Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

День 32. Часть девятая. Будни заказа. Новые радости, и неожиданные, но вполне ожидаемые, разочарования. Новости от кэпа Посейдона.

День 32

Часть девятая

Будни заказа. Новые радости, и неожиданные, но вполне ожидаемые, разочарования.

Новости от кэпа Посейдона.

А вот заказ, точнее предзаказье, ведь всегда вначале идет приёмка нового пополнения, прошел с приключениями. Не такими уж и плохими, но и только лишь хорошими их назвать тоже нельзя. Вначале же – только о хорошем. Порадовал нас сегодня Малой результатами своего рейда, и очень сильно – это ж надо быть такому везучему, чтобы всего за один поход сделать целых три находки. Три! И, что самое главное, все они не просто хорошие, а отличные, и это даже если учитывать только то, что всего одна из них в этот же день оказалась у нас на складе.

Но и две другие, если только судить о них по записи, цены просто не имеют. Что винтокрылы, что те катера. Собранный автожир сразу пополнит воздушный парк нашего сообщества, вот только пилота на него пока нет, и нам нужно искать желающего этим делом заниматься, а Злате предстоит вести обучающие курсы. И, как верно и своевременно подсказали и Дед и Маша, практически один в один теми же словами – отбирать нужно как минимум человек шесть, а то и семь. Зачем – столько? Ну как это? Ведь кроме собранного, но стоящего пока там, в складе, без лопастей Xenona, парни нашли ещё два, только в виде сборочного механо-комплекта.

Да, пока что нам даже второй не очень так чтобы нужен. Просто потому, что его топливо будет долго, если не всегда, у нас считаться дефицитом. Но и пользы они сами собой принесут немало – для начала, хотя бы всё теми же аэрофотосъемками окружающего нас моря с его обитаемыми и нет, островами. И уж что будет дальше, и какое им мы найдем впоследствии применение – пока не только никто не знает, но, даже, и не догадывается. Но, зато, они уже есть, и это очень хорошо! А в голове проскакивают мысли… крамольные мысли… заиметь, или сделать из чего-то подходящего водоплавающего носитель этого добра. И, тогда, с ним можно уходить на сколько угодно большое расстояние от береговой базы, производя таким образом воздушную разведку. Но это все – в будущем, неизвестно даже насколько отдаленном.

Теперь – катера.

Малой энд компании уже видели, что они чисто моторные, и эти моторы у их иномарочные. Что означает только одно – для них будет нужно только хорошее, качественное топливо. А взять его можно только в одном месте – на терминале в заказе. А это, как раз-то, не очень хорошо – на разрешённую поставку и так много чего нужно брать. И, надеяться на то, что соседка сможет на своём оборудовании его выпускать, тоже не стоит. Насколько я знаю, с земной информации, проблем с ним даже там – очень много. Ну да ладно, нечего делить шкуру не убитого медведя – ведь вся эта техника пока что так и стоит там, где была найдена. Вот будет всё это тут, дома, тут рядом, да под надёжным присмотром, вот тогда и будем ломать голову, решая проблемы – где и что к нему доставать.

Ткани, что они привезли из рейда вместе с людьми, уже вполне успешно были перенесены в помещение, облюбованное Машей под ателье. Но, если то, что у нас уже было, больше относилось к постройке форменной да рабочей одежды… то вот всё это – пойдет только на нужды женщин. А, значит, конкретно разгрузит на долгое время меня с их специфическими запросами.

И люди. Много, очень даже много их пришло только за один день – такого наплыва у нас до сих пор не было. Что означает только одно – нужно торопится, пока всех их не подгребет под себя кто-то другой.

Да и от Дробова пришли интересные новости. Нет. Не те, что они нашли пустынных обитателей. Хотя и они, после того, как придут в себя, принесут много пользы. А те, в которых было сказано о складе с листовым металлом и разными профилями. Что именно там – поисковики не знают. Но признались, после углубленных расспросов, что он белого цвета, с чуть серинкой. То есть – бело-серый. А не цвета серебра. А это означает только одно – там не титан, а судовой алюминий марки АМг. Это, конечно же, не точно, но гарантия на такой исход дела очень большая – сам Кресс это признал. Но всё равно, попросил меня взять в заказе хоть немного материала – есть у него интересные задумки.

Олег тоже обрадовал – его запрос на создание сообщества был принят Экспериментаторами вполне благосклонно. При оформлении новичков ему выдали все положенные бонусы, заодно обрадовали тем, что он впервые увидел пользу с маркирования земель. Плюшка за это, по его словам, пришлась всем к месту. Так что почин есть. Это и я сам уже понял – так как заказ и регистрация уже прошли, и разрешенный вес, как и предупреждала Ксюша, вполне успешно обрубили. Ну ничего – у нас на Победе есть и ещё поля, где можно будет организовать свой совхоз, с отдельным сообществом. И небольшой гарнизон Китового Уса – вполне можно будет развернуть в военный городок. Но все это – пока в будущем.

Пока что – сам заказ, и что нам досталось за увеличение своего состава.

Следуя рекомендациям соседки, вначале принял недостающих до двухсот сорока человек троих. Почему троих? Ведь вчера нас было двести тридцать восемь? А Дробов? Кого я вывел из состава, чтобы он работал только на Базе? Вот и вышло то, что вышло. Так что, приняв троих, я получил привет свыше:

Очередное, пятое кратное увеличение сообщества. Оно достигло своего минимального общего развития в двести сорок человек. Особый бонус от устроителей эксперимента.

Сразу, вслед за ним:

За увеличение подконтрольной территории. Бонус от устроителей эксперимента на выбор устроителей эксперимента. В вес поставки не входит.

Прилично так отвалили, прилично. Вот только жалко одного – не пишут, что же они нам дадут. И мне неизвестно – что заказывать самому, а что нет. Ну ничего – нам все сойдет. Жму ставшее давно привычным:

Enter.

Одно дело успешно удалось. Вот только, что это за особый бонус? Хрен его знает. Но, как говорится, дареному коню в зубы не заглядывают. И понимая, что нужно принимать только по минимально учитываемому прогой количеству претендентов, оформляю староверов Фокиевича, и девчачую команду Аси. А в ответ получаю неожиданное:

Ограничение максимального веса заказа в четыреста килограмм.

Набрано очередное кратное увеличение сообщества. Набрано двести восемьдесят восемь человек. Бонус от устроителей эксперимента на выбор устроителей эксперимента. В вес поставки не входит.

Вот и то, не особо приятное в заказе, о чем я уже упоминал. Но ошеломляющей новостью оно не стало – ведь соседка о такой подляне от Устроителей меня успела предупредить.

Вслед за этим:

За увеличение подконтрольной территории бонус от устроителей эксперимента на выбор устроителей эксперимента.

Если первый раз было за склад с винтокрылами и стройматом, то второй явно за катера с Пермяков. Значит – остаются ещё Ивантеевцы. Ну-ну, посмотрим, что дадут за них.

Итак. Остаются у меня только они. Оформляю приёмку. Выкладывают люди свои плиты. И за это всё мне прилетает.

Очередное кратное увеличение сообщества. Набрано триста тридцать шесть человек.

Бонус от устроителей эксперимента. В основной вес поставки не входит. На выбор оператора.

Крупы, мука, макаронные изделия – шесть видов по сто килограмм.

Комплект верхней одежды, нижнего белья, обуви на сто человек.

Шесть подвесных моторов Вихрь. Полный ЗИП комплект, необходимые инструменты, топливо и моторное масло.

Радиостанции Северок-К, полный комплект поставки. Тройной комплект элементов питания. Двадцать четыре штуки.

Та-а-ак. Всё предложенное – очень нужное, важное и полезное. Но! Крупы? То есть – хавчик. У нас есть запас, и солидный при том – и пока хватит на всех, да и не на один день. Вот одежда? Но пока пропущу. Временно – так как некий запасец пока есть, и уже вскорости заработает своя швейка, и все необходимое сделаем сами. Вот нижнее белье… это да…, но заказа от наших с размерами для новичков… у меня пока нет. Переносим этот вопрос уже на завтра. Вихри? Да. Моторы нам нужны – по словам Малого, новая линия, это что-то с чем-то, и паруса там уже практически не катят… Но! Тоже пока отложим. Теперь идут любимые наши Северки. Да. Вот они нужны, но менять несчастные сорок килограмм из веса даже на двигателя? Не катит. Так что? Может быть плюнуть на эту, ставшую уже привычной экономию, и ускорить освоение новых земель? И взять для парней эти Вихри? Гулять, как гулять. Привычно жму:

Enter.

Вслед за этим выскакивает:

За расширение подконтрольной территории. Бонус от устроителей эксперимента – шестсот килограмм на выбор оператора. В вес поставки не входит.

И это, скорее всего последняя халява на сегодня. Опять жмакаю осточертевшее:

Enter.

И жду, может быть повезет ещё раз? Но нет. Ничего уже небесники за так давать не хотят. Ну и ладно. Значит, переходим к обязательной программе.

И дальше идет уже всё то, что определили мои помощники и помощницы. А времени у меня осталось не так и много – всего тридцать минут. В быстром темпе вбиваю весь приготовленный список – опыт уже набран, да и скорость печатания на этой панели у меня уже приличная. Все пальцы так и порхают над ней. Вслед за этим пошёл тот список, что диктовал спец – холодильщик Ланы, его, то есть, материал на морозильную камеру, которую нужно делать обязательно. Потому что съесть всё, что выходит даже из одного дейнозуха, всей нашей толпе за день-два мы пока что не в силах. Да и о будущем нужно думать – долго те тут не задержаться, это явно, а мясо оказалось шикарное. Будем, по возможности, запасать его впрок.

Как только закончил обязаловку, принялся за весовой бонус. Помня просьбу Кресса, и смотря в давно приготовленную таблицу веса материалов, беру двадцать пять листов алюминия толщиной два миллиметра, это у нас затягивает на четыреста семнадцать килограмм. И на всё остальные – профиль для судового набора. Посмотрел остатки, а там сущий мизер, так что, просто напросто, до предела нагрёб самых лёгких конфеток, чтобы всей нашей детворе хватило, сделав капельку радости. И на сегодня удовольствия закончились. Теперь только остается посмотреть – чем нас наградят эти Устроители Эксперимента в тех позициях, что они взяли на себя. Нажал последний раз на сегодня:

Enter.

И вышел в коридор, плотно закрыв за собой дверь. И всего через обычные две минутки оттуда донеслось:

– Стук, бумс, шлеп да грюкс, – и тишина…

– Ну что, – спросил стоящих рядом с дверью Машу, Карен и Деда, – смотрим?

– Командир, – практически сразу после этих моих слов раздается вызов рации, и только я успел её поднять и включить громкую связь, как прозвучал голос дежурного с НП на Караче.

– Я слушаю.

– Тут на южном берегу нашего острова, километрах в четырех от Дома, внезапно появилась неизвестная большая установка. И? Там рядом ещё какие-то солидные, но непонятные купола из земли торчат, и два небольшого размера прямоугольных здания есть.

– Пусть отдыхающая смена быстро смотается на разведку.

– Что это? – спросила удивленно Маша, – откуда оно там взялось?

– Да Организаторы этого бардака нас премировали за вот такое быстрое развитие – и людей набрались, и земель новых. Что? Неожиданно всё это?

– Так – да! Ещё бы! Только после такого и начинаешь понимать всю глубинную суть твоего устремления исследовать как можно больше окресных земель.

– Ну так что? Вздрогнули? Смотрим, что ещё получили сегодня в заказах?

Как я и подозревал, почему-то, ничего сверхординарного нам так и не дали. Только то, что я сам выбрал – то есть подвесники и всё то, что к ним необходимо для долгой и хорошей работы, из запчастей. А в бонусах пришло именно то, что я чуть раньше выбраковал. То есть – одежду, которая была в полутора десятках разного размера и веса тюках, и официально разрешенные заказы. Продукты – чисто сыпучка, и после их разборки я узнал, что ассортимент очень даже приличный. Как и вес – там оказалось всего на полторы тонны.

Парни просто замахались – всё это переносить на продуктовый склад. И, что было очень неожиданно – морковка в виде Северков. Самый полнейший комплект, как после его осмотра признали радисты. То есть, как уже было подобное несколько раз, так оно и продолжаеться – ничего лишнего, или сверх ординарного никто нам, видно, не выделит. Только то – что они сами решили, следуя своей явно извращенной логике, дать нам для успокоения души мятущей. Ну и то – прекрасно. Как мы все иногда говорим – на халяву и уксус сладкий. Так и тут.

Вызвали свободных парней – и под моим строгим контролем всего за четверть часа комната стала свободной. А только я, закрыв её на замок, и вошёл в приемную к Марине, так вслед за мной туда влетело два парня, что даже задохнулись от быстрого бега.

– Командир, – начал быстро докладывать их старший, – там у нас скважины в земле. Две штуки. На их оголовках разная краново-трубная обвязка, что заходит в два небольших помещения, явно производственных. Потом намного большая постройка с несколькими кабинетами, и парой, или тремя лабораториями. Скорее даже небольшими производственными цехами. Но мы ни туда, ни туда войти не смогли, везде замки висят. Солидные. Ещё емкости из земли торчат – четыре больших и одна вполовину меньше. И две больших цистерны, крашенные в оранжевый цвет, лежат горизонтально на каменных фундаментах. И на стене у входной двери в большое, офисно-производственное здание висит табличка с интересными надписями. Я вот их себе скопировал, на телефон:

Управление отдела по разработке нефтяного и газового месторождения.

Производственные участки по переработке нефти, сжижению газа и переработке газового конденсата.

- И, кроме этого, там больше ничего нет.

– Во, класс! – выдаю вслух. А про себя: это вот об этом соседка мне и говорила. И снова голосом: – спасибо за службу. Ты там хоть бойцов для охраны оставил?

– Конечно, – судя по ответу, явно не служивый, – вся эта территория хорошо ограждена двухрядным высоким забором из сетки-рабицы, с трехметровым проходом между рядами. Там осталось четыре человека, они выставлены – три часовыми – у входных ворот и на дальних углах, и последний патрулирует постоянно периметр.

– Молодца. Ты хорошо и быстро сообразил наладить там службу. Подбери к ним ещё четверых – чтобы они там несли охрану посменно, и теперь будешь ответственным только за этот объект. На дневные смены можно даже задействовать тех девчат из старого, или даже нового, состава, что согласятся на эту работу. Пока условно можете быть свободны, но далеко не уходите, – отпустил парней, принесших такую… такую классную весть.

Ну нихрена себе заявки. Вот это подарок… самый лучший подарок… ну кроме возвращения нас всех домой, от Устроителей – если мы сможем разобраться с ним. И запустить всё то производство в работу. А для этого… Вот именно для этого нам и дали такую суперважную в этих условиях девочку, по имени Олёна. Да-да! Именно она – на данный момент пока единственная, кто может хоть попытаться дать дупля всему тому НГПЗ*. И если оно выгорит, то как и у Ксюши, все проблемы с топливом будут окончательно и бесповоротно решены.

*НГПЗ – нефте-газо-перерабатывающий завод.

– Марина, пошли кого-то найти Олёну, ну помнишь, – видя, что так не вспоминает, кто это, – ну мажорка, что пришла вместе с эвакуантами с Изумрудного… Пусть всё бросает, и бежит ко мне в кабинет, – озадачил своего верного секретаря, а сам задумался. Но уже через пару мгновений, не успела помощница даже поднять трубку, как та сама вбежала в приемную, с растрепанными волосами, но улыбкой до ушей:

– Нашлась работа по моему профилю? – и, видя, что я киваю головой, радостно закончила, – вот теперь я не буду нахлебником, а стану приносить пользу. Так я бегу туда?

– Конечно. Сейчас пропуск выпишу… и там того… всё на замках… ломать их придется?

– Не. Я знаю, где обычно прячут ключи…

Уже во второй половине дня, домой, на Базу, вернулся наш Посейдон, и его капитан сразу поднялся в кабинет Дробова на доклад:

– Ваше задание выполнено, – отчитался он сразу двоим, и самому Олегу, и Главе Победы, что слушал этот разговор по радио, – вполне успешно поднято со дна довольно много техники. И на удивление, она по своему типу очень похожа на продукцию немецкого автопрома сороковых годов. Да-да. Там всё именно немецких заводов – мы узнали по всем знакомым значкам и Мерседесы, и Опели. Но, что самое в этом удивительное – под воду они попадали в разное время. Там встречались машины и с полностью сгнившими кабинами или кузовами, и частично с дырками. И почти целые, где ржавчина только взялась за свое грязное дело. Но было несколько грузовичков, один автобус, и пара небольших тракторов – колесный и гусеничный, в полностью идеальном состоянии, как будто они попали под воду буквально неделю назад.

– А что по моделям? Легковушки? Грузовички? Или всего понемногу?

– Именно, что всех по несколько штук. От кабриолетов той поры, до фуры с двумя моторами, со сгнившей в хлам кабиной. А вот будка – прицеп, в отличном виде, когда её на берегу попробовали царапать, то там, под краской увидели оцинкованный метал. Чудеса, да и только.

– И сколько чего?

– Если считать все вместе, и хлам, и полухлам, и целое? Шесть легковых, три пикапа, два автобуса, бензовоз, пять грузовичков – от небольших, до того длинномера. Два кабриолета, развозные будки, как у нас раньше хлеб возили – три, одна так себе, а пара гнилья. Небольшой автокран. Вот он – практически целый. Потом трактора: кроме упомянутых целых колесного и гусеничного, был с передней лопатой и сзади у него стрела с ковшом, тоже на гусеницах. И трехколесный с прицепом – его мы нашли и достали самым последним, уже с глубины порядка двадцати пяти метров. Аквалангист, что всё время работал под водой, признался, что вроде бы ещё дальше видны были тени, очень подозрительные. Но за сегодня он сильно устал, и все, и мы, и соседи, дружно решили заканчивать это дело. Но они согласились с тем, что пока прекратить это интересное дело.

– И как у них впечатления?

– На всю работу смотрели с огромным интересом, но не лезли во все щели – поднятое сразу ставилось на площадку солидного грузового тримарана, и буксировалось к их главному острову. Хорошо, что он там не очень далеко – мы, работая без перекуров, за одну их ходку успевали только набрать на вторую. Но благодарили нас от всей души за помощь – и рабочие, и моряки. Все-все.

– Вот и хорошо – помогли ближним в хорошем деле. Как говорится – всем в карму зачтется.

– Да ним и без этой кармы приятно, что помогли. Тем более нас дважды горячим накормили – порции такие, что еле поместилось в животе…

День 32. Часть десятая. События, что с рассветом происходили на берегу и вокруг Шакальего. Доклад командира группы зачистки от Победы, Александра Борз.

День 32

Часть десятая

События, что с рассветом происходили на берегу и вокруг Шакальего. Доклад командира группы зачистки от Победы, Александра Борз.

– Подошли мы к нему кучно, ухитрившись не потерять друг друга в ночной темноте, которая была практически полной, так как на неё очень кстати пришлось новолуние, – рассказывает командир звена штурмовки и зачистки этого бандитского рассадника Саша Борз, – ещё в пути, переговариваясь при помощи скремблера, договорились с людьми Кота и представителями от группы Бориса, где каждому из нас занимать позиции. Мы, так как нас было больше всего, и автоматическим оружием были обеспечены солидно – кроме АВС-ок, было три Томми-гана и пять ручных Дегтярей. Высадились на надувнушках у самого пляжа, в его нижней, южной, сто пудово, как и оказалось чуть позже, жилой части бандитского притона. А сама Керчь на малом, практически неслышимом ходу, спряталась за приличной длинной скалой, что торчала из воды метрах в ста пятидесяти от побережья. Стоит только ей выставить нос, как в качестве огневой поддержки у нас будет спарка Максимов, подумал я в тот момент. Но, как оказалось, ошибся.

Мы, как вы понимаете, не просто высадились на песок, а максимально напрягая зрение, нашли три подходящие скопления крупных камней, что, как будто специально лежали по краям свободного от крупных скал, берега. Там расположились пары в составе пулеметчика и снайпера, чтобы иметь хоть какую-то защиту от вероятного противника. Но не надеясь только лишь на них, за то время, что прошло с момента десантирования и до рассвета, парни старательно зарылись в грунт, насколько позволила вода, мелкая галька, и конечно же, время.

Оставшаяся четвёрка забралась в береговые скалы, найдя, как узнали уже после всего произошедшего за то длинное и кровавое утро, более или менее подходящие укрытия. Ну а я сам, так как считался на службе приличным стрелком. Не снайпером, нет. Просто стрелком с хорошим глазомером, быстрой реакцией, и совсем маленькой капелькой предвидения. Устроил себе на вершине скалы, за которой укрылась Керчь, на обратном её склоне, три основных позиции, и присмотрел штук шесть углублений покруче, годных под запасные.

Почему так много?

И зачем там, а не на берегу? На самом острове стрелков вполне хватало и без меня, а вот тут… прямо перед всем пляжем… где самый лучший обзор… я надеялся быть королем. И, в конце концов, чуть было им не стал. Посмертно... Когда на гребне сосредоточило свой огонь одновременно три ручника от «местных». Но хоть до того как, одного упокоить успел, а второму пробил плечо.

Откуда они взялись? А это те «ранние пташки», которые, как чуть рассвело, шли в море купаться. Ох и шустрые эти парни были, профессиональные наемники, спецы зачистки и грязных операций, дикие гуси, как их называет весь мир.

Открыв огонь первым, я не только снял одного из противников, я одновременно с этим спровоцировал демаскировку своих позиций для основной массы этих бандитов-раздражителей.

Как мы узнали намного позже, уже в процессе перекрестных допросов последних из них, троих человек с тяжелыми ранениями. Которые прекрасно осознавали свое будущее, и не питали на этот счет никаких иллюзий, понимая, что без очень хорошей клиники им не выжить. Что о возможном и, вероятно даже, и скором варианте прихода к ним группы зачистки они догадались ещё позавчера – когда несколько малых плит поставки из большого терминала пропали, он распался на отдельные сегменты, и полностью прекратил реагировать на внешние сигналы других коммуникаторов.

Это все дало знать, что вся группа, ушедшая с их Главой и командиром, неким Карлайном, уже мертва – об этом сигнализировали исчезнувшие части большого терминала. А то, что сам их главарь мертв – дало точно знать невозможностью управления заказом другим человеком. Вот они и готовились. Все двое суток. Даже ночевали многие на своих оборудованных точках, в обнимку с оружием. А та парочка, что попалась мне, всю эту последнюю ночь развлекалась с рабами – шлюхами. За что и поплатились раньше всех.

О позициях дальше.

Бойцы Кота зашли с западной, чуть более высокой стороны, которая выходила в море обрывистыми скалами – но они смогли найти в них пути-дорожки, и взобраться наверх. Хоть и сделали они это на удивление так тихо, что за шумом ветерка это даже не заметила сидевшая чуть дальше и выше латышка-снайперша. Которая с началом штурмовки принесла им кучу бед, подстрелив, правда не смертельно, двоих, пока они ту не причесали из пилы Гитлера.

А четверке Бориса отвели, вроде как, самое безопасное направление – на восточном берегу, который спускался в воду двумя высокими, относительно, пиками с достаточно плоскими вершинами. Но именно там они оказались как на ладони у второй латышки, которая заранее скрывалась в крохотной пещерке на скалах с запада. Ну и пострадали больше всех – потеряв одного убитым и всех троих ранеными, но, не смотря на это, они всё равно сдержали отступающих в центральную часть острова, недобитков из наемников.

Но это рассказывать, так, кратко – просто. А штурмовать задолго до этого приготовленные ими позиции, с отрытыми по всем правилам лёжками, тем более замаскированными, несколькими окопами в полный рост, в которых засели пара пулеметчиков. Честно, была ещё та прелесть.

– А подробнее – можно? – спросил у докладывавшего всем присутствующим на совещании Главам офицера Дед – как вы все знаете, наш самый опытный военспец. – И ответьте, почему не вступил в перестрелку экипаж Керчи? – как оказалось, этот вопрос прозвучал именно для того, чтобы вдруг он не появился у всех остальных. Особенно гражданских, которых тут было большинство, включая и самого Стаса, как он признался чуть позже.

– Подробнее будет чуточку позже. Сейчас вот только основные эпизоды кратко опишу. А катер? Ну смысл его было подвергать опасности? Он ведь не железный, а деревянный – так что с расстояния тех трех или четырех сотен метров, что были от него до позиций противника, их пулеметы шили бы корпус насквозь. Да и бойцы, что стояли бы у пулеметов на его юте – как два тополя на Плющихе, были открыты всем и вся. Вот если сделаем из этого выводы, и забронируем его листами титана, слоя в два или даже в три. Да врежем в палубу бронекапсулу, поворачивающуюся, с башенкой. хоть какой, сверху... Вот тогда с него можно будет требовать подобных подвигов. А до этого – он не более, как вооруженный транспортный катер. К тому же – небольшой.

– Так что, деревянные катера для серьезного боя не годятся? – задал вопрос Кот.

– Даже просто железные, точнее – из стали, как мой разъездной, на котором я сюда пришла, Амур, – внезапно ответила Глава соседей с севера, Оксана, – против обычного ДТ, который танковый, и с патроном 7,62х54, которыми ещё Мосинки стреляли, шьётся на пределе метров с пятисот-шестисот. А если его поймают в прицел поближе, то и насквозь пробивать будут.

– Для таких дел, – добавил её спутник, с массой мелких-мелких шрамов на всем лице, вроде бы по имени Сергей, – стоит поднапрячься, и некоторые кораблики обшить упомянутым Александром титаном. Он и легкий. Очень, особенно по сравнению со сталью. И вязкий – тем более, если в несколько слоев, и листы минимум в два, а вообще желательно, в три миллиметра. И пулемётные гнезда из него сделать, продумав конструкцию и под палубой, и тем более – над ней.

– Хорошо. Примем всё сказанное к сведению. Но это – для дел будущих. А мы в данный момент слушаем, как прошли дела нынешние, – ответил Дед, как старший. И возрастом среди всех, и опытом – что знали немногие из присутствующих, продолжив, – и, Саша, я пристаю к тебе не потому, что мне так этого хочется. А чтобы гражданские, которых среди нас большинство, осознали, что такое война против правильно подготовившегося противника. Понимаешь?

– Ну раз так… Согласен. Подробность для общего понимания очень важна. Как только я попал в грудь первому, не став рисковать, и целится в голову, второй мгновенно бросился на землю, извернувшись как змея, выдернул из-за пояса сзади плевалку, как мы позже увидели – Ингрем, и открыл огонь по тому месту, где я был буквально пару секунд ранее. Добравшись до второй позиции, сделал всего один выстрел, поймав его пулей практически случайно.

И уже в ответ на мой второй открыли огонь их пулемётные гнезда на берегу, и ещё один стал тревожить меня с небольшой высоты, явно укрывшись где-то в пещерке, или на каком ровном участке скалы. Выкрашивая камушки из гребня, что после этого летели в разные стороны, и не давая мне даже на малость приподнять голову. Пришлось практически ползком по сильно наклонной поверхности перебираться в самый его конец, чтобы снова принять участие в этом «огненном шоу».

Для моих бойцов, оборудовавших свои позиции невдалеке от моря, все они были недоступными. Но тут, почти в один момент, короткими очередями с востока ответили Котовцы, а с запада одновременно и парни Бориса, уже с высоты, и наш пулемет, что расположился намного ниже. Все полностью били только ими – и мы, и «гуси», берегли патроны. Мы – потому что весь наш боезапас был принесен на себе. И, поэтому-то, был очень ограничен, в случае длительного огневого контакта. Ну а вот почему те? Мы этого тогда не знали.

Очень неожиданно для нас, вдруг заработали вражеские снайперы из своих позиций на скалах. И, практически сразу, у нас пошли раненые, дававшие об этом знать вскриками или стонами, что не могли сдержать от боли. Откуда я это знал? Все личные радиостанции, и у нас, и у союзников, были с гарнитурами, и постоянно включены. А общую сеть для связи мы настроили еще по пути сюда – так что слышимость на таком коротком расстоянии была прекрасной.

Даже не успев сориентироваться после смены позиции, и внимательно рассмотреть – что же случилось за эти секунды на поле боя, как пришлось принимать быстрое решение. Один из наемников, которого мы до сих пор даже не замечали в густых кустах, где он до того оборудовал себе позицию, чуть привстав, прицелился из своей винтовки по направлению к нашим пулеметчикам в скалах. И… Не выстелил из неё, а явно готовился пустить из подствольника гранату – очень уж знакомой была его стойка. Заорав в гарнитуру рации:

– Скалы, берегись – граната, – сделал попытку его снять… Но не попав с первого раза, вторично сделать выстрел уже не смог, не успел – меня прижали к камням частым, не прицельным, но очень беспокоящим огнем. И с этого момента схватка с «дикими гусями» разбилась для всех, и для нас, и для них, на одиночные, разрозненные эпизоды.

Те, кто занимал с ночи позиции почти у самого моря, уже поняли, за эти несколько десятков минут огневого контакта, что им там делать совершенно нечего, и сделали попытку сменить её. И пробраться как можно дальше вглубь передней части острова, чтобы иметь хоть какую-то возможность бить по врагу. И, практически сраз,у трое из них поплатились за спешку – снайпер, что сидел на склоне с западной стороны, своего не упустил. Хорошо, что спешка в прицеливании сыграла с ним злую шутку – все его попадания пришлись в конечности. То есть – руки и ноги.

У одного это было бедро, но с внешней стороны – сквозное, но пуля, как позже сказали хирурги дома, даже чиркнула по кости. Но не раздробила её. Второй отделался мягкими тканями чуть ниже колена, но вести огонь с одного места, после перевязки, он мог. И третий. Вот ему досталось хорошо – попадание в руку чуть выше локтя, но не прямое, а рикошетом, что кость не раздробило, а только перебило. Но и этого ему вполне хватило – от болевого шока он мгновенно потерял сознание, и пролежал, после перевязки, в своем окопчике, все время до конца зачистки.

В это же самое время, как оказалось, уже раненый пулемётчик Кота, заметив краем глаза, откуда бил этот результативный вражеский стрелок, очередью просто превратил в фарш нижнюю часть его тела. И поймал пулю вторично. Но снова она прошла краем, только пропоров одежду, и попортив шкурку. Но кровило его плечо солидно – бинты были мокрыми даже через полчаса. Как позже оказалось это был русскоязычный немец Георг. Парень он опытный, служил срочную в бундесовских егерях, был в нескольких командировках в горячие точки. Но вот, уже здесь – и ему не повезло...