Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Глава 10.3

– Умерь свой пыл, мальчишка, – бросил эрлорд. – Я сейчас не менее удивлен, чем ты. – Я переводила взгляд с Анвэйма на зверя и совершенно ничего не могла понять. Кто эта пантера? – Предлагаю начать разговор в ином месте и при ином… обличье.

Пантера едва заметно кивнула. Да-да, именно – кивнула! Я смотрела на неё с раскрытым ртом: она реально все понимает! Разумный зверь – и такое бывает?

– Что здесь происходит? – спросила прямо, переводя взгляд с одного на другого, а потом на Санхеля, который судя по всему и позвал эрлорда.

Так что такого случилось, что Санхель не сам устранил проблему, а решил доложить о ней повелителю? Пантера приблизилась ко мне и толкнулась в руку. Я инстинктивно погладила большую голову, улыбнувшись: зверь мне нравился, он был умный и ласковый и явно не собирался причинять мне вреда.

– Думаю, ты и сама уже догадываешься, – ответил его светлость и прищурился. – Или нет?..

Зверь опять зарычал, но под взглядом эрлорда вновь присмирел, после чего развернулся и… скрылся в саду. Пока я смотрела ему сслед, эрлорд подхватил меня на руки и вместе со мной вошел в портал: от прикосновения с магией света сначала почувствовала холод, но он быстро сменился теплом; вокруг царил свет – согревающий, манящий, ослепляющий, но он закончился так же быстро, как и начался. Миг – и мы стояли посреди моей комнаты. Мужчина опустил меня на пол, после чего притянул меня к себе, нависнув сверху. Он показался мне пышущим гневом быком, а я – тореадором, который показал красную тряпку на корриде. Вот только я была дальтоником, потому что понятия не имела, откуда я взяла ту самую красную тряпку?

– Что-то не так, ваша светлость? – достаточно миролюбиво спросила я. – Отпустите. Вы прижимаете слишком тесно.

Я ему не бездушный предмет, чтобы вот так таскать меня. Мужчина отстранился лишь немного, но недостаточно, чтобы я смогла перевести дыхание.

– Ты еще спрашиваешь, что случилось? – спросил он вкрадчиво. – Ты ведь не можешь не знать, что произошло. Ты ведь темная. И если это то, о чем я думаю, Аламинта…

Он не договорил, будто не нашел слов. Странно, но кажется в моем присутствии великий правитель все чаще теряет дар речи. Я прямо делаю успехи. Но о чем он вообще говорит? Что я должна знать как темная? Вздернула бровь, вопросительно взглянув на Анвэйма.

– Если это то, о чем вы думаете, то что? – спросила я тихо. – Что вы сделаете?

Анвэйм придвинулся ближе, едва касаясь моих губ. Его рука дотронулась до живота. Он был слишком близко, слишком интимно.

– Ты моя, – выдохнул он. – Моя.

Мне хотелось возразить. Сказать, какое он право имеет претендовать на меня? Но я умолкла. Сама не знаю почему: быть может, на меня произвел впечатление его будоражащий голос; может, все дело в рациональности: если я приму его правила игры, он не причинит мне вреда, позволит остаться рядом с ребенком…

– По крайней мере, пока в тебе мой ребенок, – добавил он, разрушив любые успевшие возникнуть надежды. Казалось, словно он сказал это больше для себя, чем для меня. – И мне плевать на проклятье правящего рода Фарахейма.

Так, а проклятье тут причем? Непонимание ясно читалось на моем лице, из-за чего эрлорд нахмурился.

– Хочешь сказать, что ты действительно ничего не поняла?

– Что именно я должна понять? – спросила я, вскинув бровь.

– Ты знаешь, кем был тот шагрис?

Шагрис? Вот, значит, как звали этого зверя. Что ж, теперь я чуточку больше осведомлена об этом мире. Поняв, что я попала в ловушку собственной необразованности, сделала умное лицо и кивнула. Только вот обмануть его оказалось не так просто, он обхватил руками за талию, не давая мне вырваться и обманчиво спокойно продолжил:

– Шагрис – это второе обличье правящего рода Фарахейма, они все – оборотни. И то, как они узнают свою истинную, знает каждый темный ребенок. Более того – знает и светлый. – Он наклонился еще ниже, заставляя мое сердце бешено колотиться. – Но ты ведь не знаешь об этом. Так кто ты?

Казалось, что-то разбилось. Это было мое спокойствие. Сейчас оно разлетелось вдребезги, и я старалась собрать кусочки воедино. В этом мире существуют оборот, это раз. Я только что встретила представителя правящего рода Фарахейма, это два. По намекам Анвэйма, я являюсь его истинной, это три. Меня рассекретили, это четыре. В какую из сторон бежать?

Глава 10.4

Казалось, что-то разбилось. Это было мое спокойствие. Сейчас оно разлетелось вдребезги, и я старалась собрать кусочки воедино. В этом мире существуют оборот, это раз. Я только что встретила представителя правящего рода Фарахейма, это два. По намекам Анвэйма, я являюсь его истинной, это три. Меня рассекретили, это четыре. В какую из сторон бежать?

– Не понимаю, о чем вы, – прошептала испуганно, попытавшись отстраниться, но куда там – держали меня крепко.

Его светлость наклонился ко мне, желая узнать ответы, а я буквально вся сжалась от страха. Что он сейчас сделает? Заберет меня в Жемчужный дворец? Теперь его ничто не удерживает, ведь он знает: я – не дочь де Шалиса, значит, не имею никаких прав и защиты. Мои губы слегка подрагивали, и невольно приковали взгляд эрлорда. Странное волнение охватило меня, а звуки вокруг словно притихли.

В этот момент дверь со стуком распахнулась, и в гостиную вошел высокий мужчина с темными волнистыми волосами, торчащими во все стороны. В одном-единственном халате и домашних тапочках, но при этом каким-то образом он не потерял статность и величие. Наоборот, буквально внушал некий подсознательный страх. Во лбу переливался некий темный каплевидный камень, похожий я видела у эрлорда, только светлый, когда тот плел заклинания.

Но удивило меня не это, удивило меня иное. Это был тот самый. Из моего сна.

Незнакомец улыбался. Широко и счастливо. Но улыбка померкла, когда он увидел меня в объятиях эрлорда. Стремительно преодолев разделяющее нас расстояние, буквально вырвал меня из объятий Анвэйма, впрочем, тот продолжил меня удерживать, разве что слегка отстранил, чтобы не причинить боль.

– Убери руки, – прошипел незнакомец, оскалившись.

Мамочки, это клыки?! Ах да, это же, кажется, тот самый шагрис и представитель правящего рода, судя по словам Анвэйма. Все еще с трудом могу поверить в это.

– А мы на ты? – хмыкнул эрлорд. – Забываешься, мальчишка.

– Вы оба забываетесь, – сказала я и высвободилась из объятий мужчин, достаточно грубо скинув их руки. – Что за собственническое поведение?

– Возможно, я несколько груб, – не стал отрицать шагрис-мужчина, – но разве возможно устоять, когда я встретил свою истинную?

Значит, слова эрлорда действительно были правдой? Перевела взгляд на Анвэйма, требуя от него объяснений, но правитель Ардахейма смотрел исключительно на незнакомца, а тот – на меня. Вот так и стояла между мужчинами, перетаскиваемая, словно канат. В переносном смысле, разумеется.

– Она не может быть твоей парой, – проговорил Анвэйм, – она мать моего ребенка.

На миг темный стушевался, словно задумался. У меня возникло ощущение, что он не соотносил мой образ с образом Аламинты. Интересно, он также видел меня во сне? И кого именно он видел – меня настоящую или Аламинту? Почему-то я была уверена, что все дело в той ночной встрече, хотя я еще не до конца понимала, что от меня хотят и как следует себя вести.

– Я слышал об этом, – кивнул темный и посмотрел мне в глаза. – Но сейчас уже ничего не имеет значения. Она – моя истинная, пара, с которой я проведу всю жизнь. Теперь я нашел её и никуда не отпущу. – Темный улыбнулся и перевел суровый взгляд на эрлорда. – Вы ведь знаете, ваша светлость, сны могут быть такими непредсказуемыми в нашем роду.

Светлый не спешил отвечать или соглашаться. А я по-прежнему стояла между двух огней, не зная, что делать и куда бежать от этих двух мужчин. Что мне делать с полученной информацией? В каком смысле я – истинная пара? Если принимать за чистую монету фильмы и книги, из которых я знакома с данной фразой, то ничем хорошим мне это не сулит. Ведь у меня ребенок от светлого. Да и… разве я не должна чувствовать обратного притяжения? Быть может, там связь физического плана и ему нужно лишь тело, а не я сама? Я ведь оказалась здесь случайно.

– Аламинта, – обратился ко мне эрлорд, причем в его голосе чувствовалась сталь, – ты видела во сне делорда?

Делорда? Правителя Фарахейма? Хотела уже ответить отрицательно, но запоздало поняла, что тот незнакомец из сна и человек, стоящий рядом, и есть делорд, Хассаир! О мой бог. Мне не хватало одного правителя на мою голову, как судьба решила подшутить и послала второго. Вот и как от них сбежать?

Нет, от них не сбежишь. Ни от одного из них. Теперь я поняла это отчетливо. Один – отец моего ребенка, а второй – истинная пара, судя по уверениям. Хотя в это сложно поверить.

– Да, – глухо ответила я и почувствовала, как мысленно эрлорд отодвигается от меня, в то время как Хассаир становится незримо ближе.

– Неужели ты думал, что я мог ошибиться? – спросил темный с вызовом.

Да, он думал об этом. Ведь теперь Анвэйм догадался, что произошла подмена, поэтому он надеялся, что истинной является именно Аламинта, а не я. А если это действительно я? И что мне тогда делать?

Глава 10.5

– Что все это значит? – спросила прямо и обратилась в первую очередь к делорду: – Как вы заметили, я в положении. Мой ребенок – светлый. Вас это не смущает?

– Смущает, – заявил он и склонил голову набок, – я должен убедиться, что этот ребенок не опасен для тебя, моя судьба.

– Ребенок не опасен, – одновременно с эрлордом произнесла, и мужчины встретились взглядами.

Продолжил Анвэйм:

– Он не опасен. Аламинта сейчас… нейтральная.

Тут Анвэйм наградил меня смешливым взглядом, мол, теперь-то он разгадал эту загадку. Я едва не закатила глаза и… плюхнулась на диван, подбив под спину подушку. Просто устала стоять на ногах, пока эти двое выясняют, чей камень во лбу ярче светится. То есть чья корона увесистее. То есть чье достоинство… ну вы меня поняли.

– В каком смысле нейтральная? – удивился темный. – Что вы хотите этим сказать?

– Уже передумали жениться? – хмыкнул эрлорд, сложив руки на груди, и пояснил: – Лорд де Шалис провел некий ритуал, подробности которого он не раскрывает. Быть может, вам удастся узнать правду. Мне он говорить отказывается.

И при этом вновь насмешливо смотрит на меня. Ну вот что за мужчина?

– Стоит наградить лорда де Шалиса орден за то, что не раскрывает секреты темного искусства чужакам, – уколол Хассаир и обратился ко мне: – Аламинта, собирай вещи. С лордом де Шалисом я улажу все вопросы. Мы немедленно отправляемся в Темный дворец.

– Нет, – заявил эрлорд.

– Нет? – удивленно переспросил делорд, совершенно недоуменно. Кажется, слышать отказы ему доводилось очень и очень редко. – Ваша светлость, вы имеете хоть каплю сочувствия? Вы знаете о связи истинных пар, я теперь просто не смогу противиться зову. Аламинта станет моей женой в скором времени и чем быстрее мы устроим этот союз, тем лучше.

Я даже восхитилась этим мужчиной. Какой он!.. Ух! Жаль, что моего мнения не спрашивает. Нашелся еще один, так сказать.

– Ваше темнейшество, – начал эрлорд, – не торопите события. Я не позволю своему наследнику жить в вашем дворце, поэтому вы не можете забрать Аламинту прямо сейчас. Напомню, она является не только вашей избранницей, но и матерью моего ребенка.

– Что не отменяет того факта, что она моя истинная. Я имею на неё право.

– Как и я на своего ребенка, – заявил светлый. – Даже больше, чем вы. Кровная связь нерушима.

– Может быть, – вмешалась я, – но я все же человек, прошу заметить, свободный, хотя и в несколько щекотливом положении. Поэтому прошу позволить мне самой решить, на что я имею право, а на что – нет. Перестаньте разговаривать со мной как о предмете мебели.

– Согласен, – неожиданно заявил эрлорд. – Аламинта взрослая и сама может решить, где ей лучше.

– Я – правитель Фарахейма, – напомнил делорд между прочим, – так что по существу я имею кое-какие права, в том числе казнить и миловать.

Он слишком быстро пожалел о своих словах под моим возмущенным взглядом. Да и эрлорду явно не понравилась смена настроения темного.

– А жизнь с вами – это казнь или помилование? – вмешался Анвэйм, за что получил колючий взгляд от делорда. Кажется, светлый неожиданно повеселел. Что именно было причиной смены настроения?

Кажется, будто правители знакомы ближе, чем хотят показать сейчас. Эрлорд сел рядом, слишком близко. Я отодвинулась, и потянулась к графину. Стаканы подставили оба мужчины.

– Я настоящее помилование, Аламинта, только позволь мне это доказать, – произнес делорд, и я с удовольствием приняла его помощь.

– Спасибо.

– Не за что, дорогая. Ты можешь собирать вещи.

Опять двадцать пять! Да что же за приказы?!

– Аламинта никуда не поедет, – вновь произнес Анвэйм. – Либо Аламинта остается здесь, в доме своего отца, либо я забираю её в Жемчужный дворец до самых родов. Только после этого вы сможете забрать свою истинную.

– Вы только что говорили о моем выборе, – прошипела я, возмущенно обернувшись к мужчине.

– Но ты ведь сделаешь правильный выбор, да? – с натянутой улыбкой спросил эрлорд, и хотелось плеснуть в него водой из стакана. Вовремя вспомнила, что передо мной целый правитель, за которого могут отвинтить мне голову.

– Вы называете это вариантами, ваша светлость? – хмыкнул темный. – Больше похоже на условия! И пересядьте на кресло же, наконец! Она моя истинная. Мне не нравится, что рядом с ней другие мужчины.

Вот теперь эрлорд возликовал окончательно: он чувствовал эмоции делорда, которые, впрочем, тот и не пытался скрывать. Мне же в этот момент хотелось уйти под землю и никогда не возвращаться. А лучше вернуться в свой мир, прихватив, разумеется, и малыша.

– Она мать моего ребенка, – повторил спокойно эрлорд. Кажется, скоро я действительно начну считать эту фразу своим официальным статусом. – Об этом знает весь мир. О вашей же связи пока никому неизвестно. Не хотите же вы, чтобы Фарахейм узнал, что истинная их повелителя носит под сердцем светлое дитя? И это дитя будет наследником Ардахейма. Дайте им немного времени.

– Мне плевать, – фыркнул темный, теряя самообладание. – Пусть каждый ребенок в Фарахейме знает, что я вскоре женюсь. Это будет даже прекрасной новостью. Не устроить ли нам бал в эту часть?

– Ты сумасшедший, – прошептал Анвэйм, резко сменив тон с неофициального. И сейчас я убедилась, что они знакомы ближе, чем хотели казаться. Хассаир продолжал улыбаться. – Я не позволю тебе устроить никакой бал. Мальчишка, ты хоть понимаешь, как сильно обостришь отношения между Ардахеймом и Фарахеймом? Думаешь, люди будут в восторге от этой новости? Многие даже могут потребовать избавиться от ребенка.

– Я не позволю избавиться от ребенка! – воскликнула раньше, чем успела обдумать свои слова, и обхватила руками живот. – Вы ведь тоже этого не позволите, ваша светлость?

Напряжение можно было резать ножом. Я смотрела на эрлорда, а тот – на Хассаира. Они готовы были поубивать друг друга ради своих “корон”, доказывая, кто прав и кто круче. Мне же было абсолютно безразлично, кто из них главный. Намного важнее, что я готова послать их обоих, если хоть один заикнется об опасности этого ребенка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В этот момент двери открылись и вошел лорд де Шалис. Еще никогда я не была так рада его видеть!

Глава 11.1

Если я думала, что с приходом лорда де Шалиса все изменится, то я сильно ошибалась – изменилось всего лишь место дислокации на кабинет хозяина дома. Причем нас с лордом де Шалисом мягко вытеснили, поэтому мы отправились пить чай в гостинную.

– Что произошло? – спросил хозяин дворца, как только за служанкой, что принесла нас сервиз чая, закрылась дверь. – Почему его темнейшество здесь и спорит с эрлордом? И как в этом конфликте оказалась замешана ты?

– Понимаете ли, лорд де Шалис, ваш план был далек от идеального, – сообщила я с нервной улыбкой. – И уж тем более никто из нас не ожидал, что в дело вмешается случай. Или судьба. Называть можно по-разному.

Санронг застыл с протянутой к чашке рукой и непонимающе уставился на меня. Я же взяла свою чашку, пригубила горячий напиток и вздохнула: пожалуй, мне не хватало умиротворяющего аромата чая. Очень не хватало.

– Что ты хочешь этим сказать, Аламинта?

– С чего бы начать? – задумчиво проговорила я, заметно успокоившись. Всё чудодейственный чай! – Может, с того, что я внезапно стала истинной его темнейшества? – Я искренне насладилась изумлением на лице “отца”, и тут же пошла в атаку: – А вы меня даже не предупредили, что правители Фарахейма – двуипостасные, да к тому же имеют истинных.

– Ты… ты видела его во сне? – с запинкой спросил лорд де Шалис.

Я немного помолчала, испытывая нервы мужчины на прочность. Наверняка он тоже сейчас думал, не его ли дочь истинной его светлости? А если он умерла, тогда… интересно, а могут ли быть еще истинные у правящего рода? И могут ли они иметь детей и вступать в браки с другими девушками? Иначе правящий род заранее обречен. Кажется, все эти мысли пронеслись в глазах де Шалиса.

– Видела, – кивнула я, и увидела в глазах Великого лорда облегчением. Кажется, моя теория оказалась верной. – Хотя не уверена, как действует связь истинных. Я ничего не чувствую к Хассаиру. Пока что.

Санронг вновь нахмурился, а потом поднялся и прошел к глобусу, который… оказался мини-баром. Достав оттуда бутылку с янтарной жидкостью и бокал, он вернулся и от души плеснул себе горячительного, а затем залпом выпил, поморщившись.

– Я не знаю, как работает связь. Правящий род бережно хранит этот секрет. Но дело – дрянь. Это грозит разрастись в войну.

– В войну… – тихо проговорила я и неожиданно подумала: – А не этого ли вы хотели? Что на самом деле было с Аламинтой? Родить ребенка от светлого правителя – было вашим планом?

– Слишком много вопросов.

– Но я получу на них ответы, – настояла я. – Теперь бессмысленно все скрывать, Санронг.

– О чем ты?

– Его светлость догадался, что я – фальшивка, – искренне ответила я и поспешила добавить: – Я ему ничего не говорила. Я не знаю, как многое он успел сказать, но ваш прокол с моими знаниями о правящем роде всему виной. Я приняла его темнейшество за обычного кошака. Даже более того – красавицу-кошку.

На последних словах я усмехнулась, наблюдая, как бледнеет лицо Санронга. Он плеснул себе еще алкоголя и так же быстро осушил бокал. Вздохнув, он опустил голову.

– Я не знаю, кто все это затеял. И думаю, ты права насчет его планов. Вполне возможно, этот кто-то и хотел развязать войну, хотя знать, что ты станешь избранной – никому не под силу. Пока могу сказать одно: я не причастен. Моя дочь связалась не с той компанией. Я бы никогда даже не подумал вмешивать мою прекрасную Аламинту во всю эту грязь, подвергать её жизнь опасности.

– Почему вы во всем не признались его светлости?

– Чтобы мой род заклеймили предателями? Я потерял дочь, но честь – все еще при мне. А теперь, когда ты избранная Хассаира, я могу в этом признаться: моя дочь связалась не с теми людьми и совершила много ошибок. Теперь благодаря вашей связи Хассаир не решится утопить в бесчестии род, из которого вышла его избранница.

– Вы пытались выяснить, кто был причастен к этому?

– Пытался, но следы – чисты. Она явилась во дворец едва живая, тогда же я и провел ритуал. А дальше… ты знаешь.

Глава 11.2

 – Теперь вы расскажите обо всем его светлости? – спросила прямо. – О том, кто я на самом деле, что случилось с Аламинтой? Быть может, ему удастся поймать этого неведомого заговорщика?

– Ты ведь понимаешь, что едва я отрину наше кровное родство, как он заберет тебя в Жемчужный дворец? Я хотел удержать тебя здесь, обучить всему, чтобы светлый повелитель никогда не догадался, чтобы позор нашей семьи навсегда остался в стенах этого замка. Теперь мне это бессмысленно. Так что решать тебе. Чего хочешь именно ты.

Я задумалась. Не потому что решала, отправиться мне в Жемчужный дворец или остаться, нет: знала точно, что в Ардахейме мне не место. У светлого повелителя скоро отбор, значит, появится жена, а посему мне и моему ребенку будет ох как несладко. Я думала над другим. Насколько Санронг любил свою дочь. Я вспоминаю этого мужчину месяц назад: озлобленным, яростным. Каждый переживает горе по-своему, возможно, в тот момент он ненавидел меня больше всех на свете: ведь он потерял горячо любимую дочь. Могла ли я его винить? Вряд ли. Не судите, да не судимы будете.

– Я хочу спокойной жизни рядом с ребенком. Увидеть, как он родится, а потом – следить, как растет. Жить жизнью матери-одиночки, надеясь, что когда-нибудь встречу мужчину, который искренне полюбит меня и примет с ребенком.

– Этот ребенок никогда не будет твоим. Он наследник Ардахейма. Потенциально опасный – как искра, способная зажечь пламя переворота. Он будет воспитываться своим отцом. И никак иначе.

– Но ведь клятвы и отречение от престола никто не отменял, судя по законам, которые я успела изучить.

– Для этого ребенок должен быть в сознательном возрасте, – напомнил Великий лорд. – Он должен быть совершеннолетним.

– А до этого возраста он не причинит никому вреда – дети не способны к жестокости.

– Зато детям могут вложить нужные мысли в голову. Ты идеалистка.

– Возможно, – не стала я спорить. – Однако я еще надеюсь, что смогу не только родить этого ребенка, но и воспитывать его.

Санронг покачал головой, выпил еще один стакан, пока я допила чашку чая и отставила её.

– Мой тебе совет, иномирянка: забудь о ребенке. Ты истинная Хассаира, по крайней мере, по предварительным данным самого повелителя, поэтому настраивайся на то, что светлый ребенок останется в твоей жизни перевернутой страницей, а тебя ждет крепкая семья с любящим и любимым мужчиной, а также приятный бонус в виде нового титула соправительницы.

Все так. Все по-умному и все логично. Однако сердце изнывает. За этот месяц я так успела свыкнуться с мыслью, что этот ребенок мой, что ничего не могу с собой поделать.

– Спасибо за совет, Санронг. Я действительно постараюсь им воспользоваться.

Двери открылись. Вошли сразу оба правителя – сами, без объявления или приглашения слугами, причем его светлость был весел, в отличие от Хассаира. Тот хмурился и метал взглядом молнии в светлого. Подойдя ко мне, Хассаир подал мне руку.

– Аламинта, не откажешься отправиться со мной во Дворец Ночи? Обещаю показать тебе лучшие места. А также свою коллекцию золотых фигурок.

Я посмотрела на Анвэйма, чей взгляд выражал примерно такую мысль: “Главное, другую фигурку ей не показывай”. В общем, почему-то веселость покинула его лицо, будто он пожалел о принятом решении.

– Не смею отказать, ваше темнейшество, – пробормотала я, и в этот самый момент Хассаир притянул меня к себе и открыл одновременно портал.

Но перед нами будто выросла непроходимая стену, которая больше взбесила делорда, чем действительно представляла препятствие. Он развернулся к правителю Ардахейма.

– Что-то еще, ваша светлость? Не доверяете моему слову?

Мне казалось (или я хотела надеяться?), что Анвэйм сейчас откажется от от соглашения, заключенного между ними?

– Ну что вы, как я могу? Остался сущий пустяк, – отозвался Анвэйм и снял с себя медальон на длинной цепочке, представлявший собой сферу, вокруг которой вращался ободок. Подойдя ко мне, он повесил его мне на шею. Подобного я не ожидала, поэтому была сбита с толку. – Если тебе или ребенку будет угрожать опасность, я почувствую это. Так же ты сама сможешь позвать меня, едва захочешь домой. Ты беременна, поэтому можешь устать. Не бойся говорить об этом его темнейшеству.

Я прикоснулась двумя пальцами к холодному металлу медальона и подняла взгляд на Анвэйма. Сейчас его глаза не казались мне такими холодными, наоборот, я наконец-то увидела в них бурю эмоций. Она буквально сбила меня с толку.

– Спасибо, – растерянно проговорила я.

Он будто хотел сказать что-то в ответ, но в итоге передумал, отвернулся и лишь коротко бросил:

– Я стараюсь не для тебя, а для ребенка.

Вот что за мужчина? Только начинаю хорошо о нем думать, как он тут же испаряет подобные мысли! Хотя когда я о нем хорошо думала? Да, его поступки до этого всегда были направлены на заботу о ребенке, за что я могла быть благодарна, но слова при этом – кололи больнее копий.