Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

День 31. Часть 9

– В каком складе? Ааа! В амбаре-то? Так он большой и внутри деленный на три части. Средняя, это жилой отсек на двенадцать человек, кухня, склад продуктов и радиорубка. В правом забито было до самого верха гладкой доской и брусом разного размера. А левый занимают всякие станки, но в них мы не разбираемся.

– А посмотреть? И почему вы до сих пор не вышли на связь? А ведь у нас уже даже вечерняя информационно-развлекательная программа несколько дней по радио идет.

– Пошли, мне не жалко. Заодно пару баулов отнесем. А ответ про связь очень простой – мы умеем только включить и выключить, и то, что уже знаем. И ничего более.

– Понял. Не дурак. Был бы дурак – не понял.

– Но ты ведь понимаешь, – сопя от натуги и смахивая капли пота со лба, Ланка тащила на спине тюк, что был почти на половину её роста, – что нам самим уже было трудно, а если остров нормально осваивать, то девок не хватит ни на что? И тогда уже вам будет нужно выделять сюда рукастых и нормальных парней? Согласен в этом со мной?

– А я это и так знал. Но дальнейшее – уже не в моем ведении. Глава у нас совсем не прост, и разберётся быстро и толково – что и как у вас тут сделать. Главное – что стартовое сообщество для заселения уже есть.

– Кстати, а как ты хочешь ввести нас в свой состав без переселения? Ведь терминал придется к вам перевезти – а что потом делать с поставкой? Как этот вопрос решишь?

– Уже есть, на первый взгляд, два варианта. Первый, это будет происходить так. Ваши плиты будут у нас, на твоей шее, как на старшей, будет висеть ежедневное составление списка с тем, что вам нужно, и передача его в Штаб. А наш катер, что ежедневно ходит с Победы на Базу и назад, будет всё то что требовалось, привозить.

И второй – это тоже просто, даже очень. Заключим с тобой Договор, дипломатический, о том, что мы друзья и союзники. И входите в наш состав без переселения и переноса терминала поставки. И ещё – будет соглашение, точнее два – торговое, и о военной помощи. В этом случае вы будете полностью автономны и независимы, только под присмотром мощного папика, и всем тем, что ты уже занималась, будешь продолжать делать и дальше.

– А подумать? Время дашь? Или выбирать нужно срочно?

– Почему? Думай сама, советуйся с коллективом, с помощниками – я тебя не тороплю.

В итоге, они довольно быстро разрешились бременем выбора, и все полностью согласились на то, чтобы стать зависимыми-не зависимыми, и не передавать всю заботу об их снабжении нам. Вообще – это был не мой уровень, предлагать такие варианты решения, но почему-то трезвонить Главе я в тот день лишний раз не захотел. Решил так – этот вариант неплохой, а если им, руководителям нашим, он не понравится, сменить его элементарно.

А что же было у них в складе? В той его большой части, содержимое которой Ланка назвала – «оборудованием»? Увидев его – я просто обалдел! Так как там, ещё дома, в станице, у моего родича была домашняя, довольно хорошо оснащенная столярная мастерская, то представление об всех тех станках, что там стояли – я имел. И сразу сообразил – что там, на Красавице он не нужен и даром, а вот там, где есть запасы деловой древесины, будет незаменим. А рассказав им, что у них там есть и для чего оно предназначено, в ответ ожидаемо услышал:

– Вот и забирайте всё это железо себе! Нам такое оборудование не по статусу, да и рубить деревья на острове я не имею желания. Их и так мало. К тому же – они, по большей части плодовые..

По общему решению её «бабской банды», она, поставив меня рядом с собой, перед самым заказом набрала на своем комме слова:

Вступление в большое сообщество без переселения своего состава и перемещение терминала.

И в ответ получила «благословение», после которого мы оба обалдели. Я – потому что, честно говоря, совсем не ожидал такого результата. А она от того, что ей все удалось:

Вхождение в состав большего сообщества разрешено без переселения и перемещения терминала.

Потом мы с ней заключили уже достаточно подробный дипломатический и торговый договор, в его трактовке сказался мой первый опыт на Новом Бранденбурге. Хотя, какая в хренах дипломатия? Они же в нашем составе? В нашем! Но устроители этот наш ляп приняли очень благосклонно, и в ответ выдали:

Бонус обоим сторонам договора на усмотрение организаторов. В вес основной поставки не входит.

На том и остановились. Ланка прогнала меня, отстучала свой, сто пудово давно приготовленный заказ – получила его, и, поручив подругам выносить все из своей секретной комнатки, вышла наружу. А там!!! Немного сбоку от их хором, примерно в шагах десяти-двенадцати, из ниоткуда появился похожий, но немного меньший сруб, и большой продолговатый навес с длинными двумя столами и лавками по обе стороны его.

– И что это? – немного ошарашено спросила та.

– Честно? А фиг его знает. Но, похоже на столы уличной, или точнее полевой, большой столовой. Посмотри – что там в помещении внутри, и всё станет ясно, – сам ответил той, при этом чуть ошалев.

После быстрого, но тщательного и старательного осмотра там было найдено – продолговатая кирпичная печь на три котла и две сковороды. И ими самими, стоящими в своих гнездах над топкой. Комплект посуды – две штуки. Один набор – чисто кухонной. Разные там поварёшки, черпаки да черпачки с ложками, лопаточками, шумовками. Всякие ножи – от маленьких, которых было примерно с дюжину, до средних, разделочных, и больших, как плоские топоры. Но не по одному – а что по паре, а что-тои по три-четыре, а то и пять-шесть штук.

И столовый. После скорого подсчета явно её главная повариха доложила:

– Тут сорок восемь комплектов.

– Чего – комплектов?

– Всего. Мисок – порционных, полупорционных, пиалы для жидкого, для второго, блюда. Чашки, блюдца, кружки – и алюминиевые, мне уже знакомые, и из металла. Правда подозрительно легкого, матового, и чуть серебристого. Ложки – столовые, десертные, чайные. Вилки – двадцать четыре больших, их обычно называют мужскими. И двадцать четыре поменьше – явно женские. Салатницы, селедочницы, порционные емкости для заливного. Короче – как в нормальном хорошем кафе, там, дома, поверь.

– Нда? – через краткую паузу раздумий произнесла Лана, – вот и явный результат от пользы объединения. Только почему всего по сорок восемь – не соображу. И что это за металл незнакомый?

– А дай я гляну – есть мысли..

– Да это же титан – мы себе такие же ещё в самом начале брали.

– Да? А у меня посуда тоже титановая – но блестящая.

– Видно разная она бывает. И такая, и такая..

После такого приятного и полезного всем бонуса атаманша этой банды вышла меня провести к берегу. Но, конечно не сама она, а с обязательным сопровождением. А на берегу, у головного судна меня уже ожидали.. Мои парни с просьбой Гюрзы самому выйти на связь, ведь ему сегодня довелось обследовать Девятку.

– Гюрза, Малой на связи, – как только я произнес это, так и сразу услышал в ответ:

– Командир, у нас все нормально. Но все ж есть немного проблем.

– Что там случилось?

– Тут в архипелаге всего три островка – два совсем маленьких, метров по двести в диаметре, и вообще безводных. И пять безжизненных скал – на которых забросило при переносе часть людей, и последний, их главный остров – они его назвали Минск. На нем сейчас в не очень комфортных условиях все они и живут – хорошо, что там был их склад, и теперь есть в чём обитать. Но и тут проблема – их родничок воды дает столько, что даже напиться вволю всем не хватает. Основной вес поставки тратится именно на неё. Что будем с ними делать?

– А кого ты там нашел? Кто они по национальности? Наши или нерусь? Адекватные?

– Если считать за наших население бывшего Союза – то наши. И да, все в норме, и за месяц суровой жизни даже ни разу не подрались. А это очень о многом говорит.

– Согласен. Но все ж хотелось услышать подробнее?

– Четверо с Украины, с её Донбасса, потом один из ДНР, а второй ЛНР. Три молдаванина, и все они деревенские, с руками, что из одного места у порядочного мужика удачно растут. Трое из Ставрополья и Краснодарщины, это казаки, служивые люди. А основная масса белорусы – там и городские и деревенские намешаны. Человек пять или шесть из общего числа прямо до своего переноса служили в действующей армии, и это помимо казачества.

– Нормально, очень даже хорошо, – на автомате ответил я, не обратив сперва внимание на то, что разговор шел по громкой связи, и Светка присела на ушное плотно-плотно, – а возрастная группа? От и до? Старшего возраста много?

– Обалдеешь! Нет ни одного моложе восемнадцати, и не старше двадцати пяти. И даже этих, самых старых, всего пятеро. Представляешь? Какое шикарное пополнение нашего брата будет на Победе? – с восторгом в голосе ответил тот.

И тут меня резко дернули за свободную руку. Чисто на автомате наношу ей же ответный удар, краем глаза замечаю, что рядом стоит Ланка, и с огромным трудом его сдерживаю.

– Дура? – тихонько говорю той, – а если бы не успел придержать? Я б тебя размазал прям в воздухе. Ну что ты такого срочного хотела?

– Дай отбой, и скажи, что очень-очень нужно подумать, – слышу ответ и вижу бледнеющее милое лицо.

– Гюрза, пару сек подожди, нужно один вопрос решить. Хорошо? – и даже не дождавшись его ответа, отключаюсь, – так в чем дело?

– Так ты Генка или Малой? – чуть замедленно, вопросительно спрашивает та.

– Имя – Гена или если полное, то Геннадий. Иногда, те, кто это это знают, могут назвать Ганс или Немец. Почему так? Потом как-то объясню. И да. На них я совершенно не обижаюсь. А Малой – это мой официальный позывной, ведь мне ещё даже восемнадцати нет. Его мне сам наш Глава прицепил – я ведь с ним со второго дня всей этой эпопеи тут. А что?

– Да ничего, не волнуйся. Просто пока ты представлялся, я обдумывала получившуюся ситуэйшн. Ты мне только ответь, но только честно, в твоем праве перевезти этих соседей к нам? Только вначале у своего Гюрзы спроси – если они попадут к девушкам, нахальничать не будут? Очень бы не хотелось с самого начала применять к такому ценному человеческому ресурсу силовое физическое внушение.

– Ха-ха-ха! Ну ты и хваткая, сразу сообразила. Но я первее тебя об этом подумал. А твои фифы парней примут? Коллективный публичный дом не устроят? Меняя их, как одноразовые перчатки в магАзине?

– Судя по тому, что я о всех узнала за это время – вроде не должны. А там – бог его знает. Так что? Ты имеешь такое право?

– До этого случая не проверял. Но. ведь попытка не пытка? В крайнем случае – будет мне у Главы головомойка одновременно со звиздюлями. Так что, спрашивать?

– Ааа! Давай. Двум смертям не бывать, а одной и в постели все равно не миновать. Жги!

– Азаз, есть вопрос, – вызвав парня, я ему передаю всЁ то, о чем мы только что говорили, – узнай и сразу свяжись со мной.

– Добро, Командир.

– Ну что, резкая ты моя, советуйся со своим цветником. Или ты включишь режим диктатора?

– Чего включишь? Ааа! Поняла, не дура, была бы дура, не врубилась. Буду «диктаторшей», как Эвита – так жить проще.

Опять её дворовые словечки, где же она вращалась? В каких таких кругах? Очень уж интересно мне это. Но спросить уже не успел, как неожиданно заорал вызов рации:

– Малой, парни только спросили – их там сразу съедят, или будут медленно по очереди разделывать, и уже потом косточки обгладывать? Конечно – это в шутку. Но их старший при этом добавил, что тот, кто смог успешно командовать таким числом баб, по определению простым человеком быть не может. Так как?

– Если парни наглеть и нахальничать не будут, оставим всех полностью в живых, – вежливо отобрав у меня говорилку ответила сама Лана, – с этим они согласны?

– Они согласны со всем, только бы убраться с этого гиблого места. А если они Вас, милая девушка, не устроят, мы их просто-напросто заберем к себе в Метрополию, и всех делов.

– Ни фига! Мы и сами примем их с огромным удовольствием.

– Командир, подтверждаешь её ответ?

– Ну им с парнями жить и одновременно воспитывать их. Пусть пробуют. Ты скоро сюда придешь?

– Минимум пару часов – тут уже начался аврал со сборами. Жди.

– Ты не забудь обойти там все, и поставить таблички.

– Да не забуду, ты что – сделаем все в норме.

– Светик, ты только учти, что строить их придется с самого первого мига, постоянно и без послаблений. А то сядут на шею и не только, фиг потом сбросишь.

– Не дура, понимаю.

Девчонка убежала радовать свой бабский батальон, а я ждал отчета от Лаптя – сегодня он командовал тройкой судов, ушедших к Одиннадцатому, последнему для нашего дальнего рейда, микро-архипелагу. Ждал-ждал, и, в конце концов, дождался, почти через час снова заорала рация:

– Малой, мы свою задачу полностью выполнили. Народ грузится для переброски на Победу.

– Эксцессы были?

– Не. Все прошло тихо, мирно, и на удивление очень спокойно.

– Кого нашел? Опять своих земляков?

– Ты что? Нет. На это раз только одна Европа. Чисто мужской коллектив. Шесть болгар – они на Урале и в южной Сибири в экспедициях как профильные специалисты у нас работали. Восемь чехов и два словака, опять же у нас на двух разных заводах на контракте были. Еще два словака и шесть словенцев попали из своих собственных стран, там среди них и рабочие есть и фермеры. Возраст? От двадцати пяти и до тридцати пяти. Все полностью в своих странах служили – и они мужики, а не голубые, так что извращенцев, сексуальных, нет ни одного.

Что ещё? Все те, кто работали в России, очень хорошо говорят по-нашему. Идею с переездом и вступлением к нам в сообщество предложили сами – тут проблема и самими островами, и с беспокойными соседями. Их жилье, это всего три клочка суши, расположенные так близко друг к другу, что ранее они свободно посещали каждый по соединяющей их подводной отмели. Но они низкие и песчаные, и всё их побережье сильно заполонили большие крокодилы – наглые до такой степени, что даже нам с трудом нашлось место для причаливания. Сейчас они собирают свои шмотки, и начинаем грузится. Чуть не забыл – оружие тут есть, но мало. Склад они нашли, «бибизяну» при этом успешно застрелили, но в нем ничего полезного не было – там планировка как обычно, спальный отсек, кухня, склад, радиорубка и генераторная с запасом топлива. Мы выгребаем всё под ноль – архипелаг полностью бесперспективный.

– Я понял. Ждите нас на рейде, мы уже скоро будем выдвигаться.

Но ожидать пришлось уже нам с Гюрзой, его друг подзадержался дольше, чем рассчитывал. Зато мы все присутствовали на представлении парней своему новому Командиру – и вышло это очень интересно и познавательно. Для всех. И нас самих, и прибывших мужчин, и местных девушек. Вот перед нами стоят две сплоченные группы – двух противоположных полов. Потом по практически одновременной команде они становятся в строй, как и положено в армии, по росту. Только у прибывших все они быстро разобрались по росту, от большого к малому – привычка рулит, а у девчат на правом фланге стоит самая мелкая. Ланка.

Старший из высадившихся делает шаг вперед и первым представляется сам, а потом уже представляет своих людей. При этом ему навстречу выходит совсем не представительная Светка, принимая доклад так, как будто стоит она в генеральской форме и на большом смотр-параде. Внимательно выслушав мужчину, отвечая на его спич, говорит, кто она, и рассказывает о своих подругах. А в ответ на это мы все очень неожиданно слышим:

– Нда? Совсем не ожидал, что настолько молодая девочка сможет успешно управлять таким цветником. Но! Назвавшись груздем, как говорится, полезай и в кузовок. Раз я обещал подчинятся местному Главе, что решился нас у себя приютить, то отказываться от своих слов не смею. Могу добавить одно – порядок с личным составом и порядочность со стороны уже моих бывших людей гарантирую, и во всем помогу в его поддержании. На нас никто из девушек в претензии не будет. Обещаю.

А потом мы все, и наши экипажи, и вновь прибывшие, и местные дамы – дружно взяли их накопленный материальный капитал, что был увязан в разные узлы и тюки, и пошли к их новому-старому дому. К тому моменту там уже успели развернуть все имеющиеся у хозяев палатки, поставленные в виде улицы.

– Простите, все произошло очень быстро, и мы не успели освободить второе крыло нашего дома, но уже завтра все сделаем, и вы перейдете под нормальную крышу, – извинилась Лана, – а в будущем – сильно надеюсь, – и смотрит мне в глаза, – что наши Большие Боссы помогут с перевозкой вашего дом-склада к нам сюда.

– Естественно. Но не сегодня, а чуть попозже, – отвечаю той.

– Без разговоров. Подождем столько, сколько нужно.

– Да и у нас руки с головой есть, и работать умеют все, – вклинивается в наш разговор Михаил, – так что нужно сделать? Командуйте..

– Только договор – все станки поставить компактно на подставки, чтобы в случае плохой погоды они не мокли. Тот материал, что у нас есть, для этого использовать не стоит – ищите сухостой в зарослях. И, в конце, накройте все очень тщательно полиэтиленом – Тамара вам его выдаст, – напутствует их на праведный путь вредная девчонка.

– Есть, командир, – ответил тот, и работа закипела.

– Света, мне уже пора, – потревожил её уже после разговора с её Томой и старшим среди прибывших, Михаилом.

– А я с вами пойду, если ты не против. Хочу лично пообщаться со своим нынешним главным руководством.

– С какой стати я буду против? Только мы завтра сюда уже не пойдем, как тогда будешь добираться?

– Очень просто. Ты ведь сам мне сказал, что ваш катер тут курсирует каждый день? Вот он и привезет, а тут меня встретят на наших каяках. К обеду же домой попаду?

– Естественно. А твои люди со всем, что нужно, без контролирующего глаза и животворящего пинка смогут управится? Проблем с временным отсутствием руводителя не будет?

– Да вот же и выдаю ц/у на все возможные случаи. Но и они сами совсем не дети, вывернутся, очень на это надеюсь.

И тут, внезапно для всех, практически одновременно произошло два события. Одно тут у нас, на Красоте – мы были атакованы незаметно подошедшей с моря парой крокоидолов. И, как немного позже отчитался Лапоть, на них так же было нападение этих до ужаса в край обнаглевших пресмыкающихся. У нас их заметили только тогда, когда эти огромные бронированные сволочи, почти выбравшись на берег, кинулись в атаку. Но что их подвело, так это то, что наши посудины стояли рядом, и мы все вместе прощаясь и с местными аборигеншами и их вновь приобретенным пополнением, стояли кучно со стороны наезда.

И вот, некторые чуть растерялись, а некоторые и нет – дюжина парней, обалдевших от такой чужой наглости, открыла огонь из всего наличного длинноствола навстречу быстро перебирающим своими лапами монстрам. Кто попал? Куда попал, или попали? Сколько раз – что естественно, никто так и не понял. Но результат был налицо – у всех нас оказываются полностью пустые магазины, а одно чудище уже лежат на пузе, и в предсмертных судорогах подергивает своими ходульками.

День 31. Часть 10

Но ведь есть же ещё и второе – которое как будто специально, прикрываясь собратом как щитом, буквально выпрыгивает перед нами метрах в пятнадцати. Но учеба и постоянное ожидание неприятностей дало свои плоды – основная наша масса, это, в основном, были те, у кого в руках винтовки и карабины, сменили там обоймы за считанные мгновения. И сразу же открыли огонь. Но уже тут, не смотря на то, что я сам с огромной скоростью заталкивал пулевые патроны в свой дробовик, успевал заметить – как лопались от попаданий его глаза, и кровавыми выплесками пули кромсали внутренности широко открытой пасти.

Туда же всадил и я все свои заряды. Не известно, чье же попадание было последним, смертельным – но остановился гигант буквально в паре метров от нас..

– Ну что, Ланка? Вам хватит того, что осталось? Или ещё что добавить? – спрашиваю ту через некоторое время, за которое мои и её парни с упоением разделывали монстров, раздевшись до трусняков, и с ног до головы вымаравшись в кровь.

– Да хватит нам, хватит. Если всем придется их мясо по вкусу – есть тут, в архипелаге Красавицы островок, полностью песчаный, где их видимо-невидимо. И, так как мы уже увидели, что и они смертны – то, при необходимости, и сами добудем для пропитания.

– Глава, – тут к нам подошел один из парней постарше, из нового её пополнения, – отдайте им все – так как мы сами столько физически не съедим и оно пропадет.

– Так мы считали – что есть можно только хвост и лапы?

– Как же! Просто и то, и то – можно быстрее и проще всего отрубить. Но у всех крокодилов, и, думаю, что и у этих тоже – очень много хорошего мяса и на спине, под броней. Да и ребра тоже вкусные.

– А ты-то откуда знаешь?

– Да наёмничать пришлось некоторое время, скрываясь от «правильного судия» на родине. Вот в Анголе и познакомился с деликатесами из них, да и способы разделки и добычи неплохо освоил. А тут ведь нам остается два почти полностью целых туловища – сможем и закоптить и завялить, тем более соль не очень нужна. Вполне достаточно вымочить в море – угольки, что на побережье живут, только так и делают..

Так что домой на Победу мы шли хорошо гружеными – два хвоста и восемь лап затянули, по скромным прикидкам, не менее тонны-полутора необработанного мяса. А там – всех ждал пир. Но, чтобы не выделать лодку, которую выделил под транспорт – пришлось у Ланки выпросить здоровый кусмарь полиэтилена, и застелив его на траве, которой устлали все дно, выложили на него добычу, вдобавок старательно завернув сверху. Чтобы разная летучая дрянь не вилась над ним.

Практически так же, но с небольшими вариациями, прошло нападение и у Лаптя. Только и того разницы, что его животное всё ж таки смогло добежать до одной из лодий, и испустило свой дух, уже ткнувшись пастью в её борт. Но хоть хорошо, что ничего там не повредило. Но и он сам оказался намного жаднее нас. Так как в одной из трофейных, добытых ещё из приснопамятного контейнеровоза, шлюпок, нашлось в носовом закрытом рундучке несколько надувных спасательных кругов, и жилетов. То они все сделали «финт ушами».

Туго-притуго привязали лапы мертвого монстра к туловищу, надули все, что надувалось, и стащив этот склад мяса в воду – где он даже ещё немного держался наплаву, разместили поплавки снизу, и увязали их. Чтобы вдруг не соскочили. А так как, хоть и течение было встречным, но ветер попутным и сильнее его – то лишний буксируемый груз особых проблем не создал. И, даже, вездесущие акулы всегда появляющиеся на запах любой свежей крови, почему-то в этот раз держались на почтительном расстоянии. И к темноте мы все привезли-притянули вкусные подарки для всех тех, кто оставался Дома.

А там – нас и благодарили, и некоторые личности, которым довелось под неусыпным присмотром Федоровича и очищать нашу добычу от окостеневшей брони, и разделывать Лаптеву – шипели, но не сильно. Так как за месяц рыбно-акулей диеты она всем приелась до чертиков. А тут такой шикарный подгон. Ну и в чем ещё и нам, и тем более им – повезло? Это в том, что и сам Дед, не один год проведший в снежной Африке, знал – что и как делать с таким типом улова, и мужчина нашелся, из какого-то пополнения, что некоторое время работал на забое и разделке. Правда обычных туш на мясокомбинате, но и тут они хорошо управились – один командовал да подсказывал, а второй работал. И через пару часов все руководство было обрадовано:

– Ну что, Глава, – пришел в кабинет с новостями уже в самом конце ознакомительной беседы с Ланой Федорович, – все морозильные лари забиты практически под завязку. Повара оставили у себя запас на пару суток – сказав, что его весь вначале проварят до готовности, а потом уберут в запасные бачки, и поставят в ручей, уже для местного охлаждения. Ну а то что они определили для сегодняшнего банкета – и первое наконец будет мясным а не рыбным, и отбивные на все сообщество приготовят. Правда гарниром будет не толченка, а каша. Но ничего, ради такого случая – переживем.

– Все распределили?

– Ага. Там правда к коптильне унесли с полтонны, если не больше – решили и таким способом приготовить ради деликатеса. И сразу есть вывод – раз начали таким промыслом баловаться, то нужно озаботится нормальной морозильной камерой, как при магазинах – кубов на шесть-восемь. Подумай над этим.

– Куда я теперь от вас денусь. Только вот спеца нужного теперь искать?

– А он уже есть – это тот рубщик, что разделывал туши. Он оказывается, до того как, лет десять отработал мастером холодильных установок. Он же и выдвинул это предложение, сказав при этом, что материалов для постройки пойдет не очень много.

– И вот мы тут. Честно говоря, я сам так наверное не смог, хотя и парень, – такими словами заканчивает Малой свой вечерний доклад об результатах своего дневного рейда, – да чего мне пересказывать её слова, она перед вами, вот и пусть теперь сама распинается:

Краткий пересказ жизни и приключений, произошедших с самой Ланой и её группой за этот месяц

– Так как я в нашей многолюдной семейке была младшая – шестой, самый любимый и долгожданный ребенок, девочка, то хороводы вокруг меня водили с тех самих пор, как пошла самостоятельно. Старшие – все пацаны. Две пары близнецов, первая и третья, а вторым родился один – Илюша, Муромец, как все его в семье называли с семи лет. Мамочка старших родила в восемнадцать, только успев закончить первый курс универа, двадцать девятого июня. А с первого сентября опять рванула учится на стационар.

– А дети?

– Уже её бабушка с ними, первыми своими правнуками, панькалась. Бабе Мане тогда было уже шестдесят два. Через полтора года появился Люшка, и именно на её, мамочкину днюху – всю жизнь, сколько себя помню, мама с ним вместе отмечали. В двадцать два появились ещё двое, а уже только в тридцать – я, Светочка-Бусинка. При этом, несмотря на то, что всех она сама выкормила, как была тростиночка – судя по всем семейным фоткам, так и осталась.

Какая она? Копия я, только у меня грудь троечка, а у мамочки четвёрка, и все. Даже прически, маникюр-педикюр-белье с характером – полные копии. И как только я подросла – была взята в серьезный оборот. Братики, не считаясь с тем, что я девочка, учили всему тому, что считалось обязательным и важным для пацанов. Головастиков ловить – я с ними. Жаб на сома – однозначно. Обнести смородинку или черешню, когда в гостях у двоюродной бабы были на Мелитопольщине – без разговоров.

В пять лет родители меня отдали на танцы. А в семь лет уже братья повели на фехтование, потом чуть позже, через год, с осени все мы, дружной толпою потянули в кружок юных биатлонистов. Дальше была и рукопашка, и тхэквондо и киокушинкай, но нигде более пары лет я не сидела – зато к окончанию школы могла спокойно дать ответку любому, хоть бугаю за сотню кил весом. Правда, как юниор-биатлонистка я, всё ж таки, состоялась, даже первое место раз взяла по области. О рыбалке, грибах-ягодах, охоте – тому, кто прожил всю жизнь в Сибири, рассказывать с такой родней нет смысла, умею делать все. Точно так, как из лягушечьих лапок приготовить неплохое кушанье. Ну а кухня – это моя любовь, как только чуть подросла, и стала видеть стол не со скамейки.

Бабуля и прабабуля на пару учили и шить, и кроить, и вышивать, и вязать, и фигурки из папье-маше долгими зимними вечерами делать. Лыжи, коньки, санки – были любимейшие снежной порой развлечения для меня. Летом – велосипед, как подросла, лет с пятнадцати купили братики мне вскладчину первый байк. И так далее и тому подобное. Так что, просидев на теплом камушке с полчасика в размышлениях, провела ревизию наличным в карманах жилетки ценностям, пригодным для выживания в диких условиях.

Конечно – ни автомата с пистолетом, ни рейд-рюкзака с припасами и шмотьем у меня не было. Но пара небольших мультитулов наличествовала – один чисто женский, с разными щипчиками-пилочками-ножичками, размером с указательный палец. Второй чуть больше – до полладони. Там и отвертки, и ключики, и шильце с крючком да пассатижами. Да-да. И с этими железками достаточно уверенно могу обращаться – ну пацанка я, пацанка, не смотря на то, что внешне чуть ли не примадонна, да и отец отнюдь не нищий. Всё, что могло в жизни понадобится, учитывая, что всего на пару-тройку дней, в массе карманов было.

– А на… зачем все это на себе таскала? – недоумеваючи спросил уже сам Стас.

– Как говаривала бабушкина сестра с Украины – а щоб було. Мне можно продолжить?

– Да Светочка, конечно, – отозвалась Маша, и видя что ту чуть перекривило, добавила, – а как лучше к тебе обращаться?

– Лана – привычнее, Бусинка – ласково. Но к первому я отношусь лучше. В школе нас Свет было шестеро в классе, а в группе универа вообще восемь из двух дюжин. Ну я ещё чуть продолжу, и все. Так как перед выездом перехватила всего пару бутеров с кофе, то хотелось уже не есть, а банально – жрать. Нашла в кармашке комплект выживальщиков – удочку, но без самого удилища, срезав подходящий хлыст, надергала на личинок, что под галькой нашла, мелкого тунца, размером с пару ладошек, что у самого берега водорослями кормился. Ну а все остальное уже совсем не интересно.

В полдень послание практически вызубрила – память ведь чуть не фотографическая. Взяла пенку на ночь, посудный набор туриста из блестящего титана и пластика на три персоны, чуть приправ, галеты, крупу. Уложив все в пенку, увязала её капроновой нитью, что была в запасе, закинула на плечо, и пошла обследовать места, куда меня нечистая занесла. Но далеко уйти не смогла – приличной прибрежной полосы всего с пару сотен метров было, при ширине в полтора-два. Метра, естественно что. А всё остальное – камни и валуны, да обрывистые стены от трех-пяти метров и выше. Пришлось искать путь к истине через тот сад, что я сквозь него уже раз ломилась. При его ширине у берега километра в полтора, как мы в будущем выяснили, глубина его была практически километр, заканчиваясь у самого подножья скалистого холма. Вот взобравшись на него, я и узнала, что попала на остров. Красивый притом, и большой.

Как впоследствии мы примерно определили – шириной он около трех-трех с половиной, а длиной в шесть с лишним километров. Ну и назвала его Красавицей – так это и пристало. Обнаружился и пропавший ручей – он теперь протекал почти по центру сада, образуя в устье небольшую, всего в пяток метров диаметром, бухточку с пресной водой, у моря, но отделенной от него песчаными валами. Которую мы чуть позже назвали Лагуной. А я его, тот ручей, и не могла заметить – место, где мне пришлось тут проявится, было далеко в стороне, почти у края зарослей. Вот там, у него, но чуть поднявшись вверх, буквально метров на десять-пятнадцать, на небольшой полянке – чтобы меня не видели, а я всех сразу замечала, я и соорудила свое первое жилье. Это был неплохой шалаш из веток, крытый большими листьями неизвестного мне дерева.