противный писк китайского электронного уродца, и даже не зверский грохот поставленного в тазик армянского механического «Севани», а острая резь в области мочевого пузыря. Физиология, мать ее! Он попытался вновь задремать, договориться с организмом, надеясь отдалить неминуемое. Еще бы! Во сне было тепло и хорошо, а наяву… Наяву поджидала жестокая кара за вчерашние излишества: похмельный синдром во всей своей красе. С головной болью, сушняком и всеми прочими прелестями, свидетельствующими о том, что вчерашний вечер все же удался.

Ах, как было здорово вчера! Весело, интересно, сытно, пьяно, вкусно, наконец. А сейчас… Нет, нет, все пусть идет лесом. А он будет спать, отключив этот гадкий организм хотя бы ненадолго.

Какое-то время у Жени получалось игнорировать настойчивые сигналы из области нижней анатомии, но, в конце концов, тело настолько неумолимо заявило о своих потребностях, что медлить далее было чревато. «Клапан-то не казенный», – бормотал он себе под нос, нашаривая кроссовки и выползая из палатки. Слегка пошатываясь, отчасти спросонья, отчасти от недовыветрившегося еще хмеля, он побрел в сторону от стоянки. Глаза не хотели открываться, да Женя и не стремился их открыть. Веки приподнялись едва-едва, и обзора сквозь образовавшиеся узкие щелочки хватало лишь на то, чтобы не запинаться за корни и не натыкаться на деревья, а большего сейчас и не требовалось. Наконец, он решил, что удалился достаточно. Оперся плечом на ближайшую сосну, дабы не тратить силы на поддержание равновесия, и в последние секунды успел расстегнуть «молнию» джинсов, не дав случиться непоправимому. Где-то внизу зажурчало.

– Ка-айф! – выдохнул он облегченно-сладостно. Хихикнул, припомнив бородатый анекдот. Дождался завершения процесса, снова вжикнул «молнией» и, не открывая глаз, повернул в обратную сторону, изо всех сил стараясь не проснуться, удержаться на зыбкой грани между сном и явью.

Но – не судьба. Как ни пытался Женя сохранить остатки сна, как ни экономно старался двигаться, но эти движения вместе с прохладой раннего утра начали разгонять застоявшуюся за ночь кровь, пробуждая организм навстречу и новому дню, и последствиям вчерашних возлияний, совершенно не считаясь с желаниями владельца этого самого организма.

Вообще говоря, Женя не был таким уж большим любителем зеленого змия, скорее, даже, наоборот. Но коли уж покатит в масть, то пировал от души. Во хмелю не буйствовал, был, как говорится, мирным атомом, но в хорошей компании и под хорошую закусь меры не блюл. Вот и накануне вечер прошел бурно, и теперь его многострадальная головушка сполна расплачивалась за вчерашние удовольствия. Впрочем, у костра наверняка остались хотя бы одна недопитая бутылка и котелок с крепким холодным чаем. Комплексная терапия сулила скорое избавление от страданий, и полусонная, полупьяная тушка повлачилась обратно к лагерю. Настроение помалу улучшалось, и самочувствие обещало вскоре подтянуться следом. Выйдя из лесной тени на ярко освещенную солнцем прогалину, Женя остановился, запрокинул голову и со вкусом потянулся, окончательно разлепляя веки. Красота то какая! Еще бы башка не болела.

Если бы страдальцу каким-то чудом удалось абстрагироваться от немилосердно терзавшей организм похмелюги, он бы, несомненно, признал это июньское утро просто чудесным. На пронзительно голубом небе не было ни облачка, и ничто не мешало раннему, нежаркому еще, солнцу дарить подзадрогшему тельцу блаженное тепло. Десятки невидимых в густой листве птиц чирикали и свиристели на все лады, услаждая слух пристрастного ценителя, буде такой оказался бы в этом довольно-таки глухом месте. Неповторимый аромат утреннего леса, чистейший, не отравленный городом, воздух, напоенный невероятной смесью нежных запахов, действовал умиротворяюще. Но самое главное – это осознание того простого факта, что выходные, по сути, только начались, и самое интересное, как и самое вкусное, еще впереди. Действительно, кайф! Вот только что-то, какая-то ускользающая деталь мешала, царапала, портила идиллическую картину. Женя проморгался, более-менее сфокусировал зрение и замер неподвижно, как некогда Сивка-бурка пред Иваном-царевичем. Поляна была пуста.

Ну, то есть, почти пуста. Стояла только его палатка – почти новая каркасная четверка, купленная сравнительно недавно исключительно ради комфорта и возможности при оказии с удобством разместиться вдвоем со случайной подругой. На вес он не смотрел – все равно давно уже выезжал в лес только на машине.

Женя добросовестно потряс головой, протер глаза, ущипнул себя за руку и проделал прочие традиционные ритуалы, помогающие вернуться в данную в ощущениях реальность. Картинка не изменилась. Но, млин, ведь еще вчера тут было больше двух десятков машин, множество палаток, несколько костров и целая куча народу! Между прочим, там был еще и его «тазик» – доставшаяся в наследство от отца старенькая вазовская «семерка». Не бог весть что, но, все же, средство передвижения. Было. Вчера. А сейчас не было видно ни машин, ни людей, ни палаток – только один его черно-оранжевый купол. Да и поляна была явно другая: небольшой островок посреди вековых сосен, окаймленный зарослями малины и шиповника.

– Охренеть!

Выдать что-то большее не получилось. И без того недоочнувшееся сознание впало в ступор. Практически на автопилоте Женя доковылял на внезапно одеревеневших ногах до палатки, зачем-то обошел ее кругом. Палатка была добросовестно растянута, все колышки утоплены, как полагается. В тамбуре – все вещи, что он оставил там накануне. Вот только не было ни людей, ни даже следов их пребывания. Кроме него самого, разумеется. Куда все подевалось? Где костровища? Где дорога? Где, млин, банальный мусор – обрывки упаковки, консервные банки и пустые бутылки? Ни хрена себе шуточки! Но тут и сам виноват. Это как нужно было накидаться, чтобы не чувствовать, как тебя вместе с палаткой тащат с места на место!

– Эй, мужики! Хорош ржать в кустах, выходите!

Другого варианта представить себе было невозможно. Ну а что еще прикажете думать, если заснул в одном месте, а проснулся в другом?

– Все, прикол удался! Вылезайте! С меня коньяк.

Коньяк был действительно заначен. Правда, на самый вечер, для узкого круга приятелей. Но тут, видать, придется переиграть раскладку.

– Ну что, где вы там?

Ответом был только шум ветра в вершинах сосен. «Писец», – промелькнуло в голове. – «Писец-писец-писец. Мля.»

Он покричал еще, больше для порядка, уже не особо веря в результативность этого действия, затем обошел поляну по бровке леса. Ни людей, ни их следов. Внезапно накатила волна злости. Вот, млин, гады! Сами, поди, дрыхнут. А, может, по пьяни уволокли да забыли? Ну так надо им напомнить. Тогда уже с них коньяк причитается. За безвозвратно утраченные нервные клетки.

Женя был вполне современным своей эпохе человеком. А современный человек привык, что информационный поток – радио, телевидение, интернет и, конечно, телефонная связь суть неотъемлемая часть окружающего мира. Конечно, сотовый телефон порой раздражает назойливым звонком в неуместное время, но он же дает нерушимую уверенность принадлежности к человеческому обществу. Да, бывает, что тебе звонят в совершенно неподходящий момент. Согласитесь, не самая лучшая идея беседовать сидя, скажем, на унитазе. Даже если телефон в этот интимный момент случайно оказался у тебя в руках. Но и ты можешь в любое время нажать несколько кнопок и привязать к своей жизни несколько минут жизни другого человека. Мобильные телефоны невидимой паутиной соединяют отдельных людей в глобальное сообщество причастных, этаких «свидетелей соты». И люди, особенно жители городов, настолько привыкли к повсеместности и круглосуточности связи, что в большинстве своем уже не представляют иного способа существования. Связь вездесуща и легкодоступна, люди забыли о восторгах, некогда вызванных изобретением Александра Белла, они не задумываются об обширности положенных в ее основу знаний и сложности технологий. Люди разражаются гневными тирадами в адрес неких абстрактных связистов если не могут с первого раза сделать нужный звонок и лишь те, что постарше, изредка вспоминают о былых временах, когда для того, чтобы поболтать с приятелем, нужно было зайти к нему домой, а чтобы вызвать милицию или «скорую помощь», приходилось бежать к телефону-автомату через два квартала. И Женя, ничтоже сумняшеся, достал из палатки смартфон.

Смарт был крутой. Хотя нет, одного этого слова недостаточно, чтобы описать сей предмет. Это был просто суперсмарт. Женя только выбирал его пару недель, дотошно и придирчиво изучая параметры модели, выискивая в Сети отзывы счастливых и разочарованных пользователей сего чуда микроэлектроники. Деньги на новую игрушку копились чуть ли не полгода. И вот теперь он держал в руках предмет своей тайной гордости, блестящую плоскую коробочку, венец научных и технологических достижений современного мира. Значок, показывающий уровень сигнала, был совсем серым, можно было даже подумать, что и сигнала-то никакого нет. Женя хмыкнул, пожал плечами и набрал номер вероятного виновника. «Мобильная сеть недоступна», – прозвучало в ответ. Что за хрень! Еще попытка, еще – та же фигня. Набрал другой номер, третий – без изменений. Это что, действительно нет связи?

Если что-то не работает, сперва нужно проверить простейшие вещи. Это правило Женя выполнял неукоснительно. Он не раз оживлял компьютеры клиентов («Знаете, он совсем не включается!») просто вставив вилку в розетку. Но нынче шаманские пляски с бубном вокруг захандрившего девайса не помогли. Совсем. После пары минут ступора Женя несколько напрягся и, с трудом преодолевая похмельный туман в голове, попытался подумать. Ладно, допустим, сеть не ловится. Но ведь есть еще спутниковая навигация! Он с энтузиазмом кинулся было давить на кнопки, но его ждал очередной облом: спутников не было. По крайней, мере, это категорично утверждал GPS-модуль. Но ведь накануне все было на месте! Эмоции воскипели, активно потребовали выхода и незамедлительно в этот выход ломанулись.

– Мать вашу! Да что это за…

Женя не был особым виртуозом, и исчерпался менее, чем за полминуты, но этого вполне хватило, чтобы до какой-то степени успокоиться. Сбавив накал страстей, он подвел итог: все механические действия были тщательно и неоднократно проделаны и ни к чему не привели. Ситуация явно выходила за рамки рядового события. Для принятия решения требовалось приложить мозги и попытаться проанализировать произошедшее, но больная голова работать отказывалась, требовалось срочное лечение.

Подобное следует врачевать подобным. В этот тезис Женя верил свято. Он, мимолетно вздохнув, сорвал с горлышка бутылки пластиковую нашлепку, со звучным чмоком выдернул пробку, набулькал коньяка в металлическую стопку, молодецки, одним глотком, опустошил ее и, прикрыв глаза, принялся ожидать начала действия микстуры. Спустя несколько минут в темном царстве забрезжил луч света, но с первой попытки желаемого результата достигнуть не удалось. Процесс исцеления завершили еще два писярика и несколько больших глотков минералки. Конечно, запивать коньяк минералкой – это варварство, но, по крайней мере, молоточки в висках утихли и затылок ломить перестало. Теперь можно было попытаться подумать и, для начала, восстановить в памяти последние события.

Накануне была пятница, начинавшая собой первые выходные июня. Женя, Евгений Михайлович Каплин, программист, сорок один год от роду, рост 180 сантиметров, вес 102 килограмма, отпросился с работы после обеда, мстительно проигнорировав капризно-разочарованную реплику молоденькой секретарши шефа:

– Ну Женечка-а, ну ты же обеща-ал!

Ну да, он обещал. Обещал поставить на ее компьютер новую игрушку вместо до крайности надоевших девочке шариков «Lines». И что с того? Недосуг сейчас, не до разных всяческих глупостей. Секретарша и без развлекалочки не помрет до понедельника, а его зовет труба: ту-туруту-туту! Слушайте все! Вперед! Прочь из душного города, подальше от надоевшей работы и тупых э-э… секретарш! Да здравствует свобода! Вещи были собраны еще накануне, оставалось только побросать их в машину. Еще три часа по шоссе и полчаса по грунтовке, и он уже обнимался со старыми знакомыми, ставил палатку и опрокидывал по первой.

Одним из немногих действительно серьезных Жениных увлечений была авторская песня. Несколько раз за лето он выезжал в лес на традиционные сборища себе подобных, громко именуемых фестивалями. Нынче был даже не столько фестиваль, сколько встреча давно знакомых людей, которых объединяло общее увлечение. На подобные мероприятия Женю влекла возможность основательно расслабиться, полностью отключиться от повседневности бытия и отдохнуть от вечной городской суеты. Была, конечно, и немалая толика романтики, ощущение единства чувств с усевшимися кругом костра людьми ну и, собственно, сами песни. Он еще в школьном возрасте научился сносно бренчать на гитаре, хороший слух имел от рождения, а неполные четыре класса музыкальной школы по классу фортепиано давали возможность легко подбирать аккорды к простым мелодиям и даже делать легкие аранжировки. Все это позволяло в своем кругу числиться неплохим исполнителем, что, в свою очередь, приятно ласкало самолюбие.